Медовая Неделя

Знакомство (Визуализация Героев)

ВСЕ ГЕРОИ КНИГ СГЕНЕРИРОВАНЫ ИЗ РЕАЛЬНЫХ ЛЮДЕЙ ИЗ ОКРУЖЕНИЯ АВТОРА, С КЕМ ПРОИСХОДИЛИ ЭТИ ИСТОРИИ, С ИХ СОГЛАСИЯ!

ВСЕ ИМЕНА ИЗМЕНЕНЫ!

В тишине их шумной городской квартиры Алена, 24-летняя брюнетка с фигурой, которая могла заставить статую плакать, собрала чемоданы. Ее сердце трепетало, как колибри, смесь волнения и нервозности танцевала в ее груди. Она уезжала на неделю, не просто в отпуск, а в новую главу своей жизни - медовый месяц. Ее муж, Ян, 38-летний любитель спорта с таким же впечатляющим телосложением, как и его 18-сантиметровый член, уже был в машине, ожидая, чтобы унести ее в их любовное гнездо в лесу.Городской пейзаж размылся, когда они ускорились к месту назначения, их руки переплелись, пальцы танцевали вместе в тихой симфонии. Взгляд Алены переместился на Яна, ее глаза прослеживали линии его челюсти, изгиб его губ и силу в его руках. Она почувствовала, как через нее распространилось тепло, знакомая тоска, которую мог развенчать только он.Коттедж, расположенный глубоко в лесу, был картиной прямо из сказки. Это было их убежище, место, где они могли быть только Аленой и Яном, а не молодоженами, о которых гудел город. Запах сосны и земли наполнил воздух, когда они вышли из машины, их смех эхом разнесся в тишине.Ян сметал Алену с ног, ее визг удивления превратился в хихиканье, когда он перенес ее через порог. "Добро пожаловать на медовую неделю, жена", - прошептал он низким грохотом, от которого по ее позвоночнику побежали мурашки. Он осторожно опустил ее, его руки задерживались на ее талии, их глаза были заперты в танце, как время.Коттедж был уютным, с большим камином в гостиной и кроватью размера "king-size" в спальне. Алена чувствовала жар взгляда Яна, когда она распаковывала вещи, ее движения были преднамеренными, танец, призванный соблазнить. Она слышала, как его дыхание перехватывается, когда она наклонилась, чтобы убрать обувь, ее юбка поднималась вверх, чтобы ощутить дразнящий взгляд на ее бедрах.Ян шагнул позади нее, его руки легли на ее бедра, большие пальцы обводили круги по ее коже. "Дразнишь меня, любимая?" он прошептал, его голос был рычащим. Она чувствовала, как его твердость давит на нее.Она повернулась в его объятиях, ее руки обхватили его шею. "Никогда, любимый муж", - прошептала она, ее глаза сверкали озорством. «Я просто хочу убедиться, что ты ценишь и хочешь то, что у тебя есть».Он усмехнулся, его руки скользнули вниз, чтобы обнять ее задницу, притягивая ее ближе. "О, я ценю это, любимая. Каждый дюйм этого я хочу».Их губы встретились в страстном танце, танго языков и зубов. Руки Яна бродили по ее телу, прослеживая изгибы, которые он так хорошо знал, в то время как пальцы Алены запутались в его волосах, притягивая его ближе, глубже. Их дыхание было рваным, их сердца колотились синхронно.Ян поднял ее, отнес в спальню, их губы не расставались. Он нежно положил ее на кровать. "Я люблю тебя, малышка", - прошептал он, его голос был полон эмоций. «Больше всего на свете».Она улыбнулась, ее сердце набухало от любви. "Я тоже тебя люблю, красавчик. А ты за эту неделю покажи мне, насколько сильно».И так начался их медовый месяц, неделя, наполненная любовью, смехом и страстными встречами. Они готовы исследовать тела друг друга, как будто это первый раз, каждое прикосновение, каждый поцелуй - новое открытие.Каждый день обещал быть новым приключением, каждая ночь - новым открытием. Они больше не были просто Аленой и Яном, парой из города. Это были Алена и Ян, молодожены, которые нашли свой рай в лесу, их история любви только началась. И у них не было бы другого способа познать друг друга и свои желания.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Обещанная ночь

Огонь потрескивал, выплёскивая искру на каминный камень. Алена наблюдала, как он угасает, крошечная оранжевая звёздочка моргнула и исчезла на сером фоне. Её босые ноги были подтянуты под ней на слишком большом диване, а кашемировый плед был накинут на плечи. В домике пахло сосной и дымом от дров, и чуть-чуть — лимонным маслом, которым убирали полы.— «Ты сегодня много думаешь», — сказал Ян.Его голос раздавался из дверного проёма кухни. Низкий. Немного хриплый от холодного белого вина, которое они пили за ужином.— «Я всегда много думаю», — сказала Алена, не оборачиваясь. — «Ты же знаешь».Его босые ноги тихо ступали по паркету. Плед сдвинулся, когда он уселся за ней, его грудь была стеной тепла на её спине. Его руки нашли её плечи. Большие пальцы массировали узлы у основания шеи, и она наклонила голову вперёд.— «Скажи мне хотя бы одну свою мысль», — прошептал он ей на ухо. — «Всего одну. Из прекрасной головы моей жены».Слово «жена» всё ещё звучало иначе, даже через два дня. Каждый раз у неё в груди происходил маленький взрыв. «Я думала о понедельнике», — сказала она. Его большие пальцы перестали двигаться. «Понедельник». Она повернулась, чтобы посмотреть на него. Свет от огня вырисовывал его лицо золотыми и теневыми плоскостями — сильная челюсть, лёгкий изгиб носа после боксерского поединка десять лет назад, тонкие морщинки в уголках глаз. Тридцать восемь. На четырнадцать лет старше, и в этом свете он казался одновременно и более опасным, и более нежным, чем она когда-либо видела его.«Ты же помнишь, что мы обсуждали», — подтолкнула она. «Про медовую неделю. Про то, что мы наконец....» Рот Яна изогнулся. Не совсем улыбка. Что-то более голодное. «Аааа», — сказал он. «Это».Спальня была как собор с открытыми балками и белым льняным текстилем. Собор того, что раньше было амбаром, пока кто-то с лишними деньгами и отменным вкусом не переделал его и не наполнил современной мебелью и камином, в котором можно было бы зажарить кабана. Их вещи стояли распакованными в углу. В воскресенье они были слишком заняты — плавали в подогреваемом бассейне, парились в бане с ароматом кедра, пили шампанское в уличной джакузи, пока пальцы не сморщились, и не вышли звезды. Но теперь была ночь понедельника. И сердце Алены колотилось у неё в горле. Она стояла у подножия кровати размера «king-size». Простыни уже были заправлены, ритуал, который Ян совершил, пока она была в ванной, расчесывая волосы, нанося последний штрих духов. И последнее трюк, о котором шепнула её подруга Аня.«Пробка! Она во мне уже 3 часа» - подумала молодая жена!Она готовила отверстие, которое впервые сегодня предоставит на обещанное "растерзание" своему законному мужу. Она и сама мечтала об этом после того как Ян в день предложения год назад лишил ее невинности, но анальный секс они решили оставить на медовый месяц. В классическом сексе Ян научил её всему и в оральном сексе она добилась достаточных успехов, и даже научилась долго делать его горлом, не выпуская крепкий 18 сантиметровый член мужа. Она стала пошлой с ним и сама любила называть себя "его шлюхой". Алёна вошла в затемненную спальню в легком халате и в белье, которое она выбрала только для него и только для этой ночи. Оно выглядело и сексуально и пошло одновременно. На нем были только обручальное кольцо и нагрудный крестик.«Доверься мне. Иди сюда».Ян стоял у камина, одна рука отдыхала на грубо выточенном каминном карнизе. Свет огня обрисовывал его пресс, грудные мышцы, линию тёмных волос, переходящих к ровно побритому лобку и ее любимому члену и яйцам, над которыми она так усердно любила стараться. Алена подошла к нему. Шёлковый халат шуршал о её бёдра. Его рука поднялась, чтобы погладить её челюсть. Большой палец гладит её скулу. Жест был нежным, но глаза — нет.«Мы ждали», — сказал он.«Полтора года отношений. Год помолвки. Свадьба. Всё это время ты был у меня во всех отношениях, кроме... Кроме этого.» сказала Алёна и повернулась к нему спиной скидывая халат.Пред Яном открылось его любимое тело, которым он не мог никогда надышаться. Точеная фигура, а самое сексуальное - ее попа, которая и без спорта и со спортом не теряет своей правильной округлости на стройных ножках. Дыхание перехватило. Они говорили об этом бесконечно — в постели, в темноте, его голос был низким рычащим, когда он описывал, что хочет сделать, её ответы становились всё смелее с каждым разом, тело училось жаждать идеи ещё до того, как это станет реальностью. Но разговоры закончены. Пришло время осуществления желаний.«Боишься?» — спросил он.«Да.»«Хорошо» - Его большой палец провёл по её нижней губе. «Страх означает, что ты внимательно слушаешь».Поцелуй начался медленно. Затем другая рука скользнула в её волосы, мягко сжимая затылок, запрокидывая голову назад. Вопрос превратился в требование. Его язык скользнул сквозь её зубы, и она почувствовала на нём вкус вина.— «Теперь, — отступил Ян, расстегивая ширинку своих брюк. — «Начнем с разминки.Его член, уже наливаясь тяжестью, оказался перед её лицом. Алёна, повинуясь инстинкту, открыла рот. Ян не церемонился. Он схватил её за затылок и резко вошел в глотку до самого основания. Алёна закашлялась, слезы выступили на глазах, но она старалась расслабить челюсть, как он её учил. Глубокий, долгий трах в рот — их привычная игра. Он двигал бедрами ритмично и жестко, заставляя её чувствовать каждый сантиметр своей плоти, бьющейся о её нёбо.— «Ты любишь это, шлюшка», — выдохнул он, вынимая член из её рта с громким звуком. — «Ты любишь сосать свой любимый член»?Алёна только кивнула, тяжело дыша.— «Повернись», — приказал Ян.Она послушно легла на спину, разведя ноги. Ян навис над ней, его взгляд был прикован к её киске. Он резко вошел в неё, не вынимая пробки из попы. Ощущение было невероятным — двойное давление, заполненность в каждой точке. Алёна застонала, закидывая голову назад. Ян долбил её жестко, каждый толчок заставлял пробку ударяться о стенки прямой кишки изнутри, посылая волны острой боли и удовольствия в мозг.— «Смотрю тебе нравится»? — рычал он в ритм толчков. — Тесно? Хорошо?— «Да... да, Ян... еще...» — вырывалось у неё из груди.Внезапно он остановился, выдернув член из мокрой киски. Алёна содрогнулась от потери наполнения, но не успела опомниться, как Ян перевернул её на живот, заставив встать на четвереньки.— «А теперь главное», — его голос стал низким и хриплым.Пальцы Яна сомкнулись на основании пробки. Медленно, с наслаждением вытягивая её, он слушал, как она выходит с влажным щелчком, оставляя анус Алёны слегка зияющим. Это была та самая девственность, которую он забрал себе.Он приложил головку своего члена к открытому, пульсирующему отверстию.— «Расслабься, детка. Я все сделаю, как надо»Его руки коснулись коснулись груди и она вздрогнула. Влажный поцелуй ее шеи с открытым ртом скользнул вниз. Ниже. Его руки надавили на поясницу и одним движением заставили прогнуться, выставляя напоказ мужу обе дырочки. Он взял ее за ягодицы и язык нашел цель. Вздох, вырвавшийся из нее, не был смехом. Ее лоб опустился на матрас. Он лизнул ее сзади с томной, неторопливой сосредоточенностью — снизу вверх по ее влажным складкам, обводя клитор, затем отступая, чтобы начать заново. Каждый проход нагнетал давление за ее пупком, нарастающую боль. Ян задержался и его язык стал делать круговые движения на колечке ее ануса. Внезапно язык перестал делать круговые движения и стал проникать глубже и глубже, наполняя сладостью и предвкушением все существующие обостренные рецепторы человека. Он готовил ее.«Ян» - Его имя звучало как мольба.Он отстранился. Отсутствие было жестокостью.«Еще нет». - Его голос был рычанием. «Мы к этому приближаемся».Открылся ящик. Щелчок крышки. Затем прохлада — скользкая и густая — растеклась между ее двумя половинками сексуальной попы. Его большой палец медленно круговыми движениями размазал смазку по тугому кольцу мышц. Ощущение было чуждым и электрическим. Ее тело напряглось.«Дыши», — приказал он. «Дыши и прогнись еще, милая. Совсем немного». Она выдохнула. Прогнулась. Его большой палец проник внутрь, лишь кончиком, и мир сузился до этой единственной точки давления. Наполненность там, где она никогда не чувствовала наполненности. Странно. Обжигающе. Хорошо.«Вот», — пробормотал он, и что-то в его голосе — дрожь едва сдерживаемого контроля — заставило ее сжаться вокруг него.«Вот моя девочка». Он медленно двигал ею. Один большой палец, терпеливый, как метроном. Затем его рот вернулся к ее половым органам, язык прижался к клитору, а большой палец продолжал нежное проникновение. Двойное ощущение прогнуло ее еще сильнее. Ее бедра начали покачиваться, ритм, который она не могла остановить, и звуки, вырывающиеся из ее рта, стали менее человечными.Матрас сдвинулся, когда он двинулся, расположившись за ней. Тупая головка его эрекции — восемнадцать сантиметров раскаленной плоти — прижалась к ее вагине. Он вошёл в киску. Ее спина выгнулась. Из ее горла вырвался стон. Он полностью заполнил ее, растягивая ее тем знакомым, разрушительным образом, что казалось, вибрирует каждое нервное окончание.«Смотри на огонь», — процедил он сквозь зубы, одной рукой вцепившись в ее волосы и приподняв ее голову. «Смотри, как он горит. Я хочу, чтобы ты это запомнила». Большой палец другой руки уже полностью находился в анальном отверстии.Она смотрела. Пламя расплылось, когда он начал двигаться — длинные, глубокие движения, которые с болью удовольствия достигали ее шейки матки, вызывая звездообразные блики перед глазами. Его ритм становился беспощадным. Ее грудь покачивалась с каждым толчком, а шлепки его бедер по ягодицам наполняли спальню.«Ты хочешь мою сперму?» — вопрос был мрачным, напряженным.«Да», — выдохнула она. «Всю. Везде».«Ты получишь ее». - Его голос дрогнул. «Но сначала — ты кончишь. Я почувствовал, насколько ты готова».Он вытащил член, и она застонала от пустоты. Еще немного смазки, влажный звук в тишине. Затем новое давление — более резкое, более толстое — у другого входа, где только что работал его большой палец.«Скажи мне да», — сказал Ян, прижимаясь грудью к ее спине, губами к ее уху. Весь его вес. «Скажи мне да, или мы остановимся».«Да» - вырвалось с дыханием из Алёны. Ее голос был ровным, несмотря ни на что. «Я хочу этого. Я хочу тебя. Всего тебя».Головка его члена надавила вперед. Сопротивление. Жгучее растяжение, перехватившее дыхание. Ее пальцы вцепились в простыни.«Блядь», — прошипел Ян, одновременно молитва и проклятие. «Так тесно». Он остановился, дрожа. «Тебе не больно?» «Не останавливайся». Она с трудом выдавила эти слова. «Наполни меня».Он проник глубже. Жжение трансформировалось — все еще было, но теперь оно было многослойным, подкрепленным чем-то невыразимо темным. Полнота. Абсолютная, всепоглощающая, разрушительная для мира полнота. Она почувствовала себя принадлежащей. Колонизированной. Замужем так, как не удалось во время церемонии.«Это половина», — прорычал он. «Ты можешь принять больше?»«Дай мне ещё» - попросила она.Его бёдра плотно прижались к её ягодицам. Он полностью вошёл. Они оставались в таком положении на мгновение — оба дрожали, оба молчали, — и Алена поняла, что она улыбается, дикой, открытой улыбкой, которую не могла сдержать. Затем Ян начал двигаться. Он начал двигаться, сначала медленно, расширяя проход, затем быстрее, превращая её попу в киску для своего удовольствия. Её тело изучало его под углом, которого никогда раньше не знало, и каждое микродвижение посылало новую частоту ощущений по её позвоночнику. Его рука обвилась вокруг её бедра, пальцы нашли её клитор, надавливая тесными кругами.Долгий разнос в анусе начался. Ян не жалел её. Он вонзался в неё с яростью, заставляя её тело трястись как в лихорадке. Алёна чувствовала, как её анус горит, как мышцы судорожно сжимаются вокруг чужого твердого предмета, пытаясь вытолкнуть его, но лишь сильнее прижимая к себе — «Ты была такой тугой», — бормотал Ян, шлепая её по ягодицам. — «А теперь ты моя развратная шлюха с растянутой дырочкой».Он менял углы, заставляя её чувствовать его в каждом сантиметре своего тела. Алёна уже не могла различать, где боль, а где наслаждение. Она просто кричала и стонала, чувствуя, как внутри неё копится давление, готовое взорваться новым, еще более мощным оргазмом.— «Дрожишь, малышка»? — заметил он, чувствуя, как её мышцы спазмируют. — «Ты сейчас кончишь от того, что я ебу твою задницу»?— «Да... я кончаю...» — прокричала она, и её тело действительно начало биться в конвульсиях.Это был сигнал для Яна. Он ускорился, его движения стали хаотичными, резкими. С последним, глубоким рывком он зарылся в неё до упора и застыл, выпуская струю горячей спермы прямо в её кишечник. Алёна почувствовала, как её внутренности обжигает семя мужа, заполняющее её до краев.Ян выдохнул и медленно вынул член. Анус Алёны остался открытым, зияющим, из него медленно вытекала белая жидкость, доказательство его владения.— «Не смей терять ни капли», — приказал он, переворачивая её на спину.Он поднес свой мокрый, пахнущий её задницей член к её губам.— «Почисти меня».Алёна послушно открыла рот, принимая его внутрь, вылизывая и обсасывая, глотая остатки спермы и своих соков. Это было унизительно и невероятно возбуждающе одновременно.— «Ты была замечательной», — сказал Ян, отодвигаясь и глядя на её измученное, но счастливое лицо. — «Ты моя настоящая жена. Шлюха для меня и только для меня».Алёна лежала, глядя в потолок, чувствуя, как сперма в её попе медленно остывает и вытекает на белье. Она улыбнулась, понимая, что эта ночь была только началом. Началом долгой недели познания всей глубины их семейной сексуальной жизни, где не будет места стыду, только чистое, первобытное желание. А завтра их ждал вторник....

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вторник (утро)

Прекрасное утро. Утро вторника пробилось сквозь щель в шторах, луч бледного солнечного света падал на кровать. Алена проснулась первой, ее тело было наполнено приятными болями — нежное жжение между ног, незнакомая боль глубже и дальше в спине, приятное хриплое ощущение в горле от звуков прошлой ночи. Ян лежал на животе, положив одну руку ей на бедро. Простыни покинули его где-то в ночи. Огонь погас. Его спина поднималась и опускалась в медленном ритме спокойного сна, мышцы двигались под кожей, изгиб позвоночника вел вниз к выпуклости ягодиц. Она долго смотрела на него. Ее муж. Это слово все еще сверкало. Затем она двинулась. Осторожно она высвободилась из-под его руки. Прохладный воздух ласкал ее соски, когда она опустилась на колени рядом с ним на матрас. Она откинула волосы с его плеча, поцеловала теплую кожу там. Едва уловимые следы прошлой ночи. Он пошевелился, но не проснулся. Еще один поцелуй ниже, между лопатками. Затем поясница. Она откинула простыню с терпением, словно разворачивая подарок. Его член мягко лежал на бедре. Даже в состоянии покоя он был внушительным — восемнадцать сантиметров, которые она сотни раз измеряла глазами, легкий изгиб вверх, выступающий край головки, видимый под крайней плотью. Она опустила губы. Не к нему. Пока нет.

Ее язык скользнул по складке его бедра. Чувствительная кожа там, где бедро соединяется с пахом. Его дыхание изменилось — судорога, более глубокое напряжение. Ее рука обхватила его яички, удивительно тяжелые в ладони, кожа была рыхлой и теплой. Она осторожно приподняла их, и ее язык нашел шов под ними. Ян издал звук. Полустон, полувопрос. «Шшш», — прошептала она, прижимаясь к его коже. «Спи дальше». Ее рот двинулся вверх. К основанию его члена. Поцелуй, с открытым ртом и влажный. Она почувствовала прилив крови под губами, волнение, медленное набухание, которое было наполовину чудом, наполовину механикой. Его член утолщился, поднялся, обрел свою знакомую форму у ее щеки. Она взяла головку в рот. Вкус чистой кожи, его самого, ничего больше — теперь без смазки, без барьера. Просто Ян. Ее язык обвел гребень, опустился в щель, и ее рука медленно, скручивающим ритмом двигала членом. Над ней его дыхание стало менее сонным. «Алена» Ее имя, выцарапанное до крови. Она ответила, принимая его глубже. Ее челюсть расширилась, горло расслабилось, и дюйм за дюймом она проглотила его, пока ее нос не уперся в темные волосы у его основания. Наполненность вызвала у нее рвотный рефлекс — она дышала, глаза наполнились слезами, одна слезинка скатилась по щеке. Его рука нащупала ее волосы. Сжатые в кулак. «Просыпаться вот так, — прохрипел он, — должно быть незаконно». Она отстранилась, раздался влажный хлопок, затем она снова опустилась. Теперь быстрее. Ее голова целенаправленно покачивалась, слюна скользила по стволу, свободная рука поддерживала его бедро. Его бедра напряглись. Его желудок впал от резкого дыхания. Она чувствовала его пульс на языке — это учащенное сердцебиение в вене под головкой. Его хватка на ее волосах усилилась. «Я сейчас залью тебе полный рот» — прохрипел он. Алена не замедлила темп. Она втянула щеки, сильно сосала, и когда первый пульс его оргазма коснулся задней стенки ее горла, она проглотила. Раз, два, третий раз. Густой, соленый и полностью от него. Она оставалась с ним, несмотря на остаточные толчки, нежно облизывая его член, словно кошка, пока он не притянул ее к себе за волосы. Его поцелуй был жадным, он чувствовал свой собственный вкус на ее языке. «Доброе утро», — сказала она, прижимаясь губами к его губам. «Самое лучшее», — согласился он.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Макс (Визуализация Героев)

К молодоженам Яну и Алёне в коттедж медовой недели приезжает их друг Макс, с которым давно пара думала начать реализацию своих сексуальных фантазий.

ВСЕ ГЕРОИ КНИГ СГЕНЕРИРОВАНЫ ИЗ РЕАЛЬНЫХ ЛЮДЕЙ ИЗ ОКРУЖЕНИЯ АВТОРА, С КЕМ ПРОИСХОДИЛИ ЭТИ ИСТОРИИ, С ИХ СОГЛАСИЯ!

ВСЕ ИМЕНА ИЗМЕНЕНЫ!

Завтрак был поздним. Уже после полудня. Они ели за деревянным столом у окна — яйца всмятку, темный хлеб, нарезанные помидоры с солью, кофе, достаточно крепкий, чтобы в него можно было поставить ложку. Алена была в его рубашке и больше ни в чем. Ян был в спортивных штанах и с довольным томлением мужчины, которого разбудил минет. Зазвонил телефон. Ян взглянул на экран. Улыбка расплылась по его лицу. «Макс», — ответил он. Он включил громкую связь. «Братан!» Голос, наполнивший кухню, был молодым, энергичным, с легкой хрипотцой, как у человека, который уже выпил пива или, может быть, просто слишком много смеялся этим утром. «Я в двух часах езды от вашего коттеджа. Навещаю сестру. Она уже выгнала меня — слишком много энергии племянника. Вы двое все еще в свадебном путешествии или кто-нибудь из друзей может с вами перекусить?» Взгляд Яна встретился со взглядом Алены. В нем читался вопрос. Она вспомнила Макса. Двадцатишестилетнего, невероятно подтянутого, такой спортсмен, который, глядя на спортзал, наращивал мышцы в том числе от близости сейчас со своей Аней, до этого со многими представительницами конкурсов красоты. Втроем они вместе возвращались из клубов и с загородных тусовок — рука Яна на ее бедре, взгляд Макса время от времени опускался туда, где задиралось ее платье. Были разговоры с Яном. Гипотетические ситуации и наши мысли о чем то большем. Желания парили, как пробные воздушные шары, так и не приземлившись. Свадьба поставила все на паузу или на ожидание большего. Улыбка Алены медленно появилась. Она кокетливо наклонила голову. «К чему бы это?» — пробормотала она достаточно тихо, чтобы ее услышал только Ян. «Приезжай», — сказал он в телефон. «Мы тебя накормим и вкусным вином напоим».

Макс приехал под лучами послеполуденного солнца с дорожной сумкой. На нем была майка, которая ничуть не скрывала рельеф его пресса и ширину плеч. Его рукопожатие с Яном переросло в объятие с похлопыванием по спине. Поцелуй Алены в щеку задержался на полсекунды дольше, чем нужно. «Семейная жизнь тебе к лицу», — сказал он, отступая назад, чтобы посмотреть на нее — бикини было видно там, где расстегнута рубашка мужа на ней, голые ноги, босые ступни. «Прошел всего один день», — засмеялась она. «Значит, лучший день в твоей жизни». Они провели несколько часов у бассейна. Солнцезащитный крем наносили с излишней тщательностью. Игра в бадминтон проходила с агрессией — Ян и Макс против Алены, мышцы мужчин блестели от пота, их крики эхом разносились по воде. В какой-то момент Макс нырнул, чтобы спасти волан, и вынырнул так, что его шорты прилипли к выпуклости, от которой у Алены пересохло во рту. Бугор был достаточно толстым. Это была ее первая мысль. Конусообразной формы, шире у основания, а очертания его яичек позади него были очень тяжелыми, полными, с внешним обещанием. Она слишком медленно отвела взгляд. Макс поймал ее на этом. Он улыбнулся. Не волчий взгляд, как у Яна. Что-то другое. Любопытное. Открытое. К вечеру воздух стал золотистым. Они жарили сосиски на террасе, пили пиво, которое принес Макс, и разговор становился все более непринужденным, более опасным. Старые истории: караоке приват, где Алена танцевала на столе, как Ян нес ее домой сквозь грозу, ночь, когда они втроем ехали в такси, и Алена сидела между ними, прижавшись бедром к каждому из мужчин. «Ты помнишь это?» — спросил Макс. Это был не вопрос. «Помню», — ответила Алена.Алёна почувствовала, как напряжение в плечах нарастает. Она знала, о чем думал Ян. Они обсуждали это не раз — шепотом по ночам, в моменты наивысшей близости, — но переход от фантазии к реальности казался пропастью. Она налила вина в бокалы, стараясь, чтобы её руки не дрожали. Еда была вкусной, но Алёна почти не ела, делая глоток за глотком терпкого красного вина. Макс рассказывал про тренировки, смеялся над шутками Яна, но его взгляд всё чаще задерживался на Алёне. Он смотрел не просто как на жену друга, а как на женщину, которую он хочет попробовать. Этот взгляд был тяжелым, осязаемым, словно его пальцы уже касались её кожи. Ян откинулся на спинку стула. Костер мерцал, искры поднимались в сгущающиеся сумерки. Его рука нашла руку Алены, большой палец погладил ее костяшки пальцев. Этот жест был собственническим. Заземляющим. «У неё всё ещё болит после прошлой ночи», — сказал он непринуждённо. «Мы открыли новый горизонт». Брови Макса поднялись. «Да?» «Анальный секс», — сказал Ян. «Первый раз. Она приняла меня всего». Наступила пауза. Бутылка пива Макса замерла на полпути к губам. «Впечатляюще», — сказал он, и слово упало, как камень в неподвижную воду. Тяжёлое. Волнообразное. Алена почувствовала, как жар поднялся к её щекам. Не смущение. Возбуждение. Острые ощущения от того, что тебя обсуждают, оценивают, желают. Его Аня давно фанатеет от анального секса, но только когда выпьет и Макс частенько приносит ее любимый Проссеко домой ящиками. Ян поднялся. И потянул Алену в подогреваемый бассейн рядом со спальней в доме! «Заходи к нам через 20 минут», — шепнул он Максу. Макс удивленно улыбнулся и увидел, как оборачиваясь, Алена ему подмигнула.

Макс вошёл в бассейн бесшумно. Даже ступени под его пятками не скрипнули.

— Ну вы даёте, — протянул он, окинув взглядом помещение. — Коттедж просто бомба. И бассейн... И компания.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он улыбнулся, сверкнув белыми зубами, но взгляд его задержался не на интерьере. Взгляд скользнул по фигуре Алёны, которая как раз поднималась на руки из воды, садясь на край. Капли стекали по её животу, по бёдрам, по тёмному треугольнику бикини. Ткань стала почти прозрачной. Алёна поймала его взгляд и улыбнулась медленно, почти лениво, проведя ладонью по шее, убирая мокрые пряди за плечо.

Макс сглотнул.

— Она у тебя красавица, Ян. Просто с ума сойти.

Ян хмыкнул. Его ладонь легла на пояс жены.

— Это ты ещё не всё видел.

Интонация была той самой — тягучей, двусмысленной. Алена подняла на мужа глаза, тёмные, блестящие, и в них не было ни капли смущения. Только предвкушение.

— Может, покажем ему? — промурлыкала она одними губами.

Макс замер. Ладони его сжались в кулаки под водой. В помещении вдруг стало очень тихо.

— Помнишь, мы говорили о том, что после свадьбы смело решим попробовать что-то новенькое? Острое.

— Помню, — выдохнула Алёна, и её грудь под бикини резко вздыбилась.

Макс плавал в паре метров от них, высокий, рельефный, со стальным прессом, который выступал даже когда он просто дышал. Алёна не могла оторвать взгляда от того, как намокли его плавки — серая ткань облепила мощные бёдра. И тот самый член, о котором Ян говорил с каким-то странным, почти гортанным восхищением, когда они обсуждали кандидатуру Макса на роль их "первого".

— Я хочу, чтобы ты посмотрела на него, — шепнул Ян, подталкивая жену чуть вперёд. — По-настоящему. Не украдкой.

Алена шагнула ближе к Максу. Тот не дышал. Только желваки заиграли на скулах, когда она протянула руку и коснулась его груди — просто пальцами, одними подушечками. Мышца дрогнула.

— Твёрдый, — произнесла она тихо.

— Ты даже не представляешь насколько, — прохрипел Макс.

И тогда Ян рванул завязки её бикини.

Верх упал в воду бесшумно, расплылся чёрной кляксой по лазурной глади. Алёна вздрогнула, но не прикрылась — наоборот, подалась вперёд, подставляя грудь под горячие ладони Макса. Тот зарычал что-то нечленораздельное и накрыл её соски пальцами. Сжал. Не грубо, но уверенно — так, что она вскрикнула и запрокинула голову назад, затылком упёршись в грудь мужа, который уже стоял вплотную.

— Нравится? — голос Яна вибрировал у неё над ухом.

Вместо ответа Алена застонала. Пальцы Макса крутили соски, вытягивали их, а рот уже припал к шее — он целовал так, словно хотел выпить всю. Влажные звуки смешивались с плеском воды.

— Я хочу видеть, как ты берёшь его в рот, — сказал Ян и сам развернул жену. — Прямо здесь. У бортика.

Макс уже не ждал приглашения. Он одним движением стянул плавки — мокрая ткань шлёпнулась на кафель. Его член вырвался на свободу, качнулся вверх, и Алёна замерла, рассматривая.

Восемнадцать сантиметров чистой, налитой кровью плоти. Головка широкая, блестящая в полумраке. И член расширялся к основанию.

— Конусовидный, — прошептала она. — Ян, ты был прав.

Она опустилась на колени прямо на ступеньку бассейна — вода щекотала бёдра, стекала по ягодицам. Макс шагнул к ней, и его член оказался прямо перед её лицом.

Алёна провела языком от основания до головки. Медленно. Смакуя каждую выпуклость. Макс сжал её волосы в кулак и замер, глядя сверху вниз. Его грудь тяжело вздымалась.

— Глубже, — попросил он.

Она впустила головку в рот и тут же продвинулась дальше — так, что член упёрся в нёбо, а потом скользнул в горло. Ни рвотного рефлекса, ни сопротивления. Только влажный хрип и ритмичные движения вперёд-назад.

Ян стоял рядом, поглаживая себя через плавки.

— Вот так, девочка. Покажи ему, какая ты грязная.

Она застонала — звук вышел глухим, вибрирующим, потому что рот был заполнен до отказа. Слюна стекала по подбородку, капала на грудь. Глаза слезились, но она не останавливалась. Долбила себя горлом, насаживалась с хлюпающим звуком. Макс рычал. Его пальцы сильнее сжались в её волосах, задавая ритм.

— Я сейчас кончу, — прорычал он. — Если так продолжишь...

Она резко отстранилась. По подбородку тянулась нить слюны, смешанной со смазкой. Она обернулась на мужа:

— Я хочу, чтобы вы оба были во мне. Сразу.

Ян сдёрнул плавки. Его член уже стоял — такой же впечатляющий, восемнадцать сантиметров, только чуть толще в головке. Муж шагнул к жене, поднимая её с колен.

— В спальню. Здесь скользко.

Первое DVP

Сегодня вечером в спальне было темнее. Ян кинул пару поленьев в камин, пока Алена стояла у изножья кровати, той самой, где ее заднюю дырочку трахали менее двадцати четырех часов назад. Макс остановился в дверном проеме, осматривая огромную кровать, открытые балки, женщину.

«Вы уверены?» — сказал он. Это было обращено к обоим. — Мы говорили об этом, — ответил Ян. — О нашей фантазии. О том, как мы хотели бы пригласить тебя. Алена согласилась. Она доверяет мне и мы доверяем тебе. И знаем ты этого так же сильно хочешь, как и мы. Алена подошла к Максу. Тело Макса было похоже на тело точеной скульптуры — гладкая грудь, рельефные косые мышцы, член, уже наполовину твердый и темнеющий на кончике. Ян переместился за Алену, его рот нашел ее шею, руки обхватили ее грудь, большие пальцы обводили соски, пока они не стали твердыми. Макс встал на колени перед ней, Ян присоединился к нему с другой стороны. Две пары мужских рук начали исследовать её тело. Ян, зная все её чувствительные точки, ласкал грудь, защипывая соски, пока Макс проводил грубыми, сильными пальцами по её внутренним бедрам. Алёна опустилась на пол, на пушистый ковер. Мужчины встали перед ней, выставив свои эрекции вперед. Она взяла их в руки, чувствуя разницу в текстуре и температуре. Ян был горячим и привычным, Макс — чуть прохладнее, но твердым, как камень. Она подалась вперед, коснувшись языком головки Макса, затем переключилась на Яна. — Возьми нас обоих, — приказал Ян, взяв её за затылок. Алёна попыталась раскрыть рот как можно шире. Макс и Ян сблизились, прижавшись головками друг к другу. Она протиснула губы между ними, чувствуя, как два ствола наполняют её полость рта, упираясь в язык и нёбо. Это было непривычно, почти больно от растяжения челюсти, но возбуждение зашкаливало. Она работала языком, стараясь облизать обоих сразу, чувствуя вкус предэякулята. — Хорошая девочка, — простонал Макс, запустив руку ей в волосы. И надавил на голову, чтобы почувствовать все умения о которых рассказывал друг. Сняв со своего члена, он надел ее как игрушку ртом на толстый, но привычный для нее член мужа. Они чередовались и давали за щеки одновременно, растягивая рот молодой жены еще несколько минут, пока члены не начали пульсировать от возбуждения.

Потянув его за собой, она упала на кровать спиной, раскинув ноги. Макс навис над ней, целуя живот, пупок, лобок. Его язык проник между складочек, и Алена выгнулась дугой.

— Лижи меня, — приказала она. — А ты, Ян... иди сюда.

Язык Макса облизал дорожку от клитора до ануса. Вернулся обратно и стал работать с громким и пошлым хлюпаньем. Алена застонала. Член Яна прижался к ее губам.

«Возьми его», — приказал Ян. «Сначала рот трахну я. Потом он его трахнет». Она открыла рот. Ян скользнул по ее языку, знакомый и успокаивающий., и толщина его — даже просто головки — вызвала у нее вздох. Рука Яна обхватила её горло, чувствуя форму своего жезла сквозь её кожу. И Ян, наблюдая, как её лицо искажается от удовольствия, снова и снова вонзался в ее горло, пока другой мужчина вылизывал её с жадностью, до хрипоты, до дрожи в коленях.

Время растянулось, стало вязким и горячим. Пальцы Макса вошли в неё — два, потом три. Яна замычала вокруг члена Яна. Она уже текла, соки стекали по ягодицам, пачкая простыни.Через несколько минут они сменили тактику. Ян лег на спину, заставив Алёну опуститься на его лицо в позиции 69, в то время как Макс остался у её головы. Алёна почувствовала, как язык мужа проникает внутрь, а затем Макс наклоняется к оттраханному вчера анусу. Два языка работали над её клитором и анусом — один длинный и знакомый, другой более широкий и агрессивный. Они чередовались, лаская губы, погружаясь в влагу, заставляя Алёну извиваться и стонать, её дыхание сбилось.

— Она готова, — выдохнул Макс, отрываясь от её дырочек. — Сейчас.

— Я начну, — выдохнул Ян. — Садись на меня.

Алёна поднялась и опустилась на член мужа, лицом к нему. Он вошел легко, она была мокрой и готовой. Но едва она начала двигаться, Макс встал, нацелив свой конусовидный ствол в её рот. Алёна приняла его, в то время как Ян снизу продолжал проникать в неё. Ритм наладился быстро: толчок Яна снизу заставлял её глубже глотать Макса сверху. Она была зажата между двух мужских тел, чувствуя себя игрушкой в их руках, и это сводило её с ума.

— Меняемся, — резко сказал Макс через несколько минут.

Он отошел, и Ян вылез из-под неё. Теперь Макс лег на спину, его член торчал вверх, как маяк. Член Макса был широким — конусообразная форма означала, что каждый дюйм открывал новую толщину, ее тело изо всех сил пыталось вместить его. Ее спина втянулась, бедра дрожали.

«Черт», — процедил Макс. «Она сжимает меня, как кулак». «Хорошая девочка», — пробормотал Ян, поглаживая ее волосы. «Возьми его. Весь». Когда Макс вошел до конца, его бедра прижались к ней, Алена не могла дышать. Наполненность была катастрофической. Ян вытащила член изо рта, чтобы дать ей вздохнуть, и звук, который она издала, был наполовину всхлипом, наполовину триумфом. Затем Макс начал двигаться.

Теперь Макс трахал её киску с силой, поднимая бедра, а Ян владел её ртом, держа её за голову. Алёна закрыла глаза, отдаваясь потоку ощущений. Запах пота и секса смешивался с ароматом дымка от камина.

— Я хочу, чтобы мы были внутри тебя одновременно, — проговорил Ян, глядя ей в глаза. — Впустишь?

«Мы оба», — сказал он. «В одной дырочке. Вместе». Глаза Алены распахнулись.

«Скажи мне, — произнес Ян. — Скажи мне, что ты этого хочешь».

«Я этого хочу» — слова прозвучали хрипло.

«Пожалуйста, Ян. Вы оба. Сейчас». «Выебите мою киску вдвоем».

Макс остановился, позволяя ей привыкнуть. Ян смазал пальцы её собственной смазкой и слюной свой член Он прижался к её верхнему краю дырочки, где на мгновение приостановилась долбежка толстым членом друга, медленно надавливая. Алёна напряглась, затем выдохнула, позволяя ему войти. Сначала только головка зашла между стенкой и членом Макса, затем весь ствол. В ней оказалось два толстых члена. В ней, в их шлюхе на сегодняшнюю ночь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Когда Ян вошел полностью, Макс снова начал двигаться. Это было невероятно. Ощущение двойного вагинального проникновения захлестнуло её волной боли и экстаза. Она была переполнена. Каждый толчок Макса сменялся толчком члена Яна, и наоборот, и одновременно. Они двигались в унисон, превращая её тело в сосуд для их наслаждения.

— О, боже, — вырвалось из Алены, когда ритм ускорился.— Да, сука, — крикнул Ян оставляя шлепки на любимой заднице.— Насаживайся еще глубже, блядь — добавил Макс и взял ее за шею двумя руками, задавая пошлый ритм насаживания.

Они трахали её жестко, без остатка, и Алёна чувствовала, как внутри неё нарастает давление, готовое взорваться. Она больше не была стеснительной женой, она была богиней секса и сукой, для которой существуют только два члена и две пары мужских рук.

— Поменяемся, — сказал Ян, после того как почувствовал, что она кончила в своей любимой позе. Держа Алену за волосы Макс плюнул себе на член и пока она пересаживалась на мужа натянул ее рот до основания на истекающий ее соками хер. — Вкусно, сучка? — выдавил он.— Мммм — одобрительно простонала она.

Теперь Алена села спиной к мужу на его член, а Макс долбил глотку. Алена привыкнув к его конусу, сама насаживала свою голову, держа его за накаченные ягодицы.— Какая умница — сказал Макс, постучав жезлом по ее языку.

Он приставил свой хер ко входу, который заполнял Ян и клитору. Взял ее за шею, сказал — Смотри на меня — и вогнал до основания, не дожидаясь, когда Ян вытащит свой. Она только набрала дыхание и закатила глаза. Резко открыв, в приказном тоне сказала — Ебите меня. —Атлеты стали накачивать своими поршнями Алену до основания. Так продолжалось семь минут без перерыва, а для нее это показалось вечностью.

Напряжение было невероятным. Алёна закусила губу, чувствуя, как её растягивают до предела. Головка члена Макса проскальзывала внутрь, рядом с членом мужа. Это было плотно, почти больно, но когда Макс протолкнулся глубже, боль сменилась взрывным ощущением наполненности. Два члена терлись друг о друга внутри неё, раздвигая стенки влагалища.

— Боже, — выдохнула Алёна.

Они нашли ритм. Когда Ян входил, Макс немного выдвигался, и наоборот. Алёна была зажата между двумя горячими, потными мужскими телами. Её киска была набита до отказа, каждое движение вызывало треск внутри, смешанный с её возгласами.

— Ты такая тугая, черт возьми, — рычал Макс, ускоряя темп. — Я не долго выдержу.

— Давай, долби её, — подбадривал Ян, поднимая бедра, чтобы встречать толчки друга.— Быстрее, — прохрипела она. — Трахайте меня. Как шлюху. Оба.

Темп ускорился. Члены входили и выходили, растягивая её до предела. Звуки стали хлюпающими, мокрыми, неистовыми. Кровать скрипела, изголовье билось о стену. Макс вцепился в ягодицы Алены, Ян сжал её плечи.

Алёна чувствовала, как внутри нарастает давление, невероятная сила, сжимающаяся в низу живота. Два члена били в самую глубину, стимулируя каждую точку удовольствия. Она перестала понимать, где её тело, а где их. Она была просто сосудом для их наслаждения, и это сводило её с ума.

— Я сейчас... Я кончаю! — закричала она, и её тело сотрясла мощная судорога.

Оргазм накрыл её волной. Она издала хриплый крик, и из её киски, забитой двумя членами, брызнула струя жидкости. Сквирт вылетел с силой, обдавая живот Макса и бедра Яна. Мужчины не остановились, продолжая долбить её сквозь спазмы, пока она не застонала от переизбытка чувств.— Я кончаю, — сипло выдохнул Макс.

— Давай, в рот, — отозвался Ян.

Они одновременно вытащили члены из неё. Алёна быстро обернулась, опускаясь на колени. Мужчины стояли над ней, дергая свои стволы. Макс первый застонал, вставил глубоко в горло и густая струя спермы ударила Алёне в глотку и стала стекать по пищеводу напрямую. Макс не отпускал ее голову, пока не забился в судорогах. Следом Ян выпустил свой заряд ей в открытый рот и на подбородок.

Алёна облизала губы, собирая белые капли, чувствуя вкус обоих мужчин. Невероятный объем выделений, соль и горечь затопили ее язык, когда она открыла рот и по очереди приняла их обоих — сначала Яна, затем Макса, вылизывая каждого глубокими глотками, пока другой гладил ее волосы и шептал слова, которые она не могла осмыслить. Огонь потрескивал. Кровать была в ужасном состоянии. Алена лежала посреди нее, вся в мужских выделениях, ее тело вибрировало, как удар гонга, призрак этой невероятной полноты все еще пульсировал между ее бедрами. Макс рухнул слева от нее. Ян — справа. Две груди тяжело вздымались в унисон.Третья рука на ее бедре не принадлежала ни одному из них — пока она не поняла, что Макс протянул руку, поглаживая большим пальцем изгиб ее тазовой кости. Собственнически. Нежно. Вопросительно. Ян это заметил. Его улыбка в свете костра была медленной, собственнической и совершенно спокойной.

«Можешь остаться с нами спать», — сказал он Максу. Она смотрела на них, лицом с которого стекали их следы, и чувствовала себя королевой их желаний, полностью удовлетворенной и владеющей миром.

"Спасибо любимый муж" - шепнула она.

Что же принесет в их сексуальный мир среда….

Послевкусие Алёны

Утром Ян и Макс благодарят Алену за ночь и уезжают в город по делам. Буквально через час в коттедж приезжает подруга Алены Ника с женихом Русланом. Новые внезапные сексуальные открытия обеспечены.

ВСЕ ГЕРОИ КНИГ СГЕНЕРИРОВАНЫ ИЗ РЕАЛЬНЫХ ЛЮДЕЙ ИЗ ОКРУЖЕНИЯ АВТОРА, С КЕМ ПРОИСХОДИЛИ ЭТИ ИСТОРИИ, С ИХ СОГЛАСИЯ!

ВСЕ ИМЕНА ИЗМЕНЕНЫ!

Свет утра пробивается сквозь шторы, но для Алёны он кажется слишком резким. Тело ноет, каждая мышца напоминает о прошедшей ночи сладкой тяжестью. Она лежит посреди огромной кровати, запутавшись в простынях, и чувствует, как между ног всё ещё пульсирует навязчивая, горячая боль. Это не просто усталость — это воспоминание о том, как Ян и Макс поочерёдно, а затем и вместе врывались в неё, растягивая, наполняя, заставляя принимать сразу два жёстких члена. Внутри всё ещё сохранилось ощущение раздвоенности, будто её киска навсегда деформировалась под их натиском. Она проводит рукой по низу живота, кожа горячая, прикосновение вызывает лёгкий спазм.

Ян уже не спит. Он сидит на краю кровати, одетый в домашние штаны, и смотрит на неё. Его взгляд скользит по её обнажённым бедрам, по красным следам от пальцев на плечах.

— Как ты, милая? — спрашивает он, голос хриплый от сна.

Алёна пытается пошевелиться, но стон застревает в горле. В дверь стучит Макс. Он входит с подносом, на котором стоят бутылочка тёплого масла и три бокала. Макс в трусах, его торс мускулистый, покрасневшие следы от когтей Алёны ещё видны на его спине.

— Пора благодарить ночную умницу, — улыбается Макс, ставя поднос на тумбочку.

Мужчины помогают Алёне перевернуться на живот. Она не сопротивляется, чувствуя себя куклой в их руках. Ян берёт масло, льёт обильную порцию ей на спину. Жидкость тёплая, ароматная — с нотками сандала и иланг-иланга. Четыре мужских руки начинают разминать её плечи, спускаясь ниже. Это не просто массаж, это владение. Их пальцы давят на мышцы, разминая затёкшие места, но каждое прикосновение несёт в себе сексуальный подтекст.

Пальцы Макса скользят по её ягодицам, раздвигая их. Алёна вздрагивает, но не убегает. Ян льёт ещё масла прямо на верх ягодиц, и оно стекает вниз, к анусу и раздутым половым губам.

— Расслабься, любимая, сейчас мы тебя вылечим, — шепчет Ян.

Макс начинает с интимного массажа. Его пальцы искусно работают с внешними половыми губами, разглаживая их, успокаивая после жёсткого траха. Он давит на точки вокруг клитора, не касаясь его напрямую, заставляя нервные окончания вибрировать. Алёна вдавливает лицо в подушку, её дыхание учащается. Это странное сочетание боли и наслаждения.

Ян присоединяется. Он вводит один палец внутрь, осторожно, словно проверяя целостность. Алёна сжимается, но он шепчет: — Тише, я просто хочу сделать тебе приятно.

Он начинает массировать внутреннюю точку G, ритмично, настойчиво. Макс тем временем усиливает нажим снаружи. Двойное воздействие — снаружи и изнутри — мгновенно даёт результат. Алёна чувствует, как внутри разгорается жар, отличный от того, что был ночью. Это более глубокое, распирающее чувство.

— Да, именно так, — Макс ускоряет движения пальцев по её входу.

Внезапно Алёна ощущает сильный спазм. Жидкость бьёт из неё фонтаном, заливая простыни и руки Яна. Она кричит в подушку, тело дрожит в конвульсиях. Сквирт вырывается струями, мужчины не останавливаются, продолжая стимулировать её, выжимая всё до последней капли.

— Отличная девочка, — выдыхает Ян, вытирая руку о её бедро. — Ты у нас такая мокрая, такая горячая.

Когда спазмы утихают, Алёна переворачивается на спину. Она чувствует себя опустошённой и невероятно довольной. Её глаза блестят.

— А теперь десерт, — говорит Макс.

Он и Ян встают над ней, сбрасывая трусы. Их члены, уже твёрдые, нависают над её лицом. Алёна понимает, что от неё хотят. Она открывает рот, высунув язык.

Макс берёт свой член в руку и направляет на неё. Сильные струи спермы бьют ей в лицо, попадая в щёки, на нос, в открытый рот. Ян тут же присоединяется, его порция густой и обильной смешивается с семенем друга на её коже.

Алёна ловит капли языком, наслаждаясь солоноватым вкусом. Она облизывает губы, собирая белую жидкость пальцами и отправляя в рот. Лицо её покрыто маслянистой плёнкой, волосы слиплись.

— Ты наша красавица, — Ян наклоняется и целует её в лоб, не обращая внимания на месиво на её лице. — Спасибо за ночь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Руслан и Ника (Визуализация Героев)

Через час мужчины собираются уезжать. Алёна стоит в душевой кабине, смывая с себя остатки масла, пота и спермы. Вода льётся горячая, успокаивая кожу. Она смотрит на своё отражение в запотевшем стекле — на её шее и груди остались небольшие синяки, но она не испытывает стыда. Только глубокое, сладкое утомление. Когда она выходит, в доме уже тихо. Алёна надевает лёгкий шёлковый халат, ничего не надевая под ним. Тело под тканью чувствует воздух, соски затвердевают от лёгкого прикосновения шёлка. Она поправляет край халата, нервно проводя рукой по бедру. Вчера всё было иначе, но сегодня она чувствует себя обновлённой. Буквально через час подъезжает машина. Она слышит, как дверь открывается, и голос Ники эхом разносится по прихожей. — Алена, мы здесь! Алёна оборачивается. На пороге стоят Ника и Руслан. Руслан смотрит на неё оценивающим взглядом, а Ника улыбается хищно. Алёна чувствует себя голой под своим халатом, словно они видят насквозь — видят её раздутую, только что отмытую киску и лицо, которое сегодня утром было омыто спермой двух мужчин. — Привет, — выдыхает Алёна, поправляя край халата, который почему-то кажется ей слишком коротким. Ника — подруга Алёны со студенческих лет — и высокий темноволосый парень с короткой стрижкой. Руслан. Жених Ники. Азербайджанец, двадцать три года, широкие плечи, улыбка с ямочками на щеках.

Ника обнимает Алёну у порога, целует в щёку.

— Ну наконец-то! Со свадьбы не виделись. Познакомься — Руслан. Он как ты знаешь улетал на родину на турнир по гонкам.

Руслан пожимает руку крепко, ладонь горячая и сухая. Алёна ловит его взгляд — быстрый, оценивающий, скользящий по линии халата. Она поправляет край ткани, и пальцы соскальзывают по бедру.

— Рад познакомиться, — говорит он. Голос низкий, с лёгким акцентом.

Алёна показывает им комнату для гостей, потом уходит переодеваться. Через 20 минут она стоит в домашнем спортзале — небольшом помещении с беговой дорожкой, гантелями и окном, выходящим на задний двор. На ней спортивный топик, обтягивающий грудь, и короткие шорты, едва прикрывающие ягодицы. Она начинает разминку, но через пять минут замечает движение за окном.

Ника и Руслан расположились у бассейна. Ника — в раздельном купальнике, бронзовая кожа блестит на солнце. Руслан — в чёрных плавках, загорает на шезлонге, руки за головой. Ника втирает крем в его плечи, потом спускается ниже, к животу. Её пальцы скользят под резинку плавок. Руслан приподнимает бёдра. Ника стягивает плавки вниз.

Алёна замирает. Член Руслана — тёмный, с крупной головкой, в состоянии полуэрекции — ложится ему на живот. Даже мягкий, он впечатляет. Ника обхватывает его ладонью, начинает медленно двигать кожу вверх-вниз. Руслан закидывает голову назад. Ника наклоняется, проводит языком по стволу снизу вверх, берёт головку в рот.

Алёна стоит у окна, забыв про гантели в руках. Сердце колотится. Она видит, как голова Ники ритмично движется, как Руслан кладёт руку ей на затылок, направляя. Член твердеет в её рту — длинный, толстый, девятнадцать сантиметров тёмной плоти, блестящей от слюны.

Ника поднимает голову — и смотрит прямо в окно. Прямо на Алёну. Их взгляды встречаются. Ника не отстраняется. Она улыбается, проводит языком по губам и машет рукой, приглашая выйти.

Руслан тоже поворачивает голову. Замечает Алёну. Усмехается.

— Иди сюда! — кричит Ника. — Не прячься!

Алёна отпускает гантели на пол. Выходит через заднюю дверь, босая, по тёплым плиткам террасы. Сердце бьётся в горле. Ника встаёт с шезлонга, подходит быстро, и без слова — хватает Алёну за затылок и целует. Губы мягкие, мокрые от слюны и от того, что только что было во рту. Язык Ники проникает глубоко, настойчиво. Алёна застывает. Руки Ники обхватывают её талию, притягивают ближе. Грудь прижимается к груди через тонкий топик.

Шок проходит через три секунды. А потом тело Алёны отвечает само. Её рот открывается шире, язык встречается с языком Ники. Они сосутся — жадно, мокро, с причмокиванием. Алёна чувствует вкус — солёный, мужской — на губах Ники. Её руки сами поднимаются и ложатся на плечи подруги.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Она не планировала

— Ты смотрела, — прошептала Ника. — Тебе понравилось.

Это не было вопросом. Алёна кивнула, не узнавая собственный голос:

— Да.

Ника вновь впилась в её губы. Глубоко, с засосом, проталкивая язык, прикусывая нижнюю губу. Алёна застонала в этот рот, чувствуя вкус Руслана — терпкий, с горчинкой. Колени подогнулись. Ника держала её крепко, одной рукой сжимая талию, другой — уже забираясь под футболку, под спортивный топ, к соскам.

— Я хочу, чтобы ты попробовала, — выдохнула Ника, оторвавшись на секунду. — Прямо здесь. Со мной.

— Я никогда… с девушкой…

— Знаю. Поэтому я сверху.

Ника потянула её к шезлонгу, усадила, стянула с Алёны топ, потом шорты. Ника опустилась перед ней на колени, провела языком по внутренней стороне бедра — от колена вверх, медленно, оставляя влажную дорожку.

— Руслан, посмотри на неё, — сказала Ника, не оборачиваясь. — Она уже течёт.

Руслан сидел на краю бассейна, опустив ноги в воду, и смотрел. Его член уже стоял во всю, упираясь в живот. Он медленно провёл по нему рукой.

Ника развела её ноги шире. Алёна откинулась на спину, закрыла глаза. Первое прикосновение языка к клитору вырвало из неё всхлип. Ника лизала её широко, плоско, потом собрала губы трубочкой и всосалась, и Алёна вцепилась пальцами в пластик шезлонга.- Смотри на меня, — приказала Ника.

Алёна открыла глаза. Ника смотрела на неё снизу, между её разведённых бёдер, и улыбалась, не отрываясь. Её язык работал быстро, точно, она знала, куда давить, когда отстраниться, когда дунуть на влажную плоть, чтобы Алёна задрожала.

— Хочу сесть тебе на лицо, — сказала Ника. — Можно?

— Да, — выдохнула Алёна. — Пожалуйста.

Ника поднялась, перекинула ногу через Алёну. На секунду зависла над ней — розовая, раскрытая, блестящая. Потом опустилась. Алёна почувствовала её вкус — другой, не как у мужчин, более лёгкий, с кислинкой. Она неуверенно провела языком, и Ника застонала, качнув бёдрами.

— Вот так, — прошептала Ника. — Шире. Да, здесь. Теперь пососи.

Алёна не спешила — ей хотелось растянуть этот момент, почувствовать, как Ника напрягается под ней. Она обвела языком вокруг клитора, не касаясь его, и Ника выгнулась.

— Дразнишься, — выдохнула она. — Ян тебя хорошо научил.

От упоминания мужа Алёна вздрогнула. Одна из пошлых ночей вспыхнула в памяти: Ян сзади, его пальцы у неё во рту, его шёпот — «шире, языком, вот так».

Она прижалась ртом к клитору Ники и всосалась. Ника вскрикнула — коротко, резко, и её бёдра дёрнулись вверх. Алёна удержала её, обхватив ладонями за талию, и продолжила — то широко, плоско, то собирая губы трубочкой, то проникая языком внутрь.

— Да, — стонала Ника. — Да, вот так. Теперь пальцы.

Алёна ввела два пальца. Внутри было горячо и тесно, и Ника сжалась вокруг них, застонав. Алёна двигала ими медленно, подстраиваясь под ритм её бёдер, и одновременно лизала клитор. Рука Ники в её волосах сжалась сильнее.

— Смотри на меня, — приказала Ника.

Алёна подняла глаза. Ника смотрела на неё сверху, губы приоткрыты, щёки раскраснелись. В этом взгляде было что-то, от чего у Алёны перехватило дыхание. Она никогда не видела Нику такой — беззащитной и властной одновременно.

— Хорошая девочка, — прошептала Ника. — Теперь быстрее.

Алёна ускорилась. Пальцы входили глубже, язык работал без остановки. Ника дышала рвано, её бёдра двигались навстречу, и Алёна чувствовала, как внутри неё всё сжимается. Она сама была на грани — от одного только вкуса, от звуков, которые издавала Ника, от того, как Руслан смотрел на них.

— Я сейчас, — выдохнула Ника. — Не останавливайся.

Алёна не остановилась. Она всосалась в клитор, одновременно согнув пальцы внутри, и Ника вскрикнула. Её тело выгнулось дугой, бёдра задрожали, и Алёна почувствовала, как внутренние мышцы пульсируют вокруг её пальцев. Ника кончала каплями горячего сквирта с её именем на губах — тихим, сдавленным «Алёна…».

Потом она обмякла, тяжело дыша. Алёна отстранилась, облизывая губы. Вкус Ники остался на языке — лёгкий, солёный, с чем-то неуловимо сладким. Она посмотрела на Руслана. Тот улыбался, медленно поглаживая себя.

— Ника рассказывала, Ян научил тебя круто вылизывать анус, — вдруг произнес Руслан, держась за свой 19 сантиметровый поршень у основания. — До блеска.

Алёна замерла на секунду. От этих слов стало ещё жарче. Она улыбнулась, кивнула, не отрывая взгляд.

Алёна смотрела как он выходил из воды. Капли падали на каменную плитку. Потом его тень накрыла их обеих. Алёна с искрами азарта в глазах встала раком на краю шезлонга.

— Попробуй его, — сказала Ника. — Покажи, чему научил тебя Ян и меня научишь.

Ника присела сзади, её язык скользнул между ног Алёны.

Руслан развернулся, наклонился, опираясь на шезлонг. Алёна видела его ягодицы, смуглые, с каплями воды, и между ними — тёмную складку. Сердце колотилось где-то в горле. Он раздвинул ягодицы руками. Она наклонилась и провела языком — сначала робко, по кругу.

— Вылижи мне жопу. Покажи, чему муж научил.

Алёна смотрит на его тёмный анус. Язык касается ануса — солёный, мускусный вкус. Она обводит кругом, потом проникает внутрь. Руслан стонет, сжимает ягодицы.

— Да, блядь, именно так...

Алёна прижалась ртом плотнее, проталкивая язык внутрь. Он был горячим, тугим. Она лизала его, как учил Ян — широко, потом остро, проникая, вылизывая каждую складку, пока кожа не заблестела от слюны. Руслан стонал, его бёдра подрагивали. Ника тем временем переместилась под него и взяла его член в рот.

Они работали втроём, как единый механизм. Алёна лизала его анус, Ника сосала член, и Руслан рычал, вцепившись в волосы Ники. Алёна чувствовала, как его тело напрягается, как мышцы под её языком сжимаются. Язык проникает все глубже. Ника сосёт жадно, голова двигается быстро, слюна стекает по стволу. Руслан держит её за волосы, начинает сильнее двигать бёдрами, трахает рот. Член входит глубоко, до горла. Ника давится, но не отстраняется.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я сейчас, — выдохнул Руслан.

Она взяла его глубже. Руслан дёрнулся, застонал, и Алёна почувствовала, как его анус пульсирует под её языком. Она продолжала лизать, пока он кончал.

Потом Ника отстранилась, подползла к Алёне. Её губы были сомкнуты, в глазах — озорной блеск. Она взяла Алёну за подбородок, притянула к себе и поцеловала. Алёна почувствовала, как тёплая, густая жидкость перетекает изо рта Ники в её собственный. Вкус был резким, солёным, с горчинкой. Алёна сглотнула.

Руслан опустился рядом, всё ещё тяжело дыша. Его рука легла на бедро Алёны, сжала.

— А что скажет Ян, когда узнает? — спросил он, улыбаясь.

Алёна посмотрела на него, потом на Нику. Внутри всё ещё дрожало, но где-то глубоко уже зарождалось новое возбуждение.

— Он захочет присоединиться — ответила она.

Ника рассмеялась, откинувшись на шезлонг.

— Будем ждать, — сказала она.

Друзья, ловлю от вас интерес и активность и выкладываю дальше! Там много жаркого! Всем приятного прочтения❤️

Привет от Вас всем героям книги передам, они часто рядом)

Послевкусие Алёны и разговор мужчин.

Алена поделилась вчерашним опытом с мужем. Руслан и Ян обсудили все моменты. Ника уехала на экзамен. Парни начали тренировку на улице, а Алёна всего лишь принесла им фрукты)

ВСЕ ГЕРОИ КНИГ СГЕНЕРИРОВАНЫ ИЗ РЕАЛЬНЫХ ЛЮДЕЙ ИЗ ОКРУЖЕНИЯ АВТОРА, С КЕМ ПРОИСХОДИЛИ ЭТИ ИСТОРИИ, С ИХ СОГЛАСИЯ! ВСЕ ИМЕНА ИЗМЕНЕНЫ!

Вечернее солнце уже клонилось к закату, когда у ворот послышался гул двигателей. Ян и Макс возвращались. Машины плавно въехали на территорию, и тишина, царившая у бассейна, нарушилась. Макс, вылезая из салона, лишь лениво махнул рукой в сторону террасы, где сидела Алёна, Руслан и Ника. Его лицо было уставшим, под глазами залегли тени. Он пробормотал что-то невнятное в знак приветствия и, не дожидаясь ужина, направился прямо в гостевой домик. Дверь за ним захлопнулась с глухим стуком — ему нужен был только сон.

Алёна сидела на низком садовом диване, укутавшись в легкий плед. Ян подошел к ней, не снимая куртки, и присел рядом. Его рука легла на её затылок, пальцы запутались в волосах, и он притянул её к себе. Это была не просто похвала, это было утверждение права собственности. Алёна прижалась к его бедру, вдыхая запах дороги и его любимого парфюма.

Вечер сгустился, и они перебрались к костру. Пламя потрескивало, разбрасывая искры в темноту. Ян усадил Алёну так, чтобы она сидела у него на коленях, спиной к его груди. Его руки свободно лежали на её бёдрах, иногда скользя выше, иногда опускаясь ниже. Напротив, на другой стороне костра, устроились Руслан и Ника. Тень от костра играла на их лицах, делая сцену похожей на древний ритуал.

Алёна рассказывала. Голос её дрожал, срываясь на шепот, но она не останавливалась. Она описывала вкус Ники, соленый и терпкий, описывала, как тяжело дышать, когда чей-то язык проникает глубоко, описывала ощущения от анулингуса и Русланова члена в руке, который казался ей инструментом пытки и наслаждения одновременно. Ян слушал молча, его дыхание становилось чуть глубже с каждой её фразой. Он не перебивал, позволяя ей прожить эти моменты заново, превращая стыд в откровенность.

Когда повествование подошло к концу, Руслан встал. Он жестом подозвал Яна в сторону. Они отошли на несколько шагов, в тень старого дуба, где их голоса сливались с шумом ночи. Руслан выглядел озабоченным, его руки были скрещены на груди.

— Слушай, Ян, — начал Руслан, понизив голос, — я не хочу, чтобы потом было неловко. Мы зашли далеко. Я не хочу портить семейную дружбу из-за того, что я... что мы с Никой...

Ян посмотрел на него. В его глазах не было ни тени сомнения, только холодный расчет и какое-то темное, хищное спокойствие. Он слегка улыбнулся, поправляя воротник куртки.

— Не парься, — отрезал Ян. — Всё в порядке. Это часть медового месяца. Я хочу, чтобы она раскрылась полностью. Видеть её такой... это то, чего я хочу и она хочет на этой неделе. Мы сочтёмся.Руслан кивнул, словно эта фраза сняла с него груз ответственности.

— Но, позволь один вопрос. Почему ей не захотелось отсосать член или потрахаться? - спросил Руслан.

— У нас есть договоренность. Я не вставляю никуда без ее присутствия, она не принимает никуда без моего. Анилингус в порыве лесбийских утех допустим - засмеялся Ян.

Они вернулись к костру, и больше эта тема не поднималась. Алёна, заметив их возвращение, вопросительно посмотрела на мужа, но Ян лишь крепче сжал её плечо, давая понять, что всё в порядке.

Утро началось с дождя. Алёна проснулась одна в постели, Ян уже встал. Она потянулась, чувствуя ноющую усталость в мышцах, напоминание о вчерашнем дне. В доме было тихо, только шум воды из ванной прорезался сквозь полуоткрытую дверь. Ян, проходя мимо ванной, остановился. Дверь была приоткрыта на ширину ладони, и оттуда валился пар.

Он увидел их через стекло. Руслан стоял за Никой, прижав её лицом к кафельной стене. Вода лилась им на спины, смывая пену. Но главное было не это. Руслан входил в Нику сзади, и это было явно не во влагалище. Его движения были резкими, сильными, вкручивающими. Ян видел, как его тяжелый, темный член с широкой головкой исчезает в узком кольце ануса Ники до самого основания. Ника выгнула спину, её пальцы скребли кафель, и из её горла вырывались сдавленные крики, заглушаемые шумом воды.

— Да, сука, бери всё, — рычал Руслан, с силой вгоняя себя в неё, его яйца со стуком ударялись о её ягодицы.

Ян стоял, замерев, глядя на то, как этот огромный стержень растягивает её задний проход до предела. Внезапно Руслан застонал, дернулся всем телом и прижался к Нике животом. Он кончал прямо в её кишку, заливая её внутренности горячим семенем. Он выдернулся, и из отверстия Ники потекла тонкая струйка спермы, смешиваясь с водой. Руслан поцеловал её в шею, выключил воду и начал вытирать её полотенцем, уже заботливый и нежный, словно только что не насиловал её в задницу.

Спустя час, за завтраком, Ян рассказывал об этом Алёне. Он не стеснялся в выражениях, описывая каждый дюйм того, что видел. Алёна слушала, её лицо горело, а между ног начинало пульсировать. Она не представляла этот огромный член внутри себя, в таком узком, тугом месте, и страх смешивался с возбуждением.

После завтрака Ника уехала сдавать экзамен в универ, а парни решили устроить тренировку в уличном спортзале. Алёна осталась наблюдать. Она сидела в корзине-качели, обнимая колени. Ян, Макс и Руслан были в шортах, без футболок. Тренировка была интенсивной, и пот вскоре начал стекать по их коже.

Алёна смотрела на них не как на спортсменов, а как на самцов. Она видела, как напрягаются мышцы Яна, когда он жмет штангу — его бицепсы выпукло обозначаются, спина выгибается дугой, кожа блестит от пота. Как о кубики пресса Макса можно порезаться когда он делает выход силой на перекладине. Когда Руслан он подтягивался на турнике, его плечи и спина играли под кожей, словно кабаны. Шорты натянулись, очерчивая мощные бедра и промежность. Алёна видела, как иногда, при резком движении, член в его трусах слегка сдвигается, намекая на тот самый инструмент, который она видела вчера и о котором только что слышала. Это зрелище гипнотизировало её — три мужские фигуры, потные, мускулистые, полные силы и тестостерона, демонстрирующие свою сексуальность просто через движение тел. Она чувствовала, как мокреет, глядя, как они дышат, как хрипло выдыхают воздух, как их мышцы наливаются кровью. Это был настоящий праздник плоти, устроенный специально для её глаз и как оказалось не только для глаз...!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Сама напросилась (BGB) + (Визуализация Героев)

Через полчаса Алёна сходила на кухню и вернулась с корзиной фруктов. Мини-шорты едва прикрывали ягодицы, купальник обтягивал грудь. Мужчины обернулись одновременно. Алёна улыбнулась, поставила корзину на столик и, не сказав ни слова, скинула шорты. Потом нырнула в бассейн.

Вода обожгла прохладой. Алёна вынырнула, откинула мокрые волосы назад и поплыла к бортику. Ян уже стоял у кромки, скрестив руки. Его взгляд был тёмным, сосредоточенным.

— Выходи, — сказал он.

Алёна подтянулась на руках, села на бортик. Вода стекала по её животу, по бёдрам. Макс и Руслан подошли ближе. Она чувствовала их взгляды, как прикосновения.

— Вчера ты вылизала его, — Ян кивнул на Руслана. — До блеска. А сегодня, — он сделал паузу, — сегодня ты вылижешь всех троих. Хочешь?

Алёна сглотнула. Сердце ударило в горло. Она посмотрела на Руслана, потом на Макса. Оба смотрели на неё с одинаковым выражением — спокойным, выжидающим.

— Я отсосу все 3 больших члена? Ее глаза сузились в хитром вопросе.

— В сауне, — добавил Ян. — Пойдем, любимая.

Она поднялась. Ноги дрожали, но не от холода. Сауна была в дальнем углу двора, отдельная постройка с тёмным деревом и узким окном. Алёна вошла первой. Внутри было жарко, пахло кедром и разогретым камнем. Она села на нижнюю полку, чувствуя, как дерево обжигает бёдра.

Мужчины вошли следом. Ян закрыл дверь. В полумраке их тела казались ещё больше, ещё темнее. Алёна видела, как они снимают шорты, как их члены тяжелеют от жары и предвкушения. Руслан встал первым, опираясь на полку. Его член уже поднимался — тёмный, с выступающей веной, блестящий от пота.

— Держись за член того, кого лижешь. И дрочи, - произнес Ян.

— Да, — выдохнула Алёна.

Руслан уже стоял перед ней. Его член — самый толстый и длинный из трёх, с тёмной головкой и выступающей веной — покачивался в полутьме. Макс устроился на соседней полке, раздвинув ноги, и лениво гладил себя. Его член был толще у основания, с широкой головкой и бледной кожей, по которой набухали голубые прожилки.

Ян подтолкнул её вперёд.

— Начни с Руслана.

Алёна подползла. Руслан развернулся, упёрся ладонями в деревянную стену и слегка прогнулся в пояснице. Его ягодицы напряглись, между ними блестела тёмная складка. Алёна потянулась вперёд, обхватила рукой его член снизу, между ног — горячий, твёрдый, с липкой каплей на кончике. Она сжала его у основания и медленно провела вверх, чувствуя, как вена пульсирует под пальцами.

Язык коснулся его копчика. Руслан застонал, подался назад. Алёна лизала его медленно, широко, не отрывая руки от члена. Большим пальцем она собрала смазку с головки, растёрла её по стволу, задавая тот же ритм, в котором двигался её язык.

— Да, — выдохнул Руслан. — Дрочи быстрее.

Она послушалась. Рука задвигалась быстрее, сжимая его член у основания, прокручиваясь у головки. Одновременно язык протолкнулся внутрь — туго, горячо. Руслан зарычал, его бёдра дёрнулись. Алёна чувствовала, как его промежность напрягается, как под рукой набухает ещё сильнее.

Алёна отстранилась. Слюна блестела на губах. Макс уже стоял на четвереньках, задранный зад был бледнее, но побрит. Его член свисал вниз, покачиваясь. Алёна подползла сбоку, протянула руку и обхватила его под животом. У основания он был действительно толще — пальцы не смыкались полностью. Она сжала, чувствуя, как кожа скользит по стволу.

Языком она провела по его анусу. Макс вздрогнул, застонал. Алёна лизала его острее, проникая глубже, одновременно дроча ему в такт. Рука двигалась от основания к головке, сжимаясь всё сильнее. Макс толкался назад, насаживаясь на её язык.

— Блядь, — прошептал он. — Не останавливайся.

Она лизала его глубже, проникая языком, вылизывая каждую складку. Макс стонал, его бёдра подрагивали. Алёна чувствовала, как её собственные выделения вот вот покапают на пол. Она сжала бёдра, но это только усилило пульсацию.

— Любимый, — позвала она, отстранившись. — Теперь ты.

Ян встал перед ней, развернулся. Его зад был знакомым, родным. Алёна прижалась ртом к его анусу, и Ян застонал, запустив пальцы в её мокрые волосы. Она лизала его так, как он любил — остро, проникая, потом широко, по кругу. Ян толкался назад, насаживаясь на её язык.

— Хорошая девочка, — выдохнул он. — Теперь держись за нас.

Алёна не поняла сразу. Потом почувствовала, как Руслан и Макс встают по бокам. Их члены оказались у её лица — тёмные, блестящие, с набухшими головками. Она обхватила оба ладонями, чувствуя, какие они горячие, какие твёрдые.

— Рот, — сказал Ян. — Все трое, как и хотела.

Алёна впервые взяла в рот член Руслана. Он был толстым, с выступающей веной, и она почувствовала, как головка упирается в нёбо. Руслан застонал, подал бёдра вперёд. Алёна сосала его глубоко, чувствуя, как слюна стекает по подбородку. Он подолбил ее в глотку насильно секунд 20 и надавил, чтобы 19 сантиметров скрылись в ее глотке полностью.— Да, сука, как глубоко и узко - прошипел Руслан, отпуская хватку. Алена вдохнула воздух с громким звуком и взяла член Макса. С немного уже головкой и шире у основания. Алёна обхватила его губами, заглатывая до горла. Макс вцепился в её волосы и начал накачивать.

— Да, — рычал он. — Глубже.

Ян встал перед ней. Его член был знакомым, но сейчас, в этом полумраке, среди двух других, он казался новым. Алёна взяла его в рот, чувствуя вкус собственной слюны и пота. Она сосала его, не отрываясь, пока Ян не отстранился.

— Вместе, — сказал он.

Алёна не поняла, как это возможно. Но мужчины уже двигались — Руслан и Макс встали по бокам, их члены прижались к её щекам. Алёна открыла рот шире, и все трое вошли одновременно. Она замычала, чувствуя, как её рот растягивается, как головки трутся друг о друга и о её язык.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Вот так, — стонал Ян. — Принимай нас.

Они двигались по очереди, потом вместе. Алёна не могла дышать, но это было неважно. Она отдалась ощущениям — три члена во рту, три пары рук в её волосах, жар сауны, обжигающий кожу. Слюна текла по подбородку, по груди, смешиваясь с потом.

— Хорошо, — сказал он. — Теперь в ложку.

Алёна не сразу поняла. Потом увидела, как Руслан ложится на спину, положив голову на сложенные руки. Его член стоял вертикально, тёмный, блестящий. Макс опустился на колени у его плеча. Ян встал рядом.

Алёна подползла к Руслану. Его член оказался прямо у её лица — длинный, с блестящей головкой, которая слегка подрагивала. Она обхватила его губами, взяла глубоко, до самого горла. Руслан застонал, приподнял бёдра. Алёна сосала его размеренно, чувствуя, как головка упирается в нёбо, как слюна стекает по стволу.

— Макс, — позвал Ян.

Макс встал рядом. Алёна отстранилась от Руслана и взяла в рот Макса. У основания он был толще, и ей пришлось шире развести губы. Она заглатывала его не так глубоко, но компенсировала языком, обводя уздечку, прижимаясь к нижней стороне ствола. Макс рычал, вцепившись в её затылок.

Алёна переключилась на мужа. Вкус его члена был знакомым — солёным, с лёгкой горчинкой пота. Она сосала его так, как он любил: быстро, сжимая губами у основания, расслабляя горло. Ян стонал, глядя на неё сверху.

— Вместе, — сказал он.

Руслан и Макс встали по бокам. Алёна открыла рот шире. Первым вошёл Ян, потом Макс, потом Руслан. Три головки столкнулись у неё на языке. Алёна замычала, чувствуя, как рот растягивается до предела. Слюна текла по подбородку, капала на грудь.

— Соси, — приказал Ян.

Она не могла двигаться — только языком. Он скользил по всем трём стволам сразу, обводил головки, нырял в промежутки. Мужчины двигались сами — по очереди, потом одновременно. Алёна закрыла глаза, отдаваясь этому ритму. Жар сауны, пот, солёный вкус, давление в горле — всё слилось в одно.

— Глубже, — прошептал Руслан, и его член протолкнулся дальше.

Алёна расслабила горло. Руслан вошёл до конца, замер на секунду, потом вышел. Алёна успела глотнуть воздуха, прежде чем Макс вошёл так же. Его толщина распирала рот, давила на челюсть. Он двигался медленно, давая ей почувствовать каждый сантиметр.

— Алёнка шлюшка на этой неделе?, — сказал Макс Яну, не выходя из её рта.

— О, да, — ответил Ян. — Поэтому ты её и трахаешь в рот.

Алёна застонала. От этих слов возбуждение ударило вниз живота. Она сжала бёдра, чувствуя, как её собственные соки текут по внутренней стороне.

— Теперь все, — сказал Ян.

Они вошли одновременно. Они вновь втискиваясь втроём. Алёна почувствовала, как челюсть хрустнула, но не остановила их. Три члена двигались в её рту, тёрлись друг о друга, о её язык, её нёбо. Слюна лилась сплошным потоком. Алёна не могла дышать — и не хотела.

— Я сейчас, — выдохнул Руслан.

Он вышел первым. Сперма ударила ей на язык — густая, солёная. Алёна сглотнула, не дожидаясь команды. Руслан застонал, глядя, как её горло сжимается.

— Теперь я, — сказал Макс.

Его член запульсировал у неё во рту. Сперма заполнила всё — тёплую, вязкую. Алёна глотала, но её было слишком много. Она потекла по подбородку, смешиваясь со слюной.

— Ян, — прохрипела она, когда Макс вышел.

Муж взял её за затылок. Его член вошёл до самого горла. Алёна почувствовала, как он дёргается, как первые капли ударяют прямо в глотку. Она сглотнула, потом ещё раз. Ян застонал, придерживая её голову.

— Всю, — сказал он. — До конца.

Алёна не отпускала, пока он не обмяк. Потом отстранилась, глотая последние капли. Во рту был вкус всех троих — резкий, терпкий, обжигающий. Она облизнула губы, посмотрела на мужчин снизу вверх и засмеялась от всего, Что сейчас произошло!

— Спасибо — вырвалось у всех одновременно!

Всей толпой они отправились купаться, неся Алену на руках!

Впереди пятница.....развратница. Хотя пока никаких планов нет, завтра все лишние гости уедут...

Сурен (Визуализация героя)

Один из самых горячих эпизодов цикла. В коттедже остаются Ян и Алёна вдвоем, как внезапно к ним приезжает партнер по бизнесу и давний друг Яна, Сурен. Перед умениями этого парня не сможет устоять ни одна девушка....Алёна сама принимает решение испытать первое двойное проникновение.

ВСЕ ГЕРОИ КНИГ СГЕНЕРИРОВАНЫ ИЗ РЕАЛЬНЫХ ЛЮДЕЙ ИЗ ОКРУЖЕНИЯ АВТОРА, С КЕМ ПРОИСХОДИЛИ ЭТИ ИСТОРИИ, С ИХ СОГЛАСИЯ! ВСЕ ИМЕНА ИЗМЕНЕНЫ!

Выехав из ворот коттеджа, вдохновленные прошедшими днями, Макс и Руслан отправились в город, распрощавшись с Яном и Алёной до завтра.

На завтра виновники недели торжества назначили финальный уикенд и парни поехали в том числе за своими вторыми половинами.

По пути парням помигал фарами встречный порш кабриолет на московских номерах и в этом автомобиле они узнали лучшего друга юности и партнера по бизнесу Яна Сурена.

Он летал на родину в Иран, хотя у него их две (он сын Армянина и Иранки), и не смог присутствовать на свадьбе.

И вот, из аэропорта заехав в цветочный и в золотое яблоко, с подарками мчал к лучшему другу поздравить.

Когда он заехал в ворота коттеджа Алёна без всякого стеснения поливала со шланга цветы на клумбах, Ян тренировался на уличных тренажерах.

Удивлению пары не было предела, что Алена даже не сразу вспомнила, что на ней нет одежды.

Улыбка Сурена стала шире.

Он не отвел взгляда, но и не ухмыльнулся — просто мужчина, который оценил очень красивый факт, стоящий перед ним.

Вы, должно быть, Алена, - сказал он, и его голос стал теплее, нежнее.

Ян показывал мне фотографии.

Ян с восторгом от приезда друга засмеялся над женой, которая побежала накинуть на себя платье.

Сурен увидев картину расплылся в улыбке.

Он видел Алёну только по видеозвонкам, с Яном они не виделись 3 года.

Она замечательная, - тихо сказал Сурен.

Она - нечто особенное, - согласился Ян.

Минуту спустя она появилась снова в сарафане, щеки раскраснелись, волосы все еще в беспорядке.

Она подошла к Сурену с официальной неуверенностью женщины, которую только что увидел обнаженной незнакомец и которая не уверена, что это описано в книгах по этикету.

Он решил проблему, шагнув вперед и поцеловав ее в щеку — легкое касание, почти застенчивое.

Добро пожаловать, - сказала она.

Спасибо, что пригласили меня.

Простите, что приехал без предупреждения.

Она взяла букет, который он принес, — белые ароматные розы — и маленькую золотую коробочку из ювелирного магазина.

Объятия, первое знакомство Сурена и Алены, робкий поцелуй в щеку и подарки для новоиспеченой жены.

Алена побежала на кухню готовить.Ян и Сурен сели на уличную качель и проговорили пол часа до ее прихода.

Обсудили совместные бизнес проекты, но в первую очередь прошедшую свадьбу и отдых на медовой неделе!

Сурен был впечатлен активностью дней.

И обрадовался за друга, что наконец Алёна дала ему в анал.

Полчаса спустя Алена принесла поднос с омлетом, мясным ассорти и хлебом.

Она села рядом с ними, положив руку мужу на бедро, и стала расспрашивать Сурена о его семье, его полете, жизни заграницей.

Он отвечал с непринужденностью человека, чувствующего себя комфортно в собственной шкуре.

Он впечатлял её.

Ян видел это по тому, как она смеялась его шуткам, как наклонялась вперед, когда он говорил.

В конце концов, она объявила, что собирается вздремнуть после обеда.

Ян поцеловал ее в лоб, и она исчезла наверху.

Сурен встал.

Мне нужно принять душ.

Тренажерный зал, о котором вы говорили, находится рядом с гостевым домом?

За бассейном.

Сурен отправился в уличный душ за тренажерным залом, окутанный бамбуковыми сетками.

Поднявшись наверх, Ян обнаружил, что Алёна уже лежит в постели, натянув простыни до пояса.

Она смотрела в потолок.

Ты рассказал ему?, - спросила с улыбкой она.

О чем?

О нас.

Об анальном сексе.

Ян сел рядом с ней.

Он мой самый старый друг.

Я все ему рассказываю.

И что он сказал?

Ян помолчал.

Сурен славился своими навыками в анальном сексе (во всех его проявлениях).

Его бывшие девушки умоляли трахать их в попку, хотя до этого не пробовали или не любили!

Он обладал стройным телом гимнаста и его корни подарили ему очень крепкий член 20 сантиметров и очень толстый!

Но правильно умея им пользоваться и девочки даже сквиртят от такого анала!

Алене об умениях Сурена Ян не рассказывал никогда!

Но сейчас перед послеобеденным отдыхом в кровати поделился!

На что Алёна спросила - «А от анала можно сквиртить?»

... Брызгать очень обильно, - засмеялся он. Да, это возможно. Это просто техника, вот и все. Не магия. - Техника, - повторил Ян. Терпение. Углы. Понимание анатомии. Прямая кишка окружена той же тканью, что и точка G. Нажимать правильно, и это будет более интенсивный оргазм, чем вагинальный. Во всяком случае у некоторых женщин.

Алена все еще боролась с ощущениями, ей все еще приходилось делать паузы и дышать во время пока единственного анального растяжения.

Какое-то время она молчала. Затем она поднялась, подошла к окну и посмотрела вниз, в сторону тренажерной зоны.

Ебать, - прошептала она.

Это означало она была чем то впечатлена! Ян присоединился к ней у окна. Бамбуковые сетки оказались не такими плотными. Сквозь решетку они увидели, как Сурен стоит под струями воды, повернувшись к ним спиной. Вода обводила его плечи, изгибы косых мышц, упругие изгибы ягодиц 27 летнего красавца. Он был худощав — не громоздкий, а с рельефной фигурой, каждая мышца которой была подчеркнута многолетними занятиями гимнастикой. Он повернулся, потянувшись за мылом, и они увидели его в профиль. Его член был тяжелым, толщиной с запястье, головка упиралась в бедро. Даже мягкий, он производил впечатление. Его яйца были большими, отвисшими, что, казалось, обещало увеличение. У Алены перехватило дыхание. Она не отвела взгляда.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ян, - сказала она, и ее голос был едва слышен. - Я тут подумала.

О чем любимая?" Она отвернулась от окна, ее глаза блестели, щеки пылали.

Мы так много всего интересного делали на этой неделе. Столько всего нового. Так много всего, чего я никогда не думала, что захочу.

И что?

И я хочу нам кое-что подарить, - она присела на край кровати и взяла его за руку.

Я хочу, чтобы у меня было первое двойное проникновение. С тобой. И с ним.

Слова повисли в воздухе между ними.

Член Яна напрягся так быстро, что у него закружилась голова.

Я видела его, - сказала она. Я видела, что у него есть. И я запомнила, что ты говорил о его мастерстве. Я хочу это почувствовать. Вас обоих. Внутри меня. Вместе.

Ты уверена? - посмотрев в глаза жене спросил он.

Я никогда ни в чем не была так уверена. Она поцеловала его ладонь.

Но ты должен спросить его. Ты должен сделать так, чтобы это произошло сегодня вечером.

Ян выглянул в окно. Сурен выключил душ и насухо вытирался полотенцем, с каждым движением разминая спину.

Я спрошу его, - сказал Ян. Он давно мечтает о полноценном двойном проникновении для нее! Осталось договориться с Суреном, хотя зная его, он не сомневался в реализации этого плана на сегодняшний вечер пятницы.

Но, ты пойдешь со мной - с блеском в глазах произнес он.

Его руки рванули халат с её плеч, и прохладный воздух комнаты обжёг обнажённую кожу. Алёна инстинктивно прикрыла грудь, но Ян схватил её запястья, выкручивая руки за спину.

Не стесняйся, — приказал он. Пусть видит, что ему достанется.

Она послушно развела локти, выставляя напоказ набухшие соски, влажную щель между ног, где уже собирались капли возбуждения.

Ян провёл рукой по мокрой ложбинке и дал ей облизать палец. Затем шлёпнул по ягодице — звук получился громкий, отчётливый.

Иди к двери, — сказал он. - Когда подойдем позови Сурена. Скажи, что мы хотим показать ему кое-что интересное.

Её ноги подкашивались, но она сделала шаг, затем другой, чувствуя, как Ян идёт следом и его взгляд жжёт её спину. Она распахнула дверь на террасу, и холодный предвечерний воздух ударил по разгорячённой коже. Сурен как раз накидывал полотенце на плечи, но, увидев её, замер. Его взгляд скользнул по её телу — от распущенных волос до босых ног, задержался на сосках, затем на лобке, где блестели капли.

Алёна?, — удивленно сказал он, голос глухой, и полотенце соскользнуло на землю.

Ян вышел следом, обнял её за талию, его пальцы впились в мягкость живота.

Моя жена хочет показать тебе наше гостеприимство, — сказал он, и в его голосе звучала гордость.

Она решила, что сегодня отличный день для ее первого двойного проникновения.

Сурен медленно облизал губы, его взгляд ушёл ниже, к её ногам, которые она инстинктивно раздвинула.

Ты уверена?, — спросил он её напрямую, и она кивнула, кусая нижнюю губу.

Сурен убрал руку с ее груди и посмотрел на Яна — прямо, по-мужски.

Разреши мне подготовить её самостоятельно. - произнес Сурен не отводя глаз от Алёны.

Ян замер на секунду. Его пальцы сильнее впились в ее живот, и она почувствовала, как его грудь прижимается к ее спине.

Забирай, — голос Яна был хриплым. — Я пока подготовлю спальню.

Ян отпустил ее, и холодный воздух обжёг кожу. Он прошёл мимо, скользнув ладонью по ее бедру — последнее прикосновение перед тем, как исчезнуть в доме.

Сурен протянул руку. Алёна вложила в неё свою, и он повёл ее через террасу. Его ладонь была горячей, грубой от штанги и турников. В ванной комнате пахло лавандой и чем-то древесным. Сурен повернул кран, и вода загремела по кафелю.

— Стой здесь.

Он опустился на колени. Тёплая вода омывала ее, стекая по бёдрам. Сурен направил струю ниже, и она вздрогнула — вода проникала туда, где ещё пульсировало возбуждение. Его пальцы раздвинули щелки, и она почувствовала, как расслабляется под напором.

— Хорошо, — пробормотал он. — Очень хорошо.

Потом его язык. Широкий, влажный, настойчивый. Он лизал ее от клитора до самого отверстия, и она упёрлась руками в стену. Его язык проник глубже — тёплый, мягкий, невыносимо медленный. Алёна застонала, толкаясь ему навстречу, под давлением его рук.

Один палец скользнул внутрь. Она сжалась, но Сурен не торопился. Он работал языком, пока его палец медленно растягивал ее изнутри. Второй палец присоединился — лёгкое натяжение, жжение, и Алёна громко выдохнула ртом.

— Расслабься, — его голос вибрировал. — Дыши.

Третий палец. Она вскрикнула — не от боли, от полноты. Сурен двигал пальцами медленно, крутил, растягивал, и его язык не останавливался на клиторе. Волна накатывала, поднималась, и она кончила — резко, с дрожью в коленях, сжимая его пальцы внутри себя.

Сурен встал, вытирая рот. Его член стоял тяжело, толсто, тёмный от прилива крови.

— Пошли. Ты готова.

First DP (Визуализация героев)

Спальня встретила их тёплым светом и запахом свечей. Ян стоял у кровати — свитер сброшен, джинсы расстёгнуты, член торчит из ширинки. Его глаза потемнели.

Алёна вошла первой и потянула Сурена за его огромный член — горячий, пульсирующий в ее ладони.

— Делайте что хотите, — сказала она.

Ян шагнул первым. Его член толкнулся в ее губы, и она открыла рот. Он вошёл глубоко, и она подавилась слюной. Сурен встал с другой стороны — его толстый член прижался к ее щеке, оставляя влажный след.

Теперь, — приказал Ян. — Покажи гостю гостеприимство. Поверни его.

— Вылижи его как следует. Долго и тщательно.

Алёна подалась вперед. Она коснулась ладонями его твердых ягодиц, раздвигая их. Перед ней предстал его анус, темный и сжатый, и ниже — те самые огромные яйца, свисающие вниз. Она поднесла лицо и вытянула язык. Первый лизок был осторожным, пробующим. Она почувствовала запах его кожи — мускусный, соленый, чисто мужской. Это заставило её зарычать от возбуждения.

Она начала работать языком активно. Она проводила им от основания яиц вверх, по межъягодичной борозде, останавливаясь у входа в его задний проход. Она смачивала его слюной, делая его мокрым и скользким. Сурен застонал, наклонив голову вперед. Алёна чувствовала, как напрягаются его мышцы под её ладонями. Она вжимала язык внутрь, пытаясь проникнуть как можно глубже, вращая им, массируя кольцо сфинктера. Это было грязно, развратно, и она любила каждое мгновение этого. Её слюна стекала по его ногам, смешиваясь с волосами.

— Хорошая девочка, — выдохнул Ян. — Теперь рот.

Сурен развернулся. Его член теперь стоял колом, двадцать сантиметров твердой плоти, с пульсирующими венами и широкой, багровой головкой. Алёна, всё ещё на коленях, открыла рот. Она взяла его за основание, её пальцы не сходились вокруг обхвата. Она подалась вперед и приняла головку в рот.

Она начала сосать, стараясь взять как можно глубже. Головка уперлась ей в небо, заполняя собой всю полость рта. Она двигала головой вперед-назад, работая языком по нижней стороне ствола. Сурен положил ей руку на затылок и начал толкать бедрами, заставляя её брать глубже. Она давилась, слезы выступали на глазах, но не останавливалась. Её рот был просто дыркой для удовольствия этого мужчины.

Они тестировали ее рот по очереди. Ян — длинными толчками в горло. Сурен — медленно, заполняя всё пространство. Она задыхалась, слёзы текли по щекам, но не отпускала.

Ян отстранился и подошел к ней сзади. Он опустился на одно колено, провел рукой по её влажной киске, собирая смазку.

— Ты готова? — спросил он, вводя палец в её анус, чувствуя как Сурен подготовил его девочку.

Алёна простонала, её рот был полон члена Сурена, поэтому она могла только стонать. Ян вытащил палец и приставил свой смазанный лубрикантом восемнадцатисантиметровый толстый член к её заднему проходу. Он начал входить медленно, преодолевая сопротивление мышц. Алёна выгнула спину, облегчая проникновение. Когда Ян вошел до основания, он замер на секунду, давая ей привыкнуть к полноте. Сделал несколько растягивающих толчков и вынул член из попки.

— Теперь иди сюда, — Ян сказал Сурену, подтягивая его ближе.

Сурен отстранился от рта Алёны и опустился на ковер перед ней. Он лег на спину, его член торчал вверх, подобно столбу.

Ян взяв за волосы жену, потянул ее сесть на друга.

— Садись, — приказал Ян.

Член Сурена скользнул по мокрой киске — один толчок, и он внутри. Алёна выгнулась. Он был огромным — растягивал, заполнял.

Ян встал у ее лица. Она взяла его в рот, всхлипывая вокруг его члена.

Сурен ускорился и долбил ровными мощными ударами. Его пальцы переместились на вход в попку — два, потом три, двигаясь в такт толчкам.

— Полетели? — спросил Сурен, вставая позади ее держа за ягодицы в позе раком.

Она кивнула, не выпуская член Яна изо рта.

— Расслабься, малышка, — Сурен положил ладони на её бёдра, большие пальцы раздвинули ягодицы. — Я буду долбить эту сладкую попку так, что ты забудешь своё имя.

Он приставил головку к анусу — тому самому, который Ян уже растянул ранее, — и начал медленно вдавливаться внутрь. Алёна охнула, вцепившись пальцами в ковер. Несмотря на подготовку, толщина Сурена была совсем иной — он входил в неё, как тупой клин, растягивая кольцо мышц до предела. Её анус обхватывал его член, плотно обжимая каждый сантиметр, пока Сурен погружался всё глубже.

— Вот так, — он закинул голову назад, когда его пах наконец прижался к её ягодицам. — Какая тугая жопа... Ян, чувствуется, что ты ей тут один раз занимался.

Алёна опустила голову, взяв член мужа в рот, и в этот момент Сурен начал двигаться. Первые толчки были медленными, размеренными — он выходил почти полностью, оставляя внутри только головку, а затем снова вгонял свой двадцатисантиметровый ствол до самого основания. Каждый его толчок заставлял Алёну подавать тело вперёд, насаживаясь ртом на член Яна. Ритм нарастал — Сурен ускорялся, его яйца тяжело шлёпали по её мокрой киске, звук был влажным и громким.

— Бери его глубже, — Ян запрокинул голову, его пальцы зарылись в волосы Алёны, направляя её движения.

Сурен долбил её всерьёз — хватка на бёдрах стала жёстче, он вгонял член с силой, от которой её ягодицы дрожали и раскачивались. Алёна стонала вокруг члена мужа, вибрация передавалась по стволу, и Ян зашипел сквозь зубы. Двойное проникновение — рот и анус, — заполняло её целиком, каждый толчок Сурена отдавался волной по всему телу.

Сурен вышел из неё и перевернул на спину, подняв её ноги себе на плечи. Он снова вошёл в её анус — в этом положении проникновение было ещё глубже, и Алёна вскрикнула, выгнувшись дугой. Ян пристроился рядом, его рука скользнула между её ног, два пальца вошли в её киску, пока Сурен долбил её задницу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Чувствуешь, как тебя заполняют? — Ян наклонился, целуя её в шею. — Два пальца в киске, огромный хер в жопе. Ты сегодня создана для этого.

- Ты об этом мечтала, сучка?

Она смотрела на него взглядом голодной и довольной шлюхи.

Сурен ускорился до бешеного темпа. Его член появлялся и исчезал в её растянутом анусе — кольцо мышц было красным, распухшим, блестящим от смазки. При каждом выходе анус зиял, оставляя тёмную щель, которая тут же снова заполнялась толстым стволом. Ягодицы Алёны сияли от пота и выделений, кожа была гладкой и мокрой, красной от шлепков мужчин.

— Я... сейчас... — Алёна задохнулась, её тело начало дрожать. Волна нарастала откуда-то изнутри, из точки, которую Сурен долбил своим членом — глубоко в анусе, там, где ни один мужчина раньше не доставал.

— Давай, кончи, — Сурен вогнал член дооснования и начал делать короткие, быстрые толчки, не выходя полностью. — Кончи от того, что тебя ебут в жопу.

Оргазм накрыл её как удар. Алёна закричала, её тело выгнулось, киска судорожно сжалась на пальцах Яна — и из неё брызнула прозрачная жидкость, обрызгивая живот и грудь, стекая на ковер. Сурен не остановился — он продолжал долбить её анус сквозь оргазм, каждый толчок выдавливал из неё новую порцию жидкости, пока Алёна не обмякла, тяжело дыша.

— Моя очередь, — Ян занял место Сурена, перевернув Алёну снова на четвереньки. Его член вошёл в её изрядно разработанный анус легко. Ян долбил её жёстко, быстро, вцепившись в бёдра. Его яйца шлёпали по её киске, которая всё ещё подёргивалась от остатков оргазма.

Теперь полноценное двойное проникновение, - произнес с улыбкой Сурен.

Он посадил Алену на себя и вошел в киску, сразу на всю длину.

Соки от сквирта помогли смазать, но толщина была безумно растягивающей.

Ян подошел сзади и вошел в растраханный анус. Они начали двигаться. Сначала неуклюже, находя ритм, но вскоре синхронизировались. Когда Ян входил в жопу, Сурен чуть выдвигался, и наоборот.

Алёна кричала громко, её голос смешивался с тяжелым дыханием мужчин. Она чувствовала себя разрываемой, используемой, но это приносило ей дикий, неистовый кайф.

Они меняли позы. Ян положил её на бок, подняв одну ногу, и снова вошел в анус, пока Сурен, стоя перед ней на коленях, проникал в киску. Затем они перевернули её на четвереньки. Ян снова занял её зад, а Сурен подсел под неё, чтобы она могла сосать его, пока муж трахал её в жопу.

Они переместились на кровать. Алёна села на мужа. Ян уверенно ввёл свой член в её киску, начиная трахать её глубокими толчками.

Сурен подошёл сзади, смазал её анус и свой член обильно лубрикантом. Он прижался головкой к отверстию и начал уже увереннее входить. Алёна вскрикнула от растяжения — его член был толще, чем у Яна, и растягивал её попку полностью.

— Ох, блядь, какой толстый... — выдохнула она, когда Сурен вошёл до конца.

Теперь они двигались синхронно: Ян трахал киску снизу, Сурен — анально сзади. Она чувствовала обоих — их члены через тонкую перегородку, их ритм, который совпал. Два члена одновременно входили и выходили из её дырочек, растягивая её до предела. Алёна кричала от удовольствия, её тело тряслось. Сурен умело двигал бёдрами, попадая точно в нужные точки, и вскоре она почувствовала, как внутри нарастает новая, более мощная волна.

Она теряла счет времени. Её тело было покрыто потом, волосы прилипли к лицу. Она чувствовала, как внутри неё копится напряжение, похожее на гигантскую волну. Рассказы Яна об анальном оргазме не были ложью.

— Я... я кончаю... — простонала Алёна, и вдруг из её киски брызнул сквирт, заливая Яна и простыни. Она кончала с двойным проникновением, дрожа всем телом.

Она кричала, её тело трясалось в конвульсиях, мышцы сжимались и разжимались вокруг двух членов, находящихся внутри её дырочек. Это был мощный, продолжительный анальный оргазм, от которого у неё перед глазами поплыли цветные круги.

Они не останавливались. Еще час. Они менялись местами, позами, темпом. Её дырки горели, но она хотела ещё.

Сурен встал, держа Алёну на весу, его член в ее попке, Ян — в киске. Они двигались навстречу друг другу, и она висела между ними, бессильная, заполненная до предела.

Потом на кресле. Сурен снизу, его член в ее заднице. Ян сверху, в киске. Их толчки стали быстрее, жёстче. Алёна изнеможденно сквиртила снова — и снова..

Они меняли позы с ловкостью, отработанной годами практики.

Сурен долбил ее попку, пока Ян трахал в горло.

— Смотри на меня, — приказал Ян, хватая её за подбородок. — Видишь, как тебе нравится быть шлюхой для двоих?

Алёна не могла ответить, из её горла вырывались лишь невнятные мычания и стоны. Сурен вдруг вытащился с громким чмоканьем, оставив её анус зияющим пустотой. Но отдых был коротким. Он перевернул её. Подняв свои ноги так высоко, что колени коснулись груди.

— Лижи, — скомандовал он, подставляя ей свою задницу.

Алёна, повинуясь инстинкту и полному подчинению, вытянула шею. Её язык коснулся его тёмного кольца. Она лила слюну, стараясь проникнуть внутрь, чувствуя вкус его кожи и мускусный запах. В это время Ян, не выпуская её ноги из виду, снова вонзился в её анус, на этот раз сзади, пока она обслуживала друга. Картина была безумная: она, с поджатыми ногами, с членом мужа в жопе, вылизывала задницу другого мужчины, надрачиая его толстый хер.

Но этого им было мало. Сурен отстранился и снова встал перед её лицом, но теперь его член был не чист. Он был покрыт слизью, её соками и следами лубриканта.

— Соси, — сказал он просто. — Соси хуй, который только что был в твоей жопе.

Алёна замерла на секунду, но гнев в глазах Сурена заставил её открыть рот. Она впустила его внутрь, чувствуя приторный, металлический вкус собственной плоти. Глубокий горловой приём заставил её слезоточить. Ян в это время продолжал долбить её сзади, каждый толчок заставляя её глотать член Сурена глубже. Они использовали её как куклу, передавая из рук в руки, точнее, из одного отверстия в другое.

В какой-то момент они вытащились одновременно. Ян развёл её ягодицы руками, демонстрируя Сурену результат их работы. Анус Алёны больше не был маленьким розовым колечком. Это была огромная, тёмная дыра, зияющая и пульсирующая, из которой медленно вытекала прозрачная слизь. Края были воспалены, опухли.

— Вот это я понимаю, разорванная, — с удовлетворением заметил Сурен, проводя пальцем по краям, заставляя Алёну дёрнуться от прикосновения к чувствительной коже.

— Я сейчас кончу в жопу, — Ян стиснул зубы, его темп стал рваным, отчаянным. — Залью тебе все кишки ...

Он вогнал член глубоко и замер, его тело напряглось — горячая сперма хлынула в анус Алёны, заливая её изнутри. Она застонала, чувствуя, как пульсирует его член, как тепло растекается по кишечнику. Ян вышел, и из её зияющего ануса потекла густая белая жидкость.

Сурен тут же встал позади, его рука обхватила напряжённый член. Он несколько раз провёл головкой по её растянутому анусу, размазывая сперму Яна, а затем вошёл внутрь одним движением. Алёна охнула — её анус был нежным, перетраханным, но Сурену было всё равно. Он долбил её с нарастающей скоростью, его яйца, полные и тяжёлые, вновь шлёпали по её мокрой киске.

— Тебе в жопу, — Сурен вогнал до основания и зарычал, его бёдра дёрнулись. — Получай...

Сперма Сурена — густая, горячая — хлынула в анус Алёны вслед за спермой Яна. Двойная порция. Она чувствовала, как её кишка заполняется, как тепло переполняет её, и когда Сурен вышел, из её зияющего, растраханного ануса хлынул поток — смешанная сперма двух мужчин текла по её бёдрам, капала на ковер, блестела в свете камина.

Алёна рухнула на ковер, тяжело дыша. Её тело дрожало, киска и анус пульсировали, из неё продолжала вытекать сперма. Сурен опустился рядом с ней, его рука легла на её поясницу. Ян лёг с другой стороны, пальцы прошлись по её волосам.

— Вот это я называю гостеприимством, — произнес Сурен.

Ян в ответ тихо рассмеялся, глядя в потолок.

Дорога в аэропорт (Визуализация героев)

Тишина в коттедже стояла густая, как мёд. За окнами сосны шумели едва слышно, и только потрескивание дров в камине нарушало утренний покой. Алёна сидела на краю кровати, подобрав под себя ноги, и наблюдала за тем, как Ян складывает в дорожную сумку Сурена последние мелочи.

Сурен вышел из душа. Капли воды блестели на его смуглых плечах, полотенце висело низко на бёдрах.

— Кофе будешь перед вылетом? — спросил Ян, не оборачиваясь.

— Успею в аэропорту. — Голос у Сурена был хрипловатый после бессонной ночи.

Алёна перевела взгляд на мужа. Пальцы Яна замерли на молнии сумки. Он выпрямился, подошёл к ней, наклонился к самому уху. Дыхание щекотнуло мочку.

— Проводи его, — прошептал он. — И отблагодари как следует. За всё.

Сердце Алёны пропустило удар. Она отстранилась, заглянула мужу в глаза. Тот улыбался уголком рта — та самая улыбка, которую она выучила за годы отношений. Улыбка, означавшая: я серьёзен.

— Ты уверен?

— Абсолютно. — Ян поцеловал её в висок и добавил тише: — Хочу, чтобы ты сделала это. Без меня. Для него.

Воздух в комнате сгустился. Алёна почувствовала, как внутри распускается что-то горячее и пугливое одновременно. Впервые. Чужой член. Разрешение мужа. Мысль пульсировала в висках.

Через полчаса они уже катили по трассе в сторону аэропорта. Сурен вёл машину — новенький «Subaru Legacy» Яна, пахнущий кожей и можжевеловым освежителем. Алёна сидела на пассажирском сиденье.

Платье она выбрала лёгкое, летнее. Подол едва прикрывал середину бедра.

— Жаль, ночь закончилась, — проговорил Сурен, глядя на дорогу. — Такое не каждый день бывает.

Алёна усмехнулась. Пальцы её медленно потянули подол вверх.

— Ночь, может, и закончилась. Но утро ещё нет.

Она подняла ноги, упёрлась пятками в край сиденья. Платье соскользнуло к бёдрам.

Трусиков не было.

В ягодицах, плотно охваченное телом, поблёскивало силиконовое основание анальной пробки — маленькое, чёрное, глянцевое.

Сурен бросил взгляд вправо. Потом ещё один. Руки его сжали руль крепче. Машина вильнула на пару сантиметров, прежде чем он выровнял её.

— Алёна....

— Останови у озера, — попросила она, не опуская ног. — Хочу сказать тебе спасибо. От нашей семьи.

Дорога до поворота заняла минуту. Гравий захрустел под колёсами, когда они съехали на обочину у небольшого лесного озера. Вода серебрилась под утренним солнцем. Вокруг — ни души.

Сурен заглушил двигатель. Тишина навалилась сразу, плотная, звенящая. Он повернулся к ней всем корпусом.

— Ты серьёзно? Ян знает?

Алёна расстегнула ремень безопасности. Потянулась к нему, коснулась ладонью его щеки — колючей, тёплой.

— Это он попросил.

Глаза Сурена расширились. А потом он улыбнулся — широко, недоверчиво, благодарно. Пальцы его скользнули в карман сумки.

— Тогда у меня кое-что есть для тебя. Планировал подарить перед отъездом, но — Он вытащил небольшую коробочку. — Похоже, момент идеальный.

Алёна открыла. Внутри лежала анальная пробка. Крупная. Заметно крупнее той, что сейчас сидела в ней. Полупрозрачный силикон с голубоватым отливом, плавный изгиб, широкое основание.

Дыхание перехватило.

— Примерь, — шепнул Сурен.

Она перебралась на заднее сиденье — просторное, кожаное, специально такую машину и выбирали когда-то. Сурен последовал за ней. Дверь захлопнулась, отрезая их от мира.

Алёна встала на четвереньки. Платье задралось до поясницы. Сурен опустился сзади, пальцы его коснулись основания старой пробки. Медленно, почти благоговейно потянул.

Тело отпускало игрушку неохотно. Пробка вышла с влажным звуком, и Алёна застонала — тихо, в сжатый кулак.

— Тише, — выдохнул Сурен. — А теперь — новая.

Он смазал пробку слюной, щедро, и поднёс к отверстию. Силикон коснулся входа, прохладный после утреннего воздуха. Алёна задержала дыхание.

Первая фаланга вошла туго. Очень туго.

— Расслабься, — прошептал Сурен, поглаживая её ягодицу. — Дыши. Ты же хочешь отблагодарить меня как надо?

Она кивнула, закусив губу. И подалась назад.

Пробка входила медленно. Растяжение было острым, почти болезненным, но именно это заставляло её стонать громче. Собственное дыхание, сбивчивое, жаркое, затуманивало стёкла.

— Почти всё, — сказал Сурен. — Ещё немного.

Игрушка села плотно. Основание коснулось ягодиц. Чувство наполненности было совсем иным — глубоким, распирающим, заставляющим забыть обо всём остальном.

Алёна обернулась через плечо. Глаза её блестели.

— Теперь я хочу твой член. В рот.

Сурен перебрался, привалился спиной к дверце, расстегнул джинсы. Член выскочил наружу — твёрдый, с тёмной головкой, уже влажной.

Она наклонилась. Волосы скользнули по его бёдрам. Язык коснулся уздечки — сначала кончиком, пробно, потом шире.

Вкус соли и кожи.

Губы сомкнулись вокруг головки. Алёна брала его медленно, сантиметр за сантиметром, давая слюне стекать по стволу. Когда член коснулся задней стенки горла, она сглотнула — намеренно, туго.

Сурен застонал. Пальцы его вплелись в её волосы.

— Блядь, какая ты охуенная!

Она начала двигаться. Медленно вверх, быстро вниз. Слюны становилось больше, она стекала по подбородку, капала на кожаное сиденье. Звук был влажный, чавкающий, грязный.

Ладонь Алёны скользнула к его яичкам. Сжала нежно, перекатывая. Она оторвалась на секунду — нить слюны натянулась между губ и головкой, — и сразу взяла снова, глубже, до упора. Она уперлась носом в его пах, держа внутри все его 20 сантиметров!

— Хватит, — выдохнул Сурен почти через минуту. — Иначе кончу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он потянул её вверх. Пальцы его нырнули между ног Алёны — проверили. Влагалище текло, горячее, мокрое.

— Шлюха, — произнёс он беззлобно, почти восхищённо. — Такая мокрая, а в заднице моя пробка.

— Твоя, — выдохнула она.

Сурен уложил её на сиденье. Боком, потом на спину, закинув её ноги себе на плечи. Платье скомкалось под мышками. Член толкнулся во влагалище — сразу глубоко, одним движением.

Алёна вскрикнула.

Он двигался жёстко. Ритмично. Каждый толчок отдавался в пробке — та смещалась внутри, давила на стенку между влагалищем и прямой кишкой. Двойное ощущение — член спереди, силикон сзади — делало её безумной.

— Как вчера помнишь? — Сурен наклонился, губами касаясь её уха. — Два члена одновременно.

Он надавил на основание пробки пальцем.

Алёна закричала. Ногти впились в спинку переднего сиденья

— Помню, Сурен!

— Не Сурен. — Он толкнулся сильнее. — Скажи кто ты!

— Шлюха, — всхлипнула она. — Я шлюха

Он перевернул её. На четвереньки. Член снова вошёл, теперь сзади, иначе — глубже, резче. Ягодицы Алёны хлюпали от сока, звук был непристойный, громкий в тишине машины. Пробка блестела, двигалась при каждом толчке.

Сурен держал её за бёдра. Большие пальцы давили на ямочки над ягодицами. Темп нарастал.

— Спасибо хочешь сказать? — голос его срывался. — Говори.

— Спасибо...., спасибо тебе Сурен!

— За что?

Она задыхалась. Слова путались в голове, в горле, в ощущении распирающей наполненности.

— За ночь, за пробку, за член - кричала она!

Оргазм приближался не волной — обвалом. Стенки влагалища сжимались, пульсировали вокруг члена. Сурен почувствовал это и остановился.

— Нет, — сказал он. — Не так.

Он вышел из неё. Рывком развернул к себе лицом, нажал на плечи, заставляя опуститься на колени перед сиденьем.

Член был перед её губами — скользкий от её же соков, блестящий.

— Открой рот.

Алёна послушалась.

Он кончил сильно — первая струя ударила в нёбо, вторая на язык, третья растеклась по губам. Сперма была тёплой, густой, со вкусом, который Алёна уже знала после прошлой ночи. Он вставил до основания и сперма потекла по пищеводу. Она сглотнула, глядя ему в глаза.

Сурен выдохнул. Прислонился лбом к подголовнику.

— Твою мать.

В машине пахло сексом и потом. Стёкла запотели. Внутри новой пробки всё ещё пульсировало.

Алёна облизала губы. Улыбнулась — удовлетворённо, тяжело.

— Теперь я точно проводила.

Сурен рассмеялся, всё ещё пытаясь восстановить дыхание. Пальцы его лениво скользнули по её бедру, и в этот момент в сумочке Алёны зажужжал телефон.

Яркий экран высветил имя мужа.

Сурен включил громкую связь.

— Ну что, отблагодарила? — без предисловий спросил Ян. Его голос был спокоен, почти деловой.

— Да, — Сурен бросил быстрый взгляд на Алёну, которая сидела, сжав ноги, ощущая инородное тело внутри себя.

— Спасибо. Она была великолепна.

— Рад слышать, — Ян чуть помолчал. — Кстати, о благодарностях. Я позвонил твоим партнерам. Перенёс все встречи на пару дней. И билет твой я поменял. Вылетаешь послезавтра. Сурен удивленно посмотрел на Алёну, а она с улыбкой предвкушения чего-то отвела взгляд на лес за стеклом.

— Ян, ты сукин сын. Спасибо.

— Не за что. У нас финальная вечеринка вечером, ждем друзей к вечеру. Едьте обратно.

— Я думаю сегодня будет сумасшедшая ОРГИЯ — пересаживаясь на переднее сиденье произнесла Алёна.

— Мы готовы, детка. — улыбнулся Сурен.

— Особенно Я. — подумала про себя Алёна и сжала анальную пробку.

Сумасшедшая оргия (Визуализация гостей)

Макс Аня Сурен Ян Алёна Ника Руслан

Часы на камине пробили восемь раз, когда за тяжелой дверью послышался шум и смех. Дождь за окном не стихал, превращая панорамное стекло в мутную водяную пелену, но внутри гостиной царила сухая, наэлектризованная атмосфера.

Дверь распахнулась. Первыми вошли Руслан и Ника. Ника была одета в полупрозрачное короткое платье, который обтягивал её фигуру, оставляя на виду ареолы сосков и гладко выбритую промежность. Следом за ними — Макс с Аней. На Ане была лишь ультракороткое черное платье. Её глаза горели предвкушением.

Алёна вышла встречать гостей в длинном платье из алого шелка. Оно распахивалось при каждом шаге, обнажая бедро, намекая на отсутствие белья, играя с воображением. Она обняла Нику, расцеловала Аню, оставив на ее щеке след помады, который тут же Макс стер большим пальцем — медленно, почти интимно.

Алёна встала у камина, чувствуя, как холодный камень анальной пробки, подаренной Суреном, давит на внутренние стенки с каждым её вдохом. Шёлковое платье, в котором она решила начать этот вечер, едва прикрывало её бёдра, а под ним не было ничего, кроме этого металлического инородного тела.

Сурен вышел в коротких шортах, облегавших мощные бёдра. Пресс перекатывался под смуглой кожей при каждом шаге. Гости переглянулись.

— Сегодня без правил, — объявил Ян, разливая шампанское. — Вернее, одно правило: каждый получает то, чего хочет. И отдаёт то, что хочет отдать.

— Добро пожаловать, — произнёс Ян, и музыкальный центр наполнил комнату ритмичным, пронзительным битом хаус-музыки.

Алкоголь потек рекой: шампанское для девушек, виски для мужчин, коктейли, которые Ника смешивала прямо на барной стойке, импровизируя и хохоча, когда брызги лайма летели на ее платье.

Танцы начались почти сразу — никто не ждал формального приглашения. Руслан прижался к спине Алёны, и та выгнулась в его руках, запрокинув голову на его плечо. Пальцы Руслана легли на ее живот, заскользили вверх, замерли под грудью. Макс наблюдал за ними с дивана, рука Ани покоилась на его бедре, но ее взгляд был прикован к Сурену — к тому, как двигался этот красивый и чертовски уверенный мужчина, как его ладони скользили по телу Ники, которая уже забыла о стеснении.

— У Ани никогда не было двойного проникновения, — прошептал Макс на ухо Яну, когда тот опустился рядом на диван. Голос Макса дрогнул — то ли от возбуждения, то ли от ревности, то ли от того и другого сразу.

Ян перевел взгляд на Аню. Она уже стояла лицом к Сурену, их бедра покачивались в такт музыке, а ее пальцы перебирали пуговицы его рубашки.

— А Ника? — спросил Ян, не отрывая глаз от танцующих.

— Кроме пробки и моего пальца — ничего, — ответил Руслан, который успел подойти с бокалом.

— Но сегодня, кажется, всё изменится.

Руслан исчез на минуту и вернулся с мешком из черного бархата. Девушки прекратили танцевать и обернулись. Тишина наступила мгновенно — только бас продолжал ухать где-то в колонках.

— Мы с Никой придумали кое-что, — объявил Руслан, извлекая из кармана горсть шелковых повязок. Разные цвета: алая, золотая, изумрудная, фиолетовая.

— Сейчас каждая из вас наденет одну. Парни вытягивают браслет из мешка. Цвет браслета — цвет твоей пары на начало вечера. Потом повязки снимаются. А дальше….

Он не договорил. Улыбка Руслана была красноречивее любых слов.

Девушки переглянулись. Аня первая протянула руку за алой повязкой — ее пальцы дрожали, но улыбка была дерзкой. Ника выбрала изумрудную, закусив губу. Алёна взяла золотую, подмигнув мужу.

Мужчины один за другим запустили руки в мешок. Макс вытянул золотой браслет — и шумно выдохнул, когда понял, что Алена еще не сняла повязку. Сурен достал второй золотой — и повернулся к Яну с немым вопросом в глазах.

— Мы готовили сюрприз, — развел руками Руслан. — Некоторые цвета повторяются. Значит, у некоторых девушек будет по двое.

Макс и Сурен обменялись долгим взглядом. Алена стояла с завязанными глазами, не подозревая, что ее ждет, — только грудь вздымалась под серебристой тканью чаще и чаще.

Руслан вытянул алый браслет. Аня.

Ян —изумрудный. Ника.

— Снимаем повязки, — скомандовал Руслан.

Макс шагнул к хозяйке дома, коснулся пальцем рубина — едва ощутимо, как пробуют воду перед прыжком.

— Можно?

Алёна кивнула. Ян кивнул. Сурен рыкнул одобрительно.

Макс надавил на пробку большим пальцем. Та погрузилась глубже — на миллиметр, не больше, — но Алёна всхлипнула, схватившись за его плечо. Ноги подкосились.

— Чувствительная, — констатировал Макс. — Отлично.

С этого мгновения вечер перестал быть светским. Все разошлись по комнатам на первый раунд.

Руслан Аня Ника Макс в нарядах вечера.

В спальне на втором этаже стояла широкая кровать без спинки. Алёна села на край, откинулась на локти. Сурен подошёл, стянул шорты. Член стоял, толстый, с тёмной головкой. Макс встал с другой стороны, расстегнул ширинку. Алёна облизнула губы, повернулась к Сурену, взяла его член правой рукой, поднесла ко рту и обхватила головку губами. Макс приставил свой к её щеке, она повернула голову, не выпуская Сурена, и начала дрочить Макса левой рукой, потом перевела рот на него. Сурен положил ладонь ей на затылок, направил обратно. Она переключалась между ними, то заглатывая глубже, до рвотного позыва, то отпуская и вылизывая уздечку. Слюна текла по подбородку, капала на грудь. Макс перехватил её за волосы, начал двигать бёдрами, вбивая член ей в рот. Сурен подождал, потом тоже взял её за голову с другой стороны, и они начали трахать её в рот поочерёдно — один долбит, второй держит, потом меняются. Алёна сопела, давилась, хваталась руками за их бёдра.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Сурен отстранился, достал из кармана брошенных на пол шорт два тюбика смазки. Он бросил пакет на кровать. Макс стянул с Алёны платье, перевернул её на живот. Сурен приспустил её ягодицы, раздвинул. Макс держал её за поясницу. Сурен вытащил, залил лубрикант и вновь вставил пробку, медленно вдавливая, пока основание не уткнулось в кожу. Алёна выгнулась, вцепилась в простыню. Макс тем временем снял всю одежду с себя, забрался на кровать перед её лицом, и снова вставил член в рот до основания. Сурен вытащил пробку, встал позади, приставил член и вошёл в её жопу одним движением. Алёна замычала, но рот был занят. Сурен начал двигаться, размеренно, потом быстрее, вколачиваясь до основания. Макс держал её за волосы, трахал в рот. Они поменялись. Макс лёг на спину, Алёна села на него верхом, насадилась на член жопой. Макс впервые оказался в ее заднице.

Блядь, какая тугая жопа – простонал он. Но это временно – взяв за ягодицы, добавил он. Его член начал скрываться в ее дырке, набирая скорость. Он долбил ее смазанный анус со скоростью высечения искр.

Вытащив хуй, Макс показывал в даль спальни зияние анала Алены и тут же Сурен вставлял туда свой толстый хер. Они по очереди трахали ее жопу в такой позе, поливая обильно лубрикантом. В момент анальной долбежки Суреном из влагалища на живот Макса начали вырываться струи сквирта, а изо рта крики наслаждения. Алену трясло от оргазма. Сурен шлепнул ее по жопе со словами – Хорошая сука.

Сурен подхватил Алёну под бёдра и приподнял —она оседала Макса член, принимая его в мокрую, горячую пизду, а Сурен встал сзади, раздвинул её ягодицы и вошёл в её жопу одним уверенным движением. Алёна выгнулась, её рот приоткрылся, из горла вырвался хриплый стон. Макс сжимал её грудь, тянул сосок зубами, Сурен держал за бёдра и долбил её очко ровными, глубокими толчками. Два члена двигались в ней — один в пизде, другой в жопе — разделяла только тонкая стенка, и Алёна чувствовала каждый миллиметр обоих.

Потом Сурен потянул её на себя, Макс выскользнул, и они переложили ее боком на кровать — Макс вошёл в пизду, Сурен снова пробил её очко. Алёна вцепилась в Макса, её ноги дрожали, стоны перешли в крик. Они меняли ритм — то один толкался глубоко, то оба одновременно, и Алёна металась между ними, мокрая от пота, с раскрытым ртом.

Через несколько минут Сурен лёг на спину, Алёна села на него верхом, приняла его в жопу, а Макс встал перед ней — она обхватила его член губами и начала сосать, работая головой вперёд-назад. Сурен долбил её снизу, Макс трахал её в рот, и Алёна стонала, задыхаясь, с членом в горле и членом в жопе.

Внизу, в гостиной, Ян уже стащил с Ники платье и поставил её раком на диване. Он вошёл в её пизду сзади, вцепился в бёдра и начал долбить — быстро, жёстко, так что его яйца шлёпали по её коже. Ника хваталась за спинку дивана, её сиськи раскачивались, стоны вылетали из неё с каждым толчком. Ян вытащил член, провёл головкой по её промежности, прижал к анусу и медленно вошёл. Ника зажмурилась, выдохнула сквозь зубы, и Ян начал трахать её в жопу — неспешно, потом быстрее, растягивая её очко.

Руслан сидел в кресле, Аня стояла перед ним, задрав платье, он посадил к себе на колени — она опустилась на его член, приняв его в киску. Руслан сжимал её задницу, поднимал и опускал, Аня запрокидывала голову, кусала губы. Потом он поставил её, повернул спиной, наклонил и вошёл в её жопу — Аня вскрикнула, вцепилась в подлокотник, и Руслан начал долбить её очко, вколачивая член до самого основания.

Ника, с трудом переводя дыхание, повернула голову и посмотрела на Яна — её глаза блестели, губы были мокрые.

— Хочу, чтобы меня тоже трахали в две дырки, — сказала она, и её голос дрожал.

— Пошли наверх, — сказал Ян.

Они поднялись на второй этаж и позвали по пути Руслана с Аней. Все вошли в спальню, где Сурен и Макс продолжали трахать Алёну — она лежала на боку, теперь Макс долбил её в жопу, Сурен в пизду. Ника подошла к кровати и легла на Яна рядом с Алёной. Ян вошёл в её пизду, а Руслан — сзади, медленно ввёл член в её очко. Ника застонала, её тело напряглось, потом расслабилось, и оба парня начали двигаться в ней.

Аня села в кресло у стены, налила себе сок из стоявшей на тумбочке бутылки, сделала глоток и смотрела, как четыре парня трахают двух девушек в двойном проникновении. Она потягивала сок, порой проводя ладонью по своему телу.

Через десять минут они поменялись — Ян и Руслан перешли к Алёне, Сурен и Макс — к Нике. Сурен лёг на спину, Ника села на него, приняв в пизду, Макс вошёл в её очко сзади. Алёна, теперь с Яном и Русланом, стонала громче — Ян долбил жену в пизду, Руслан впервые в уже растраханную жопу, и их члены двигались в ней в разном ритме.

Аня подошла к кровати, встала на колени перед Максом и Суреном, пока они трахали Нику, и поочерёдно брала в рот то один, то другой член, когда они выскакивали. Потом перешла к Яну и Руслану, облизывая их яйца, пока они долбили Алёну.

Сурен и Макс вернулись к Алёне. Сурен держал её за волосы и трахал в рот, Макс стоял сзади и долбил её пизду. Потом Макс перешёл к её очку, вошёл, и они снова взяли её в двойное проникновение — стоя, Алёна повисла на Сурене, который мгновенно повесил ее пиздой на свой стояк. Они долбили ее на весу. Сурен был готов кончить — он вытащил член, Алёна встала на колени и открыла рот, и он залил ей в глотку, струя за струёй. Макс выйдя из ее жопы, подскочил к её лицу, и она обхватила его головку губами — он кончил ей в рот, сперма хлынула на язык, Алёна сглотнула, облизывая губы.

Ника, которую продолжали трахать Ян и Руслан, кончила первой — её тело выгнулось, она закричала, сжимаясь на обоих членах. Ян вытащил и кончил ей на живот, Руслан — в её очко, сперма потекла по её бёдрам.

Все тяжело дышали, мокрые от пота, в комнате пахло сексом и спермой. Музыка с первого этажа едва доносилась.

Сурен и Макс вдруг повернулись к Алёне спиной, наклонились, раздвинув ягодицы. Алёна опустилась на колени и начала вылизывать их жопы — её язык скользил по анусу Сурена, потом Макса, круговыми движениями, проникая внутрь. Она делала это медленно, тщательно, её лицо было покрыто спермой и потом.

Ника, освободившись от двойного проникновения, опустилась на колени на ковер — ноги дрожали, серебристое платье превратилось в скомканную на полу. Она тяжело дышала, но глаза ее блестели.

— Я хочу еще, — произнесла она, и это прозвучало как вызов.

Макс покачал головой, но Сурен уже подошел к ней, взял за подбородок, заставил запрокинуть лицо.

— Ты скажешь, когда хватит. Не раньше. Поняла?

Ника кивнула.

Он уложил ее на ковер — тот самый, где секунду назад стояла на коленях Алёна, — и вошел одним движением. Ника вскрикнула, но тут же обхватила его ногами, притягивая глубже. Сурен трахал ее методично, выверенно, с той особой жестокостью опытного любовника, который знает: оргазм — это не подарок, а добыча. Его бедра двигались как поршни, и каждый толчок выбивал из Ники новый звук — стон, всхлип, обрывок слова.

Макс стоял рядом. Его член опал, но пальцы сжимались и разжимались в такт движениям Сурена, словно он все еще был внутри нее.

Ян между тем вернулся к Ане. Та уже легла на спину, раздвинув ноги так широко, что кружева чулок натянулись до предела. Пальцы ее блуждали в собственной промежности — влажной, припухшей, готовой.

— Двойной анал, — сказала она. Не попросила. Объявила.

— Ты уверена?

Вместо ответа Аня подтянула колени к груди и обхватила их руками. Поза была до неприличия открытой, до абсурда доверчивой. Ян позвал Макса.

Макс вошел в очко невесты первым — мышцы Ани помнили форму и поддавались охотно. Она застонала сквозь зубы, но глаз не закрыла. Смотрела прямо на него.

— Второй.

Ян приставил головку к уже заполненному отверстию. Кожа вокруг натянулась, побелела, но Аня надавила сама — и он скользнул внутрь, рядом с первым. Ее рот открылся в беззвучном крике. Глаза расширились — не от боли, от потрясения, от того, как ее тело принимало невозможное и требовало добавки.

— Ебите, — выдохнула она.

Они начали попеременно — один глубже, другой наружу, создавая ритм, которого Аня не знала раньше. Ее пальцы вцепились в обивку дивана с такой силой, что ноготь сломался, но она этого даже не заметила. Кончила она молча — только спина выгнулась дугой, а из горла вырвался сип, похожий на пар из перегретого котла.

Руслан тем временем устроил Алёну на широком подлокотнике кресла. Он вошел в нее — снова вагинально, — и почти сразу к нему присоединился Макс, вытащив хер из очка Ани. Алёна оказалась зажатой между ними: Руслан снизу, Макс спереди, два члена в одном влагалище, трутся друг о друга через тонкую перегородку их плоти.

— Она течет как... — начал Макс, но не закончил. Слов не хватало. Смазка Алёны стекала по внутренней стороне бедер, капала на ковер, блестела в янтарном свете. Она не стонала — она пела. Низко, гортанно, на одной ноте, которая дрожала в такт толчкам.

Ника к тому моменту кончила трижды. Сурен не останавливался. После первого раза она вскрикнула; после второго — зарыдала, но ног не разжала; после третьего — обмякла тряпичной куклой, и из нее хлынула струя — прозрачная, обильная, — залившая живот Сурена и ковер под ними. Сквирт был таким сильным, что капли долетели до стены напротив.

— Хватит, — прошептала она наконец. — Хватит. Я больше не могу. Я довольна. Довольна. Хватит.

Сурен вышел из нее медленно, почти благоговейно, и шлепнул по мокрому бедру.

Алёна, все еще зажатая между Русланом и Максом, перехватила взгляд мужа. Что-то безмолвное прозвучало между ними — и Ян кивнул.

— На правах хозяйки, — произнесла Алёна, и голос ее, несмотря на одышку, прозвучал властно, — я хочу принять всю сперму.

Руслан замер. Макс перестал двигаться. Аня, все еще распластанная на диване, подняла голову.

— Муж сказал — пусть это будет сюда, — продолжила Алёна, и ее пальцы коснулись очка. Она посмотрела на Яна.

Отверстие было зияющим — темным, мокрым, сокращающимся в такт пульсу. Алёна всхлипнула от предвкушения.

— Кто первый? — спросил Сурен, обводя взглядом мужчин.

Руслан вызвался первым. Член его блестел от ее соков, головка налилась почти до фиолетового. Он приставил хуй к раскрытому отверстию и вошел — иначе, чем раньше, туже, горячее. Три толчка — и он застонал, изливаясь глубоко в ее кишки. Алёна зажмурилась, запоминая ощущение: форма его члена, ритм пульсации, глубина, на которой он остановился.

Макс подошел следующим. Его трясло — от возбуждения, от близости оргазма, от всего, что он видел за этот вечер. Он кончил почти сразу, едва головка коснулась сфинктера. Сперма выплеснулась частично внутрь, частично наружу, и Ника, которая уже пришла в себя, опустилась на колени позади Алёны и слизала белесую дорожку с ее ягодицы — медленно, тщательно, не оставляя ни капли.

Сурен взял Алёну за бедра и вошел следующим. Его оргазм был долгим, почти болезненным — он рычал сквозь стиснутые зубы, пока его сперма смешивалась с семенем двух других мужчин в теле Алены. Когда он вышел, Аня уже была рядом с Никой. Вместе они раздвинули ягодицы Алёны, и Аня припала губами к растянутому отверстию, вылизывая все, что сочилось наружу, — соленое, вязкое, теплое.

Алёна открыла глаза.

— Руслан, — сказала она.

— Первым был Руслан. Он кончил тремя толчками и застонал низко, с вибрацией.

Руслан расхохотался.

— Второй — Макс. Ты вошел, но кончил снаружи. Часть спермы на коже.

Макс покраснел до корней волос.

— Третий — Сурен.

Сурен наклонился и поцеловал ее в висок.

— Ни капли не ошиблась, — сказал он.

Алёна потянулась, выгнув спину, и посмотрела на Яна, который единственный не участвовал в финале.

— А ты, любимый? — спросила она. — Ты еще не кончил.

Он подошёл вплотную, посмотрел ей в глаза и, тихо застонав, выплеснул всю свою сперму ей на лицо и в открытый рот.

Алёна сидела на коленях, вся в сперме, которая стекала по её телу, капала из ануса. Она была переполнена, опустошена и безмерно счастлива. Оргия достигла своего апогея и иссякла. В доме повисла тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием и шумом дождя за окном.

Конец