Я тебя не держу. Соблазн

Глава 1

Мы оказались на площадке у лифтов совершенно одни. Поэтому делать вид, что мы незнакомы и не бросать друг на друга нетерпеливые взгляды было сложно, но я знала — нас не должны увидеть. Эти правила завела я, хотя, защищали они в основном Олега.

Кроме конфиденциальности, там значилось еще как минимум два пункта: встречи только по моему желанию и только в моей квартире. Все, что за пределами нашего маленького уютного двухкомнатного мирка — не должно касаться нас. Никаких внешних проявлений. Для всего остального мира нас просто нет.

Звякнув, двери разъехались, и мы чинно вошли в ярко освещенную кабину лифта. Я нажала на пятнадцатый, Олег со скучающим видом привалился к серой металлической стене, разглядывая свои кроссовки.

Не успела кабинка подняться на пру этажей, как я нажала «стоп». Лифт мягко остановился. Олег с недоумением посмотрел на меня. Потеряв всяческие приличия, я обхватила ладонями его лицо и буквально впилась в губы бесстыдным поцелуем. Он ответил не сразу, сначала пытался призвать меня к благоразумию, остановить, но это было невозможно. Мои зубки болезненно прикусили мочку, а губы сползли от его уха к щеке. Очертили влажной дорожкой линию подбородка и шею. Я рывком вытащила его рубашку из-под ремня джинсов и задрала до самого подбородка. Руки и губы жадно заскользили по его груди...

— Боже, какая пошлость, — Ника в сердцах захлопнула крышку ноутбука и вернулась к сервировке стола.

Из детской послышался плачь Миры. Ника нервно поставила Олегу под нос тарелку с лазаньей и стремительно вышла из кухни.

Наверное, прав был Никольский, когда говорил, что добром эти писульки не закончатся. Пользуясь отсутствием жены, Олег пытался придумать оправдания. Хотя, зачем он оправдывается? Ничего плохого он не сделал, даже не собирался. Если у девчонки снесло крышу — это ее проблемы. Ника должна это понять. Всего лишь издержки популярности.

Лазанья потрясающе пахла помидорами и фаршем, Олег отрезал кусочек и с удовольствием положил в рот. Все-таки Ника потрясно готовит. Даже слишком, подумал он с сожалением. Для новой роли ему нужно хорошенько схуднуть и подкачаться.

В кухне появилась Ника с годовалой дочкой на руках. И ей тоже не помешает, оглядев слегка расплывшуюся после родов фигуру жены, подумал Олег. Мира куксилась, без конца засовывая кулачки в рот, и наконец разрыдалась громко и пронзительно.

— Снова зубки? — поинтересовался Олег, чтобы замаскировать неприязнь, вызванную плачем дочки. Мирочку он любил, но ее капризы, да еще после двенадцатичасовых съемок раздражали не меньше, чем беспочвенные наезды Ники.

У него только-только начало получаться. Его пригласили в большой проект. Неужели она не понимает, что нужно немного потерпеть и смириться с некоторыми сопутствующими неприятностями в виде докучливых фанаток.

Он улыбнулся и, отложив приборы, протянул руки к дочке.

— Ну иди к папочке, кнопка, — он усадил девочку на колени, и та перестала заливаться. Ее пухлые влажные пальчики принялись выкручивать пуговицы на его рубашке. — Любишь папу, да? — сюсюкал Олег, наслаждаясь тишиной, но дочку ненадолго заняли папины пуговицы, через пару минут она снова разрыдалась и потянула ручки обратно к матери.

Олег с удовольствием отдал Миру супруге и вернулся к лазанье, пока его женщины вышли из кухни и оставили его в долгожданной тишине.

Сознание Олега заходилось от шальной мысли провалиться в сон на пару суток, именно столько он не спал. Черт бы побрал эти ночные съемки. Но через пару дней у него начинается новый проект. Сериал с ним в главной роли. Сколько унижений вроде «кушать подано» он преодолел, чтобы сейчас облажаться.

Он положил грязную посуду в раковину и захватил оставленную у порога сумку. Увалился с толстенным сценарием на кровать и надел очки. Сейчас он вряд ли выглядел как его герой: с напрочь сорванной крышей, убийцей до мозга костей. Да, роль отрицательная, но его персонаж не лишен обаяния: умный, начитанный, галантный. Кто заподозрит в таком угрозу для себя или своих детей?

Нужно с ментами пообщаться, а лучше напроситься к такому на свиданку в тюрьму, решил Олег, уже примеряя образ хладнокровного садиста на себя.

В комнату бесшумно вошла Ника и, подперев плечом косяк, уставилась на мужа.

— Чем занимаешься?

Этот вопрос содержал целую палитру подтекстов, и Олег старался не проколоться, отвечая на него, иначе его ждет очередная нервотрепка.

— Предложили поучаствовать в новом проекте, — начал он из далека, хотя еще неделю назад согласился на участие и даже подписал контракт.

— Ты же обещал сделать перерыв между съемками. Мы же в отпуск хотели съездить, — Ника выглядела раздосадованной, ее недовольное лицо вызывало у Олега раздражение. Ну как она не понимает, что сейчас не время делать паузы. У него есть реальный шанс проявить себя и наконец-то закрепиться на кинематографическом олимпе.

— Я все понимаю, — начал Олег мягко и отложил сценарий на тумбочку. Для примирительного секса силенок должно хватить. Он попытался взять Нику за руки, но она не позволила. И, принципиально отвернувшись, отошла к окну. Олег смотрел на ее напряженную спину, подбирая слова, которые бы убедили ее сменить гнев на милость. Он устал и скандалы ему ни к чему.

— Послушай, мы обязательно съездим на море, честно. Он нехотя поднялся с кровати и подошел сзади. — Эй, ну не злись, — заискивающе-мягко произнес он, и положил руки Нике на плечи. Его слова возымели действие и Ника повернулась. На ее лице по-прежнему читалось недовольство, но он знал, она его уже простила. Такой уж у нее характер. Вспыхивала, как спичка, и гасла как… Он на мгновение задумался, пытаясь придумать подходящее сравнение, но кроме лампочки ничего на ум не приходило.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— А тебе нравится то, что пишет в своем блоге эта «Джульетта»? — неожиданно спросила Ника, возвращаясь к недавнему разговору.

Олег понимал, это игра, но не стоит недооценивать зыбкое перемирие, который предлагает жена. Тут нужно действовать тонко. — Да брось, — фыркнул он. — Пошлятина. Но если ты хочешь знать, что меня реально заводит, — он завел руки Ники за спину и потерся о ее щеку кончиком носа, заставляя потерять бдительность. Нарочито неспешно склонился к ее губам и поцеловал сначала нежно и сразу же властно, жестко обхватив руками запястья. Не давая ей даже шанса на сопротивление. Ника любит, когда он такой: сильный, знающий чего хочет. Главное, не задавать вопросы не к месту.

Глава 2

— И что она сказала? — голос Дэна, как всегда, был чуть насмешливым.

Не всем повезло родиться с папашей олигархом. Остальным приходилось пахать, чтобы у них появилась возможность заявить о себе, — думал Олег. Но Дэна он любил. Они дружили с яслей, на соседних горшках сидели. Прошли… Да все они вместе прошли. И никого тогда не волновал ни статус не бабки. Даже из-за одной девчонки дрались в десятом классе. Кстати, из-за Ники. Наверное, это был еще один повод боготворить супругу. Она не клюнула на набитый кошелек Дэна, а выбрала мужчину сердцем. Такие женщины сейчас краснокнижная редкость.

— На море хочет, — без лишних подробностей ответил Олег.

— Бабы, — усмехнулся Дэн. — Им лишь бы на море. А то, что тебе на это море надо впахивать как не в себя, не волнует.

Олег улыбнулся скорее из мужской солидарности. Он знал, что Дэн понятия не имеет, что значит «впахивать».

— Слушай, — вдруг опомнился Дэн. — А что там с той бабой, ну, которая про тебя эротические рассказы строчит? — поиграл он бровями. Видимо, хотел усилить эротический подтекст.

— Да, пофиг, — отмахнулся Олег и разом влил в себя остатки капучино. — Но, чувствую жизнь она мне подпортит.

— А что, Ника уже показала зубки?

— Еще нет, но пара тройка продолжений и покусает, — безрадостно ответил Олег и знаком попросил у официанта счет. — Подкинешь в центр?

— А где твоя машина? — поинтересовался Дэн, скорее всего, хотел продолжить тему разборок друга с женой.

— Ника повезла Миру к педиатру.

— Ты точно не того? — уставился с улыбкой Дэн.

— Чего, не того?

— Ну, не знаешь эту Джульетту? Она вроде горячая штучка.

— Слушай, мне Ника мозг выносит, у Миры зубки режутся, мне еще одного геморроя не хватает. Хочешь, забирай ее себе, — отмахнулся Олег и первым поднялся из-за стола.

— Ладно, — примирительно протянул Дэн и направился следом, поигрывая ключами от нового Порше.

***

Профилактические походы к педиатру были для Ники поводом выйти в люди. Как правильная мать, она отказывалась от предложений Олега нанять няню. Да и лишних денег на это не было. Сама мысль, что к ее доченьке будет прикасаться чужая тетка вызывала в ней отвращение. Правда, и бабушки не баловали ее предложением посидеть с внучкой. Обе мамы жили в Питере. Тут не разгуляешься. Хотя, иногда от Миркиных капризов реально хотелось сбежать. Ника смиряла себя, напоминая, что она мать и не имеет права на негативные эмоции.

«Хотя, — Ника усмехнулась. — Недавно она нашла чудный сайт: «плохие мамашки точка ру». Там такие же замученные бытом мамки, которым некуда пристроить своих чад, выплескивали негатив в чат, ища поддержки. Недавно Ника написала: «у дочки режутся зубки, орет не затыкаясь уже неделю. Иногда мысль убить не кажется такой уж ужасной. Я мысленно начала выбирать жертву. Выбор пал на соседа снизу. Этот идиот врубает свой долбанный перфоратор как раз в то время, когда Мира наконец-то засыпает. Сегодня я убью его. Позвоню в его дверь. Он откроет в своих затасканных трениках и майке-алкашке и посмотрит своими тупыми коровьими глазами. До него даже не доходит в чем собственно моя претензия. Но сегодня, вместо обычной просьбы тишины в трех до пяти, я втолкну этого борова обратно в квартиру, возьму в руки еще теплый перфоратор и просверлю его тупую черепушку. Да, мне определенно легче. Все-таки я ужасная мать!» — Ника с удовольствием вспомнила то количество комментариев, которые посыпались в чат. Она успокоилась, есть мамаши и похлеще нее. Ника даже улыбнулась, вспоминая те непотребства, которые настрочили в поддержку ее виртуальные подруги. Конечно, Ника поминала, такие вещи говорить нельзя. Но черт возьми, иногда ее материнскую любовь теснило желание убить кого-нибудь.

Если бы у Олега нашлось хоть немного времени на семью, возможно, она вела бы себя по-другому. Но муж месяцами пропадал на съемках, денег не хватало, а нервы они не железные «плохие мамашки точка ру».

— Трофимова Мирослава.

Ника вынырнула из размышлений. Она взяла малышку поудобнее, закинула на плечо объемную сумку с вещами и бутылочками и направилась по коридору за молоденькой медсестрой.

***

Ника усадила дочку в детское кресло и не удержавшись, поцеловала в носик-кнопку.

— Кто у нас молодец? Даже не плакала. Совсем большая девочка. А сейчас мы поедем с тобой к тете Свете, — приговаривала Ника, пристегивая дочку. — Ну вот и хорошо.

Она обогнула машину сзади и заняла водительское место. В последние месяцы Олежка пропадал на съемках, так что она практически разучилась ездить за рулем. Ника осторожно выехала с парковки детской поликлиники и вывернула на наводненную машинами улицу. Они с Олегом переехали в Москву год назад, но Ника все еще неуверенно чувствовала себя на дороге. Особенно ее вымораживали многоуровневые съезды. Проворонил свой поворот и делаешь крюк в десять километров.

Мирочка снова принялась голосить, сбивая Нику с позитивного настроя. Голос электронной женщины, подсказывающей ей дорогу, тонул в воплях дочки.

— Чш-ш-ш-ш, — шикала Ника, боясь оторвать взгляд от дороги и нечаянно проворонить свой поворот. Наконец она свернула куда надо и, заметно расслабившись, бросила на дочку мимолетный взгляд. — Ну что ты? — Ника старалась говорить мягко, чтобы успокоить малышку. Но Мира не собиралась успокаиваться и под нежный голос матери заверещала ультразвуком.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ника вдохнула-выдохнула, понимая, что перекричать ребенка, который хочет спать, не реально. До Светкиного дома еще пять минут. «Крепись, мать», — стиснула она зубы, стараясь не нервничать.

Наконец вдалеке показалась серая сталинская восьмиэтажка. Нике повезло, какой-то ретро бумер освободил ей место прямо у подъезда. Не придется колесить по округе, а потом тешиться с ребенком на руках и баулом вещей в зубах.

Ника заглушила мотор, взяла дочку на руки и, как старая больная черепаха, поплелась по лестнице на третий.

— Привет, — дверь открыла сияющая Светка. — Давай помогу. Она взяла у подруги баул с вещами.

— Опять у вас лифт не работает, — проворчала Ника, отдавая дочку подруге.

— А кто тут у нас такой маленький и красивый? — Светка завертела Миру на руках, закривлялась и принялась бодать ее. Мира заливисто засмеялась. И как это у Светки получается? Конечно она не верит, что Мира капризный ребенок, — с ревностью думала Ника.

— Проходи пока в гостиную, а Мирика уложу. Отдыхай, — улыбнулась подруга и потащила заливающуюся смехом девочку в спальню.

Глава 3

— Обожаю эту проказницу, — весело улыбаясь, Светка вышла из спальни и прикрыла за собой дверь. — Сейчас чай пить будем.

Она нажала кнопку красного электрического чайника и, тот принялся ворчать, наполняя кухну домашним уютом.

— Как Олежек? — выставляя на стол конфеты и печенье, поинтересовалась подруга. — Наверное, фанатки прохода не дают? — она с улыбкой посмотрела на Нику, явно ожидая потока негодования. Однако Ника была спокойна. Она сейчас пребывала в нирване одиночества и тишины.

— А то ты не знаешь, — мстительно бросила она, мельком взглянув на Светку.

— Ты о той сексуально-озабоченной?

— Ну о ком же еще?

— Ну, ты же не думаешь, что между ними что-то… — Светка не договорила, внимательно глядя на подругу. Ей ужасно хотелось услышать подробности, но Ника молчала как партизан на допросе. — Ну брось, расскажи, — заискивающе заканючила Светка.

— Ты же сама все уже читала, — отмахнулась Ника. Но этого разговора она хотела. Понимала, что после успеха нового фильма, отряд поклонниц мужа будет только расти. Ей нужно учится правильно реагировать на подобные выпады. — Как думаешь, — пошла в атаку Ника. — Я сильно поправилась после родов?

Светка нарочито долго рассматривала подругу, пока та не начала нервничать.

— Если бы ты была обычной женой обычного среднестатистического мужчины, я бы сказала, что ты красотка. Ник, реально. Но после такой популярности, которая обрушилась на Олежку скажу, тебе бы в зал походить. Кстати, у меня появился новый парень, — она многозначительно поиграла бровями. — Он владелец фитнес-клуба. Да, не самого большого и престижного. Но вполне себе и главное, бесплатно.

Ника улыбнулась. Ее подруга относилась к категории вечных любовниц. Такие постоянно меняют мужиков, не стремясь к постоянным отношениям. И если раньше Ника строго осуждала подобное, то сейчас где-то даже завидовала подруге, которая предпочла стирке и уборке, цветы и рестораны.

— Думаешь, пора? — со вздохом произнесла Ника и похлопала себя по слегка округлившемуся после родов животику.

— Скажу тебе так, лишним не будет. Ник, ну вылезай уже из своей скорлупы. Прикинь, жизнь не заканчивается на памперсах и смесях. Мира уже подросла. Пусть твой благоверный видит, что ты красивая и свободная, и не собираешься всю жизнь сидеть за его спиной и ждать, когда он о тебе вспомнит, — воинственно-строго проговорила Светка. — И что там с отпуском?

Ника скривила рот и взяла из вазочки печенье.

— Что, опять?

— Ну, не начинай, — взмолилась Ника. — Самой тошно. Уже не могу сидеть в четырех стенах. Наверное, ты права, надо выбираться из дома.

— Ну вот, а я о чем! — она разлила по чашкам чай.

— А как же Мирочка? — забеспокоилась Ника. — Мне ее не с кем оставить.

— Ну ты даешь, в нормальных клубах уже давно есть детские комнаты. Там твою Мирочку поразвлекают, пока ее мама пыхтит на беговой дорожке.

— Как же хорошо, что у меня есть ты, — с благодарностью сказала Ника и протянула к подруге обе руки.

***

Домой Олег вернулся в прекрасном расположении духа. Вот уже неделю он жил дома, а не в безликом гостиничном номере. И даже усталость после многочасовых съемок переносилась легче в окружении родных стен и его любимых девочек.

— Что-то случилось? — спросил он когда обычный, казалось, «клевок» в щеку вызвал у Ники неприязнь. Слишком явные признаки недовольства, чтобы не заметить их. И слишком взрывоопасные, чтобы проигнорировать.

— Ну, иди ко мне, — мягко проговорил Олег и усевшись на диван, посадил жену на колени. — Рассказывай.

Ника повернула к нему по-детски недовольное лицо.

— А сам не знаешь? — с укором бросила она.

— Нет, прости. С этими съемками я немного выпал из реальности, — с извиняющейся улыбкой проговорил Олег.

— Твоя Джульетта порадовала фанатов новым рассказом.

— Фанатов? — переспросил Олег. — Ты тоже стала ее фанаткой?

— Не передергивай, — оборвала Ника и резко поднялась. — Ты ее знаешь? — сощурив глаза, как въедливый следователь, поинтересовалась она. — Только честно.

— Не знаю. Честно! Ник, ну что, опять?

— Не опять, а снова, — оборвала супруга. — Сделай что-нибудь. Она переходит все границы.

— Что например?

— Откуда я знаю. В суд на нее подай, — бросила Ника и вышла из гостиной, будто нарочно оставив ноутбук открытым.

Олег взял ноут в руки и перемотал текст в начало.

Сегодня он выглядел неприступным. Еще не успел переодеться после съемок и стоял на пороге в официальном черном костюме, какой-то чужой и неприступный. Захотелось разорвать все слои грубой ткани, что скрывали его от меня. Расцарапать коготками его грудь, оставив после себя горящие метки. Мои метки. От этих мыслей по телу прокатилась возбуждающая горячая волна. Собралась внизу живота, заставляя мышцы влагалища сжаться, тут же выделив смазку.

Я пыталась справится с возбуждением. Иначе, просто встану перед ним на колени, умоляя, чтобы он трахнул меня и перестал, наконец, издеваться. Сначала эта игра, которую он предложил мне несколько дней назад, показалась занятной. Сейчас, я уже так не думала. Стоя перед ним и дрожа всем телом от одного только его грозного вида. Чертов извращенец. Я уже хотела сварить ему кофе, как за спиной раздался холодный строгий голос.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Подойди.

Я остановилась и не спеша, чтобы успеть нацепить на поплывшее лицо маску вселенского терпения к его выкрутасам, развернулась. По правилу номер один, я не имела права произносить ни звука в его присутствии. Я смотрела на него в ожидании приказаний, пытаясь привести в порядок поплывшие мозги.

Он вальяжно сел в любимое кресло. Под его холодным жестким взглядом все внутри снова сжалось. Олег не торопился, давая мне возможность сполна насладиться его властью. Чертово правило номер два. Которое рвало крышу и заставляло меня безнадежно терять остатки приличия, скулить от желания в зажатый зубами кулак. Иначе, если он услышит хоть звук, наградит ударом хлыста.

Когда неделю назад он озвучил правила, они даже возбуждали меня. Ну, что сложного в том, чтобы молчать, беспрекословно подчиняться его приказам, и неделю не носить трусы. Все вроде предельно просто и даже возбуждающе сексуально, но, когда в его руке появился черный кожаный стек, я думала, что это просто новая возбуждающая игрушка. Сейчас же, при виде хлыста кожа на попе начала зудеть, предвкушая удар. Я подошла.

— Задери юбку и покажи мне, что ты без трусов.

Я взялась за подол короткой плиссированной юбочки «а ля школьница» и задрала ее до пояса. Он поднялся из кресла. Сердце галопом рванулось в груди, стоило ему приблизится. Не отрывая глаз от моего порозовевшего лица, он провел двумя пальцами по влажной расщелине, раздвигая ее пальцами. Мне стоило огромного труда сохранять молчание и не сдвинуть ноги. В голове была одна мысль, что вся мокрая от желания с «каменным» лицом, я скорее всего выгляжу смешно.

— Ляг животом на стол и разведи ноги. Я хочу видеть тебя.

Сам приказ мог заставить меня кончить, но я старалась держаться в рамках правил. Подошла к столу, за которым мы обычно завтракали после его ночных съемок и, отодвинув вазочку с фруктами, легла на его прохладную поверхность.

— Согни одну ногу и положи ее на стол.

Я так часто дышала, что сердце было готово выскочить из груди. Имитировать внешнее спокойствие так же, как сдерживать возбуждение стало сложнее. От его взгляда, между широко разведенных ног, все просто огнем горело. Мне было мучительно стыдно за эту откровенную позу. За то, что он просто молча смотрит. Вдруг услышала легкий скрип кресла и тут же ощутила его пальцы между ног. Он не спеша размазывал смазку, которой было так много, что я от стыда зажмурилась. Хотя, наверное, в такой компрометирующей позе глупо было думать о таких пустяках. Тем более его пальцы погружали меня в какое-то первобытное неконтролируемое желание, которое уже кричало: «войди же в меня наконец».

Олег оторвался от чтения и, запрокинув голову на спинку дивана, прикрыл глаза. Его член упирался в лежащий на коленях ноутбук. Будет катастрофой, если сейчас войдет жена и увидит все это.

Он как чувствовал. В дверном проеме бесшумно возникла Ника. Скорее всего, хотела застать его врасплох, чтобы дожать.

— Весь интернет уже пестрит вашими с ней фотками, мемами и прочей гадостью, — в сердцах выпалила она.

«Сейчас с растрепавшимися волосами и горящими негодованием глазами она была похожа на Медузу Горгону», — подумал Олег. Его возбуждала такая острая реакция жены, хотелось немедленно обуздать ее внутреннего зверя, но Олег знал — этот зверь кусается. Запросто порвет на лоскуты, а завтра постельная сцена.

— Либо сделай с этим что-то, либо… Пока поживи на диване и подумай, — Ника развернулась, тряхнув копной светлых волос, и вылетела за дверь. Его примирительное «Ну, Ника», растворилось в пустоте, как дымок погасшей свечи.

Глава 4

— Будь жестче, — раздавался громкий, как молот, голос режиссера. — Я понимаю, Олежек, ты джентльмен и дам не бьешь. Но сейчас ты не Олег Трофимов, а злобный, с напрочь сорванной крышей маньяк. Ты хочешь одного — удовлетворения своих самых тайных и низменных желаний. Этот ритуал не просто «для разогрева». Это половина удовольствия. Она всего лишь кукла. Слышишь. Просто кукла. Никто. Только в твоей власти ее жизнь, не говоря уже о ее теле. Соберись.

— Сцена десятая, дубль три, — безэмоционально прогнусавил голосок ассистентки оператора, заставляя Олега сосредоточиться.

— Что с тобой происходит? — Кирилл Сухарев молодой и амбициозный режиссер. Его проекты ждут, их ругают, ими восхищаются, в общем он обладает всеми задатками для того, чтобы стать культовым. Кирилл потянулся к Олегу, чтобы прикурить. Затянувшись, выпустил струю плотного белого дыма и снова повернулся к актеру.

— Просто устал, — ответил тот на его вопросительный взгляд. — Из одних съемок сразу в другие.

— Ну, а как ты хотел? Роль Сомова принесла тебе успех, но это еще не популярность. Сейчас нужно потерпеть и выложится, чтобы закрепить результат. И кстати, интернет гудит как растревоженный улей из-за твоих любовных похождений, — усмехнулся Кирилл.

От неожиданности Олег поперхнулся дымом.

— Да расслабься. Кстати, эта Джульетта может сыграть нам на руку. Она нехило так подогревает к тебе интерес. По опросам, съемки фильма только начались, а его уже ждут как из печки пирога. Радуйся.

— Я радуюсь, — кисло улыбнулся Олег и затянулся. — Думаешь, не стоит подать на нее в суд или еще как-то прижучить?

— Подожди пока. Да, твоим близким, наверное, не сладко, но это бесплатный пиар. Посмотрим, что будет дальше. Прижучить мы ее всегда успеем. А сейчас просто наслаждайся популярностью. Ты же именно этого хотел? — Кирилл подмигнул ему и, отстрелив окурок в ближайшую урну, вернулся в павильон.

***

— Привет, — Олег шлепнулся на стул рядом с Дэном. Он взглянул на наполненный на два пальца стакан в руке друга.

— Мне то же самое, — дал он знак бармену, натирающему бокалы в дальнем конце стойки.

— Пить в обед? — искоса посмотрел на него Дэн. — Что-то стряслось?

— С чего ты взял? — безразлично буркнул Олег и взял в руку наполненный барменом стакан.

— Ну-ну, — Дэн скривил рот в улыбке и пригубил напиток. — Что, твоя Джульетта достала?

— Ну, во-первых, она не моя, — выдохнул Олег и влил содержимое бокала в рот, — А, во-вторых, — просипел он, пережидая оторопь от выпитого, — Достала меня Ника.

— Вот поэтому я и не женюсь, — весело ответил Дэн и тоже залпом выпил, грохнув стаканом о стойку. — Давай, рассказывай.

— Нечего рассказывать. Выгнала меня на диван.

— Бабы, — со знанием дела протянул Дэн и знаком показал бармену налить еще по одной. — Хоть бы что новое придумали. Нет, обязательно, как шавку приблудную, надо из койки выгнать. «Посол вон» все так же актуально.

—Так-то ее можно понять, — взявшись за стакан, в задумчивости проговорил Олег. — Она сидит дома и общается только с девочкой, которая знает два слова «гу» и «папа», — он вдруг усмехнулся и сделал глоток.

— Она знала на что шла, когда решила выйти за актера.

— И все равно это не справедливо. Надо свозить Нику на море, и она успокоится.

— Да, немудрено, что Ника об тебя ноги вытирает, — прокомментировал Дэн. — Будь пожестче, тряпка, — безапелляционно выдал он, заполучив внимание друга. — Ты работаешь чтобы близкие ни в чем не нуждались, пашешь как проклятый. Вот и будь мужиком, покажи кто в доме хозяин.

Олег фыркнул и осушил стакан.

— Легко тебе говорить, Дэнчик.

Он поднялся и направился в сторону уборной. Через минуту там же появился и Дэн. Глядя на Олега, упершегося лбом в стену у писуара, пристроился у соседнего.

— Что-то ты совсем сник, бро. Слушай, завтра у моего кореша закрытая вечеринка. Лес, интим, девчонки красивые. Приходи. Тебе определенно нужно расслабиться.

Олег скептически посмотрел.

— Ну чего тебе терять, ты уже и так на диване обитаешь.

Олега похоже не трогали слова друга, он просто закрыл глаза, стараясь выбросить из головы все мысли до одной. Нет, он врал даже себе, не все.

— Слушай, поможешь мне найти эту Джульетту? — Он застегнул ширинку и направился к раковине. — У тебя наверняка есть связи в ментовке. Сможешь?

— Не только ты у нас упертый. Я тоже всегда добиваюсь того, чего хочу, — немного обиженно бросил Дэн. — Найду, брат, — он примирительно хлопнул Олега по плечу. — Решил припугнуть ее?

— Пока просто поговорить. Да, не знаю я. Может и стоит оставить все как есть, — махнул рукой Олег и оба вернулись за стойку к вновь наполненным стаканам.

***

Смотреть на кислое лицо Ники и слушать крики Миры не было никакого желания. Пользуясь тем, что Ника с ним не разговаривала, Олег накинул ветровку и вышел на улицу. Он успокаивал себя тем, что решил просто проветрить мозги, но они были заняты вчерашним приглашением Дэна. Ну реально, что он теряет? Пропустит стаканчик другой, поболтает с другом и вернется на свой одинокий диван.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Олег вытащил из кармана ключи от машины, завел двигатель и набрал по громкой Дэна.

Друг не преувеличивал, огромный особняк в окружении вековых тополей был полон гостей. Многих Олег знал по светской жизни города, но официально представлен не был. Дэн, быстро исправил эту оплошность. Гулянка была просто дружескими посиделками, поэтому не имела какого-то строгого регламента. Подвыпившие гости слонялись между распахнутым настежь домом и искрящимся брызгами и смехом бассейном. В подсвеченной голубоватой воде плавали молоденькие девицы в таких открытых купальниках, что Олег недоумевал, зачем вообще нужно было их надевать?

— Правила приличия, — объяснил Дэн, проследив за взглядом друга. — Но они могут быть очень неприличными, — многозначительно улыбнулся он и с разбега прыгнул прямо в середину бассейна, заставив стайку обворожительных гетер истошно завизжать.

Олег усмехнулся и побрел дальше к расцвеченному иллюминацией дому в раскрытые двери которого вырывались киловатты зажигательной музыки.

Напиток в его руке опустел уже, наверное, десятый раз. Он был изрядно навеселе. Его это вполне устраивало. Сознание стало чистым как лист бумаги, а внимание, от которого он уже успел устать, было распределено по более успешным гостям дома.

Олег поднял вверх руку с пустым стаканом, протискиваясь сквозь толпу танцующих к заставленной бутылками барной стойке. Ему дорогу перегородила прекрасная блондинка. Улыбаясь, она завлекала его в танец. Ее аккуратные маленькие грудки подпрыгивали в такт бьющей по ушам музыке, а по-мальчишески узкие бедра, обтянутые блестящим платьем, извивались и дразнили его. Бери я вся твоя, кричал язык ее тела, в отличии от по-надзирательски-строгого языка тела Ники, которая уже неделю держала его на коротком поводке «без секса».

— Ты же Сомов? — пытаясь перекричать бьющую по ушам музыку, спросила девушка.

— Да, — так же громко ответил Олег, который уже привык, что его называют по фамилии персонажа. Прав был режиссер, нужно еще чуть поднажать, и эти бестолковые курицы выучат и его фамилию. Он попытался протиснуться мимо, но девчонка не пропустила.

Ее блестящее и гибкое, как у змеи, тело скользнуло за границы его личного пространства, обдав горячей волной соблазна. Девушка в танце развернулась спиной, и ее аппетитная попка скользнула вниз по его брюкам. Сразу же поднялась и прижалась к его взмокшей груди. Она повернула к нем лицо, на котором сияла лукавая улыбка, как у продавцов парфюма, когда после того, как ты взял пробник тебе сразу же предлагают купить флакон.

— Пойдем, — выдохнули ему в ухо коралловые губки, — Со второго этажа открывается просто чудесный вид, — она просунула свою маленькую ладонь Олегу в руку и потащила вверх по лестнице, пока тот не очухался от первого поразившего его впечатления.

Семеня за девушкой по ступенькам и глядя на божественные изгибы ее тела, Олег по-прежнему пытался гнать от себя мысли о сексе. А ведь она ведет его наверх именно для этого.

Дверь открылась и в потоке лунного света он увидел кровать. Девушка потянула его к окну, оставаясь в рамках придуманной легенды, но Олег мог думать только о кровати. Эта мысль и возбуждала его и пугала одновременно. Он не изменял Нике, по крайней мере после свадьбы. Когда-то давно, почти в прошлой жизни, они дали друг другу обещание, что никто не сможет их разлучить. Никто не встанет между ними. Но сейчас эта девица в блестящем платье, чьего имени он даже не спросил, собирается обнулить все обещания и клятвы двух наивных подростков. Олег был растерян. Его новая знакомая похоже сочла эту заминку как призыв к действию, острые коготки этой хищницы с наивным почти детским лицом нырнули под ремень. Звякнула пряжка. Ее маленькие пальчики действовали очень умело. Через минуту он уже стоял со спущенными штанами, а девушка наглаживала и нализывала его явно не сомневающийся чего хочет член.

Олег запрокинул голову, против воли погружаясь в экстаз. Его скованное утомительными съемками тело начало наконец расслабляться, и вопросы морали перестали терзать. А его новый герой — жесткий и беспринципный садист вдруг занял все сознание. Его логика была до безобразия проста: удовольствие, даже если для этого понадобится чуть больше полотенец. «Она всего лишь кукла. Просто кукла», — пульсировало в висках.

Он схватил девчонку за волосы на затылке и принялся вбиваться, проникая глубоко и не давая вдохнуть. Он чувствовал, как по его голым ногам скребут ее коготки, как она упирается, пытаясь прекратить. Но он держал крепко, наслаждаясь своей властью.

Оргазм накатил тяжелым горячим валом. Лишь излившись до последней капли, он наконец выпустил пойманную жертву. Девушка отпрянула и усевшись на полу с испугом смотрела на него снизу вверх, вытирая мокрое от слез и слюны лицо.

Олегу нравился ее испуг, он дарил ему такое нужное для новой роли ощущение — власти и похоти.

— Спасибо, милая, — цинично бросил он, и перешагнув через ее вытянутые ноги, направился к двери, застегивая на ходу брюки.

На следующий день на съемках он был великолепен. Не только по заверению режиссера, но и по своему собственному внутреннему чутью. Каждый раз, когда ему нужно было включить беспринципного и жестокого садиста, он вспоминал моменты близости с прекрасной незнакомкой.

Глава 5

— Чего ты хочешь? — горячий шепот проник в ухо, возбуждая фантазию.

Я посмотрела на Олега, он был таким покорным в ожидании моего ответа.

— Я же сказала, здесь, за стенами этой квартиры мы можем быть кем захотим. Правило только одно — за пределами этого дома нас не существует. — Но, знаешь что, — я вскочила на ноги и на носочках выбежала из комнаты. Вернулась через пару минут и, опустившись на колени перед продолжающим сидеть на ковре Олегом, застегнула на его шее ошейник.

— К ноге, — скомандовала я, поднявшись. Медленно вытащила из-за о пояса короткого, шелкового халатика стек и очертила им линию его подбородка. — К ноге, — рыкнула я, щеку Олега обжег удар широкого кожаного наконечника. Он зажмурился от неожиданности и боли и поспешил поднялся на колени, доставая мне почти до груди. Заискивающе глядя в глаза. — Любишь мороженное?

Я достала из холодильника эскимо и села в кресло напротив, положив одну ногу на подлокотник. Мой распахнувшийся халатик не мог скрыть отсутствие белья, и горячий взгляд Олега и его потяжелевшее дыхание были тому подтверждением. Мороженное быстро таяло, отваливаясь кусками, падало на бедра и низ живота, стекая пушистыми ароматными струйками между ног.

— Чего же ты ждешь?

Олег прикрыл крышку ноутбука, прислушиваясь к шагам в коридоре. Показалось. Зачем он читает эту дрянь? Может быть потому, что лежа в одиночестве на неудобном диване заняться особо больше не чем? Или ему нравилось, что с его двойником делает Джульетта? Интересно, какая она? Старая жирная тетка в климаксе, развлекается в отсутствии регулярной половой жизни или какая-нибудь оголтелая разведенка поддерживает себя в тонусе, в надеже на новые отношения? Ему больше нравилось думать о ней, как о молодой красотке. Лет двадцать пять не меньше. Он не понимал Дэна, которого с возрастом тянуло на все более молодые девиц. Ну да, свежее тело, и девственно чистый отформатированный мозг. А поговорить? — улыбнулся Олег, вспоминая как это дело любит Ника. Особенно, выпытывать у него, как бы еще ему хотелось. Хотя, в последние два года их интимную жизнь заклинило на миссионерской позе.

Он снова открыл ноутбук, уже зная, что сделает его двойник с вымазанной мороженным Джульеттой. Его глаза еще не успели зацепиться ни за одно слово, а возбуждение уже накрыло с головой.

Интересный эффект, — подумал он, стирая влажными детскими салфетками следы постыдной недоизмены. В расслабленном блаженстве он размышлял, что же его так трогает в этих далеких от художественной ценности текстах? То, что она так хочет именно его или то, что она — мисс неизвестность?

***

Закинув спортивную сумку на плечо, Ника с подругой быстро шли по коридору небольшого фитнес клуба в сторону раздевалки.

Суетливое, наполненное голыми телами, запахами шампуня и шумом фена помещение, навевало на Нику двойственные ощущения. Она вспомнила себя девчонкой, которую бабушка каждое воскресенье таскала в общественную баню рядом с домом. Ника не понимала зачем, ведь дома у них была ванная и горячая вода. Но бабушка оставалась непреклонной, говоря, что только после бани тело чистое и отдохнувшее.

Вид голых женщин вызывал у нее брезгливость. Да, сейчас это были не старые бабки в не глаженных эротических костюмах, но и реально подтянутых красоток было не так много, даже несмотря на то, что это спортивный зал.

— Ну чего замерла? — окликнула ее Светка, стоя уже в одних стрингах.

Да, пронеслось у Ники в голове, на такое тело даже я бы клюнула. И принялась быстро и стыдливо раздеваться.

Девчонки заняли беговые дорожки. И если Светка уже легко и непринужденно бежала, Ника, как заезженная старая кляча, тяжело дышала, подгоняя таймер на табло.

«Еще пять минут», — уговаривала она себя, обливаясь потом.

— Так, — обтирая лицо скомандовала подруга. — Пошли, на повестке дня: упругая попа и рельефные ручки.

Звучало здорово, и Ника наконец-то с облегчением слезла с дорожки.

Нике достался тренажер для рук, Светик устроилась рядом с гантелями.

— Все спросить хотела, а как у вас с этим делом? — политкорректно поинтересовалась Светка. — Каждый день, через день…?

— Да какой там через день, — недовольно проворчала Ника. — Мира ночи напролет не спит, Олег пропадает на съемках. А когда наконец появляется дома кажется мне чужим, понимаешь? Я вообще ничего не хочу. Немудрено, что он завел себе эту телку, — сокрушенно добавила Ника.

— Так, подруга, то, что он кого-то себе завел еще вилами по воде писано. Отставить ныть и налегай весла. А то, что секса мало — это плохо. Но ничего, научу тебя парочке приемчиков, и твой Олежек даже не посмотрит на сторону.

Ника снова начала энергично загребать до боли в мышцах. Неужели сохранение ее брака нуждается в подобных упражнениях? Неужели стройная фигура и классный секс могут все решить? Все-таки мужики — животные.

Светка пыхтела рядом с гантелями в руках. Ника в очередной раз оценивающе оглядела ее фигурку. Высокая стройная с аккуратной грудкой и круглой попкой. Даже леггинсы смотрелись на ней сексуально, а открытый топ скорее показывал, чем скрывал. Умеет же она быть секси, даже блестя от пота. Головы всех самцов в радиусе тридцати метров были повернуты к ней.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ника прибавила темп и гребла, мечтая о красивой фигуре, пока мышцы не начали гореть и трястись от перенапряжения.

Она вытерла взмокший лоб и грудь полотенцем, наблюдая как подруга продолжает приседать с гантелями, эротично отклячивая аппетитную попу.

Женщины делились для Ники на два типа — те, для кого тело — это пропуск в новую прекрасную и беззаботную жизнь и те, кто пытался построить свой мир на любви и доверии. Судя по плотоядным взглядам местных кобелей, пожирающих ее подругу, первый тип был у них в приоритете. Наверняка у каждого из них дома жена и дети. Неужели молодая подтянутая задница может заставить их потерять голову?

Ника вздохнула и снова принялась грести.

Глава 6

То, что недавнее эротическое приключение помогло ему настроится на съемки, не говорило о том, что Олег не корил себя. Да, на полноценную измену случившееся не тянет, но вернувшись домой после съемок он терзался.

Даже погулял с Мирой, благо она все время спала, и ему оставалось только толкать перед собой коляску. Но оказавшись дома его терзания вернулись. Он ходил вокруг Ники, пытаясь помочь, намекая на раскаяние и желание помириться. Но супруга, для закрепления результата, решила добить его своим коронным «не надо, я сама». Она демонстративно ходила взад-вперед, собирая с пола игрушками дочки, или гремела посудой на кухне.

Олег, спокойно сидеть не мог под этот невыносимый аккомпанемент, усугубляющий его чувство вины. Наконец он не выдержал, отложил сценарий, который взял для имитации срочной работы, и пошел сдаваться.

— Ник, — он подошел сзади и обвил руками ее талию. — Порошу тебя, хватит. Думаешь, эта ситуация меня забавляет? Ошибаешься, — поспешил вставить он, когда Ника развернувшись в его объятиях, строго посмотрела в глаза. — Давай мир, — заискивающе улыбнулся он, косясь на нож в руке жены.

Ника молчала, но в ее взгляде больше не читалась обида или неприязнь. Он не мог понять, о чем она думает, и снова начал нервничать. Ему срочно был нужен мир, иначе голова взорвется от переизбытка негативных эмоций. Большую часть которых составляли не здоровые переживания его героя.

Наконец во взгляде жены проскользнула ее коронная снисходительность.

— Обещай, что разберешься с этой Джульеттой, — она тихонечко ударила его в грудь зажатой в кулаке рукояткой ножа. И снова принялась нарезать хлеб.

— Как?

— По-мужски, Олег. По-мужски.

— Да просто забей, — ответил Олег. — Не стоит она твоих переживаний.

— Забей? — возмутилась Ника и, отложив нож, подбоченилась. — Я понимаю, мои претензии кажутся тебе мелкими придирками. Ты у нас мыслишь другими категориями. У тебя впереди карьера, интересная жизнь, съемки, люди. А ты представляешь, как тяжело приходится мне? В чужом городе, одной с маленьким ребенком. Я все время думаю, ты все еще любишь меня или уже сменил на поджарую актрисульку и просто духа не хватает признаться. Даже твою голую задницу я чаще вижу по телеку, чем в собственной постели, — в сердцах выпалила она.

— Перестань. Ну, что за глупости, — Олег хотел взять Нику за руку и притянуть к себе, но она назло ему вывернулась. Ника понимала, что ее уже заносит. Она всего лишь хотела поговорить по душам, но в очередной раз все ее благие намерения превратились в выяснение отношений. Ей стало душно от присутствия Олега, от покорного, всепонимающего взгляда, цена которому — банальное желание тишины. Ника громко выдохнула через нос, схватила нож и начала свирепо нарезать остатки батона.

— Ника, — Олег силой забрал у супруги нож и, развернув к себе, крепко обнял.

Ника стояла с опущенными вдоль тела руками, но, чуть погодя, робко обняла в ответ.

«Все-таки Олег замечательный переговорщик, — подумала она, — Чего бы он не добивался».

— Прости, пожалуйста, — влажно выдохнула она ему в грудь и, отстранившись, виновато посмотрела в глаза. — Я дура, да?

— Нет, не дура. Просто капризная, вздорная девчонка, — с лукавой улыбкой ответил Олег. — Обещаю, что сегодня же перетащу свою задницу в твою постель.

Ужин прошел в теплой домашней атмосфере. Олег, получивший право говорить, трещал не умолкая. Ника ловила на себе его ласковые взгляды и снова чувствовала себя самой любимой на свете. Они немного поиграли с дочкой, а после того, как маленькая егоза наконец-то уснула, посмотрели в обнимку какую-то ванильную мелодраму.

Ника чувствовала усталость, но помня слова Светки о важности секса, решила расслабиться. Пусть все идет как идет. Инициативу она проявлять не стала, но была не против ответить на чужую. К ее удивлению, Олег тоже не выказал заинтересованности. Неужели у него действительно кто-то есть? Тревога вспыхнула болью в перетренированных мышцах. Ника тихонько просунула руку под одеяло и потрогала живот. Она поужинала одними овощами и сейчас чувствовала голод, но живот не убавился ни на сантиметр. Конечно, после первого же занятия было рано говорить о результатах, но Ника почувствовала легкое разочарование. Может я зря стараюсь? — в приступе малодушия подумала она, глядя на мерно поднимающуюся во сне спину мужа.

***

— Ну что, удалось пробить адрес? — Олег решил выяснить этот вопрос с самого утра. Через полчаса съемки, он снова замотается и забудет.

— Какой адрес? — просипел в трубке сонный голос Дэна. — А да, — тут же спохватился он. — Пробил, ща… — в трубке послышалась возня и недовольный женский голос, — Скинул тебе. Если нужна моя помощь, зови. Я за всегда готов другана поддержать. Особенно если баба симпотная, — язвительно хмыкнул он.

Олег бросил в трубку спасибо, залез в сообщения, нашел нужное и, сунув мобилу в карман, направился в сторону съемочного павильона.

Внутри была привычная суета. Небольшой выложенный грубым камнем подвал стилизовали под пыточную. Железная койка на грязном полу, цепи с наручниками. У Олега потеплело в груди. Неужели он начинает втягиваться в чужой шизофренический абсурд? Как бы то ни было, ему было приятно представлять Джульетту на этой грязной койке, скованную по рукам и ногам. Интересно, что бы он с ней сделал?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Его размышления прервал голос помощника режиссера. Он прав, пора гримироваться.

Глава 7

Следуя по указанному в сообщении адресу, Олег оказался на какой-то глухой окраине. «Похоже тут», — он поднял глаза на кирпичную двухэтажку, которая угрожающе темнела на фоне, изломанного ветвями, неба.

Открыл тяжелую скрипучую дверь и вступил в плесневелую, душную темноту подъезда. Лампочка горела только на площадке перед квартирами, и чтобы не сломать себе шею на лестнице, Олегу пришлось подсвечивать дорогу фонариком. Оглядев номера квартир, он начал не спеша подниматься выше.

Слова Дэна о красотке, казались неуместными в этом забытом богом месте. Наверняка старая толстая тетка с огромной бородавкой над верхней губой.

А вот и квартира номер шесть. Олег остановился и перед тем, как постучать еще раз прикинул, что собирается сказать. Собственно, что он хочет ей предъявить? Жалобы на нарушение его личных границ или клевету? Так-то она использует его имя. Олега вдруг начал распирать интерес. Какая она — Джульетта?

Он коротко, но громко постучал. За дверью послышались тихие шаги, такие вряд ли принадлежат грузной женщине с бородавкой. Щелкнул замок и на пороге в потоке искусственного желтого света появилась щуплая старушка. Олег даже опешил. Как-то стремно наезжать на бабку.

— Добрый вечер, — улыбнулся он, — Я кое-кого ищу, возможно, вы сможете мне помочь, — начал он издалека, оценивая боевой настрой старушки. Не хватает еще, чтобы она за сердце схватилась или огрела его по башке скалкой. Райончик-то того — бандитский.

— Так кого же тебе сынок надо? — спросил божий одуванчик слабым подрагивающим голосом. Олегу вдруг стало смешно. И Ника меня к ней ревновала. «Подожди-ка, что-то тут не сходится», — осадил он себя. — Бабуль, у вас компьютер есть?

— Какой? — громко переспросила старушка.

— Компьютер, — выкрикнул Олег.

— Откуда же сынок у меня компуктер? — заулыбалась бабушка своим беззубым морщинистым ртом. — А тебе чаво, позвонить что ли?

— Да, бабуль, позвонить, — подыграл Олег, рассматривая обшарпанный коридор позади нее.

— Ну ты позвони, токма у порога стой. Кто тебя разберет, вдруг ты бандит, — строго наказала она и, к удивлению Олега, впустила его внутрь. — Вона телефон, — кивнула она в сторону старенького стационарного аппарата с дисковым набором номера. Похоже, остался еще со времен Союза.

Олег поднял трубку и набрал наобум шесть цифр.

— Привет, — прямо в гудки произнес он, повернувшись лицом к бабулечке, а заодно рассматривая фотографии на старомодном громоздком комоде у двери. «Да, подумал Олег, тут не воровать, а жертвовать надо». — Да-да, немного задержусь, — поддерживая свой блеф, продолжал Олег. — Не волнуйся через пару часов буду.

Он положил трубку и улыбнулся внимательно слушающей его хозяйке.

— Спасибо, выручили. Супруга волнуется, а у меня телефон сел, — объяснил Олег, хотя был не уверен, что бабушка поняла, о чем он. — А это ваши дети?

— Да, — оживилась старушка. — То сын Вовка, а это дочка Ниночка.

— А это? — Олег взял в руку фотографию молодой девушки. Длинные темные волосы, ярко красные губы. Красотка.

— Дашенька, внучка, — улыбнулась она. — В институте учится.

— Молодец какая, — чувствуя, что напал на след, заволновался Олег. Надо бабку дожимать, решил он. — Далеко, наверное, в институт ездить.

— Так она не здесь живет. В общежитии.

— А что за институт?

— Да у меня, внучок, памяти-то нет. Но вот учится она вроде как на журналиску.

— Хорошая профессия, — ответил Олег, понимая, что с бабки больше ничего вытрясти не получится. Он залез в карман и достал тысячную купюру. — Спасибо, бабушка, за то, что не побоялись чужака в дом пустить. Он положил деньги на комод рядом со стареньким телефоном и под протесты, которые быстро сменились благодарностями, вышел обратно в подъезд. Правда напоследок быстро сфотографировал на телефон фото Даши.

Что-то подсказывало ему, что это и есть Джульетта. Для начала не мешает присмотреться. Уж больно она хороша, чтобы за счет других себе имя делать. Наверняка пользуется популярностью среди мужчин. Сразу видно, умеет крутиться, чтобы выжить.

***

Олег знал, что после того, как покажет фотку Даши Дэну, от него будет не отделаться. Друг тут же запал на красотку и трещал весь завтрак только о ней.

— Да я сам готов все институты обойти ради такой. Считай, что к вечеру у тебя будет ее новый адрес, — пообещал Дэн.

— Ну и у тебя, конечно.

— Конечно. Или ты передумал и решил сойтись с ней поближе? Так сказать, расширить ее сексуальный опыт за счет неустанной практики? — усмехнулся он. — Хотя, судя по ее художествам, это она тебя чему-нибудь научит.

Олег махнул рукой, не собираясь отвечать на явную провокацию, и продолжил не спеша пить капучино. Сегодня у него выходной, о котором он решил не сообщать Нике. Оправдывая себя тем, что у него наконец появилось время решить все по-мужски, как она и хотела.

— Я тебе помогу, — произнес Олег решительно. Поднялся из-за стола и бросил рядом с пустой чашкой деньги. — Пошли.

— Расслабься, Шерлок, уже все делается, — Дэн показал другу телефон, на котором была переписка с каким-то челом под ником Саня-мент. И судя по количеству сообщений, которые друг успел ему настрочить, адрес уже вот-вот будет у них.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 8

— Слушай, — Олег остановился возле машины. — Понимаю твой азарт, но давай я разберусь с ней сам. А потом подкатывай и вообще, делай что хочешь.

Вместо ответа Дэнчик нажал кнопку на брелоке, и его ярко-красный красавец на другой стороне улицы подмигнул габаритами.

— Да не вопрос, брат, — бросил он со снисходительной улыбкой, перебежал дорогу и сел в машину.

Его примеру последовал и Олег. Он не знал, где ему убить время, пока ждет новые координаты Джульетты. Домой ехать не хотелось. Каждый раз оказываясь рядом с Никой ему казалось, что он невольно тащит с собой и Джульетту. Она все время незримо рядом, как жвачка, приклеившаяся к подошве ботинка. И Ника это чувствовала, и сам Олег, — все это дико раздражало. Он не понимал почему жена так злится. Глупость какая. Сначала это были его партнерши по съемкам, теперь эта виртуальная девица со своим блогом. Ника словно нарочно провоцировала его. Будто выводила на признание. Наверняка уже решила для себя, что он ей изменяет. Достало. Наверное, пора облечь это эфемерное чувство вины в осязаемые формы. Один фиг он для нее виновен.

Он запустил мотор, и, машина, взревев, резко отъехала от бордюра. Он пока не знал куда направляется, просто ехал вперед. Движение помогало расслабить мозги.

Эсэмэска от Дэна застала его в одном из баров в центре. Он не спеша потягивал вино, читая очередной «шедевр» от фанатки. Отсутствие секса дома как-то совершенно незаметно для него перекачивало в виртуальный секс в сети. Во всплывающем сообщении он увидел, что Дэн сбросил ему адрес, но для начала решил дочитать. Острая игла стыда кольнула сердце, но тут же растаяла под натиском книжной страсти.

— Сделай мне больно, — прошептала я.

Его глаза лихорадочно блестели в темноте сада. Я знала, даже несмотря на позднюю ночь, нас могут застать здесь случайные прохожие. Но Олег не стал медлить. Не отрывая взгляда, он расстегнул пряжку и одним резким движением вытянул ремень из брюк. Накинул его мне на шею и рывком развернул к себе спиной. Мои ладони уперлись в холодный шершавый ствол дерева, а руки Олега скользнули мне под юбку. Жгучая боль обожгла промежность и внутреннюю часть бедер. Он отшвырнул разорванные трусы в сторону и резко вошел.

Боль и дикий восторг смешались во мне в единый возбуждающий коктейль: будоража, заставляя кричать и до крови закусывать губу. Он натягивал ремень на моей шее, как удила, и кровь начинала неистово шуметь у меня в висках, застилая глаза. Звонко шлепал по голой попе, подгоняя. Рычал и вбивался, пока мир не потерял очертания, взрываясь яркими вспышками под тонкой кожей век. Проникая в меня острой раскаленной болью, не давая дышать, пока оргазм не хлынул из меня, разорвав тишину ночи.

— Спасибо, — выдохнула я едва слышно, уперев пылающий лоб в грубый холодный ствол дерева.

Олег вдруг почувствовал, что дрожит. Что сердце быстро и часто бьется в груди, хотя совсем не хотел так глубоко погружаться в историю. Он успокаивал себя, что не подсел на этот новый виртуальный наркотик. Что это просто интерес. Его способ справится со стрессом. Проглотив ставшую вязкой слюну, он открыл сообщения.

«Ничего себе. Нижегородская, 72. Кучеряво для студенческого общежития».

Он залез в Яндекс Карты. Это новый жилой дом в центре. Понятно, — он закусил губу, напряженно размышляя как ему поступить? Вряд ли у этой Джульетты есть бабки на хату в двадцати минутах от Кремля. Значит, есть любовник. Наверняка какой-нибудь «папик» при должности и связях. Сам Олег ни тем, ни другим еще не успел обзавестись. За исключением Дэна. Но его не хотелось втягивать в свои разборки с бабами.

Он рассчитался за выпивку и вышел из бара. Как-то все разом осложнилось. И сейчас вместо озабоченной тетки из Балашихи, Джульетта превратилась в геморрой отягощенный «крутым папиком».

«Ладно, — отмахнулся он. — Я же не убивать ее собрался. Просто поговорю. Вдруг вменяемая. Хотя…» — Он сел в машину и плавно выехал со стоянки.

До нужного адреса он добрался за несколько минут и теперь сидел со включенной аварийкой. Припарковаться, как обычно, было негде. Но вот почти у самого входной группы освободилось место. Никак знак судьбы. Он припарковал автомобиль и вышел. На подъезде кодовый замок, вряд ли стоит звонить в домофон, только спугнет. Олег дождался, когда из двери выйдет кто-нибудь из жильцов и проскользнул внутрь.

Консьержки на месте не оказалось, еще один знак судьбы. Пройдя через просторный, отделанный керамогранитом холл, он оказался у лифтов.

«Наверняка квартирка с видом», — решил Олег и нажал на кнопку последнего этажа. Да и спускаться проще, чем подниматься.

Он не ошибся нужная квартира располагалась на верхнем этаже. Подошел к металлической двери и прислушался. Тихо. Может быть на лекциях? — и тут же улыбнулся. Такие лекции не посещают. Они заходят сразу в деканат с зачеткой. Он позвонил.

Щелкнул один замок, второй, и дверь медленно открылась. На пороге появилась изящная брюнетка в коротеньком шелковом халатике. Стоило ей увидеть Олега, как черты ее красивого лица исказил испуг, и она рванула дверь на себя, пытаясь закрыться. Олег успел схватиться за ручку.

— Я ничего вам не сделаю, — рычал он от усилия, с которым ему удавалось держать дверь приоткрытой. — Обещаю. Просто поговорим.

Девушка неожиданно отпустила ручку и дверь «прилетела» Олегу прямо в лоб.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Черт, — выругался он, потирая ушибленное место.

Из-за дверного полотна с опаской выглянула Джульетта.

— Я не причиню вам вреда, — Олег выставил руку, стараясь показать, что его не стоит бояться. — Мы можем поговорить?

— В подъезде, — произнесла девушка. Она продолжала держаться за приоткрытую дверь, кутаясь свободной рукой в коротенький халатик.

— Я так понимаю, вы — Джульетта? — без прелюдии начал Олег. — Не отпирайтесь, — строго проговорил он, заметив, что девица собирается возразить. — Не стану объяснять, как я вычислил вас, но у меня просьба — прекратите ваши писульки немедленно. Я серьезно. Либо выберите в качестве мишени кого-то другого. Вы нарушаете мое личное пространство, — заводился он, не встретив сопротивление девицы.

Она вдруг подошла, так расслабленно, будто не расслышала ни чего из сказанного, и протянула руку к его пульсирующему болью лбу.

— Пойдемте, дам вам лед, — ее ореховые с поволокой глаза так откровенно смотрели на него, что у Олега заныло в груди. Взгляд его соскользнул на ее тонкую длинную шею и остановился на пульсирующей венке. Вместе с этой пульсацией неожиданно вернулась дрожь в теле, и он тут же растерял весь свой боевой настрой. Позволил узкой ладони скользнуть в свою руку и увести его в недра шикарно обставленной квартиры, как бычка на веревке.

Джульетта усадила его на бархатный диван, а сама, покачивая бедрами, направилась к стоящему в зоне кухни холодильнику.

— Держите, — она протянула ему упаковку замороженной цветной капусты. И пока Олег неуклюже прикладывал ее к пульсирующей шишке на лбу, она бесстыдно разглядывала его. Странное ощущение. Это же он пришел к ней с требованием прекратить доставать его. Но чувствовал себя растерянным подростком, который впервые остался с красоткой один на один и ему возможно даже обломится. Он старался не пялится на ее трусы, краешек которых виднелся в раскрытый подол ее халатика.

— Спасибо, конечно, за помощь, — он решительно поднялся и всунул упаковку подтаявших овощей ей в руку. — Но я предупреждаю, если не перестанете доставать меня своими художествами, я буду вынужден подать на вас в суд.

— Что вам понравилось больше всего? — нагнал его в спину голос Джульетты.

Олег невольно развернулся, пораженный ее бесцеремонностью.

— Простите? — угрожающе хмуря брови, переспросил он.

Девушка подошла так близко, что он задохнулся от сладкого запаха ее духов, потеряв на миг контроль. Ее маленькая ладошка скользнула между его ног и огладила чуть выпирающий через джинсы бугорок.

Олег дернулся и, скривив от злости губы, рванул ее за запястье. Джульетта, казалось, ничуть не испугалась, лишь дернулась, как кукла, которую потянул за нитку кукловод.

— Сделай мне больно, — прошептала она и ее кроваво-красные губы приоткрылись.

Олег оттолкнул ее, брезгливо морщась.

— Я тебя предупредил, — бросил он и вышел за дверь.

Все время, что он ждал лифт, его преследовал ее хохот.

«Черт, — запрокинув гудящую голову на подголовник, Олег закрыл глаза. Не так он представлял себе их встречу. Хотя, чего он хотел от телки с такой внешностью и в такой квартире. Вот же дрянь, — он снова потрогал лоб. Будет шишка.

Глава 9

— Что с тобой? — усмехнулась Ника, открывшая ему дверь. — Подрался или это для роли?

Она не осталась ждать, когда он разуется и направилась в гостиную, где в манеже играла Мира. — Есть хочешь?

— Позже, — он сел на диван, лениво наблюдая за женой.

Сложив выглаженные вещи аккуратной стопкой, она подхватила их на руки и снова посмотрела на Олега.

— Так откуда шишка?

— Нравится?

— Девочки любят плохищей, — подыграла она и вышла из комнаты.

Олег последовал за ней. Он остался стоять у двери, не спеша проходить дальше в комнату, с тем же интересом наблюдал как Ника складывает белье в комод.

— Что? — заметив его внимательный взгляд, спросила Ника.

— Я соскучился, — он оттолкнулся плечом от стены и медленно направился к супруге. — Ты слышишь? — Развернул лицом к себе и неожиданно для нее откровенно поцеловал. Привыкшая к «чмокам» Ника растерялась, выронив на пол простыню в цветочек. Олег не отпускал. Его грубый напор и уверенный тон, делали ее милого Олега немного опасным и чуть-чуть чужим, будоража фантазию.

Он схватил ее за плечи и припечатал спиной к стене. На миг оторвавшись от исцелованных припухших губ, он посмотрел на нее. Ника была растеряна, с раскрасневшимся лицом и растрепанными волосами. То, что нужно. Никаких нежностей. Он рванул ее домашнюю рубашку в разные стороны, вмиг оголив увеличившуюся после рождения дочки грудь. Ника поспешила прикрыться, но Олег не позволил. Он правой рукой стиснул ее запястья, задрав ее руки высоко над головой, а левой обхватил округлую грудь и, склонившись, больно прикусил сосок. Ника мучительно застонала, подстегивая Олега вернуться к поцелуям.

Он с удовольствием сознавал, что Ника отвечает на его грубые ласки. Прав был Дэн, бабы любят жесткость.

В гостиной заплакала Мира. Ника тут же пришла в себя и попыталась вывернуться из его объятий, но Олег успел схватить ее за плечо.

— Олеж, сейчас, — извинялась, вырывалась Ника. Он не пускал, стараясь вернуться к прерванному занятию. Во время этой короткой, но яростной борьбы Ника потеряла равновесие и упала на колени. Олег навалился на нее, окончательно лишая возможности уйти.

Ника недовольно запыхтела, вырываясь из его хватки. Но ее угрозы растворились в желании Олега овладеть ей. Он намотал ее длинные волосы на кулак и резко вошел. Ника закричала, едва успев выставить руки, чтобы не пропахать носом пол. Его движения сразу же стали размашистыми и резкими. Он натягивал ее волосы, заставляя до боли запрокидывать голову, осаждал горячими, звонкими шлепками по ягодицам. Контролировал каждое движение, до синяков вцепившись в ее упругие покатые бедра.

— Что с тобой происходит? — сидя на полу и пытаясь застегнуть разорванную рубашку, спросила Ника.

— Ничего. Элементарное желание трахаться, — огрызнулся Олег.

— Зачем ты так, — возмутилась Ника. — Не надо тащить в дом эту грязь.

— Грязь? — зло усмехнулся он и вонзил в жену острый, как битое стекло, взгляд. — Ник, а как ты думаешь? То беременность и ты боишься за малыша. То живот большой, — не удобно. То «я только родила» у меня все болит. А потом «я устала». Болит живот, голова, у Миры режутся зубки. Что ты придумаешь еще? — негодовал он. — Нет, я понимаю, — не дав жене даже рта раскрыть, тут же вставил он. — Ты реально устаешь. Не высыпаешься. Но, Вероник, я же тоже работаю, тоже устаю. Я долго и послушно ждал, когда ты родишь, потом, когда откормишь грудью, теперь зубки, а когда у тебя появится время на меня? Я тоже часть этой семьи. Я тоже хочу любви и понимания, а не только напоминания о моих обязанностях.

Олег еще пару бесконечно долгих мгновений буравил растерянное лицо жены взглядом, словно хотел, чтобы сказанное надежно впечаталось в ее сознание. Не давая ей возможности возразить, он поднялся на ноги и вышел из спальни.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 10

— Первая неделя съемок подошла к концу. Все мы хорошо потрудились, все большие молодцы. Предлагаю спрыснуть это событие и расслабиться перед экспедицией. Через пару дней нас ждет природа, деревня, в общем, глубинка. Впору сказать словами Фамусова: «в деревню, к тетке, в глушь, в Саратов».

Режиссер находился в приподнятом настроении, сыпал цитатами и энергично жестикулировал. Когда Олегу в самый первый раз сказали: «мы едем в экспедицию», он был удивлен. Что? Вы шутите? Оказалось, что «экспедицией» киношники называют натурные съемки. И это сейчас им повезло, «натура» находилась недалеко от Клина. Первой же экспедицией Олега стала тундра со всей сопутствующей флорой и фауной. Холод, никаких удобств и еда в пластиковой посуде.

К совместным попойкам — они же «шапки» — Олег тоже привык. Бесспорно, такие мероприятия расслабляли и сближали коллектив. Вообще съемки казались ему залипательной вещью. Да, за смену выматываешься как черт, и приползаешь домой в состоянии нестояния, но за несколько месяцев съемочная группа успевает стать семьей, и когда заканчивается работа над фильмом, и группа выходит «в свет», оказывается, что в мире полным-полно чужих незнакомых людей.

На первую «шапку» вся группа обычно скидывалась. Так, по-скромному, чисто для себя. Это заключительная попойка была событием, требующим парадно-выходного вида и обязательно присутствия. Но и сейчас Олег решил остаться. А как по-другому? Он как никак исполнитель главной роли. Наконец-то.

Он довольно быстро накидался, и ходил угрюмый, словно искал повод для неприятностей. А ведь он должен радоваться жизни и строить грандиозные планы на будущее, которое у него определенно появилось.

То ли алкоголь баламутил сознание, то ли вдруг всплыли в голове прежние обиды и недомолвки с женой. Может быть злую шутку сыграла его растущая популярность, а с ней и ощущение превосходства, но вместо того, чтобы ехать домой и уснуть, дыша перегаром, на плече любимой супруги, Олег на автопилоте добрался до Нижегородской, 72.

Алкоголь уже немного выветрился, поэтому, оказавшись у нужной двери, он чувствовал себя просто мудаком.

«Зачем после случившегося снова приперся сюда? — злился он. — Неужели ее томный голос и издевательский смех так задели тебя?»

Привалившись спиной к дверному полотну, он медленно сполз на корточки и опустил глаза в пол.

— Я ожидала увидеть, как минимум твоих адвокатов, — произнес женский голос и в его поле зрения возникли ярко-красные «лодочки». Взгляд пополз вверх по узким лодыжкам, острым коленкам и остановился сантиметрах в десяти от греха, прикрытого клетчатой пласированной юбочкой, рассказ о которой тут же, как по команде, всплыл в мозгу.

Он понимал, как по-дурацки выглядит его визит, поэтому взгляд залип на ровных, отглаженных складках юбки. Тонкие пальчики с алыми ногтями, обхватили подол, и вместе с ним сердце и член Олега устремились вверх почти к самому горлу.

Он видел только гладко выбритый лобок и невинный чуть более темный бугорок клитора, выглядывающий из тонкой прорези, как нежный лепесток из тугого розового бутона.

Олег был ошеломлен, раздавлен, тепло растекалось по животу и ногам, отключая мозги.

Изящная ступня выскользнула из лаковой туфли и мягко уперлась ему в плечо. В нос проник терпкий чуть пряный запах ее влагалища. Он тяжело дышал через приоткрытый рот, не смея перевести взгляд или оттолкнуть. Сделать хоть что-то. Теплая ладонь коснулась его макушки, понукая приблизиться. Кончик носа раздвинул нежные «губки». Подол юбки упал ему на лоб, скрывая ото всех его нетерпение, его жажду, его падение. Бесы уже кипятят для него самый глубокий котел, но вряд ли он будет горячее объятых пламенем небес, дорогу к которым показала ему эта развратная, вздорная девчонка.

Она закричала, больно схватив его за волосы. Олег вынырнул из крутящегося на бешенной скорости экстаза. Он уперся руками в ее голые ноги и оттолкнул. Ему срочно нужно выйти. Он неуклюже поднялся, больно оцарапав спину о дверную ручку, и бросился вниз по лестнице на онемевших ногах, норовя упасть и сломать себе шею.

— Черт, черт, черт, — рычал он, колошматя кулаками по рулю. Хотелось вылезти из окончательно свихнувшегося тела и сбежать. Снова стать примерным семьянином и верным мужем. — Что ты творишь? — кричал он на себя, разбрызгивая слюну. — Полно баб, зачем эта?

На дисплее высветился номер Дэна. Олег не хотел ни с кем говорить, но ехать в таком состоянии домой было нельзя. Ника, как охотничья собака, обязательно учует его измену.

— Да, — бросил он.

— Ты где? — раздался в динамике бодрый и явно подшофе голос друга. — Слушай, тут туса стихийная образовалась, подгребай. Да брось, — протянул он, услышав вместо ответа молчание. — Все хотят познакомиться со знаменитым Олегом Трофимовым. Ёу, парень, давай. Где бы ты ни был, поднимай свой зад и тащи его сюда. Здесь вся киношная элита на свободном выпасе. Адрес эсэмэской.

Связь отключилась, оставив Олега в тишине, пропитанной его бесконечным чувством вины. Он понимал, что поступил эгоистично и необдуманно. На роль случайной любовницы больше бы подошла какая-нибудь смазливая девчонка из массовки, которая не станет предъявлять претензии. Джульетта же слишком опасная штучка, чтобы вести себя с ней беспечно.

«Да что ты, собственно, теряешь, — решил он, обдумывая предложение Дэна. — Все самое ужасное уже произошло».

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он переключил передачу, и медленно выехал со стоянки.

Глава 11

Язык прилип к небу, голова трещит, рука онемела. Олег попытался сменить позу и перевернуться на другой бок, но дело было не в неудобном положении, на его плече спало чье-то голое тело. Молодое и красивое голове тело. Крашенные блондинистые пряди скрывали лицо незнакомки, но задница что надо, пронеслось в голове. Похоже эта единственная залетная мысль, посетившая его голову, кроме адской боли, конечно. Но ее он заслужил. Что было вчера, Олег не помнил от слова совсем. Все события после его грехопадения на Нижегородской, 72 просто смазались в одно сплошное месиво из ощущений, вкусов и лиц. Даже так: дерьмовых вкусов, пьяных морд и не совсем приятных ощущений. Хотя… Он снова окинул взглядом молодое тело рядом.

— Прости, милая, — он аккуратно приподнял девушку, и с трудом освободил онемевшую руку.

Тяжело поднялся и, шаркая хозяйскими кожаными тапками по дорогому паркету, поплелся искать кран. Пить хотело страшно.

— Привет, — на автомате бросил он сидящему в кресле мужику. Его лицо было ему смутно знакомо — одна из вчерашних пьяных рож. Черт, это же Загорский — самый известный и крутой шоураннер. Олег дернулся протянуть ему руку, и только сейчас сообразил, что в одних трусах.

— А, Трофимов, — оторвавшись от чтения газеты, произнес Загорский. — Вид у вас помятый. Ну, ничего, поправимо. Приводите себя в порядок и спускайтесь, бахнем по чашечке кофе.

Удивленный этим приглашением, Олег кивнул и быстро прошаркал на кухню.

После душа и пары шипучек аспирина он чувствовал себя сносно. Мыслительный процесс включился, только речь давалась ему еще с трудом и только через головную боль. Но он решил, что ради Загорского потерпит.

***

По столу заелозил сотовый, включенный на вибро. Олег мельком взглянул на контакт — «Ника».

— Не ответите, — поинтересовался Загорский.

— Ничего срочного, позже перезвоню, — отмахнулся Олег. Он не хотел выслушивать очередные недовольства жены. А вот Загорский предлагал ему участие в весьма многообещающем проекте. Да, будет сложно и снова придется перенести отпуск, но это того стоит.

— Ну хорошо, Олег, пришли мне свое портфолио, и приходи на пробу. Я тебя наберу. Думаю, через недельку-другую, — он сделал знак, чтобы Олег набрал его номер. Сбросил звонок, и внес телефон в список контактов. — Ну все, бывай.

Олег проводил его взглядом до двери и только после с облегчением откинулся на мягкую спинку кресла.

Он вспомнил про звонок Ники, но поколебавшись, решил не перезванивать. Для начала нужно перекусить. Переносить женские истерики лучше на сытый желудок.

***

— Ало, Дэнчик, — бросила в трубку Ника. — Не отвлекаю? — для порядка спросила она, хотя знала, чем бы не был занят Дэн, для нее он всегда свободен. — Прости, что отвлекаю, но ты не знаешь, где Олег?

Дэн перевел взгляд на сидящего за столом друга и уверенно ответил: — Нет. Что-то случилось?

— Не бери в голову. Просто не могу до него дозвониться, он уже два дня не ночевал дома, — несмотря на предполагаемое беспокойство, голос Ники звучал спокойно.

Она оттолкнула от своего торчащего из воды колена зеленую резиновую лягушку и по-детски улыбнулась дочке. В ванной было жарко и много пара. Мира любила купаться, особенно вместе с мамой. Можно было плескаться, часами пускать по воде кораблики и брызгаться. Девочка заливисто рассмеялась, глядя, как лягушонок ткнулся ей в грудь.

— Да, мы с ней в ванной, — добродушно ответила Ника на вопрос Дэна. — Так ты не знаешь, где он? Жаль. Ладно, прости за беспокойство, попробую еще раз его набрать, — она коротко попрощалась и сбросила звонок. Отложив трубку на раковину, она с головой погрузилась в игру с дочкой. Это единственное, что она могла сейчас контролировать.

Сполоснув малышку под душем, она завернула ее в пушистое махровое полотенце и вынесла из ванной. После пропаренной ванной в гостиной было прохладно. Ника переодела дочку и усадила в манеж. Быстро нанесла на лицо крем, наскоро расчесалась и пошла готовить обед.

Пока она хлопотала у плиты помешивая кашу, то и дело бросала взгляд на лежащий дисплеем вниз телефон. Она не хотела снова звонить, а так, была вероятность, что Олег уже что-то написал ей или перезвонил, просто она не услышала.

Ника чувствовала, что стремительно теряет контроль над собственной семьей. Мирочка уже вполне самостоятельная девочка и может занять себя сама, Олег с головой ушел в карьеру, а она как-то совершенно незаметно для себя осталась не у дел. Может быть Олег прав, и она просто надумывает себе? Взгляд невольно упал на лежащий на кухонном столе ноутбук. Интересно, о чем эта дрянь написала сегодня?

Ника не могла ответить себе, зачем она читает всю эту гадость. Может быть, это был единственный способ быть в курсе?

«Боже мой, — фыркнула она, — опять ты начинаешь? Скоро Олежка даже звонить перестанет».

Она выключила огонь под кастрюлей и положила пару ложек каши в тарелку с розовым пони.

***

— Слушай, там Ника звонила, — Дэн подсел за стол рядом с Олегом. — Что ешь?

— Яичница с беконом. Будешь? — предложил Олег и подвинул тарелку ближе к другу.

Тот взял ломтик бекона и с хрустом откусил.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Вкусно, — облизывая пальцы, прокомментировал он. — Так что с Никой?

— Перезвоню через пару минут. Дай поесть, — недовольно ответил Олег.

— А я смотрю у тебя голос прорезался, — усмехнулся друг. — Решил показать, кто в доме хозяин?

— Да там долгая история, — отмахнулся Олег.

— Джульетта? — догадался Дэн. — Ты так и не рассказал мне, съездил к ней или нет.

— Пока не до нее, — соврал Олег. — Поговорю чуть позже.

— Ну ясен пень, некогда, — сочувственно произнес Дэн. — Бухаешь и с бабами трахаешься, — он проводил глазами изящное голое тело, прошествовавшее мимо них, — Всяко все время на это уходит.

— Ты чего хочешь? — вспылил Олег. — Ты же сам меня позвал. Теперь и ты будешь мне нотации читать? Не лезь в мою семью. Сам разберусь.

— Ладно, — примирительно поднял руки Дэн. — Как скажешь, друг, — он намеренно сделал акцент на последнем слове. Заметив признаки сожаления в мимике Олега, он поднялся из-за стола и по-дружески хлопнул его по плечу.

— Смотри, Ника классная девчонка, уведут.

— Да знаю я, — себе под нос буркнул Олег и взял в руку телефон.

Глава 12

— Привет. Звонила? Прости, не мог говорить.

— Ничего страшного, — ответила жена, — Просто хотела узнать, когда ты вернешься? Мы с Мирочкой соскучились.

Спокойный голос жены радовал Олега. На душе сразу стало спокойно. Да, он идиот, но все поправимо.

— Думаю, после обеда освобожусь и сразу приеду. Можем вместе погулять с Мирой, — предложил он в благодарность за то, что Ника не начала снова выносить ему мозг.

— Здорово. Тогда до встречи.

В трубке повисла тишина. Олег отключил мобильник и пошел на верх, где оставил свои вещи. Нужно заехать еще в пару мест и сразу домой. Сегодня эта мысль его согревала.

Припарковавшись возле подъезда Олег, бросил взгляд на окна пятого этажа. У него возникло странное чувство, будто он вернулся после продолжительной командировки.

Ника встретила его в прекрасном настроении, они погуляли с дочкой в ближайшем парке, покормили вместе уток. После ужина Олег сел на диван возле телевизора со стаканом виски, а Ника ушла укладывать дочку спать. Он чувствовал усталость, не хотелось даже переодеваться в домашнее. Однако, пересилил себя и, оставив недопитый стакан на невысоком столике, направился в душ. Хотелось смыть с себя похмельную слабость и груз нелепых ошибок.

Он переоделся в спортивный костюм и, проходя мимо спальни дочки, заглянул в приоткрытую дверь. Ника сидела на краю ее кровати с книжкой и читала сказку про котят. Мира обожала ее, но сейчас ее глазки неумолимо закрывались под тихий убаюкивающий голос матери.

«Какая она красивая», — подумал Олег до конца не понимая, к кому конкретно относились его мысли. К склонившейся над книжкой Нике или разбросавшей по подушке золотые кудри Мире. Он тихо прикрыл дверь и вернулся к телевизору.

— Привет, — минут через десять в гостиной появилась Ника. Ее длинное голубое платье нежно облегало ее грудь и тонкую талию, а из-под легкого длинного подола виднелись голые ступни.

Она подошла, ступая мягко, как вышедшая на охоту кошечка, и уютно опустилась на пол у его ног.

Олег сидел не шевелясь, почти не дышал. Такое завуалированное желание возбуждало его.

Пальчики жены медленно поползли по его ногам и через пару секунд уже нырнули под резинку мягких домашних штанов. Олег хотел проявить инициативу, подался вперед, чтобы поцеловать, но Ника не позволила, упершись ему в грудь рукой, снова оттолкнула на спинку дивана.

— Не-а, — покачала она головой и поднялась на ноги. И тут же подол ее легкого платья взлетел вверх, как пена от накатившей на берег волны и обрушился на его грудь и ноги. Ника оседлала его и долго разглядывала, водя кончиками пальцев по линии скул и губ, будто нарочно дразнила.

— Я люблю тебя, — в блаженстве выдохнул Олег и нежно коснулся ее губ.

— А я так люблю, когда ты только из душа и твоя кожа блестит от воды, — прошептала Ника склонившись к его шее и поймала кончиком языка скатившуюся с мокрых волос каплю.

Он нежно обхватил ладонями ее лицо и посмотрел в глаза. В них светились мягкость и покорность. Такая тихая красота, которая читалась в каждой черточке ее родного лица. И желтых как у кошки глазах, и маленьком чуть вздернутом носе, и красиво очерченных губах. Он наклонился и поцеловал их. Его губы неспешно заскользили по ее губам, обхватывая то верхнюю губу, то нижнюю, чуть прикусывая, и тут же проникая в ее рот.

— Пойдем в спальню, — предложил он. Олегу хотелось, чтобы все сейчас было правильно. Он не хотел спешить и, как в их самый первый раз, взял жену за руку и, не торопясь, повел за собой.

— Ты ложись, я сейчас, — прошептала Ника и ускользнула в ванную.

Олег сел на край кровати и тут же откинулся на спину. Заложил руки за голову и принялся слушать шум льющейся из-за закрытой двери воды. За окном послышался шорох шин проезжающего автомобиля и по темному потолку скользнула яркая светящаяся полоска света.

В ванной выключилась вода и Олег почувствовал, как возбуждение накатывает на него в этом коротком, но томительном ожидании, когда Ника наконец-то появится на пороге их спальни.

Она вошла и воздух наполнил аромат горького шоколада. Тонкий кружевной пеньюар был подпоясан. Олег сел, придвинув жену к себе так, что она оказалась между его ног.

Он потянул за конец шелкового пояса, и тот скользнул вниз, как змея. Ника хотела лечь, но он не позволил.

— Хочу посмотреть на тебя, — полушепотом произнес он, и Ника подчинилась.

Олег просунул руки за отвороты халатика, облизав ее высвеченное светом луны тело, он стек вниз холодной шелковой волной. Кончики его пальцев коснулись отвердевших сосков, аккуратно легли на груди. Сначала обхватил губами один сосок, потом второй. Ладони скользнули по талии за спину и нежно огладили круглые ягодицы.

Вина за недавнюю измену против воли обостряла чувства. Вспыхивала под кожей сотней колючих искр бенгальского огня. Но в его желании не было грязи, только, окруженная железобетонным забором его любви, чистота.

Он обхватил ее руками и, рывком поднявшись, уложил в постель. Поцелуи обрушились на ее скулы, губы, шею, грудь. Он подмял Нику под себя, словно хотел раствориться в ней.

— Помнишь, как мы жили в нашем маленьком мирке и мечтали о том, что переберемся в столицу, ты станешь знаменитым, и мы будем жить в огромной квартире в самом центре, — тихо проговорила Ника, когда безудержная страсть охватившая их уступила место мягкой неге.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Что-то изменилось? — разомлевшим голосом спросил Олег.

— Просто мир вдруг стал огромным, и мне стало в нем холодно и одиноко.

— Не говори глупостей, — Олег обнял жену, уже соскальзывая сон, как в теплую ванну. — Мира подрастет, ты найдешь себе занятие по душе… — он уткнулся носом ей в шею и горячо и размеренно задышал. Ника улыбнулась, продолжая разглядывать замысловатые тени, которые рисовали на потолке уличные фонари.

Глава 13

Выходные Олег провел в домашней идиллии. Ника больше не заикалась о рассказах Джульетты, даже зубки Миры решили взять выходной. Девочка пребывала в прекрасном настроении и вместо капризов, смеялась и с удовольствием изучала, а иногда разрушала мир. Олег забыл о событиях последней недели. Они словно померкли, вылиняли на фоне размеренного счастья, которым его окружила семья.

— Не хочу никуда ехать, — проговорил Олег, разглядывая их с Никой переплетенные пальцы. Жена лежала рядом, по-собственнически закинув на супруга ногу и руку. Ее голова покоилась на его плече и Ника лениво поигрывала с кучеряшками на его груди, накручивая их на указательный палец.

— Не уезжай, — эгоистично произнесла она, хотя прекрасно знала, что Олег ждет от нее понимания и поддержки. — Съездим на море.

Олег заелозил, пытаясь освободиться от ее захвата и подняться с постели. Ника лишь сильнее сжала его в объятиях. Она понимала, что перегнула, но ей не было стыдно.

— Прости, — тихо сказала она, потому что так было надо. — Знаю, что ты не можешь остаться. Сколько времени мы на этот раз тебя не увидим?

— Думаю, неделя, максимум две. Уверен, даже не успеешь соскучиться, — он перевернулся на бок, чмокнул ее в нос и поднялся с кровати. — Пора вставать. Мне нужно срочно выпить кофе, — проговорил он, нашаривая ногой тапок. — Тебе сделать?

— Да, — по-детски растянула губки Ника и перевернулась на живот. — Возвращайся поскорее.

— Ты так хочешь кофе или меня? — игриво спросил Олег.

— Пф, — фыркнула Ника словно он спросил у нее ужасную глупость. — Конечно кофе.

Олег схватил подушку и замахнувшись, бросил в жену. Ника засмеялась, закрывая голову руками.

Олег, пританцовывая, направился на кухню. Достал из посудомоечной машины их любимые с Никой чашки. Загудела кофемашина и в кружки двумя маленькими струйками потекла ароматная магия.

Осторожно, чтобы не расплескать напиток, он вернулся в спальню. Ника продолжала лежать на животе и, только завидев его, вскочила и села, подогнув под себя ноги. Она приняла из рук супруга горячую, курящуюся ароматным дымком чашку и, не отрывая глаз от довольного лица Олега, пригубила свежесваренный американо.

— Лучший кофе в Москве и московской области, — похвалила она.

На прикроватной тумбочке звякнул телефон, — пришла эсэмэска. Олег поставил чашку и взял сотовый в руку. Могли поменять время выезда или место сборов, но номер, с которого было отправлено сообщение оказался ему не знаком.

«Безумно соскучилась по твоему языку».

Это короткое сообщение отравленной стрелой вонзилось в сердце, вызвав ноющую боль. Даже без подписи он знал кто отправитель. Олег невольно бросил взгляд на жену, которая притихла с чашечкой в руках и внимательно следила за ним.

«Наверняка заметила мой испуг, — подумал Олег и изобразил на лице беспечную улыбку. — Перенесли время выезда, — с досадой произнес он. И вместо того, чтобы продолжить пить кофе, улегся рядом с женой и положил голову ей на колени. — Не хочу уезжать, — слепо пялясь в потолок, произнес он. Растопырив пальчики, она провела ими, как гребенкой, по его волосам. Сердце в груди Олега начало успокаиваться, боль затихла, осталось только гадливое чувство лжи.

Через несколько часов стоя у двери и обнимая жену, Олег действительно жалел, что нужно куда-то уезжать. Тот мир, который они с Никой вернули в свою семью был еще совсем хрупкий, его хотелось защищать. В кармане снова звякнул телефон. Ольг вздрогнул.

«Похоже, что пора поменять эсэмэс-оповещение на звук выстрела», — подумал он.

— Ты чего? — Ника отстранилась и вопросительно посмотрела.

— Прости, просто задумался.

— Надеюсь о нас? — спросила Ника и повернулась к нему правым боком, где держала на руках Миру. Тот чмокнул дочку в щеку и, улыбнувшись на прощанье, вышел.

Нажав на кнопку вызова лифта, Олег полез в карман и достал сотовый.

— Черт, — выругался он, — прочитав новое послание от анонима. Он старался не волноваться. «Что она, по сути, может ему сделать? Напишет новый полный фальшивой страсти рассказ? Ими уже никого не удивишь. Расслабься чувак и не ведись на дешевые разводки», — велел он себе и уверенно вступил в ярко освещенную кабину лифта, с которой началась его очередная «экспедиция».

У подъезда его ждала машина, за разговорами с водителем забылись его волнения за Нику и Миру, и окончательно стерлись из памяти нелепые послания от Джульетты. Впереди их ждали трудные, но определенно интересные натурные съемки.

***

«

Муж снова уехал по делам и бросил нас с дочкой одних

» — «плохие мамашки точка ру». Измени ему — тридцать пять голосов. Не разговаривай с ним, пусть поволнуется — сорок три.

Нике был приятен сам факт, что отъезд мужа сложное испытание не только для нее. Она посмеялась, даже дала втянуть себя в диалог «выбери красавчика для измены» и после сотни сообщений, наполненных юмором, критикой и прочими бабскими приколами номером один для измены стал Брэд Питт. Не помогли даже вопли Ники по поводу его возраста. Сошлись на том, что в «Интервью с вампиром» он был очень даже. Вторым, практически ноздря в ноздрю с шел Джон Уик – мужчина развязавший апокалипсис из-за памяти о жене. Чем не пример для подражания? Самой Нике больше нравился герой Райфа Файнса из «Английского пациента». Видимо, ей не хватало чего-то экстремального, запретного и опасного. Вегетарианское материнство немного заглушило в ней женщину и этот час в чате «мамок» поднял ее настроение и самооценку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вечером заявилась Светка. Они договорились заранее, и сейчас Нику грызло чувство вины, вроде как она ждала, когда Олег уедет.

— Слушай, не такая уж отстойная идея с изменой. — Подожди, — тут же добавила она, видя гримасу возмущения на лице подруги. — Одна моя знакомая зарегистрировалась на сайте знакомств. Прикинь, мужики так обленились, что самый частый запрос к потенциальным невестам — виртуальный секс, — хохотнула Светка.

— Это как? — не поняла Ника.

— Ну, типа описываешь чего ты хочешь. Он включается в процесс и описывает как он это делает. Ну, или наоборот. И кстати, полно тех, кто открыто заявляет, что им нравится, когда женщина доминирует. Прикинь.

— Куда катится мир, — притворно вздохнула Ника и пригубила вино из бокала.

Раньше они со Светкой частенько встречались чтобы поболтать, «поперемывать косточки» знакомым и просто выпить любимое Шардоне. После девяти месяцев беременности и почти года кормления грудью Ника с удовольствием и с трепетом возвращалась к обычной жизни и когда-то банальным привычкам. Это как в первый раз лечь на живот после родов. Казалось бы, что может быть проще, но чувство такое, что впервые прыгаешь с парашютом.

— Ну, а чего такого? Олежки неделями нет дома, а ты не человек что ли? Тоже хочется нравится. Да, и чувства обострите.

— Нет уж, спасибо. Я как-нибудь по старинке. Еще секса по переписке мне не хватает, — отмахнулась Ника. — Эй, подожди-ка, эта самая подруга — ты? Колись, — ее глаза заблестели.

— Ладно, поймала, — засмеялась Светка. — Но про подругу я не врала. Просто решила расширить горизонты.

— И как, расширила?

— Столько писюнов я за всю свою жизнь не видела, сколько поскидывали в первую неделю, — засмеялась Светка и взяла в руки телефон. — Смотри, — она повернула сотовый экраном к подруге и принялась неспешно листать фотографии.

— Фу-у, — брезгливо сморщилась Ника. — Перестань. Я вообще-то ем.

— Ест она, — возмутилась Светка и снова положила телефон на стол экраном вниз.

— А ты говоришь любовь. У людей времени на нее нет. Вот только эсэмэсками и общаются. Мы точно скоро вымрем.

— Скажи честно, я поправилась? — вдруг спросила Ника, резко меняя тему разговора.

— С чего ты взяла? — расширила глаза Светка. — Это тебе твой благоверный сказал?

— Нет, но я же понимаю, он окружен суперсекси телками. Подтянутыми, ухоженными, для которых тело — залог успеха.

— Скажу тебе честно, — Светка сделала паузу.

Ника сощурила глаза, будто приготовилась внимать нелицеприятную правду, которую вот-вот обрушит на нее подруга.

— Ты просто конфетка. Реально, — заверила она.

— Да ладно тебе, я же вижу, как в зале все мужики только на тебя пялятся, а я так, — бесплатное приложение к красивой подруге, — разочарованно произнесла Ника.

— Это не так работает. Я — женщина свободная: игривый взгляд, заманчивая пластика движений. А у тебя на лбу написано — мать! Вот они не рыпаются. Говорю тебе, пофлиртуй с кем-нибудь. Это ни к чему тебя не обязывает, заодно и Олежека своего ревновать заставишь. Они знаешь как быстро мужика включают, когда кто-то зарится на их собственность, — с глубоким знанием вопроса произнесла Светка.

— И все равно, это как-то сомнительно. Чужой мужик. Фу! — брезгливо сморщилась Ника.

— Ну тогда сиди и дальше из-за своего муженька переживай.

— Ладно, я подумаю, — отмахнулась Ника. — Покажи еще раз фотки, — улыбнулась она.

Неожиданно для нее занятие оказалось отвратительно-притягательным, как подглядывание в замочную скважину. На свете существует куча способов заставить ее Олега спешить домой. Посиделки с подругой ее расслабили и вселили уверенность в себе. Именно то, чего ей так не хватало в последнее время.

Глава 14

Стук в дверь разбудил Олега. Он вздрогнул и, еще не до конца придя в себя, прислушался. Стук повторился, а из коридора донесся голос второго режиссера Яны Курочкиной.

— Олеж, ну ты чего спишь что ли? Через полчаса съемка.

— Уже встаю, — громко произнес он и с трудом сел, свесив ноги с кровати. Олег сидел так минут пять пока окончательно не проснулся.

Он взял в руку телефон, решив позвонить Нике. Но вместо звонка просто написал ей «доброе утро». Вчерашняя тоска от разлуки с любимыми девочками притупилась в суете рабочих будней, и Олег снова почувствовал себя сильным и уверенным в себе человеком, который точно знает, чего хочет добиться и главное, для кого. Ника его обязательно поймет. В сознании снова всплыла мысль о море, на которое он так и не свозил жену. А оставленное у Загорского портфолио, давало ему повод придумывать новые отговорки.

Он принял душ, быстро оделся и, перехватив по дороге на съемочную площадку стаканчик кофе, окончательно выбросил быт из головы и погрузился в рабочий процесс.

Сцена в подвале маньяка давалась ему с трудом. Он никак не мог настроится на упоение чужими страданиями. Режиссер был недоволен, отсняли уже шесть дублей и все не то.

— Ладно, Олег, отдохни и соберись. Перерыв пятнадцать минут, — громко объявил он в громкоговоритель.

Стоило Кириллу отпустить вожжи рабочего процесса, как только что собранная, работающая как единый слаженный организм группа, медленно разбрелась, предоставленная сама себе.

Олег злился, он никак не мог поймать атмосферу предстоящей сцены. Его герой не хотел «появляться». В кармане куртки звякнул телефон. Он решил, что это Ника наконец-то ответила на его пожелание доброго утра. Однако посмотрев на экран, он с неприязнью заметил все тот же незнакомый номер.

Олег хотел уже сунуть мобильник обратно в карман, решив, что слишком много чести для того, кто не хочет играть открыто, как заметил, что на этот раз Джульетта прислала ему видео.

Недоброе ощущение пронзило грудь, он нажал на воспроизведение. На не очень четкой картинке был записан его пьяный визит к самозванке. Тогда он мало что соображал, расстроенный неурядицами в семье, но сейчас, глядя на темную «зернистую» картинку, ужаснулся. И как он не заметил камеры в подъезде?

«Черт. Получается, она ждала его? Знала, что рано или поздно он придет. Но это значит, что ее второсортные рассказы были лишь поводом для чего-то большего? — Олегу стало жарко. Словно это осознание, как горячая липкая смола, облепило его. С другой стороны, камеры на лестничной площадке — не такая уж редкость в наши дни. Особенно в новых элитных домах. Он попался как муха в паутину, расставленную опытным охотником. Возможно, он все это лишь надумывает, но ощущение грязи вновь вернулось вместе с сообщениями Джульетты.

Пока он решал стоит ли ему как-то отреагировать на видео, как следом за ним пришло новое послание:

«Если не будешь отвечать на мои сообщения, выложу это видео в сеть. Ты же понимаешь, рассказы уже не актуальны, мои читатели хотят большего. Интриги. Как думаешь, что будет, если все узнают, что мы реально любовники?»

Олега захлестнула волна ярости. Он скомкал бумажный стаканчик прямо с остатками недопитого кофе и даже не заметил, как обжег руку.

— Олег, там тебя Кирилл обыскался, — перед ним возникло веснушчатое лицо Курочкиной.

— Да иду я, — огрызнулся он. Яна отшатнулась и поспешила скрыться из вида.

Олег вернулся на площадку. Его партнерша — молоденькая актриса, уже закованная в наручники, сидела на грязном матрасе, небрежно брошенном на полу и во все глаза смотрела на него.

— Никто не узнает, что мы знакомы, — произнесла она отчаянно, после щелчка нумератора. — Клянусь.

Знакомая фраза взметнулась у него в груди кислотой и, выжигая внутренности, начала подниматься к шее. Он наотмашь ударил девчонку по лицу и, в миг оседлав, принялся душить. Ярость полыхала внутри, переплетаясь с каким-то совершенно неконтролируемым удовольствием при виде ее безумных от страха глаз. Он вдруг почувствовал эрекцию. Ненависть, ужас, экстаз слились воедино, и он не мог сказать точно, чего хотел сейчас больше — оттрахать ее или убить. И это залитое слезами лицо возбуждало его, смешиваясь в единый острый, горячий, будоражащий коктейль, и ему казалось, что возбуждает его совсем не девушка, а медленно наползающая на ее лицо маска смерти.

— Нет, малышка, — ядовито прошептал он, склонившись к самому уху жертвы. — У меня на тебя другие планы.

— Стоп, снято, — выкрикнул режиссер. — Ну, вот, Отлично. Актерище, — он соскочил со своего стула и, подбежав к Олегу, похлопал его по спине.

— Ненормальный, — девчонка быстро поднялась с матраса и, размазывая по лицу выступившую из носа кровь, сопли и слезы, выбежала на улицу.

— Ничего, отойдет, — проводив актрису взглядом, ответил Кирилл и снова посмотрел на Олега. — Но сыграл гениально. Я реально пересрался, что ты ее прямо здесь и придушишь.

Олег потрясенно молчал. Говорить не хотелось, да он бы и не смог.

— Но ты поаккуратнее, — напоследок добавил режиссер. — Сыграл отлично, но впредь придерживайся сценария. Не хватает нам исков за нанесение тяжких телесных, — улыбнулся он.

Олегу стало неловко. Он пошел искать Катю, так звали его попавшую под руку партнершу, а по сценарию жертву номер один. Он нашел ее плачущей за гримерками. Олег долго извинялся, рассказывал об актерском вдохновении и том, что впредь не будет давать волю рукам и напоследок отдал ей свой платок, чтобы та вытерла заплаканное лицо.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вернувшись на площадку, он заметил на себе настороженные взгляды съемочной группы. Похоже он реально перегнул. И только Кирилл выглядел довольным.

— Сцена в подвале дубль семь, — раздался протокольный голос, и резкий щелчок, который заставил Олега выбросить все лишнее из головы и погрузиться в темные больные мысли и желания своего героя.

Глава 15

— Ну что, стратегия не писать первой, чтобы вызвать ревность работает?

— Похоже на Олеге твоя теория забуксовала, — недовольно ответила Ника. — Написал мне «доброе утро». Я, как ты и велела, ответила коротко и нейтрально: «доброе». А дальше тишина.

— Ладно, не вешаем нос, — доносился из трубки Светкин голос. — Продолжаем использовать принцип отстранения. Обычно, действует безотказно. Мужики не любят, когда непонятно. Слишком примитивные, чтобы просчитать наши ходы.

— Главное, самим не запутаться, — со вздохом ответила Ника. — Может, зря я с ним так? Он же работает.

— А не ты ли мне вчера жаловалась, что боишься, что мужа какая-нибудь анорексичка уведет? Знаешь, что чаще всего разрушает браки? Пресыщеность, — менторским тоном проговорила Светка.

Ника знала, такие слова слишком сложны для подруги. Скорее всего она и значения их не знает. Наверняка, вычитала в каком-нибудь умном журнале для девушек в поиске.

— Вы все друг о друге знаете, уже нечем заинтриговать. Значит нужно искать другие способы удивлять друг друга.

— Не отвечать на его сообщения или завести себе мужика для виртуального секса? — скептически бросила в трубку Ника.

Светка ей нравилась. Было в ней что-то невинное и порочное одновременно. А еще она завидовала ее легкости. Легко вступать в отношения, легко из них выходить. Не продумывать свою жизнь даже на пару месяцев вперед.

Ника была совсем другой, у нее все было расписано и разложено. Наверное, поэтому у нее на лбу крупно написано «занято». Она любила свою жизнь, но иногда ей не хватало Светкиного сумасбродства.

— Прости, — чтобы не обострять, сказала она. В конце концов она сама обратилась к подруге за советом. «Может быть Света и права, немного ветрености мне не помешает?» — Посмотрим, что из этого выйдет. Возможно, я действительно слишком предсказуема. Кстати, как твои виртуальные свидания? — желая перевести разговор на другую тему, поинтересовалась Ника.

Подруга принялась во всех красках описывать претендентов на ее свободное время и знание основ русского языка. Все ее ухажеры сводились к двум типам: долбоебы и не долбоебы. И если первый тип — это все, кто могут только лишь языком трепать, то второй делился на подтипы: мутные, занудные и ниче так. Из вереницы потенциальных партнеров, с которыми Ника уже имела честь частично ознакомиться вчера, выискался единственный, который прошел через сито Светкиного отбора и сумел ее заинтересовать. Марат оказался бизнесменом, большую часть года проживающим в Америке. В России у него был какой-то смежный бизнес, квартира, машина и желание скрасить холодные вечера с удивительной русской красавицей.

— Ну а что, — распиналась Светка. — Эти встречи ни к чему не обязывают. Моя верность его тоже не больно-то волнует. Зато он сразу же намекнул, что встречаться по гостишкам не намерен, не мальчик уже. И сразу же предложил прикупить для русских сезонов уютное гнездышко в центре. В общем, положительный со всех сторон человек мужеского роду, — кривлялась Светка, намеренно принижая достоинства кавалера, чтобы Ника начала его нахваливать.

После разговора с подругой, Ника лежала в постели и пыталась сдержаться, чтобы не позвонить Олегу. Да, все-таки интриги — дело тонкое, нервное и энергозатратное. Она в очередной раз взяла в руку сотовый и посмотрела на счетчик сообщений. От Олега по-прежнему ничего. Похоже, он читает те же журналы, что и Светка, — вздохнула Ника и отложив телефон, повернулась на бок. Нужно поспать, пока не проснулась Мира.

***

— Привет.

Голос Олега был еще сонный, и Ника тут же представила его лежащим с постели с взъерошенными волосами и по-детски заспанным лицом.

— Прости, что вчера не позвонил, съемки были тяжелыми. Никак не мог настроиться. Все-таки, разлука не идет мне на пользу.

— Так приезжай, — безжалостно бросила Ника в трубку, зная, что Олег ответит.

— Очень хочу, — протянул он. — Но…

— Как дела? Как устроился? — Ника специально резко перевела разговор, чтобы у мужа осталось легкое чувство вины. Это то малое, чем он должен был заплатить за свои вечные командировки.

— Дела нормально, да и устроился не плохо. Конечно, это совсем не то, что просыпаться дома рядом с тобой. Как ты, как Мирочка?

— Нормально, у Миры тоже, — Ника мельком взглянула на играющую на полу дочку и улыбнулась. — Я тебе не рассказывала? Мира научилась танцевать. Такая уморительная. Жаль, что ты все пропустишь.

Второй запрещенный ход, но Ника умела дозировать вину. Ей иногда казалось, что женщины уже рождаются с подобными базовыми настройками. Иначе как еще удержать рядом с собой мужа? Им только дай волю, домой только на выходные будут приезжать и то, для того чтобы сексом заняться. Правильно сказал кто-то из классиков: «Секс — плата женщины за брак, а брак — плата мужчины за секс». Ничего не поделаешь, у каждого из нас свои базовые настройки.

— Мне тоже жаль, — извиняющимся тоном произнес Олег. — Можешь поснимать ее для меня?

— Конечно, — мягко произнесла Ника.

Стоило Олегу сбросить вызов, как на телефон пришло сообщение. Он снова разблокировал экран и с опаской насмотрел имя отправителя.

«Фух, — выдохнул он. Это Ника прислала танцы дочки. Он с умилением разглядывал маленькую воображулю в розовом платье и беспрестанно улыбался. — Все-таки артистичностью она пошла в папу».

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 16

Всю неделю съемочная группа вкалывала по четырнадцать часов без выходных. Чтобы у людей не сорвало чердак, в воскресенье Кирилл дал команде полдня отдыха. Все так «прикипели» друг к другу, что было странно выйти в город и увидеть новые лица.

Олег решил прогуляться. Сущность безжалостного убийцы, которую вот уже несколько недель он пытается (иногда очень даже успешно) вытаскивать из себя по команде «мотор», настолько потеснила личность самого Олега Трофимова, что ему срочно нужно было побыть самим собой.

Он пошатался по округе, забрел в музей Чайковского, музыку которого уважал и любил. И перед тем, как вернуться в гостиницу, забрел в какой-то бар. Внутри играла живая музыка, под звуки весьма недурного саксофона, Олег расслабился в углу у барной стойки. Он так устал от людей и суеты, единственное, чего ему хотелось — уединение.

Он достал из кармана джинсов сотовый и, под искрящийся знойным летом бокальчик апероля, пролистал соцсети и мессенджеры. Ему пару раз звонил Дэн, наверняка про Джульетту хотел выспросить. Ника прислала новые видео с дочкой. Похоже, у нее новая стратегия — побольше Миры. Олег был не против. Уж лучше взаимных упреков. Неизвестный номер, который Олег так и оставил не записанным, тоже прислал несколько сообщений. Олега распирало обычное человеческое любопытство. Просто глянуть, что она настрочила на этот раз? Снова решила его попугать? Но сдержался. Он твердо решил, что этой женщины больше не будет в его жизни.

Он уже собрался позвонить жене, но передумал. Не хотел снова отвечать на ее вопросы, вроде: когда он вернется и как устроился? Которые оставляли у него странное послевкусие тотального контроля и необоснованной ревности.

Он лениво потягивал уже третий коктейль и рассеянно пялился в экран смартфона. Поверх очередного видео с котиками появилось всплывающее сообщение. Оно было совсем коротким. Олег невольно прочитал текст: «Наверное вкусно? Угостишь?»

Невольная тревога сдавила сердце, и Олег против воли и разумного смысла, завертелся на высоком барном стуле, пытаясь отыскать глазами отправителя. Неужели эта сумасшедшая притащилась сюда за ним? Бар тут же стал не уютным, а музыка начала раздражать. Олег старался не поддаваться панике и вести себя как ни в чем небывало, но не мог совладать с нервами и снова принялся разглядывать посетителей.

Не найдя Джульетту, он немного успокоился, но все же решил вернуться в гостиницу. Там ей будет сложнее затеряться, чтобы подкрасться незаметно. Он рассчитался за выпивку и вышел. На городок уже наползали сизые весенние сумерки, включились фонари, вытягивая тени домов, столбов, деревьев длинными пугающими фигурами на асфальте.

Олег поплотнее запахнулся в ветровку, и быстро зашагал вперед. Ему казалось, что сзади его кто-то преследует, но проявил характер и ни разу не обернулся. Влетев на крыльцо небольшой гостиницы, где почти все номера были заняты съемочной группой, он почувствовал себя спокойнее. В холле он чуть не сбил с ног режиссера, столкнувшись с ним лоб в лоб.

— Эй, ты куда так ломанулся? — придержал его за локоть Кирилл. — Приведение что ли увидел?

— Почти, — отмахнулся Олег и остановился. — Сигарета есть?

— Есть, — рассеяно ответил Кирилл.

Он достал из кармана пачку и протянул ее Олегу. Тот вытащил две сигареты, одну заправил за ухо, другую сунул в рот и прикурил.

Режиссер похоже куда-то спешил, он бодро сбежал по ступеням и, бросив на Олега взгляд, сел в остановившееся у крыльца такси.

Олег нервно докурил сигарету, все время всматриваясь в темные стволы деревьев, за которыми ему мерещилась притаившаяся темная фигура. Вдавил окурок в грязный край урны и поспешил внутрь.

Чего он так испугался, почему бежит от нее как напуганный звуком выстрела заяц?

«С этой дурой пора что-то решать. Уж больно она борзая, — решил Олег. — Кто знает на что ей еще хватит мозгов? И вообще, откуда она узнала, где его искать?»

Он понимал, им нужно поговорить, но не был уверен, что девчонка вменяемая, раз творит такую дичь.

Для начала, он набрал Дэна. Тот был навеселе и к серьезному разговору явно не готов. Однако телефон своего адвоката скинул. Наверняка дорогущий, как черт знает кто, — подумал Олег, пытаясь принять решение.

Даже, если эта сумасшедшая выложит видео в сеть, его лицо на нем сложно разобрать. Но с другой стороны Олега волновали не возможные сплетни и слухи, которые однозначно поползут. Он переживал из-за Ники. Ни к чему втягивать ее во всю это дурно пахнущую историю.

Олег сел в кресло и долго гипнотизировал темный экран мобильника. Решив, что и так вляпался по самое неболуйся, быстро набрал в строке сообщения:

«что тебе нужно?»

Сообщение доставлено и даже прочитано, но вопреки ожиданию Олега, Джульетта не ответила. Он пялился в экран еще минут пять, но скоро психанул и отшвырнул его на стол.

«Да, эта стерва знает толк в доминировании».

Спал Олег плохо. Всю ночь ворочался с боку на бок, пытаясь принять удобную позу. Без конца просыпался, а если ему все же удавалось уснуть, проваливался в какие-то абсурдные кошмары, где его Ника представала перед ним в виде оленихи с огромными ветвистыми рогами.

Проснувшись еще до будильника, он зло пялился в темнеющий потолок над кроватью. Похоже, что рога — дурной знак. Главное, чтобы в следующем своем сне оленем не оказался он сам.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Олег потянулся за телефоном. До звонка будильника еще полчаса. А он так надеялся, что после прогулки и пары легких коктейлей он наконец-то выспится. В одном из мессенджеров значилось непрочитанное сообщение. Кто ему написал так поздно, Ника или Джульетта? Он не стал гадать, вдруг что-то случилось с Мирой.

Он разблокировал экран и залез в эсэмэски. Неизвестный номер: «Сегодня в 09:00, Первомайская, 12-17. Не придешь, видео увидят все и твоя Ника тоже. В конце сообщения раздражающе краснело сердечко, оно подействовало на Олега, как красная тряпка на быка.

Олег совсем нехудожественно выругался и положил телефон обратно на тумбочку. Он успокаивал себя тем, что это только переговоры. Если у девчонки есть мозги, она все прекратит. Он на всякий случай вбил в список контактов номер адвоката Дэнчика. Пусть и сомнительное прикрытие, но в его случае — лучше так, чем совсем с голым задом.

Глава 17

Смена тянулась долго и мучительно. Олег нервничал, никак не мог собраться и только слышал в свой адрес недовольные выкрики режиссера, да клацанье счетчика кадров, отмеряющего километры испорченной из-за него пленки.

— Олег, ну что? — раздраженно спросил Кирилл после очередного «стоп». — Может у тебя случилось что?

— Да, прости, дома проблемы, — буркнул Олег, и уставился на носки своих ботинок.

«Потеешь, как завравшаяся шлюха на исповеди», — лихорадочно думал он, пытаясь призвать себя к спокойствию.

— Ладно, давай так, на сегодня свободен. Иди в номер, отдохни, порешай свои вопросы, но завтра, чтобы как огурец. Ты меня понял? — строго проговорил режиссер.

Олег кивнул и, быстро переодевшись в своем вагончике, решил осмотреть место предстоящей встречи на наличие камер и прочей шпионской дряни, которая может ему в последствии выйти боком.

Нужный адрес оказался в трех кварталах от его гостиницы.

«Удобно», — решил Олег, оглядывая нарядную сталинскую пятиэтажку. На подъездной двери кодовый замок, Олегу пришлось ждать, пока кто-нибудь выйдет. Но вот в самом подъезде камер он не заметил — это хорошо. Нужная квартира снова оказалась на последнем этаже.

«Надо же, какая предусмотрительная», — решил он.

Как и во всех остальных старых домах на пятом этаже располагался люк на чердак. Подтянувшись на руках, Олег влез на металлическую лестницу в двух метрах от пола. Не заперто. Он откинул тяжелую крашенную в зеленый цвет дверцу. В нос ударил горячий, спертый, наполненный запахом прелой древесины и голубиного дерьма воздух. Поморщившись, он оглядел чердак. При необходимости есть где спрятаться.

Он спрыгнул на пол и начал не спеша спускаться по лестнице. Зачем ему такой тщательный осмотр места переговоров он пока не знал, но это расслабляло и вселяло уверенность. Никто не знает, чем закончится их вечернее рандеву. Если он прибьет ее, будет где отсидеться, — веселился он, стараясь держать ситуацию под контролем.

До обозначенного в сообщении времени оставалось еще четыре часа, которые Олег решил потратить на звонок домой и сон. Он вернулся в гостиницу, не раздеваясь улегся на кровать прямо поверх покрывала и набрал номер жены.

Ника была в прекрасном настроении. Они обсудили, чем займутся, когда Олег вернется домой. Ника рассказала про дочку, а в конце разговора даже дала малышке трубку, чтобы та поприветствовала папу лично. Олег с неожиданным умилением выслушал ее бессвязный лепет, в котором нет-нет да проскальзывало слово «папа». Он, конечно, был невероятно горд, ведь дочка первым сказала именно «папа», а не как у остальных «мама». Это его девочка, его малышка. Разговор с женой и дочкой вселил в него уверенность, что он поступает правильно. И заложив руки за голову, Олег решил пару часиков вздремнуть.

Проснулся он от звонка будильника и резко усевшись на кровати пару мгновений вообще не мог понять, где он. Казалось, что он только успел закрыть глаза.

«Не нужно было ложиться спать, — ворчал Олег, — Теперь весь вечер будет болеть голова».

Он ополоснул лицо холодной водой, сменил рубашку и, захватив с вешалки у двери куртку, вышел в коридор. Такси он решил не вызывать, до девяти еще полчаса, а значит у него достаточно времени, чтобы пройтись и проветрить голову.

Через четверть часа он оказался возле уже знакомой пятиэтажки, окна которой приветливо светились домашним уютом, зазывая позднего гостя зайти на огонек. Из подъезда с мусорным пакетом вышел мужик в майке и трениках. Олег придержал дверь и зашел. Перед квартирой номер семнадцать он выпрямился, вдохнул-выдохнул и, напялив на лицо маску уверенности и контроля, постучал.

Сегодня Джульетта была в длинном платье комбинации, которое открывало вид на ее острые ключицы и красивые женственные руки. Олег не понимал, для чего отмечает такие детали. Его взгляд невольно скользнул по крутому изгибу бедер, и остановился на босых ногах.

— Рада, что ты пришел, — вернул его на землю мелодичный голос Джульетты.

— Мне показалось, что ты попыталась мне угрожать. Решил выяснить так ли это, — уверенно парировал Олег.

— Угрожать? — засмеялась девушка. — Да что ты и в мыслях не было. Но я действительно очень рада тебя видеть. Проходи, я приготовила для нас ужин. Наверное, тяжело в казенном доме на казенных харчах, — она шла чуть впереди, то и дело оборачиваясь к идущему следом гостю.

— Слушай, я не хочу ужинать и мой визит — это очередная попытка договориться с тобой по-хорошему, — Олег остановился посреди зала, где у окна был накрыт стол. Бутылка вина, два высоких бокала, которые многократно умножали подрагивающий огонь нескольких десятков свечей, расставленных по комнате. Свет люстры был приглушен, играла тихая музыка. Да, Джульетта вряд ли позвала его разговоры разговаривать, — решил он.

— Думаю, мы не с того начали, — решив сменить тактику, сказал Олег. — Я понимаю, ты — творческая личность, с большим желанием заявить о себе. Уж кому как не мне понять такое. Просто скажи, чего ты добиваешься?

— Тебя. Разве это не очевидно? — Джульетта тоже остановилась и вернулась на пару шагов, оказавшись очень близко к Олегу. Тот отступил, чтобы сохранить дистанцию. Похоже, Джульетте это не понравилось, и она снова приблизилась и положила руку ему на щеку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Пожалуйста, не трогай меня, — начал заводиться Олег.

Но Джульетта, как гребанный неубиваемый камикадзе, язвительно заулыбалась и снова потянула руку к его лицу. Олег понимал, она его провоцирует и самое лучшее в данной ситуации — не реагировать. Но сказать было проще, чем сделать. Олег чувствовал душное бессилие перед этой маленькой женщиной и занервничал.

— Да брось, все эти подкаты… — Олег грубо оттолкнул ее руку. — Чего тебе на самом деле надо? Скажи. Деньги? Я дам тебе денег. Квартиру продам, только отстань от меня. Слышишь? — выкрикнул он.

— Я же сказала, мне нужен ты. Я не собираюсь рушить твою семью, если, конечно, ты сам меня не вынудишь, — спокойно и уверенно ответила Джульетта. — Запомни, Олег Трофимов, не все, кто угрожает тебе — плохие. И не все, что улыбается тебе в лицо — хорошие. Не понимаешь? — с садистским удовольствием спросила она, невинно хлопая глазками. — Как ты узнал мой адрес?

— При чем тут это? — морщился от негодования Олег.

— Не знаю. Твой Сомов был отличным сыщиком.

— Издеваешься?

— Совсем нет, — примирительно мягко произнесла девушка. — Поужинаем? Давай, не трусь. Не зря же я убила пол вечера на готовку. Да не трону я тебя, — видя сомнения на лице гостя, добавила она и взялась за спинку стула. — Считай, что это просто дружеский перекус.

— А если нет? Выложишь видео в сеть?

— Уговор есть уговор, — неоднозначно ответила ему Джульетта. Она буквально сканировала его взглядом, Олегу было неуютно, хотелось поскорее уйти. Этот псевдоужин — очередная ее гнусная уловка. Однако стоило ему повернуть обратно к двери, как девушка выкрикнула ему в спину:

— Думаешь, видео — это самое ужасное, что может с тобой случится? На твоем месте, я бы не отказывалась.

— Ты мне что, угрожаешь?

— Нет, предупреждаю. Сядь, — неожиданно властно скомандовала она.

Глава 18

— Ну перестань, — она мягко подошла и положила руки ему на плечи. — Я не собираюсь разрушать твою семью. Просто хочу стать чуть ближе к тебе, — Джульетта потерлась кончиком носа о его колючий подбородок.

Олег понимал, что наделал кучу ошибок, и эта дрянь запросто уничтожит все, чем он дорожит. Он молчал, но молчание это было красноречивее любых слов. Он едва сдерживался. Такое вот гордое немое сопротивление.

— Давай просто поедим. Я приготовила твою любимую рыбу. Прочитала в каком-то интервью, что ты любишь морского окуня, — она мягко просунула свою руку Олегу под локоть и повела его к столу.

— Если я поужинаю с тобой, ты перестанешь мне написывать? — перед тем как сесть за стол, поинтересовался он, решив, что ничего не значащий дружеский ужин он переживет.

Джульетта кивнула. Олег сел.

Беседа не клеилась. Девушка пыталась разговорить гостя, но тот был напряжен и не настроен на диалог. Сложно расслабиться, когда постоянно ждешь подвоха или незаметно обшариваешь комнату взглядом в поисках скрытой видеокамеры.

Олег пропустил момент, когда голос Джульетты смолк. Эта тишина привела его в чувства, и он вопросительно посмотрел на нее через стол.

— Тебе нравится играть роль жестокого убийцы? — поднеся бокал с кроваво-красным вином к губам, поинтересовалась Джульетта.

В каждом ее слове и взгляде Олег искал подвох. Казалось, что она насквозь фальшивая.

— Не всегда получается настроиться, — честно ответил Олег.

— Ну, конечно, ты же такой хороший, — улыбнулась она, наблюдая, как, следуя ее примеру, он то же отпил из бокала. — Может быть, я смогу настроить тебя на роль?

— Как? — ухмыльнулся Олег. — Продолжишь портить мне жизнь?

— Ну зачем ты так? Знаешь, как говорят: учителя появляются в нашей жизни тогда, когда мы готовы их слушать.

— То есть, ты мой учитель?

— А ты мой, — томно произнесла она, и ее пухлые, красиво очерченные губки приоткрылись, и в ее рот хлынула красная жидкость, очень похожая на кровь.

В одном Олег мог с ней согласиться, она реально настраивала его на нужные для роли чувства. Вот только ему они не нравились. А это уже насилие над личностью.

Пальчики Джульетты скользнули под тоненькую бретельку платья, и та соскользнула с плеча, за ней последовала вторая и вот спустя минуту она сидела перед ним с обнаженной грудью. Да, что есть, то есть, красотой девчонка была одарена куда более щедро, чем остальными добродетелями. Аккуратная высокая грудь с нежными розовыми ореолами сосков. Олег даже подвис, не сразу сообразив, что происходит.

— Все, — бросил он со злостью. — С меня хватит, я ухожу.

Он поднялся из-за стола и бросился в коридор. Джульетта совершенно бесшумно направилась следом.

— Ну что ты, — она схватила его за руку, не давая обуться. А второй взяла ладонь Олега и, развернув, положила себе на грудь.

Олег зарычал, стараясь оттолкнуть ее. Завязалась потасовка, он не рассчитал силу, и девушка отлетела назад, сильно ударившись о стоящий у входной двери комод. Она опустилась на пуфик и закрыла лицо руками. Олег уже почти вышел, но чертова тактичность не позволила ему оставить девушку в беде.

— Эй, ты в норме?

Джульетта закивала, не убирая руки от лица.

— Мне нужно идти, — он снова взялся за ручку.

— Я всего лишь хотела побыть с тобой. Совсем немного, — ее лицо блестело от слез и выглядело совершенно несчастным.

Олег терпеть не мог женские слезы. Они были пострашнее любого оружия. «Черт возьми».

— Прости, но я тебе не верю. То видео, ты же специально сняла его? Уверен, что и здесь натыканы камеры и микрофоны, чтобы потом хорошенько прижать меня.

— Да нет здесь никаких камер, — обиженно ответила Джульетта. — А то видео взяла у консьержа. В подъезде стоят камеры. Это твои проблемы, если ты их не заметил. Я просто хочу узнать тебя поближе. И все.

— Уже поздно, мне нужно идти.

— Я люблю тебя, — вонзилось ножом ему в спину.

Олег развернулся.

— Я уверен, что ты не умеешь любить. Ты заставляешь меня угрозами провести с тобой время. О каких чувствах ты говоришь?

Но девушку не убедили его слова, она поднялась и мягко, по-кошачьи, приблизилась. Ее узкая маленькая ладошка скользнула по его небритой щеке, а большой палец провел по губам. Олег хотел отстраниться, но не смог. В голове у него словно помутилось. И реальность вдруг стала для него недосягаема. Он будто наблюдал за происходящим со стороны. Может быть это ему сниться? Он просто спит перед встречей с Джульеттой и видит очередной кошмар?

— Я знала, что ты тоже этого хочешь, — выдохнула она ему в губы и поцеловала.

Где-то на границе почти отключившегося сознания Олег понимал, нужно бежать, но продолжал стоять с опущенными вдоль тела руками и позволял этой дряни ласкать себя.

В какой-то момент чувство самосохранения отключилось, остались одни лишь инстинкты, завладевшие его телом. Он обхватил губами ее рот, а его руки сжали упругую попку через прохладный шелк платья.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Что было дальше Олег не помнил. Помнил лишь кружащееся горячее, кроваво-красное желание. В мозгу всплыла сцена в подвале: серый камень и старая металлическая кровать. В его ладонях осталось отчетливое ощущение от наручников, которыми он сковал руки своей жертвы. Она всего лишь кукла. Просто кукла. Я могу все. Все!

Глава 19

Олег очнулся резко как от толчка. Открыл глаза, глядя как солнечные зайчики лениво подрагивают на беленом потолке. Он прищурил один глаз и посмотрел в окно. Судя по яркому солнцу, которое уже вовсю играло с хрустальными подвесками старомодной люстры, сейчас как минимум полдень, и он опоздал на съемки.

В теле ощущалась слабость и это явно не от количества выпитого накануне. Эта стерва что-то ему подсыпала в вино. Он положил ледяную ладонь на горящий лоб, и прикрыл глаза. Олег представлял, какими отборными эпитетами кроет его сейчас главный режиссер. Тоже самое хотелось сделать и ему в адрес Джульетты. Он принялся шарить ладонью по кровати, пока она не коснулась чего-то мокрого. Слабость в миг отступила, и Олег не без труда повернул голову на бок.

В следующую секунду он соскочил с кровати как ошпаренный. Подушка, простыни и даже стены были забрызганы чем-то красным. Олегу не хотелось думать, что это кровь. Он огляделся и прислушался. В квартире было подозрительно тихо. Он поднял руки ладонями вверх, они были испачканы засохшей кровью или краской, он сейчас плохо соображал.

«Боже, прошу тебя, пусть это будет очередная выходка сумасшедшей девицы, — молился он про себя, пока обыскивал каждый угол этой большой двухкомнатной сталинки. Джульетту он так и не нашел. Вернувшись в спальню, постарался успокоиться.

— Так, что мы имеем? Красные следы, похожие на кровь, — на полном серьезе произнес он, вспоминая своего детектива Сомова. — На спинке кровати наручник. Два, — заметив сползший до самой простыни начучник с другой стороны. — Если бы ты убил ее, труп так и остался бы на кровати. А его нет. Значит, розыгрыш. Дебильный, блять, розыгряш, — в сердцах крикнул он.

Олег потрогал красное липкое пятно на простыне. Поднес пальцы к носу.

— Черт, похоже на кровь.

Происходящее казалось настолько нереальным, что Олег не мог сосредоточится и решить, как ему быть? Стоит звонить в полицию или слинять по-тихому. Он вспомнил про чердак. А ведь чердак сквозной и, если он пройдет по нему чуть дальше, вылезет через точно такой же люк, но в соседнем подъезде.

Сначала идея показалась ему абсурдной, но поразмыслив, он решил, что так и сделает. Олег ликвидировал следы пребывания в квартире второго человека, протер ручки и выглянул на лестничную клетку.

Ужас пригвоздил его к месту, на полу виднелись не четкие, но все же следы волочения.

«Нет, — он тут же отогнал от себя жуткую мысль. — Нет, нет и нет. Я не мог!

Он снова прикрыл дверь, чтобы его ненароком кто не увидел и, прикрыв глаза, старался избавится от дрожи в теле.

«Твою мать, зачем остался? Дурак! Нужно проверить куда ведут кровавые следы», — решил он, но тут же отмахнулся от этой идеи. Если его кто-то увидит… Лучше об этом не думать.

Он выглянул на лестничную клетку. Путь открыт. Подтянулся на руках и влез на лестницу. Прошел душным, вонючим чердаком до следующего люка и спустился вниз.

Олег старался не суетится и не спешить. На углу дома располагался магазин. На его фасаде камера. Он не мог точно сказать доставала ли она до подъезда, из которого он только что вышел, но решил не рисковать. Сердце дрожало в груди, руки тряслись, голова соображала сумбурно, как в лихорадке, отчего он все время спотыкался. Он только сейчас сообразил, что не догадался даже вымыть руки. Останови его сейчас полицейский и все — ему не отвертеться.

В гостиницу он решил не заезжать. Ополоснул руки в ближайшем фонтане и остановил частника.

— Опа, — язвительно произнес Кирилл, и Олег приготовился к порции тонизирующей брани. — Явление Христа народу. Ты Олежа где пропадал? Яна вон все больницы и морги обзвонила, когда не нашла тебя в номере.

Олега задевал не столько высокомерный голос режиссера, сколько его собственное резко пошатнувшееся алиби.

«Е-мое, и стоило лезть через голубиный помет, если один хрен весь в дерьме, — подумал он. — Только ты, дебил, мог так вляпаться».

— Ты меня слышишь?

— Что ты хочешь, чтобы я сказал? — огрызнулся Олег. — Я напился, проснулся в парке на скамейке. Доволен?

— Я, конечно, всегда знал, что ты мудак, но что такой… — Кирилл махнул рукой и вернулся к оператору, с которым что-то обсуждал во время такого эпического появления главного героя на съемочной площадке.

Несмотря на какое-то просто ужасающее похмелье, Олег оттарабанил смену от и до. И к вечеру даже получил заслуженные похвалы от режиссера.

— Ты конечно даешь, — усмехнулся Кирилл, когда вся группа уже собиралась в гостиницу. — Прости, что наехал. Ты не думай, я понимаю, роль сложная. Каждый на такое дерьмо по-своему настраивается. Но ты молодец. Ты как-то даже изменился.

— Да уж, — безрадостно ответил Олег.

— Дела свои, надеюсь, успел порешать между пьянкой и съемками? — Кирилл по-приятельски хлопнул его по плечу и не дожидаясь ответа направился к подъехавшему автомобилю.

Олег не поехал в гостиницу. Он всю ночь слонялся по городу. Находится среди людей он просто не мог. Ему казалось, что все знают его постыдную тайну. Все осуждают его за трусость.

Олег мучился, но в какой-то момент он осознал, что тяготит его совсем не чувство вины, а страх. Подлый, постыдный страх разоблачения. Он может потерять все: лицо, репутацию, семью, свою уютную квартиру. Он слишком привык ко всему этому.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Спал он плохо, ему снилось, что вооруженные люди в форме, врываются в его номер, чтобы арестовать. Или окровавленное тело Джульетты, которое рвут волки.

Единственный, кто был доволен произошедшей с Олегом переменой — главный режиссер. Они быстро отсняли оставшиеся сцены с его участием и уже на завтра назначен отъезд. Группа радовалась скорому возвращению домой. Все без исключения решили отметить окончание тяжелых натурных съемок и закатили небольшой корпоратив.

Олегу, который последние несколько дней пребывал в состоянии нервного возбуждения, эта суета осточертела, но он не мог проигнорировать общие посиделки и слонялся мрачный в лесочке за рестораном, который их второй режиссер Яна Курочкина выбрала местом прощания с Клином.

Заходя уже, наверное, на третий вираж, Олег вдруг увидел чью-то фигуру в темноте между деревьями. Даже не увидел — почувствовал еще до того, как глаза, привыкнув к темноте, подтвердили его предчувствия. Сначала неуверенно, а потом бегом он бросился к темному силуэту. Это была Джульетта. Она разыграла его, посмеялась. Олег схватил ее за плечи и как следует встряхнул.

— Ты поехавшая? — заорал он ей в лицо. — Идиотка. Ты что творишь? — ярость полыхала внутри, не давая перевести дыхание. Он задыхался, глядя в ее красивое и явно живое лицо. Он даже не мог сказать, чего в его негодовании больше, злости или облегчения. — Ты хоть понимаешь, что все эти дни я думал, что убил тебя?

— Сказала же, помогу тебе настроится на роль безжалостного садиста, — как ни в чем не бывало ответила Джульетта.

— Ты дура? — заорал Олег и, схватив ее за горло, повалил на траву. — Тварь, тварь, — цедил он через плотно стиснутые зубы. — Сдохни, тварь.

Ее лицо побагровело, а на висках и шее вздулись вены. Но даже сейчас она не сопротивлялась. Просто лежала, раскинув руки, позволяя ему себя убивать.

Олег отпустил ее шею и, тяжело дыша, продолжал смотреть на нее. Словно хотел узнать в чем ее секрет. Он склонился к обхватил губами ее рот: некрасиво, мокро, и сильно прикусил ее верхнюю губу. Хотел, чтобы она закричала. Он до исступления хотел, чтобы она кричала. Но чертова сучка только вымученно скулила под ним. Олег рывком расстегнул джинсы и вошел в нее так резко, что сам не смог сдержать потрясенный крик. Он рычал и вбивался. Он ненавидел ее так неистово, хотел разорвать в лоскуты, причинить невыносимую боль. экстаз сливался с ненавистью и в какой-то момент он почувствовал себя чудовищем.

Глава 20

Перед тем как погрузиться в автобус, Олег позвонил Нике, чтобы обрадовать ее скорым приездом. Однако жена трубку не взяла.

«Интересно, — подумал он, — чем она так занята?»

После экспедиций всегда немного трудно возвращаться в мир людей. Съемочная группа становится семьей, со всеми присущими ей атрибутами: ссорами, сплетнями, общими посиделками, а главное делом, которое на долгое время объединяет их в единый слаженный механизм.

Олег отказался от предложения Кирилла поехать в его машине, и как пионер сел в автобус вместе с остальными. Сейчас, когда сумасшедшая Джульетта оказалась жива, Олег испытывал бьющее ключом человеколюбие. Ему хотелось общаться, чтобы навсегда вытеснить из памяти неприятные события последних недель.

Его никто не встретил. Ни жены не дочки дома не оказалось. Олег разулся, бросил дорожную сумку тут же у двери и не спеша прошел в непривычно тихую квартиру. Он заглянул в гостиную, в спальню, в комнату Миры. Странное пугающее и волнительное чувство: вроде все, как всегда, но чего-то главного, того, что соединяет все незначительные детали во что-то целое и ценное — нет.

На столе в гостиной зазвонил сотовый и, вибрируя, пополз по столешнице. Олег схватил его у самого края и посмотрел на высветившийся контакт. «Ника».

— Привет, родная, — урча от неожиданно накатившего на него удовольствия, произнес он. — Я дома, а вас нет. Гуляете?

— Ой, как так, ты же должен был только через два дня вернуться, — волновалась Ника. — Да, гуляли. Мы скоро будем.

Олега напрягал встревоженный голос жены, он подошел к окну и отодвинув рукой тюль, уставился на суетящийся внизу город.

— А ты чего так напряглась? — усмехнулся он. — Надеюсь, это не как в анекдоте: возвращается муж домой, а жена со священником...?

— Не говори глупости, — возмутилась Ника. — Ладно, давай, мы скоро.

Олег ничего не успел ответить, в трубке все смолкло. Еще несколько минут постоял у окна, наслаждаясь щебетом ребятни на детской площадке. И уже собрался идти переодеваться, как во двор завернул очень знакомый ярко-красный автомобиль. Олег проследил за ним взглядом. Машина притормозила возле их подъезда. Это точно «тачка» Дэна. Олег хмурил брови, пытаясь понять, что происходит. Действительно, из водительской двери вышел его друг и помог его жене вытащить коляску из багажника.

Ника словно почувствовала на себе взгляд и задрала голову, рассматривая окна их квартиры. Олег как по команде отпрянул, чтобы она его не заметила. Почему он прячется? Глупо же. Как бы то ни было, все это не очень-то нравилось Олегу. Жена даже не упомянула в разговоре, что едет с Дэном. Может быть они решили сделать ему сюрприз?

В замочной скважине повернулся ключ. Олег вышел в коридор.

— Поможешь? — Ника с трудом втолкнула через порог коляску, в которой сидела дочка. Сама она выглядела скорее взволнованной, чем радостной. Олег ждал, что следом за супругой войдет и Дэн, но с ней была только Мира.

— Привет, — Олег чмокнул Нику в щеку и с улыбкой вытащил дочку из коляски. — А кто это тут такой красивый? — он принялся тереться носом о щечку Миры, и девочка заливисто рассмеялась. — Гуляли?

— Да, — коротко ответила жена и обняла их.

Олег не упомянул, что видел, как их привез Дэн, решил пока присмотреться.

— Так почему не предупредил, что вернешься пораньше?

— Странный вопрос. Или мне стоит обшарить шкафы? — сузил он глаза и тут же рассмеялся, глядя на изумленное лицо жены.

— Ты дурак? — возмутилась она. — Я бы убралась, приготовила праздничный ужин. А у тебя одни любовники на уме. Изменяешь мне? — она хлопнула его ладошкой по груди и, сбросив с ног кроссовки направилась в гостиную.

Олег знал, что после долгого расставания Нике нужно время, чтобы снова привыкнуть к нему. Он никогда не понимал, как можно отвыкнуть от любимого человека за какие-то десять дней, но воизбежании ссор, старался принять этот факт как данность.

Он съездил в магазин, купил пару бутылочек любимого Никиного Шардоне, сыр, семгу и виноград. Отправив жену укладывать Миру, принялся сервировать стол для романтического ужина: приготовил рыбу, достал красивые бокалы, нарезал сыр аппетитными кубиками и положил на любимую Никину каменную тарелку. Окинул взглядом результат своих трудов, все очень даже, но чего-то явно не хватает.

«Свечи, — осенило его. — И музыка».

К тому моменту, когда на пороге появилась Ника, комната преобразилась до неузнаваемости. Вместо игрушек дочки на столе, полочках и комодах горели свечи, детские песенки замелила тихая романтическая мелодия, а стол можно было фотографировать для модного гастрономического журнала.

— Ничего себе, — восхищенно произнесла Ника и прошла в комнату. — Это все для меня?

— Только для тебя, — вполголоса произнес Олег и взял супругу за руку и начал мягко покачивать ее в танце. — Это же наша любимая песня, — просияла она. — Боже мой, мы же в десятом классе на дискотеке под нее танцевали, — она подняла полный восхищения взгляд на мужа. — Какой же ты романтичный, — Ника положила голову ему на грудь позволяя вести. Тогда в десятом классе, он был значительно ниже, — вспомнила она, — ее голова лежала на его худеньком плече. Но трепет и нежность были все те же.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Олег чуть отстранился и, прихватив ее подбородок двумя пальцами, заставил посмотреть на него. В глазах Ники плясали огоньки свечей, делая их колдовски-завораживающими. Он не удержался и прильнул к ее губам. Осторожно, как тогда в школе. Было темно и людно, и он видел только ее. Его губы обхватили мягкие податливые губы жены. Коснувшись их, он сразу же снова посмотрел ей в глаза. Да! — восторг распирал грудь. В ее взгляде горела та же нежность, как тогда. Ничего не изменилось. Олег почувствовал невероятный трепет, казалось, перед ним хрустальная статуэтка, одно неверное движение, и она разобьется вдребезги.

— Хочешь пойти в спальню? — тихо спросила Ника.

— Не сейчас. Я приготовил для тебя ужин.

— Хочешь, чтобы все по правильному? Сначала ужин потом секс? — улыбнулась Ника.

— Хочу, — выдохнул он ей в губы. Музыка закончилась, заиграл следующий трек и, обняв Нику за талию, Олег повел ее к столу.

— Помнишь, как в первый раз пригласил меня к себе домой? Ты тогда нажарил картошки, — засмеялась Ника. — Другие в кафешки звали, а ты картошки нажарил.

— Другие, это Дэн что ли?

— Ну, не только Дэн.

— Хочешь открою тебе страшный секрет? — спросил Олег с заговорщическим видом. —

— Картошку пожарила твоя мама? — предположила Ника.

— Нет. Я ее украл. Накопал на соседском огороде. Возможно, даже мог загреметь в тюрьму, — многозначительно добавил он, но не сумел скрыть улыбку. — У меня не было денег, но я хотел заполучить лучшую девчонку Москвы и московской области, — подытожил он на полном серьезе. Улыбка сошла с лица Ники. Она протянула ладонь через стол и положила на его руку. Он тут же сжал ее пальчики и с любовью посмотрел. — Все это я делаю только ради тебя. Знаю, тебе порой приходится нелегко, но я стараюсь.

— Ты про этот стол? — провоцировала его Ника.

— Ах ты, — он схватил из тарелки несколько виноградин и замахнулся, готовый бросить их в супругу. Ника рассмеялась, прикрывая лицо руками.

— Есть что-то, что я должна знать? — вдруг спросила Ника.

— Кроме того, что я люблю тебя? Ничего!

— Пусть так и останется.

После нескольких бокалов вина и легкого ужина романтическое настроение только усилилось. Во время очередного танца они уже не смогли прекратить целоваться и как-то незаметно оказались в спальне. Сегодня это желание одновременно завладело обоими. Они остановились у изножья кровати, продолжая нежно ласкаться друг к другу.

Олег обхватил лицо Ники ладонями и мягко поцеловал ее закрытые веки, кончик носа и снова вернулся к оставленным лишь на миг губам. Снова обхватил их, мягко проник в ее рот. Поцелуи кружили голову и ему казалось, что они все еще покачиваются в танце. Он замедлился и чуть отстранился. Руки Ники напротив начали судорожно хвататься за него, не желая отпускать.

— Тише, тише, — шептал он, будто хотел обуздать норовистого жеребца. Он аккуратно снял через голову ее длинное домашнее платье и с удовольствием обнаружил что она без белья. Значит Ника тоже планировала романтический ужин? Она все-таки ждала его. Хотела…

Его сильные, нежные ладони начали гладить ее. То, что она не сопротивлялась, добавляло особого удовольствия. Он накрыл рукой ее прохладную грудь и слегка сжал, наслаждаясь немедленным ответом в виде стона. Коснулся губами затвердевшего соска и внезапно одним ловким движением, приподнял Нику над полом, и через секунду она уже была крепко прижата его разгоряченным телом к прохладным простыням.

Она попробовала освободить руки, но Олег лишь плотине прижался к ней и хитро улыбнувшись склонился для нового поцелуя. Но Ника оказалась проворнее и успела повернуть голову на бок. Теперь она хитро улыбалась ему. Освободила прижатую вдоль тела руку и попыталась просунуть ее между их плотно прижатыми друг к другу телами. Олег чуть приподнялся, позволяя жене просунуть ладонь ему в трусы и, освободив его член, направить между своих широко разведенных ног.

Кровать тихо заскрипела. Олег стал вдруг необузданным и диким. Его обнаженное тело лоснилось от пота, тугие как канаты мышцы перекатывались под кожей, дыхание стало прерывистым и тяжелым. Он привстал и уперся руками в стену, движения стали размашистыми и ритмичными. Свободной рукой он подхватил колени Ники и положил ее ноги себе на плечи, вгоняя себя еще глубже. Каждый новый толчок заставлял ее стонать и царапать острыми коготками его взмокшую спину. Они слились в единое целое, чтобы кончить вместе, и тут же их мышцы расслабились, и они облегченно откинулись на подушки, рассыпаясь пересохшим песком.

Лежа в темноте и обнимая спящую жену, Олег вдруг явно осознал, что не главные роли, успех или квартира в центре делают его жизнь счастливой, счастьем ее наполняет именно Ника.

Глава 21

— Скандально известный актер Олег Трофимов, который совсем недавно был замечен на частной вечеринке одного из нефтяных магнатов, оказался замешанным в новом скандале. Так называемая Джульетта — фанатка актера, известный блогер и начинающий писатель выложила в сеть откровенные видео с участием актера. Ее эротические рассказы, которые еще вчера казались лишь фантазиями влюбленной девушки, заиграли совсем другими красками, — проговорил приятный, хорошо поставленный голос дикторши.

На пол-экрана появилась фотография Олега, а ниже то самое видео, которое неделю назад скинула ему сумасшедшая девчонка. Конечно, старательно замазанное, с целью скрыть интимные подробности от особо впечатлительных зрителей. Мира, которая играла перед телевизором в кубики, ткнула пальчиком в фото на экране и четко произнесла «папа».

Олег, до этого момента лениво развалившийся на диване с газетой, резко сел и уставился в экран. На пороге комнаты, словно из ниоткуда возникла Ника.

Натянулось напряженное молчание, аккомпанементом которому были веселые возгласы играющей на полу малышки и музыкальная заставка шестичасовых новостей.

— А что здесь происходит? — настороженно спросила жена.

— Родная, — Олег поднялся с дивана и подошел к Нике. — Ты же не собираешься во все это верить? Это ненормальная пытается за счет меня сделать себе имя. Ну неужели ты этого не понимаешь?

Ника долго смотрела на мужа и молчала. Олег не выдержал и попытался ее обнять, но Ника демонстративно отступила.

— А что это за видео?

— Да откуда мне знать? На нем же ничего не разобрать. Только не говори, что веришь во всю эту чушь.

— Чушь? — возмутилась Ника. — Олеж, а во что ты тогда прикажешь мне верить? Я неделями не вижу тебя дома, ты все время занят, а потом бабах и по телеку показывают видео, где ты вылизываешь какой-то телке пи… — она осеклась и посмотрела на строящую башенку из кубиков Миру. — Я уже давно не знаю кто ты, — вполголоса продолжила она. — И кстати, а что это за вечеринка у нефтяного магната? Ты мне и о ней не рассказывал, — она уперла руки в бока и вопросительно посмотрела. — Не хочешь поделиться? Это там видео снято?

— Перестань, — оборвал ее Олег. — Меня Дэн пригласил. Сказал, что там вся киношная элита тусует. Я встретил там Загорского, он мне, кстати, предложил участвовать в своем новом проекте, — выпалил Олег и сразу же понял, что сболтнул лишнее.

— Что? То есть на море мы снова не едем? — возмутилась Ника. Она резко развернулась, и тряхнув светлыми волосами, быстро вышла из комнаты.

— Супер, — выдохнул Олег и в бессилии опустил руки. — Ну, теперь она хоть о Джульетте не думает, — подбадривал он себя и уныло взглянул на диван. Похоже, что он снова переезжает.

Остаток дня был испорчен. Ника злилась, Олег ходил угрюмый, и только малышка Мира была весела и довольна жизнью. Вечером Олег предсказуемо «переехал» на диван. Он лежал, скрестив руки на груди, под монотонный звук работающего телевизора. Надеялся, что Ника сжалится над ним и вернет его задницу обратно на супружеское ложе, но похоже, он ошибся. Ника обиделась сильнее, чем он мог подумать.

«Черт, — произнес он в сердцах, — Опять эта Джульетта. А он наивный полагал, что после той истории со лжеубийством, она оставила его в покое. Прошла уже неделя, она не объявлялась, не писала и даже не выкладывала в сеть свои мерзкие писульки, и на тебе. Вот же тварь. Почему он тогда не сдержался, в парке, когда увидел ее живой? Это в нем говорит его герой. Вседозволенность садиста вырвалась наружу, когда гремучий коктейль из чувств захлестнул его. Это все он, гребаный маньяк, убийца, извращенец. Он же сам пествовал его, так часто погружался в его насквозь гнилую душу, что грань между хорошо и плохо незаметно для него стерлась. Кто он теперь? Трус или тот, кто осмелился? Что-то достоевщиной потянуло, — решил Олег. Нужно перестать рефлексировать и ложится спать. Завтра с самого утра съемки. Ника отходчивая, скоро сама поймет, что перегнула, — успокаивал он себя, стараясь призвать на свет собственное «я» без примесей садизма и извращений. Наконец он успокоился и сон не заставил себя ждать».

Вчерашний разлад с Никой никак не сказался на съемках. Олег отпахал четырнадцатичасовую смену и уставший, но довольный собой шел по улице к припаркованной неподалеку машине.

Он сел за руль и откинул тяжелую, как чугун, голову на подголовник. Вдруг пассажирская дверь открылась, и кто-то сел в машину. Олег выпрямился, не сразу сообразив, что происходит.

— Ты? — зарычал он. — А ну прочь!

Джульетта, как всегда, выглядела сногсшибательно. Но сейчас Олег чувствовал рядом с ней только ненависть. Даже не злость, как раньше, а именно то самое деструктивное чувство отвращения и дикой враждебности.

— Что, не рад меня видеть? — криво улыбнулась Джульетта, исказив гримасой свое красивое и насквозь лживое лицо.

— Ты больная? — выпалил в сердцах Олег и принялся выталкивать девчонку из машины. — Пошла отсюда, я не шучу, — пыхтел он, но Джульетта только ехидно улыбалась, не чувствуя абсолютно никакого дискомфорта от его тычков.

Наконец Олегу надоела эта бесполезная возня, он вышел из машины, обогнул капот, но к тому моменту, когда он оказался возле пассажирской двери, юркая деваха, перелезла за руль и заблокировала двери. Олег вдруг растерялся. Дебил, — ругал он себя, — с какого ты не забрал ключи.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Джульетта смотрела на Олега молча и, похоже, растерянность и бессилие, отразившееся на его лице, доставили ей удовольствие. Она надавила на газ, выкрутила руль и, чуть не сбив хозяина машины, умчалась в ночь.

Олег в бессилии всплеснул руками, глядя на быстро удаляющиеся красные габаритные огни. Он даже не успел сообразить, что ему теперь делать, как сделав круг по кварталу, Джульетта снова подъехала к нему. Она чуть опустила окно водительской двери.

— Садись, прокачу. Конечно, не самая классная тачка, которую я водила, но тоже сойдет.

— Вылезай, твою мать, — снова принялся рычать от возмущения Олег. Джульетта не дослушала поток его отборных эпититов в ее адрес и снова нажала на педаль газа. Машина сорвалась с места и, шлифуя колесами по асфальту, исчезла за поворотом.

Олег обреченно выдохнул. Если он хочет попасть сегодня домой ему нужно сменить тактику.

Когда машина, обогнув улицу, снова подъехала к нему, Олег спокойно спросил в приоткрытое окно:

— Чего ты добиваешься, а? Я очень устал и хочу домой. Пожалуйста, отдай мне ключи и свали.

— Уже лучше, — довольно ответила девчонка. — Садись.

Олег понимал, идти у нее на поводу точно не стоит, но желание побыстрее попасть домой притупили чувство опасности, и он молча сел на пассажирское сидение.

«Черт, если Ника увидит их в окно, он — труп.

Он сидел молча и старался не реагировать на компрометирующие вопросы Джульетты. Пусть говорит, что хочет. Олег упрямо смотрел в окно.

Видя, что у нее не получается втянуть актера в диалог, девушка выжала газ в пол. Мотор взревел, Олега по инерции вжало в сиденье, а девица как не в чем не бывало заерзала попой на сиденье, пытаясь пританцовывать под песню, доносящуюся из динамиков.

— Не дури, сбрось скорость, — кричал Олег, пытаясь перекрыть голосом рев рвущегося из-под капота табуна.

— О, ты заговорил? — с театральным преувеличением произнесла Джульетта. — Прости, просто я думала, что ты уснул, — Она чуть отпустила педаль газа, машина пошла ровнее и в салоне стало тише.

— Пожалуйста, — взмолился Олег. — Просто скажи, чего ты добиваешься? Я от тебя очень устал.

— Я тебе уже сказала. Я хочу тебя, — самоуверенно ответила девица и принялась играть в «пятнашки» с каким-то парнем на «гелике».

— Прошу, останови машину и дай мне сесть за руль. Ты нас угробишь.

— Какой ты скучный, — состряпала она гримасу.

— А я о чем. Я старый, скучный и не интересный. Уверен, ты легко найдешь более достойную кандидатуру для своих художеств.

Машина в очередной раз вывернула на встречку и перед лицом Олега возник несущийся им навстречу Камаз.

— Тормози, дура, — закричал он и, схватившись за руль, резко вывернул его в право. Машину занесло, и она пошла юзом, уже не слушаясь управления. Джульетта завизжала и зажмурилась. Олег уже обеими руками цеплялся за рулевое колесо, пытаясь выровнять машину. Проехав боком метров двадцать, она наконец остановилась и в салоне стало тихо. Был слышен только мерный шорох щеток по лобовому стеклу, да гудки проезжающих мимо автомобилей.

Олег сидел с закрытыми глазами, пытаясь успокоиться. Внутри все дрожало, а сердце до боли билось в груди.

— Пошла отсюда, — угрожающе понизив голос, произнес он членораздельно.

— Не заводись, — тихо ответила она. — Я поняла, едем тихо.

— Ты не расслышала? — ядовито добавил он.

— Как думаешь, если я скажу, что ты меня изнасиловал, кому поверят: мне или тебе? Интересно, что на это скажет твоя Ника? — в ее бесстыжих глазах горели лукавые огоньки.

Олега перекосило, он тяжело дышал, стараясь не придушить ее на месте.

— Сука, — заорал он, изо всех сил, и лицо его побагровело от напряжения.

Глава 22

Ника, уставшая от одиночества и быта, по полной пользовалась любовью Светки к ее дочке. Она не торопливо пила чай, пока подруга укладывала Мирочку спать.

— Уф, еле уторкала, — округлила глаза подруга.

— Решила стать пай-девочкой для своего американца? — язвительно спросила Ника, наблюдая как Светка наливает себе вместо вина чай.

— Ой, все сложно, — будто между делом бросила Светка, но ее молчание и слишком долгая возня с чайным пакетиком говорили Нике, что у подруги есть новость, но стоит ли ее озвучивать, та еще не определилась.

— Эй, колись.

— Короче, с америкосом облом, — выдала Светка, развернувшись к Нике.

— Решил, что слишком расточительно покупать квартиру и машину ради пары месяцев в Москве?

— Нет.

Светка мялась, а Ника никак не могла понять причину такого поведения подруги. Ее разбирало любопытство.

— А если поподробнее?

— Сейчас, — Светка соскочила со стула и выпорхнула из комнаты, вернулась она через пару минут и протянула обалдевшей Нике тест на беременность с двумя полосками и сонограмму плода. — Я скоро стану мамой. Срок десять недель, — важно сказала она, показывая на небольшое темное пятно на снимке УЗИ.

Ника завизжала от радости и бросилась ее обнимать.

— Хозяин фитнес клуба? — уточнила она.

— Нет, — немного сникла Светка и села обратно на стул. — Мой балбес сосед. Вот нет чтобы от Валерика залететь. Ну, фитнес-клубного. Вот почему у голодранцев так здорово выходит делать детей?

— И что ты решила? — осторожно поинтересовалась Ника.

— Пока не знаю, — честно ответила Светка. Но каждый раз смотрю на твою Мирочку и думаю, а гори оно все. Это же моя плоть и кровь. Мой малыш.

— Конечно, — с умилением ответила Ника о тронула подругу за плечо.

— Ладно, — занервничала Светка, решив сменить тему. — А что у тебя со Олежеком?

Ника замолчала и уставилась на свою чашку.

— Та-а-к, а теперь давай-ка ты рассказывай, что он опять натворил.

— Я не знаю, что рассказывать. Я запуталась. Он любит меня. Понимаешь? Ужины мне готовит, мы занимаемся сексом, и он прежний. Мой Олежка. Такой, каким я помню его еще со школы. Но когда он выходит за дверь, я уже не уверена, что знаю его. На душе не спокойно. Пару дней назад вернулся из командировки и устроил мне роскошный романтический вечер, а на следующий день эта грязь по телеку.

— Какая еще грязь?

— Ты еще не видела? — усмехнулась Ника. — Я думала, уже все посмотрели и теперь пальцем на меня показывают. Мол, глядите, какая дура наивная.

— Подожди, — Светка тут же залезла в телефон и через минуту уже, округлив глаза, качала головой. — Да, жесть. С другой стороны, тут и лиц-то не разберешь. С чего ты взяла, что это твой Олег? Нет, ну похож конечно, но качество дерьмовое, — с присущей ей прагматичностью ответила Света. — Ну сама посмотри, — она протянула телефон Нике, но та, поморщившись, отвернулась.

— Не суй мне под нос эту гадость.

— Теперь мне в пору спрашивать: что делать будешь?

— Надоели мне эти эмоциональные качели, — мрачно проговорила Ника. — То одежду на мне рвет и упрекает, то любит прямо умирает. Мне иногда кажется, что он будто извиняется так после своих похождений. А что, если у него реально с ней роман? Что мне тогда делать? — она подняла тяжелый вопросительный взгляд на подругу.

— Не знаю, так сразу и не сообразишь. Но делать что-то однозначно нужно. Слушай, — вдруг просияла Светка, — А что, если тебе еще одного ребеночка родить? От беременной жены он же не уйдет? Будем с тобой вместе в консультацию ходить, а потом с колясками гулять, а?

— С ума сошла? А если он меня все равно бросит? Нет. Разве ребенком мужика удержишь?

— Еще как, — ответила ей Светка. — И не надо думать о том, что он тебя бросит. За свою любовь бороться надо.

Ника задумалась. А что, если подруга права? Но ее пугала мысль о новой беременности. Опять токсикоз, памперсы и бессонные ночи. Она только начала приходить в себя.

Подруги решили больше не поднимать вопросы демографии и принялись обсуждать новых кавалеров, которые написали Светке на сайте знакомств.

Уходя, Ника долго мялась и тушевалась у двери.

— Слушай, — наконец разродилась она. — У меня к тебе просьба. Странная, — добавила Ника. Короче, можешь дать мне на время твой тест и снимки УЗИ?

— Эй, ты чего удумала? — взволнованно спросила Светка.

— А сама как думаешь? Сама же сказала, что за свою семью нужно бороться.

— Ну, скажешь ты ему что беременна, а потом что будешь делать?

— Я так далеко не загадываю, — недовольно буркнула Ника, не желая оправдываться. Обычно это она отговаривала подругу от разных необдуманных, а часто просто сомнительных шагов. Поменяться ролями было для Ники не очень комфортно, но она решила, что борьба за семью стоит некоторого неудобства. — Слушай, не наезжай. Я еще даже не решила скажу или нет. Ладно, забудь, — бросила она и взяла дочку на руки, чтобы выйти за дверь, но Светка остановила ее и вернулась в комнату.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Она снова появилась в прихожей через минуту и сунула Нике в руку тест и сонограмму.

— Твоя семья, тебе решать, как быть, но врать Олегу я бы на твоем месте не стала. Он не плохой, просто чутка запутался. Может быть еще подумаешь?

— Да я и не сказала, что непременно об этом скажу, — виновато ответила Ника. — Ты, наверное, права, все это глупая идея. Я даже пока не решила стоит ли рожать второго.

— С другой стороны, ты всегда можешь ему сказать, что у тебя был выкидыш, — будто между делом ответила Света.

Слова подруги вселили в Нику уверенность, и она немного повеселела.

— Давай так, если тебе так спокойнее — бери. А там уж сама решай, как поступить. Это твоя семья, кто я такая, чтобы тебя жизни учить, — добавила напоследок Светка.

Ника немного смущенно приняла из ее руки средство давления на мужа и сунула все с сумочку. Она попрощалась с подругой, Светка чмокнула Миру в щечку и закрыла за ними дверь.

Глава 23

Весь следующий день, Ника присматривалась к мужу на предмет наличия возможных признаков измены. Тест на беременность, как украденный воришкой кошелек, жег ей карман. Похоже, что она слегка переусердствовала с паранойей, и вместо того, чтобы идти вместе в кроватку, Олег остался на диване смотреть какой-то ночной матч. Ника, лежала в темноте и прислушивалась к эмоциональным возгласам комментатора, раздающимся из гостиной, решая, как ей поступить.

Светка права, если она скажет о беременности, придется реально беременеть. Обман — плохая штука в семейных отношениях. Но мысль о втором ребенке пугала Нику. А если она продолжит тиранить мужа, детей у нее больше и не будет в виду отсутствия половой жизни.

Она вздрогнула от очередного вопля комментатора и решила посмотреть, что новенького написала Джульетта. Ее последнее видео оставило неприятный осадок. Ника открыла крышку ноутбука и набрала «блог Джульетты». За эти пару дней появился новый рассказ. Судя по огромному количеству лайков и репостов, блог этой сумасшедшей стал по-настоящему популярным.

«…машину занесло, она перестала слушаться руля и в течении бесконечно долгих секунд мы находились между жизнью и смертью. Стремительно заканчивающиеся минуты наших жизней обострили чувства. Стоило машине наконец остановиться, как в салоне тонкой струной натянулась тишина. А пару минут спустя, Олег схватил меня за руку и рывком усадил к себе на колени. Секс был грубый и быстрый — ничего лишнего, только то, чего мы оба хотели — вновь почувствовать себя живыми. Только то, о чем мы оба подумали, избежав самого страшного. Каждое движение, каждый поцелуй, прикосновение сопровождало ритмичное биение сошедших с ума «дворников». Они двигались по заляпанному грязью стеклу, как метроном, задавая ритм, возвращая нас обратно на землю.

Мы кончили до обидного быстро и еще долго сидели, обнявшись, на пассажирском сидении. Не в силах разжать руки, вдыхая горячий, острый запах ужаса и восторга, которые через поры исторгали наши тела».

Ника прислушалась. Вместо голоса диктора шумела вода в ванной. Значит матч закончился, и Олег пошел умываться. Ника быстро закрыла ноутбук и, положив его обратно на тумбочку, повернулась на бок.

Открылась и тут же закрылась дверь ванной, и в спальню тихо вошел Олег. Ника была напряжена, ожидая что же он сделает. Станет как обычно приставать к ней или просто уснет. Муж лег на свою половину кровати. Все смолкло. За окном послышался мягкий шорох автомобильных шин, а возбужденное новым рассказом фанатки сознание, рисовало отчетливую картину двух предающихся страсти любовников на пассажирском сидении их семейного автомобиля.

Ника старалась расслабиться и выровнять дыхание. Неужели он действительно ей изменяет?

***

У Олега образовался небольшой перерыв в съемках, чем непременно решила воспользоваться Ника, чтобы проверить правдивость рассказа Джульетты. Ее все время атаковал страх. Зачем она все это делает? А если он и впрямь изменяет ей? Сможет ли она простить? Неужели, Светка права и сохранение семьи требует таких жертв?

Ника улыбнулась, взглянув на мужа.

— Ну что, все поели? — она поднялась из-за стола и принялась убирать грязную посуду. — Олеж, ты пока Миру одень и поедем.

— Ну вот хочется тебе через все пробки тащиться, чтобы в лесу погулять? Может быть сходим, как обычно, в наш парк? Там и утки, и карусели.

— Перестань, — чуть заискивающе протянула Ника. — В наш парк мы и без тебя сходим. А в Серебряном бору есть совы. Да, Мира? — она улыбнулась дочке, чье лицо было вымазано кашей. Взяла со стола влажную салфетку и принялась аккуратно очищать носик и губки девочки. — Дай воспользоваться тем, что у тебя, наконец, появилось на нас время.

Олег скептически скривил губы и тут же, задорно подхватил малышку на руки.

— Ну что, принцесска, пойдем сов смотреть? Он поднял ее над головой и гудя, как самолет, направился с ней в спальню, одеваться.

Пока Олег усаживал Миру в детское кресло и грузил коляску в багажник, Ника тщательно осматрела машину. Вся в грязи, будто реально с трассы слетела, на передней двери царапина. Ее не было несколько дней назад, когда машиной пользовалась она сама.

— Ну ты и свинтус, — покачала головой Ника и уселась на пассажирское сидение.

— Прости, не успел на мойку заехать, — Олег запустил двигатель и включил поворотник.

— А что за царапина на двери?

— Малыш, ну это допрос что ли? — состряпал обиженное лицо Олег.

— Нет, не допрос. Просто ты меня вечно за царапины ругаешь, я не могу что ли? — надула губки Ника.

Они выехали со стоянки и влились в плотный поток машин.

Ника продолжала чуть заметно осматриваться. Если судить по рассказу Джульетты, сексом они занимались именно на ее сидении. Нике стало не комфортно, и она принялась переключала радиостанции, чем изрядно бесила Олега, и он вообще выключил звук. Обернулась к Мире, проверить все ли у нее хорошо. Но девочка смотрела на планшете Лунтика и была вполне довольна жизнью, в отличии от ее матери.

В Серебряном бору было людно. Усадив малышку в коляску, супруги не спеша побрели по асфальтированной дорожке, то и дело останавливаясь, чтобы посмотреть на юрких белочек. Мира была в восторге. Много смеялась и даже побросала вместе с папой камушки в воду, когда все семейство добрело до пляжа. Через пару часов девочка уже мирно спала в коляске, и Ника решила, что пора возвращаться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Осторожно пересадив дочку в автомобильное кресло, они двинулись в обратный путь. В салоне едва слышно играла расслабляющая музыка и Нику, надышавшуюся свежим воздухом, тоже потянуло в сон.

— Эй, засоня, приехали, — тряс жену за плечо Олег. Дочка уже проснулась и смешно болтала на своем — детском — языке, видимо делилась впечатлениями от прогулки. Ника полусонно обернулась к ней и улыбнулась. Возможно, так упал свет, а может быть это был тот самый знак судьбы, который она ждала весь день. На подголовнике, она заметила длинный темный волос. Ника взяла его двумя пальцами и неторопливо вытянула.

— Что это? — удивленно спросила она и перевела взгляд на Олега.

— Что? — он поставил рычаг на нейтралку и заглушил двигатель.

— Это, — она протянула руку к самому носу Олега и продемонстрировала болтающийся в ней волос. — Я блондинка, Мира тоже, а волос темный. Ничего мне рассказать не хочешь?

Олег с недоумением смотрел на жену. А у Ники появилось то самое чувство превосходства, которое дает подтвержденная теория.

— В первый раз вижу, — попытался отмахнуться Олег и вышел из машины.

— Больше сказать нечего? — Ника тоже вышла и стояла, уперев руки в бока, наблюдая как он достает из машины дочку.

— Больше нечего, — раздраженно ответил он и всунул Миру жене в руки.

— Так кто она? — не сдавалась Ника, у которой появился реальный повод прижать наконец обманщика-мужа. Ее сейчас не волновала капризничавшая у нее на руках, дочка. Ей во что бы то не стало нужна была правда.

— Ник, ну хватит. Ну, пожалуйста, — взмолился Олег. Он забрал малышку из рук жены и посадил в коляску. — Чего ты привязалась из-за какого-то волоса. Да кому угодно он может принадлежать. Хоть Кате — это моя партнерша по съемкам. Или Янке Курочкиной — второму режиссеру. Да, я негодяй, иногда подвожу коллег домой после съемок.

— Не передергивай, — недовольно ответила Ника и первой направилась к выходу с парковки.

Глава 24

Дома они пообедали и разбрелись по комнатам. Олег, под предлогом, что ему нужно пробежаться по правкам в сценарии, закрылся в спальне. Ника ругала себя за сцену с машиной. Этот день просто не мог закончится по-другому. Она же искала повод обвинить его в неверности, вот и нашла его.

«И вообще, — думала Ника, — почему я должна молчать? В конце концов это его вина. Не хочешь вопросов — следи за чистотой автомобиля».

Лежа вечером в постели, Ника разрывалась между сомнениями и чувствами к Олегу, которые, несмотря на возникшие подозрения, оставались настоящими и крепкими. Вот только не изменились ли чувства Олега к ней? Что если ему не нужна ее жертва, не нужно спасение? Любовь немного больше правды, любовь — это умение прощать.

Она вздрогнула, когда увидела Олега на пороге спальни.

— Эй, ты чего? — усмехнулся он, заметив глубокую задумчивость на лице жены. Он как ни в чем не бывало принялся раздеваться и, оставшись в одних трусах, залез под одеяло. — Так ты расскажешь? — настаивал он.

Ника посмотрела на его веселое, расслабленное лицо и практически на автомате выдала:

— Я беременна.

Испуг холодной дрожью охватил ее тело. Лицо Олега вытянулось, в спальне стало тихо.

— Ты уверена? — без прежней веселости уточнил он.

— Да, — Ника достала из тумбочки тест с двумя полосками и снимок УЗИ. — Вот, уже четыре недели. Она видела, что Олег потрясен и вдруг испугалась, что, если он скажет, что нам сейчас не нужен еще один ребенок? Но вместо этого он обхватил ее руками и повалил в постель.

— Так это же здорово! — он принялся покрывать лицо жены щекотными беспорядочными поцелуями, отчего она тоненько визжала и морщилась. — На этот раз будет мальчик, — заявил он, сияя от счастья. Растерянности на его лице не осталось, будто и не было никогда. Сердце Ники сжалось. И как она могла подумать, что Олег не хочет детей или больше не любит ее? Вот дура! Обязательно нужно наделать кучу ошибок, чтобы осознать это.

***

Сейчас, когда Ника беременна, Олег решил закрыть все гештальты с Джульеттой. Первым делом с утра он созвонился с Дэном и вот уже полчаса ждал его в кафе возле киностудии.

— Прости, — запыхавшийся Дэнчик шлепнулся в кресло напротив и привычным жестом подозвал официанта. — Минералку и двойной эспрессо с молоком, — отправив официанта исполнять заказ, Дэн протянул через стол руку для приветствия. — Извини, так о чем ты хотел поговорить?

— Тут такое дело, — произнес Олег смущенно. — В общем, — упер он твердый взгляд в лицо друга. — Джульетта. Она меня реально достала. Я хочу что-нибудь с этим сделать, — продолжил он уверенно, но взглянул на подошедшего к их столику официанта с водой и примолк.

— Да, брат, я знаю про видео, — залпом осушив сразу половину стакана, ответил Дэн. — Поговорить с ней не пробовал? И, кстати, на видео ты?

— Какая разница? — начал заводиться Олег. — Я не я, его уже все посмотрели и сделали выводы. Ника, кстати, тоже. Я не об этом хотел поговорить. Мне реально нужна твоя помощь. Эта девка сумасшедшая. Она реально преследует меня. Объявила мне, если не буду с ней встречаться, заявит, что я ее изнасиловал.

— Фига, — усмехнулся Дэн. — И что, ей есть что предъявить?

— Не знаю, — не поднимая глаз на друга, ответил Олег. Он наделал столько ошибок. Особенно в том, что сразу не дал этой дуре отпор, а мямлил, решив, что с ней можно договориться по-хорошему.

— Не знаешь? Вот это поворот. Винить тебя, конечно, сложно. Девка-то огонь, — прокомментировал Дэн.

Олег поднял на друга тяжелый взгляд.

— Нет, ну гипотетически конечно.

— Ты ее знаешь? — сузил глаза Олег. Он вдруг вспомнил слова Джульетты о тех, кто улыбается тебе в лицо и желает зла. Нет. Дэн не мог. Или… — Молчишь?

— Ты рехнулся? Обвиняешь меня в том, что это я во всем виноват? Слушай, все-таки играть злодеев — не твое. Похоже, что у тебя развилась на этой почве паранойя, — отмахнулся Дэн и допил остатки воды.

— Неделю назад ты подвозил Нику с Мирой до дома, почему не поднялся?

— Она меня не приглашала.

— Ты же знал, что я вернулся из командировки, да?

— Ника сказала. И вообще, я чего-то в толк не возьму, ты пригласил меня на разговор. Сказал, что нужна моя помощь, но все это время обвиняешь меня во всех смертных грехах. По-твоему, это я нанял Джульетту и у меня шашни с твоей женой? Что еще ты забыл упомянуть? Ну, давай, не стесняйся, — психовал Дэн. И Олег его где-то понимал. Он же реально хотел попросить у него помощи. С его-то бабками отвадить девчонку будет не сложно. Но он никак не мог заткнуться и мыслить конструктивно. Нашлась такая прекрасная отдушина — Дэн, на которого можно свалить все свои проблемы. Олег вздохнул, стараясь успокоиться.

— Она казала мне, — безрадостно произнес Олег. — Что это ты заплатил ей.

— Слушай, да пошел ты, — бросил Дэн и поднялся из-за стола.

— Ника беременна, — догнал его в спину голос Олега.

Дэн развернулся.

— Что?

— Ника… У нас будет еще один ребенок. Дэн я запутался, наделал кучу ошибок. И наверное, теперь уже не так важно с чего все началось. Я очень хочу, чтобы все это просто закончилось. Понимаешь? Не хочу волновать жену. Не хочу проблем и недоверия. Да, я мудак, я трахался с ней. Это какое-то наваждение. Знаешь, каждый актер по-своему настраивается на роль. Я не оправдываюсь, но в какой-то момент мне показалось, что это всего лишь игра. Ничего серьезного. Почему нет? Но эта девчонка… — он замолчал и посмотрел на Дэна. Тот вернулся на свое место и потрясенно молчал. — Я не хочу выяснять кто прав, кто виноват. Просто помоги, если можешь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

***

— Ты больная? — с порога начал Дэн. Он неумолимо наступал на девушку, вынуждая ее пятится. — На кой хрен ты сказала ему, что это я тебя нанял?

— Ну, во-первых, здравствуй. Во-вторых, не сказала, а всего лишь намекнула, — Джульетта чувствовала себя вполне уверено.

— Что-то ты борзая стала. Слава в голову ударила? Так я могу и назад отыграть. Будешь в своем бараке жить в ларьке кассиршей работать. Я это быстро устрою.

— А ты меня Дэнчик не пугай. Пуганная. Ты же не думаешь, что я такая дура и не подстраховалась? — на ее губах играла высокомерная улыбочка, которая выбешивала Дэна хуже слов.

— Не боишься, что тебя ненароком прибьют в темной подворотне и прикопают в лесочке? Не шути со мной. Поняла?

— Конечно, — отступила на шаг Джульетта. — Ты не трогаешь меня, я — тебя. Уговор?

— Нет, не уговор. Ты прекращаешь преследовать Олега, и я продолжаю платить за твою хату и забываю о том, чтобы пыталась мне угрожать.

— Не льсти себе. Теперь я сама могу содержать и себя и эту, как ты выразился, хату. Не приходи сюда больше. И не лезь в мои дела, понял? Или ты думаешь, что мне нечем тебя прижать при случае? — Она взяла со стола сотовый и включила на нем аудиозапись.

«— И зачем тебе это?

— Какая разница? Жену его хочу заполучить. Не важно. Ты пишешь о нем интригующие истории, я тебе снимаю квартиру в центре и плачу. Считай, что я нанимаю тебя как классного дорогого блогера…»

Запись оборвалась.

— Теперь ты понял. И это еще не все.

— Ты, дрянь, что творишь? — Дэн не удержался и наотмашь ударил девчонку по лицу. Та свалилась на пол и засмеялась, прикрывая щеку ладонью. — Я тебя предупредил, — в сердцах выпалил он, стараясь не поддаться искушению придушить ее на месте. — Еще одна выходка, и… — он осекся, подозревая, что и этот разговор может быть записан.

Дэн вышел на лестничную клетку и сбежал по лестнице на первый. Ненависть и желание убить горело внутри огнем. Он непроизвольно гнул губы в свирепом животном оскале. Теплый весенний воздух чуть успокоил его, он сел за руль и откинул голову на подголовник. Глубоко вдыхал и длинно громко выдыхал, как учил его Раджан — его духовный наставник, но спокойствие все не наступало. Дэн по-прежнему был взбешен.

Немного придя в себя, он набрал по громкой Карлова — частного детектива семьи, умеющего находить выход даже из, казалось бы, безвыходных ситуаций. Тот ответил не сразу. Судя по быстрой рваной речи — был занят.

— Подожди, — бросил в динамик Дэн. — Нам надо поговорить. Срочно! Когда мы можем встретиться?

— Часиков в девять, не раньше.

— Ок, тогда как обычно в Brooms, — сказал Дэн и сбросил звонок.

Глава 25

Дэн и Олег дружили с детского садика. Горой друг за друга стояли. Даже, если бы у Дэна был брат и тот не смог стать ближе Олежки. Во всех драках они стояли спина к спине, ни одна девчонка не смогла их разлучить. Даже Ника. Дэна до сих пор разъедала ревность, стоило ему увидеть их вместе. Он до сих пор сох по жене друга и возможно на той записи, что дала ему послушать Джульетта, он не кривил душой. Мысль разлучить их пришла ему в голову спонтанно, но сейчас он уже так не думал. Нельзя позволить какой-то зарвавшейся дряни рассорить их.

К столику подошел Карлов: высокий рост, военная выправка. Была во всей его фигуре какая-то особенная сдержанность, присущая власть имущим на пенсии.

— Добрый день, Аркадий Маркович, — Дэн привстал, чтобы поздороваться.

— Денис, я слушаю вас, — проговорил мягким баритоном Карлов. — Вы сказали срочно.

— Да, тут такая ситуация неловкая сложилась, — завернул из далека Дэн. — Мой друг попал в весьма неприятную ситуацию с одной молодой девушкой. И теперь он очень хочет замять эту историю. Понимаете, он женат.

— Мы об Олеге сейчас говорим? — в голосе Карлова проскользнула осведомленность.

— О нем.

— Девица, как я понял, шантажирует его.

Дэн кивнул. А чего он ждал об бывшего «гэбешника». Молодец, подготовился.

— Что я еще должен знать?

Повисла пауза. Дэн колебался стоит ли рассказывать вообще все.

— Я хочу, чтобы девчонку привели в чувства. Есть же у нее слабые стороны.

— Сделаю, — так же мягко ответил Карлов и поднялся из-за стола. — Дам знать через пару дней.

— Может быть поужинаем? — предложил Дэн, сбитый с толку таким скорым отбытием полковника.

— Я бы с удовольствием, — улыбнулся Карлов. — Но уже вторую неделю на строгой диете. Гастрит. Все доброго, — попрощался Аркадий Маркович, и Дэн пожал протянутую ему руку.

Он проводил взглядом этого представителя старой гвардии и вернулся к своей лазанье.

К Карлову Дэн обращался редко, только в крайнем случае. А сейчас был именно такой. Дело даже не в стоимости его услуг. Карлов всегда ассоциировался у Дэна в Черным плащом из детского мультика — ужас, летящий на крыльях ночи. Вкрадчивый и тихий он был неотвратимым, как инфаркт для сердечника. Иногда Дэн ловил себя на мысли, что это еще вопрос, кто кому услуги оказывает.

Звонить Олегу он пока не хотел. Для начала решил послушать, что скажет Карлов.

***

— Трофимов, у тебя все в порядке? — они с режиссером вышли перекурить в перерыве между съемками.

Не только Кирилла волновало душевное состояние ведущего актера. Его настроение менялось так быстро, что каждый мог запросто попасть ему под горячую руку. А ведь еще недавно, это был спокойный уравновешенный человек. — Снова проблемы в семье?

— Жене не нравится, что я сутками пропадаю на работе, — не глядя на Кирилла, ответил Олег.

— Ясно, — с улыбкой ответил режиссер. — Классика.

Олег слышал, что Кирилл прямо перед съемками расстался со второй женой. Казалось, он не сильно переживал по этому поводу. Да и зачем ему, красавчик! Возле него вечно вилась стайка поклонниц. Найдет другую, такую же, как и остальные — молодую, красивую, с начисто отформатированным мозгом.

— Твоя тоже из-за этого ушла?

— Нет, так она пыталась оправдать присутствие фитнес-инструктора в нашей постели.

— Сочувствую, — вздохнул Олег. «Все-таки Ника — золото. Нужно сегодня вернуться домой пораньше», — решил он.

— Крепись, Трофимов, еще пара недель и будешь свободен, как курица в полете, — усмехнулся Кирилл и сплюнул себе под ноги. — Я слышал тебя в свой проект пригласил Загорский?

— Пока еще не ясно, — отмахнулся Олег, считая плохой приметой обсуждать еще не подписанный контракт. Хотя, пробы он прошел на ура и Загорский пообещал роль ему.

— Ладно, хорош филонить, у нес сегодня новая сцена. Советую тебе выбросить баб из головы. Ну, кроме той, что к койке прикована, — хохотнул Кирилл, он положив Олегу руку на плечо, и они вместе вернулись в павильон.

После смены Олег решил заскочить в цветочный и порадовать Нику ее любимыми пионами. Он уже заказал букет и сейчас, сидя на водительском сидении, любовался плотными розовыми и белыми бутонами, фото которых скинул ему флорист.

В окно машины постучали. Привыкший подвозить коллег до дома, Олег поднял глаза. Телефон чуть не выпал из его руки, когда вместо Кати или Яны, которых он подвозил чаще всего, увидел наглую рожу Джульетты.

Он мгновенно заблокировал замки и нажал кнопку старта. На этот раз Джульетта не пыталась его уговорить. Она набрала на своем мобильнике номер и приложила телефон к уху. У Олега в руке завибрировал сотовый. «Дрянь» высветилось на экране. Он упрямо помотал головой и попытался отъехать от бордюра, но девчонка стояла прямо у него на пути.

— Ну что, задавишь меня? — выкрикнула она, показывая на телефон.

Олег сбросил вызов, девчонка набрала снова. Он покачал головой и начал медленно двигаться вперед, вынуждая Джульетту отступать. Он показал ей пальцем на видеорегистратор, но ее он не напугал.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Лицо девушки вдруг исказила плаксивая гримаса и Джульетта закрыла лицо руками. Олег решил воспользоваться этой заминкой и нажал на газ. Машина вывернула на проезжую часть, задев зеркалом продолжающую стоять истуканом Джульетту. Она отпрянула и не удержавшись на ногах упала на асфальт. Олег решил, если снова облажается и выйдет помочь, в очередной раз пожалеет об этом. Не успел он расслабиться, как в заднее стекло ударил камень, раскрасив его сетью крупных и мелких трещин. Олег вдавил педаль газа в пол. Машина сорвалась с места и умчалась, оставив Джульетту в клубах пыли.

Глава 26

Олег не успел доехать до дома каких-то пару кварталов, как из динамиков раздался звонок телефона. Он взглянул на дисплей «Дэн». Олег пару мгновений боролся с искушением сбросить вызов. Он же обещал Нике вернуться пораньше. На пассажирском сидении лежал пакет из Метро. Когда жена была беременна Мирой все время хотела икры. Кроме двух баночек ее любимой красной зернистой, в пакете лежал французский багет, коробка конфет и упаковка свежей клубники. Олег надеялся, что жена оценит его рвение. Но все же нажал «ответить».

— Да, Дэн, что-то срочное?

— Чрезвычайно, — коротко без приветствий ответил друг.

— До завтра не ждет? — с надеждой спросил Олег, глядя на показавшуюся на горизонте родную многоэтажку.

— Я все понимаю, — с несвойственной ему серьезностью продолжил Дэн. — Но это в твоих интересах. Жду тебя в Brooms, это пиццерия на Ленинском.

— Я знаю, где это. Минут через тридцать буду, — Олег вздохнул, глядя на пакет с продуктами и развернул автомобиль на ближайшем перекрестке.

До места он добрался быстро и даже нашел свободное парковочное место. В этом баре Олег был один раз и на сколько он помнил, тоже по приглашению Дэна. Он зашел в отделанный состаренным кирпичом и деревом зал и огляделся. Друга он заметил за дальним столиком у окна.

— Привет, — Олег сел в кресло напротив. — Что за срочность?

— По поводу вчерашнего разговора, — напомнил Дэн. Олега тревожил его слишком напряженный вид. Человек, который так зажат ничего хорошего просто не может сказать.

— Давай уже, нервы и так ни к черту.

— По поводу нашей общей знакомой.

— Общей, — тут же зацепился Олег.

— Слушай, я знаю, тебя эта ситуация достала. Меня тоже. Я сейчас не хочу врать или что-то от тебя скрывать. Если ты не будешь перебивать, я все тебе объясню. Я действительно знаю Джульетту. И да, ты был прав, это я предложил ей вести тот идиотский блог. Даже денег дал. Но поверь мне, — он жестом остановил возражения друга и продолжил. — Я не хотел ничего плохого. План был прост — она создает вокруг тебя интерес публики, я знакомлю тебя с парой тройкой продюсеров, и ты в дамках. Никто не мог предположить, что эта девица окажется матерой шантажисткой, тем более с напрочь съехавшей крышей.

— Ну ты дебил, — произнес Олег со злобно-насмешливой улыбкой. — Ты чем в тот момент думал?

— Хорошо, — осадил друга Дэн. — Ты прав, я — дебил, запал на девчонку, решил убить двух зайцев — и дружбану помочь и ее, так сказать, поддержать. Но это еще не все, — немного сник Дэн. — После нашего вчерашнего разговора я пошел поговорить с ней. И прикинь, она меня на хер послала.

— И что теперь прикажешь с ней делать? — начал заводиться Олег. — Сходи на улицу, посмотри, она сегодня подкараулила меня возле студии, а когда я отказался с ней общаться, раздолбала мне стекло.

— Спокойно, именно за этим я тебя и позвал так срочно. Хочу тебя кое с кем познакомить.

— Что, опять?

— Не опять, а снова, — недовольно буркнул Дэн, проигнорировав подкол друга. — Он придет с минуты на минуту. Давай пока чего-нибудь закажем, а то с этими интригами и скандалами жрать захотелось.

Официантка принесла меню. Дэн долго изучал его, морщил лоб и кривил губы, в конечном итоге заказал, как и Олег, чашку американо с молоком.

— А вот и он, — вернув меню официантке, проговорил Дэн, заметив вошедшего в дверь Карлова. — Здравствуйте вас, Аркадий Маркович, — поприветствовал он подошедшего к ним полковника. — Это мой друг Олег, — представил он Трофимова.

У Карлова не было с собой ни папки, ни сумки, где могли бы лежать собранные им материалы. Дэн забеспокоился. Неужели ничего не удалось нарыть? Хотя именно Карлов настоял на этой встрече.

Тот вздохнул перед тем, как начать.

— Денис, я не хочу, чтобы между нами были какие-то непонятки, поэтому скажу прямо. После нашей встречи, я позвонил вашему отцу. Вы знаете, он сейчас баллотируется в депутаты. Уверен вы так же понимаете, что сейчас ему не нужны скандалы. Я навел справки о вашей девушке, — Карлов посмотрел сначала на Дэна, потом перевел взгляд на Олега. — Девушка не простая. Водит шашни с Дмитриевскими.

— Дмитриевские, это еще кто? — перебил его Олег.

— Группировка такая в прошлом. Сейчас ведут себя тихо, не девяностые же, бизнес у них серьезный полулегальный. Если палкой эту кучу расшевелить, вони не оберешься. Понимаете? У девушки этой — Даши, как я понял, есть видео- и аудиозаписи. Умна и, судя по всему, опасна. Что вы можете ей предъявить? Ничего. Пустые угрозы против собранного ей компромата на каждого из вас? Нет. Тут по-другому надо.

— Как? — в нетерпении спросил Дэн.

— От вашего отца я получил очень четкие указания: никакого шума. Поэтому варианта тут два: либо дать ей деньги, либо… — он щелчком убрал пылинку со своего рукава, — заметив, как вытянулись лица его собеседников.

— Нет, — фыркнул Дэн. Думаю, что обойдемся деньгами.

— Очень рад, что наше с вами видение ситуации полностью совпадает.

— Я уже предлагал ей деньги, — мрачно ответил Олег.

— И?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Сказала, что ей нужен я.

— Думаю, вы просто предложили ей недостаточно привлекательную сумму, — снисходительно ответил Карлов. — Купите ей домик где-нибудь на Кипре.

— Мне придется продать не только квартиру, но и обе почки, чтобы оплатить ее хотелки, — зло буркнул Олег.

— За деньги не переживай. Это я тебя во все это втянул, мне и расхлебывать, — ответил Дэн. — Скажите, — обратился он к детективу. — Вы сможете выступить в качестве переговорщика?

— Не вопрос. Мне нужно знать только одно — в пределах какой суммы я волен распоряжаться?

— Давайте так, пощупайте ее как вы умеете, надавите, объясните, что в ее же интересах взять деньги.

— Денис, — со снисходительно улыбкой ответил Карлов, — Мы с вашим папой работаем не один десяток лет. И поверьте, в моих интересах, чтобы эта неприятная во всех отношениях история закончилась быстро и тихо.

— Да, конечно, — ответил ему Дэн.

— Ну что же, молодые люди. Задача определена, думаю через пару дней будет результат.

Карлов поднялся из-за стола, пожал собеседникам руки и вышел из бара.

— Черт, — в сердцах бросил Олег. — Поверить не могу что мог так вляпаться.

— Не ты один, — мрачно проговорил Дэн. — Но ты не волнуйся, Карлов свою работу знает. Все будет ок.

— Надеюсь, — громко выдохнул Олег и залпом выпил уже остывший кофе. — Ладно, держи в курсе. Пойду. Нике обещал вернуться пораньше.

Ника встретила Олега у порога. Она находилась в прекрасном настроении, как и все последние дни. Беременность сказывалась на ней положительно. Вообще в последнее время между ними возникла какая-то особая связь. Как раньше, когда в мире не было никого кроме них двоих.

Несмотря на такое душевное единение, Олег был напряжен. Ни накрытый к романтическому ужину стол, ни мерно подрагивающее пламя свечей, ни красавица жена не могли расслабить его. Он продолжал думать о том разговоре с детективом. «Кипите ей домик где-нибудь на Кипре», — звучало в голове. Как он все это допустил? Почему сразу не пошел в полицию?

— Эй, ты со мной? — Ника дотронулась до его руки.

— Конечно, — улыбнулся Олег. — Я всегда с тобой. Слушай, как думаешь, будет мальчик?

Было заметно, что Ника немного растерялась.

— Прости, мне конечно все равно мальчик или девочка, но вдруг сын?

— Мне бы тоже хотелось родить тебе сына. Такого же дуралея с глазами цвета неба.

Эту фразу Олег сразу узнал. Лицо его вытянулось.

— Прости, — смущенно улыбнулась Ника. — Но знаешь, в одном она права — такому мужчине невозможно отказать.

Ее слова прозвучали так волнующе и совершенно двусмысленно, что Олег вдруг как по щелчку переключился и все его внимание заняли приоткрытые губы жены.

Глава 27

— Похоже, я совершила ужасную ошибку, — Ника выглядела расстроенной, даже потерянной. Светка налила ей бокал вина, и та тут же осушила его. — Я дура, — поморщившись выпалила она. — Понимаешь, дура. Ты была права, не надо было говорить про беременность. Я же думала, что перестану предохраняться и тут же залечу.

— Не получилось? — с сочувствием поинтересовалась подруга.

Ника покачала головой.

— Я зачем-то твой снимок УЗИ показала и сказала, что срок четыре недели, понимаешь? Если я не забеременею в ближайшие пару недель, все, придется разыгрывать историю с выкидышем. Иначе как я потом объясню, что родила на три месяца раньше срока.

— Ну, я так понимаю, слова типа «а я говорила» тебе сейчас не нужны. Давай так, он обрадовался твоей беременности, он старается для тебя, возвращается домой раньше, окружает заботой. Поздравляю, муж тебя любит. Ты же это хотела выяснить?

Ника тяжело вздохнула.

— Подумай вот еще о чем. Да, разыграть выкидыш — такое себе занятие, но он, как и беременность, может вас сблизить. Успокоишься и забеременеешь повторно, — деловито рассуждала Светка, поглаживая ссутулившуюся на стуле подругу по спине.

— А если он когда-нибудь узнает об этом? — с ужасом спросила Ника.

— От меня точно не узнает, — уверенно ответила Светка. — У меня есть знакомая гинеколог. Попрошу ее и она сделает тебе справку. Поняла? Успокойся, возможно, ты просто нервничаешь. Расслабься и все получится. Если что — справка, и Олег ни о чем не догадается.

Ника обреченно кивнула.

— В любви все средства хороши, вроде фраза так звучит?

— Но не ложь, — мрачно ответила Ника. — Ложь не умеет созидать, только разрушает.

— Так, отставить пессимизм. Давай я чайку поставлю, — Светка поднялась из-за стола и нажала клавишу электрического чайника. Он уютно заворчал, наполняя комнату теплом. Ника почувствовала себя лучше. Подруга права, сходить с ума точно не стоит.

***

— Думаешь, будет пацан? — весело спросил Дэн.

— Надеюсь. Еще несколько месяцев назад известие об очередной беременности Ники повергло бы меня в ужас. Но сейчас все это так кстати, так вовремя. Она вдруг расставила приоритеты, собрала разваливающуюся на куски семью воедино. Если с Джульеттой все получится, я верну тебе долг. Ты не думай…

— Я и не думаю, — усмехнулся Дэн. — Прямо как раньше, все пополам.

— Ладно, брат, мне пора, съемки. Держи в курсе.

Олег поднялся со стула и, бросив на барную стойку помятую купюру, вышел на улицу. Дэн еще некоторое время просидел с пустой кружкой в руках и тоже вышел. Он направился к припаркованному в квартале от бара автомобилю и, решив срезать через двор, завернул в арку.

Краем глаза он заметил, как следом за ним в арку кто-то зашел, но не предал этому значение. Однако стоило ему дойти до мусорных контейнеров, скрытых от вездесущих камер, как его окликнул хриплый прокуренный голос.

Дэн не успел толком разглядеть лица нападавшего, как тут же согнулся пополам от точного удара под дых. Следующий прилетел ему в основание шеи, сознание помутилось, и он растянулся на асфальте.

Кто-то присел рядом с ним на корточки и в ухо проник его горячий, горький от запаха табака шепот:

— Не лезь куда не просят. В следующий раз будет больнее, — человек поднялся и, пнув мусорный бак, удалился. Денис смог рассмотреть только его массивные берцы, которые через минуту скрылись за углом дома.

Дэн с трудом поднялся на ноги. Одной рукой обхватив себя поперек живота, другой потирая ушибленную шею, поплелся к автомобилю.

«Если бы хотели убить, не стали бы с мордобоем заморачиваться», — решил он.

Оказавшись в машине, Дэн судорожно соображал кому позвонить первым. Олегу? Нужно предупредить его об опасности или Карлову, чтобы спросить совет. Карлов в данной ситуации был более ценным игроком, и Дэн набрал его номер.

— Добрый день, Аркадий Маркович. Не отвлекаю?

— Здравствуйте, Денис. Говорите.

— Нам с вами привет передали, — бросил в трубку Дэн. — Вот только что.

— Быстро сработали, — даже не удивился Карлов. — И от денег ваша девушка отказалась.

— Я так понимаю, план «Б»?

— Денис, — голос Карлова даже не ускорился, Дэн всегда удивлялся его способности контролировать свои эмоции. Эмоции же самого Дэна выплескивались через край. — Я настойчиво рекомендую вам не светиться. Ваше участие делу не поможет, сделает только хуже. А вашему другу я помогу. У меня остались связи в прокуратуре. Помогу составить иск, нарыть на нее компромат. В общем вделаю все, чтобы мы выиграли дело, если девица вдруг решит привести свои угрозы в действие.

— Не понимаю, почему мужик напал на меня?

— Я пока не уверен, но здесь может быть заказ. Через вас могут добраться до вашего отца. Вы не думали об этом? Именно поэтому я и прошу вас взять самоотвод.

— Может, конечно, я тупой, но при чем тут мой отец? Девка наехала на Олега. Она преследует его: караулит возле студии, стекла бьет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Денис, мы пока не знаем откуда у этой истории ноги растут. Судя по запаху — из самой настоящей задницы. Просто не лезьте туда. Я все решу.

— Хорошо, — буркнул Дэн.

После того, как Карлов сбросил вызов, Дэн почувствовал себя сыклом и предателем. Как быстро он согласился не лезть. Ладно, война план покажет, — решил Дэн и завел двигатель.

Глава 28

В коридоре раздалась странная, отдаленно знакомая Олегу трель. Так когда-то звонил их стационарный телефон. Неужели Ника его так и не отключила? Олег бросил сборы и направился на звук. Тот вывел его прямо ко входной двери, где на самой верхней полке пинала, зажатого между стеной и гардеробом и пылился старенький телефонный аппарат. Олег взял его в руку и снял трубку.

— Да, я слушаю вас.

Ему вдруг показалось, что на другом конце провода скажут точное время. Он запомнил этот эпизод из старого черно-белого фильма, который с самого детства врезался ему в память.

— Привет, — раздался слишком знакомый женский голос.

— Ты совсем берега попутала? — процедил он сквозь сжатые зубы. Олег был не просто зол, его челюсти свело спазмом от ярости. — С какого перепуга ты звонишь мне на домашний? «Что, если бы трубку взяла Ника?» — пронеслось в голове и вспыхнуло жаром на перекошенном ненавистью лице. Он покосился в сторону ванной из-за двери которой раздавался веселый визг его девочек и плеск воды.

— Олеж, кто? — из приоткрытой двери показалось раскрасневшееся от пара лицо жены.

— Номером ошиблись, — проговорил он, зажав на всякий случай ладонью динамик. — Не смей сюда звонить, поняла меня? — бросил он в трубку. Первой мыслью было выдернуть шнур, но вспомнив чем закончился его бойкот сообщений от этой твари, Олег решил все же попытаться решить вопрос по-хорошему.

— Ты же сотовый не берешь, — спокойно ответила ему Джульетта.

Олега бесила ее выдержка. Заставляла еще больше нервничать.

— Ну все, с меня хватит, — окончательно обозлился Трофимов и с силой ударил трубкой о рычаг. Он еще пару мгновений гипнотизировал красный аппарат, а потом со злостью выдернул из розетки, обмотал его шнуром и швырнул в шкаф рядом с помойным ведром.

На этот раз натурные съемки обещали быть короткими. Режиссеру приспичило переснять пару сцен, которые они отсняли несколько недель назад в Клину. По прикидкам, он должен вернуться домой через пару дней.

Олег поставил сумку с вещами на пуфик у двери и заглянул в ванную, чтобы попрощаться с Никой и Мирой.

— Ой, ты что уже уходишь? — спохватилась Ника. — Ну, подожди. Ты чего.

Олег кивнул.

— Только недолго, — и закрыл дверь, чтобы дочка не простудилась.

В ванной включилась вода, веселый смех сменился капризами и через десять минут румяная, завернутая в большое белое полотенце Мирочка выплыла из ванны на руках мамы.

— На этот раз когда тебя ждать?

— Думаю, дня два-три, не больше, — Олег поцеловал девчонок и вышел из квартиры.

У подъезда его ждала машина, которую за ним прислал главный, а свою «ласточку» он загнал в автосервис, заменить заднее стекло, которое разбила полоумная фанатка.

Возвращение в Клин было не очень-то приятным. В мозгу тут же всплыли картины убийства, виновником которого он себя еще недавно считал.

«Главное, не ведись на провокации, — велел ему внутренний голос.

***

Как ни странно, но Джульетта его больше не донимала. Видимо, правы были Ника с Дэном, ему изначально нужно было проявить к ней строгость. Олег ругал себя за свою гребанную толерантность, которая ему уже не в первый раз выходила боком. Он терпеть не мог скандалов и разборок. Всегда старался решить вопросы мирным путем. Что ж, в одном Джульетта оказалась права: учителя появляются в нашей жизни, когда мы готовы усвоить их урок.

За два дня съемочная группа напряглась, и они пересняли пару сцен с участием Олега и сделали несколько общих кадров. Режиссер остался доволен очередной «экспедицией» и по возвращению в Москву дал всем пару дней отдыха. Всем, кроме режиссера монтажа, с которым решил окопаться в студии, чтобы «склеить» фильм. Работа почти закончена, осталась озвучка, но это не так утомительно, как влезать в шкуру маньяка и душить молоденьких девчонок по подвалам, решил Олег. Теперь можно плотно заняться работой с Загорским.

«Надо его набрать, — напомнил себе Олег, поднимаясь в лифте домой. — Тянуть с таким роскошным предложением не стоит. Загорский запросто заменит его на кого-нибудь менее занятого». Его в очередной раз кольнула мысль об отдыхе, который снова откладывается на неопределенный срок, но тут же растворилась в мечтах о головокружительном взлете его карьеры.

«Вот тогда и отдохнем», — решил Олег.

Он открыл дверь ключом и зашел в непривычно тихую квартиру.

«Странно, я же предупредил Нику, что вернусь в обед, — подумал он и, не разуваясь, прошел в гостиную. — Может быть она решила уложить дочку пораньше?

Но и в комнате Миры никого не было. Олег положил сумку у кровати в спальне и выглянул в окно. Ника сидела на детской площадке с коляской и с кем-то беседовала.

Олег снова вышел в подъезд, быстро сбежал по ступеням на первый и направился по благоухающему цветущей черемухой двору в сторону детской площадки.

Он в радостном предвкушении, представлял себе, как подойдет к Нике сзади и закроет ее глаза ладонями. Как, обернувшись после легкого испуга, она обрадуется ему.

Олег переступил низенький разноцветный заборчик, отделяющий площадку от дороги. И бесшумно скользнул в тени огромных тополей, чтобы привести свой дерзкий план в действие, но заметил, на скамейке рядом с женой девушку. Ее срывал большой куст шиповника, он видел только ее ярко красную кожаную косуху, до пояса закрытую темными прямыми волосами. Олег невольно напрягся. Предчувствия не обманули его, рядом с Никой сидела Джульетта. Он вдруг почувствовал тошноту и слабость в ногах, которые заставили его остановиться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Олег попытался преодолеть неожиданно накативший на него приступ паники. От этой малолетней дуры можно ожидать чего угодно, но девчонка не так глупа, чтобы выложить жене кто она. Нет, Ника — прекрасный рычаг давления на него. Олег глубоко вдохнул-выдохнул и, нацепив на лицо непроницаемую маску, направился к беседующим девушкам.

— Привет, — на его лице играла обворожительная улыбка, и ни один мускул на лице не выдал нервозности.

Ника вскочила со скамейки и обвила руками его шею.

— Ты немного раньше. Думала успеем вернуться к твоему приходу, — она чмокнула супруга в щеку и обернулась к своей собеседнице. — Познакомься, это мой муж Олег. Я как раз рассказывала о тебе. А это Даша, она недавно переехала в наш дом и пока никого не знает.

Олегу пришлось применить все свои актерские таланты, чтобы это знакомство не вызвало подозрения у жены. Он бросил короткое «привет» и снова обернулся к Нике.

— Пойдем? Есть хочу, — он невольно бросил взгляд на Джульетту, которая с нескрываемым интересом смотрела на них.

— Какая у вас красивая пара, — произнесла с умилением. Но Олег знал, как она опасна. Настоящая паучиха.

Он положил руку на талию жены, второй взялся за ручку коляски, в которой мирно спала дочка и поспешил увести своих девочек подальше отсюда.

— Твоя новая знакомая? По-моему, ветреная дурочка, — как бы между делом поинтересовался Олег.

— А мне она понравилась. Очень милая, — ответила Ника.

— Да уж, — вздохнул Олег. «Похоже, капкан захлопнулся и теперь ему будет сложно выбраться. Хотелось позвонить Дэну. Ему срочно нужен совет, а главное, единомышленник. Олег надеялся, что его силовику удалось с ней договориться. Хотя, эта неожиданная встреча поколебала его веру в то, что и на этот раз все получится решить мирным путем.

Глава 29

За ужином Олег попытался выведать у жены, о чем же она болтала с новой знакомой. Ника лишь отмахнулась: мол ничего интересного, бабские разговоры. Олег маялся от неизвестности, и пока Ника укладывала дочку спать, решил позвонить другу.

Дэн взял трубку не сразу. Олегу не понравился его тон, а главное, уклончивый ответ на простой вопрос. Сбросив вызов, он так до конца и не понял, удалось полковнику Карлову договориться с шантажисткой или нет.

— Как ты себя чувствуешь? — тихо спросил Олег, глядя на темный потолок спальни. Он никак не мог отделаться от неприятных предчувствий, вызванных разговором с другом. Зачем Дэн скинул телефон этого Карлова? Неужели даже у него не получилось вразумить эту маньячку?» — Похоже, на этот раз беременность протекает полегче? — он попытался добавить в голос заинтересованности, но получилось так же безэмоционально. — А что, если это и вправду мальчик? — Олег повернулся к жене.

У Ники из головы вылетела ее ложная беременность. Чуть не прокололась, — подумала она. — Меня обычно утром тошнит, — ответила Ника и повернулась на бок, лицом к мужу. — Я соскучилась, — она потерлась кончиком носа о его плечо, намекая на близость.

— Ты себя точно хорошо чувствуешь? — настороженно спросил Олег.

— Точно, — томно выдохнула она и, приподнявшись на локте, поцеловала его.

***

На следующий день, под предлогом, что у него встреча с продюсером, Олег выехал в центр на встречу с Карловым. Сидя за столиком с чашкой американо, он не мог отделаться от тревоги. В голову лезли мысли одна хуже другой, но вот наконец дверь заведения открылась и как обычно неспешно полковник прошел к его столику.

— Добрый день, — выпалил Олег, поднявшись из-за стола. Имя Карлова вылетело из его головы.

— Аркадий Маркович, — напомнил ему Карлов, заметив смущение на лице собеседника.

— Да, конечно, — добавил Олег, пожимая протянутую ему руку. — Простите, нервы ни к черту.

— Понимаю вас, для этого мы и встретились в столь ранний час, — Карлов сел на пустующее место и жестом подозвал официанта. — Принесите мне воды с лимоном.

— Так о чем мы будем с вами говорить? — едва дождавшись, когда уйдет официант, уточнил Олег.

— Мне понятно ваше нетерпение, молодой человек, но боюсь, что у меня не очень приятные для вас новости.

Внутренности Олега скрутило в один болезненный узел, он вытаращился на Карлова, будто искал в его лице признаки насмешки.

— Но… как? — мгновенно утратив способность связывать слова в простые предложения, выдавил из себя Олег.

— Я не сказал, что все потеряно. Но деньги девушка не взяла. А это значит, что нам придется идти длинным путем. Так что, на вашем месте я бы запасся терпением.

— Терпением? — вспыхнул Олег, но тут же взял себя в руки, заметив приближающегося к их столику официанта. — У меня жена беременная, и я совсем не хочу никаких длинных путей. Может быть предложить больше? — с надеждой спросил он. — За новый проект мне обещали хорошие деньги.

— Я навел о вашей барышне справки, — чуть помедлив продолжил Карлов, проигнорировав вопрос клиента о деньгах. — Дувушка росла в семье с отчимом. Ходили слухи, что тот домогался ее, когда Даша была еще несовершеннолетней. Слухи остались слухами, в полицию она не обращалась. Я это все к чему вам рассказываю. Если у нее был травмирующий опыт сексуальных отношений, кто знает, чем он обернулся во взрослой жизни. Вы сами говорили, что она разбила вам стекло в машине.

— Стекло? — зло усмехнулся Олег. — Эта больная имитировала собственную смерть, чтобы меня подставить.

— Как это? — наморщил лоб Карлов.

Олег подробно рассказал о том странном происшествии в Клину.

После его рассказа оба мужчины некоторое время молчали. Карлов пытался извлечь из рассказа клиента полезную информацию, Олег старался побороть оторопь и страх перед тем самым долгим путем, о котором ему сказал полковник.

— Что ж, — вздохнул Карлов, — Дело оказалось не таким однозначным, как по рассказу вашего друга. — Денис попросил меня помочь вам, и я это сделаю. Но должен вас предупредить, никаких контактов с шантажисткой. Надломленные обстоятельствами люди бывают слишком опасны, так как их мотивацию сложно понять, тем более просчитать. Обычные средства давления на них не действуют. Я занимаюсь девушкой, вы стараетесь держаться от нее подальше. Это ясно?

Олег кивнул.

— Может мне стоит пока увезти семью из города?

— Не поможет. Только заставит Дашу перейти к более активным действиям. Наоборот, ведите себя так, словно ничего не произошло. Не нервируйте ее.

Мужчины попрощались на улице. Карлов сел в подъехавший автомобиль представительского класса. Олег проводил его взглядом и направился к заднему двору одной из многоэтажек, окруживших бар, где у мусорных контейнеров ему удалось найти местечко для парковки.

Он нажал на кнопку брелока, его серебристая «бэха» моргнула фарами. Олег еще раз убедиться, что новое стекло не отличишь от старого. Не хватает ему сейчас еще и разборок с женой. Хотя, Ника в последнее время его очень радовала. В семье воцарился мир, для этого ему всего лишь нужно было попасть в лапы к шантажистке.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Черт, — выругался он, заметив Джульетту метрах в двадцати от его автомобиля. Похоже, она ждала его появления, потому как не казалась удивленной.

Вспомнив рекомендации Карлова, Олег поспешил сесть за руль, чтобы поскорее уехать, но забыл, что уже разблокировал замок. Сигналка в очередной раз моргнула, Олег дернул ручку водительской двери, но та не открылась. Он сам себе напоминал мечущегося по полю зайца. Никак не мог попасть по нужной кнопке, чем дал девчонке шанс приблизится.

— Эй, — выставил он вперед руку. — Не подходи.

— А то, что? — усмехнулась она. — Закричишь?

Олег наконец разблокировал дверь, но сесть в машину не успел, девчонка в одно стремительное движение оказалась рядом и со всей дури огрела его пустой бутылкой по голове. Трофимов пошатнулся, соскальзывая в темноту.

Глава 30

— Эй, — Олег дернул связанными за спиной реками. — Ты что творишь? — он нашел себя привязанным к компьютерному креслу. Подергался, пытаясь освободиться, но лишь повредил запястья, в которые тут же врезались несколько витков скотча.

Ноги его тоже были намертво связаны, как и тело, примотанное к спинке кресла.

— Отпусти, слышишь? Иначе я пойду в полицию, — он мотал головой из стороны в сторону, пытаясь понять куда скрылась девчонка.

Она появилась из-за его спины, взяла стул и, развернув спинкой вперед, села.

— Не понимаю, чего тебе от меня надо, но давай попытаемся договориться, — вспомнив предостережение полковника дразнить шантажистку, мягко продолжил Олег. Сейчас, когда он сидит перед ней спутанный по рукам и ногам, единственный способ отделаться малой кровью, убедить шизанутую, что все хорошо, все в ее руках.

— Какой же ты, Олежа, тормознутый, — с улыбкой выдала Джульетта. — Еще при первой встрече я сказала, что мне нужен ты. Понимаешь? Все это, — она окинула его взглядом, — Меня вынудил сделать ты. Мы бы могли просто встречаться. Но ты заставил меня пойти на крайние меры.

— Я? — вспыхнул Олег и снова заерзал в кресле, пытаясь разорвать скотч. — Отпусти по-хорошему, слышишь? — с угрозой велел он. В чертах его лица появилась жесткость, но девушку эта перемена в настроении жертвы ничуть не смутила.

Она поднялась со стула и приблизилась.

— Слушай, давай мир, а? — Джульетта провела пальчиком по его скуле. Олег дернулся и отстранился. — Неправильный ответ, — вместе со словами его щеку обожгла легкая пощечина. — Дурачок, я же люблю тебя, — она снова попыталась дотронуться до него, но Олег оттолкнулся от пола связанными за лодыжки ногами и отъехал назад. — Все вы такие, строите из себя из себя недотрог, а чуть поднажмешь… — Джульетта отошла к столу и вернулась с ножом в руке. Олег в ужасе отшатнулся.

— Ты чего задумала?

— Я всегда получаю то, чего хочу. А если нет, — она приставила лезвие к его шее.

Олег замер, даже дышать перестал. Больше приставленного к его горлу ножа, его пугал безразличный взгляд Джульетты. Карлов прав, она ненормальная.

— Слушай, просто развяжи меня и сделаем вид, что ничего не произошло. Ты меня не похищала и по голове бутылкой не била.

Лицо девушки еще приблизилось, и Олег чувствовал в уголке губ ее дыхание, а лезвие ножа еще сильнее вонзилось в кожу. Он замер, глядя на нее. Джульетта молчала, в ее взгляде появилось что-то хищное.

Наконец она отпрянула.

— Сиди здесь, пока не влюбишься, — она бросила нож обратно на стол и вышла из комнаты.

Олег прислушался, в квартире все стихло. Он осторожно оттолкнулся ногами, развернув кресло спинкой к столу. Передвигаться назад было легче. И начал осторожно толкаться ногами пока его кресло не уперлось в стол. Развернувшись, он немного сник. Руки связаны за спиной, как взять нож, чтобы разрезать путы он не представлял.

«Вот же дрянь», — он в бессилии прикрыл глаза. Однако быстро взял себя в руки и осмотрел комнату. — Нужно чем-то зажать рукоять ножа».

Как назло, ничего подходящего. Олег еще раз попытался поднять связанные ноги, но даже если он зажмет нож зубами, на уровень головы ему их не задрать. Если, конечно, не получится зажать рукоять между коленей. Новый план воодушевил его и, придвинувшись плечом к столу, Олег аккуратно взял нож в зубы. Он попытался успокоится и выровнять дыхание.

«Если промахнусь, девка точно меня живым не выпустит. Да ладно меня, дома ждут беззащитные Ника и Мира. Что если эта дура решит и им отомстить?» — Олег прицелился и разжал зубы. Тяжелая рукоять устремилась вниз и упала в аккурат куда нужно. Он чуть разжал сведенные ноги, чтобы нож поглубже провалился между коленей. Нужно как можно крепче зафиксировать его. Наконец Олегу это удалось. Полдела сделано. Олег начал аккуратно приподнимать связанные ноги так, чтобы край скотча задевал за лезвие ножа.

«Готово!» — Олег облегченно вздохнул и разжал колени. Нож с глухим стуком упал на застеленный ковром пол. Теперь, когда его ноги свободны, расслабить путы на груди оказалось не сложно. Он едва не свалился на пол, но сумел вылезти с кресла. Присел, нащупал рукоять ножа и, изрезав в кровь руки, наконец освободился.

Он чувствовал торжество, но не успел выйти из комнаты, на пороге появилась Джульетта. Олега смутило то, что она не была удивлена происходящим, будто подсматривала за ним из укрытия, но проигнорировав здравый смысл, рванул к выходу.

— С дороги, — огрызнулся он, держа наготове нож.

Девушка отступила.

Выкинув нож в ближайшую мусорку, Олег бросился искать автомобиль. Благо ключи так и остались лежать в его кармане. Он нажал кнопку сигналки, звук исходил из-за ближайшего угла.

Прежде чем ехать домой, он снова позвонил Карлову. Тот сразу же взял трубку и предложил встретится в травмпункте.

— Ну что же, — задумчиво выдал он. — Несмотря на травмы, нам теперь есть чем ответить на выпады девушки. Побои, это вам не слова, которые можно подвергнуть сомнению. Это факт! И факт неопровержимый, — подытожил Карлов. — А теперь езжайте домой и отдохните. Судя по виду, вам не плохо так досталось.

— Аркадий Маркович, — остановил его Олег. — Знаете, что не дает мне покоя? Она будто позволила мне сбежать. Не могу объяснить — просто предчувствие.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Девушка не в себе. Возможно, сначала натворила дел, а потом пожалела и позволила вам уйти.

— И ключи… Она могла забрать их, но оставила у меня в кармане. У меня такое ощущение, что все это она в очередной раз подстроила. Хотя, знаете, возможно на фоне общения с умалишенной у меня развилась паранойя.

Олег протянул Карлову руку и хотел уже ехать домой. Он сделал все, что мог: снял побои и заверил их печатью медучреждения. У него наконец-то появились доказательства преследования, и Олег чувствовал себя совсем даже не плохо.

— Будьте осторожны, — посоветовал Карлов и только после отпустил руку Олега.

Глава 31

Ее пальчики скользили по тачпаду, а перед глазами появлялись все новые изображения ее «Олежека». Одни она отбраковывала, на других останавливалась подольше, разглядывая, оценивая, насколько он заводит ее. Ей нравилось, когда он улыбается. Ряд ровных безупречно белых зубов и теплая мальчишеская улыбка могли растопить любое сердце. А уж сердце поклонницы без труда. Еще ей нравилось, когда Олежек отпускал бороду. Вернее, не бороду, а трехдневную щетину. Он превращался из слащавого красавчика в плохого парня, а если щетину дополнить дерзким взглядом небесно голубых глаз — эффект был прямо-таки сногсшибательный.

— Так, красавчик, тебя я точно хочу, — она клацнула по его фото в драповом пальто и сохранила его в папку «Мой няшка» на рабочем столе ноутбука. Там были все фото ее Олежека, которые в той или иной степени поднимали ей настроение или настраивали на творчество. — Мы сегодня с тобой повеселимся, — многозначительно добавила она, подмигнув серьезно смотрящему на нее брюнету.

Она направилась в ванную и ополоснула накрашенные черной тушью глаза, наблюдая в хорошо освещенное зеркало над раковиной, как тушь тут же смазалась и потекла по щекам грязными струйками. Она провела тыльной стороной ладони по губам, оставив на щеке бледно-коралловую дорожку помады. Весело улыбнулась своему обезображенному отражению и тут же изогнула губы в плаксивой гримасе. Ее лицо приняло жалкий напуганный вид, девушка подправила пару штришков, взлохматила волосы и направилась обратно к своему ноутбуку.

***

— Олег, — громкий окрик супруги заставил Трофимова занервничать. Он поднялся с дивана, на котором последние полчаса смотрел финальный матч Спартак: Динамо и пулей выскочил из гостиной.

— Что, милая, ребенок? — обеспокоенно спросил он, возникнув на пороге спальни, где на кровати с ноутбуком сидела в подушках Ника.

На лице жены поселилось какое-то странное нервно-встревоженное выражение. Он быстро обогнул массивную кровать и посмотрел на экран. Видео, которое смотрела Ника стояло на паузе, но даже в этой статичной, неловко смазанной в моменте картинке, он узнал свою докучливую фанатку.

— Что это? — с тревогой спросил Олег и нажал на воспроизведение.

До конца видеозаписи оставалось не больше минуты, но даже по этому кусочку Олег понял, что дело дрянь. Эта ненормальная опередила его.

Видео закончилось, экран потемнел, Олег громко, судорожно сглотнул.

— Ничего мне объяснить не хочешь? — Ника уперлась в его лицо упрямым вопросительным взглядом.

Олег так растерялся, что просто впал в ступор. Он думал сейчас о Карлове, который должен был с самого утра пойти в полицию. Интересно, он уже видел этот ролик?

— Я даже не знаю, что и сказать.

— Вот прямо так, да? — возмутилась Ника. — Девчонка обвиняет тебя в изнасиловании, а тебе сказать нечего?

— Да брось, — вырвалось у Олега. Он схватил руку жены и приложил к своей разбитой голове. — Чувствуешь? Эта дура огрела меня вчера бутылкой и к себе в квартиру заволокла. Ник, я просто в ахере и даже не знаю, что на это все ответить, кроме того, что я в этом точно не виноват. Вообще не знаю, о чем она.

— А как же анализ ДНК?

— Ник, ну я не знаю.

— Не знаешь, как твоя сперма оказалась на ее трусах?

— Ну что ты несешь? Какие трусы, какая сперма? Уверен, что анализ поддельный, как ее рассказы и то сомнительное видео, на котором не разобрать лиц, поэтому можно заявить хоть о ком. Пойми, наше общество так устроено: во всем виноват мужчина. Эта дура снимет видео с избитой мордой, скажет, что это сделал я и все поверят. Понимаешь? Она сумасшедшая. Она преследует меня. Сводит с ума. Я очень хочу, чтобы ты осталась на моей стороне. Мне самому впору заявить на это идиотку. Это же она мне шагу ступить не дает. Рассказы еще эти. Ты не думаешь, что это она подкараулила меня в темной подворотне, тюкнула по башке, отволокла в темный уголок и надругалась.

— Так заяви об этом.

— О чем? О том, что она меня изнасиловала?

— Нет, о том, что она тебя преследует. Почему ты до сих пор ничего не сделал? Ты молчишь, значит виновен. У нас же так думают. Почему ты молчишь? Есть что скрывать?

— Ника, послушай, мне очень важно, чтобы ты верила мне, — Олег смотрел жене в глаза взглядом побитой собаки. Он понимал, что у него не так много аргументов, чтобы она ему поверила. — Я действительно один раз был у нее, — завуалировано начал Олег. Он уже был не в силах продолжать жить во лжи. Она разрушала все вокруг него. Если эта дура решилась на такой отчаянный шаг, лучше если Ника узнает все от него, а не напрочь искаженную версию психопатки. — Я все тебе расскажу. Но прошу тебя, поверь, что я люблю тебя и Мирочку больше всего на свете.

Похоже, Ника все еще находилась под впечатлением от видео и молчала. Олег продолжил:

— После нашего с тобой разговора я решил поговорить с ней. Тогда мне казалось, что я смогу все решить мирным путем. Ну, поклонница, ну влюбилась в кумира. Но эта Джульетта невменяемая. Она засняла нашу встречу на видео и начала меня ей шантажировать.

— Так значит, на том видео, что она выложила в сеть и правда ты?

— Нет, Ник, я про другое видео. То, что она сделала в своей квартире. Помнишь я пришел с шишкой на лбу. Это она меня дверью приложила, а потом рану обрабатывала. Я испугался, что ты все неправильно поймешь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Поэтому ты переспал с ней? Чтобы она молчала? — с мрачным видом спросила Ника.

— Там все сложнее, — сник Олег, понимая как дико, даже абсурдно звучат его оправдания. — Она разыграла…

— Знаешь что, Олежек, — вспыхнула Ника и, отшвырнув ноутбук на кровать, поспешила подняться. Олег попытался задержать ее, чтобы все объяснить, но Ника вырвала руку из его хватки и выскочила в коридор. Олег бросился следом. Они оба оказались в комнате дочки. Олег понимал, Ника сделала это нарочно. Ну не станет же он кричать и размахивать руками при ребенке.

— Уходи, я прошу тебя, просто уйди, — всхлипывая проговорила Ника, крепко прижимая к груди дочку. Девочке не нравилось, что ее отвлекли от пирамидки и начала куксится и вырываться.

Олег почувствовал душное бессилие. Сердце как сумасшедшее колотилось в груди. Он присел на корточки рядом с женой и дочкой, но Ника вдруг заорала на него не своим голосом:

— Убирайся.

Лицо ее побагровело от усилия и слез. Спина ее вздрагивала, когда она прижимала к себе плачущего навзрыд ребенка. Мысли Олега сумбурно метались в голове, будто объятой жаром. Ему казалось, что все это просто бред, ужас, кошмар, и он вот-вот проснется.

В кармане зазвонил сотовый, Олег вздрогнул от неожиданности. На экране высветилось «Карлов». Он вышел в коридор и, смахнул зеленый кружек влево.

— Да, я вас слушаю.

— Я так понимаю, вы уже обо всем знаете? — прозвучал в трубке размеренный голос Аркадия Марковича.

— Да, — Олег обернулся на дверь детской, где в два голоса заливались Мира и Ника. Он прошел в гостиную и прикрыл за собой дверь. — Что нам теперь делать? — с надеждой спросил Олег. Он был рад услышать голос полковника, он точно скажет, как теперь ему поступить.

— Видите ли, все ваши побои прекрасно вписались в ее историю с изнасилованием. Она просто отбивалась. Нет-нет, вы не волнуйтесь, мы сможем доказать, что никакого изнасилования не было. Но как вы, наверное, и сами догадались, на это нужно время. Как чувствует себя ваша супруга? — поинтересовался Карлов.

— Даже не спрашивайте, — вздохнул Олег. — Не знаю, что теперь и делать.

— Вы мне вот что скажите, когда произошла та близость, о которой вы мне рассказывали?

— Сейчас, — Олег попытался напрячь мозги, чтобы вспомнить дату, но плачь дочки из соседней комнаты заставлял его нервничать и путал мысли. Он открыл на телефоне календарь. — Вот, нашел, пятнадцатого апреля.

— То есть почти три недели назад, — задумчиво проговорил Карлов.

— Скажите, Аркадий Маркович, вы сможете доказать, что никакого изнасилования не было?

— Даже не переживайте по этому поводу, молодой человек. Ее показания разнятся по датам. Побои ваши мы сняли вчера, а предоставленный ею биоматериал трехнедельной давности. Да, она может настаивать на своем, но вряд ли сможет доказать, что секс был не по обоюдному согласию. Не переживайте, лучше идите и успокойте супругу. А я займусь вашим делом.

— Подождите, — бросил в трубку Олег, пока Карлов не сбросил вызов. — А что мне делать, если она решит повторить свою выходку с бутылкой? Мне теперь вообще из дома нельзя выходить?

— Я подам иск от вашего имени со встречным обвинением в клевете и преследовании. Нам нужно встретиться и нотариально заверить доверенность, что я могу действовать от вашего имени. Я уже все подготовил. Наберу вас чуть позже. Проблем у нас возникнуть не должно, ей должны запретить приближаться к вам. Наберитесь терпения.

— Спасибо, и до свидания, — Олег опустил руку с телефоном и прислушался. В квартире больше никто не плакал. Олег счел это хорошим знаком и направился в комнату дочки мириться с женой.

Он застал Нику, собирающую вещи, и застыл на пороге не зная, что сказать.

— Олег, я знаю тебе сейчас не легко, но, если честно ты все это заслужил своей ложью. Нет, — она выставила вперед руку, останавливая возражения супруга. — Ненужно меня уговаривать. Я все решила. Мы с Мирой пока поживем у Светки.

Глава 32

— Я так хотела сохранить семью, а он просто взял и вытер о нее ноги.

Пока дочка мирно спала в Светкиной спальне, подруги сидели за столом в гостиной.

— У тебя есть что-нибудь покрепче? — спросила Ника, которая так и не притронулась к чаю.

Подруга достала из холодильника початую бутылку шотландского односолодового и стакан.

— Мой обормот иногда после работы расслабляется, — прокомментировала Светка и поставила бутылку на стол рядом с Никой.

Та наполнила стакан на четверть, и поднесла к губам. — Что мне теперь делать? — плаксиво спросила она и закрыла лицо рукой. — А если бы я реально забеременела? Ненавижу. Урод, бабник. В любви мне клялся, а словам его грош цена, — она всхлипнула и одним глотком опустошила бокал. — Всю душу мне на изнанку вывернул, — просипела после выпитого Ника. — Уверена, что он лежит на диване и смотрит свой идиотский футбол.

По столешнице, вибрируя, пополз сотовый. На экране высветилось «Любимый муж», — Ника сбросила вызов и в сердцах отшвырнула от себя телефон.

— Еще хватает наглости звонить. Знаешь, что самое отвратное? Эта дура подошла ко мне на днях во дворе, типа она недавно переехала в наш дом и еще никого не знает. Я ей и про дочку, и про мужа, а она эта самая…

— Жесть конечно, — вздохнула Светка. Даже у нее сегодня закончился позитив, весь потратила вчера, когда Ника заявилась к ней с вещами и ребенком наперевес. Ей очень хотелось поддержать подругу, но как это сделать она не знала. — Слушай, — вдруг осенило ее. — А что, если ему тоже больно сделать?

— Как? — не поняла Ника.

— Как-как, скажи, что после всего произошедшего ты потеряла ребенка. Если ты не собираешься с ним мириться с фейковой беременностью нужно что-то делать. Даже если и помиритесь, ты явно отстанешь по срокам.

Ника задумалась.

— Если ты хочешь закрыть этот вопрос, сейчас самое время. Ты расстроена, разнервничалась. Обычно все так и происходит, — убеждала Нику Светка.

— Зря я, конечно, во всю эту авантюру влезла, — покачала головой Ника. Разумеется, ей хотелось отомстить Олегу за предательство, но выкидыш казался слишком жестоким вариантом. — Может быть замять тему, а потом просто все объяснить? Не многовато ли лжи на одну семью?

— Решать тебе, подруга.

Находясь в чужой квартире, рядом, пусть и с подругой, но все же чужим человеком, Ника вдруг почувствовала одиночество. Она малодушно начала жалеть, что не сдержалась, что собрала вещи и ушла. Что если Олег приведет эту девку к ним домой? Нет, — тут же отмела она эту мысль. — Он не посмеет. Ника даже не могла точно сказать, что именно причиняло ей такую боль: ложь Олега или те несколько недель, которые они провели в любви и взаимопонимании, и которые оказались такой же ложью. Это несправедливо, она так старалась, героически преодолевала одиночество, ждала его из вечных командировок, готовила, стирала, убирала, и что получила в ответ? Предательство. И не просто предательство, а предательство в прямом эфире. Теперь все ее друзья, знакомые, родственники знают, что сделал ее муж. Муж, которого она любила, оберегала и всегда защищала.

На столе в очередной раз зажужжал сотовый, Ника вынырнула из уничижительных мыслей и взглянула на экран, хотя и так знала кто звонит.

Она вдруг схватила трубку и нажала ответить.

— Ненавижу тебя. Никогда больше мне не звони.

Она сбросила вызов и с ужасом посмотрела на подругу.

— Господи, что я наделала, — она закрыла лицо руками и расплакалась жалобно, как обиженный ребенок.

***

Олег сидел в комнате дочки на полу. Не выходил отсюда почти сутки с тех пор, как Ника ушла вчера утром. Даже спал здесь же среди игрушек. Слова Ники пронзили тело острой болью. Он вскочил и снова набрал ее номер. Не ответила. Он, не раздумывая, набрал еще раз и еще. Он как заведенный тыкал по экрану пальцем, пока на двадцатый раз ему не ответила подруга жены.

— Олег, я знаю, что между вами произошло. Ника не хочет с тобой разговаривать. Дай ей время. Своей настойчивостью ты делу не поможешь. Просто оставь ее ненадолго в покое. Поверь мне.

— Я хочу ее увидеть, — твердил Олег.

— Мне жаль.

Звонок прервался, Олег бессильно опустил руку. Телефон выскользнул из его руки на пол. Его охватило отчаяние, тихое, молчаливое отчаяние в котором он несколько минут простоял неподвижно.

Он бессмысленно слонялся по квартире, не находя себе места. Уселся на диван в зале и взял почти пустую бутылку «Столичной», но алкоголь уже не помогал, только вызывал приступы апатии и дикую головную боль. Он запрокинул голову на спинку дивана и прикрыл глаза. Порой он просто утрачивал понятие о времени. Даже не мог понять спал он только что или просто впал в ступор от бессилия и количества выпитого.

В сознании снова всплывали слезы жены, ее уход, и пустая квартира, и им снова завладела апатия. Страшное неизбывное безразличие к себе и тому, что случится с ним дальше. Он с садисткой маниакальностью представлял себе какой скандал вызвало выгруженное Джульеттой видео с обвинениями. Ему так хотелось, чтобы о нем говорили, чтобы каждая собака знала его имя и вот о нем говорят, а ему хочется повеситься.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Где-то в недрах квартиры зазвонил сотовый. Олег, уже час лежавший на диване без движения, прислушался. Апатия сковала его по рукам и ногам. Шевелиться не хотелось, но он вдруг подумал о Нике и, вскочив с дивана, бросился на поиски телефона.

Не успел он произнести ни звука, как на него из динамиков обрушился шквал обвинений от режиссера.

— Олег, ну я понимаю, звезду словил, но зачем связываться в психически неуравновешенными? Ты понимаешь, что всех подставил? Проект на грани закрытия. Никто не даст добро на фильм, ведущий актер которого извращенец. Ну ладно бы по-тихому…

— Все сказал, — оборвал его Олег. — Знаешь что, Кирюша, пошел как ты не хер, — на последних словах он сорвался на крик и демонстративно сбросил звонок, и тут же швырнул телефон о стену, наблюдая, как тот рассыпался на части.

Олег почувствовал некоторое облегчение, но длилось оно не долго. В дверь настойчиво позвонили.

— Да что за проходной двор, — в сердцах выпалил он, решив, что это снова со своей поддержкой заявился Дэн. Но на пороге стоял Карлов с каким-то коротышкой в клетчатом плаще.

— Добрый день, Олег. Мы можем войти? Это мой знакомый нотариус Сергей Сергеевич. Решил, что вам сейчас лучше оставаться дома. Я так понимаю, за новостями вы не следите? — окинув обросшего, взъерошенного клиента взглядом, спросил Карлов. Похоже, что вопрос был риторическим, так как его не сильно волновал ответ на него.

Не дожидаясь приглашения, мужчины прошли в квартиру и, не снимая обувь, направились в гостиную. Олегу было все равно. Он без особого внимания выслушал коротышку, который достал из портфеля бумаги и расположился с ними за столом. Поставил подпись на доверенности и так же молча проводил гостей до двери.

Он вернулся в зал, шлепнулся на диван и взял в руку пульт дистанционного управления. Запрокинув голову на мягкую спинку дивана, он вдруг расхохотался. Этот хохот, как приступы рвоты накатывал на него неожиданно и не отпускал даже после того, как вместо смеха из его рта вырывались лишь хриплые, похожие на завывания, звуки.

Запертый в четырех стенах, без связи, осуждаемый всем миром, а главное Никой, он вдруг вспомнил про стационарный телефон. Он должен попытаться поговорить с женой. Да, пусть не сразу, но она поймет его и возможно, даже простит. Когда-нибудь. В следующей жизни, — с надеждой решил Олег.

Телефонный аппарат продолжал валяться рядом с мусорным ведром. Он распутал шнур, вставил штекер в розетку и набрал номер супруги.

— Привет, — глухо произнес он, когда на другом конце провода ему ответили. — Пожалуйста, не вешай трубку. Дай мне всего минуту. Прошу, — добавил он, на молчание Ники. — Знаю, я натворил дел, я мудак. Никогда себя за это не прощу. Наверное, ты не поверишь мне, но все это я делал только чтобы тебя не волновать. Понимаю, в сложившихся обстоятельствах все это звучит как бред…

— Его больше нет, — перебила его Ника.

— Что?

— Ребенок. Его больше нет. Надеюсь, ты сможешь с этим жить.

В трубке раздались гудки. Известие о выкидыше пригвоздило Олега к месту.

Глава 33

Олег сам не помнил, как оказался на улице. Одиночество давило ему на нервы, и он решил пройтись. Он был изрядно пьян и ему срочно требовалась добавка. Однако время было уже позднее и единственный вариант пополнить запасы — бар неподалеку, в который Олег часто захаживал раньше. Но на этот раз охранник не пропустил его.

— А в чем проблема? — заводился Олег. Нервная система его была окончательно расшатана, и он просто нарывался на разборку. Казалось, боль физическая способна заглушить боль душевную. Однако здоровяк на входе просто оттолкнул Олега и тот свалился навзничь на асфальт.

— Ты дебил? — усевшись прямо на дороге бросил верзиле Олег. — Я же не посторонний, всегда сюда прихожу.

— А с сегодняшнего дня больше не будешь. Извращенец, — процедил в полголоса охранник.

Взбешенный Олег вскочил на ноги, но у мужика оказалась хорошая реакция, он блокировал прямой в челюсть и со всей дури двинул клиенту в глаз. Олег отшатнулся и, уперев руки в колени исподлобья глядел на вышибалу.

— Еще раз рыпнешься, ментов вызову. Понял? — с пренебрежением бросил охранник.

Олег зло усмехнулся и, отряхнувшись, пошел дальше по улице. Чем больше он бродил в темноте, тем чаще мысль об убийстве посещала его. В голове словно тумблер переключился и на свет вместо неконфликтного Олега вышел его темный двойник. Тот, кого он с таким усердием взращивал в себе каждую киношную смену.

Так он снова очутился на Нижегородской, 72. У Олега внутри полыхала ненависть. За все его просчеты кто-то должен был ответить. По словам Карлова эту дуру ждет максимум штраф. Но это не та цена, которую она должна заплатить за жизнь его не рожденного сына.

Олег дождался, когда консьержка покинет свой пост, проник в подъезд, набрав рандомно номер квартиры. «Скорая», — это всегда прокатывало в таких случаях. И поднялся на самый верхний этаж по лестнице, не хватает еще попасть на камеры, расположенные в лифте. За пару месяцев общения с неадекватной фанаткой, он выработал у себя неплохие преступные навыки.

На стук ему открыла Джульетта, она растерялась, увидев Олега. Это предало ему смелости. Он, не раздумывая, вошел в квартиру и захлопнул за собой дверь.

Джульетта не казалась сейчас такой смелой, как еще несколько дней назад. Она отступала в глубь квартиры под напором ночного гостя.

— Пришел в любви признаться? — ехидно поинтересовалась она, но от внимания Олега не скрылся ее испуг, который девчонка не смогла скрыть.

— Шутишь? Ну шути, шути.

Джульетта уперлась пятой точкой в стол, тот самый, на котором еще недавно лежал тот самый нож, который помог ему освободиться от пут. Отступать больше некуда. Он подошел к ней на расстояние вытянутой руки и неожиданно не только для нее, но и для себя самого — схватил за горло.

Джульетта округлила глаза от ужаса и поднялась на носочки.

— Не надо, — хрипела она. Ее руки уперлись в запястье Олега в попытке высвободится из его хватки. Девчонка продолжала что-то хрипеть, но Олег видел только ее налитые кровью глаза. Стоит сжать руку чуть сильнее, и эта дрянь сдохнет и уже никогда не сможет портить ему жизнь. Ни ему, ни Нике, он сделает всем одолжение, избавив мир от этой психованной. Однако пелена ненависти вдруг спала, и сознание Олега протрезвело. Он разжал ладонь, и его несостоявшаяся жертва тяжело рухнула на пол.

Джульетта держалась рукой за горло, пытаясь отдышаться между приступами кашля. Все у Олега внутри дрожало. Дрожало от ярости и трусости, которая помешала ему исполнить задуманное.

— Еще раз посмеешь приблизится к моей семье — убью! Поняла? — выкрикнул он, указывая на нее пальцем. — А сейчас мы с тобой сядем и запишем новое обращение к твоим долбанутым поклонникам, — сквозь зубы процедил он, схватил девчонку за волосы и поволок к столу.

— Твой ребенок, — просипела Джульетта, пытаясь вывернуться.

Олег остановился.

— Что ты сказала? — его лицо вспыхнуло ненавистью, все образы перед глазами вдруг стали очень четкими. Он рванул ее за волосы вверх, Джульетта простонала от боли.

— Она тебя обманула, — выкрикнула девчонка. — Твоя жена, — продолжила она, видя, что завладела вниманием Олега. — Она все подстроила, чтобы удержать тебя. Никакой беременности не было, — Джульетта осторожно убрала руку Олега со своей головы и продолжила, как обычно, нагло и высокомерно. Похоже, ее забавляла реакция мужчины на сказанное. — Что, Олежек, все тебя предали? Дружок слился, как только запахло жаренным, жена насвистела про беременность. Только я одна оказалась честной.

Этот пренебрежительный тон бесил Олега. Единственное, чего он сейчас хотел, чтобы она просто заткнулась.

— Не веришь? — продолжила Джульетта.

— Ты ничего не знаешь, — огрызнулся Олег.

— Ты не забыл, я журналист. Добывать информацию — моя работа.

Твоя благоверная обмолвилась тогда во дворе, что ждет ребенка. И знаешь, что я узнала? Беременна ее подруга Светлана Добрынина. Уже двенадцать недель. И снимки УЗИ есть, и на учете она стоит. А вот твоя Ника нет. Спросишь, почему? Все просто, она тебя развела, — усмехнулась девчонка.

Олег, который до этого момента пребывал в легком ступоре, будто озверел. Он бросился на Джульетту и, схватив ее за плечи, поволок к раскрытой балконной двери.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он перегнул девчонку через перила, готовый в любой момент разжать пальцы, чтобы скинуть вниз. Ее искаженное презрительно улыбкой лицо только сильнее раззадоривало его. Олег чувствовал, что теряет контроль. Что алкоголь притупляет сознание. Он на миг закрыл глаза в голове стаей сумасшедших синиц бесновались ярость и ненависть. Собирались во рту кислой слюной, кривили в зверином оскале губы…

Глава 34

— Ты дома? — голос Олега частил и сбивался от быстрого бега. Алкоголь давно уже выветрился остались только страх и безысходность.

— Что-то случилось? — Дэн тер глаза, не понимая спросонья, что происходит.

— Приютишь? Расскажу.

— Не вопрос, я на даче.

Через полчаса Олег добрался на попутке до Дэна. Деревянный дом находился в охранительной тишине леса.

«Как раз то, что нужно», — решил он, из-за забора наблюдая, как друг отправляет на такси заспанную подружку.

Свет фар растворился в темноте, и Олег вошел в калитку.

— Что-то стряслось? Что за срочность? — допытывался Дэн, кутаясь в наброшенное на голое тело худи.

— Кажется, я ее убил.

Все дальнейшее происходило для Олега как в тумане. Ему казалось, что он вообще не может адекватно оценивать ни случившееся, ни свое собственное состояние. Как на кадрах киносъемки он наблюдал за Дэном, который с самым серьезным видом расхаживал туда-сюда по огромной гостиной с трубкой в руках.

— Так, сидим ждем, — коротко бросил Денис и с тревогой уставился на друга.

Олег потерял связь со временем, не мог точно сказать сколько прошло со звонка друга: пять минут, полчаса, час? За окнами раздался шорох шин подъезжающего автомобиля, а по окнам полоснул яркий свет фар. Он вздрогнул и прищурился, пытаясь разглядеть приехавшего.

— Не волнуйся, это Карлов, — бросил Дэн и пошел открывать.

Через минуту в доме появился Карлов. На этот раз он казался нервным, даже взвинченным. От чего выглядел еще более угрожающим, чем раньше.

— Я слушаю, — строго произнес он вместо приветствия.

Взгляды мужчин были направлены на Олега, тот надул щеки и громко выдохнул. Ему совсем не хотелось говорить о случившемся. Он чувствовал себя последним идиотом. Какой он после этого мужик? И семью просрал, а теперь еще присядет и надолго. Но больше обвинений и тюрьмы, его пугала мысль, что совсем скоро обо всем узнает Ника и тот мизерный шанс на примирение, исчезнет навсегда.

— Советую не медлить. Дело в Джульетте? — спросил Карлов. Полиции не составит труда выявить подозреваемого. Я должен что-то знать? Ночью вы находились по адресу вашей поклонницы? — продолжал сыпать наводящие вопросы Карлов. А Олег никак не мог настроится на диалог. Произошедшее путанным комом воспоминаний теснилось в голове. — Ну да… — опустив глаза, наконец ответил он.

— Мне клещами все из вас тянуть?

— Я пошел в бар, меня не пустили, еще и рожу набили. Еще жена… Я выпил, оказался возле ее дома… — начал бессвязно Олег.

— Давайте так, ваши драмы мы пока опустим и начнем с того места, когда вы оказались в ее квартире. Я слышал сводки. Сегодня между полпервого и часом ночи Джульетту, по паспорту гражданку Синицыну Дарью Васильевну нашли мертвой. Предположительно она упала с балкона собственной квартиры. Но не сложно догадаться, что через пару часов у полиции появится подозреваемый. Правильно?

— Это не я. Я не толкал ее. Она сама, — Олег с ужасом посмотрел на Карлова. — Вы верите мне? — с надеждой спросил он и перевел взгляд на остолбеневшего друга.

— Вы понимаете, что попали на все камеры? Почему вы не вызвали полицию, когда все это случилось?

— Я запаниковал, — частил Олег, — Протер все ручки, спустился по лестнице и вышел через черный ход.

— Это конечно здорово и может быть в кино такие вещи и прокатывают, но дом в центре, о чем вы вообще думали? Там камеры по всему периметру.

— И что мне теперь делать?

— Так, во-первых, расскажите все, что случилось между двенадцатью и часом ночи в квартире гражданки Синицыной. Все! — велел Карлов.

— А во-вторых? — спросил Олег.

— А, во-вторых, вы должны явится в полицию. Так надо, — остановил он возражения Дэна. — Если ваш друг будет бегать от полиции, сделает себе только хуже. А так, может сослаться на состояние аффекта и отделаться статьей за причинение смерти по неосторожности и четырьмя годами тюрьмы вместо пятнадцати. Я слушаю.

Олег в бессилии опустился на диван.

— Не знаю сколько было времени, когда я пришел на Нижегородскую 72. Пробыл там минут пятнадцать, не больше. Я напился, хотел потребовать, чтобы она удалила видео и записала опровержение, — Олег взглянул на Дэна, по его лицу было видно, что тот просто в шоке от слов друга. Поборов накатившие сомнения, продолжил. — Она, как обычно, качала издеваться. Говорила о том, что Ника… Что моя жена имитировала беременность, чтобы привязать меня к себе. И что никакого ребенка не было. Ну, я психанул. Схватил ее за горло и поволок на балкон, но я ее не толкал. Она начала хрипеть, и я отпустил.

— Все? — спросил Карлов.

— Нет, — потупив взгляд, бросил Олег. — Я вернулся в комнату, а эта… А девушка осталась на балконе. Она села на перила и начала дразнить меня, что спрыгнет. Смеялась и расставив руки балансировала на самом краю. Мне это надоело, да и если честно я испугался, что она того… Ну, упадет. Она же неадекватная. Я вернулся на балкон и попытался снять ее с перил. Но она начала отбиваться и угрожать, если не отойду, она спрыгнет. В какой-то момент она потеряла равновесие и завалилась назад. Потом крик и удар. Я на автомате высунулся наружу, а она лежит, — закончил Олег.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Это практически нельзя доказать, — ответил Карлов.

— Практически? — зацепился за брошенное слово Олег. — Вообще без вариантов?

— Когда вы попросили меня переговорить с Дашей, я осмотрел дом и прилегающую территорию. Ее квартира на последнем этаже, так высоко не достает ни одна из имеющихся камер. Вас кто-нибудь видел, когда вы высунулись с балкона?

— Нет. Не знаю, не помню. Я был в таком шоке, что не подумал посмотреть по сторонам.

— Плохо.

— Но консьержка меня не видела и на камеры в лифте я не попался — поднимался и спускался по лестнице.

— Это нам мало что дает. Как я уже сказал, в округе полно камер. Так, сейчас мы едем в полицию и пишем явку с повинной. Я скажу, что нужно будет написать. Во-первых, это состояние аффекта. Вы узнали о выкидыше жены, хотели попросить девушку удалить видео, но впали в раж и нечаянно столкнули ее с балкона.

— Но я не толкал.

— Толкнули и сразу же убежали. Не выясняли что с ней стало, — добавил Карлов. — Нам нужно сейчас бить на то, что все произошло не по умыслу, а случайно. Я обойду соседей, округу, возможно, мне удастся найти подтверждения вашим словам. Но вы же понимаете, шансы очень малы. То, что вы стерли отпечатки — это плохо. Не укладывается в версию об аффекте. Следователь обязательно задаст вам этот вопрос, скажете, что были в перчатках, а лучше, что девушка сама открыла вам дверь. Сами вы ничего не касались.

Олег обреченно кивнул. И почему этот Карлов не появился в самом начале всей этой истории?

Глава 35

После нескольких часов допроса Олега поместили в изолятор временного содержания. Он много раз слышал, видел по телеку, но оказался в КПЗ впервые. Холодная, лишенная всяческого уюта комната похожая на тесный пенал, с двухъярусной кроватью у боковой стены и крошечным зарешеченным окном под самым потолком. Олег поблагодарил судьбу, что находится здесь один. Он сел на кровать и слепо уставился себе под ноги.

«Что я натворил? — он запустил пальцы в волосы и до боли сжал их, пытаясь прийти в себя и почувствовать себя живым. Хотя, зачем? Его песенка спета. Учителя приходят, когда мы готовы их слушать. Олег думал, что уроком Джульетты станет его осторожное отношение к фанатам. Но сидя в холодной, плохо освещенной камере, он думал о том, что не все люди такие, какими мы их себе представляем. Никогда не нужно мерить других по себе. Никто не знает, что творится в голове чужого человека.

***

— Карлов, ты хороший мужик, я тебе и так дал посмотреть материалы дела. Но там все очевидно. Девчонка обвинила его в изнасиловании, парень психанул и столкнул ее с балкона.

— Я читал, — спокойно ответил Карлов. — Ты так же знаешь, что девушка преследовала моего клиента.

— Да, стерва еще та. Никому такого не пожелаешь, — усмехнулся следователь.

— Сам бы на такую не клюнул?

— Не спорю, девчонка – конфетка.

— Вот и Трофимов подумал, что один раз — вроде, как и не измена. А она вон чего ему устроила.

— Ну ты от меня-то чего хочешь?

— Попридержи дело. Не передавай пока в прокуратуру.

— Ох, Маркич, подведешь ты меня под монастырь. Там же все очевидно, и свидетель видел его, когда тот с балкона выглянул. Чего ты найти собираешься?

— Идейка у меня есть.

— Ладно, старый ты черт. Два дня! — строго произнес следователь.

— Увидеть я его могу?

— Можешь, — вздохнул следак, — Сержант, зайди, — гаркнул он в трубку и через минуту в кабинет залетел молодой щуплый полицейский.

— Приведи Трофимова.

Олега в наручниках привели в кабинет следователя. Сам он, по просьбе Карлова, ненадолго вышел в коридор, позволив им пообщаться наедине. Олег был очень рад увидеть знакомое лицо. Он прошел к столу и сел напротив полковника.

— Добрый день, Олег. Как вы?

Трофимов вымученно улыбнулся.

— Ничего, все устроится. У меня для вас есть новости. Решил рассказать, поднять немного ваш боевой дух. А то, я смотрю, вы совсем раскисли. Следователь говорит, ничего не едите.

— Знаете, — глухим от долгого молчания голосом начал Олег. — Для роли надо было скинуть с пяток кило, я все никак не мог. Пыхтел в зале, а тут за два дня так осунулся, — он надтреснуто засмеялся. Однако, выражение его лица так и осталось усталым и мрачным.

— Думаю, я смогу доказать, что девушка была невменяемая. Я поговорил с соседями, где она с матерью и отчимом жила раньше. И вот что узнал. Даше было четырнадцать, когда она совратила и подставила под статью своего отчима. К матери ревновала. А мать ее бабке отправила, знать больше не хотела. Вот у нее и сложился устойчивая модель поведения — хочешь мужика, возьми. Не дается — заставь. Кстати, именно так она завела дружбу с Дмитриевскими, а конкретно с их лидером Черных — генеральным директором фирмы «Вариант», через которую отмывались криминальные денежки. Мы сможем доказать, что Даша преследовала вас, а значит из жертвы она превратится в шантажистку. Тогда и ваше поведение мы тоже сможем объяснить. Не волнуйтесь, я постараюсь по максимуму смягчить приговор.

— Мне кажется, если я все это переживу, дальше вместо меня будет жить кто-то другой — не я, — произнес Олег. — Эта дрянь за пару месяцев умудрилась разрушить мою жизнь. Хотя, — он в сердцах махнул рукой. — Сам виноват. Я могу вас попросить о личном? — добавил он после небольшой паузы.

— Хотите увидеть жену? — сразу же догадался Карлов.

— Да. Хотя, не уверен, что она станет со мной говорить. Я бы на ее месте не стал.

— Постараюсь что-нибудь придумать.

Карлов поднялся из-за стола и, выглянув в коридор, подозвал все того же щуплого сержанта.

— Можете уводить.

Карлов сразу же отправился по адресу Даши. Вчера он обошел не всех соседей, да и полицейские могли что-то пропустить. Чем черт не шутит.

***

— А, снова вы? — поприветствовала его консьержка. Вчера Карлову удалось перекинуться с ней лишь парой слов, а сегодня, когда ее показания были надежно зафиксированы в материалах дела, Карлов мог спокойно еще раз ее опросить.

— Я уже вашим-то все сказала, — предупредила женщина.

— Я в этом абсолютно уверен, — мягко со своей коронной уверенностью ответил Карлов. — И вы очень помогли следствию. Но можете еще раз припомнить, когда вы увидели Олега Трофимова впервые?

— Так пару месяцев назад и видела. С виду-то приличный парень, а все одно — убийца, — покачала головой женщина. А знаете что, этот дом вообще странный. На прошлой неделе ограбили певца Трынкина. По его словам, вынесли ценностей на великие тыщи. А с месяц как чуть не сбили на парковке ребетенка. А вчера вообще, убийство, — женщина перекрестилась. — Уволюсь.

— И не говорите. Прямо как у Булгакова только у него нехорошая квартира была, а у вас получается нехороший дом, — поддержал консьержку Карлов. Всегда лучше, когда собеседник расположен к диалогу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Вот и я так же думаю. Нехороший дом.

— А в ночь убийства вы Трофимова не видели? Может быть накануне?

— Так как же, я все следователю рассказала. Перед тем как с балкона-то сверзнуться, девочка закричала. Я крик-то услышала и сразу на улицу выбежала, а там она лежит и кровь. Ох, сколько кровищи то было, лужа целая, — женщина снова перекрестилась и, махнув на Карлова рукой, вернулась в свою комнатку.

Карлова что-то смутило в рассказе консьержки, но мысль уже ушла, и он никак не мог сообразить, что именно его напрягло. Он еще постоял и решил пока пройтись по соседям. Вчера многих не было дома.

— Подождите, — он посмотрел через прозрачную пластиковую перегородку на женщину. — Вы сказали, что в доме кого-то обокрали.

— Так, говорю же, певца Трынкина.

— В какой квартире он живет?

— Так сосед он убиенной Синицыной. Там на этаже всего две квартиры. Но он вам ничего не расскажет. Вернулся только сегодня.

— Часто бывает в разъездах?

— Так певец же. Вечно его дома нет. Вот и хорошо, — недовольно прокомментировала консьержка.

— Почему? — поинтересовался Карлов.

— Ну так строит из себя интеллигенцию, а сам мусор до помойки донести не может. Бросает у входа. Тьфу, чесслово.

— Ну что ж, надо познакомиться с этим персонажем.

Карлов вызвал лифт и поднялся на самый верхний этаж в надежде, что обокраденный Трынким окажется дома. Ему повезло, дверь открыл полный мужчина средних лет в халате и старомодной сеточкой на волосах.

— Вы из полиции? — спросил он глубоким, хорошо поставленным голосом.

— Я частный детектив, меня зовут Аркадий Маркович Карлов, — он продемонстрировал мужчине удостоверение, после чего тот впустил его в дом.

— Я уже говорил полиции, меня не было дома. Я только сегодня утром приехал с гастролей. От моих показаний мало толку.

— А можете охарактеризовать вашу соседку Синицыну? Какой она была при жизни?

— Да свистулька, — осуждающе бросил Трынкин. — Все какие-то мужики к ней ходили. Сразу же видно, вертихвостка.

— Ну, прямо-таки вертихвостка?

— Не удивлюсь, если эскортница. Знаете, все с богатыми да знаменитыми встречалась.

— А вам значит отказала? — поддел его Карлов. — Консьержка сказала, вы певец?

— Знаете, да, пригласил ее на чашечку кофе. По-соседски значит. А она, «у меня свой кофе есть». Говорю же, проститутка, — в сердцах бросил Трынкин.

— И не говорите, — покачал головой Карлов. — Я узнал, что вас неделю назад ограбили. Не думаете, что это могло быть связано с вашей соседкой?

— Вот, — тут же поддакнул Трынкин. — Я полиции так и сказал. Но потом они выяснили, что Даши вроде в городе не было. Она уезжала к каким-то родственникам в Клин.

— В Клин говорите? — Карлов сделал запись в блокноте.

— Значит ничего не видели, не слышали? Жаль. Ну что ж, спасибо и берегите имущество.

— Вот за это не переживайте. Я после того, как мою квартиру обнесли, камеру поставил. Теперь фиг кто незамеченным пролезет.

— Подождите, вы сказали камера? Вы про ту, что в подъезде?

— На балконе. Эти гады с крыши по балкону залезли. Ну я камеру и поставил. А что?

— А мы можем посмотреть запись ночи убийства?

— Точно, вот вы голова, — восторженно бросил Трынкин. — Конечно, проходите. Все данные на компьютер записываются. Вы поймите, меня же часто нет дома — гастроли. А надеется на бдительность соседей или нашей доблестной полиции не приходится. Простите, — смутился он. — Собственно вот, — он открыл ноутбук и нашел папку нужной с видеозаписью.

Карлов сел за компьютер и перемотал запись на нужное время.

— Мама дорогая, — воскликнул Трынкин, когда на соседнем балконе появились Трофимов и Синицына. — Так получается, он ее не толкал? Она сама того...?

— Вы не будете против, если я заберу запись?

— Нет-нет, конечно, нет. Но знаете, — закрыв крышку ноутбука, добавил Трынкин. — Я ведь не обязан предоставлять запись с моей личной камеры? Вот если бы ваш клиент купил ее у меня.

— И сколько вы за нее хотите?

— Да сущую безделицу, пятьсот тысяч. Я же понимаю, от этого зависит свобода и репутация человека. Но вы и меня поймите.

— Не малая сумма, — ответил Карлов, решив, что сможет немного умерить пыл пройдохи.

— Так и клиент ваш не круглосуточный ларек ограбил. Речь об убийстве. А еще о карьере. Я знаю, он актер. Хотя, видел я его Сомова. Так себе работа, — с завистливым пренебрежением проговорил Трынкин.

Глава 36

Найти деньги помог Дэн и уже через час Карлов сидел в кабинете следователя с записью с камеры соседа Трынкина, которая полностью оправдывала его клиента.

— Ну, ты Карлов даешь. Не ржавеет старая гвардия. Ну что ж, бумаги подготовлю и можешь забирать своего… Как там у вас в частном секторе? Клиента? — усмехнулся следак.

— Да как не назови, главное невиновность его я доказал, — снисходительно улыбнулся Аркадий Маркович.

Карлов дождался в кафе напротив пока следователь оформит необходимые бумаги и через час Олег был уже у своего дома. У подъезда с поздравлениями его ждал Дэн, однако настроение у Олега было по-прежнему мрачное.

— Сегодня же выступлю перед журналистами, чтобы окончательно вернуть вам честное имя, поэтому отдыхайте и ни о чем не волнуйтесь, — сказал Карлов.

Олег пожал руки ему и Дэну, еще раз поблагодарил обоих за свое освобождение и ссутулившись направился домой.

Пока он поднимался в лифте, его посетила шальная мысль, а что, если Ника вернулась, но дома его никто не ждал. Еще несколько часов назад, сидя в камере, он попрощался с карьерой, любовью женщины, которую не заслужил, и вот он оправдан. Весь произошедший с ним ужас позади, но облегчение не приходило. Сейчас, после случившегося, он посмотрел на ситуацию под другим углом и ужаснулся собственной глупости и самоуверенности. Почему он не пошел в полицию сразу? Почему позволил девчонке залезть в его семью так глубоко? Он ругал Дэна, за его офигенную идею с пиаром. Олегу хотелось хоть как-то оправдать ситуацию, в которой оказался исключительно по собственной глупости.

Он вдруг вспомнил слова Джульетты о ложной беременности Ники. Олег взглянул на телефон, но позвонить не посмел. Что он ей скажет? Я все знаю?

***

— Ты не узнавал, как там Ника?

— Все хорошо, я снял для них квартиру, на время, чтобы им с Мирой было комфортно. Братан, не волнуйся, она перебесится и все устроится, — звучал в трубке оптимистичный голос Дэна. — Слушай, хорош уже в отшельника играть, давай куда-нибудь входим: посидим, поговорим. Ты меня немного пугаешь. Отгородился от всего мира, так нельзя. В конце концов, прошел почти месяц, все уже забыли о случившемся.

— В другой раз, обязательно, — ответил Олег. — Слушай, я спросить хотел, Ника спрашивала обо мне?

— Дай ей время. Ты же понимаешь, после такого женщине нужно оправится. Гордость и все такое. Олег, она ждет от тебя поступка, а ты закрылся в своей раковине и никого видеть не хочешь. Нет, я тебя понимаю, но может хватит жалеть себя?

— Пока, — коротко бросил Олег и связь прервалась.

— Жалеешь, — проворчал Олег и направился к холодильнику, где у него со вчера стояла недопитая бутылка Гленливет.

Из-за него погибла молодая девушка. Да, она была сумасшедшая, но все же человек. Он отработанным движением открутил крышку и плеснул янтарный напиток в оставшийся со вчера на столе стакан. Поднес его ко рту, но пить отчего-то не хотелось. Похоже, что он выпил свою цистерну алкоголя. Он поставил стакан обратно на стол и решил начать день как-то иначе — умыться, например.

В дверь настойчиво постучали. Олег вытер лицо полотенцем и пошел открывать.

— Ну здорова, — в квартиру без приглашения зашел Кирилл, их главный режиссер, который еще месяц назад клял его последними словами и обвинял во всех грехах. — трубку ты не берешь, вот я и решил, приехать лично.

Он прошел в гостиную оглядывая царивший вокруг беспорядок. Раздернул шторы, пропуская свет солнца в мрачную, заставленную пустыми бутылками комнату.

— Да, Трофимов, ты как птица феникс — возродился из пепла, если не сказать из дерьма, — он обернулся на идущего следом Олега. — Но как говориться, победителей не судят. После твоего эпичного освобождения, у нас аншлаг. Все: поклонники, СМИ и даже конкуренты, ждут твоего триумфального выхода сегодня на премьере.

— Я не пойду, — безразлично ответил Олег.

— Эй, не говори так, ты просто права не имеешь. У меня тоже нервы, но ты же хотел популярности, так получи – распишись. Или ты как думал, это тебе цветочки нюхать, да баб на право налево трахать? Нет, Олежа, тут деспотом для себя надо стать. Всем пофиг что у тебя на душе. Ты их кумир, так что будь добр. «Шоу маст гоу он», — процитировал он на плохом английском. — Надень свой лучший костюм. Я уверен, он у тебя есть. И нацепи на лицо выражение попроще. Вечером заеду. Главный режиссер и его звездный актер появится на премьере вместе, — восторженно проговорил он. — Только так я могу проконтролировать тебя, — цинично бросил Кирилл и направился на кухню. — И давай без шуток.

Кирилл собрал раскиданные по полу пустые бутылки, обшарил холодильник и шкафы. И только убедившись, что в доме не осталось ни капли спиртного ушел, забрав с собой ключи.

Через час приехала Яна Курочкина, не смотря на сопротивление, Олег был рад ее видеть. Совсем скоро он расслабился и почувствовал, что готов вернуться к жизни. Он позволил привезенному Яной стилисту привести себя в порядок и даже выпил с ней чай, с удивлением обнаружив, что она по-прежнему хорошо к нему относится.

— Да, брось, всякое бывает. Но никто из группы не верил в то, что ты мог такое сделать, — уверяла она.

Больше всего в предстоящей премьере Олега пугали вопросы журналистов. Он был уверен, что все они будут спрашивать его о Джульетте. Но у него возник план. Тот самый поступок, о котором говорил ему Дэн.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Олег спустился на улицу к назначенному времени. Режиссер приехал за ним на роскошном лимузине. Именно такой был в его мечтах о славе. Все от старушек до собачек, казалось, замерли, увидев выходящего из подъезда Трофимова. Скорее всего их так озадачила смена имиджа их знаменитого соседа. И вместо спортивного костюма, из которого он не вылезал целый месяц он предстал перед публикой в купленном задолго до премьеры смокинге и лаковых ботинках. С его лица пропали следы усталости, а волосы были тщательно уложены.

По дороге Олег больше молчал, слушая режиссера и глядя на знакомые улицы, на скорости проносящиеся мимо. Казалось, он вернулся в этот город после долгого и тяжелого путешествия и теперь всматриваясь в его знакомое лицо, заново узнает и себя.

Несмотря на то, что на премьеру вход был по пропускам, перед зданием Государственной Думы, в одном из залов которой и проходил премьерный показ их шедевра, собралась толпа. Олег с удивлением обнаружил, что все кричащие люди приветствуют именно его. Вот он — его триумф. Ему вдруг стало радостно и скованное долгим одиночеством и чувством вины тело начало отогреваться.

Перед показом фильма в фойе устроили небольшую пресс-конференцию. Режиссер и актеры, исполнившие главное роли, сидели за столом, вокруг которого полукругом стояли журналисты и задавали вопросы.

— Олег, совсем недавно с вас сняли обвинения в ужасном преступлении, скажите, что вы чувствуете? — смазливая журналистка, внимательно смотрела на него, держа на вытянутой руке диктофон.

— Учителя приходят в нашу жизнь только тогда, когда мы готовы их слушать, — произнес Олег размеренно, склонившись к микрофону, закрепленному на столе. Он видел, все внимание прессы, зрителей и даже его коллег прикованы только к нему. — Мы зачастую воспринимаем как должное людей, которые находятся рядом с нами. Тех, кто поддерживает, кто дает возможность реализоваться, чтобы самим остаться в тени. Я хочу поблагодарить за веру в меня и терпение свою любимую женщину. Мою жену Веронику. Ника, я просто козел. Не понимал, как мне дорога наша семья. Нужно было все это потерять, чтобы понять, слава — это лишь итог. Итог долгого пути рядом с любимым человеком. По-другому никак. Мне нужно было потерять тебя, чтобы понять, только ты — то, что мне по-настоящему нужно. Я люблю тебя. И этот успех только твой!

Олег с облегчением откинулся обратно на спинку стула. Сердце так часто билось в груди, что перед глазами все плыло. Он услышал одиночный хлопок, потом к нему присоединился еще один и через мгновение зал разразился аплодисментами. На Олега лавиной посыпались вопросы, защелкали затворы фотокамер и еще минуту назад статичный полукруг зрителей ощетинился сотней рук.

***

Олег почти не смотрел на экран. Аплодисменты зрителей, речь главного режиссера, прошли для него в томительном ожидании звонка Ники. Всю премьеру он вертел во вспотевших ладонях сотовый, беспрестанно глядя на темный экран, который кроме времени ничего больше не показал.

Домой он возвращался с легким разочарованием, даже с банкета по случаю премьеры слинял по-тихому спустя пол часа. Пустая квартира встретила его тишиной и одиночеством. Чтобы хоть как-то отвлечься, Олег решил немного прибраться. Он не спеша рассаживал на полки в детской плюшевых зайцем и кошечек, когда услышал приглушенный звонок телефона. Олег бросился в коридор, замер на мгновение, пытаясь определить откуда доносится звук. Это в гостиной, решил он. Вытащил из внутреннего кармана смокинга мобильник и, задыхаясь от волнения, бросил «Ало».

— Козел, это конечно не то слово, которым бы я назвала тебя.

— Я же не хотел, чтобы мое признание вырезали из эфира, — стараясь справится с дыханием, произнес Олег. — Ник, я могу подобрать десятки эпитетов покрепче. Но прошу тебя, дай мне шанс.

В трубке воцарилось молчание, которое как кислота разъедала ему сердце.

— Мы завтра в обед хотели погулять в нашем парке, если ты хочешь можешь прийти. Но это ничего не значит, ты понял?

— Конечно, — радостно бросил в трубку Олег, он слышал в молчании жены улыбку. Трепет, как далекий всполох молнии, яркий и короткий охватил его. — Я обязательно приду.

Конец