Сводные. Наша девочка. Из сборника Девочки секс рассказы

Глава 1. Ярослав

Свадьба отца была запредельно нудной. Официанты в белых перчатках, хрустальный звон, пафосные тосты о слиянии двух любящих сердец и двух капиталов. Отец сиял так, словно сорвал куш, а его новая женушка – ухоженная блондинка со стальной хваткой – изображала святую невинность.

Я лениво крутил в пальцах бокал с виски, развалившись за столиком в вип-зоне ресторана, и откровенно скучал. Пока не появилась

она

.

– Твою мать… – негромко выдохнул Дэн, сидевший рядом.

Я проследил за его взглядом и замер. Стакан едва не выскользнул из пальцев.

Через арку зала шла девчонка. Дочь мачехи, которую до этого дня мы видели только на паре смазанных фото в соцсетях и решили, что она как две капли воды похожа на мачеху.

Но фотки не передавали и сотой доли того, как она выглядела вживую в этот момент.

На ней было алое платье. Яркое, как свежая кровь, облегающее фигуру точно вторая кожа. Вдобавок спущенные до середины плеч бретельки, открытая спина, а разрез на правом бедре при каждом шаге приоткрывал такие ноги, что в горле мгновенно пересохло.

Она шла по залу, чуть прикусив губу, явно чувствуя себя неловко под сотней взглядов, но эта её показная скромность только сильнее била по мозгам.

– Это Элина, – хрипло произнес Дэн, подаваясь вперед. Его голубые глаза потемнели, превратившись в два грозовых облака. Он уставился на её бедра с голодным прищуром хищника. – Мачеха же говорила, что она прилетит чуть позже, из другого города.

– Элина, значит… – протянул я, чувствуя, как внутри ворочается тяжелое, темное и очень неправильное чувство. Внизу живота ощутимо полыхнуло. – Сестрёнка. Как думаешь, Дэн, она такая же правильная, какой хочет казаться?

Дэн коротко ухмыльнулся, не отводя от неё тяжелого взгляда.

– Отец упоминал, что она только-только рассталась со своим парнем перед самым переездом. Кажется, этот придурок ей изменял, это вскрылось и мачеха спешно увезла дочку под крыло нашего папаши, от греха подальше. Так что нет, Яр, наша сестричка далеко не святая. Да и судя по тому, как на ней сидит это платье... Она прекрасно знает, как сводить мужчин с ума.

– Она нам сводная, Яр. Кровь разная, – Дэн перевел на меня жесткий взгляд, и я увидел в нем собственное отражение. Одержимость. Мы с братом всегда понимали друг друга без слов. Нам нравились одни машины, одна музыка.

Хотя баб мы обычно никогда не делили – брезговали. Но сейчас, глядя на то, как эта девчонка несмело идет через зал, я слишком хорошо знал, о чем он думает. Нам впервые обоим сорвало крышу от одной девчонки.

Вон и отец уже засуетился, отвлекся от своего бокала и пошел навстречу падчерице, натягивая дежурную улыбку идеального семьянина. Мачеха, шедшая с ним под ручку, засияла еще ярче, что-то быстро зашептав ему на ухо.

– Отец убьет нас, если мы испортим ему семейную идиллию, – ухмыльнулся я, хотя мне самому было плевать. Мой взгляд намертво прикипел к обнажённой спине Элины.

– Пусть убивает, – Дэн поднялся, поправляя воротник пиджака. Его вечная невозмутимость трещала по швам, я это видел. – Но я не уеду отсюда, пока не сниму с неё это платье.

Элина в этот момент обернулась, словно почувствовала наши взгляды. Столкнулась со мной глазами через весь зал. Замерла на секунду, испуганно захлопав ресницами, а потом быстро отвела взгляд, густо покраснев.

Она навернчка думала, что обретает семью и безопасную гавань после тяжелого расставания.

На самом деле она почти попала в капкан к двум голодным волкам. И её прошлая жизнь закончилась в ту самую секунду, когда она переступила порог этого зала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Визуал Элины

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 2. Элина

Этот огромный загородный коттедж, утопающий в зелени и огнях, казался мне чужим. Свадьба мамы и её нового состоятельного мужа Артура Ерохина была похожа на сказку, вот только я чувствовала себя на этом празднике лишней.

Мама сияла, а я весь вечер пыталась спрятаться за бокалами с каким-то сладким коктейлем. От волнения и непривычки алкоголь быстро ударил в голову, размывая контуры роскошного зала.

В какой-то момент меня позвал на танец один из гостей.

– Прекрасно выглядишь, Элина, – приобняв меня за талию чуть ниже, чем требовали приличия, протянул мужчина лет сорока. Его звали Олег, и он,кажется, был каким-то дальним родственником отчима. От него пахло алкоголем. – Знаешь, когда Артур говорил, что у его новой жены есть дочь, я ожидал увидеть школьницу. А тут... такое сокровище в алом.

– Спасибо, – я натянуто улыбнулась, пытаясь держать дистанцию, но он лишь крепче прижал меня к себе, увлекая в медленный танец.

– Твоей маме повезло с мужем, а вот тебе, такой красивой девочке, наверняка скучно на этом празднике жизни? – Олег наклонился к моему уху, обжигая дыханием, а его рука с моей поясницы поползла еще ниже. – Если захочешь сбежать от этой скуки и душных тостов – только шепни. Моя машина у входа, а коттедж здесь неподалеку...

Я похолодела от настолько прозрачного намека, собираясь резко отстраниться, но договорить мужчина не успел.

Чья-то ладонь бесцеремонно легла Олегу на плечо, заставляя его замолчать. Хватка у незнакомца была такой силы, что родственник отчима мгновенно отпрянул, недовольно оборачиваясь.

– Позвольте, – раздался низкий, бархатный и абсолютно ледяной мужской голос.

Перед нами стоял высокий, широкоплечий молодой парень, безумно красивый какой-то хищной, порочной красотой. На нем был идеально скроенный белый пиджак, подходящий к темным волосам и голубым глазам, похожие на небо. В этих глазах горела такая опасность что Олег, открывший было рот для возмущения, вдруг сдулся, сделал шаг назад и, что-то буркнув, позорно ретировался в толпу гостей.

Я даже сообразить ничего не успела, как этот незнакомец собственническим движением перехватил мою талию и притянул к себе.

Внутри меня всё мгновенно перевернулось. От него веяло подавляющей мужской силой, дорогим терпким табаком и элитным парфюмом. Когда его горячая ладонь уверенно легла на мою открытую спину, меня с ног до головы прошибло мощным разрядом электрического тока.

По коже сплошной лавиной побежали мурашки, а внизу живота сладко и ощутимо полыхнуло. Эта внезапная, дикая реакция собственного тела на незнакомого парня меня просто испугала. Я буквально потекла от одного его взгляда, направленного мне прямо в глаза – тяжелого, гипнотизирующего, буквально раздевающего.

Никогда бы не подумала, что такое притяжение возможно. Даже с бывшим меня так не потряхивало.

– Вы… кто? – пролепетала я, сбиваясь с шага и едва не наступая ему на ногу.

Голова кружилась то ли от коктейлей, то ли от его близости.

Он ничего не ответил, лишь опасно ухмыльнулся углами губ, продолжая молча вести меня в танце так уверенно, словно имел на меня все права.

Как только музыка стихла, парень отпустил мою талию, но его пальцы напоследок медленно, дразняще скользнули по моему бедру и он растворился в полумраке зала.

Сердце колотилось где-то в горле, на барабанные перепонки настойчиво давили басы следующего трека, а я стояла посреди паркета и не могла сделать даже вдох. Тело до сих пор горело в тех местах, где этот парень к нему прикасался.

Кое-как заставив ноги двигаться, я дошла до фуршетного стола, взяла новый бокал с коктейлем и сделала несколько жадных глотков, пытаясь залить этот внезапный, пугающий пожар внутри. Из головы все не выходил его взгляд.

Прошло минуты три, пока я бессмысленно разглядывала гостей через хрусталь бокала. Но стоило мне немного успокоиться, как ко мне тут же подплыла мама. Она цепко перехватила меня за локоть и, натянуто улыбаясь проходящим мимо гостям, прошипела мне на ухо:

– Элина, веди себя прилично! Что за сцена была несколько минут назад? Мне Артур сказал, что какой-то наглец Олега чуть взглядом не испепелил и с тобой ушел танцевать! Хватит крутить хвостом перед кем попало. Пойди лучше к сыновьям Артура, вон они оба сидят в вип-зоне, видишь? Блондин и брюнет в белых- костюмах с бокалами в руках. Твой отчим хочет, чтобы вы познакомились и поладили, а ты бегаешь неизвестно с кем. Иди-иди.

В этот момент, взглянув в сторону вип-зоны, я похолодела. До моего затуманенного алкоголем мозга наконец дошло, кто только что держал меня в руках на паркете. Тот, кто танцевал со мной, уже сидел рядом со своим братом.

Сыновья отчима. Мои будущие сводные братья.

А мама даже не поняла, что один из них только что прижимал меня к себе у всех на виду.

К столику братьев Ерохиных я шла на абсолютно ватных ногах. Сердце колотилось где-то в горле. Господи, я только что текла от своего сводного брата...

– Привет, сестрёнка, – лениво протянул тот, что сидел за столом, первым поднимаясь мне навстречу. Он окинул меня медленным взглядом с ног до головы, задержавшись на декольте. – Отец говорил, что ты приедешь, но не предупредил, что ты решишь затмить саму невесту. Твоё платье... впечатляет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Рада познакомиться. Я Элина, – я робко протянула руку для пожатия, стараясь унять дрожь.

Вместо него мою ладонь перехватил второй брат – тот самый, который только что танцевал со мной. Его ладонь снова обожгла мою кожу. И он не просто пожал мои пальцы, а мягко погладил большим пальцем мою тыльную сторону ладони, глядя мне прямо в глаза.

– Денис, но можешь звать меня Дэн. – представился он низким хриплым голосом. – А это Ярослав. Добро пожаловать в семью, Элина. Надеюсь, мы... близко подружимся. Очень близко.

– Да, – подмигнул Ярослав, делая глоток из бокала. – Семья – это ведь когда всё общее, верно? Привыкай делиться, сестрёнка. Мы вот с братом всегда всё делим.

От того, как он выделил слово «всё», у меня внутри всё снова сжалось, а щёки обожгло густым румянцем.

– Мне... мне пора, – пролепетала я, буквально вырывая свою ладонь из хватки Дениса, и поспешила сбежать, чувствуя, как под их огненными взглядами горит моя спина...

Визуал братьев Ерохиных

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 3. Элина

Болше меня никто не беспокоил, поэтому я сидела и пила вкусные коктейли. Чуть позже моя голова окончательно затрещала, и я отправилась искать выделенную мне для ночевки комнату. Алкогольный туман смешался с дикой усталостью от ночи без сна и перелёта, а в голове шумело так, словно я каталась на карусели.

Длинный коридор второго этажа двоился перед глазами. Нащупав пальцами дверную ручку одной из комнат, я толкнула её, ввалилась внутрь и, даже не зажигая свет, рухнула на огромную постель. Силы мгновенно покинули меня, и я провалилась в сон.

Не знаю, сколько я проспала, минуту или час. А потом я резко проснулась, потому что матрас мягко прогнулся под чужим весом.

Я испуганно дернулась, пытаясь разлепить тяжелые веки, но темнота и алкоголь сковали тело.

– Тише, сестрёнка, не дергайся, ты в моей комнате уснула, – раздался низкий, бархатный голос. – Мы видели, как ты сбежала. Устала после перелета?

– Дэн?.. – пробормотала я, утыкаясь лицом в подушку. Голова кружилась немилосердно. – Я ошиблась... Мне надо уйти...

– И куда ты пойдёшь в таком состоянии? – его ладонь мягко, но властно легла мне на лопатку, удерживая на животе. – Лежи уже. Спина, небось, затекла от сидения в самолете. Давай разомну. Папа просил, чтобы мы поладили. Вот и будем ладить.

Его пальцы уверенно легли на мои плечи, и я… судорожно выдохнула. Ладони у него были горячие, а разминал он плечи просто божественно. Тяжелые, сильные нажатия мгновенно прогнали напряжение из моих уставших мышц.

Пальцы скользнули чуть выше, к шее, заставляя меня сладко зажмуриться. От алкоголя все барьеры рухнули, тело предательски расслабилось, и из горла сам собой вырвался тихий, томный стон.

– М-м-м... Как хорошо...

– Хорошо? – в голосе парня прозвучал смех. – Для сестренки мне ничего не жалко.

Его руки скользнули по моим рукам и аккуратно потянули вниз бретельки-фонарики моего платья, ослабляя его, а затем вернулись к лопаткам и спине.

Я даже не подумала возмутиться – в голове был абсолютный туман, а от его прикосновений по коже бежали такие мурашки, каких я в жизни не чувствовала.

У меня вообще-то полгода никого не было, тело истосковалось по ласке, а тут этот сбивающий с ног жар.

В следующий момент парень без лишних церемоний перекинул ногу через мои бедра и сел сверху, оседлав меня.

И вот тут до меня сквозь алкогольную пелену дошел весь масштаб катастрофы: через тонкую ткань платья я отчетливо почувствовала, как между моих ягодиц явно уперлось что-то очень твердое и горячее. Огромное.

Внизу живота мгновенно полыхнуло жидким огнем. Я буквально почувствовала, как внутри всё сладко потекло от одного этого ощущения. Насмерть перепуганная собственной реакцией, я попыталась приподняться:

– Дэн... это...

Но в эту же секунду чьи-то губы жестко, требовательно накрыли мой рот, пресекая любые слова.

Я ответила на поцелуй, полностью растворяясь в сумасшедшем напоре. Но стоило мне на секунду перевести дыхание, как эти горячие губы коснулись моей обнаженной шеи, оставляя влажную дорожку укусов. И эти губы спускались сверху, пока парень, сидящий на моих бедрах продолжал удерживать меня!

Мой мозг взорвался. Подождите... Тот, кто целует меня в губы, сидит у изголовья.

А кто тогда упирается мне в ягодицы со спины?!

Дорогие читатели❤️

Если вам нравится моё творчество, не забывайте подписаться на мою страничку, чтобы быть в курсе всех новостей и новинок.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 4. Элина

«Тебе кажется…» – зазвучало в моей голове как спасительное оправдание, за которое я ухватилась мертвой хваткой.

Да, это просто алкоголь. Мой воспаленный мозг, подстегнутый стрессом и диким напряжением на этой свадьбе, просто сошел с ума. Ощущения путаются, вот мне и чудится… всякое. Невероятное. Дикое.

Не может их быть двое.

Но стоило мне поверить в это, как реальность обрушилась на меня лавиной концентрированных тактильных ощущений.

Парень, который только что разминал мне плечи, резко, но аккуратно перехватил меня за талию и одним мощным движением перевернул на спину, сам тут же устраиваясь сбоку на постели.

От неожиданности и головокружения я судорожно вздохнула, собираясь возмутиться, но он навалился на меня сверху лишь наполовину, прижимая к матрасу, и снова накрыл мои губы своими, не дав мне издать ни звука.

Теперь, когда я лежала лицом к нему, этот поцелуй стал еще глубже – тягучим, гипнотизирующим, лишающим воли. Его язык властно исследовал мой рот, заставляя меня плавиться, выбивая из головы последние крупицы здравого смысла. Настоящее наваждение.

Вкусно. До дрожи в коленях сладко.

Мои пальцы сами слепо потянулись вверх и запутались в его коротких, жестких волосах, мысленноумоляя не останавливаться. Я полностью сосредоточилась на его губах.

Тонкая ткань платья была уже безжалостно спущена до талии, обнажая мою грудь, и его пальцы сразу же принялись нежно изучать чувствительность моих сосков. Я застонала ему в рот от мурашек, которые бежали по мне от каждого прикосновения.

И именно в этот момент, пока я была ослеплена и оглушена поцелуем и его прикосновениями, у моих ног бесшумно устроился кто-то еще. Свободного пространства внизу было предостаточно, и этот мужчина действовал беззвучно, как хищник на охоте.

Его слегка шершавая ладонь уверенно легла на мое колено, заставляя ноги слегка раздвинуться. Пальцы обжгли кожу, медленно, с легким властным нажимом поднимаясь по внутренней стороне бедра выше, собирая подол платья. Каждое движение этой руки отзывалось во мне электрическим разрядом.

– Тш-ш-ш… Всё хорошо, маленькая. Слышишь? Тебе хорошо, – хрипло выдохнул мне в губы тот, кто целовал меня, снова забирая мое дыхание, утягивая обратно в этот дурманящий омут.

А внизу… творилось чистое безумие. Чьи-то пальцы накрыли мое самое интимное место и от первого же уверенного, дразнящего прикосновения сквозь тонкую ткань трусиков из моей груди вырвался стон. Меня прошибло током от макушки до кончиков пальцев.

Это было слишком. Слишком остро, слишком правильно, слишком горячо.

Мой разум кричал, что происходит что-то невозможное. Ощущений было слишком много. Пока один держал мою грудь и терзал мой рот поцелуями, пальцы второго снизу уже уверенно и безжалостно доводили меня до исступления, заставляя меня непроизвольно выгибать бёдра навстречу этим ласкам.

Я тонула в контрастах: жесткие, властные мужские руки и невероятная, нежная чуткость к моему телу. Запах дорогого парфюма и животный запах страсти.

В этом алкогольном тумане я не могла понять, где заканчивается один и начинается другой. Они сплелись для меня в одно единое, многорукое, ненасытное божество, которому я добровольно отдавала себя на растерзание.

Горячие губы того, кто ласкал меня снизу, прижались к моему колену, а затем начали подниматься по бедру, оставляя влажные, обжигающие следы.

Алкоголь, темнота и эта невероятная атака на все мои чувства сокрушили всю мою защиту. Я закрыла глаза, отдаваясь неизбежному и готовая сгореть в этом греховном пламени дотла…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 5. Элина

Разум окончательно капитулировал перед голодом собственного тела. Внутри меня полыхал такой пожар, какого я не чувствовала никогда в жизни.

Долгое воздержание, помноженное на коктейли и дикую энергетику этих парней, превратило меня в податливый воск. Все происходящее казалось нереальным, словно я видела порочный сон наяву.

Когда язык того, кто устроился снизу, скользнул между моих ног, исследуя мою запредельную влажность, я сама, добровольно, с тихим стоном выгнулась навстречу его нещадным ласкам, а мои бёдра сами начали двигаться в такт его движениям.

– У тебя тут ебаный водопад, маленькая, – ненадолго отстранившись, сообщил он, и снова погрузился в меня, заставляя стонать прямо в рот второму парню.

Тот вдруг прекратил поцелуи, неохотно выпуская мои запястья (и когда только успел их перехватить?). Его дыхание было тяжелым и рваным.

– Стоп, Дэн, тормози, – хрипло выдохнул он куда-то в сторону. – Мы все пьяны. Она же завтра ничего не вспомнит. Если мы возьмем ее сейчас, она возненавидит нас. Давай уйдем.

Уйдем?! Нет, боже, только не это! Мысль о том, что они сейчас прекратят, оставив меня одну в этой темной комнате, раздетой, сгорающей от неудовлетворенного желания, показалась мне самой страшной пыткой.

Мозг окончательно перестал соображать от выпитого, и в этот момент мне было плевать, реальность это или галлюцинация. Мне просто до безумия были нужны они.

– Нет… – умоляюще выдохнула я, сама не узнавая собственный голос. Он был капризным и одновременно глубоким от возбуждения. Я попыталась слепо поймать парня руками, чтобы удержать, поцеловать, что угодно лишь бы не уходил. – Пожалуйста, не уходи… Я хочу этого и мне… мне плевать на завтра.

Мужчина у моих ног ответил низким, утробным рыком. Его язык замер, заставляя меня разочарованно всхлипнуть.

Теперь они оба нависли надо мной, как два огромных порочных хищника и из-за головокружения их силуэты сливались в темноте, и мне снова казалось, что надо мной вырос один-единственный мужчина, у которого просто слишком много рук и слишком много обжигающего жара.

– Сама сказала… – произнёс один из них, и в его голосе сквозило чистое возбуждение. – Ты сама попросила, сестрёнка. Теперь не жалуйся.

– Твою мать, Дэн, и правда, какая она мокрая… – чья-то ладонь накрыла мою промежность, пальцами размазывая влагу. – Она так течет от нас. Ты посмотри нее… Маленькая, еле сдерживаешься чтобы не кончить, да?

От этих ю слов у меня между ног стрельнуло с такой силой, что я выгнулась, судорожно ловя ртом воздух. Стыд исчез, осталось только животное желание.

– Пожалуйста… – простонала я, утыкаясь носом в чужую шею, впитывая запах дорогого парфюма. – Хватит говорить… Сделайте что-нибудь…

– Сделать что, Элина? Скажи ртом, чего ты хочешь? – грубо спросил один из них, беря меня за подбородок. – Член хочешь? Чей? Мой или его?

– Обоих… – сорвалось с моих губ прежде, чем я успела подумать.

Картинка перед глазами окончательно поплыла, но это была самая честная правда в моей жизни: в этот миг я действительно хотела раствориться в них двоих.

– Слышал, Яр? Наша маленькая сестричка оказалась очень жадной, – прошептал тот, что держал меня за подбородок, и в следующую секунду раздвинул мои ноги. – Сначала я. Я сделаю её мягкой для тебя.

Он приподнял мои бёдра и одним мощным толчком вошел в меня на всю длину.

Его член заполнил меня изнутри так резко, что я вскрикнула, на секунду ослепнув от острой вспышки наслаждения.

– Господи-и-и-и, –проскулила я.

Слишком глубоко. Слишком полно. Моё тело, отвыкшее от мужчины, судорожно сжалось вокруг его горячего ствола, принимая его, пытаясь подстроиться под этот размер.

– Блять, какая ты узкая… как тиски… – зарычал он, вытягиваясь струной, и начал вколачиваться в меня резкими, безжалостными толчками. Каждое движение вышибало из меня остатки воздуха и крики. – Сука, какая же ты… И вкусная и тугая… Чистый кайф.

Я кричала, задыхалась, металась по подушке, теряя связь с реальностью, но мне не дали сойти с ума в одиночку. Чей-то язык снова ворвался в мой рот, двигаясь в том же диком, рваном ритме, в котором член трахал меня снизу.

Один... Или двое... Это уже не имело значения, потому что это было восхитительно.

Тот, кто был сверху, оторвался от моих губ всего на секунду, чтобы спуститься ниже. Его зубы слегка прикусили мою грудь, лаская сосок языком, пока пальцы сжимали мою талию до синяков.

– Ты теперь наша, слышишь? – тяжело дыша, шептал он мне на ухо и в шею и покрывал их поцелуями, пока парень внизу ускорял темп, доводя меня до критической точки. – Наша девочка, сестрёнка. Мы покажем тебе все грани наслаждения. Будешь стонать под нами каждый день и умолять не останавливаться…

Эти грязные разговоры резко повысили градус моего возбуждения.

– Я… кончаю… – я забилась в рваных судорогах, чувствуя, как внутри натягивается сладкая, невыносимая пружина, гтовая сорваться в любую секунду.

– Кончай, малышка, кончай для нас, – прорычал тот, чей горячий ствол был в о мне, делая глубокие и мощные толчки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Моё тело содрогнулось в мощнейшем, затяжном оргазме, который обрушился на меня лавиной, и я громко застонала в рот тому, кто принялся целовать меня в этот момент. Всё вокруг поплыло, превращаясь в чистый белый шум, и я обмякла. Я лежала обессиленная, чувствуя, как из меня медленно выходят.

Но расслабиться мне не дали: второй из них, который всё это время целовал меня перехватил мои бёдра, резко и бесцеремонно переворачивая меня на живот.

– Моя очередь, сестрёнка, – раздался его обжигающий шёпот над самым ухом. – Дэн тебя разогрел, а теперь я доставлю тебе ещё немного удовольствия.

Глава 6. Ярослав

Смотреть, как Дэн берет её было отдельным видом извращенного удовольствия: брат вбивался в неё жестко, до хрипа, вытряхивая из девчонки душу, пока я удерживал её сверху, перехватывая стоны прямо из её рта. Мой собственный член казался каменным.

Когда Дэн с глухим рыком отвалился на подушки, тяжело дыша, я не стал ждать ни секунды, а уже перехватил её бёдра и окончательно зафиксировал девчонку на животе, слегка приподнимая. Алое платье, окончательно задравшееся на спину, обнажало её тонкую талию, на которой уже темнели отпечатки пальцев Дэна.

Она была податливой, горячей, мокрой от соков брата.

– Моя очередь, сестрёнка, – прошептал я ей в затылок, вдыхая смешанный с алкоголем запах её волос. – Дэн тебя разогрел. Теперь я возьму свое.

Я вошел в неё одним медленным движением. Элина всхлипнула, выгибаясь в пояснице, её пальцы судорожно впились в простыню. Пространство внутри неё было настолько тугим и обжигающим, что у меня в глазах на мгновение потемнело.

Контраст с бешеным темпом Дэна я задал сразу: я не стал торопиться. Я начал двигаться медленно, глубоко, заставляя её прочувствовать каждый сантиметр.

– Ах-х… – застонала она, запрокидывая голову назад. – Пожалуйста… глубже…

– Куда еще глубже, маленькая? Я и так в тебе целиком, – выдохнул я, перехватывая её за талию, задавая рваный, порочный ритм.

Каждое движение сопровождалось влажным, шлепающим звуком, от которого крышу сносило окончательно.

Я наклонился, прижимаяся грудью к её спине, и начал покрывать поцелуями её плечи, покусывая кожу на шее. Элина плавилась под моим напором, её тело судорожно сжималось вокруг меня, утягивая в новый оргазм.

Дэн сидел рядом, тяжело дыша в темноте, и его ладонь легла на её затылок, перебирая волосы, пока я брал её.

– Хорошая… какая же ты послушная девочка, – шептал я, ускоряясь, чувствуя, как внутри неё нарастает пульсация.

Я перехватил её лицо, заставляя повернуться, и впился в её губы в тот самый момент, когда нас обоих накрыло.

Когда всё закончилось, силы, подпитанные алкоголем, окончательно покинули и Элину и меня. Я обессиленно упал рядом с ней на бок, пытаясь перевести дыхание. Дэн развалился с другой стороны. Мы были выжаты, как лимоны.

Я собирался встать, чтобы пойти в душ и привести себя в порядок, но стоило мне шевельнуться, как Элина вдруг заворочалась. Наощупь, вслепую, она развернулась ко мне, закинула на меня ногу и изо всех оставшихся сил крепко, отчаянно обняла меня за шею, утыкаясь носом в мою грудь.

Хватка у неё оказалась на удивление сильной. Хрен вырвешься без того, чтобы не разбудить.

– Эй, сестрёнка, пусти, – тихо, с усмешкой шепнул я, хотя внутри почему-то странно потеплело.

Она не разомкнула рук. Напротив, прижалась еще ближе, обжигая мою кожу своим сонным, рваным дыханием. Из её груди вырвался тихий, жалобный вздох, и она пробормотала сквозь сон, вкладывая в это столько нежности:

– Так тепло, не уходи.

В комнате мгновенно повисла тишина.

Я замер, так и не убрав её руку со своей шеи. У меня внутри, прямо в грудной клетке, что-то болезненно, резко ёкнуло. Тяжелый, ощутимый удар сердца, который отозвался эхом в ушах.

Перевел взгляд через её голову на Дэна: брат сидел неподвижно в полумраке, и я отчетливо видел, как его плечи напряглись. Его взгляд был прикован к её безмятежному лицу.

Мы с братом переглянулись и Дэн медленно лег обратно, пододвинулся ближе и накрыл своей ладонью её плечо, слегка прижимая к нам обоим.

– Спи, – тихо, почти неслышно произнес Дэн в темноту комнаты.

Я вздохнул, утыкаясь подбородком в её макушку, и начал плавно, успокаивающе гладить её по спине, чувствуя, как она окончательно расслабляется и засыпает в наших руках.

– Тссс, спи, маленькая, – ответил я ей, закрывая глаза. – Мы здесь. Мы никуда не уйдем.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 7. Элина

Сознание возвращалось ко мне толчками, вместе с тупой, пульсирующей болью в висках. Я зажмурилась от яркого солнечного света, который безжалостно пробивался сквозь неплотно задернутые шторы. Во рту было сухо, как в пустыне.

Я попыталась перевернуться на бок, и всё мое тело тут же отозвалось глухой, непривычной ломотой. Каждая мышца ныла, а между ног пекло так, словно…

Сердце пропустило удар.

Я резко распахнула глаза и села на кровати. Одеяло соскользнуло, и я едва не закричала от ужаса. Я была абсолютно голая, а моё алое платье валялось на полу у кровати, безжалостно скомканное, со свисающей порванной бретелькой.

Воспоминания прошлой ночи начали лавиной обрушиваться на меня, заставляя сердце болезненно сжиматься.

Темнота. Сильные ладони, сжимающие мои бедра. Хриплый голос. Сумасшедший, животный секс на грани фола, от которого я выла и просила еще…

Я судорожно огляделась, пытаясь понять, у кого я нахожусь, но в комнате кроме меня никого не было.. Огромная двуспальная кровать, на которой я сидела, была полностью разворочена. Но самое страшное… на подушке слева от меня отчетливо виднелась вмятина.

Я протянула дрожащую руку и коснулась простыни. Холодная. Он ушел давно. Или это я сама так металась по всей постели, теряя связь с реальностью? Скорее всего да.

Взгляд заметался по комнате и наткнулся на прикроватную тумбочку. Там, прямо поверх моего браслета, лежал белый прямоугольник – вырванный из какого-то блокнота листок.

На бумаге размашистым, уверенным мужским почерком было написано всего несколько слов:

«Твоя комната прямо по коридору, третья дверь налево. Возвращайся к себе, сестрёнка, пока родители не проснулись».

Записка едва не выпала из моих задрожавших пальцев.

– Боже, что я натворила… – прошептала я, обхватывая голову руками.

Какая же я дура. Перебрала с коктейлями, отдалась собственному сводному брату в первую же ночь знакомства!

В том, что это был кто-то из них, сомнений больше не оставалось. Комната до сих пор едва заметно хранила аромат того самого элитного парфюма, который сбивал с ног еще у их столика в ресторане. Да и ночные фразы, намертво въевшиеся в подкорку, не оставляли выбора. К тому же чужой гость не стал бы издевательски называть меня «сестренкой» и уж точно не знал бы про напутствие моего отчима «поладить».

Я попыталась восстановить хронологию. Помнила, как вошел Яр. Или это был Дэн? В темноте и пьяном угаре голос был низким, как у Яра, но в голове настойчиво крутилась одна пугающая, безумная деталь: рук было слишком много. Меня обнимали и ласкали со всех сторон, пока кто-то целовал в губы…

«Это просто виски, тебе кажется», – прозвучал в памяти ночной шепот.

– Да. Мне просто казалось, – заставила я себя поверить, судорожно кивая собственным мыслям и комкая записку в кулаке. – Это был кто-то один. У меня сто лет не было секса и алкоголь наложился, вот крышу и сорвало, а сознание в темноте само дорисовало фантазии, ослепленное сходством близнецов. Записку написал один из них. Точно один.

Кое-как убедив себя и встав с кровати, я пошатнулась, от чего взгляд упал на зеркало на стене напротив, и я похолодела: на моей шее, прямо у ключицы, красовался отчетливый, наливающийся багровым цветом засос, а на бедре были явные следы от сильных мужских пальцев.

Я подбежала к полу, схватила растерзанное платье и кое-как натянула его на себя, придерживая порванную бретельку рукой. Мне нужно было немедленно уйти отсюда. Добраться до своего убежища по указанному в записке маршруту, запереться и сделать вид, что ничего не произошло. Навсегда забыть эту ситуацию.

Я тихо приоткрыла дверь, высунула нос в пустой коридор съемного коттеджа. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Отсчитав нужные двери –

раз, два, три

– я быстрым шагом припустила к своей комнате.

К счастью, в коридоре никого не было. Родители и гости, скорее всего, еще спали после бурной свадьбы, поэтому, залетев к себе, я заперлась на замок, привалилась спиной к двери и наконец-то смогла перевести дыхание.

Теперь оставался главный вопрос: кто именно из них это был, Яр или Дэн?

И как мне теперь смотреть в глаза человеку, который знает, какая я на самом деле в постели – податливая, стонущая и готовая на всё?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 8. Элина

Горячий душ немного смыл с меня липкое ощущение паники, но не избавил от ноющих следов на теле. Коттедж, который родители сняли на целых три дня для празднования, сейчас казался мне огромной мышеловкой.

В зеркале я выглядела бледной, с огромными глазами и тем самым багровым пятном на шее, которое пришлось судорожно замазывать плотным слоем тонального крема.

Натянув свободный оверсайз-костюм – серые спортивные штаны и объемное худи с капюшоном, в котором можно было спрятаться от всего мира, – я поняла, что совершила стратегическую ошибку.

В комнате не было ни капли воды. В горле пересохло так, словно я шла по пустыне, изнутри пекло, голова гудела, и организм требовал влаги здесь и сейчас.

Я приоткрыла дверь и прислушалась. В доме царила мертвая, похмельная тишина. Часы показывали начало одиннадцатого – учитывая, что гости разбрелись под утро, сейчас все спали без задних ног.

«Быстро спущусь, схвачу пару бутылок минералки, какой-нибудь сэндвич и забаррикадируюсь у себя до вечера. Буду смотреть сериалы и спать», – выстроила я в голове идеальный план спасения.

Стараясь не шуметь, я на цыпочках пошла по длинному коридору, спустилась по массивной лестнице и юркнула в просторную, залитую солнцем кухню-гостиную. Окна выходили во внутренний двор, где у бассейна еще валялись пустые стаканы. На огромном кухонном острове, к моему счастью, стояла целая упаковка прохладной воды.

Облегченно выдохнув, я схватила сразу две бутылки, спешно скрутила крышку с одной и начала жадно, огромными глотками пить, зажмурившись от блаженства. Ледяная влага приятно обожгла горло. Капли стекли по подбородку, падая на воротник худи, но мне было плевать.

– На здоровье, сестрёнка. Не припомню, чтобы отец заставлял тебя разгружать вагоны этой ночью. Откуда такая жажда?

От этого низкого, насмешливого голоса я поперхнулась. Вода пошла не в то горло, я закашлялась, судорожно прижимая бутылку к груди, и резко обернулась.

В проеме балконной двери, прислонившись плечом к косяку, стоял Дэн.

В отличие от меня, он выглядел незаслуженно, просто преступно великолепно для человека, который лег на рассвете: черные спортивные шорты, свободная футболка, растрепанные темные волосы и абсолютно чистый, трезвый взгляд голубых глаз, в которых сейчас плясали опасные искры.

Внутри меня мгновенно взвилась волна протеста. Мне дико захотелось возмутиться, высказать ему всё за этот наглый, собственнический тон, включить свою привычную броню «правильной и приличной девочки», которой я всегда старалась быть. Гордо вскинуть подбородок, отчитать его за двусмысленные намеки и высокомерно пройти мимо.

Но мой идеальный план разбился вдребезги о сухую реальностью, потому что перед глазами вспыхнули ночные картинки: эти самые широкие плечи, и его хриплый, срывающийся на рык голос: «Кончай».

– Я… я просто… – я с трудом сглотнула, чувствуя, как от воспоминаний щеки заливает пунцовый румянец . – Голова болит после вчерашнего. Душно.

Дэн медленно оттолкнулся от косяка и сделал шаг в мою сторону. Спокойно, бесшумно, как хищник на охоте. Я же невольно сделала несколько шагов назад, спиной отступая к кухонному гарнитуру.

Он подошел почти вплотную ко мне. От него пахло бодрящим кофе и ментолом – он уже успел привести себя в порядок, в отличие от меня.

Дэн опустил взгляд на мои губы, затем прошелся им по бесформенному худи, словно легко считывая, что под ним скрывается, и наконец посмотрел на мою шею. Прямо туда, где под слоем тональника пряталась утренняя улика.

Дэн лениво протянул руку ко мне и его большой палец коснулся моей кожи у ключицы. Я вздрогнула и затаила дыхание, боясь пошевелиться. Разум панически требовал немедленно ударить его по руке, оттолкнуть, сказать, что он не имеет права так себя вести со сводной сестрой.

Гордость кричала, что нужно защищаться, но тело нагло и беспощадно предавало меня: от тепла его пальца по коже пошла такая сладкая дрожь, что я замерла, не в силах даже сдвинуться с места.

Он слегка, с намеренным нажимом провел пальцем в сторону, стирая косметику и обнажая багровый след. Ухмылка на его губах стала шире, а взгляд потемнел.

– Надо же, какая нежная кожа. Чуть сильнее надавишь и сразу отметка, – тихо, почти интимно прошептал он, наклоняясь к моему уху так близко, что его дыхание опалило мне мочку. – Ты бы поаккуратнее на загородных прогулках, Элина. А то мама увидит – расстроится. Придется придумывать, какие такие дикие звери покусали её примерную девочку в стенах этого дома…

Голос Дэна вибрировал у самого моего уха, заставляя волоски на теле вставать дыбом. Его палец медленно очерчивал контур синяка, и от этого простого прикосновения внизу живота предательски полыхнул знакомый жар. Вместе с ним горячая волна обожгла лицо.

– Я не знаю, о чем ты, – выдавила я, пытаясь сдвинуться в сторону и обойти его, но Дэн мгновенно перекрыл мне путь, уперевшись ладонью в столешницу прямо у моего бедра.

Свободного пространства между нами не осталось вообще. Ловушка. Снова.

– Правда не знаешь? – он прищурился, и его губы тронула хищная усмешка. – А мне показалось, у тебя отличная память, сестрёнка. А уж звуки... Я думал, у таких девочек как ты более скромный голосок. А ты оказалась… громкой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

От его уверенного, наглого тона мне захотелось провалиться сквозь землю.

Боже, это точно был он вчера!

– Дэн, пусти. Это… это была ошибка, – зашептала я, оглядываясь на дверь, боясь, что зайдет мама.

– Ошибка? – Дэн наклонился еще ниже, его голубые гипнотизирующие глаза оказались на уровне моих. – Ошибаются дверью, Элина, а то, как ты выгибалась под моими руками и умоляла не останавливаться, на ошибку мало похоже. Тебе ведь понравилось. До сих пор дрожишь, стоит мне подойти.

– Перестань! – я уперлась ладонями в его твердую грудь, пытаясь оттолкнуть. Сердце колотилось как сумасшедшее. – Забудь об этом. Ничего не было!

– Ну, раз ты так просишь… – Дэн вдруг легко отступил на шаг, поднимая руки в притворном примирительном жесте, но взгляд его оставался голодным. – Забыть так забыть. Только учти, сестрёнка… если ты снова ошибешься дверью, я запру её изнутри. Насовсем.

Я не стала ничего отвечать. Схватив свои бутылки с водой, я буквально проскользнула под его рукой и бросилась вон из кухни. Спиной я чувствовала его насмешливый и торжествующий взгляд, а в голове стучала только одна мысль: это был Дэн.

Слава богу, это был только он и Яр ничего не знает.

Глава 9. Элина

Высидеть в комнате до вечера мне не удалось. Ближе к двум часам дня в дверь настойчиво постучала мама и тоном, не терпящим возражений, велела немедленно спускаться к обеду.

Оказывается, основная толпа гостей со свадьбы уже переместилась к бассейну и на арендованный пляж коттеджа, продолжая шумно похмеляться там, а отчим устроил приватное семейное барбекю на верхней террасе.

Специально для нас пятерых чтобы, как он выразился, познакомиться поближе в тихой семейной обстановке.

Семейной. Боже.

Пришлось заново, еще более тщательно замазывать шею консилером, распускать волосы, чтобы они закрывали ключицы, и переодеваться в легкий джинсовый сарафан на пуговицах.

Когда я вышла на залитую солнцем террасу, все уже были в сборе. Отчим Артур переворачивал сочные стейки на огромном гриле, от которого шел умопомрачительный аромат, а мама что-то весело щебетала, разливая по бокалам белое вино.

Мой взгляд инстинктивно метнулся к длинному деревянному столу. На широкой дубовой скамье, развалившись, сидели мои сводные братья.

– О, а вот и наша соня! – добродушно воскликнул отчим, заметив меня. – Садись, Элина, к ребятам, познакомитесь получше.

Да мы вроде как уже познакомились довольно близко… С Дэном.

– Как спалось на новом месте? – продолжал спрашивать отчим, не подозревая о моем внутреннем монологе. – Голова не болит после вчерашнего праздника?

У меня внутри всё сжалось в тугой узел. Я бросила взгляд на братьев: Дэн сидел с левого края скамьи, лениво крутя в пальцах вилку и глядя на меня с той самой утренней, торжествующей ухмылкой.

А вот Яр… Яр расположился чуть правее, абсолютно спокойный, безупречный, в белой льняной рубашке с подвернутыми рукавами. На его лице играла идеальная, приветливая улыбка заботливого сводного брата.

Свободное место оставалось только одно – ровно посередине между сводными братьями. Моя личная плаха.

– Спасибо, Артур, спалось… очень крепко. Даже слишком, – выдавила я натянутую улыбку, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. — А голова… да, немного побаливает. Наверное, с непривычки от такого количества эмоций и коктейлей.

На непослушных ногах я подошла и опустилась на скамью. Оказаться зажатой между этими двумя было настоящим испытанием. Слева от меня исходил плотный жар от тела Дэна, а справа я кожей чувствовала обжигающее присутствие Яра. Пространства было мало, и я невольно прижала локти к телу, стараясь стать как можно незаметнее.

– Ну, это дело житейское, на свадьбе можно, – добродушно отмахнулся отчим, орудуя щипцами у гриля. — Сейчас стейками тебя лечить будем. Парни вон тоже едва живые выползли на обед, да, ребят?

– Ну почему же, пап, – лениво отозвался Яр, плавно поворачивая ко мне лицо. В них не было утренней насмешливости Дэна, в них читался совсем другой интерес, более мягкий. – Лично я чувствую себя на редкость бодрым и полным сил. Но за Элину согласен — ей нужно восстанавливаться, акклиматизация. Да и в загородных домах ночью бывает… слишком жарко. Правда, сестрёнка?

Я едва не выронила салфетку, которую судорожно пыталась расправить на коленях. От того, как интимно прозвучало это «жарко», у меня по спине пробежал ледяной мороз. В памяти тут же вспыхнул ночной шепот…

Так стоп, это же был Дэн…

– Ты прав, — тихо ответила я, уткнувшись взглядом в тарелку и отчаянно пытаясь скрыть вспыхнувшие щеки за прядями волос. — Ночью действительно было как-то душновато.

– Да, – подхватил Дэн слева, пододвигая ко мне стакан с ледяным соком. Его пальцы при этом намеренно, но как бы случайно скользнули по моей ладони, заставив меня вздрогнуть. – Я вот тоже ночью плохо спал от жары. И слишком много… посторонних шумов. Приходилось отвлекаться на всякие глупости.

– Ой, мальчики, не пугайте мне Элю, – безмятежно засмеялась мама, садясь на стул напротив нас, с другой стороны стола. – В этом доме отличная звукоизоляция, Артур сам проверял, когда бронировал.

– Звукоизоляция хорошая, – согласился Яр. Он лениво откинулся на спинку скамьи, и его широкое плечо почти невесомо коснулось моего. – Но у меня чуткий слух. Мне вот под утро показалось, что в коридоре кто-то плакал или стонал. Хотел пойти проверить, не нужна ли помощь, но Дэн сказал, что сам со всем разобрался и отправил какую-то заблудившуюся гостью спать.

Я едва не поперхнулась соком, который успела пригубить. Пальцы судорожно, до побеления суставов сжали стекло стакана.

В ушах зашумело от оглушительного стыда и накатившей злости. Разум правильной девочки внутри меня панически кричал, что нужно встать, устроить скандал, защитить себя! Но не портить же семейный ужин! Мама и так уже мной недовольна, а если ещё скандал устрою…

Поэтому я просто бросила яростный, обжигающий взгляд налево, прямо на Дэна.

Ах ты подонок! Значит, он не просто воспользовался моей ошибкой, он еще и брату всё в подробностях доложил?! Рассказал, как сводная сестричка пьяная приползла к нему в постель и стонала под ним?!

Дэн в ответ лишь невозмутимо поднял бровь и пригубил свое вино, ни капли не смущенный моим немым гневом. Он выглядел до неприличия довольным.

– Ох, молодежь, – отмахнулся отчим, перекладывая с подноса на тарелки дымящееся мясо. – Меньше пейте коктейлей, тогда и мерещиться ничего под утро не будет. Артур, дорогой, расскажи лучше, куда мы завтра поедем на катере…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Родители углубились в обсуждение завтрашней экскурсии. Я сидела, уставившись в свою тарелку и мечтая только об одном: чтобы этот семейный обед поскорее закончился.

И именно в этот момент, пока мама и отчим отвлеклись на разговор, я почувствовала

это

.

Как на правое бедро мне легла чья-то горячая ладонь.

Глава 10. Элина

Я буквально взлетела на второй этаж, едва не путаясь в собственных ногах – настолько у меня тряслись колени. Захлопнула дверь, дважды повернула ключ в замке и только тогда смогла прерывисто, судорожно выдохнуть.

Сердце колотилось в самые ребра, словно я пробежала марафон, а между ног до сих пор мучительно, и горячо пульсировало, а кожа на внутренней стороне бедра словно горела от отпечатков пальцев Яра.

Они играют со мной. Как с глупой, беспомощной мышкой. Оба. Один берет первобытной силой и наглостью, а второй — вкрадчиво, с циничной светской улыбкой лезет под юбку прямо на глазах у родителей.

А самым страшным было то, что моё тело предательски хотело продолжения. Меня всю трясло от смеси стыда, злости и дикого возбуждения.

Пытаясь спастись от собственного сумасшествия, я добежала до кровати, забралась под одеяло прямо в одежде, рванула к себе ноутбук и включила первую попавшуюся слезливую мелодраму.

Мне отчаянно, до боли в висках нужно было перебить этот кошмар чужими выдуманными проблемами. Но на экране мелькали чьи-то лица, а перед моими глазами настойчиво стоявшая картинка: потемневшие серые глаза Яра и довольная ухмылка Дэна.

Где-то на середине второго часа, когда пульс наконец начал приходить в норму, телефон на тумбочке завибрировал.

Я вздрогнула, затем потянулась к нему, надеясь, что это пишет подруга из моего родного города, но на дисплее высветился незнакомый номер. Затаив дыхание, я разблокировала мобильный, пробежалась глазами по строчкам, и в горле мгновенно пересохло.

Неизвестный номер:

«Зря ты ушла с обеда, сестрёнка. Джинсовый сарафан тебе шел, но без него ты выглядишь куда лучше. Жду тебя у бассейна на вечеринке. Надень что-нибудь более открытое. Не придешь сама – я приду и заберу своё прямо в твоей комнате».

Экран погас, а я так и осталась сидеть, чувствуя, как по спине побежали мурашки.

Я приду и заберу своё?

Кто это? Дэн, который утром обещал всякое, если я снова ошибусь? Или Яр, который только что ласкал меня под столом? Или они действуют сообща, решив превратить мою жизнь в персональный ад?

От мысли, что они делятся друг с другом

каждой

деталью, к щекам прилил жар.

Не успела я переварить эту ситуацию, как в дверь громко и бесцеремонно постучали. От неожиданности я едва не выронила телефон из ослабевших пальцев.

– Элина, отпирай, это я, – раздался строгий мамин голос.

Я судорожно сунула мобильный под подушку, соскочила с постели, на ходу разглаживая помятый сарафан, и повернула замок.

Мама вошла в комнату царственной походкой, держа в руках стеклянную тарелку с нарезанными фруктами. Окинув меня критическим, оценивающим взглядом она недовольно вздохнула и поставила тарелку на стол.

– Так, я не поняла, почему мы киснем? Артур внизу соловьем заливается, пытается устроить нам идеальный уикенд, мальчики вон позвали своих друзей из университета играть в волейбол, а ты тут заперлась и сопли на кулак наматываешь?

– Мам, у меня правда голова раскалывается… – попыталась вставить я, делая шаг назад, но она даже слушать не стала.

Мама решительно шагнула к моему шкафу и бесцеремонно распахнула зеркальные дверцы.

– От головы выпьешь таблетку, не маленькая. Нам скоро выходить к бассейну, там будет гриль, музыка, кейтеринг. Хватит вести себя как бука и портить мне праздник! – капризно заявила она. –Ты взрослая девочка и должна понимать: нужно налаживать контакты с новой семьей. Артур очень старается. К тому же, там будут приличные парни из хороших семей, друзья Ярослава и Дениса. Познакомься, пообщайся, развейся наконец после своего неудачного романа.

Мама начала стремительно перебирать вешалки с моими вещами и вдруг с триумфальным видом выудила оттуда пляжную тунику из тонкой, абсолютно прозрачной белой сетки.

Следом в её руках оказался раздельный изумрудный купальник. Я купила его перед самой поездкой под влиянием минутного порыва, но так и не решилась надеть – слишком открытые плавки на тонких завязках, слишком вызывающе сидящий лиф.

– Вот! Идеально, – мама одобрительно кивнула, безжалостно бросая этот комплект мне на кровать. – Надевай это, в самый раз для вечеринки у бассейна. Освежает, и фигура у тебя роскошная, нечего её прятать в свои безразмерные треники. Жду тебя внизу через полчаса, Элина. И только попробуй не спуститься, я сама за тобой приду.

Дверь за ней захлопнулась с сухим щелчком.

А я осталась стоять посреди комнаты, в ужасе глядя на этот чертов изумрудный комплект. Каждая его деталь сейчас казалась изощренной издевкой судьбы.

На ватных ногах я подошла к зеркалу и начала переодеваться. Когда я завязала тонкие изумрудные шнурки на бедрах, у меня перехватило дыхание: полоски ткани едва прикрывали интимную зону, а прямо над линией плавок, на нежной коже, отчетливо виднелись темноватые следы от сильных мужских пальцев.

Я судорожно натянула сверху прозрачную тунику-сетку, но стало только хуже: белая ткань не скрывала вообще ничего – сквозь крупные ячейки багровый засос на ключице и синяки на бедрах просвечивали так, словно их обвели маркером.

Если я выйду в этом к бассейну, Дэн (да и не только он) увидит на мне каждую метку своей безумной ночи.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Но если я останусь здесь, тогда тот, кто прислал СМС, явно сдержит обещание и придет ко мне. Вряд ли это пустой треп? Да и остаться по любому не получится – мама будет в бешенстве и притащит меня к бассейну сама.

Дрожащими руками я поправила воротник прозрачной сетки, пытаясь хоть немного сместить его на ключице. Выбора у меня не было от слова совсем. Придется идти туда, и я не понимала, боюсь я этого или наоборот, хочу произвести фурор своим появлением.

Глава 11. Денис

– Дэн, пасуй, блять! – крикнул Макс, один из наших университетских друзей.

Мы с Яром и парнями из нашей компании рубились в пляжный волейбол на площадке у бассейна. Мачеха и отец расстарались на славу: музыка качала из огромных колонок, лед в ведрах с элитным алкоголем плавился под палящим солнцем, а добрая половина нашего курса уже вовсю тусила на шезлонгах.

Я подпрыгнул, вколачивая мяч через сетку, приземлился на горячий песок и смахнул каплю пота со лба. Внутри до сих пор ворочалось утреннее возбуждение: наша новая сестрёнка Элина так забавно и прерывисто дышала мне в ухо на кухне, так умилительно пыталась строить из себя оскорбленную невинность…

Мы с Яром знатно поиграли с её разумом в течение дня. Т смска, которую Яр скинул ей с левой симки пару часов назад, должна была окончательно добить её самообладание и пригнать сюда, к нам. Я ждал её появления, как ненормальный.

– Пацаны, притормозите… – вдруг протянул Макс, опуская мяч. Его взгляд остекленел, а челюсть медленно поползла вниз. – Это еще что за богиня? Откуда здесь такое чудо?

Я нахмурился и обернулся к стеклянным дверям коттеджа. Рядом со мной мгновенно подобрался Яр и замер, точно пес перед прыжком. А я и сам был готов облизываться и пускать слюни.

Потому что ступеням медленно спускалась Элина.

Твою мать. Наш хвалёный расчёт дал осечку. Отправляя ультиматум, мы хотели припугнуть её и заставить подчиниться, но мы абсолютно не учли, какой сокрушительный эффект произведет её появление. В штанах мгновенно стало тесно, а воздух в легких превратился в раскаленный свинец. И по всей видимости, не только у нас была такая реакция.

На сестрёнке был изумрудный микро-купальник, который едва удерживал её аппетитные округлости на тонких завязках, а сверху – прозрачная белая сетка, которая не скрывала вообще ничего.

На солнце её влажная после душа кожа сияла, а ладонями Элина нервно придерживала полы туники, пытаясь скрыться от мужских взглядов, которые тут же намертво к ней прилипли.

И правда богиня.

Каждый гребаный парень у бассейна в секунду свернул шею в её сторону. Музыка словно ушла на задний план, уступая место оглушительному стуку моего собственного сердца.

Сквозь крупные ячейки сетки на её бедре и нежной коже у ключицы едва заметно просвечивали наши ночные метки. Мои и Яра.

И от осознания, что этот эксклюзив выставлен напоказ, градусник собственничества у меня срывало окончательно.

– Охренеть, – присвистнул Костян, похотливо облизывая губы. – Дэн, Яр, вы почему молчали, что у вашей мачехи такая охуительная дочка? Чур я первый в очереди на знакомство. Девчонка – просто ходячий секс.

Яр нехорошо оскалился, его пальцы намертво впились в волейбольную сетку, натягивая тросы до треска. У меня самого внутри зарычало что-то дикое. В очередь он встал? Этот придурок даже не догадывается, что мы эту богиню еще ночью приручили, заставив скулить и выгибаться под нами обоими.

Она наша. Каждым своим миллиметром наша.

Но нам приходилось играть роли приличных сводных братьев перед отцом, который как раз крутился у ближайшего к нам гриля.

– Сами только вчера её первый раз увидели, – придав голосу больше небрежности, сказал я. – А теперь кончайте пялиться на мою сестру, уроды.

Элина уселась на самый крайний, изолированный шезлонг, наивно надеясь остаться незамеченной. Куда там. Вокруг неё мгновенно образовалась толпа: отчим ушел в дом за новой порцией мяса, мачеха отвлеклась на подруг, и к нашей сестричке тут же потянулись «ухажёры».

Да блять.

Мы с Яром продолжали делать вид, что играем, но волейбол превратился в фарс. Мы пасовали на автомате, не сводя тяжелых взглядов с её шезлонга и прикидывая, кому бить морды чуть позже.

Кандидатов было уже двое: вон Руслан уже принес ей ледяной коктейль, а Коля присел на край её лежака, явно рассыпаясь в комплиментах и заставляя её смущенно, натянуто улыбаться. Она что-то отвечала ему, но по её зажатым, напряженным плечам я отлично видел, как она паникует. И как её испуганные глаза то и дело ищут кого-то.

А затем к её шезлонгу развязной, хозяйской походкой подошел Олег. Тот самый троюродный ушлёпок отца, которого мы еще на свадьбе хотели закопать заживо на заднем дворе.

Этот индюк уже был изрядно пьян. Он бесцеремонно отпихнул Костяна, согнал его с шезлонга и сел сам, вплотную к Элине. Его сальный, грязный взгляд буквально прожёг прозрачную тунику, пожирая её тело. Олег что-то нагло прошептал ей, а затем протянул руку и бесцеремонно схватил Элину за обнаженное колено, чуть сжимая пальцы.

Сестрёнка дернулась, попыталась скинуть его ладонь, но Олег лишь нагло рассмеялся. Придвинулся еще ближе, перехватывая её за талию и наваливаясь своим грузным телом, лишая пространства.

Мяч вылетел у меня из рук, покатившись по песку. Больше я сдерживаться не собирался. К черту приличия.

Яр поймал мой взгляд и я увидел, что в его серых глазах полыхала точно такая же кровавая ярость. Мы синхронно шагнули с площадки, плечом к плечу направляясь прямиком к её шезлонгу. Этому уроду осталось жить примерно полминуты.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 12. Элина

Стоило мне спуститься к бассейну, как я тут же пожалела, что вообще родилась на свет. Мама была права: на меня обернулись абсолютно все.

Я буквально кожей чувствовала, как десятки мужских глаз сканируют моё тело сквозь невесомую сетку белой туники, задерживаясь на бедрах и открытой груди. Казалось, все вокруг видят, как предательски дрожат мои колени.

Я поспешно забилась на самый дальний шезлонг в тени огромного пляжного зонта, надеясь, что меня оставят в покое, но не тут-то было. Внимание обрушилось на меня лавиной. Симпатичные молодые люди – видимо, друзья Яра и Дэна – мгновенно окружили мой лежак. Они приносили мне ледяные коктейли, шутили, наперебой пытались узнать мой номер и засыпали комплиментами.

– Элина, ты просто космос, – улыбался высокий рыжий Костя, присаживаясь на край моего шезлонга. – Скажи честно, Дэн и Яр тебя спрятали, потому что боялись, что мы тебя украдем в первый же день?

Я вежливо, натянуто улыбалась, отвечая невпопад. Мой взгляд вопреки воле то и дело кочевал к волейбольной площадке. Братья делали вид, что увлечены игрой, но это был чистый фарс. С мокрыми от пота волосами, в одних шортах, мускулистые, хищные… Они казались какими-то опасными античными богами на фоне остальных парней.

Каждое движение Яра, каждый яростный прыжок Дэна сопровождались тяжелыми, жгучими взглядами в мою сторону. Они следили за каждым, кто приближался к моему шезлонгу.

А потом появился Олег, с которым я вчера танцевала на свадьбе.

Стоило этому пьяному, развязному мужчине подойти, как друзья братьев как-то сразу притихли и расступились; всё-таки Олег был родственником Артура, хозяина дома.

Он бесцеремонно согнал Костяна и уселся на моё пляжное одеяло, слишком близко. От него разило дорогим алкоголем и тяжелым, удушливым парфюмом, от которого меня мгновенно замутило.

– Привет, сокровище, – нагло ухмыльнулся он, и его масляный взгляд буквально раздел меня наголо, бесстыдно скользя по изумрудному купальнику сквозь прозрачную сетку. – Ты ушла вчера, так и не дослушав предложение. Поехали ко мне? Хватит тухнуть с этими малолетками. Я покажу тебе, как отдыхают взрослые мужчины, кис.

Не успела я даже сообразить, что ответить, как его большая, липкая ладонь бесцеремонно легла на мое обнаженное колено и уверенно поползла вверх по бедру, сминая тунику.

– Перестаньте, – испуганно выдохнула я. Внутри всё заледенело от страха. Я попыталась убрать его руку и отодвинуться к самому краю шезлонга, боясь, что он задерет ткань и все увидят багровые следы на моей коже. – Мне это не нравится. Уйдите.

Олег лишь снисходительно, пьяно рассмеялся. Нагло перехватил меня за талию, прижимая к своему боку. Его пальцы больно впились в мою плоть. От боли и унижения у меня перехватило дыхание.

– Да брось ты ломаться, девочка. Я же видел, как ты вчера в этом алом платье жопой крутила перед всеми. Строишь из себя недотрогу?

Я оглянулась, панически ища глазами маму или отчима, но не увидела их, а вокруг стояли чужие парни, которые не рисковали связываться со взрослым пьяным родственником миллионера. Вот вам и мужчины, бросили девушку в беде.

– Отпустил. Быстро, – внезапно раздался леденящий душу голос Дэна.

Я подняла глаза и с трудом сглотнула. Ярких и Дэн уже были здесь. Два огромных, разъяренных хищника, у которых прямо под носом чужак посмел прикоснуться к их добыче.

От братьев веяло такой яростью, что у меня перехватило дыхание, а по коже, вопреки логике, пробежала волна сумасшедшего трепета.

Олег недовольно обернулся, кривя губы в пьяной ухмылке:

– Слышь, пацаны, идите в свой мячик играйте. Я с вашей сестрёнкой общаюсь, не мешайте…

Он не успел договорить. Яр молниеносным, жестким движением перехватил Олега за воротник футболки и одним мощным рывком буквально вздернул его с шезлонга, вынуждая встать.

– Она тебе никто, урод, – прорычал Яр прямо ему в лицо. – И общаться с ней ты не будешь. Еще раз увижу твою грязную ладонь рядом с ней – я тебе пальцы по одному переломаю. Свободен.

Дэн сделал шаг вперед, вырастая перед Олегом непреодолимой, широкой каменной стеной и полностью отрезая его от меня. Его тяжелое, прерывистое дыхание выдавало запредельный уровень агрессии. Казалось, Дэн готов прямо сейчас размазать этого подонка по плитке у бассейна.

Олег мгновенно протрезвел. Оценив то, с каким бешенством они на него смотрят, он позорно вскинул руки, что-то трусливо буркнул себе под нос и поспешил ретироваться в сторону бассейна и коктейлей.

Я сидела на шезлонге, судорожно обхватив себя руками. Меня всю крупно трясло то ли от пережитого страха, то ли от того, что они меня защитили.

Братья синхронно повернулись ко мне. Дэн навис сверху, своей широкой спиной полностью закрывая солнце и отсекая нас от остальной толпы гостей. Его потемневший взгляд намертво прикипел к моим открытым бедрам. А Яр медленно, плавно опустился на корточки перед моим шезлонгом, оказываясь со мной лицом к лицу.

Он протянул руку и уверенно, по-хозяйски накрыл моё колено ровно там, где недавно была рука Олега.

– Сильно испугалась, маленькая? – тихо, даже с нотками нежности, спросил Яр, глядя мне прямо в душу.

В то же мгновение его длинные пальцы, скрытые от чужих глаз полами моей туники, властно скользнули гораздо выше по внутренней стороне бедра, слегка сминая ткань моего купальника.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Из горла вырвался тихий вздох, а тело мгновенно отозвалось жарким, мучительным импульсом, и я круглыми глазами посмотрела на сводного брата: что он творит на глазах у всех?!

Яр поймал мой взгляд, и его губы тронула легкая улыбка, когда он негромко сказал:

– Это я попросил тебя надеть что-нибудь открытое… Но не для Олега, Элина. Только для меня.

Глава 13. Элина

– Мальчики, спасибо, что заступились, – подошедшая спустя пару минут мама взволнованно заохала, оглядывая нас. – Этот Олег совсем краев не видит, Артур уже устроил скандал и выставил его за воротa. Элиночка, девочка моя, ты как?

– Не надо, мам, её всё еще трясет, – спокойно, очень убедительно перебил Яр, поднимаясь во весь рост. Его лицо снова приняло выражение идеального, заботливого брата. Он мягко, но крепко взял меня за локоть, заставляя встать с шезлонга. – Мы уведем её в дом. Пусть выпьет воды, побудет в прохладе. Мы присмотрим.

– Да, идите, конечно. Спасибо вам, родные, – мама чуть не расплакалась от умиления, глядя, какими надежными и чуткими оказались её новые пасынки. Если бы она только знала…

– Ой, чуть не забыла, мальчики! – спохватилась она уже нам в спину. – Артур просил кого-то из вас подойти к грилю, надо помочь перетащить тяжелые ящики с углями.

– Вон, можно из ребят кого-то попросить… – начал было Яр, неохотно оборачиваясь. Ему явно не хотелось оставлять меня наедине с братом, но, чтобы не вызывать подозрений у мамы, пришлось сбавить тон. – Ладно, я помогу.

Яр перевел на меня тяжелый, многообещающий взгляд, от которого по коже побежали мурашки, а затем кивнул брату:

– Дэн, веди её в дом. Я скоро освобожусь.

Дэн лишь хищно ухмыльнулся, перехватывая инициативу. Его тяжелая, горячая ладонь легла мне на поясницу, кожа к коже сквозь крупные ячейки туники. Он уверенно повел меня через толпу парне и гостей.

Заботливый брат и его приболевшая сводная сестрёнка. Идеальная, фальшивая картинка для публики.

Мы переступили порог прохладного холла и начали подниматься на второй этаж. Мои колени подкашивались от страха и предвкушения. Стоило нам оказаться в коридоре, Дэн толкнул дверь ближайшей комнаты, буквально втянул меня внутрь, и захлопнул дверь, прижав меня к стене рядом с ней.

В окно с улицы доносился басовый бит музыки и крики ео друзей, но здесь, в прохладном полумраке, время словно остановилось.

Дэн был слишком близко, обдавая меня жаром своего тела, а его голубые глаза горели голодным блеском.

Его ладони легли на мою талию, притягивая меня к себе, и в этот момент между нами словно рванул невидимый разряд. Меня так мощно прошибло, что аж коленки подксились, прошибло точно таким же импульсом, как вчера на танцполе, когда мы двигались в темноте.

Внутри всё мгновенно перевернулось. Ткань моих трусиков в секунду стала влажной, я это почувтсвовала. Тело беспощадно и нагло сдавалось под его натиском, стоило Дэну просто наклониться и впиться в мои губы глубоким, собственническим поцелуем.

Он целовал меня жадно, по-хозяйски, сминая мой рот и лишая остатков кислорода. Я тихо застонала ему в губы, плавясь в его руках и запуская пальцы в его растрепанные волосы. Я хотела его до безумия.

Дэн разорвал поцелуй так же резко, как и начал. Его тяжелое дыхание опалило мое лицо. Не выпуская меня из ловушки своего тела, он перехватил мои ладони, впечатывая их в стену по обе стороны от моей головы. Серые глаза потемнели, в них плясали опасные, торжественные искры.

– Ну что, сестрёнка, – прохрипел он, скользя взглядом по моим припухшим губам вниз, к ходящей ходуном груди под прозрачной сеткой. – Где твоё возмущение? Что же ты не кричишь маме, что тебя зажали в комнате?

– Дэн, пожалуйста… – выдохнула я, но вместо протеста из горла вырвался лишь жалкий, молящий всхлип.

От близости его обнаженного торса кружилась голова. Моё изумрудное белье под туникой уже стало невыносимо влажным, и Дэн, слегка подавшись вперед, прижался своим бедром прямо к моему лону сквозь ткань. Я судорожно втянула воздух сквозь зубы от этого плотного контакта и застонала, не в силах противостоять.

– Что «пожалуйста», Элина? – его губы тронула ленивая, хищная ухмылка. Он опустил одну руку и медленно, с намеренным нажимом провел ладонью по моему боку, спускаясь к бедру и заставляя меня мелко дрожать. – Пожалуйста, не останавливайся? Пожалуйста, сделай как ночью? Ты ведь поэтому надела этот купальник. Знала, что я сделаю, стоит тебе выйти к бассейну.

– Это из-за сообщения Яра… Вы специально это устроили! – слабо попыталась защититься я.

– Сообщение лишь дало тебе повод, малышка, – Дэн цинично ухмыльнулся, ни капли не отрицая их сговор. – Твоё тело хочет меня сильнее, чем разум пытается строить из себя святую. Скажи это. Скажи, что хочешь, чтобы я снял с тебя эту сетку.

Я закусила губу, мотая головой. Сказать это значит сдаться окончательно, но Дэн и не собирался ждать. Его пальцы уже развязали лиф купальника на моей шее и спине, и тот опал вниз, не придерживаемый почти ничем. Первые пару секунд Дэн просто смотрел на зрелище, открывавшееся перед ним, а затем резко припал губами к моему соску, втягивая его в рот прямо сквозь дырку туники.

Одновременно с этим его вторая ладонь скользнула ниже, под подол туники, и грубо, собственнически сжала мою ягодицу, прижимая меня к своему паху до упора. Господи боже… Он был таким каменным, что из моей груди вырвался громкий, беззащитный стон, и я беспомощно уронила голову на его плечо, признавая поражение.

Я была готова отдать ему всю себя, прямо здесь, у этой двери.

И прямо посреди этого дурманящего беспамятства замок на двери около нас щелкнул.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я вздрогнула, в панике распахивая глаза, и увидела, как в комнату стремительно скользнул Яр и закрыл за собой дверь на замок...

Глава 14. Элина

– У нас есть максимум пятнадцать минут, пока мачеха не пришла проверить свою принцессу, – Яр закрыл дверь и как ни в чем не бывало повернулся к нам.

Я пискнула и инстинктивно рванулась вперед, прячась, всем телом и лицом вжимаясь в обнаженную, горячую грудь Дэна. Я пыталась закрыться от пристального, раздевающего взгляда второго брата, но Дэн лишь негромко рассмеялся, крепче обнимая меня за талию и намертво фиксируя в своих объятиях.

Я слегка повернула голову на Яра, чтобы посмотреть на него: он не спешил никуда уходить, не спешил отворачиваться, а нагло смотрел прямо на меня, подойдя вплотную.

Вид сразу двоих полуобнаженных парней парализовал мою волю. Широкие плечи, стальные кубики пресса, перекатывающиеся под бронзовой кожей мышцы… В голове словно разорвалась бомба: ночные воспоминания, которые я так судорожно пыталась списать на алкогольный бред, мгновенно выстроились в четкую картину.

– Вас... вас и ночью было двое? – выдохнула я в грудь Дэну и подняла затуманенный взгляд, переводя его с одного брата на другого. – Господи... вы оба...

– Какая смышленая сестрёнка, – Яр рассмеялся мне прямо в ухо, от чего по моему телу пробежали мурашки, а внизу живота сладко потянуло. – Вчера ты была слишком пьяна, чтобы оценить масштаб подарка, но сегодня ты всё почувствуешь в здравом уме.

От обоих братьев веяло таким сексом и тестостероном, что я едва не осела на пол, благо Дэн крепко меня держал.

А Яр уже опустился на колени позади меня. Его ладони быстро и бесцеремонно отодвинули узкую полоску трусиков купальника в сторону, полностью обнажая меня.

Когда его длинные пальцы без предупреждения, резко вошли в меня на всю длину, я закинула голову назад, едва не заскулив от острой, невыносимой сладости. Из моей груди вырвался громкий стон.

Дэн тут же жестко перехватил мой подбородок, заставляя смотреть только на него.

– Тссс, тише, Элина, – прошептал он мне прямо в губы, покусывая их и сдерживая мой рвущийся наружу крик. – Твоя мама недалеко. Будешь шуметь – она зайдет.

И прерывисто дыша, Дэн глубоко впился в мои губы поцелуем, лишая возможности издать хоть звук. Я послушно замерла, выгибаясь навстречу его горячему рту. А Яр снизу двигался внутри медленно, глубоко, растягивая меня.

– Сука, Дэн, посмотри на неё... Она же совсем ручная, – восхищенно сказал Яр снизу, и его голос сделался хриплым. – Течет для нас как сумасшедшая, все трусики промокли ещё до моего прихода. Ты наша, слышишь, сестрёнка? Наша. Я всю ночь спать не мог, только о тебе и думал, хоть ты и лежала рядом. Настоящая зараза…

– Не могу больше, хочу её на своем члене, – резко сказал Дэн, прекратив поцелуй.

Он спустил шорты и сделал паузу: я краем глаза заметила, как он быстрым движением натянул презерватив, затем приподнял меня за бедра, заставляя обхватить его талию ногами. Я изо всех сил держалась за его широкие плечи, дрожа всем телом и чувствуя, как его горячая головка уже упирается в моё лоно.

Боже… Внутри все трепетало едва я представляла его внутри, и я даже подумала что лишусь чувств от переполняющих меня ощущений и эмоций еще до того как он в меня войдет.

– Держи её, Яр, – приказал Дэн хрипло. – Она сейчас будет громко кричать.

Яр резко встал сзади и накрыл мой рот своей ладонью, а Дэн одним мощным, плавным и глубоким толчком насадил меня на себя спереди до самого упора.

– М-м-м! – мой оглушительный стон полностью потонул в ладони Яра.

На глаза навернулись слезы от этой невероятной, распирающей полноты. Дэн замер на пару секунд, давая мне привыкнуть и бережно поглаживая мои бёдра, а потом резко начал вколачиваться в меня, впиваясь в моё тело сильными руками.

– Дэн! Яр! Выходите на поле! – донеслось с улицы, но нам троим было все равно.

Дэн властвовал надо мной с такой страстью, словно пытался вбить меня в себя навечно.

И Яр не оставался в стороне: он плотно прижался к моей спине, его ладони сжимали мою грудь и нагло играли с сосками сквозь крупные ячейки сетки туники, а рот покрывал мои плечи укусами. Он шептал мне в шею порочные, сводящие с ума слова:

– Ты так сладко принимаешь его, Элина… – хриплым шепотом выдавил Яр, пока его ладони до синяков сжимали мою грудь.

Он тяжело, прерывисто дышал, и его напряженный члена терся о мои ягодицы сзади. Я была зажата между ними, как в тисках, задыхаясь от этого дикого, первобытного контраста: жесткие, вышибающие искры толчки Дэна спереди и обжигающее, требовательное давление тела Яра сзади.

– Малышка, я сейчас сойду с ума, если Дэн не поторопится. Меняемся, брат, блять, я больше не могу просто смотреть, я хочу внутрь…

Дэн сделал еще один глубокий толчок, от которого у меня перед глазами на секунду вспыхнули искры, и с тяжелым вздохом нехотя вышел из моего обжигающего лона. Звук нашего рассоединения заставил меня тихо всхлипнуть от внезапного холода. Мои ноги, обвивавшие его талию, безвольно соскользнули вниз.

Но упасть мне не дали.

Я даже не поняла, как оказалась прижата к прохладной деревянной поверхности комода с зеркалом. Солнечный свет из окна падал по диагонали, подсвечивая в огромном зеркале каждую деталь: мою вздымающуюся от бешеного дыхания грудь, капельки пота на лице и шее и двух полуобнаженных парней, возвышающихся надо мной. От одной этой картинки можно было кончить десять раз.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Дэн наклонился, одной рукой удерживая мои ладони на комоде, и другой рукой заставил меня сильнее прогнуться в пояснице.

– Смотри на себя в зеркало, Элина, – приказал Дэн, и его хриплый голос отразился от стекла. – Смотри, какая ты послушная девочка.

Я подняла затуманенный взгляд и столкнулась в отражении с глазами Яра, который уже стоял позади. Он усмехнулся, глядя мне прямо в глаза в отражении, и грубым движением окончательно сдернул с меня трусики купальника, а головка его члена уперлась в мою истекающую киску.

Я затаила дыхание, глядя в зеркало на то, как Яр медленно, сантиметр за сантиметром, входит в меня сзади. Его проникновение ощущалось совсем иначе: оно заставляло каждую клеточку моего тела трепетать от удовольствия и стонать в голос.

Это было невероятно красиво и порочно: его смуглые руки крепко держали меня за бедра, создавая резкий контраст с моей бледной, нежной кожей.

– Боже… Я-я-ар… – сорвался с моих губ стон.

– Смотри в зеркало, Элина. Смотри, как мой брат берет тебя, – прошептал Дэн мне в ухо, и его свободная ладонь накрыла мою грудь, безжалостно сминая сосок в такт толчкам Яра.

Яр, почувствовав, насколько я уже растянута Дэном, задал бешеный темп. Его бедра с глухими шлепками врезались в мои ягодицы. Каждое движение вышибало из меня остатки рассудка: в отражении я видела, как двигаются мышцы на его руках и спине, как капля пота скатывается по его прессу, и этот визуал доводил меня до исступления быстрее, чем сама физиология.

– Блять, Элина… ты просто нереальная… – Яр закинул голову назад, его глаза застелила пелена одержимости. Он ускорился, вбиваясь в меня до упора, заставляя комод жалобно скрипеть, а парфюмерные флаконы на нем – мелко дрожать. – Ты теперь из моей головы не вылезешь. Я сожру любого, кто к тебе хоть на метр подойдет. Ты только наша. Наша…

Каждое его слово ввинчивалось в мой мозг. Я понимала, что пропала, что это ловушка, из которой нет выхода, но внутри меня уже разрасталась новая лавина наслаждения. Мышцы влагалища судорожно сжались, намертво обхватив Яра, а из глаз покатились слезы от острого наслаждения.

– Яр, я больше не могу тихо… – взмолилась я, окончательно теряя контроль.

Дэн тут же среагировал: его ладонь легла мне на рот, заглушая мой пронзительный крик, когда меня накрыл мощнейший оргазм. Я забилась в конвульсиях, а Яр, издав громкий стон, сделал три самых мощных толчка и до предела вошел, с глухим стоном содрогаясь внутри меня.

В комнате повисла тишина, нарушаемая только нашим рваным, тяжелым дыханием. Яр обессиленно прижался грудью к моей спине, медленно выходя из меня и нежно целуя в позвоночник, а Дэн целовал мои мокрые от слез щеки.

Я же просто не могла и пальцем пошевелить, настолько мне было хорошо.

И в этот самый момент откуда-то снизу раздался громкий, отчетливый голос моей мамы:

– Мальчики! Элина! Вы там сквозь землю провалились? Спускайтесь обратно, Артур уже третью порцию мяса снял!

Глава 15. Элина

Голос мамы снизу подействовал как ушат ледяной воды. Рассудок вернулся мгновенно из-за прошибшего меня страха. Если она сейчас поднимется по лестнице и дернет ручку этой двери…

Сводные братья среагировали мгновенно, без паники. Яр медленно, с тяжелым вздохом перестал обнимать и целовать меня, и без его обжигающего тела за спиной мне сразу стало холодно. Ноги окончательно превратились в вату: я бы просто сползла по комоду на пол, если бы Яр не подхватил меня за талию и аккуратно не перенёс на край кровати.

– Блять, как вовремя, – процедил Дэн, на ходу застегивая шорты. Его движения были быстрыми и четкими. Он глянул на брата. – Я вниз. Перехвачу её на лестнице, уведу на улицу.

– Давай, – коротко бросил Яр, уже натягивая свои шорты.

Дэн почти вышел из комнаты, но затем быстро подошел ко мне, бесцеремонно стер пальцем каплю пота с моей ключицы, заставляя вздрогнуть, и, взяв меня за подбородок, заглянул прямо в мои испуганные глаза:

– Смой всё. Переоденься. И на глаза никому в таком виде не показывайся – они всё поймут по одному твоему взгляду.

Он коротко поцеловал меня и быстрым шагом пошел к выходу из комнаты. Дверь за ним бесшумно закрылась. Через секунду из коридора донесся его громкий, уверенный и абсолютно спокойный голос:

– Мам, да спускаемся мы, спускаемся! Элине нездоровится, таблетку выпила и легла, не шуми там…

Меня крупно затрясло. Я сидела на краю чужой кровати с искусанными губами, понимая, что то, чего я боялась, случилось. И самое страшное – мне это понравилось.

– Маленькая, тише. Тебя всю колотит, – негромко сказал Яр и я вздрогнула от испуга. Я-то думала, я осталась одна…

Оказывается, Яр не ушел вслед за Дэном, а взял где-то большое, пушистое полотенце и опустился передо мной на корточки. Его взгляд, еще пару минут назад безумный от похоти, сейчас стал пугающе сосредоточенным.

Я зажмурилась, стыдясь своей слабости, но Яр не позволил мне закрыться: вместо очередной пошлости он бережно завернул меня в плотную махровую ткань. И легко, без лишних слов, подхватил меня на руки, прижимая к своей широкой, всё еще обнаженной груди.

Я инстинктивно обхватила его шею, утыкаясь носом в основание ключицы: от него пахло сексом и мной.

Открыв дверь, Яр бесшумно вышел в коридор. За несколько секунд он преодолел расстояние до моей спальни, толкнул дверь ногой и аккуратно опустил меня на мою кровать. Но вместо того чтобы сразу уйти, он задержался: навис сверху, упираясь ладонями в матрас по обе стороны от моих плеч.

Мои ладони уперлись в его обнаженную, всё еще влажную от пота грудь. Меня продолжало мелко трясти, и Яр, заметив это, перенес вес тела на одну руку, а пальцы его свободной руки коснулись моих мокрых от слез щёк.

Он наклонился так близко, что его дыхание опалило мои искусанные губы, но целовать не стал, только заглянул в самую душу своими потемневшими глазами.

– Тише, маленькая. Всё хорошо, к тебе никто не зайдет, – его голос звучал непривычно мягко, хрипло, растеряв всю свою недавнюю насмешливость. Его пальцы ласково очертили мою скулу, стирая дорожки слез. – Не плачь. Слышишь меня? Не нужно.

Он наклонился и коснулся моих искусанных, припухших губ коротким, невесомым и до безумия нежным поцелуем, совсем не похожим на то яростное безумие, что было недавно. Мой рот инстинктивно, беспомощно приоткрылся навстречу ласке, и от этой внезапной нежности в груди сладко защемило.

– То, что произошло останется только между нами тремя, Элина, – тихо прошептал Яр мне прямо в губы. – Твое тело не врало, ты хотела нас так же сильно, как и мы тебя. Перестань себя корить. Иди в душ, смой всё, отдохни. А вечером мы поговорим. Обещаю, всё будет хорошо.

Он провел большим пальцем по моей нижней губе, заставляя меня судорожно вздохнуть, резко поднялся и так же бесшумно исчез за дверью, оставив после себя лишь тишину и свой запах.

Я осталась одна, слушая, как бешено стучит мое сердце. Внутри все еще трепетало от воспоминаний о пальцах Яра, о тяжести Дэна, о том, как сладко и правильно это было.

Полное сумасшествие.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 16. Элина

Остаток мини-отпуска в свадебном коттедже прошел для меня как в тумане.

Всю субботу и воскресенье я безвылазно просидела у себя в спальне, запершись на два оборота ключа. Вздрагивала от каждого шага за дверью. Выходить к гостям у меня не было ни сил, ни желания. На мое счастье, мама, списав мое состояние на грусть после расставания с бывшим и на поведение Олега у бассейна, включила режим заботы насколько было возможно при её занятости гостями: она приходила вечером ненадолго, а в течение дня присылала ко мне в комнату подносы с едой и фруктами, искренне думая, что я все еще страдаю.

А сегодня я смотрела на экран телефона, где в соцсетях разрывался от сообщений бывшего мой аккаунт:

user_82367qetyu8i: Эля, ответь, пожалуйста. Это Петя.

user_82367qetyu8i: Я был дураком.

user_82367qetyu8i: Мы с Катей расстались, она мне изменила... представляешь, эта сука мне изменила прямо в моем доме!

user_82367qetyu8i: А потом ещё и на девичнике подруги со стриптизером! И её подружки выслали мне видео!

user_82367qetyu8i: Я только сейчас понял, какая ты была настоящая и верная. Давай начнем все сначала…

Явился, не запылился. Меня обдало волной тошноты. Полгода... Полгода этот урод крутил роман с моей «лучшей» подругой за моей спиной.

И когда я об этом узнала, то поняла, почему последние месяцы наших отношений он стал таким холодным и отстраненным в постели, ссылаясь на усталость и завалы по учебе.

Просто вся его страсть уходила на Катю. А со мной все было по правилам: правильные свидания и редкий, пресный секс, которого вскоре и вовсе не стало.

Мама, увидев, в каком раздавленном состоянии я находилась после двойного предательства, буквально силком устроила мой перевод в местный вуз и переезд к ней, чтобы вытащить меня из депрессии.

И отвлекла, ничего не скажешь...

В голове не укладывалось, как моё восприятие мира рухнуло всего за пару дней. У нас с Петей всё шло «как надо», но не принесло ничего, кроме предательства. А со сводными братьями моя правильная схема разлетелась в пыль: не было никаких ухаживаний – лишь их полное доминирование надо мной и сносящая крышу страсть.

Я сгорала от позора, вспоминая, как Дэн сжимал мои ягодицы, как Яр входил в меня перед зеркалом, и моё тело против воли снова предательски откликалось сладостной тревогой внизу живота. Мне было дико стыдно перед самой собой.

Братья больше не ломились ко мне: мама сказала, что отчим загрузил сыновей по полной программе, заставив участвовать в развлечениях с гостями – от катера и квадроциклов до вечерней бани.

А в тот день вечером, когда в доме все утихли, Яр все-таки пришел, как и обещал. Он тихонько постучал и позвал меня по имени, чтобы поговорить, но у меня внутри всё сжалось от паники. Я просто замерла на кровати, зачем-то притворяясь, что сплю, накрывшись с головой одеялом. Сил встретиться с ним лицом к лицу у меня не было.

В ответ на мою тишину под дверь проскользнула короткая записка, написанная размашистым почерком Яра:

«Прячься, сестрёнка. В понедельник все равно увидимся»

. Её я прочитала позже ночью, когда все спали.

И вот этот день наступил. Мне предстояло вернуться не в мою старую тесную квартирку в другом городе, а в огромный загородный особняк отчима, где отныне мы должны были жить все вместе.

Моя золотая клетка с двумя хищниками в ней.

В холле коттеджа царил хаос: мама суетилась, проверяя, не забыли ли мы подарки, отчим Артур таскал тяжелые чемоданы к выходу.

Я стояла в сторонке, бледная, в закрытых джинсах и свободной кофте, мечтая только об одном – сесть в машину, включить наушники и уйти в небытие.

– Так, Артур, дорогой, – мама всплеснула руками, оглядывая гору сумок. – У нас багажник уже забит до отказа. А еще коробки с платьем, фатой и куча пакетов. Мы вдвоем еле поместимся на передних сиденьях, сзади всё занято!

– Да, дорогая, вещей привалило прилично, – отчим почесал затылок. – Элину мы к себе точно не втиснем.

– Какие проблемы, пап? – спросил мужской голос со стороны входной двери, от которого у меня внутри всё похолодело.

Я медленно повернула голову на источник звука: там, прислонившись к перилам крыльца, стояли Яр и Дэн. Оба в темных очках, уверенные в себе, расслабленные, красивые. Настоящие хозяева жизни.

И они, конечно же, всё слышали.

– Мы заберем Элину к себе, – с этими словами на губах Яра заиграла едва заметная усмешка. – У Дэна сзади абсолютно пусто, доедет с комфортом.

– И часть вещей можете закинуть ко мне в багажник, – добавил Дэн.

– Ой, мальчики, вы просто спасители! – мама засияла от счастья. – Элиночка, отлично же! Пересядешь к братьям, а то у нас тут дышать нечем.

– Я… я могу на такси, мам, – пискнула я, чувствуя, как на меня накатывает паника.

Три часа. В одной машине. С ними. После того, что они со мной сделали.

Да я с ума сойду в этом замкнутом пространстве!

– Какое такси за город, Эля, не выдумывай, – строго оборвала мама. – Мальчики тебя довезут. Дэн, заберешь её рюкзак?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Конечно, мам, – подал голос Дэн, в то время как отчим обрадовался:

– Сейчас принесу чемодан Эли и ещё пару коробок… Яр, пойдём со мной, поможешь!

Блондин подчинился, в то время как Дэн отлип от косяка двери и пошёл ко мне. От его приближения у меня перехватило дыхание, а потом сводный брат встал ко мне вплотную и бесцеремонно забрал из моих ослабевших пальцев лямку рюкзака.

Его пальцы намеренно коснулись моих, и Дэн наклонился так близко, что у меня внутри все сжалось от волнения.

– Идем, Элина, – тихо, с едва уловимой хрипотцой прошептал он мне. – Нам предстоит долгая дорога. Обещаю, тебе не будет скучно.

Глава 17. Элина

Каждое его слово прозвучало как приговор.

Родители уехали первыми, оставив нас на пустой парковке. Я шла к огромному черному внедорожнику так, словно меня вели на эшафот. Дэн открыл пассажирскую дверь и молча кивнул мне на заднее сиденье. Я забралась внутри, забившись в самый угол у окна.

Машина тронулась. Дэн уверенно крутил руль, Яр сидел на переднем сиденье, закинув руку за голову. Они молчали, но в зеркале заднего вида я то и дело ловила тяжелые, обещающие взгляды Дэна, от которых по коже бежали крупные мурашки. В салоне тихо заиграл низкий, обволакивающий бас трека, кондиционер обдал меня приятной прохладой, но внутри у меня всё полыхало.

Я наивно думала, что на заднем сиденье я в безопасности и что расстояние между нами это мой щит.

Но стоило нам выехать на трассу, как Яр вдруг отстегнул ремень безопасности, легко перелез между передними креслами и без малейшего предупреждения сел на заднее сиденье. Прямо рядом со мной.

От вторжения в мое личное пространтсво я инстинктивно вжалась в дверь, пытаясь буквально слиться с тонированным стеклом.

– Ну что, маленькая, – Яр повернулся ко мне, закидывая руку на подголовник за моей спиной и отрезая последний путь к отступлению. Его ладонь уверенно, по-хозяйски легла на мое колено, слегка сжимая его пальцами. – Три дня ты от нас бегала. Думала, если закроешься на замок, мы про тебя забудем?

– Я... я плохо себя чувствовала, – выдохнула я, крепче обнимая себя руками.

– Ты испугалась, Элина, – мягко, но безапелляционно поправил Яр. Его большой палец медленно очертил круг прямо поверх ткани джинсов на моем колене, и этот простой жест отдал слабым волнением где-то внизу живота. – Но скрываться тебе больше негде. Нам предстоит долгий путь в наш дом и у нас есть куча времени, чтобы обсудить правила нашей совместной жизни.

– Какие ещё правила? – я попыталась отодвинуть его руку, но Яр даже не шелохнулся. Его пальцы держали меня крепко.

– Простые, – подал голос Дэн с переднего сиденья, не отрывая взгляда от дороги. А потом зеркале заднего вида его потемневшие глаза на секунду встретились с моими. – Первое правило: ты больше не запираешься в своей комнате. Второе: ты не избегаешь нас. И третье... если мы все втроем чего-то хотим, ты перестаешь делать вид, что тебе это нужно меньше чем нам.

– И есть четвёртое, – добавил Яр. Его свободная рука медленно поднялась к моему подбородку, пальцы смуглой ладони нежно очертили линию челюсти, скользнули к шее и нажатием заставили меня повернуть голову к нему. – Самое важное, сестрёнка. Всё, что происходит между нами, остаётся только между нами. Никаких жалоб маме, подружкам или кому-то ещё. Попробуешь сыграть против нас и правила станут намного жестче.

От этих слов у меня перехватило дыхание. Они говорили об этом так спокойно, словно обсуждали распорядок дня или список покупок, пока пальцы Яра неторопливо поглаживали чувствительную кожу на моей шее, заставляя внутренности сжиматься в тугой узел.

– Вы сошли с ума, – прошептала я, переводя панический взгляд с Дэна на Яра. – Мы теперь одна семья! Что скажут мама и Артур, если они хоть о чем-то догадаются? Вы об этом подумали?!

– Семья? – Яр негромко рассмеялся, наклоняясь ко мне еще ближе. Теперь его горячее дыхание обжигало мою щеку. – Не смеши меня, Элина. В наших жилах нет ни капли общей крови. А ты... ты уже наша.

Он не торопился, действовал с нежностью. Подушечка его большого пальца мягко провела по моей нижней губе, заставляя её слегка приоткрыться, а губы Яра тем временем накрыли мочку моего уха. Он слегка прикусил её, услышал вырвавшийся у меня тихий вздох и поле этого спустился поцелуями ниже к шее.

От этих поцелуев по моему телу мгновенно прошла крупная, сладостная дрожь. Голова поплыла, а в трусиках стало влажно. Моё разумное «нет» растворялось от его касаний.

– Ты же сама вся горишь, стоит мне просто прикоснуться к тебе, сестрёнка, – хрипло прошептал Яр мне прямо в кожу, пока его свободная ладонь начала медленно подниматься по бедру выше, но даже сквозь плотную ткань джинсов я ощущала обжагиющее касание его ладони. – Зачем ты сопротивляешься, если твое тело намертво предаёт тебя каждый раз?

Я зажмурилась, упираясь ладонями в его широкую грудь, но вместо того чтобы оттолкнуть, мои пальцы лишь судорожно скомкали ткань его футболки. Отступать было некуда: позади была только холодная дверца машины, а спереди обжигающий, невыносимый Яр.

– Яр, пусти… – испуганно прошептала я, чувствуя, как от его нежных, гладящих движений у меня кружится голова. – Пересядь назад... Пожалуйста. Водители в соседних машинах… Дэн…

Я в панике бросила взгляд на зеркало заднего вида, столкнувшись с обжигающим взглядом второго брата.

– Пусть смотрят, если успеют, – лениво отозвался Яр. Его низкий голос обволакивал, окончательно лишая воли. – Снаружи видно только тонированные стекла. А Дэн... Дэн не просто смотрит на нас, он наслаждается и ждёт, когда ты перестанешь врать самой себе, сестрёнка.

Яр снова слегка прикусил мочку моего уха, заставляя меня задрожать. Моё сопротивление таяло с каждой секундой, разбиваясь о его настойчивость.

Внезапно его губы переместились к моим губах, вовлекая меня в медленный, глубокий и до безумия пьянящий поцелуй, от которого внутри меня всё окончательно рухнуло и я словно во сне обвила его шею руками, пальцами зарываясь в его волосы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Дэн, сделай музыку погромче, – скомандовал Яр, на секунду оторвавшись от моих губ и снова прильнул к ним в жарком поцелуе, уже не оставляя мне ни единого шанса на спасение...

Глава 18. Элина

В ту же секунду ритмичные басы трека заполнили всё пространство, а Яр, не теряя времени, притянул меня к себе, усаживая на свои колени.

– Яр, пожалуйста, мы же в машине… – пискнула я.

Яр, прижимая меня вплотную к себе, и впился в мои губы долгим, яростным и до безумия жадным поцелуем, властно исследуя мой рот языком и не давая мне ни секунды на передышку.

Волна моего слабого сопротивления прекратилась, так и не начавшись: я попыталась было упереться ладонями в его широкие плечи, чтобы оттолкнуть, но пальцы против моей воли сами собой притягивали его еще ближе…

Я задыхалась от его напора, от этой его сносящей крышу дикости. Сводный брат целовал меня, вышибая остатки разума и заставляя всю мою внутреннюю защиту разлетаться в мелкие дребезги.

От этого дикого поцелуя голова пошла кругом. Моё дыхание становилось всё более рваным, а Яр был словно одержим.

Ненадолго разорвав наш пьянящий поцелуй, он одним рывком содрал с себя футболку через голову и швырнул её куда-то в сторону, оставаясь с обнаженным торсом. В следующее мгновение он перехватил меня под ягодицы и легко развернул лицом к себе.

Я оказалась прямо на его бёдрах и его рука жёстко легла мне на поясницу, впечатывая меня в его тело. Мои колени раскинулись по бокам от его талии, а его каменный член уперся мне прямо между ног сквозь плотные слои нашей с ним одежды.

Мои ладони в поисках опоры сами собой легли на его рельефные плечи и грудь, ощущая, как под бронзовой кожей перекатываются мышцы и как бешено колотится его сердце.

– Боже, Эля… – прошептал Яр, на секунду оторвавшись от моих губ. – Хочу тебя, сестрёнка. Ты пиздец как меня заводишь.

Его руки подхватили край моей свободной кофты и вместе с кружевом лифчика одним резким движением задрали её вверх, до самого подбородка, полностью обнажая мою грудь.

Прохладный поток воздуха на секунду обжег чувствительную кожу, заставляя соски мгновенно затвердеть, но уже в следующее мгновение Яр накрыл их своим обжигающим ртом.

– Ах-х! – вырвался из меня пронзительный вскрик, утонувший в басах акустики.

Я запрокинула голову назад, теряя последние остатки рассудка и в исступлении вплетая пальцы в его густые волосы. Яр доводил меня до настоящего помешательства.

Он действовал со всей страстью: его горячая ладонь до синяков сжимала одну мою грудь, вторая рука хозяйски впилась в мою ягодицу, прижимая меня ближе к своему возбуждению, а рот жадно терзал вторую грудь.

Яр то ласкал грудь языком, описывая медленные, мучительные круги, то глубоко втягивал сосок губами, слегка прикусывая и тем самым выбивая из меня рваные, неконтролируемые всхлипы.

Каждая вспышка этого острого сладкого наслаждения отзывалась спазмами где-то глубоко внизу живота. Всё тело натянулось как струна, а в самой глубине, между ног, всё сжалось в тугой, пульсирующий узел, и шелк трусиков снова стал ю мокрым, впитывая неконтролируемую влагу.

– Видишь, маленькая? Ты тоже меня хочешь, аж соски колом стоят, – выдохнул Яр мне прямо в обнаженную ложбинку между грудей.

Его пальцы спустились ниже, быстро расстегнули пуговицу на моих джинсах и потянули молнию вниз. Чтобы освободить себе место, Яр уложил меня спиной на заднее сиденье, а второй рукой уверенно стянул с меня джинсы вместе с трусиками чуть ниже по бёдрам, до колен, полностью освобождая проход.

Он навис надо мной, его ладонь легко скользнула к моей мокрой киске, и без предупреждения Яр проник в мою полыхающую и истекающую соками интимную зону, введя два пальца на всю длину и сразу найдя внутри меня ту самую точку, от которой меня унесло в космос.

– О-о-о-х… – вырвалось из моей груди, и я судорожно уткнулась носом в его обнаженную, слегка пахнущую парфюмом шею, зажмуриваясь от невыносимого наслаждения

– Блять, Эля, как в тебе мокро и жарко, – пошло шептал сводный брат. – Нереалтная…

Он начал глубоко толкаться в меня пальцами. Каждое движение его руки отзывалось влажным сочным звуком, раздававшимся на весь салон, потому что музыка больше не играла.

Губами Яр продолжал терзать мою грудь, посасывая соски и доводя меня до безумия, пока пальцами снизу задавал сумасшедший темп.

– Ты такая узкая, сестрёнка… так сладко сжимаешь мои пальцы, – рычал Яр, теряя контроль и снова жадно целуя меня в губы прямо во время толчков, пока меня выгибало ем навстречу. – Я сейчас прямо в штаны кончу от того, как ты трахаться хочешь.

Влага буквально переливалась через край, пачкая его пальцы. Тело вибрировало в такт автомобильному мотору, голова шла кругом от контакта с горячей кожей Яра, от его поцелуев и этого бешеного трения.

– Я-а-а-а… – из моего горла вырвалось что-то нечленораздельное и я судорожно впилась ногтями в его обнаженные плечи.

– Маленькая, кончай прямо на мои пальцы, – приказал он, ускоряясь и запечатывая мой рот новым глубоким поцелуем.

Финальный толчок его руи и мощнейшая волна оргазма скрутила мое тело. Мой пронзительный крик полностью потонул в губах Яра, пока внутренние мышцы сжимали его руку. Меня трясло так, словно сквозь меня пропустили ток, а глаза сами собой закрылись от блаженства.

Когда я полностью обмякла и смотрела на него сквозь полуоткрытые ресницы, Яр медленно вытащил из меня мокрые, блестящие пальцы и, ни капли не смущаясь, слизнул мою влагу с собственной ладони, глядя прямо мне в глаза.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Охуенный старт для совместной жизни, сестрёнка, – выдохнул он, аккуратно надевая на меня джинсы и поправляя кофту с лифчиком, после чего снова посадил к себе на колени и крепко прижал к себе.

Глава 19. Элина

Вскоре машина сбавила скорость и съехала на освещенную загородную заправку.

Они оба вышли из машины, оставив меня одну. Закрыв лицо дрожащими ладонями, я наконец дала волю слезам. В груди всё сжималось от дикого переизбытка эмоций после оргазма, стыда и страха перед неизвестностью.

Визу живота всё еще сладко пульсировало, а в горле пересохло. Я просто сжалась на сиденье, глотая тихие всхлипы и пытаясь хоть немного прийти в себя.

Минут через пять Дэн вернулся и, постучал по стеклу, попросил открыть дверь, что я и сделала.

В руках сводный брат держал стаканчик с кофе и коробочку с круассаном, а под мышкой бутылку воды. Оценив обстановку, он поставил купленное на крышу машины, после чего сдёрнул с себя чёрную толстовку, оставшись в одной белой майке.

– Иди сюда, Элина, – тихо позвал он.

Дэн наклонился в салон и помог мне продеть руки в рукава своей толстовки. Она была горячей, хранящей тепло его тела, и пахла его парфюмом. Затем потянув за края объемного капюшона, Дэн молча притянул меня к себе и крепко обнял.

Я уткнулась носом в его обнаженное плечо, пряча заплаканное лицо, и неожиданно ощутила себя в абсолютной безопасности. Ей-богу, от его запаха и близости голова пошла кругом.

– Твой кофе остынет, – спустя время прошептал он мне прямо в волосы и мягко отстранился.

Дэн забрал с крыши покупки, открыл коробочку и, отломив кусочек круассана с шоколадом, поднес кусочек к моим губам.

– У тебя сахар упал, губы бледные, – мягко сказал он.

Я приоткрыла рот и приняла угощение прямо из его пальцев. Круассан оказался вкусным и теплым, а шоколад – сладким с нотками ореха.

После этого Дэн подал мне стаканчик с кофе и присел рядом со мной на самый край сиденья. Его пальцы перехватили мой подбородок, заставляя поднять голову.

– Элина, посмотри на меня.

Я попыталась отвернуться, но слезы снова начали застилать мне глаза.

– Не надо, Дэн... Мне стыдно, – прошептала я, всхлипнув.

– Чего ты стыдишься? – тихо спросил он. Голос звучал мягко. – Того, что тебе было хорошо? Или думаешь, мы с Яром просто пользуемся тобой? Поиграем и выбросим?

– А разве нет? – я подняла на него заплаканные глаза. – Я потом сгораю от позора перед самой собой! Вы берете то, что хотите, а мне с этим жить!

Дэн не стал перебивать, просто большим пальцем смахнул слезу с моей щеки.

– Если бы нам нужен был просто секс, Элин, мы бы нашли сотню девчонок без этих сложностей, – спокойно произнес он, чуть сжимая мой подбородок. – Но нам нужна ты. Понимаешь? Ты заставляешь нас терять контроль одним своим взглядом.

К машине подошел Яр, убирая телефон в карман. Он посмотрел на нас, забрал с крыши бутылку воды и сел в салон на свое место с другой стороны от меня. Накрыв мою ладонь своей, второй рукой он обнял меня за плечи, притягивая к себе.

– В очереди застрял, да еще отец звонил и спрашивал, как там Элина и скоро ли мы будем. Надо ускоряться, – негромко пояснил Яр, посмотрев на мое лицо и переведя взгляд на брата. – Ты ей уже сказал?

– Начал, – отозвался Дэн.

Яр сильнее сжал мою руку, я испугалась, что суставы сломаются:

– Это не просто игра, маленькая. Ты за эти дни перевернула всё внутри нас. Мы с Дэном никогда друг с другом ничего не делили, а из-за тебя у нас просто крышу срывает.

– Элина, просто будь с нами, а все возникающие сложности оставь решать нам, – твердо добавил Дэн. Он подался ближе, коснулся моего виска, а потом коротко поцеловал меня в губы. – И мы сделаем всё, чтобы ты никогда об этом не пожалела.

Дэн встал, захлопнул дверь с моей стороны и вернулся за руль. Мотор мягко заурчал, и машина снова плавно выехала на трассу.

Ничего не ответив, я принялась пить кофе, ощущая тепло Яра со спины и пьянящий запах Дэна от толстовки. Внутри всё трепетало от их слов, а в груди сладко и больно щемило.

И с замиранием сердца я наконец призналась самой себе: наверное, они в чем-то правы. Это была не просто грязная интрижка на одну ночь: между нами пугающе быстро возникла химия и пылала взаимная, хоть и пугающая своими проявлениями страсть, которую они, кажется, действительно хотели оберегать.

Только вот… могу ли я верить их красивым речам, ещё и спустя всего несколько дней знакомства? Я уже один раз доверилась и сильно обожглась с Петей. Заново проходить через подобный ад мне совершенно не хотелось.

Поняв, что ответы прямо сейчас я всё равно не найду, я решила подумать об этом позже, когда отдохну и буду одна в своей новой комнате.

Я положила голову Яру на плечо и закрыла глаза, погружаясь в сон под мерный шум мотора.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 20. Ярослав

Машина мягко шуршала шинами по гравийной дорожке, въезжая на территорию отцовского загородного комплекса. Особняк отца всегда казался мне слишком пафосным: три этажа из темного кирпича и стекла, огромная территория с парком, забор по периметру и лес вокруг. Но сегодня, глядя на этот замок в зеркало заднего вида, я впервые подумал, что отец построил его не зря.

Здесь было где развернуться. Куча комнат, два крыла, бесконечные коридоры. Идеальные угодья для охоты на нашу девочку.

Я опустил взгляд на блондинку на своей груди. После нашего разговорчика на заправке Элина быстро сдалась и уснула прямо у меня в руках, уткнувшись носом в мою шею и тихо, доверчиво сопя. Моя ладонь на автомате покоилась на её талии, прижимая к своему боку.

Маленькая, хрупкая, с припухшими от моих поцелуев губами... Чудесная.

Внутри у меня до сих пор всё горело от тяжелого удовольствия. То, что произошло на заднем сиденье полчаса назад, выжгло мне остатки мозгов. Ее стоны, то, как она судорожно сжимала мои пальцы внутри себя под басы акустики... Я никогда не ловил такого кайфа от оргазма девчонки.

– Понравилось шоу, Дэн? – вполголоса бросил я в тишину салона, поглаживая спину спящей Элины. – Не задымилось там у тебя в штанах от её стонов?

Дэн мельком скосил глаза в зеркало заднего вида, и на его губах заиграла усмешка.

– Смотреть, как она кончает – да, ахуенно, – ответил он, даже не пытаясь отнекиваться. – Но ты слишком долго возился, я думал, ты там уснул. В следующий раз покажу тебе мастер-класс.

– Посмотрим, у кого из нас пальцы быстрее работают, учитель, – хмыкнул я в ответ, крепче прижимая к себе спящую Элину.

Мы с братом не собирались уступать её друг другу, а значит, выход был один – забрать её вместе. Целиком. Подавить её глупое сопротивление, приручить, вплавить в свои жизни так, чтобы она даже дышать без нас разучилась.

– Подъезжаем, – сообщил Дэн с водительского сиденья, сбавляя скорость у парадного входа. – Родители уже на крыльце. Соберись и сотри со своего лица эту улыбку при взгляде на Элину.

– Я всегда собран, брат, – ухмыльнулся я, но на мимику внимание обратил. Ещё не хватало так тупо спалиться перед отцом, он меня как облупленного знает и всё просечёт.

Я нежно провел подушечкой большого пальца по нежной щеке сестрёнки и наклонился, касаясь мягким поцелуем её припухших губ.

Элина сладко вздохнула, вздрогнула и открыла свои огромные, затуманенные со сна глаза, сначала посмотрев на меня, а потом в окно. Её глаза моментально округлились и в них отразился страх, когда она увидела в окно мачеху и отца. Чистая паника девчонки, которая боится, что наш секрет выплывет наружу.

Я притянул её к себе и коротко поцеловал в макушку.

– Выше нос, сестрёнка, – шепнул я ей в самое ухо, наслаждаясь тем, как она трепетно вздрогнула. – Никто ничего не узнает, пока мы сами этого не захотим.

Мы вышли из машины. Элина ступила на мраморную плитку дорожки и замерла, задрав голову вверх. Я видел, как её слегка затрясло от масштабов особняка. Этот дом наверное казался ей неприступной крепостью, а сама она выглядела потерянной птичкой, которая случайно залетела сюда.

– Ой, приехали! – мачеха так и засияла, сбегая по ступеням. – Элиночка, детка, как ты? Боже, а почему ты в кофте Дэна?

– Мам, кондиционер в машине на полную работал, её чуть не продуло, а нам с Яром жарко было, – на автомате соврал Дэн, лениво доставая сумку Элины из багажника. Даже бровью не повел, прирожденный актер.

– Да-да, в машине прохладно было, не хочу заболеть, – подтвердила Элина, натягивая длинные рукава худи на ладони. Молодец, быстро учится.

– Ну проходи, проходи, доченька! – Артур подошел, приобнял мачеху за талию и улыбнулся Элине. – Тебе мы выделили спальню на том же этаже, что и наша, чтобы поближе к маме была, если что-то понадобится. Дорогая, проводи Элину в её комнату, мы с мальчиками будем ждать вас в столовой.

Я поймал взгляд Дэна и увидел, что на его губах заиграла хищная, опасная усмешка.

На одном этаже с родителями.

Отец думал, что так она будет под присмотром и в безопасности. Наивный. Он даже не представлял, что сам запер свою падчерицу в одном пространстве с двумя голодными до этой девочки парнями.

Шифроваться от родителей прямо у них под носом? Рисковать быть пойманными каждую секунду, пробираясь к ней в комнату по ночам, пока отец и мачеха спят через пару дверей?

Да это же, блять, лучший стимул. Адреналин будет такой, что крышу снесет окончательно.

– Отлично, отец, – спокойно ответил я, закидывая сумку на плечо, и проходя мимо Элины намеренно слегка задел её локтем, заставляя недовольно посмотреть на меня. и подмигнул ей в ответ. Лапочка-сестричка, были бы у тебя косички я бы тебя за них подергал, а не локтем задевал. – Уверен, Элине здесь очень понравится. Мы с Дэном поможем ей освоиться, не переживайте.

Охота на новой территории официально началась. И этой ночью я собирался проверить, насколько хорошо закрывается замок на двери её новой спальни. Дэна за компанию тоже захвачу, так уж и быть, пусть показывает мне свой мастер-класс.

Дорогие читатели!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я надеюсь вам нравится история :) решила выложить вторую главу потому что вчерашнюю дописывала в очень сонном состоянии и показалось, что недодала эмоций, поэтому ловите ещё порцию ❤️ всех обнимаю и спасибо, что читаете меня ❤️

Как думаете, Элина в итоге выберет кого-то одного из Ерохиных или останется с обоими?

С любовью, Ваш автор ❤️

Глава 21. Элина

Новый дом отчима подавлял своей роскошью. Моя комната в левом крыле второго этажа была огромной: в светлых тонах, с панорамными окнами в парк и огромной двуспальной кроватью.

– Элиночка, располагайся! Посмотри, какой вид! – мама радостно порхала по комнате, поправляя и без того идеальные шторы. – Артур так старался, всё обустроил к нашему приезду. Ты как, детка? Голова не болит?

– Всё в порядке, мам, просто устала с дороги, – выдавила я из себя улыбку, сжимая в кулаке длинные рукава толстовки Дэна, которую так и не сняла.

– Нас ждет обед через полчаса, переодевайся и спускайся. Артур хочет отметить наше новоселье, будь умницей и оденься красиво.

Как только мама вышла, я закрылась в ванной. Включила на телефоне громкую музыку и быстро смыла с себя следы сумасшедшей поездки. Быстро высушив волосы, я надела закрытое лавандовое платье, тщательно замазала тональником следы на шее и спустилась в столовую.

За огромным дубовым столом уже сидели все и ждали только меня. Мои глаза конечно же оставились на сводных братьях: Дэн и Яр сменили дорожную одежду на стильные рубашки с засученными рукавами, их волосы были ещё влажными после душа.

Контраст между ними все-таки был сумасшедшим: Дэн – темноволосый, резкий брюнет с опасным разлетом бровей и ледяными глазами, но жаркими прикосновениями, и Яр – статный блондин с обманчиво ангельской внешностью, за которой скрывалась животная, подчиняющая сила. Настоящий хищник: с виду мягкий и притягательный, а на деле – стоит зазеваться, и ты уже у него в ловушке.

Да и Дэн такой же, только действует прямолинейно.

– Элиночка, садись, дорогая, – Артур улыбнулся, указывая мне на место прямо напротив братьев.

Обед начался, и я впервые увидела парней с другой стороны.

– Ну что, парни, – Артур сделал глоток вина и перевел взгляд на сыновей. – В понедельник закрываем сделку по портовому терминалу. Дэн, юридическая чистота контракта на тебе. Ты проверил оффшоры их кипрских учредителей?

– Всё чисто, отец, – Дэн спокойно разрезал сочный стейк. Его голос звучал ровно, уверенно, без той хрипоты, от которой у меня в машине подкашивались колени. – Мы зажали их по неустойке. Если они сорвут сроки поставок хотя бы на двенадцать часов, их логистическая компания перейдет под наш контроль за бесценок. Они подпишут всё на наших условиях.

Я едва не поперхнулась водой. Дэн, этот темноволосый опасный тип, сейчас говорил о поглощении чужого бизнеса так легко, словно обсуждал погоду.

– Отлично. А что с тендером на застройку северного квартала? – Артур повернулся к Яру.

Яр в этот момент отпивал из бокала вино. Он мазнул по мне тяжелым взглядом, поставил бокал на стол и затем ответил отцу:

– Чиновники из министерства пытались намекнуть на откат. Я объяснил им, что у нас есть папка с компроматом на их предыдущие объекты. Так что тендер наш, без лишних расходов. Завтра везу документы на подпись.

– Молодцы, горжусь вами, – отчим довольно кивнул.

Я сидела, сжав пальцы под столом, и внутри всё трепетало от липкого осознания: они были умными, циничными, влиятельными мужчинами, которые привыкли получать всё, что захотят, будь то многомиллионный контракт или... сводная сестра. У меня не было против них ни единого шанса.

Во время десерта Яр вдруг поймал мой взгляд через стол. Он медленно поднес к губам клубнику, откусил половину, продолжая смотреть мне прямо в душу, и его губы тронула едва заметная, порочная усмешка, от которой внизу живота мгновенно разлилась жаркая волна. Они уничтожали меня даже без прикосновений.

К полуночи дом наконец-то затих. Я лежала в своей новой постели, уставившись в прохладную темноту. Хоть я и жутко вымоталась за этот день, но уснуть я никак не могла и не понимала почему.

Весь вечер я провела как на иголках. Каждые пять минут ждала подвоха. Думала, Дэн или Яр перехватят меня в темном коридоре, зажмут на лестнице или затащат в пустую комнату... Но они вели себя подчеркнуто отстраненно. Словно того, что произошло в машине, просто не было.

Наверное, я просто себя накрутила. Их комнаты были на третьем этаже, далеко отсюда. Они не станут рисковать. Не посмеют лезть ко мне прямо под носом у собственного отца...

Чтобы хоть как-то отвлечься от лихорадочных мыслей и успокоить нервы, я включила на огромном настенном телевизоре клипы любимой кей-поп группы на минимальной громкости. Мягкий свет экрана заливал комнату синевато-розовыми бликами, а на панели под ритмичную музыку красиво двигались идеальные, стильные корейские парни и пели. Под этот ненавязчивый видеоряд я наконец-то выдохнула и расслабилась, собираясь прикрыть глаза.

И в этот момент в коридоре раздался едва слышный скрип половицы и тихий мат, произнесенный мужским голосом.

Мое сердце начало биться с бешеной скоростью. Я замерла, боясь даже вдохнуть.

Дверь приоткрылась, пропуская в комнату два высоких мужских силуэта. В цветных бликах от телевизора я успела разглядеть их: Дэн и Яр, оба в свободных домашних штанах и с обнаженными торсами.

– Не спишь, маленькая? – раздался в полумраке вкрадчивый шепот одного из сводных братьев.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 22. Элина

Я и правда не придумала ничего лучше, кроме как зажмуриться, замереть и продолжить неподвижно лежать на боку.

Я сплю. Меня здесь нет. Я очень крепко сплю...

Матрас плавно прогнулся сначала с одной стороны, а через секунду – с другой. Одеяло медленно скользнуло вниз, обнажая мои плечи и ноги, одетые в короткую шелковую майку и шортики. Прохладный воздух из кондиционера прошелся по коже, но мне мгновенно стало жарко от их близости.

Послышался тихий смешок Дэна. Раздался тихий щелчок пульта, и цветные блики от экрана погасли, погружая комнату в интимный полумрак.

– Насмотрелась на своих сладеньких мальчиков, сестрёнка? – раздался над ухом бархатный шепот Яра. – А теперь смотри на настоящих мужчин вживую.

Горячая ладонь Дэна легла на мою лодыжку, и его пальцы медленно, едва касаясь моей кожи, поползли вверх по голени, заставляя меня мысленно взмолиться о пощаде.

– Спит? – прошептал Дэн, чуть нажимая пальцами под моим коленом. – А пульс под коленом бьется так, будто стометровку бежала. И ресницы дрожат. Какая плохая из тебя актриса, Элина.

Я оказалась в ловушке между двух раскаленных мужских тел. Сзади меня намертво фиксировал Яр, а спереди и снизу Дэн беспрепятственно хозяйничал под тонкой тканью шортиков.

Когда Яр запустил ладонь под майку, обжигая пальцами кожу на животе, воздух со свистом покинул мои легкие. Их движения были настолько слаженными, словно они заранее договорились, как именно будут сводить меня с ума.

– Ну раз она спит… мы ведь можем делать с ней всё, что захотим, правда, брат? – Яр прильнул губами к моей шее, шумно втягивая запах моих волос. – Она ведь даже не заметит…

Его пальцы поднялись выше, уверенно накрывая мою грудь сквозь тонкий шелк, и сосок мгновенно затвердел, выдавая меня с потрохами. Ткань моих трусиков в ту же секунду стала влажной. Моё тело предавало меня и сдавалось без боя, а от концентрированного мужского парфюма и тестостерона в воздухе разум просто отключался.

– Заметит, – прошептал Дэн, и его ладонь безжалостно, но аккуратно скользнула под мои шортики, пробираясь к самому центру моего полыхающего лона. – Посмотри, как наша спящая красавица течет. Ждет нас. Какая сладкая девочка…

Когда его пальцы медленно, на всю длину проникои в меня, я не выдержала. Судорожно вздохнула, распахнула глаза в темноту и откинула голову назад, уткнувшись затылком в плечо Яра.

– Перестаньте… – простонала я. – Родители услышат…

Яр мягко развернул меня на спину, вжимая в мягкие подушки, и накрыл мои губы глубоким поцелуем.

– Значит, веди себя тихо, маленькая, – шепнул он мне прямо в губы, сгибая мою волю окончательно. – Закуси подушку, потому что уходить мы не собираемся.

Яр снова впился в мои губы жадным поцелуем, а в это время пальцы Дэна коснулись какой-то точки внутри меня, что всё моё тело пробила приятная дрожь. Я застонала прямо в губы блондину, выгибаясь в пояснице от накрывшей волны экстаза.

Они не торопились. Сводные братья принялись последовательно и грамотно сводить меня с ума. Дэн за считанные секунды сдернул с меня шортики и трусики, разводя мои бедра максимально широко и устраиваясь между них. Его пальцы двигались во мне ритмично и глубоко, заставляя бедра судорожно подрагивать, а Яр одновременно с этим ласкал пальцами мои набухшие соски, прикусывая мочку уха и шепча мне самые бесстыдные комплименты.

Мозги окончательно расплавились. Страх быть пойманной перерос в какой-то дикий адреналин. Я уже сама двигала бедрами навстречу пальцам Дэна, полностью отдаваясь этому безумию.

Когда я была разогрета до предела, а дыхание стало рваным и частым, они плавно изменили позицию.

Парни действовали так слаженно, словно делали это сотню раз: Яр легко подхватил меня под ягодицы и плавно развернул мое тело поперек огромного матраса так, что мои бедра оказались полностью в его власти.

В ту же секунду Дэн опустился на колени прямо над моей головой, зажимая мои плечи между своих сильных бедер, а его вставший член оказался прямо перед моим лицом. Вблизи он казался совсем огромным.

Я чувствовала, как Яр устроился между моих широко разведенных ног и дразняще водил головкой члена по моей влаге, иногда задевая клитор, что вызывало у меня в мозгу короткое замыкание.

– Открой ротик шире, Элина, – негромко приказал Дэн, касаясь горячей головкой моих приоткрытых губ.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 23. Дэн

Я заботливо подсунул под ее шею ближайшую подушку, чуть приподнимая голову Элины, чтобы ей было удобнее.

– Открой ротик шире, Элина, – хрипло приказал я, касаясь горячей головкой ее приоткрытых губ.

Она послушно разомкнула губы, вбирая мою плоть и обхватывая её языком. Ощущение ее горячего, влажного рта и шероховатого язычка моментально ударило мне в голову похлеще любого алкоголя. Но в ту же секунду Яр снизу с глухим рыком в один толчок вошел в нее на всю длину.

Стон Элины заглушился, завибрировав прямо вокруг моего члена. И я видел, как её выгнуло от проникновения брата. Она честно пыталась стараться для меня: обнимала губами, ласкала языком, но от движений Яра сводная сестра задыхалась, захлебываясь сдавленными стонами и полностью теряя контроль над собой.

Я не стал злиться. Напротив, от этой ее беспомощности во мне вспыхнул азарт. Я запустил пальцы в её растрепанные волосы, фиксируя затылок, и сам начал плавно и сдержанно насаживать ее мокрые губы на свой член в такт движениям Яра.

Когда она была близка к оргазму, я предусмотрительно освободил её рот и слез с неё, чтобы дать ей больше воздуха. Она так громко застонала, что я даже испугался, что родители услышат. Следом за ней и Яр дошел до пика, затем он тяжело упал на постель рядом с Элиной. А я остался сидеть рядом, глядя на то, во что мы её превратили.

В полумраке комнаты её растрепанные светлые волосы казались серебряным нимбом, а кожа буквально светилась. Грудь часто вздымалась, ресницы слегка подрагивали, а одна рука тряслась, всё ещё отходя от оргазма.

И сейчас, когда первая животная похоть отпустила, внутри меня поднялась совсем другая волна. Жадная, собственническая, пугающе нежная. Я хотел её всю, не просто трахнуть, а присвоить каждую её клеточку, изучить все эрогенные зоны, чтобы она навсегда запомнила прикосновения моих рук.

– Моя очередь, – выдохнул я.

Яр понимающе хмыкнул и отстранился, уступая мне пространство. Я плавно переместился ниже, пальцами гладя её бёдра.

Элина испуганно вздохнула, попыталась слабо свести ноги, но я бережно, ласково развел её колени в стороны. Увидел, как по её бледным бедрам медленно стекала влага, и этот визуал окончательно сорвал мне крышу.

– Ш-ш-ш, маленькая, тихо… – прошептал я, наклоняясь и зацеловывая её нежную кожу на бёдрах.

Я не стал сразу вторгаться в неё. Хотел продлить эту пытку удовольствием только для неё. Мои ладони медленно скользнули по её телу ввер, как и я сам.

Я гладил её плоский живот, чувствуя, как он судорожно втягивается от моих прикосновений, затем поднялся выше, накрывая ладонями её грудь. Пальцами я стал медленно крутить её соски, и Элина сладко заскулила, выгибая бёдра мне навстречу.

– Смотри, как она откликается на каждое прикосновение, – хрипло заметил Яр.

Он уже лег рядом с ней, и его рука легла на её шею, бережно поглаживая чувствительную зону, а вторая рука перехватила мои игры с её грудью, позволяя мне сосредоточиться на главном.

Тело Элины предавало её каждую секунду: она уже снова была возбуждена, её киска нетерпеливо пульсировала, истекая прозрачным соком, который мне захотелось попробовать на вкус.

Я опустился ниже, припадая губами к её горячей, полыхающей плоти. Сперва лёгким касанием слизнул сладкую каплю с её бархатных складочек, а затем нежно накрыл её клитор языком. Элина судорожно выгнулась в пояснице, выдав короткий, сдавленный всхлип, а я подхватил её удобнее под ягодицы, зафиксировав на месте.

Её соки опьяняли. Я ласкал её глубокими движениями, смакуя её реакцию и слушая, как она снова задыхается от этой мучительной нежности. Когда её дыхание стало выравниваться, я медленно добавил два пальца внутрь, где всё было очень мокро и горячо.

Элина громко всхлипнула, вплетая пальцы в мои тёмные волосы. Она была такой узкой, такой невероятно податливой. Мои пальцы медленно двигались внутри, исследуя каждый изгиб её влагалища, пока язык ласково совершал круговые движения по её клитору.

Она выгибалась под моими руками, как натянутая струна. Я нащупал её самую чувствительную точку, нажал, и Элина буквально забилась в моих руках, приглушенно застонав: это Яр поцеловал её, чтобы не выдать родителям наши ночные приключения.

– Дэн… пожалуйста… я больше не могу, хочу тебя внутри, – в какой-то момент её дрожащий голос раздался в тишине комнаты.

Тогда я не выдержал, просто подтянул её бедра к себе и вошел в Элину одним глубоким, запредельно нежным толчком, заполняя её собой до самого предела. Двигался плавно, медленно, растягивая каждое мгновение, пока Яр сверху снова целовал её в губы, забирая все громкие звуки себе.

Это был самый чувственный, самый неторопливый трах в моей жизни. Я чувствовал, как её внутренние мышцы судорожно сжимают мой член, и кажется слышал, как её сердце отчаянно бьется в груди.

Я изучал её предпочтения. Нажимал куда надо в разном ритме, от чего Элина сладко вздрагивала и плакала от кайфа, кончая на моём члене не один раз. И когда меня самого наконец накрыло, я излился ей на живот с глухим стоном, а затем лёг рядом с ней и намертво прижал эту хрупкую блондинку к своей груди.

Она наша. И теперь в этом доме для неё нет безопасных мест.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 24. Яр

Сестрёнка была такой хрупкой, что у меня внутри всё переворачивалось.

Дэн бережно перенес Элину в её личную ванную комнату и усадил на прохладную мраморную столешницу. В полумраке горящей подсветки зеркала её светлые волосы казались серебряным облаком, а на бледной коже бедер и шеи отчетливо виднелись засосы, оставленные нами. У неё мелко дрожали колени – мы выжали её до капли.

Я бесшумно набрал в раковину теплой воды, смочил мягкое полотенце и опустился перед ней на колени. Дэн встал сзади, надежно придерживая Элину за талию и утыкаясь носом в её влажное от пота плечо.

Я действовал медленно, аккуратно смывая с её живота и внутренней стороны бедер следы нашей недавней вспышки. Никакой грубости. Только тепло воды и трепетные, почти благоговейные прикосновения. Я видел, как Элина удивленно и прерывисто вздыхает, глядя на меня сверху вниз. Новоиспечённая сестрёнка ждала от нас только цинизма, а получила абсолютное, граничащее с поклонением бережное отношение.

Но когда полотенце было отложено, а её киска, чистая и розовая, судорожно пульсировала прямо перед моим лицом, у меня снова всё встало на неё. Забота заботой, но эта девчонка была для нас настоящим наркотиком.

Я протянул руки, обхватил её бедра и широко развел её ноги в стороны, заставляя полностью раскрыться на холодном мраморе.

– Яр… нет, пожалуйста, я больше не выдержу, – испуганно и сладко прошептала Элина, попытавшись сжаться, но Дэн крепко обнял её, целуя нежную кожу.

– Выдержишь, Элина. Мы еще не закончили баловать тебя, – хрипло выдохнул Дэн ей в шею.

Брат перехватил инициативу сверху: его ладони мгновенно легли на её грудь, жадно сминая налившиеся соски, а губами он накрыл её рот в глубоком, страстном поцелуе, полностью заглушая её всхлипы.

А я подался вперед и мой язык медленно скользнул по её полыхающей киске снизу вверх, собирая выступившую прозрачную смазку.

Элина дико выгнулась в руках Дэна, её пальцы судорожно впились в его плечи, а ногти прочертили дорожки на его кожу.

Я начал ласкать её языком. Широкими, влажнымидвижениями я проходился по всей длине её половых губ, а затем сосредоточился на самом кончике клитора. Всасывал эту крошечную, твердую жемчужину, терзал её губами, задавая сумасшедший темп.

Влага из Элины хлынула с новой силой, пачкая мои губы и подбородок, но меня это только сильнее заводило. В ванной был слышен только сочный, одурманивающий звук моих ласк и её глухое, вибрирующее мычание в губы Дэна. Мы шифровались на грани фола – один громкий звук, и лавина сойдет прямо на весь дом.

Сестрёнку вскоре затрясло: её внутренние мышцы начали судорожно, мелко сокращаться. Она была на самом пике, на грани безумия.

Я толкнул палец внутрь неё, одновременно совершая резкое, круговое движение языком по клитору, и её тело свело мощнейшей, судорожной волной оргазма. Глуша свой пронзительный крик, она со всей силы укусила Дэна за губу, что тот аж чертыхнулся пока её бедра ходили ходуном в моих руках.

Я продолжал пить её соки, слизывая каждую каплю её удовольствия, пока её оргазм медленно не утих.

Когда всё закончилось, она обессиленно повисла на руках Дэна, тяжело дыша. Я поднялся, вытирая тыльной стороной ладони мокрые губы, и с удовлекворением посмотрел на её обмякшее тело и вздымающуюся грудь.

– Ну вот теперь точно всё, – тихо ухмыльнулся я, целуя её в висок. – Идем спать, сестрёнка. Хочешь, прочитаю тебе эротическую сказку на ушко, чтобы ты быстрее уснула?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 25. Элина

Следующие четыре дня пролетели для меня как в тумане.

Жизнь в огромном особняке отчима началась странно: днём мы все играли в идеальную, благополучную семью. Я старательно изображала примерную падчерицу, мама расцветала от внимания мужа, а Дэн и Яр держались со мной подчеркнуто сдержанно, даже вежливо. Они могли подать мне соль за обедом или спросить, как прошёл день, с абсолютно непроницаемыми лицами.

Но наступала ночь... и маски сбрасывались.

Почти каждый вечер за запертой дверью моей спальни повторялся один и тот же горячий, порочный сценарий. Братья приходили без предупреждения, бесшумными тенями растворяясь в полумраке моей комнаты. Они не оставляли мне ни единого шанса на сопротивление. Моё тело откликалось на каждое их прикосновение, каждый глубокий поцелуй и шепот на ухо. Я буквально тонула в них, забывая про страх и мораль, а наутро бежала к зеркалу прятать под высокими воротами кофт и плотной косметикой засосы.

Но даже днем мне не удавалось сбежать. Братья устроили на меня настоящую охоту поодиночке, ловко пользуясь тем, что дом огромен.

Один раз Дэн бесшумно запер за мной дверь библиотеки, зажал у книжных стеллажей и впился в мои губы безумным поцелуем, трахая меня под платьем пальцами и оставляя после себя припухшие губы и шепот прямо в рот:

– Запомни это ощущение. Вечером я буду входить в тебя ещё глубже, Элина.

А Яр настиг меня в тихом уголке сада и прижал со спины к каменным колоннам в оранжерее, забрался горячей ладонью под кофту, обжигая пальцами живот, и шептал бесстыдные обещания на вечер, пока я судорожно задерживала дыхание, боясь, что нас засечет кто-то из садовников.

В ход у сводных братьев шло всё: секундное столкновение в узком коридоре второго этажа, когда Яр как бы случайно прижимал меня своим горячим бедрам к стене, пока мимо проходила прислуга; или Дэн, наклонявшийся ко мне на кухне под предлогом достать бокал с верхней полки и нагло проводивший тяжелой ладонью по моей пояснице, заставляя всю кожу покрываться мурашками.

Они ловили меня на мгновения, на доли секунды, но от этого дикого риска быть пойманными воздух вокруг постоянно электризовался.

Чтобы хоть как-то перевести дух и справиться с плавящимися мозгами, я гуляла по территории особняка, когда их не было и пока была возможность: ведь шло лето и еще не начался учебный год в университете.

Днем, прогуливаясь по аккуратным гравийным дорожкам, я дышала свежим хвойным воздухом и пыталась осмыслить происходящее. Но прохладный ветер совсем не спасал меня – тело все равно помнило ночные ласки Яра и Дэна, а внизу живота от каждого шага сладко ныло.

Мама, несколько раз присоединявшаяся ко мне на этих прогулках, ничего не замечала.

– Элиночка, тебе нужно обрастать знакомствами, – восторженно щебетала она, подставляя лицо солнцу. – На благотворительном приёме, который скоро организует Артур, будут дочки инвесторов и его друзей. Замечательные девушки из хороших семей! Познакомишься с ними, найдешь себе подруг, а то всё одна да одна. Впереди учеба, да и в общество пора вливаться.

Я лишь кивала и улыбалась, зная, что в этом доме я уже никогда не буду одна.

А сегодня особняк с самого утра напоминал гудящий улей – нанятый персонал суетился повсюду: декораторы украшали террасу гирляндами и живыми цветами, садовники доводили до идеала газоны в саду, а кейтеринг разгружал ящики на заднем дворе. Завтра вечером здесь должен был состояться закрытый прием для местной элиты.

– Завтра важный день, – откладывая планшет, произнес Артур за обедом. – Приедет весь цвет нашего бизнеса, пара чиновников из министерства... И, конечно, Власов со своим старшим сыном Андреем.

При упоминании этого имени атмосфера за столом изменилась. Я увидела, как Яр едва заметно сжал в пальцах ручку кофейной чашки, а Дэн лениво откинулся на спинку стула, но в его темных глазах блеснул лед.

– Андрей тоже будет? – переспросил Дэн ровным, но подозрительно бархатным голосом.

– Обязательно, – кивнул отчим. – Парни, вы с ним знакомы по клубу, а вот Элине я хочу представить его лично. Надя, Эля, вы обе завтра должны быть безупречны. Андрей – ровесник Элины, невероятно перспективный парень, единственный наследник всей империи Власовых. Не скрываю, я считаю его идеальной партией. Если у вас что-то завяжется, он станет отличным зятем для нашей семьи.

Зятем?...

У меня перехватило дыхание. И в ту же секунду под круглым столом, скрытым плотной скатертью, на мое бедро легла раскаленная ладонь Яра. Его длинные пальцы безжалостно сжали мою ногу прямо через ткань платья, подбираясь ближе к внутренней стороне бедра. Я чуть не поперхнулась соком, вцепившись пальцами в свой стакан.

С другого боку колено Дэна с силой прижалось к моему колену, зажимая в тиски. Я с шумом втянула воздух.

– Зять, значит... – задумчиво протянул Дэн. – Интересно. Мы с Яром обязательно проследим, чтобы завтра Элине не было скучно в его обществе. Со скучным мужем и жизнь будет скучной.

– Ой, и не говори, Дэнни, ты абсолютно прав! – рассмеялась мама, не замечая, как под столом разворачивается настоящая драма. – Мужчина должен быть интересным, правда, Артур?

– Именно, – улыбнулся отчим.

А ладонь Ярослава под столом снова сжала мою кожу сквозь ткань и я без слов поняла: я могу слушать речи отчима о перспективных женихах и кивать маме, но моё тело принадлежит им и делиться мной с кем-то они не намерены.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 26. Ярослав

Перспективный парень, значит.

Я до хруста в пальцах сжал ручку кофейной чашки, едва удерживаясь от того, чтобы не разбить её к чертям прямо о стену этой пафосной отцовской террасы.

Имя Андрея Власова подействовало на меня как красная тряпка на быка. Я знал этого пацана с нашей тусовки: его папаша ворочал миллионами, и сыночек привык перед всеми играть в безупречного джентльмена, перед которым открываются любые двери. Хотя на самом деле был тем ещё фруктом.

И теперь этот павлин приедет в наш дом и будет пытаться «найти с Элиной общий язык» и я даже подозреваю, какой именно?

Под столом я нашел ее бедро и сжал его так, что пальцы заболели. Я почувствовал, как Элина вздрогнула и как судорожно напряглось её тело от моего жеста. Она испуганно впилась пальцами в свой стакан, не смея посмотреть на меня.

Правильно. Бойся. И помни, чьи руки держали тебя несколько часов назад в душе. Мой язык всё еще помнил её терпкий, сладкий вкус, а ладони – то, как она содрогалась от мощного оргазма, пока Дэн владел ей.

Она принадлежала нам каждой каплей своей влаги, каждым своим судорожным вздохом. И делиться ей с каким-то Власовым мы не собирались.

Я скосил взгляд на Дэна. Брат сидел с абсолютно каменным, непроницаемым лицом – перед отцом он умел держать маску безупречно, но я-то увидел, как на мгновение бешено сверкнули его глаза: Дэн ненавидел, когда кто-то претендовал на его территорию, ещё сильнее, чем я. В этом мы были сотканы из одного теста.

– Да, отец, Андрей очень… целеустремленный парень, – с едва уловимой усмешкой отозвался я, наконец отпуская ногу Элины. Она тут же тихонько выдохнула. – Уверен, завтрашний вечер будет незабываемым.

Элина сидела в своем закрытом платье с длинными рукавами, спрятанная от чужих глаз. Наша маленькая, послушная сестрёнка.

Обед наконец-то закончился. Отец с мачехой ушли в дом: у них было полно хлопот с организаторами банкета.

Элина попыталась тихонько шмыгнуть следом за ними, но у самого входа на террасу Дэн перерезал ей путь, вырастая перед ней как темная, непреодолимая скала. Его смоляные волосы чуть растрепал лесной ветер, а взгляд глаз стал абсолютно темным.

– Куда-то спешишь, сестрёнка? – тихо, так, чтобы слышала только она, спросил Дэн.

Элина отступила на шаг назад, упираясь спиной прямо в мою грудь. Я тут же обхватил её за талию сзади, слегка притягивая к себе, наклонился к её уху и вдохнул сладкий запах её волос.

– Слышала, что отец сказал? Завтра ты должна быть при полном параде, – прошептал я, чувствуя, как её бьет мелкая дрожь от нашей двойной близости. – Надень самое красивое платье, маленькая. Покрутись перед Власовым, покажи, какая ты милая и воспитанная девочка.

– Зачем вы это делаете?.. – сорванным, умоляющим шепотом спросила она, переводя испуганный взгляд с меня на Дэна. – Пожалуйста, не надо устраивать сцен перед отцом…

Дэн сделал шаг вперед, почти вжимая её в моё тело, не оставляя между нами и миллиметра воздуха. Он протянул руку и медленно, собственнически провел указательным пальцем по краю ее воротника, прямо там, где под плотной тканью прятался мой самый сочный засос.

– Никаких сцен не будет, Эля. Мы будем вести себя как идеальные братья, – Дэн тихо, хищно улыбнулся. – Улыбайся ему, подавай руку, если он захочет сыграть в галантность... Будь безупречной падчерицей Артура. Но только попробуй хотя бы на секунду забыть, чья ты на самом деле. Попробуй заиграться в эту сказку, и отвечать за каждую его улыбку ты будешь ночью в спальне. Ты поняла меня?

Элина сглотнула и быстро кивнула.

– Вот и умница, – я коротко поцеловал её в висок и отпустил, позволяя ей наконец сбежать в дом.

Я посмотрел на брата. Дэн достал пачку сигарет, щелкнул зажигалкой и глубоко затянулся.

– Что думаешь? – спросил я его, прислоняясь плечом к перилам террасы.

– Власов слишком любит публичные жесты, – хладнокровно ответил Дэн, выпуская струю дыма. – Завтра он будет из кожи вон лезть, чтобы произвести впечатление на отца и забрать нашу девочку себе. Пусть играет. Главное – держаться поблизости, не позволять ему очаровать Элину и фиксировать каждый его шаг.

Я предвкушающе ухмыльнулся, смотря, как дым растворяется в ветру.

– А ночью напомним сестрёнке, кто здесь главные претенденты на её тело и душу.

Дэн коротко усмехнулся в ответ. Похоже, официальный прием обещал быть чертовски интересным.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 27. Элина

Для этого вечера я выбрала лаконичное платье чёрного цвета. Оно идеально подчеркивало фигуру и, слава богу, линия декольте и высокий ворот были достаточно закрытыми, чтобы полностью скрыть следы, которые оставили на мне братья.

Руки слегка дрожали, когда я закрепляла в ушах тонкие серебряные сережки. Обещание Дэна о том, что за любой жест Власова мне придется расплачиваться с ними ночью, эхом отдавалось в ушах. Я до смерти боялась этого вечера.

Когда я спустилась, благотворительный прием уже был в самом разгаре. Около пятидесяти гостей в дорогих смокингах и вечерних нарядах пили шампанское, оркестр играл живую музыку, а на специальном подиуме стояли экспонаты для предстоящего аукциона, средства от которого должны были пойти в благотвоительный фонд.

Я сразу же нашла взглядом сводных братьев: они стояли у панорамного окна в компании солидных мужчин более старшего возраста. Черные смокинги, белоснежные рубашки – чертовски красивые, статные, они выглядели как истинные хозяева этого дома и всей жизни вокруг.

Яр первым заметил меня. Его взгляд медленно скользнул по моему чёрному платью, заставляя кожу покрыться плотными мурашками. Дэн повернул голову мгновение спустя, и его глаза хищно сузились.

– О, Элиночка! – откуда-то сбоку, напугав меня, окликнул меня отчим.

Он спешил ко мне, ведя за собой высокого, видного брюнета с аккуратной стрижкой и белозубой улыбкой.

– Познакомься, это Андрей Власов, – радостно представил нас друг другу отчим. – Андрей, это моя падчерица, Элина. Оставляю вас, чтобы не мешать знакомству.

И тут же Артур исчез в толпе, а мы с Андреем остались наедине.

– Очень рад знакомству, Элина, – мягко сказал Власов бархатистым голосом.

Он смотрел на меня с таким откровенным, искренним восхищением, что я невольно смутилась. Андрей сделал шаг вперед, аккуратно взял мою руку и, наклонившись, запечатлел на тыльной стороне моей ладони медленный, безупречно галантный поцелуй. Его губы были теплыми и, я бы даже сказала, приятными.

В ту же секунду я спиной почувствовала, как воздух в гостиной будто сгустился и потяжелел. Я нервно сглотнула и бросила короткий взгляд в сторону сводных братьев.

Блондин Яр смотрел на Власова так, словно уже просчитывал, в каком углу соснового бора закопает его труп. Дэн медленно поставил свой бокал на столик, и убрал руки в карманы, неотрывно глядя на нас.

Я тут же поторопилась перевести взгляд на гостя, чтобы не прослыть невежливой.

– Вы выглядите просто умопомрачительно, – Андрей, не замечая грозы, продолжал улыбаться, отпуская мою руку. – Этот чёрный цвет невероятно подчеркивает вашу светлую кожу. Артур сказал, вы только переехали? Я бы с удовольствием показал вам город, если вы не против. И в эту субботу в одном из моих клубов закрытая вечеринка, приглашаю вас лично быть моей спутницей.

– Спасибо, Андрей, это очень мило… – пролепетала я, не зная, что ответить, и чувствуя, как внутри всё сжимается от страха за этого парня.

– Наша сестрёнка домоседка, Власов, – раздался за моей спиной леденящий, насмешливый голос Яра.

Братья подошли бесшумно, заставив меня вздрогнуть Яр встал чуть позади меня, и я кожей почувствовала жар его тела. Дэн вырос прямо перед Власовым, обманчиво вежливо улыбаясь, но в его позе было столько скрытой угрозы, что Андрей невольно подобрался.

– Да неужели? – Андрей приподнял бровь, принимая вызов. – Мне кажется, Элина сама может решить, где и с кем ей проводить время. Верно, Элина?

Я открыла рот, чтобы хоть как-то разрядить обстановку, но в этот момент Яр сделал то, от чего у меня едва не остановилось сердце: его рука медленно поднялась, и его пальцы как бы невзначай легли на мое плечо и он медленным жестом провел пальцем по краю воротника моего платья, слегка задев чувствительную кожу на шее. И всё это прямо на глахах у Андрея!

Я нервно шарахнулась в сторону, но внизу живота уже сладко полыхнуло жаром: тело предательски отозвалось на прикосновение сводного брата. ЧТо Яр вообще творит?!

– Мы просто очень заботимся о ней, – холодно сообщил Дэн, перетягивая внимание Власова на себя. – Правда, Элина? Расскажи Андрею, как сильно мы тебя опекаем от всяких плохих парней, которые могут довести тебя до слёз.

Под этим двойным прицелом братьев и под оценивающим взглядом Андрея я готова была провалиться сквозь землю, помня, ЧТО эти «заботливые братья» вытворяли со мной ночью…

Напряжённую сцену прервал звон хрустального бокала: это Артур поднялся к микрофону у небольшого подиума, улыбаясь гостям.

– Дамы и господа! – громко произнес отчим, заглушая гул голосов. – Сегодня все собранные средства пойдут на поддержку детских онкологических центров. И по традиции наш аукцион открывает особенный, символический лот от хозяев дома! Сегодня это будет право первого танца с нашей очаровательной Элиной! Милая, поднимись на сцену, пожалуйста.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 28.Элина

У меня перехватило дыхание. Могли хотя бы меня предупредить!

Я невольно покосилась на сводных братьев и успела заметить на их лицах удивление. Они, кажется, тоже не знали об этой инициативе отца и явно были от неё не в восторге, судя по реакции.

Под аплодисменты мне пришлось подняться по ступеням на небольшой подиум к отчиму. Выступать в роли лота перед полусотней незнакомых людей из высшего общества было неловко до дрожи.

– Начальная ставка пятьсот тысяч рублей, – объявил Артур в микрофон.

Я замерла на сцене, не зная, куда деть руки под десятками любопытных взглядов, и чувствуя, как к щекам приливает жар.

– Восемьсот тысяч, – тут же легко подал голос Андрей у подножия подиума, весело глядя на меня снизу вверх и слегка приподнимая свой бокал. – Для благого дела ничего не жалко. Особенно ради танца с такой прекрасной дамой.

– Миллион! – отозвался кто-то из глубины зала.

– Миллион двести, – включился в игру молодой коллекционер, стоявший у бара.

Гости оживленно загудели: ставки поползли вверх, превращая благотворительность в легкое светское развлечение.

– Полтора миллиона, – Андрей Власов не уступал.

С высоты подиума мне был виден весь зал как на ладони. Я судорожно выдохнула, надеясь, что аукцион так и пройдет в игровой форме, но в этот момент Дэн подался вперед.

– Три миллиона, – спокойно перебил он последнюю ставку.

Андрей резко обернулся к Дэну. Власов-младший явно не привык, когда его так бесцеремонно перебивают.

– Похоже, братская забота обходится недешево, Дэн? – достаточно громко, чтобы голос долетел до нас, с лёгкой подколкой ухмыльнулся он и с вызовом поднял руку. – Пять миллионов!

Гости ахнули. Мама нервно сделала глоток шампанского, а Артур застыл с поднятым молотком и нахмурился. Но не успел отчим проронить и слова, как раздался насмешливый голос Яра:

– Семь миллионов.

Все взгляды метнулись от Дэна к Яру, а затем к Власову-младшему.

Для публики это смотрелось как сумасшедший семейный азарт и защита сводной сестры, но я-то знала правду: они вели жёсткую игру с Андреем прямо на глазах у всех, забирая меня себе.

– Двенадцать миллионов! – упёрто и с азартом выкрикнул Андрей. На его лице заиграла дерзкая улыбка человека, который привык забирать всё, что хочет. – За право танцевать с такой девушкой мне денег не жалко!

Он победно взглянул на братьев, явно считая, что эта цифра остановит кого угодно. Гости в зале зашептались, а Артур переводил переполненный замешательством взгляд с сыновей на Власова-младшего и обратно.

Яр лишь переглянулся с Дэном. В их невербальном контакте чувствовалось, что они не просто участвовали в торгах – они играли с Власовым как кошки с мышкой, давая ему поднять ставки повыше.

Дэн сделал шаг вперед, засунув руки в карманы брюк, и посмотрел Власову-младшему прямо в глаза с ледяным спокойствием.

– Двадцать миллионов, – не моргнув, громко сказал Дэн.

Андрей застыл. Его рот чуть приоткрылся, а поднятая рука медленно опустилась.

А я стояла в шоке. Двадцать миллионов за трехминутный танец... Это явно была демонстрация силы со стороны Дэна.

– Двадцать миллионов... раз... – произнес отчим, опуская молоток и пристально глядя на сына. – Двадцать миллионов... два... Продано!

На подиуме у меня окончательно земля ушла из-под ног, пока Дэн, не отрывая от меня взгляда, с победной ухмылкой медленно направлялся к сцене – забирать свой купленный лот.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 29. Элина

Кажется, отчим и гости до сих пор пребывали в легком шоке от произошедшего. Артур что-то восторженно говорил в микрофон, официальными словами благодаря щедрого сына за вклад в благотворительность, но я уже ничего не слышала.

Мой взгляд был прикован к Дэну, который медленно поднялся по ступеням подиума и подал мне руку.

Когда моя рука опустилась в его широкую ладонь, по коже прошел ощутимый разряд тока. Дэн, видимо, тоже это почувствовавший, коротко сжал мои пальцы и помог мне спуститься по ступеням вниз.

Живой оркестр в углу зала перестроился, и под высокие своды зала потекли первые нежные аккорды старой популярной песни «Люби меня, люби», переделанной в красивый медляк.

Дэн плавно притянул меня к себе. Его вторая рука легла мне на талию – аккуратно, по всем правилам светского этикета, но нажим его длинных пальцев сквозь шелк черного платья был настолько крепким, что у меня перехватило дыхание.

Мы начали кружиться в медленном танце. Вокруг нас стояли десятки гостей, а я ощущала лишь то, как всё мое тело предательски слабеет от близости Дэна.

– Дэн... – шёпотом начала я, осторожно удерживая дистанцию и боясь поднять на него глаза. – Двадцать миллионов... Это же безумие. Вы устроили настоящее шоу на глазах у всех.

– Безумие? – низкий голос Дэна раздался прямо над моим ухом, пока он легко и уверенно вел меня в танце. – Напротив, Элина, это был очень точный расчёт.

– Расчёт? – непонимающе переспросила я и всё же решилась взглянуть на него. Дэн смотрел на меня сверху вниз с ленивой, опасной ухмылкой.

– Продемонстрировать Андрею, что к тебе лучше не подходить, и одновременно сделать отцу подарок для его благотворительного фонда, – чеканя каждое слово, сказал он.

– Но что подумают люди?

– Люди уже подумали то, что им нужно, – ответил он спокойно, чуть сильнее прижимая меня к себе во время поворота так, что мое бедро на мгновение задело его вставшую плоть. – Для общества это выглядит как красивый, азартный жест богатых братьев. Власов проявил инициативу, мы с Яром включили семейную гордость и показательно оставили деньги в фонде отца, а не в каком-то другом. Общество в восторге, отец – тем более.

– Но ведь дело же не в этом... – тихо выдохнула я, чувствуя, как от его запаха – дорогого парфюма с нотами табака и кожи – плавится разум.

– Разумеется, не в этом, – его глаза сузились. – А в том, что я не намеревался отдавать тебя Власову. Ни на три минуты, ни на три секунды.

– Но он просто хотел потанцевать со мной! – не удержалась я, пытаясь защитить Андрея. – Андрей кажется очень приятным человеком...

Дэн коротко хмыкнул, крутанул меня в танце и снова мягко притянул к своей груди. Между нами сохранялась приличная светская дистанция, но я была уверена: не будь вокруг нас людей, он сказал бы то, что сказал, прямо мне в губы.

– Приятным? – прошептал он с ледяной усмешкой. – Элина, ты так наивна. Андрей Власов – холеный мудак, который привык забирать всё, что блестит, и упаковывать свою гниль в красивую обертку. Его галантность закончится ровно в тот момент, когда ты останешься с ним наедине в одном из его клубов. Я знаю его. Поверь мне, под этой улыбкой ничего хорошего для тебя нет.

Я на секунду замялась, пытаясь переварить его жесткие слова, но упрямство взяло верх:

– Даже если так... Неужели он отступил только из-за твоей последней ставки? – усомнилась я, вспоминая застывшую фигуру Власова-младшего. – У его семьи куча денег, он мог продолжить торгами дальше.

– Отступил, потому что он умён, – ровно ответил Дэн. – Андрей – азартный игрок, но не идиот. До одиннадцати миллионов для него это была веселая игра и показной подкат к симпатичной девушке. Но когда я назвал двадцать, Власов понял подтекст.

Дэн сделал паузу, и его ладонь на моей талии, не нарушая светской видимости, плотнее прижала меня к себе, прожигая кожу через ткань.

– Он счел меня психом, готовым назвать и тридцать, и пятьдесят миллионов просто так, – продолжал Дэн с лёгкой, едва заметной улыбкой. – Поэтому перебивать мои ставки дальше значило бы превратить себя в посмешище перед своим же отцом и всей элитой. Власов решил сохранить лицо и сдать назад. И сделал единственно правильный выбор.

Скрипки выводили пронзительную, чувственную ноту, заставляя мое сердце биться так, словно оно сейчас рёбра сломает.

Вспышки искр и невидимого электричества между нами были настолько явными, что мне казалось, их видят абсолютно все в этом зале.

Мы продолжали кружиться. Дэн вел меня с безупречной грацией, держа пальцы на моей талии подчеркнуто уважительно для публики, но его взгляд... Его взгляд буквально сдирал с меня черную ткань платья.

Наклонившись чуть ближе под видом движений вальса, он почти коснулся губами моей мочки.

– Наслаждайся танцем, Элина... – едва слышно шепнул он, и его голос опустился до опасного, порочного бархата. – И помни, что ни один мужчина в мире не сможет дать тебе то, что даём мы с Яром. И ты это прекрасно знаешь.

Дэн чуть отстранился, продолжая плавно вести меня в ритме музыки, и пристально посмотрел на меня. Мы молча замедлялись под затихающие аккорды песни, а я, не в силах сделать выдох, просто смотрела на него и беспомощно тонула в его горячем взгляде.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Дорогие читатели! Приглашаю вас в мою студенческую новинку про боксёра и отличницу – “Скромница для мажора»:

Аннотация:

Он — боксер с тяжелым ударом, острым языком и привычкой добиваться своего.

Я — отличница, которая хотела, чтобы бывший наконец оставил меня в покое.

Только соглашаясь на фиктивные отношения, я не учла одного: Руслан Кирсанов никогда не проигрывает. Особенно когда решил, что я — его главный приз.

Читать тут:

Глава 30. Элина

Утро после благотворительного вечера было хорошим: мне удалось уйти с приёма пораньше, почти сразу после танца, а сводные братья остались там и в эту ночь ко мне не приходили.

Я спускалась по лестнице в столовую, зевая и всё ещё не веря, что вчерашнее безумие с аукционом и двадцатью миллионами действительно произошло.

Всё так же зевая, я зашла в столовую и замерла: прямо в центре большого обеденного стола, в хрустальной вазе, стоял роскошный букет кремовых роз. Их сладкий аромат заполнял буквально всё помещение.

– О, Элиночка, проснулась! – мама всплеснула руками, отрываясь от чая. Её лицо сияло от умиления. – Ты только посмотри, какая красота! Курьер привез тебе полчаса назад.

– От кого это? – спросила я, проходя к кофемашине, хотя сердце уже ухнуло куда-то в пятки.

Может, Петя снова активизировался? Хотя на него не похоже: букет выглядел слишком дорогим для него. Или…

– От Власова-младшего, – с довольной улыбкой отозвался Артур, подтверждая мои худшие догадки. – Мальчик проявил невероятную галантность. Там и открытка есть.

Мама с восторгом взяла небольшую плотную карточку и зачитала вслух милое послание, пока я наливала себе кофе:

– «Прекрасной Элине. Спасибо за украшение вчерашнего вечера. С нетерпением жду нашей встречи на ужине наших семей». Ну каков кавалер, а? Артур, помнишь, ты говорил, что он немного избалован? А он настоящий джентльмен!

– Кто настоящий джентльмен? – раздался за моей спиной голос Яра. – Мы пропустили что-то интересное?

О нет. Я повернула голову в сторону дверного проёма: Дэн и Яр выглядели свежими, но атмосфера вокруг них мгновенно изменилась, едва их взгляды уперлись в хрустальную вазу.

– Папа что ли в романтику ударился? – спросил Дэн, потягиваясь.

– Нет, это Эле от Андрея, – расцвела мама. – Хоть бы у них с Элиночкой всё сложилось, правда, Артур?

Она не увидела, как после её слов Яр замер и его глаза на мгновение сузились. А Дэн молча прошёл к кухонному островку, прямо ко мне.

Со стороны могло показаться, что парни абсолютно равнодушны, но я видела, как Дэн яростно сверкает глазами и как напрягся Яр.

– Ха, сестренка, – как ни в чём не бывало произнёс Яр. – Тебе нравятся такие парни, как Власов? Может, познакомить тебя с нормальными? И что это за блёклые цветы?

– Яр, – коротко предостерег его Артур.

– Мне нравятся такие цветы, – ответила я, выпрямляя спину. – И подарили их мне, а не тебе, Ярослав.

Яр ничего не ответил, но его ледяной взгляд обжег мне кожу. Конечно, выбросить или убрать букет на глазах у родителей братья не могли — это моментально разрушило бы маску идеальных сыновей и заботливых сыновей. И в итоге сдерживаемая ими ревность буквально заискрила в воздухе столовой.

Завтрак превратился для меня в хождение по раскаленным углям. Братья говорили о бизнесе и вели себя как обычно, но их тяжелые взгляды постоянно скрещивались на мне.

Едва Артур с мамой поднялись из-за стола и ушли в кабинет обсуждать предстоящий через пару дней ужин, я попыталась тихонько шмыгнуть в сторону лестницы.

Но стоит ли говорить, что сбежать мне никто не дал?

У самого поворота в коридор, ведущий к техническому блоку и гаражу, меня подхватили под локти. Всё произошло бесшумно и за долю секунды: Яр мягко, но намертво зажал мне рот ладонью, а Дэн уверенно утянул за тяжелую звукоизолированную дверь, ведущую в гараж.

– Тссс, маленькая... – прошептал Яр мне в затылок, убирая ладонь с моих губ и тут же трепетно прижимаясь губами к моей шее. – Мы совсем не уделяли тебе достаточно внимания вчера и не могли показать, как ты нам нужна, Эля.

Дэн легко подхватил меня под бедра, сажая на капот прохладного авто. В его обычно ледяных глазах бушевал пожар неконтролируемой ревности.

– Значит, букетики от Власова? – с улыбкой прошептал Дэн, раздвигая мои колени и вставая между ними. – Решил сыграть в ухаживания прямо у нас под носом даже после аукциона… Сукин сын.

– Я не просила его, правда... – сбиваясь с дыхания, пролепетала я, но внизу живота уже сладко полыхнуло жаром.

– Мы знаем, Эля, – тепло и ласково отозвался Яр, вставая рядом. Его длинные пальцы распустили мои волосы, а затем опустились на талию, скользя под мягкую ткань домашнего платья. – Но нам нужно стереть любые мысли о нём из твоей головы. Какие ещё цветы ты любишь, скажи нам. И что ещё тебе нужно? Получишь всё, что захочешь, наша любимая сестрёнка…

Они доказывали свое право на меня так, как умели только они: сводя с ума, лаская каждую клеточку и растворяя любую тревогу в невероятном, тягучем наслаждении.

Дэн накрыл мои губы жарким, глубоким поцелуем, забирая все мои выдохи, пока его руки умело и властно лишали меня шелкового белья. А Яр ласкал мои чувствительные точки, заставляя мое тело мгновенно отозваться сладостным трепетом и податься навстречу их теплу.

Сначала Дэн легко подхватил меня за бедра, посадив на край прохладного капота, и вошел в меня невероятно чутк и глубоко. Он толкался в меня мягко, накрывая мои губы поцелуями, и волна первого оргазма накрыла меня почти мгновенно, выбивая весь воздух из легких.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

А затем Дэн аккуратно уступил место брату. Яр бережно вошёл в меня быстрым заполняющим толчком. Его ладони ласково удерживали мои бедра, подстраиваясь под каждое мое судорожное движение.

Они несколько раз сменяли друг друга по очереди: то по одному, то окружая меня с двух сторон своими горячими телами и не давая мне ни секунды на то, чтобы прийти в себя. Они заставили меня забыть и про букет, и про Андрея, и про весь мир за пределами этого гаража.

Я стонала в губы Дэна, тонула в ласковых руках Яра и плавилась в мощных, накатывающих один за другим оргазмах, окончательно теряя связь с реальностью.

Когда всё закончилось, они ещё долго не выпускали меня из своих объятий, укутывая нежностью и согревая на капоте сидящую меня. Дэн бережно поглаживал меня по спутанным волосам, а Яр оставлял мягкие поцелуи на моем плече и ключицах, а мои пальцы путались в волосах обоих парней.

Я сидела абсолютно опустошенная, согретая и опьяненная от чувственности и удовольствия, четко понимая: ни один Власов в мире не сможет перечеркнуть то, что есть между нами тремя.

Глава 31. Дэн

Прошедшие два дня до совместного ужина с Власовыми тянулись как жвачка.

После той горячей разрядки в гараже Элина ходила по дому тише воды, ниже травы. Она старательно избегала оставаться с нами наедине, а когда наши взгляды случайно пересекались в коридорах, тут же краснела до кончиков ушей. А букет Власова так и простоял на обеденном столе до самого приезда гостей: как наглядное напоминание о том, что вечер не обойдется без соперничества.

И вот этот момент настал. Особняк погрузился в светский гул, а в воздухе застыло фальшивое ощущение праздника.

Отец пригласил всех к столу, и этот ублюдок Андрей, разумеется, подсуетился быстрее всех: галантно отодвинул стул для Элины, усаживаясь по правую руку от неё. Мы с Яром сели строго напротив.

Я смотрел, как Власов-младший расправляет салфетку, то и дело бросая масляные взгляды на нашу девочку. Она выглядела потрясающе: синее платье сидело на ней как влитое, подчеркивая каждую линию её тонкого тела, а светлые волосы красивым водопадом лежали на плечах. Она изо всех сил старалась держать лицо перед родителями, но я видел, как подрагивают её ресницы каждый раз, когда наши взгляды пересекались через стол.

– Элина, позвольте я налью вам вина? – Андрей тут же потянулся к бутылке, наклоняясь к ней чуть ближе, чем требовали приличия.

От его близости Элина инстинктивно вжала голову в плечи и отрицательно помотала головой, пробормотав вежливое “Нет, спасибо”. И в этот момент из-за движения её волос свет от массивной люстры упал на её шею. Тонкий слой тонального крема слегка стерся от воротника, и я отчетливо разглядел багровое пятно чуть выше ключицы.

Власов тоже это заметил. Его взгляд на секунду замер на её шее, брови удивленно приподнялись, а на губах появилась понимающая ухмылка. Этот козел явно подумал, что у Элины есть какой-то тайный парень на стороне, и это, похоже, только раззадорило его охотничий инстинкт.

Ну уж нет. Хватит с него наблюдений за ней.

Я спокойно поднялся со своего места, расстегивая пуговицу пиджака.

– Прошу прощения, – ровным голосом произнес я, жестом привлекая к себе внимание всего стола. – В зале из-за кондиционеров стало слишком прохладно. На сестре такое легкое платье, ещё заболеет.

Я обошел стол и вырос прямо за спиной Элины. Она вздрогнула, замирая, когда я плавным, но тяжелым движением опустил свой пиджак ей на плечи. Огромный, пахнущий моим парфюмом черный пиджак мгновенно поглотил её хрупкую фигуру, полностью закрывая и плечи, и шею, и открытую линию декольте.

Элина буквально утонула в нем.

Я наклонился к её уху и шепнул так, чтобы слышал и сидящий рядом Андрей:

– Не мёрзни, маленькая. Я всегда позабочусь о том, чтобы тебе было тепло.

Элина судорожно сглотнула, её щеки залил густой румянец, а пальцы вцепились в края моего пиджака.

Я выпрямился и посмотрел на Андрея. Его галантная улыбка слегка увяла: он сидел, уставившись на Элину и прекрасно понимая, что этот жест с пиджаком не просто забота, а прямая, агрессивная пометка территорииперед его носом.

– Спасибо, Дэн, ты очень внимателен, – мачеха умилительно улыбнулась, прижимая руку к груди. – Элиночке действительно нельзя простужаться.

– Не за что, мам, – я усмехнулся, возвращаясь на свое место рядом с Яром.

Брат посмотрел на меня, и в его глазах промелькнуло молчаливое одобрение.

Андрей попытался снова завязать разговор, но Элина теперь лишь тихо и односложно отвечала ему, не поднимая глаз от тарелки. В итоге Власов-младший вежливо кивал родителям, поддерживая светскую беседу с отцами, но я видел, как в его глазах то и дело вспыхивает азартный, злобный огонек.

Он не собирался сдаваться так просто, напротив: мой жест с пиджаком разозлил его еще сильнее, и я буквально кожей чувствовал, как Власов-младший ищет момент для ответного хода.

Дорогие читатели, прошу прощения, что долго не было прод: несколько дней была дикая мигрень, прихожу в себя. Спасибо за ожидание, в ближайшие дни войду в нормальный график ❤️

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 32. Элина

Пиджак Дэна, наброшенный на мои плечи, был тяжелым и тёплым. Он полностью окутал меня запахом его парфюма и это должно было подарить мне чувство безопасности, но вместо этого я чувствовала себя пойманной в ловушку, так как я сидела как на иголках под пристальными взглядами братьев и Андрея.

Что ж за вечер такой…

Официанты разлили суп, и за столом потекла неторопливая светская беседа. Артур и отец Андрея увлеченно заговорили о поставках через портовый терминал, а мама что-то тихо обсуждала с матерью Андрея.

Казалось, всё внимание взрослых занято делами, и видимо поэтому Андрей решил, что это его второй шанс.

Он повернулся ко мне, демонстративно игнорируя сидящих напротив братьев. Его взгляд скользнул по воротнику пиджака Дэна, который я поправляла пальцами, чтобы он не упал.

– Элина, – тихо прошептал Андрей, наклоняясь так близко, что его дыхание коснулось моей щеки. – Мне кажется, твои братья воспринимают роль телохранителей слишком… серьезно. Они смотрят на тебя так, словно тебя вот-вот украдут. Тебе не скучно под такой опекой?

Я замерла с ложкой в руке, увидев, как Яр напротив меня медленно опустил бокал с вином на скатерть. Блондин не сводил с Андрея леденящего взгляда.

– Всё в порядке, Андрей, они просто заботятся обо мне, – выдавила я, пытаясь отодвинуться от него. – Мне всё здесь слишком в новинку, а они помогарт мне освоиться.

– Они слишком сильно заботятся о тебе,– Андрей едва слышно усмехнулся. – Давай сбежим отсюда, как только закончится ужин? Только ты и я. Тут в десяти минутах езды есть потрясающее озеро, там скоро откроется невероятный вид на луну. Что скажешь?

И прежде чем я успела хоть что-то ответить, Андрей протянул руку и уверенно накрыл мою ладонь, лежащую на скатерти и сжимающую вилку, своей рукой, слегка сжимая мои пальцы.

Его прикосновение было нейтральным, никаких мурашек от него по коже не побежало. Да и мне казалось, что мое тело теперь не могло реагировать на кого-то еще, кроме Ерохиных. Такую бешеную химию, как между нами, ещё поискать нужно.

Я покосилась на Андрея и попыталась мягко, но настойчиво высвободить свою руку, но он лишь сильнее сжал пальцы.

– Соглашайся, Элин, – промурлыкал он, видимо расценивая мое поведение как смущение перед ним.

Я инстинктивно вскинула взгляд на братьев и встретилась взглядом с Дэном. Он сидел с обманчиво спокойным лицом, но его глаза прожигали наши с Андреем руки. А Яр с силой звякнул ножом о тарелку.

Воздух между нами четырьмя буквально натянулся до звона. Я видела, как Яр чуть подался вперед, не сводя с Андрея ледяного взгляда.

Но Власов-младший этого не видел, потому что пристально смотрел на меня.

– Андрей, не стоит... – пролепетала я, еще активнее пытаясь вырвать ладонь. От дикого давления со всех сторон, в котором я оказалась, стало дурно. – Я не хочу на озеро.

– Элина? Ты чего так резко напряглась? – Андрей обеспокоенно нахмурился, всматриваясь в мое лицо и всё ещё не отпуская мою руку. – Я же просто предложил прогулку.

– Она сказала, что никуда с тобой не хочет, Власов, – раздался ледяной голос Яра. – Или ты внезапно отупел?

Уважаемые читатели! Новый график выкладки раз в 2-3 дня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 33. Ярослав

Я продолжал буравить Власова-младшего взглядом, от которого у любого нормального человека уже случился бы инфаркт. Этот придурок всё ещё дерзко посматривал на Элину. Нагло, уверенно, будто имел на неё хоть какие-то права.

Но настоящий удар прилетел откуда не ждали.

– Ну что, молодёжь, заскучали? – Власов-старший отложил приборы и перевёл взгляд с сына на Элину, а затем посмотрел на нашего отца и заулыбался. – Слушай, Артур, а чего они тут с нами сидят, наши скучные разговоры слушают? Андрей, ты же привёз подарок для Элины, а вручить постеснялся?

Я замер, так и не донеся бокал с вином до губ.

– Да, – Андрей тут же расплылся в галантной улыбке. – Всё ищу удачный момент.

– Ну так иди и подари! – отчим махнул рукой. – Сходите, прогуляйтесь по саду. А то Надя переживала, что дочка дома засиделась. Идите-идите.

Элина испуганно вскинула на нас глаза. В её взгляде читалась чистая паника. Она робко посмотрела на маму, явно надеясь на спасение, но мачеха лишь умилённо закивала:

– Да, Элечка, иди подыши воздухом. А Дэн свой пиджак тебе дал, так что точно не замёрзнешь.

В этот момент Андрей поднялся, с вызовом предлагая Элине руку. И она опустила свои тонкие пальцы в его ладонь.

У меня внутри всё просто взлетело на воздух. В ушах бешено зашумела кровь. Твою мать. Она уходит с ним. Одна.

Я дёрнулся, собираясь встать и заявить, что мне тоже резко захотелось подышать свежим воздухом, но отец жестко осадил нас с братом одним-единственным взглядом.

– А вы, парни, сидите, – непреклонно произнёс Артур, заставляя меня буквально прирасти к стулу. – Нам нужно детально обсудить долевое участие в северном тендере. Юридические нюансы на тебе, Дэн, а ты, Яр, ответишь за бухгалтерские отчетности. Работаем.

– Конечно, отец, – голос Дэна прозвучал как неприятный скрежет по стеклу.

– А мы с Анной пойдём поговорим о нашем девичьем в малой гостиной, – торопливо поднялась из-за стола мачеха, кинув взгляд на мать Андрея.

– Да, чтобы не отвлекать мужчин от важных разговоров, – подхватила Анна Власова, поднимаясь следом за ней.

И женщины ушли. Я смотрел в спину Андрею, который бережно вёл нашу Элину к выходу на террасу, и ни одной приличной мысли в моей голове не оставалось: в мыслях крутилось либо жесткое убийство Власова-младшего, либо Элина, которую хотелось прямо сейчас утащить в спальню и забрать всю, без остатка.

Как только шаги Элины и Андрея стихли в глубине сада, Дэн медленно повернул голову ко мне. Между нами не нужно было слов. Брат едва сдерживался, чтобы не перевернуть этот дубовый стол к чертям собачьим.

Крылья его носа трепетали, выдавая закипающий гнев, а пальцы с такой силой сжимали край стола, что лакированное дерево, казалось, вот-вот треснет.

Взрослые увлечённо заговорили о цифрах, грязных схемах и налогах. Отец Андрея что-то эмоционально доказывал нашему отцу, а мы с Дэном сидели как на электрическом стуле.

Каждая минута, пока наша маленькая блондинка находилась наедине с Власовым-младшим, казалась мне вечностью. Что этот ублюдок там делает? Касается её? Пытается поцеловать?

– Яр, посмотри пункт три в контракте, – Дэн пододвинул ко мне пухлую папку, которую проверял. – Что-то я не соображу, слишком много выпил.

Я взял документы, но чертовы буквы расплывались перед глазами. В голове билась только одна непрерывная мысль о прогулке Андрея и Элины в темном саду. Дэна видимо охватывали те же самые эмоции, поэтому мой обычно максимально собранный брат и не мог сосредоточиться.

Блять, всё, я так больше не могу.

– Мне самому что-то не очень, – отодвинул я от себя папку с документами. – Я выйду покурить на пять минут.

Я уже представил, как за пять минут быстро нахожу Андрея и Элину и увожу её оттуда под каким-нибудь дурацким предлогом, но отец обломал мне всю малину, предупреждающе посмотрев на меня, и сказал:

– Можешь курить здесь. Выйдешь из-за стола, как обсудим все нюансы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 34. Элина

Ночной сад встретил нас прохладой и стрекотом сверчков. Свежий воздух немного привел меня в чувство и я вспомнила о предупреждении братьев насчет Андрея. Поэтому я шла, стараясь держаться от него на расстоянии вытянутой руки.

– Красиво тут, – Андрей улыбнулся, ведя меня к парковке, где поблескивал его роскошный спортивный автомобиль. – Но ты выглядишь так, будто боишься меня. Расслабься, Элина, мы ведь просто гуляем.

– Я расслаблена, просто на каблуках тяжело идти, – соврала я, как бы невзначай оглядываясь на светящиеся окна гостиной. Отсюда я видела силуэты отчима и отца Андрея, но фигур Яра и Дана мне не было видно.

– Понимаю, но мы уже почти пришли. Можем посидеть в машине, если хочешь отдохнуть. Или на лавочке. Или можем всё-таки поехать к озеру на прогулку, там правда красиво.

– Хорошо, я подумаю, – кивнула я, не став говорить, что сидеть наедине в машине это плохая идея.

Андрей подвёл меня к машине, открыл заднюю дверь и достал оттуда огромный букет белых гортензий.

– Это тебе, – он протянул мне цветы.

– Спасибо, Андрей, они очень красивые, как и прежний букет, – я искренне улыбнулась, принимая букет. Огромная охапка едва помещалась в руках, и я уткнулась носом в нежные лепестки, пытаясь поймать их аромат и на секунду позабыв о страхе.

Но стоило мне поднять голову, как улыбка сползла с моего лица: Андрей стоял слишком близко. Пользуясь тем, что мои руки заняты цветами, он сделал шаг вперед, практически вжимая меня спиной в холодный металл своей машины.

Его мягкий взгляд куда-то испарился: в темных глазах появился холод.

– Знаешь, Элина… – Андрей протянул руку и бесцеремонно ухватился за воротник пиджака Дэна, слегка потянув его в сторону. – Весь ужин ты кормила меня сказкой про скромную и примерную девочку. Но я ведь не слепой.

У меня внутри всё заледенело от резкой смены атмосферы. Я попыталась отступить, но только ещё плотнее прижалась к машине.

– О чем ты? – мой голос дрогнул.

– О твоей шее, – Андрей хищно ухмыльнулся, наклоняясь к моему лицу. – Я прекрасно видел там засос. Так чего ты передо мной ломаешься и строишь из себя недотрогу? Кому ты уже успела дать в этом доме? А?

От его слов у меня перехватило дыхание. Щеки обожгло от стыда и дикого, подступающего к горлу ужаса. Он говорил со мной так, будто я была грязной, доступной девкой.

А может, я такой и была?...

– Пусти меня, – хрипло сказала я и попыталась оттолкнуть его букетом, но Андрей лишь сильнее навалился на меня своим телом, блокируя мои движения. Его ладонь нагло скользнула под пиджак, сжимая мою талию через шелк платья.

– Да брось ты. Давай угадаю… – Андрей цинично рассмеялся прямо мне в губы, и от его дыхания меня затошнило. – Твои братья-наседки так бесятся, потому что один из них тебя и трахает? И кто это? Представляю, какой скандал будет, если я намекну Артуру об этом.

– Что ты несёшь? – стараясь не выдать своих эмоций, спросила я, но голос всё равно дрогнул. – Андрей, ты слишком много выпил, пойдём обратно в дом.

Он, увидев мою реакцию, осклабился и мертвой хваткой вцепился в мои волосы у затылка, больно потянув их назад. От неожиданности я вскрикнула и букет цветов выпал из моих рук, с тихим шуршанием рассыпаясь по гравию.

– Что

я

несу, Элина? – приторно спросил Власов-младший, глядя в мои глаза и не моргая, и я увидела, что в его глазах полыхал гнев. – Да тут гением не нужно быть, чтобы об этом догадаться!

Он грубо, со злостью впился губами в мои губы, прикусывая их зубами. От вкуса алкоголя меня скрутило и я плотно сжала губы, не даваясь ему и отворачиваясь.

– Андрей, пусти, умоляю… – всхлипнула я, пытаясь упереться ладонями в его грудь, но он даже не шелохнулся. Он был физически сильнее меня, намного сильнее.

– Чё ты сопротивляешься, сука? – прорычал Андрей и бесцеремонно схватил меня за бедро, сжимая пальцы до синяков через шелк платья, и резко потянул подол вверх, оголяя мои ноги. – Не хочешь со мной целоваться, значит? Я хуже Ерохиных, по-твоему? Ничего, скоро захочешь и мои губы и мой член, и будешь сама просить ещё.

Затем он ублюдочно ухмыльнулся, и в следующую секунду его пальцы скользнули под тонкую полоску кружева моих трусиков...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 35. Элина

Запасаемся валерьяночкой на эту главу, дорогие!

Разум кричал от страха и отвращения, но мое измученное ночными ласками Яра и Дэна тело выдало ужасающую для этой ситуации реакцию: пальцы Андрея проникли напрямую к моему мокрому лону.

– Да ты уже готовая... Для кого так соком исходишь? Для меня или для братиков своих сводных? – Андрей издевательски рассмеялся мне в губы, и я со всхлипом втянула воздух, когда он бесцеремонно толкнулся пальцами внутрь меня, раздвигая чувствительные стенки.

Это было до тошноты мерзко: чужие пальцы находились там, где ещё несколько часов назад был обжигающе нежный язык Яра. Внутри меня всё кричало от происходящей грязи, на глаза навернулись слёзы, и меня выворачивало от жгучего стыда за собственную влагу, которую этот подонок принял на свой счёт.

Я отчаянно попыталась оттолкнуть его, упираясь сжатыми кулаками в его грудь, и попыталась громко, на весь сад закричать:

– Помо-о...!

Но закончить мне не дали. Андрей со всей дури дернул меня за волосы назад, заставляя запрокинуть голову до хруста в шее.

Было так больно, что из глаз брызнули слезы.

– Заткнись, блять! – прошипел он мне прямо в губы. – Ещё раз попробуешь пикнуть – я тебе тут же что-нибудь сломаю, и тебе мало не покажется, поняла меня?!

Мне стало ещё страшнее от его угроз. Мало ли на что он способен в таком неадекватном состоянии…

– Отпусти меня... – дрожащим голосом прошептала я, но он даже не слушал.

– М-м-м, поплачь ещё, Элиночка. Мне нравятся твои слезы. Думаешь, Ерохины тебя защитят? – продолжал издеваться Власов-младший, делая резкое движение пальцами внутри, от которого я сжала зубы, чтобы не зашипеть. – Да они поиграют с тобой и выбросят, а я могу тебе красивую жизнь устроить. Будешь сейчас паинькой – твоя мамочка останется жить в этом особняке, а ты будешь жить в шоколаде. А будешь брыкаться – я пойду и прямо сейчас расскажу Артуру, какую грязную шлюху он пригрел под своей крышей. А как известно, яблочко от яблоньки… Не сомневайся, он сделает нужные выводы, и вы вылетите отсюда обе в одних трусах. Поняла меня?

Мир вокруг меня остановился. Этот ублюдок угрожал разрушить жизнь моей мамы, которая впервые за столько лет светилась от счастья рядом с Артуром.

Если он расскажет… Артур же поверит ему, а не мне, и нас с мамой и правда вышвырнут как паршивых собак, потому что меня мама ни за что не оставит.

Я не могу поступить так с ней.

Мой инстинкт самосохранения отключился. Тело сковал такой мощный ступор, что я не могла больше даже пошевелиться. Я просто беззвучно глотала слезы, чувствуя, как Андрей продолжает осквернять меня изнутри.

Я ненавидела его, но еще сильнее в эту секунду я ненавидела себя за свою беспомощность и за то, что подставила под удар новую жизнь мамы. От этого осознания меня полностью парализовало.

Андрей, видимо, приняв мою неподвижность за согласие, резко выдернул мокрые пальцы из-под моего белья и с треском рванул его, окончательно срывая с меня тонкое кружево и швыряя его в сторону на гравий.

Затем он с силой развернул меня спиной к себе и за одну секунду грубо толкнул меня в открытый салон и вжал меня в мягкую кожу сиденья. Он навалился сверху всем своим весом, намертво блокируя мои руки, которые я не успела убрать из-под себя, когда смягчала себе падение на сиденье.

Я оказалась полностью обездвижена, уткнувшись щекой в кожаную обивку сиденья. Сзади раздался треск: одной рукой Андрей рвал тонкую ткань платья, начав со шва с молнией на спине.

Я ощущала как под его рукой рвётся ткань, открывая всё больше моей кожи, полностью обнажая мою спину, и меня жутко накрыло паникой, вырывая из ступора осознанием того, что он собирался взять меня прямо здесь, и я не смогла сделать ровным счётом ничего, чтобы противостоять ему....

– Андрей, хватит! – я сорвалась на истеричные рыдания и крики. – Прошу, прекрати! Пожалуйста!

«Пожалуйста… кто-нибудь… Дэн… Яр… убейте его… убейте меня…хоть бы это все закончилось» – бились в моей голове мысли, пока я крепко зажмуривалась, готовая внутренне сгореть от ужаса в этом аду.

И словно в ответ на мои мольбы из темноты ночного сада раздался яростный мужской крик:

– Я тебя сейчас похороню, сукин ты сын!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 36. Денис

Мы с Яром выдержали ровно двенадцать минут этой адской пытки за отцовским столом. Стоило родителям отвлечься на подписание промежуточных документов, как мы беззвучно поднялись и пошли в сад. Нам не нужно было ничего говорить друг другу. Внутри каждого из нас выл голодный, разъяренный зверь.

Но то, что мы увидели на парковке у спортивной тачки Власова, выжгло во мне последние остатки человечности.

Этот ублюдок перегнул нашу Элину через проём открытой задней двери. Она беспомощно лежала лицом на сиденье, её платье было зверски разорвано по спине, а рука Власова только что вынырнула из-под её белья

– Руки убрал. Быстро, – прорычал Яр, кидаясь вперед. Его кулаки сжались с такой силой, что сухожилия на запястьях натянулись.

Блять, я бы конечно сначала оттащил его от нее без лишних криков для неожиданности. Но в это был весь Яр.

Власов вздрогнул и повернулся к нам. На его холеной роже не было ни капли страха – только тупая ухмылка и уверенность в собственной безнаказанности.

Мы с Яром не стояли на месте – мы стремительно рванули прямо к нему, сокращая расстояние по хрустящему гравию.

Видя, как мы налетаем, этот смертник даже не попытался встать в защитную стойку. Напротив, перед самым нашим столкновением, Андрей нагло и демонстративно вскинул правую руку, облизал свои пальцы и ухмыльнулся нам в лицо.

– А у вас очень вкусная сестренка, парни, – лениво протянул он, кривя губы в издевке. – Горячая штучка. Зря вы её так строго охраняли, она и сама не против.

В ту же секунду в моей голове что-то оглушительно щёлкнуло. Самоконтроль, которым я всегда гордился, испарился, оставляя только жажду крови.

Я в один прыжок преодолел разделявшее нас расстояние, схватил Андрея за воротник его дорогой рубашки и с размаху впечатал его затылком в стекло его же собственной машины. Послышался глухой треск – на дорогом стекле паутиной расползлись трещины.

Андрей захрипел, его глаза испуганно округлились, когда он наконец осознал, КУДА попал.

– Ты только что совершил самую большую ошибку в своей жизни, мразь, – прошипел я ему прямо в лицо.

Яр вырос рядом. Брат не стал тратить время на разговоры: его тяжелый кулак со стуком врезался Андрею прямо в челюсть.

Ублюдка отшвырнуло спиной на дверь машины, из его разбитых губ брызнула кровь, смешиваясь с раздавленными на гравии белыми гортензиями.

Краем глаза я уловил, что Элина в глубоком шоке сползла с сиденья на колени прямо на гравий. Она дрожала всем телом, закрывая рот руками.

Яр схватил Андрея за волосы, вздергивая его окровавленное лицо вверх и разукрашиваю ещё парочкой ударов, , а я перехватил его правую руку – ту самую, которой он смел прикасаться к нашей девочке.

– Я же обещал сломать тебе пальцы, Власов? – с ледяной улыбкой спросил я. – Я свои обещания всегда сдерживаю.

– Нет! Господи, Яр, Дэн, остановитесь! Прекратите! – этот отчаянный девичий вскрик наконец прорвался сквозь пелену моей ярости.

Элина бросилась к нам, наплевав на разорванное платье. Её тонкие пальцы судорожно вцепились в плечо Яра, пытаясь оттащить его от окровавленного Власова.

– Пожалуйста, умоляю вас, вы убьете его! Парни, тише, мама… мама услышит! – захлебываясь слезами, кричала она, переводя на меня полные ужаса глаза.

В её взгляде смешалось всё: дикая паника от нашей жестокости, страх и непреодолимый ужас.

– Отойди, Эля, – рыкнул Яр, даже не посмотрев на неё, и снова замахнулся.

– Нет! Не надо! – она закричала еще громче, буквально повиснув на его руке, пока Власов судорожно хрипел, выплевывая кровь на раздавленные белые цветы. – Пожалуйста, Яр… Если Артур увидит это всё и поймёт… Он выгонит маму! Пожалейте меня, я умоляю вас!

Её умоляющий голос подействовал как ушат ледяной воды. Кулак Яра замер в нескольких сантиметрах от носа Власова. Брат тяжело, хрипло дышал, его грудь вздымалась, а глаза были абсолютно черными.

Если мы сейчас изуродуем Власова до полусмерти или притащим окровавленной тушей к родителям за стол, этот пёс тут же начнет отбрехиваться, чтобы спасти свою шкуру. Он переведёт стрелки на Элину, начнет орать про её шею, про нас с Яром, и отец усомнится. Власов замарает её имя, разрушит брак нашего отца и матери Элины, и выставит всё так, будто мы напали на гостя из ревности.

Нет. Власова нужно отпустить сейчас, чтобы он в панике сбежал. Мы ударим первыми, но по-другому – фактами, камерами и холодным расчетом, где у него не будет шанса открыть рот.

Но уйти безнаказанным он всё равно не мог.

Я безжалостно заломил назад его указательный и средний пальцы – те самые, которыми он лез к ней под бельё, – пока суставы не хрустнули с сухим треском.

Власов визгливо заскулил.

– Скажи спасибо ей, мразь, что я тебя не убил прямо здесь, – прошипел я ему в лицо, откидывая его сломанные пальцы и едва сдерживая финальный удар по роже, потому что Элина рядом уже просто задыхалась от истерики. – Садись в свою жестянку и проваливай отсюда. Если твоя пасть раскроется хоть перед кем-то… если ты хоть слово пикнешь или своему отцу или нашему… Я найду тебя, и после этого твой труп даже собаки не отыщут. Понял меня?!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Андрей, качаясь и размазывая кровь по лицу, судорожно закивал. Он буквально ввалился на водительское сиденье, завел мотор, и его машина с диким визгом шин рванула с парковки, скрываясь в темноте за воротами.

В саду снова воцарилась тишина, нарушаемая только громкими, рваными всхлипами Элины. Она стояла на коленях посреди гравия, обхватив себя руками и неловко пытаясь прикрыть разорванное на спине платье моим пиджаком.

Я обернулся к ней, делая шаг вперед, и протянул руку, чтобы забрать её из этого кошмара.

Но не успел: её глаза закатились и она просто начала падать на гравий лицом вперёд.

Мои драгоценные читатели, спасибо, что дождались новых глав! Книга будет бесплатной, поэтому приятного чтения :)

А вот ещё одна моя книга:

Будет горячо, но не сразу ????❤️ Книга как обычно будет от лица обоих персонажей, просто в этот раз начинается от лица мужчины :)

Аннотация:

Ей двадцать девять. Мне двадцать два.

Она – моя новая преподша.

Я – самоуверенный бабник, привыкший получать то, что хочу.

Она умная, сексуальная и совсем не впечатлилась моими подкатами.

Похоже, она слишком хорошо знает таких, как я, чтобы воспринимать мои красивые слова всерьёз.

Но чем сильнее я пытаюсь добиться её, тем больше понимаю, что её не так-то просто соблазнить.

И это чертовски меня бесит. Но она всё равно будет моей, чего бы мне это ни стоило.

ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ:

Глава 37. Дэн

– Эля! – Яр успел перехватить её в самый последний момент, не дав упасть на острый гравий.

Брат подхватил её на руки, бережно прижимая к своей широкой груди. Её голова беспомощно откинулась назад, светлые волосы разметались по его плечу, а разорванное по спине платье обнажило белое плечо со свежим багровым синяком от пальцев Власова. Мой пиджак валялся где-то в стороне.

Она была совершенно беззащитной. Смотреть на неё такую после того, как этот подонок лапал её своими грязными руками, было невыносимо больно.

– Неси её на третий этаж. Приводи в чувство и не оставляй одну, – скомандовал я, застегивая пуговицу на манжете рубашки и сдерживая бушующий внутри шторм. – А я иду к отцу.

Яр коротко кивнул и быстро пошел с ней к черному входу в особняк, чтобы не попадаться на глаза гостям.

Андрей ублюдок, но не дурак. Сейчас он в панике доедет до первой больницы, снимет побои, прибежит к своему папаше-олигарху, и они вместе выставят всё так, будто мы с Яром ни с того ни с сего избили гостя, а Элина сама на него вешалась.

Учитывая, что на кону стоял многомиллионный северный тендер, отец мог знатно разозлиться на нас за сорванную сделку. Кроме того, Андрей шантажировал её матерью.

Значит, мы ударим первыми, пока Власов-младший не на связи с Власовым-старшим. Холодный расчет и факты. Мы закатаем Власовых в асфальт их же собственным дерьмом до того, как они успеют открыть рот.

Я стер чужую кровь со своих костяшек, вернул на лицо маску абсолютного спокойствия и уверенным шагом направился в столовую.

Отец и Власов-старший как раз раскуривали сигары под бокал коллекционного виски, а наша мачеха Надя снова сидела чуть поодаль, лучезарно улыбаясь мужчинам.

Мое появление в одиночестве сразу привлекло внимание.

– Дэн? А где молодежь? – Артур приподнял густые брови, выпуская струю сигарного дыма.

– Артур Борисович, у нас ЧП, – ровным, металлическим тоном отозвался я, намеренно обращаясь к отцу официально, чтобы подчеркнуть серьезность ситуации. – Пять минут назад на парковке Андрей Власов совершил попытку изнасилования Элины.

Мачеха Надя со звоном выронила чашку чая. Фарфор разлетелся на мелкие осколки по плитке, а сама она вскрикнула, бледнея и прижимая дрожащие руки к губам.

– Что ты несешь, щенок?! – Власов-старший резко вскочил со стула, его лицо налилось пунцовой краской, а в глазах заметалась паника. – Мой сын… Да вы с братом просто подстроили это! Решили устранить конкурента? Артур, не слушай его, это бред! Мальчишка врет!

Я даже не усмехнулся, глядя на то, как этот престарелый олигарх пытается выползти из петли, которую его сынок затянул у них обоих на шее. Я сделал шаг вперед и посмотрел на него со всем презрением, на которое был способен.

– Твой сынок конченый ублюдок и насильник, Власов, – спокойно отчеканил я. – И если ты думаешь, что сможешь отмазать его своими миллионами, у меня для тебя плохие новости. Вся парковка и аллеи нашего особняка просматриваются камерами высокого разрешения в реальном времени. Каждая секунда.

Я перевел взгляд на отца, который уже чернел от ярости, и снова посмотрел на Власова-старшего.

– Хочешь дождаться полицию? Или, может, прямо сейчас спустимся в комнату охраны? Сходи, посмотри лично, как твой ублюдок зажимает девчонку у своей машины и рвет на ней платье, как лезет ей под белье и в каком состоянии она сейчас лежит в беспамятстве. Сходи, полюбуйся на своего наследника, пока я не переслал эту запись в сеть и органы.

Лицо Власова стало серым, как пепел. Его рот приоткрылся, спесь и уверенность в собственной безнаказанности испарились в одну секунду. Против камер не попрешь. Он понял, что его сын только что помножил на ноль всю их репутацию, бизнес и свободу.

Отец медленно поднялся со своего кресла. Его мощные плечи напряглись, а взгляд стал таким, словно он был готов лично задушить стоявшего перед ним человека.

Он безумно дорожил своей новой женой, а значит, и Элиной. Для него посягательство на женщину в его собственном доме было личным оскорблением.

– Власов, – тихо, но так, что у меня самого мурашки пошли по спине, произнес отец. – Забирай свои бумаги убирайся вон из моего дома. Прямо сейчас.

– Артур, постой, я всё улажу, Андрей ответит за всё, мы выплатим любую компенсацию… – заикаясь, забормотал олигарх, отступая к выходу.

– Пошел вон, я сказал! – рявкнул отец так, что стекла в панорамных окнах задрожали. – Никакого северного тендера. Никаких совместных проектов. Охрана! Выведите его за ворота!

Мачеха Надя уже вовсю рыдала, и Артур тут же обнял её, пытаясь успокоить, обещая, что девочку больше никто не даст в обиду.

Я развернулся и пошел на третий этаж, на ходу расстегивая верхнюю пуговицу рубашки. Дело было сделано. Власовы уничтожены, щантаж Андрея лопнул, так и не начавшись, тайна Элины осталась тайной, а её мама – в полной безопасности.

Теперь оставалось самое главное: она.

Я толкнул дверь её спальни. Элина всё еще была без сознания. Она лежала на огромной кровати, укрытая до самого подбородка одеялом, а Яр сидел на краю, бережно сжимая её бледную ладонь в своих пальцах. На полу валялось разорванное изумрудное платье.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я подошел ближе и сел с другой стороны кровати, вглядываясь в её спящее лицо со следами слез.

– Всё чисто, – тихо сказал я Яру. – Отец разорвал контракт с Власовым.

Яр тяжело выдохнул, и его плечи наконец немного расслабились. Он перевел взгляд на Элину, которая в этот момент слабо застонала и начала медленно открывать глаза...

Глава 38. Элина

Мне снился кошмар. Чёрный, удушливый, пахнущий ледяным озёрным илом и приторно-сладкими, гниющими гортензиями. В этом сне я бежала по тёмной аллее, а гравий под моими ногами превращался в зыбучий песок. Сзади нарастал тяжёлый шаг, чьи-то грязные, скользкие пальцы хватали меня за шею, рвали изумрудный шёлк платья, забирались под бельё… Я пыталась кричать, но вместо голоса из груди вырывался лишь сиплый, беззвучный хрип. Шантаж. Мама. Нас выгонят. Выгонят в одних трусах…

– Эля. Эличка, тише. Проснись, маленькая, ты в безопасности.

Чужой, глубокий голос пробился сквозь пелену кошмара, заставляя меня судорожно распахнуть глаза.

Я резко села на постели, тяжело и рвано дыша. Сердце готово было пробить рёбра, на лбу выступила холодная испарина. Паника ещё несколько секунд держала разум в тисках, пока я не осмотрелась вокруг.

Это была не парковка. И не лесное озеро.

Огромная, утопающая в полумраке комната в шоколадно-серых тонах. Третий этаж. Спальня парней.

Я сидела посреди роскошной двуспальной кровати, укутанная в мягкое, тяжёлое одеяло. Стоило опустить взгляд, как по коже пробежала новая дрожь: на мне не было платья. Вместо него на меня была надета огромная, почти до колен, чёрная хлопковая футболка. Она пахла кедром, дорогим табаком и свежестью — этот запах я узнала бы из тысячи. Яр.

– Ну всё, тише. Кошмар закончился, – Дэн сидел на краю кровати справа от меня. Его карие глаза смотрели на меня с такой непривычной тревогой, что у меня перехватило дыхание. Он протянул руку и аккуратно заправил прядь моих растрепанных волос за ухо. – Ты упала в обморок на парковке. Яр принёс тебя сюда.

Я испуганно сжала пальцами край одеяла, судорожно вспоминая последние минуты перед тем, как мир погас. Андрей… его пальцы внутри меня… кровь на лобовом стекле… Яр с безумными глазами…

– А Андрей? – мой голос сорвался на жалкий писк. – Моя мама… Он сказал, что расскажет Артуру… Он выгонит нас…

Дверь ванной комнаты бесшумно отворилась, и вошедший Яр пресёк мою панику на корню. Он уже успел сменить порванную в драке рубашку на чистую домашнюю футболку, его костяшки были тщательно промыты, но всё ещё хранили багровые следы. Блондин подошёл ближе, его тяжёлый, заземляющий взгляд мгновенно пригвоздил меня к подушкам.

– Власов-младший сейчас умывается собственной кровью по дороге в травмпункт, – глухо, но абсолютно спокойно произнёс Яр, садясь на кровать с другой стороны от меня. – Дэн сходил к отцу. Артур вышвырнул Власова-старшего из дома и разорвал с ними многомиллионный контракт. И мы подняли записи с камер видеонаблюдения, Эля. На них чётко видно, как этот выродок напал на тебя и разорвал платье.

Я замерла, переваривая информацию. Оглушительное облегчение затопило меня, вышибая из груди новый всхлип.

Моя мама… в безопасности. Они защитили её. Защитили меня.

Из моих глаз беззвучно хлынули слёзы, в этот раз слёзы чистой благодарности. Я посмотрела на Дэна, затем на Яра, не зная, как выразить то, что творилось у меня в душе.

Но договорить мы не успели.

Дверь спальни с грохотом распахнулась, разрушая атмосферу комнаты.

– Эличка! Доченька! – в комнату буквально влетела бледная, заплаканная мама. Её обычно идеальная причёска растрепалась, на лице не было краски.

За ней зашёл отец. Его челюсть была сжата так, что желваки ходили ходуном.

Мама с разбегу упала на кровать, сгребая меня в охапку. Она целовала мои волосы, плечи, её руки дрожали, когда она прижимала меня к себе.

– Господи, маленькая моя… Как же так? Этот мерзавец… Дэн сказал, он напал на тебя у машины? Ты как? У тебя что-то болит? – мама захлёбывалась слезами, пытаясь осмотреть меня.

Внутри меня всё сковал дикий страх. Я натянула ворот огромной футболки Яра до самого подбородка, умирая от ужаса, что мама сейчас решит проверить моё тело и увидит то, чего видеть никак не должна: старые, тёмные засосы на груди и бёдрах, оставленные братьями.

Моё сердце снова забилось на пределе.

Но Дэн среагировал мгновенно, не дав мне выдать себя. Он мягко, но уверенно отстранил маму на полшага, перехватывая контроль.

– Надежда Михайловна, не давите на неё, у Эли и так сильный шок, – ровным, успокаивающим голосом произнёс Дэн, а сам в этот момент ювелирным, незаметным движением пальцев чуть сдвинул ворот футболки на моём плече в сторону, обнажая ключицу.

Сначала я напряглась, а затем запоздало вспомнила что там явно наливался свежий багровый синяк след от пальцев Андрея, когда он грубо хватал меня в саду.

Мама увидела этот след и вскрикнула, закрывая рот ладонью. Артур, стоявший у подножия кровати, перевёл взгляд на моё плечо, и его глаза налились кровью.

– Этот ублюдок ответит по закону, – глухо прорычал отчим. В его голосе звенел металл. Он подошёл к кровати, бережно положил руку на плечо плачущей маме и посмотрел на меня с виной. – Прости, Элина. Это случилось в моём доме, под моей крышей. Я гарантирую тебе: Власовы в этом городе больше не поднимутся. На работу Андрей не устроится даже дворником, а его папаша до конца жизни будет выплачивать долги.

Я лишь слабо кивнула.

Артур перевёл тяжёлый взгляд на Дэна и Яра. Братья синхронно поднялись, вытягиваясь перед отцом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Парни, – Артур чеканил каждое слово, и от его тона у меня по спине побежали ледяные мурашки. – Вы взяли его с поличным, за это хвалю. Но вы недоглядели. Допустили, что к вашей сестре прикоснулся этот выродок.

– Наша вина, отец, – ровно ответил Дэн, склонив голову. Яр лишь сильнее сжал кулаки, кивая, хотя было видно, что он не согласен

– Артур, милый, ну не ругай мальчиков, пожалуйста, – сквозь слёзы тихо заступилась за них мама, нежно коснувшись предплечья мужа. – Я же видела за столом… Дэн ведь сразу порывался пойти за ними в сад, у него лицо аж потемнело. Он встать хотел. Это ты его остановил, заставил сидеть и бумаги эти проклятые изучать… Они не виноваты.

Артур на секунду осёкся, его грозный взгляд натолкнулся на мягкое сопротивление жены. На его лице промелькнула тень тяжёлой досады — он и сам понимал, что совершил глупость, когда благодушно отправил меня с Андреем «подышать воздухом и погулять

– Я знаю, Надя, знаю, – глухо выдохнул отчим, потирая переносицу. Повернувшись ко мне, он посмотрел на меня с искренним сожалением и виной. – Прости, Элина. Я и подумать не мог, что этот щенок осмелится устроить такое в моём доме. Думал, приличный парень из хорошей семьи… А он оказался гнидой.

Отчим снова перевёл взгляд на Дэна и Яра.

– С этого дня правила меняются, – Артур непреклонно обвёл сыновей взглядом. – Элина ещё слишком наивна и не знает, какими мерзавцами могут быть мужчины из золотой молодёжи. Раз они улыбаются и дарят цветы, это не значит, что у них в головах нет грязных мыслей. Поэтому с этой секунды Денис и Ярослав головой отвечают за твою безопасность. Из дома без их ведома — ни шагу, только в их сопровождении. Каждую секунду ты должна быть под их присмотром. Парни, забирайте у охраны ключи от её машины. Возить её будете сами. Задача понятна?

– Понятна, отец, – в один голос отозвались Дэн и Яр. На их лицах не дрогнул ни один мускул, но я кожей почувствовала, как в воздухе заискрило.

Я сидела посреди подушек, чувствуя, как внутри меня всё замерло. Отчим, пытаясь защитить меня от угроз внешнего мира, только что сам, своими руками, официально выдал сводным братьям законное право владеть мной двадцать четыре часа в сутки.

– Надя, пойдем, тебе нужно успокоительное, – Артур мягко приобнял мою маму за плечи, уводя её к выходу. – И дочке нужно поспать и прийти в себя. Нам всем нужно успокоиться, особенно Элине. Парни, посидите с ней, пока она не уснёт.

– Конечно, отец, – тихо отозвался Дэн.

Мама бросила на меня последний, полный жалости взгляд, и они с Артуром вышли в коридор. Дэн закрыл за ними дверь и щелкнул поворотом защёлки, заперев нас изнутри.

Глава 39. Ярослав

Тяжёлая дубовая дверь спальни захлопнулась, отрезая нас от шагов родителей, и в комнате воцарилась тишина.

– Я за успокоительным для Элины, не сообразил, – среагировал мгновенно брат.

Быстро вышел в коридор вслед за родителями и я остался с Элиной наедине, поглаживая нё руку.

Она сидела на постели, сжавшись в крошечный, испуганный комок. Моя огромная футболка практически полностью скрывала её хрупкую фигурку, но я отчётливо видел, как заходила ходуном её грудная клетка. Она часто задышала, а в широко раскрытых глазах плескался такой ужас, что у меня внутри всё перевернулось.

Дверь тихо открылась, и в комнату быстро вернулся Дэн. В руке он держал стакан воды и капсулы.

– Ты вовремня, – тихо сказал я. – У неё паника.

Брат поставил всё на тумбочку, и в эту же секунду Элину наконец прорвало.

Из её груди вырвался тяжёлый, надрывный, удушающий всхлип. Она зажала рот ладонями, пряча лицо, и зарыдала: отчаянно, горько, так, словно внутри неё разверзлась огромная кровоточащая рана. Её плечи судорожно вздрагивали, а тело содрогалось от рыданий.

– Я не хотела… – с трудом, сквозь душащие слёзы, сипло выдавила она, едва ловя ртом воздух. – Яр… Дэн… я не хотела! Он угрожал мамой… Сказал, что расскажет Артуру, что я… что я шлюха… Что я сплю с вами обоими, и нас выгонят на улицу… Я так испугалась. Мне было так мерзко…

Рыдания хлынули с новой силой. Элина плакала навзрыд, захлебываясь собственными слезами, и этот плач был похож на затяжную агонию. Самое страшное:: она винила во всём себя. За то, что пошла туда. За то, что этот подонок прикасался к ней.

Вся злость, что кипела во мне на парковке, испарилась, оставляя лишь одну потребность — укрыть, защитить, отогреть.

Я бережно, вместе с одеялом, перетянул её к себе на колени, вжимая лицом в свою грудь и фиксируя её дрожащие плечи своими объятиями.

Дэн устроился прямо перед ней, перехватывая её тонкие пальцы и согревая их своим дыханием.

– Ш-ш-ш, маленькая моя. Всё, плачь, поплачь, девочка, – хрипло шептал я ей в висок, пока её слёзы обжигали мою шею. – Выплачь всё это дерьмо. Тебя никто больше не тронет.

Элина не могла остановиться. Она рыдала долго, навзрыд, уткнувшись лбом в мою грудь, сжимая пальцами ткань моей рубашки, словно это был её единственный спасательный круг.

Её душили тяжёлые вздохи, а слёзы просто лились нескончаемым потоком, размывая остатки макияжа по её щекам. Она выплакивала весь свой страх за маму, всё унижение от грязных прикосновений Власова, весь тот позор, которым он пытался её заклеймить.

Дэн медленно, невероятно бережно погладил её по лицу, стирая мокрые дорожки со щёк, и его глаза потемнели.

– Послушай меня внимательно, Эля, – тихо заговорил Дэн, целуя её холодные пальчики. – Ты ни в чём не виновата. Ни в одной секунде. Этот подонок ответит за каждое своё слово, его семья уничтожена. Твоя мама в абсолютной безопасности под нашей защитой. И никто, слышишь меня, никто в этом мире не смеет назвать тебя шлюхой. Ты наша любимая девочка, слышишь? Самая замечательная, самая нежная и ласковая.

Её рыдания постепенно начали терять свою яростную силу, переходя в тяжёлые, редкие всхлипы. Слова Дэна и моё крепкое, надёжное кольцо рук наконец-то подействотвали.

Элина затихла, обессиленно прижимаясь ко мне и продолжая беззвучно плакать мне в шею, полностью растратив все физические силы.

– Выпей, маленькая, – Дэн аккуратно поднёс к её губам стакан воды и дал капсулы.

Элина послушно, как раненый воробышек, сделала несколько глотков, не разжимая пальцев на моей рубашке.

Она искала у нас спасения. И мы были готовы дать ей его целиком.

Я бережно перебирал её шелковистые светлые волосы, убаюкивая, пока Дэн осторожно сдвинул в сторону ворот огромной футболки на её плече. Там наливался уродливый багровый синяк. Дэн наклонился и прижался к нему губами — поцеловал след от пальцев Андрея медленно, невесомо, словно выжигая чужую грязь своим теплом. Элина судорожно выдохнула, теснее вжимаясь в меня.

Я перехватил её подбородок, заставляя поднять заплаканное лицо, и накрыл её припухшие, солёные от слёз губы своими. Это был глубокий, невероятно нежный и успокаивающий поцелуй.

Я целовал её, делясь своей силой, доказывая, что здесь, на третьем этаже, её личная крепость. Элина слабо, доверчиво ответила на поцелуй, тихонько вздохнув, и её тело наконец полностью расслабилось в наших руках.

Успокоительное подействовало быстро на измученный организм. Её веки медленно потяжелели, а рваное дыхание выровнялось, становясь глубоким и сонным.

Артур думал, что запер беззащитную овечку под охрану двух верных волков. Он и представить не мог, что своими руками отдал нам наше самое главное сокровище. Из этой сладкой ловушки она уже никогда не захочет сбежать. Потому что мы разорвём любого, кто посмеет нарушить её покой.

Я аккуратно уложил засыпающую Элину на подушки, укрывая одеялом. Мы с Дэном легли по обе стороны от неё, одновременно притягивая её к себе. Элина сонно улыбнулась, устраивая голову на моей руке и намертво переплетая свои пальцы с пальцами Дэна.

Сегодня она будет спать спокойно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Приглашаю тех, кто любит тематику "от ненависти до любви", "первая любовь и страсть" в свою новинку

Горячо будет не сразу, но градус нарастает с каждым новым столкновением главных героев, а затем будет искра-буря-безумие :)

Аннотация:

Я потеряла голос после проваленного экзамена и предательства подруги.

А вернуть его мне должен тот самый парень-реабилитолог, из-за мотоцикла которого я и провалила экзамен.

Он бесит меня с первой встречи. И я его тоже.

Но почему рядом с ним сбивается не только дыхание, но и ритм моего сердца, а от его прикосновений меня бросает в дрожь?

Глава 40. Элина

Следующие два дня пролетели для меня как в тумане. Дом казался оглушительно тихим, а присутствие сводных братьев рядом — непрерывным, обволакивающим и почти физически ощутимым.

Они действительно не отходили от меня ни на шаг, меняясь или оставаясь вдвоем, но делали это так чутко и бережно, что у меня ни разу не возникло чувства лишения свободы. Напротив, каждый их жест и присутствие у моей двери или постели создавали прочную защитную стену между мной и внешним миром.

К концу четвертого дня мама, всё ещё бледная от пережитого стресса, собрала нас всех в малой гостиной за вечерним чаем.

– Артур, я так больше не могу, – тихо произнесла мама, сжимая в руках фарфоровую чашку и с тревогой всматриваясь в моё лицо. – В этом доме абсолютно всё напоминает о том вечере. Эличка почти ничего не ест, почти не выходит из комнаты. Ей нужен воздух. Я хочу увезти её на пару недель в наше загородное шале в горах. Там тишина, сосны, покой…

Артур нахмурился, потирая переносицу и тяжело вздыхая:

– Надя, идея отличная, но у меня сейчас самый разгар юридической войны с Власовыми и не только. Мы аннулируем все сделки, юристы сидят без продыху, я не могу уехать из города даже на день. А отпускать вас вдвоём… после того, что случилось… Нет, я не стану так рисковать.

– Мы поедем с ней, – ровным, чеканным голосом произнес Дэн, отрываясь от экрана своего планшета.

Яр, сидевший на широком подлокотнике моего кресла и незаметно касавшийся своим бедром моего плеча, коротко кивнул, подтверждая слова брата:

– Отец прав. Две женщины одни в изолированном загородном доме — это неоправданный риск. Власов-младший сейчас в бешенстве, его отец подсчитывает миллиардные убытки. Оставлять вас без серьёзного прикрытия мы не намерены.

– Но у вас же бизнес, дела, встречи… – засомневалась мама, хотя в её глазах уже блеснула надежда.

– Работу с документами я могу полностью вести дистанционно, – спокойным, деловым тоном отрезал Дэн, поднимая глаза на отца. – Мам, ты остаешься с папой — поддержка сейчас нужна ему здесь, в городе. А мы с Яром увезем Элину в горы, обеспечим ей полный покой, уход и круглосуточную охрану. Ни одна живая душа не узнает, где именно мы находимся.

Артур посмотрел на сыновей с нескрываемой мужской гордостью. На его жестком лице впервые за эти дни появилось выражение глубокого облегчения.

– Парни дело говорят, Надя, – отчим мягко накрыл ладонь моей мамы своей широкой рукой. – Для Элины это будет идеальный вариант. С моими парнями она будет в безопасности, а мы с тобой спокойно закроем все юридические хвосты здесь.

Мама перевела на меня вопросительный взгляд:

– Эличка, ты как, родная? Поедешь с мальчиками отдохнуть?

Я подняла глаза и встретилась взглядом сначала с Дэном, а затем с Яром. В их глазах не было и тени давления: только бесконечная нежность.

Внутри меня, где все эти дни всё ещё назодилось послевкусие того страха и паники, вдруг стало удивительно тепло.

– Да, – тихо ответила я, сжимая пальцами край своего кардигана. – Я поеду.

Дорога в горы заняла чуть больше восьми часов вместе с перелётом, но для меня она превратилась в настоящее спасение. Чем выше наш массивный, тяжелый внедорожник поднимался по крутому серпантину, тем гуще становились леса за окном и тем прозрачнее и чище казался воздух. За тонированными стёклами машины мелькали величественные заснеженные вершины, уютные склоны и уединённые деревянные домики.

Дэн уверенно и плавно вел машину, время от времени бросая на меня в зеркало заднего вида теплые, внимательные взгляды. Я сидела на заднем сиденье, полностью укутанная в мягкий кашемировый плед, который Яр заботливо накинул на мои плечи ещё в самолете. Блондин сидел рядом со мной. Он всю дорогу молчал, но его горячая, тяжелая ладонь постоянно накрывала мои замерзшие пальцы, даря чувство абсолютной заземленности и покоя.

Когда машина мягко затормозила у двухэтажного шале из темного, пахнущего смолой бруса и дикого серого камня, скрытого в густой чаще хвойного леса, со мной произошло удивительное.

Стоило мне шагнуть из салона на чистый, пушистый снег и вдохнуть ледяной морозный воздух, пропитанный хвоей и свежестью, как тяжелый камень, давивший на грудь всю последнюю неделю, наконец-то стал слабеть.

Здесь не было Власова. Не было строгих родительских взглядов. Не было слуг, светских сплетен и чужих глаз. Только горы, тишина и… они.

– Добро пожаловать в твою собственную крепость, маленькая, – тихо, с невероятной лаской шепнул Яр мне прямо в висок.

Прежде чем я успела сделать хоть шаг по обледеневшим ступеням крыльца, блондин легко, словно я ничего не весила, подхватил меня на руки.

Я инстинктивно обняла его за шею, уткнувшись носом в его теплую кожу, пахнущую свежестью и морозным ветром. Дэн, забрав из багажника наши чемоданы и поставив их на крыльцо, шагнул вперёд, отпирая массивную деревянную дверь и пропустил нас внутрь.

Дом встретил нас уютным полумраком, глубоким запахом кедра и сухих трав.

Яр бережно перенес меня через гостиную с огромными панорамными окнами, за которыми открывался вид на заснеженную долину, и аккуратно опустил на мягкий диван около массивного камина. Дэн тут же опустился на колени перед очагом, умело подкладывая сухие поленья и разводя огонь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Через пару минут по комнате разнеслось веселое трещание дерева, а мои лицо и руки обдало мягким теплом.

– Устала с дороги? – Дэн поднялся с колен, подошел ко мне и опустился на край дивана, аккуратно снимая с моих ног тяжелые сапожки. Его пальцы мягко и бережно разминали мои затекшие стопы через теплые шерстяные носочки. – Тебе нужно согреться и нормально поесть.

– Я не очень голодна… – тихо отозвалась я, чувствуя, как от тепла и долгой дороги веки начинают приятно слипаться.

– Никаких возражений, Эля, – ласково, но непреклонно возразил Яр, уже сбрасывая куртку и засучивая рукава своей футболки. – Мы обещали маме, что откормим тебя. Сегодня никаких серьезных разговоров. Только отдых.

Пока Яр хозяйничал на открытой кухне, наполняя дом восхитительным ароматом травяного чая с медом, корицей и запеченного мяса, Дэн остался со мной у огня.

Он присел сзади, усаживая меня к себе между колен и прижимая моей спиной к своей широкой, горячей груди. Его подбородок уткнулся мне в макушку, а сильные руки бережно обняли меня за талию, баюкая в такт нашему общему дыханию.

– Чувствуешь? – тихо прошептал Дэн, целуя меня в макушку. – Здесь никого нет, только мы. Никто не посмеет сделать тебе больно. Мы с Яром сдержим слово, маленькая, верь нам.

Через полчаса Яр принес большой поднос прямо к камину и устроил настоящий пикник на ковре перед полыхающим огнем. Братья буквально из рук кормили меня горячим ужином, заботливо поднося чашку с пряным, согревающим чаем к моим губам, ловя каждый мой вдох и радуясь даже самой малой моей улыбке.

И почему-то впервые за последний месяц я не чувствовала ни страха, ни стыда, ни тревоги за будущее.

Когда ужин был окончен, Яр принес из спальни огромное пушистое одеяло, укутывая нас троих. Мы лежали на мягком ковре перед пляшущими языками пламени: я покоилась между ними, устроив голову на широком плече Яра и крепко переплетя свои пальцы с ладонью Дэна.

Дэн медленно и невесомо поглаживал меня по волосам, распутывая светлые пряди, а Яр тихо шептал какие-то незамысловатые, убаюкивающие истории, даря мне чувство абсолютной расслабленности и защищенности.

Мои веки окончательно потяжелели, и я засыпала с осознанием и уверенностью в том, что эти два безумно влюбленных в меня мужчины — моя единственная настоящая гавань в этом сире и мой дом.

Глава 41. Элина

Прошло четыре дня. Четыре удивительных дня, в которых привычное время будто замедлило свой бег, а весь внешний мир с его давлением, светскими правилами, Власовыми и вечным страхом остался где-то бесконечно далеко — за заснеженными горными вершинами.

Каждое утро здесь начиналось одинаково: с тихого треска сухих сосновых дров в камине, пьянящего аромата свежесваренного кофе и уютной теплоты.

Дэн и Яр словно заключили негласный союз, соревнуясь в том, кто окружит меня большей нежностью и заботой. Они больше не вели себя как доминантные хищники, удерживающие свою добычу. Не было ни единого намека на принуждение, ни одного слишком резкого движения или приказного тона. В каждом их жесте — от бережно накинутого на мои плечи кашемирового пледа до теплых пальцев, осторожно распутывавших мои волосы после прогулки, — читалось лишь трепетное обожание.

Мы много гуляли по хрустящему, чистому снегу вокруг нашего дома, дыша прохладным хвойным воздухом. Мы сидели на мягком ковре перед огнем, пили пряный горячий шоколад с корицей и часами разговаривали обо всем на свете — о моем детстве, о их юности, о планах на будущее, в которых теперь неразрывно и естественно присутствовали все мы трое.

Они давали мне самое главное: время на восстановление и ощущение абсолютной безопасности. И это лечение тишиной, горами и искренней лаской сработало лучше любых лекарств.

На пятый день я проснулась от мягкого света, заливавшего гостиную через огромные панорамные окна. За окном простирался потрясающий альпийский пейзаж: величественные вершины, окрашенные алой зарей, и пушистые лапы вековых сосен, тяжелые от свежего снега.

Я стояла у стекла, прижавшись лбом к прохладной поверхности, и с удивлением прислушивалась к собственным внутренним ощущениям. Липкий, подступающий к горлу ужас, который преследовал меня с той злополучной ночи на парковке, вдруг исчез. Внутри больше не было ни лихорадочной дрожи, ни чувства вины, ни стыда за то, что произошло. Вся грязь, которой пытался заклеймить меня Власов, окончательно смылась.

Осталась только одна сжигающая, сладостная и острая глубокая эмоция — любовь.

Не та паническая привязанность жертвы к своим защитникам, а настоящая, осознанная, огромная любовь к этим двум мужчинам, которые ради меня были готовы преодолеть любые препятствия, пожертвовать всем и дать мне ту защиту, о которой я раньше не смела и мечтать.

Я посмотрела на свое отражение в стекле: на щеках снова играл здоровый, нежный румянец, а взгляд стал чистым и спокойным. Я больше не хотела просто прятаться под их крылом и пассивно принимать их ухаживания. Внутри меня зрело горячее, неотвратимое желание подарить им всю себя по собственной воле.

Я повернулась к комнате и посмотрела на сводных братьев. В полумраке гостиной, освещенной только яркими всполохами камина, стояла умиротворяющая тишина. Дэн сидел на краю мягкого дивана, уткнувшись в экран планшета и проверяя какие-то рабочие документы, но я видела, что каждые пару минут его глаза отрываются от экрана и бережно скользят по моему силуэту.

А Яр в этот момент возился на террасе за открытой стеклянной дверью: проверял горелку и температуру воды в открытом, бурлящем джакузи, от которого в морозный воздух поднимались густые клубы пара. И иногда переговаривался с Дэном.

Они оба были здесь. Для меня. Ради меня.

Я сделала глубокий вдох, ощущая, как сладко и быстро заколотилось сердце у самых ребер, и сделала шаг вперед.

– Дэн... Яр... – тихо позвала я, и мой голос прозвучал удивительно мягко и уверенно.

Оба мгновенно среагировали. Дэн тут же отложил планшет в сторону, а Яр замер на террасе, повернув голову в мою сторону. В их глазах вспыхнуло то самое привычное и чуткое внимание, с которым они ловили каждый мой вздох все эти дни.

Я подошла чуть ближе, ощущая, как приятное тепло от камина ласкает мои ноги, и улыбнулась — впервые за всё это время легко, открыто и кокетливо.

– Я больше не хочу сидеть в комнате и прятаться, – произнесла я, встречаясь взглядом с каждым из них по очереди. – Я чувствую себя абсолютно здоровой. И мне очень хочется провести этот вечер так, чтобы запомнить его навсегда. С вами двумя.

Дэн медленно поднялся с дивана, а Яр шагнул с террасы в дом, тихо прикрыв за собой стеклянную дверь.

Воздух между нами троими в одно мгновение накалился, заискрил невиданным раньше чувственным электричеством, и я увидела, как в голубых глазах Дэна и серых глазах Яра вспыхнул настоящий обжигающий восторг...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 42. Денис

Её слова прорезали тишину гостиной как разряд тока.

Я замер, так и не выпустив из рук планшет, который в следующую секунду просто полетел на мягкий диван. В глазах Элины больше не было ни капли страха. Ни единой тени той сломанной девчонки, которую мы привезли сюда пять дней назад.

Она стояла у камина — прекрасная, расправившая плечи, с горящим, кокетливым румянцем и тем самым грешным открытым взглядом, от которого у меня внизу живота сладко и больно полыхнуло жаром. Взглядом, в который я влюбился ещё на свадьбе родителей.

Яр тяжело выдохнул. В его глазах вспыхнул такой дикий восторг, какого я не видел у брата никогда.

Пар от открытого джакузи на деревянной террасе валил густыми, белыми клубами, полностью отрезая нас от морозного горного воздуха. За бортом бурлящего бассейна простирались заснеженные сосновые лапы и чистейшее небо.

Элина медленно шагнула к террасе. На её обнаженное тело был накинут лишь один пушистый белый халат.

– Эля… тебе не холодно, маленькая? – тихо спросил я, первым выходя за ней на мороз и вставая у самого края бурлящего бассейна.

– С вами мне никогда не холодно, – выдохнула она прямо мне в губы.

Глядя мне прямо в глаза, она одним движением развязала пояс и сбросила халат себе под ноги, оставаясь перед нами абсолютно обнаженной.

У меня мгновенно перехватило дыхание, а в штанах всё сжалось до пульсирующей боли. Набухшие соски, узкая талия, изящная ложбинка между бёдер и этот влажный и смущенный взгляд… Это была не беззащитная жертва. Это была женщина, которая пришла забрать свое.

Забрать нас.

Яр не выдержал первым. С рыком он легко подхватил её под ягодицы, сгребая в охапку, и вместе с ней шагнул в бурлящую воду джакузи. Элина громко, сладостно ахнула от резкого перепада температур, крепко обхватывая бедрами его талию и инстинктивно прижимаясь своей обнаженной грудью к нему.

– Моя… сладкая девочка… – рычал Яр, впиваясь в её губы жадным и невероятно глубоким поцелуем.

Он не давал ей опомниться: его пальцы впивались в ее ягодицы, сжимая их до красных следов, пока он жадно ловил её всхлипы.

Я шагнул в воду следом. Бурлящие струи ласкали кожу, но настоящий пожар бушевал внутри. Я подошел к ним сзади, накрывая телом её мокрую, дрожащую спину.

Мои ладони без церемоний скользнули вперёд, накрывая её пылающие груди, зажимая набухшие соски между пальцами и заставляя Элину выгнуться в наших руках с откровенным, громким стоном.

– Д-дэ-эн… – простонала она, запрокидывая голову мне на плечо.

– Да, Элина. Кричи, – прошептал я, прижимаясь своим каменным, сочащимся от желания членом прямо к её влажной ложбинке сзади, пока Яр снизу раздвигал её колени шире. – Мы с ума сходили по тебе.

Мои пальцы скользнули вниз, погружаясь в кипящую воду прямо между её бедер. Я безошибочно нашел её набухший клитор и вошел двумя пальцами в её полыхающую киску.

Элина была мокрой. Не от воды в джакузи — она исходила собственным, горячим и сладостным соком.

– Господи, Яр… она течет для нас… – сипло выдохнул я, лаская её внутри глубокими, ритмичными толчками, пока мои губы въедались в её шею, оставляя свежие, темно-бордовые засосы поверх прошлых следов.

А затем я вытащил пальцы, тут же насаживая её прямо на свой каменный член одним мощным, глубоким толчком до самого упора.

– А-а-а-ах! Дэн! – Элина закричала на весь ночной лес. Её внутренние мышцы сжали меня так сильно, что в глазах на секунду потемнело.

Я начал вколачиваться в неё дадно, сочно, глубоко, вышибая из неё остатки разума.

– Эля… какая ты горячая… – Яр сел на край джакузи и направил свой каменный член к её губам. – Накрой его, маленькая. Покажи, как ты скучала по нему.

Элина послушно и жадно подалась вперёд. В бурлящей воде, зажатая между двумя нашими горячими телами, она обхватила член Яра своими сочными губами, глубоко заглатывая его плоть и одновременно извиваясь на моём члене сзади.

Звуки воды, её громкие, чмокающие стоны и наш рваный рык смешивались в настоящий безумный коктейль.

– О-о-ох… блять… – рычал Яр, выкручивая пальцы в её светлых волосах и задавая жесткий, сумасшедший ритм её рту. – Сестрёнка… Я сейчас кончу… Смотри, как она выгибается… Она наша, Дэн. Наша любимая, единственная девочка…

Элина неистово мычала и стонала с членом во рту, полностью теряя контроль, двигаясь бедрами навстречу моим толчкам и сотрясаясь в преддверии оргазма.

Волна первого мощнейшего оргазма накрыла её так сильно, что она забилась в наших руках. Я дошёл до предела вместе с ней, содрогаясь и вбиваясь в неё как можно глубже.

Но это было только начало. После небольшой передышки на джакузи Яр подхватил её, совсем пьяную от наслаждения и нежащуюся в воде, на руки, заворачивая в пушистое полотенце.

– А теперь к камину, – прорычал Яр, сверкая глазами. – Моя очередь доставлять ей удовольствие.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 43. Яр

Я вынес её из джакузи на руках, даже не давая ногам коснуться холодного пола. Элина дышала, уткнувшись мокрым лицом в мою шею, а её пальцы всё ещё цеплялись за мои плечи. Она была пьяна от наслаждения, открыта и до предела взвинчена.

В гостиной полыхал камин. Дэн уже успел сбросить мокрую одежду, оставаясь в одних домашней штанах, и сдёрнул на ковёр перед огнём огромное пуховое одеяло и несколько подушек.

Я опустил Элину на мягкий шелк, но не дал ей опомниться ни на секунду. Развернув её животом вниз и приподняв за бёдра, я поставил её на колени, прогибая в пояснице прямо перед полыхающим очагом. Её обнажённая, сочная попка оказалась высоко приподнята, а грудь прижата к подушкам. В этой позе сестрёнка получала больше всего удовольствия.

– Посмотри на себя, Эля… – рыкнул я, опустившись сзади и больно, с откровенной страстью сжав её мягкие ягодицы пальцами, оставляя красные следы. – Какая ты сексуальная, когда залюблена нами. Какая ты наша…

Дэн опустился перед ней на колени, ловко перехватывая её подбородок и впиваясь в её губвглубоким поцелуем. Элина ответила ему, издавая стоны прямо в его рот.

Мой член горел, требуя нашу девочку. Я упёрся головкой в её мокрую и уже очень жаждущую меня киску и мощным толчком засадил до самого упора.

– Я-а-ар! – громко закричала Элина.

Её стенки сжали меня так, что мой член почувствовал себя как дома. Я начал вколачиваться в неё сзади: жестко, ритмично, с откровенным стуком бёдер о её ягодицы. Влага внутри неё хлюпала так громко, что этот порочный звук смешивался с треском дров в камине.

– Соси, маленькая, – сипло прорычал Дэн, направляя свой снова вставший член к её губам. – Заглатывай до самого горла.

Элина послушно разомкнула губы, глубоко принимая член Дэна, двигая головой в такт его толчкам, пока я сзади глубоко и ритмично вбивался в неё. Мы брали её с двух сторон, не оставляя и остальные её части тела не задействованными.

– Сука… Дэн, как же она сжимает меня, бляяяять… – рычал я, ускоряя темп до максимального, выкручивая её светлые волосы на затылке и заставляя Элину стонать прямо на члене брата. – Она с ума нас сводит…

– Трахни меня сильнее, Яр! Быстрее! – неистово крикнула Элина, выпуская на секунду из рта член Дэна, захлёбываясь слезами восторга. – Да-а-а! Трахайте меня вместе!

Эти слова окончательно сорвали нам крыши. Дэн развернул её к себе лицом, подхватил её на руки, и закинул её ноги себе на плечи, входя в неё спереди мощным толчком, пока я остался сзади, лаская ее вторую дырочку и протискиваясь туда сначала пальцами. А затем и членом, очень-очень осторожно, чтобы не навредить ей, благо смазки на члене было предостаточно.

Мы двигались в ней одновременно, медденно, подстраиваясь под её неконтролируемые спазмы. Элина кричала, стонала, задыхалась, её грудь вздымалась, а непрекращающиеся оргазмы накрывали её волна за волной.

Она не просто отдавалась нам, она тонула в нас, отдавая каждую капельку своей нежности, боли, страсти и любви.

– Я люблю вас… Господи, как я вас люблю! – кричала она в потолок, выгибаясь дугой.

– И мы тебя любим, маленькая… Наша… Навечно наша… – выдохнул Дэн, делая финальные глубокие толчки.

Я впился в её шею глубоким поцелуем и в ту же секунду с громким рыком кончил следом, заполняя её до самого предела.

Мы лежали у камина, абсолютно истощённые, мокрые и согретые живым огнём. Элина покоилась посередине, тяжело дыша и уткнувшись носом в мою грудь. Её рука покоилась на шее Дэна, пальцы были переплетены с его пальцами, а на её губах играла блаженная, абсолютно счастливая улыбка.

– Ну что, сестрёнка… – тихо, с бесконечной нежностью шепнул я, целуя её в лоб и укутывая нас троих большим пледом. – Теперь ты веришь, что от нас тебе уже не сбежать?

Элина слабо, сладостно усмехнулась, сильнее прижимаясь к нам обоим:

– А я больше и не хочу бежать. Вы – мой дом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Эпилог. Три года спустя

Просторную гостиную нашего загородного особняка заливал мягкий предзакатный свет.

За эти три года наш личный мир окончательно превратился в неприступную, идеальную крепость. Для внешнего мира и родителей мы оставались образцовой семьёй: сплочённые братья и их младшая сестра, успешно окончившая университет и вошедшая в совет директоров семейного холдинга.

Судьба Власовых после той ночи была решена быстро. Разорванные контракты с Артуром и его друзьями, и всплывшие непристойные видеозаписи Власова-младшего мгновенно пустили их семейный бизнес под откос. Набрав долгов и потеряв все связи в городе, Власов-старший был вынужден за бесценок распродать активы и спешно уехать из страны вместе с сыном. Андрей так и не смог оправиться от позора и травм: для наших кругов он стал нерукопожатным изгоем, чьё имя навсегда было вычеркнуто из приличного общества.

Артур с мамой души в нас не чаяли и восхищались тем, как сильно «дети любят друг друга и хранят семейное единство». Они даже представить не могли, насколько буквальным было это единство.

А в нашем доме, скрытом за надежной системой охраны, действовали совсем другие законы. Здесь я была не просто любимой женщиной — здесь я была любимой королевой.

– Эля! – раздался с ковра звонкий детский смех.

Я улыбнулась, укачивая на руках трёхмесячного Мирона, наш маленький сонный свёрток с голубыми, как у Дэна, глазами. В это же время у моих ног на мягком пледе около дивана, на котором я сидела, возился годовалый Лёвка — вылитая копия Яра с такими же светлыми кудряшками и проницательным серебристым взглядом. Лёва с важным видом пытался ползти к своей любимой машинке, смешно перебирая пухлыми ручками.

Два моих сына. По одному от каждого из мужчин, которые сделали меня самой счастливой женщиной на свете.

В тишине дома щёлкнул замок. Братья уже давно перестроили бизнес под гибкий график: все стратегические вопросы решались посменно или прямо из домашнего кабинета.

Отложив рабочие планшеты и документы, Дэн и Яр прошли в гостиную. Атмосфера мгновенно наполнилась их привычным теплом.

– Как моя любимая девочка? – ласково спросил Яр

Блондин первым делом нежно прижался губами к моему лбу, бережно проведя ладонью по моим волосам, а затем ловко подхватил ползающего Лёву на руки, подбрасывая его вверх под радостный писк малыша.

Дэн подошел сзади, опустился на край дивана и с невероятной трепетом перехватил у меня из рук засыпающего Мирона. Его движения были настолько плавными и уверенными, что малыш даже не проснулся, а лишь сладко засопел на руках отца.

– Ты сегодня совсем не отдыхала, маленькая, – тихо, с легкой укоризной прошептал Дэн, свободной рукой притягивая меня к себе за талию и целуя в губы долго, глубоко и с той самой непреходящей страстью, от которой у меня всё так же сладко замирало сердце. – Я же просил не перенапрягаться.

– Я в порядке, правда… – выдохнула я, укладывая голову ему на плечо.

– Никаких «в порядке», – подал голос Яр, пересаживая Лёвку на специальный игровой коврик и вручая ему мягкую игрушку. Блондин подошел ко мне, легко и непринужденно подхватывая меня на руки прямо с дивана, как делал это всегда. – Мирона Дэн сам уложит в детской. А ты идешь отдыхать.

– Яр! Я же могу сама дойти! – тихо засмеялась я, обнимая его за шею и утопая в его тепле.

– Не можешь и не будешь, – усмехнулся он, нежно укусив меня за мочку уха. – Моя обязанность — носить тебя на руках.

Яр отнес меня в нашу большую спальню, где на столике уже дымился свежезаваренный травяной чай с любимыми сладостями, а в ванне, наполненной пышной пеной и ароматом жасмина, журчала вода.

– Мы с Дэном приготовили твой любимый ужин, – тихо шепнул Яр, аккуратно опустив меня на мягкое кресло и встав передо мной на колени, чтобы бережно снять с моих ног домашние тапочки и размять пальчиками усталые ноги. – Через полчаса дети заснут, и этот вечер будет полностью твоим.

Дэн тихо вошел в спальню, прикрыв за собой дверь, и подошел к нам. Он встал за спиной Яра, положив сильные ладони мне на плечи и наклонившись, чтобы оставить нежный поцелуй на моей шее.

– Спасибо вам… – шепнула я, перебирая светлые волосы Яра одной рукой и накрывая ладонь Дэна другой. – За всё.

Дэн чуть сильнее сжал мое плечо:

– Это тебе спасибо, Элина. За то, что доверилась нам тогда. И за то, что сделала нас счастливыми и подарила нам любовь.

Яр поднял на меня свой влюбленный взгляд и легко прикоснулся губами к моей ладони:

– Ты наша любимая и драгоценная девочка, маленькая моя. И мы всю жизнь будем доказывать тебе это каждый божий день.

Я смотрела на них двоих, моих защитников, моих мужчин, отцов моих детей, и чувствовала, как моё сердце переполняется счастьем. Моё настоящее и будущее было здесь, в этом доме, наполненном детским смехом, нежными прикосновениями и любовью, которую никто и никогда не сможет у нас отнять.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Конец