фетиш рассказы и истории

Глава 6. Любовь и жалость
За обедом каждый контакт обожженных ягодиц с жестким стулом заставлял меня вздрагивать и едва сдерживать вскрик. В конце концов, бледный и вспотевший, я отпросился из-за стола, сославшись на мигрень и полное отсутствие аппетита. Амалия Николаевна бросила на меня внимательный, чуть насмешливый взгляд, но кивнула разрешительно....

Верный оруженосец
Неделя тянулась, как жвачка, прилипшая к подошве. Алексей просыпался разбитым, стоял под душем на пять минут дольше обычного, пил кофе без сахара и всё пытался понять: изменилось ли что-то в нём настолько, чтобы это стало заметно окружающим?
В понедельник он вошёл в офис с колотящимся сердцем. Охранник Николай привычно кивнул, пропуская его через турникет, — и Алексею вдруг показалось, что кивок вышел каким-то замедленным, многозначительным. «Знает, — закралась мысль. — Точно знает»....

Они шли по раскалённому асфальту окраины, солнце уже жгло плечи сквозь тонкие майки. Городской пляж был ещё в двадцати минутах ходьбы — пыльная тропинка вдоль старого парка, потом спуск к реке. Аня и Инна шагали бок о бок, в коротких шортах и лёгких топах, с полотенцами через плечо и рюкзачками, где звенели бутылки с водой и кремом....

Глава 5. Награда и наказание
Да, я влюбился. Сразу и безвозвратно в двух. Это было безумие, но в этом безумии была своя безупречная, мучительная логика. Я был готов служить им обеим, раствориться в этом служении, как два потока сливаются в одну реку, несущую меня в неведомые края. И у той, и у другой были ножки неземной красоты, но как разные инструменты в оркестре страсти. Зинаида — с узкими, аристократическими подошвами, высоким подъемом и длинными пальцами, ноги-стрелы, точные и холодные, способные ли...

Глава 4. Сцены ревности
О, я был слеп и наивен, полагая, что наша вечерняя сцена с Зинаидой осталась тайной для мира. Но мир, как оказалось, был мал, а уши и глаза у него — зорки. Негодование Машеньки, излившееся на утро, стало для меня громом среди ясного неба.
Едва я открыл глаза, на полу у кровати, словно призрак, белел сложенный вчетверо листок почтовой бумаги с монограммой. Сердце упало. Развернув его дрожащими пальцами, я увидел размашистый, нервный, местами кляксы от пера почерк, в котором буше...

Глава 2. Таланты и поклонники
Утро в имении начиналось с густого, молочного тумана, стлавшегося над лугами и оврагами, словно дыхание спящей земли. Сама местность была типичной для средней полосы России — неброской, но пленительной в своей умиротворённой широте. Холмистые поля, перелески темнеющего вдали бора, извилистая, неширокая речка, на которой стояла старая мельница. Центром этого мира был усадебный дом, а его душой — старый липовый парк с запутанными аллеями и заросшим прудом, куда я и отправился ...

Глава 3. Тайны старой мельницы
Послеобеденный покой в Отрадном был густым и сладким, как мед. Солнце стояло в зените, заливая партерный сад ослепительным светом, в котором дрожали мошки. Я вышел на террасу, намереваясь укрыться с книгой в гамаке, но едва переступил порог, как из-за кадки с олеандром выпорхнула Машенька....

Тёмный мир госпожи Марианны. Часть 4
Уровень последний: Чёрная роза
Зад болел. Болел не переставая — тупой, ноющей, глубинной болью, которая отдавалась в поясницу при каждом неловком движении. Но куда сильнее болело что-то внутри. Антон чувствовал себя так, будто его вывернули наизнанку, показали ему самому его собственные тёмные глубины, а потом сложили обратно — но уже неправильно, небрежно, оставив щели и зазоры, через которые сочился холод....

ЧАСТЬ 1. НЕЗАБЫВАЕМОЕ ЛЕТО
Глава 1. Милые хозяйки
Эта удивительная история произошла со мной в юности, в ту последнюю, уютно-сонную эпоху перед бурями, когда Российская империя жила размеренным ритмом поместий и гимназий. Лето 189... года. Я, семнадцатилетний гимназист Алексей Горецкий, был отправлен в Отрадное имение своего дяди, полковника Афанасия Петровича Горецкого, — поправлять здоровье, набираться сил перед выпускным классом и глотнуть «настоящего русского воздуха», как говорил отец, городской ...

Тёмный мир госпожи Марианны. Часть 3
"Уровень третий"
Антон работал на автомате, ел на автомате, даже дышал словно через раз. Всё его существо было занято одним: переработкой случившегося.
Он открыл в себе нечто, о существовании чего даже не подозревал. Двадцать два года он жил с убеждением, что знает себя — некрасивый очкарик, скромный работник, парень без особых талантов. Но теперь из глубин его сознания поднималась тёмная, вязкая волна, и в ней отражались совсем другие образы. Образы, в которых ...

Тёмный мир госпожи Марианны. Часть 2
"Белый платок не простое украшение"
Неделя выдалась мучительной. Антон просыпался с мыслью о записке, завтракал с мыслью о записке, работал — и ловил себя на том, что перебирает в уме строчки, которые давно выучил наизусть. Три платка. Три выбора. Три двери в неизвестность. Он перечитывал письмо Нюры каждый вечер, прежде чем лечь спать, и с каждым разом его сердце колотилось всё сильнее....

Тёмный мир госпожи Марианны. Часть 1
"Не поскользнись на молоке"
Антон поправил очки — дужка опять соскользнула по вспотевшему виску — и в сотый раз пожалел, что не заказал доставку. В пятницу вечером магазин у дома напоминал растревоженный улей: тележки скрежетали, дети визжали, кто-то безнадёжно спорил с кассиршей. Он протиснулся мимо стойки со скидочными круассанами и нырнул в спасительный ряд с готовой едой....

 
Часть 1.1
Я был отличником. Не то чтобы заучкой, который всё время тратит на учебу и для которого «четверка» — это трагедия. В каком-то смысле я был троечником, который умеет выкручиваться, хотя, если думать в этом ключе, я скорее был хорошистом, которому удавалось получать пятерки. Впрочем, не суть. Важно для этой истории то, что я получал пятерки (редко четверки) и, соответственно, мог дать списать или даже объяснить непонятный момент в учебной программе. Именно это стало причиной того, что Аня, с...

Я никогда не думал, что наш с Леной образ жизни может кого-то заинтересовать. Мне казалось, это что-то сокровенное, почти запретное, существующее только в границах нашей квартиры. Но, как оказалось, слухи разносятся быстро, особенно в большом офисе, где работают сотни людей.
Первым подошёл Вадим. Мы работали в смежных отделах, иногда вместе обедали, обсуждали футбол и новости. Обычный мужик, семьянин, отец двоих детей. Никогда бы не подумал, что он способен на такие разговоры....

Тот вечер я запомнил навсегда. Лена вернулась домой не в обычное время, а рано, около семи. Я удивился, потому что она говорила про ужин с Артёмом, про то, что вернётся поздно. Но она вошла в прихожую, и я сразу понял: что-то случилось.
Она была бледная, губы сжаты в тонкую линию, глаза горели каким-то странным, незнакомым мне огнём. Не гордым, не хищным, а... испуганным? Злым? Я не мог понять....

После того утра всё изменилось. Окончательно и бесповоротно. Лена словно расправила крылья. Если раньше в ней чувствовалась какая-то лёгкая скованность, то теперь она сияла. Она стала чаще задерживаться после работы на «планёрки» и «стратегические сессии», которые на поверку оказывались ужинами в ресторанах или поездками за город....

Я стоял у кофемашины в нашем опенспейсе и смотрел, как она танцует. Вчера был грандиозный корпоратив в честь десятилетия фирмы, снимали целый лофт в центре. Мы с Леной работаем в одном большом отделе закупок, просто в разных секторах. Для всех коллег мы просто идеальная пара, которая познакомилась прямо здесь, в этом офисе, пять лет назад....

Я помню тот вечер, когда всё стало официально. Лена вернулась с работы раньше обычного, выглядела задумчивой и сосредоточенной. Я сразу почувствовал – что-то грядёт. Она прошла в спальню, что-то долго искала в своих ящиках, а потом вышла ко мне в гостиную с маленькой бархатной коробочкой в руках.
— Сядь, Игорь, — сказала она тоном, не терпящим возражений....

Однажды, во время своих путешествий, Сакура забрела в долину болот Хьялмарка. Ей всегда нравилось это место; Красивая и необычная природа. Уникальные монстры, большинство из которых в остальных местах Скайрима почти не встречаются. В этих болотах очень легко было заблудиться и нарваться на какое-нибудь существо, которое с радостью воспользовалось бы беззащитностью одинокой девушки. Как мы помним, очень многие монстры Скайрима, ещё со времён нефилимов, имели непреодолимую тягу и похоть к человеческим женщина...

В ту ночь дома я долго не могла уснуть. Муж лежал рядом, уже спал, а я чувствовала, как сердце бьётся быстро и как кольца на сосках чуть тянут кожу при каждом движении. Я думала о видео, об Ане, о том, что она сказала.
Может быть, она права?
Может, я и правда хочу большего, чем просто быть «правильной женой»?...

Глава 1. Мой Лукарио.
Лес пах сырой корой и мхом. Айра шла босиком по мягкой земле, и каждый шаг оставлял отпечаток ног на влажной чёрной почве. Она шла голая. Только на спине у неё висел маленький рюкзак из грубой ткани — в нем транспортный шар, бутылка воды и горсть сушёных ягод. Больше ничего.
Кожа покрылась мурашками от утренней прохлады, соски затвердели, стали твёрдыми как мелкие камешки. Воздух касался каждого сантиметра тела — живота, бёдер, ягодиц, промежности. Ноги было влажными от росы, кот...

Мою подругу зовут Арина. Мы познакомились на факультете социологии, где делились друг с другом конспектами и вместе делали доклады. Надо сказать, что Арина обладала относительно симпатичной, хотя и не самой выразительной внешностью. Стройная, среднего роста, с милым, чуть нервным ротиком и пронзительным взглядом тёмных глаз, она не могла похвастаться выдающимися формами. На фоне остальных девушек нашего потока Арина выделялась только белоснежной кожей и короткой стрижкой....

— Ты хочешь, чтобы я что? – просьба мамы действительно оказалась крайне необычной, особенно в формате, когда я, то есть сын, должен буду ей помочь, так еще и через призму видения папы, который меня специфически сдал. Хорошо хоть не вдался в подробности нашей с ним сексуальной близости.
— Сынок, ты пойми, я папу очень люблю, но из-за своих, *женских* причин, больше не могу заниматься с ним обычным сексом. Мы договорились с ним, что он потерпит, пока я не научусь без последствий заниматься анальным сексо...

Весна в тот год выдалась ранняя. Уже на Вербной неделе снег почти стаял, по улицам побежали ручьи, и воздух наполнился тем особенным, предпасхальным запахом — влажной земли, талой воды и чего-то ещё, чему нет названия, но что всегда щемит сердце надеждой на обновление.
Варвара пришла ко мне вечером, в среду на Страстной неделе. Я уже привык к её поздним визитам — она заходила иногда просто посидеть на краешке моей постели, погладить по голове, сказать ласковое слово. Но в этот раз что-то в её лице было о...

После Рождества, когда праздничные дни уже подходили к концу, а в доме ещё пахло хвоей и мандаринами, матушка призвала меня к себе.
— Илья, — сказала она, откладывая в сторону книгу. — Послезавтра суббота. Время твоего очередного наказания.
Я опустился на колени, принимая известие с привычной уже благодарностью....

Я всегда считал, что мне повезло с женой.
Лена была такой, какой должна быть «идеальная жена» — верная, скромная, заботливая. Она не носила вызывающую одежду, не красилась ярко, не делала татуировок или пирсинга. Мы занимались сексом, но это всегда было что-то привычное, размеренное, как часть нашей тихой семейной жизни. Она никогда не просила чего-то нового, не говорила о фантазиях. Иногда я даже задумывался, не слишком ли у нас всё «правильное»....

Я проснулся оттого, что солнце светило прямо в глаза. Сквозь штору пробивался яркий луч, рисовавший на полу золотую дорожку. Первым чувством было облегчение — боль ушла, превратившись в тупую, тянущую тяжесть внизу спины. Я осторожно пошевелился — и тут же вспомнил всё. Вчерашний день. Гостиную. Семь пар женских глаз. Сто ударов. Аплодисменты....

С Варварой всё оставалось по-прежнему — субботние ночи, тёплая вода в тазу, Её ноги в моих руках, поцелуи и тихие разговоры при свече. Но теперь добавилось нечто новое: подготовка к главному событию.
За три дня до назначенной субботы матушка призвала меня к себе.
— Илья, — сказала она, откладывая вязание. — Розги для твоего наказания должны быть свежими. Не те, что в чулане лежат, засохшие, а настоящие, берёзовые, хорошо вымоченные. Ступай в сад, нарежь сам. Варвара тебе покажет, какие выбирать. И что...

Утро первого полного дня в санатории началось с лёгкой прохлады, проникающей через открытые окна спального корпуса, и слабого гула голосов студентов, собиравшихся в коридорах. Солнце только поднималось над соснами, заливая всё вокруг мягким золотистым светом.
Артём проснулся с чувством лёгкой тревоги — вчерашний день, медосмотр, тот момент, когда он стоял перед Кариной голый, её взгляд, её шепот, всё ещё крутились в его голове, оставляя жаркий след. Расписание на день лежало на тумбочке: лечебная физкуль...

Я ждал подходящего момента три дня. Матушка была то занята, то раздражена, то уезжала с визитами. Но в четверг после обеда, когда отец уехал в собрание, Марина ушла к подруге, а в доме воцарилась благостная тишина, я понял: час настал.
Матушка сидела в малой гостиной с книгой. Это было Её время — послеобеденный отдых, когда Она пила кофе и читала французские романы. Я вошёл неслышно, приблизился и опустился на колени прямо перед Ней, так что мои глаза оказались на уровне Её колен....