Руководство по анальному этикету для благовоспитанной девушки: Часть 3: 18-летние сестры Эмили и Кора развлекаются. Серия: Девушку заставили лизать пизду

После уроков

— Ну и денёк! — воскликнула восемнадцатилетняя Эмили, бросив фиолетовый рюкзак на пол спальни и повалившись навзничь на кровать. На ней всё ещё была школьная одежда: довольно тесная жёлтая футболка, соблазнительно облегающая юную грудь, и узкие джинсы, ещё сильнее подчёркивающие контуры её упругих ягодиц.

— Даже не знаю, что хуже: то, что миссис Перкинс устроила нам внезапную контрольную по истории без предупреждения, или то, что я весь день проходила с этой огромной хреновиной в заднице! — продолжала Эмили нарочито драматичным тоном. — В смысле, разве внезапные контрольные не запретили ещё в двадцатом веке? Ну, или хотя бы в первой половине двадцать первого? — поправилась она. — Да и вообще, зачем нам знать, кто и что делал в Европе эпохи Возрождения? Эти знания всё равно никак на практике не применишь. А если бы и понадобились — разве у нас нет под рукой интернета, чтобы найти ответ?

— А эта пробка! Она слишком большая, чтобы с ней ходить! Мне стоило огромных усилий сохранять естественный вид и не опозориться с девятью дюймами латекса, торчащими из задницы! — язвительно закончила она.

— Ой, хватит устраивать драму! — строго ответила Кора, развалившись на своей кровати в другом конце их общей комнаты. На ней всё ещё был красно-белый костюм чирлидерши, в который она переоделась после уроков для тренировки. Наряд был вполне обычным и традиционным: топ с завязками на шее, выгодно подчёркивающий декольте, открытый живот и плиссированная мини-юбка.

— Видимо, миссис Перкинс забыли предупредить насчёт запрета внезапных контрольных — если ты вообще права насчёт того, что их запретили. Хотя, судя по твоим результатам, я бы не стала слишком доверять твоим познаниям в истории!

— Заткнись, сучка! Зато я сдала! — парировала Эмили.

— Эй! Нехорошо так говорить, — сказала Кора. — Я с тобой не спорила. Просто говорю, что сама ты справилась неважно, — продолжала она, защищаясь. — И хватит ныть насчёт своей пробки. «Твой жалкий маленький сфинктер растягивается всего лишь чем? Штукой толщиной в три дюйма? Да брось, сестренка! Мама пихала в меня такую, что была на целый дюйм шире в диаметре. И мне приходилось идти на тренировку группы поддержки прямо с ней внутри! » — воскликнула Кора. — «Попробуй-ка помахать ногами, попрыгать и вообще потанцевать, когда у тебя в заднице торчит штуковина размером с предплечье толстяка, — вот тогда и поговорим! » — закончила она.

«Ну конечно, — отозвалась Эмили. — Она ненамного больше тех пробок, что я обычно ношу в школу. Я-то привыкла к штукам вдвое меньше этой, вот и непривычно». Эмили опустила руки на живот и слегка надавила пальцами на упругую кожу. Она быстро нащупала твердые контуры фаллоса, глубоко засевшего в ее кишечнике. Она даже могла заставить его двигаться из стороны в сторону, попеременно надавливая то слева, то справа. Ощущения были странными, но при этом неожиданно возбуждающими.

«Что ж, тебе придется привыкнуть», — сказала Кора, поглядывая на младшую сестру и наблюдая, как та играет со своим животом. — «По-моему, мама всерьез заинтересовалась твоим крошечным "черным ходом". Не удивлюсь, если к следующей неделе тебе придется переходить на четырехдюймовые пробки. А может, и на пятидюймовые — к концу месяца! » — добавила она со злорадной усмешкой.

«Если взять что-то больше этого, мне придется носить корсет, чтобы никто не заметил, что у меня там что-то есть, — пожаловалась Эмили. — Уверена: даже с этой пробкой половина школы поняла, что на мне надето, просто глядя на неестественную выпуклость на животе! »

«Чушь собачья! — парировала Кора. — Большинство девчонок в школе и так каждый день носят пробки покрупнее. А те, кто не носит — это парни, им вообще не нужно их вставлять! » — закончила она, смеясь над собственной шуткой о различиях между полами.

«Ха-ха. Очень смешно. Но не у всех девчонок в школе такие консервативные семьи, как у нас. Знаю, что некоторые мои подруги вообще не получили нормального воспитания и до сих пор остаются девственницами — в этом плане! » «Подумать только! В наше-то время! Им даже пальца или языка в задницу не совали! » — воскликнула Эмили.

«Знаю, — согласилась Кора. — О чем только думают их матери? Что будет, когда у них появятся серьезные отношения, партнер захочет безобидных анальных утех, а выяснится, что туда даже обычный член не засунешь без визга и нытья? Я бы, например, недолго продержалась со своим первым настоящим парнем, если бы не могла принять его кулак в задницу, одновременно принимая его член в глотку — каждый день после школы. Просто не понимаю, как некоторые женщины собираются чего-то добиться в жизни, если их задница так и не научилась жадно поглощать всё, что ей предлагают! »

— А для чего, по-твоему, бабушка подарила тебе на прошлое Рождество эти утягивающие корсеты? — продолжала Кора. — Она явно рассчитывала, что к этому времени ты уже будешь регулярно пользоваться четырехдюймовыми дилататорами.

— Мне кажется, наша семья всё же перегибает палку, — отозвалась Эмили. — Даже большинство девушек из приличных семей не подвергаются таким суровым испытаниям, через какие мама и папа заставили пройти Аманду, Мэри и Наоми — или через какие мама заставила пройти нас после смерти папы.

— Ну, судя по тому, что я слышала от старших сестер, мама с нами еще довольно мягка по сравнению с тем, как она обращалась с ними. Ей приходилось быть с ними гораздо строже, ведь папа был рядом и регулярно обеспечивал маминой попке порцию толстых латексных членов. Ты наверняка заметила — как и я, — что за последний год размеры игрушек, которыми мама пользуется по ночам, постепенно уменьшились. Она отвыкла от папиной строгой дисциплины, поддерживавшей ее задний проход в состоянии постоянного растяжения. За завтраком я говорила с Наоми, и она рассказала, что сегодня утром мама с трудом приняла 14-сантиметровую «карательную» пробку! Представляешь? Наша мама, Лора — Великая Королева Анального Растяжения, — стонала от боли из-за пробки длиной в 14 см! Папа ни за что не допустил бы, чтобы мама так расслабилась, будь он жив.

— Да, знаю, — признала Эмили. — Хотя, будь папа жив, ты бы, наверное, уже использовала 13-сантиметровый дилататор в качестве повседневной пробки.

— Ага. А ты бы отставала от меня всего на сантиметр, — подытожила Кора, наблюдая, как Эмили поморщилась при этой мысли.

Разговор затих; каждая из девушек погрузилась в размышления о суровых анальных тренировках, которые по праву достались бы им, если бы современная медицина лучше справлялась с неотложной кардиологической помощью. Но у технологических чудес были свои пределы.

Наконец Кора вздрогнула, отгоняя грустные воспоминания, и вернулась мыслями в настоящее — к более счастливым временам. Она повернулась на бок лицом к сестре, которая все еще перебирала пальцами твердый латекс, проступавший сквозь желтую футболку. Подперев голову одной рукой, Кора другой потянулась назад, к основанию толстой тренировочной пробки, плотно засевшей в ее заднем проходе. Обхватив ту часть игрушки, что выступала наружу, она начала извлекать плотно сидящий латекс сквозь растянутое анальное кольцо. Ей пришлось прикусить губу, чтобы сдержать стон, в котором смешались боль и наслаждение, когда узкая шейка (толщиной в 10,5 см) сменилась массивным телом анальной пробки (11 см в диаметре и более 26 см в длину). Желая растянуть удовольствие от извлечения, Кора вытягивала толстую игрушку как можно медленнее; она наслаждалась ощущением того, как ее анус словно выворачивается наизнанку, сопротивляясь выходу огромного снаряда, напоминающего торпеду.

Наконец она почувствовала, как пробка выскользнула наружу — без громкого хлопка; скорее, раздался мягкий, влажный чавкающий звук. По опыту Кора знала, что ее задница была полностью «покорена» за этот долгий день непрерывного растягивания толстой пробкой. Она сомневалась, что отверстие стянулось хоть немного меньше, чем до 9 см в диаметре, после того как освободилось от «железной пяты» латексной тирании — лишь чуть меньше толщины шейки пробки, которая весь день приучала сфинктер к своим габаритам. Урок, который уставшее и ноющее мышечное кольцо усвоило на отлично. Она понимала: пройдут часы, прежде чем анус вернется к своему обычному, «нерабочему» состоянию.

На самом деле, хотя обсуждать на публике распространенную практику женского анального растягивания все еще считалось неприличным, общество уже тихо приняло эту новую норму. Женские туалеты обычно были в два-три раза просторнее тех, что строили на рубеже XX и XXI веков. Это объяснялось тем, что каждая кабинка была оборудована системой для клизм. Когда нижний отдел кишечника у большинства женщин большую часть дня был фактически заполнен резиной, очищение толстой кишки становилось анатомической необходимостью.

Наконец Кора подала голос: «Знаешь, при всем твоем нытье по поводу той дурацкой маленькой пробки, торчащей у тебя в костлявой заднице, ты, похоже, вполне довольна тем, что лежишь с ней внутри и играешь с ней, не снимая рубашки. По-моему, тебе втайне нравится, что она там у тебя стоит! »

Эмили тут же прекратила игриво шевелить игрушкой внутри себя и сердито уставилась на старшую сестру. Кора же с максимально невинным видом возвела глаза к потолку, принявшись облизывать свою — куда более крупную — анальную пробку, которая еще мгновение назад растягивала соблазнительные, округлые ягодицы чирлидерши. Эмили открыла рот, собираясь высказать что-то резкое в ответ, но не нашла слов. Поэтому она сомкнула губы и просто принялась расстегивать тесные джинсы, стягивая выцветшую голубую ткань с соблазнительных бедер.

Кора с интересом наблюдала, как Эмили, покачивая бедрами, пытается выбраться из облегающих джинсов. Как и ожидалось, трусиков под брюками на ней не было. Когда ткань наконец соскользнула с бедер младшей сестры, Эмили приподняла ноги, чтобы стянуть штаны, — и тут Кора перешла к действиям.

Благодаря многолетним занятиям гимнастикой и чирлидингом, Кора мгновенно оказалась у кровати сестры. Свободной рукой она ухватилась за джинсы, сбившиеся в складки у щиколоток Эмили, и крепко их зафиксировала. Одновременно с этим, пользуясь преимуществом своего положения над лежащей сестрой, она надавила на ее ноги, отводя их вниз и назад. Для Коры открывшееся зрелище было прекраснее всего на свете: от движения ног влажные, припухшие половые губы соблазнительно раздвинулись, открывая взору нежную розовую плоть, до этого скрытую от глаз. А всего в нескольких сантиметрах под этой восхитительной щелкой виднелось другое отверстие Эмили — туго набитое и ноющее от напряжения. Разумеется, снаружи был виден лишь хвостик толстой пробки, которая весь день терзала нежную прямую кишку младшей сестры. Но эта картина обрамлялась невероятно соблазнительными ягодицами — такими, между которыми Кора с удовольствием ежедневно зарывалась лицом; впрочем, эти ягодицы были не единственными, что она видела. В конце концов, она ведь умудрилась снова потерять трусики в раздевалке после тренировки по чирлидингу. Но это уже совсем другая история.

Кора на полсекунды замерла, любуясь мягкой белой кожей сестры, обрамлявшей черный круг латекса и влажные розовые половые губы, прежде чем Эмили успела дернуть ногами в знак протеста.

— Эй! — прорычала Эмили. — Дай мне сначала вытащить эту пробку. У меня задница просто отваливается!

— Я помогу, сестренка, — ответила Кора. — Просто подержи это, пока я ее вытащу, — сказала она, протягивая сестре свою собственную, уже использованную пробку прямо между поднятыми и разведенными ногами. Эмили едва успела осознать, что ей предлагают нечто нежеланное, но приняла предмет, не выразив немедленного протеста. — Давай-ка взглянем на эту крошечную пробку, что у тебя тут, — продолжала Кора, присаживаясь на корточки у изножья кровати Эмили и следя за тем, чтобы ноги сестры оставались широко разведенными.

— Я вполне способна вытащить её сама, большое спасибо, — наконец выдавила из себя Эмили. — А теперь отпусти мои ноги, чтобы я могла закончить раздеваться и вынуть эту штуку из себя! — сердито добавила она.

— Глупости! — отозвалась Кора. — Помнишь, что всегда говорит мама: «Когда дело доходит до анальных пробок, всегда проси о помощи»? — процитировала она. Воспользовавшись паузой, Кора погрузила три пальца свободной руки в уже влажную от соков киску своей любимой сестры. Ей было приятно услышать тихий, хоть и с трудом сдерживаемый стон желания, сорвавшийся с губ лежащей на кровати девушки. Кора большим пальцем ласкала клитор, а остальными тремя пальцами активно работала вокруг насквозь мокрого отверстия, наполняя маленькую спальню влажными чавкающими звуками.

— Мама такого НЕ говорит! — запротестовала Эмили. Она попыталась вырваться, уходя от настойчивых пальцев. Однако, с внезапным чувством досады, она осознала, что попытка была вялой: тело снова её предало. «Черт возьми! » — беззвучно кричала Эмили на свое тело, которое покорно подчинялось властным действиям старшей сестры. «Ты — мое тело! Слушайся меня! »

Единственным ответом тела на этот безмолвный приказ стало медленное покачивание бедрами в такт движениям пальцев Коры.

— Черт возьми! — тихо произнесла Эмили вслух, хотя это должно было быть беззвучным ругательством.

— И это такие слова от той, кому я просто пытаюсь помочь! — сказала Кора, с большим успехом изображая обиду. — И пока я разбираюсь с твоей проблемой с попкой, почему бы тебе не заняться чем-то полезным с помощью своего шаловливого язычка? Уверена, ты помнишь, что мама говорит о грязных пробках в своем доме! — Она строго посмотрела на младшую сестру, продолжая ласкать пальцами мокрую киску, пока Эмили не поднесла грязную пробку Коры к губам и не начала слизывать с неё следы прошедшего дня. «Так-то лучше. А теперь будь паинькой и заткни свою поганую, никчемную пасть, пока я займусь двумя другими твоими дырками — теми, что хоть на что-то годятся! »

Грубые выражения Коры могли бы оскорбить любого, кто их услышал бы; уж мать точно пришла бы в ужас, услышав, как Кора так разговаривает с сестрой. Но Эмили привыкла к этому — всё это было частью их сестринских перепалок.

Произнеся это шокирующе унизительное замечание, Кора склонилась над согнувшейся пополам Эмили и прижалась губами к горячей киске, с которой только что играла. Эмили громко застонала, больше не пытаясь скрыть свое желание. Убрав пальцы из влажной щелки, Кора уткнулась лицом в аппетитные складки розовой плоти сестры, смакуя вкус сочного женского сока так, словно голодный человек наслаждается великолепным стейком. Втянув половые губы в рот, Кора тщательно облизала их языком, прежде чем позволить им выскользнуть обратно. Лишь после этого она погрузила язык во влажное отверстие — источник всего этого восхитительного нектара Эмили.

Эмили оставалось лишь покориться желаниям собственного тела и наслаждаться ощущениями, которые дарила ей сестра своим искусным языком. Со своей стороны, Эмили старалась очистить от смазки и слизи анальную пробку сестры, но эта задача давалась ей с трудом из-за невольных, постыдных стонов, срывавшихся с ее губ.

Кора потратила несколько минут, жадно лаская любимую киску, прежде чем перевести свободную руку к черному диску, раздвигавшему прелестные ягодицы сестры. Хотя вслух Кора обычно называла задницу Эмили «костлявой», на самом деле она находила ее весьма привлекательной. Ухватившись за основание, она начала с усилием тянуть пробку наружу. Сопротивление оказалось умеренным: основание диаметром в три дюйма быстро сменилось более массивным телом игрушки шириной в три с половиной дюйма. Тихие стоны и движения бедер Эмили прервались лишь на мгновение, когда она судорожно вдохнула: возросшая толщина растягивала ее нежное отверстие сильнее, чем того хотелось бы телу. Но подобно тому, как сама Кора за день усвоила урок о допустимых размерах, так и задний проход Эмили оказался способным учеником в искусстве принудительного растяжения. Спустя мгновение, после девяти дюймов медленного движения и без лишних сложностей, раздался влажный чавкающий звук — такой же, как и ранее у Коры, — возвестивший о том, что пробка наконец покинула широко раскрытый анус Эмили. Кора на мгновение прервала свои ласки, чтобы полюбоваться темно-розовым отверстием глубиной в три дюйма, которое словно по волшебству возникло между великолепно подтянутыми ягодицами ее сестры. Она видела, как натренированные мышцы сфинктера пытаются сомкнуть влажное отверстие, но эти попытки были совершенно тщетны. Подобно тому, как собственное растянутое анальное отверстие Коры оставалось широко раскрытым — она даже чувствовала, как воздух входит в толстую кишку и выходит из нее с каждым вдохом, — задница Эмили тоже должна была еще долго оставаться зияющей щелью, прежде чем вернуться в свое естественное, сомкнутое состояние. Впрочем, если у Коры отверстие в обычном состоянии достигало внушительных 4см, то анус Эмили в покое раскрывался едва ли на 2.5см. Для члена семьи Уайлдер такое отсутствие способности удерживать анус сомкнутым должно было бы до крайности смущать младшую сестру. Однако Эмили, похоже, вполне устраивало отсутствие контроля над своими анальными мышцами. Кора так и не могла до конца понять некоторые особенности психики своей сестры.

Старшая сестра могла бы часами сидеть и любоваться этой прекрасно блестящей киской и зияющей задницей, но она не хотела, чтобы Эмили отвлеклась и передумала — причем вполне искренне — насчет сестринских развлечений после школы. Лишь с легким оттенком сожаления она переключила внимание языка на переднюю «дырочку» сестры, одновременно возвращая толстую анальную пробку на ее законное место — в задний проход. Эмили издала одновременно и стон, и вздох, реагируя на одновременное сексуальное воздействие на свои покорные отверстия; ни одну из сестер особо не волновало, какое именно из этих действий вызвало стон, а какое — вздох.

Почти не встречая сопротивления, толстый анальный расширитель вновь скользнул в юное отверстие. Дойдя до середины, Кора остановилась и начала вращать латексную игрушку в растянутом анусе Эмили, закрепляя усвоенный сегодня урок о том, какую форму всегда должно иметь отверстие молодой женщины. Не сдвигая пробку более чем на пару дюймов в ту или иную сторону, Кора продолжала воздействовать на нежный сфинктер сестры, удерживая игрушку свободной рукой, в то время как ее губы и язык ласкали судорожно сжимающуюся киску Эмили.

Эмили продолжала стонать от удовольствия, наслаждаясь тем, как напористо и жадно ей вылизывают киску; впрочем, она ничуть не возражала — ей не впервой было терпеть подобное обращение от старшей сестры. Её стоны лишь изредка прерывались тихим писком или судорожным вдохом, когда хаотично двигавшаяся анальная пробка находила новый, интересный способ растянуть податливое мышечное кольцо между раздвинутыми ягодицами. Вскоре она почувствовала стремительное приближение совмещенного анально-вагинального оргазма; это ощущение означало, что у неё больше не осталось ни сил, ни воли, чтобы помешать сестре делать всё, что той вздумается, с её податливым, переполненным гормонами телом. Издав последний стон, означавший смирение с неизбежным, Эмили оставила последние попытки сопротивляться и приготовилась встретить волны оргазма, которые уже щекотали кончики её пальцев на ногах, задранных высоко над головой.

Кора почувствовала, как киска Эмили сжалась вокруг её языка, когда тот проник в самые глубины восхитительного отверстия сестры, и поняла, что развязка близка. Не сбавляя темпа ласк, направленных на влажную киску и уже обильно смазанную задницу сестры, Кора мастерски подвела Эмили к самой грани оргазма, а затем улыбнулась про себя, намеренно подтолкнув младшую сестренку в эту бездну, где та забилась в судорогах и закричала, теряя связь с реальностью. Довести женщину до оргазма такой силы, что она едва не теряет сознание, — это то, что должна уметь делать любая хорошая сестра (или мать, тетя, дочь и так далее). А Кора была настоящим экспертом в том, как именно нужно воздействовать на Эмили, чтобы добиться нужного эффекта.

Оседлать бьющуюся в экстазе киску сестры, не прекращая при этом вызывать оргазм с помощью всасывающих движений рта, было непростой задачей. И хотя Кора давно научилась справляться с судорожными конвульсиями Эмили, это всё равно требовало от неё предельной концентрации. Настолько, что ей пришлось прекратить вращать анальную пробку. Она просто загнала толстого латексного монстра в задницу младшей сестры по самое основание и ухватилась за его рукоятку, получив дополнительную точку опоры, чтобы удерживать дергающиеся бедра Эмили. Усилия Коры были вознаграждены: мощный оргазм Эмили длился больше минуты, прежде чем её спина бессильно опустилась на кровать. После этого Эмили просто лежала, тяжело дыша и тихонько поскуливая, признавая свое поражение. Оторвавшись наконец от насквозь промокшей киски Эмили, Кора выпрямилась, слизывая с губ остатки влаги. «Боже! Не верится, какая она вкусная! » — подумала она. Сдвинув лодыжки Эмили — облаченные в джинсовую ткань — еще дальше вперед и вниз, Кора отпустила их и с усмешкой заметила, что сестра так и оставила ноги в этом положении, пытаясь прийти в себя после сногсшибательного оргазма.

Обе сестры прекрасно понимали: полного восстановления после такого не будет.

Заглянув под кровать Эмили, Кора достала набор сестры для мастурбации. Выдвинув тяжелый контейнер и открыв его, она извлекла свой любимый ремень-крепление для фаллоимитатора, обернула его вокруг тонкой талии и застегнула поверх юбки чирлидерши, которую всё еще носила. Как и ожидалось, ремень идеально сидел на бедрах: в конце концов, Кора пользовалась этим снаряжением из набора Эмили чаще, чем сама хозяйка.

Она знала, что Эмили уже достаточно разработана для игрушки диаметром 9 см — ведь именно такой предмет весь день растягивал ее сопротивляющееся отверстие. Сама Кора была сильно возбуждена и не хотела тратить время на то, чтобы готовить сестру к еще более крупной пробке, которая могла бы травмировать и без того натертую попку. Быстро приняв решение, она выбрала реалистичный фаллоимитатор длиной 36 см и диаметром 9 см, с отчетливыми венами, и прикрепила его к ремню с помощью магнитных застежек.

Встав, она на мгновение залюбовалась собой в ростовом зеркале. Она выглядела словно героиня манги в жанре футанари: горячая чирлидерша с огромным черным членом, выступающим из-под мини-юбки на бедрах. Она несколько раз погладила свой искусственный член и для пущего эффекта послала зеркальному отражению «воздушный поцелуй», после чего вновь переключила внимание на покорную младшую сестру.

Вернувшись к кровати, где полулежала тяжело дышащая сестра, она заметила свой собственный тренажер для ануса — уже очищенный от смазки и отложенный в сторону, — лежащий рядом с изможденной девушкой. Не раздумывая, она наклонилась, чтобы поднять его. Заведя руки за спину, она расстегнула задний ремешок крепления для фаллоимитатора и, совместив очищенную анальную пробку с всё ещё зияющим отверстием, начала вводить толстый — 11 см в диаметре — расширитель в свою измученную прямую кишку. Она резко поморщилась, когда сухой латекс зацепился за воспаленные ткани, прокладывая путь в глубину её заднего прохода, вечно жаждущего наполнения. В конце концов Коре пришлось слегка присесть и, обхватив себя сзади обеими руками, с усилием до конца ввести пробку в нежное анальное отверстие. Она тихо вздохнула, почувствовав, как сфинктер вновь обхватывает знакомую, дарящую приятное чувство полноты толстую «шейку» анальной пробки. Застегнув кожаный ремешок и снова закрепив сбрую на талии, Кора подумала о том, как больно будет потом вытаскивать этот несмазанный расширитель. И эта мысль — о предстоящем извлечении — почему-то даже радовала ее.

Устроившись между широко раздвинутыми ягодицами сестры, Кора потянулась, чтобы извлечь расширитель, полностью погруженный в измученную задницу Эмили. Сопротивление, ощущавшееся при первых попытках, исчезло: пробка быстро выскользнула из ануса Эмили, издав знакомый влажный чавкающий звук.

— Держи, сестренка, — сказала Кора, протягивая испачканный расширитель сестре. — Эту штуку тоже надо почистить.

Эмили без вопросов и жалоб взяла пробку, которая провела весь день у нее в заднице, и принялась облизывать ее по всей длине, счищая остатки смазки и следы собственных выделений. Кора улыбнулась про себя, наблюдая за покорными действиями младшей сестры. «Всего один хороший оргазм — и Эмили превратилась в абсолютно покорную шлюху, готовую к любому сексу, — подумала она. — Конечно, мы, остальные женщины из рода Уайлдеров, такие от природы, так что, пожалуй, у нее даже больше самообладания, чем у всех нас вместе взятых».

Теперь снова стала видна зияющая бездна между раздвинутыми ягодицами Эмили. Кора опустила правую руку и погрузила её по самый большой палец в промокшую и обильно смазанную киску Эмили. Повращав ладонью в этой влажной среде несколько секунд, она вытащила руку и стерла собранную женскую смазку по всей длине своего четырнадцатидюймового «укротителя сучек». Повторив эту процедуру еще несколько раз, она вскоре добилась того, что латексный монстр заблестел от выделений Эмили. Когда Кора опустилась на колени и совместила массивную головку фаллоимитатора со скользким задним отверстием сестры, её мысли вернулись к тому первому уроку использования женской смазки, который она когда-то получила от матери.

***

«А теперь, Кора, давай перейдем к тому, как одна женщина может по-настоящему жестко выебать другую в задницу с помощью страпона. Собственные выделения девушки — идеальная смазка для этого по многим причинам. Прежде всего, потому что они очень скользкие; посмотри, как ты мокрая после того, как мамочка довела тебя до нескольких оргазмов языком и ртом, уделяя внимание твоей горячей киске? Давай-ка попробуем извлечь из тебя немного этой влаги с пользой... Видишь? Мамочкин кулак целиком вошел в твою переднюю дырочку по самое запястье, а ты даже не пискнула от боли! Ах, удивительно, как сильно расслабляют женщину несколько мощных оргазмов!

После того как мамочка повращает кулаком в твоей аппетитной щелочке, чтобы убедиться, что он полностью покрыт твоей смазкой, она вытащит его и смажет ею свой большой, классный страпон. А ну-ка перестань ныть, юная леди! Я понимаю, что он немного больше того фаллоимитатора, который мамочка использовала раньше, но он войдет. Матери просто знают такие вещи». «А теперь мне нужно еще немного твоей смазки... вот так. В этот раз вошло гораздо легче. Ты почти не дернулась! Нужно просто убедиться, что у нас достаточно влагалищной смазки, и снова смазать ею страпон мамочки. Еще разок — и готово. Кажется, тебе начинает нравиться, когда мамочка засовывает кулак в твою возбужденную юную киску, правда? Ну, к этому не стоит привыкать. Фистинг киски — это развлечение для особых случаев. Женская киска должна оставаться упругой и тесной, чтобы крепко обхватывать мужские члены, когда нас трахают. Ах ты шалунья! Тебе это явно слишком нравится. Мамочке придется наказать тебя после сегодняшнего урока.

Но это потом. А сейчас потянись назад и разведи ягодицы, чтобы мамочка могла направить страпон точно в твою расслабленную попку. Видишь, как легко он вошел? Знаю, большой член мамочки сейчас причиняет боль, детка, но через пару минут станет очень приятно; впрочем, мамочка не хочет слишком уж расстраивать свою малышку, так что вторую половину я введу чуть медленнее. Вот! Было не так уж страшно. Теперь вся игрушка целиком, до самого основания, у тебя в попке. А теперь сосредоточься на ощущениях в растянутом анусе, пока мамочка почти полностью вытягивает свою игрушку. Чувствуешь, как она скользит по стенкам прямой кишки и слегка тянет сфинктер наружу? Сейчас это не доставляет особого дискомфорта, ведь смазка из мамочкиной киски, которой она густо покрыла фаллоимитатор, всё ещё отлично скользит. Так что просто расслабься и наслаждайся тем самым глубоким проникновением в задний проход, которое так любят дочки.

«Кора. Я знаю, что ты уже близка ко второму анальному оргазму, но удели мамочке минутку внимания. Большой страпон мамочки уже больше десяти минут ритмично долбит твою маленькую попку, и ты, должно быть, заметила, что это начинает доставлять некоторый дискомфорт. Всё потому, что смазка из твоей киски — на водной основе, и она впитывается стенками твоей жадной задницы. К тому же она испаряется с мамочкиной игрушки, когда та выходит наружу.

Если ты снова прислушаешься к ощущениям в попе, пока мамочка трахает тебя своим большим фаллоимитатором, то заметишь: огромный член больше не скользит легко вдоль стенок прямой кишки, и то, что раньше ощущалось как легкое натяжение сфинктера, теперь превратилось в ощутимое, сильное тянущее чувство. Мамочка даже видит, как он тянет твой сфинктер туда-сюда, смещая его на несколько дюймов то внутрь, то наружу. В ближайшие минуты это ощущение станет еще сильнее, ведь остатки смазки из киски окончательно исчезнут. Останется лишь пот, естественные выделения и капля женской смазки — этого хватит, чтобы обеспечить скольжение во время долгого секса, который мамочка устроит жаждущей ласки попке своей дочурки. Это просто отличный способ как следует растянуть женскую задницу! »

«Умница! Это был твой самый мощный оргазм на сегодня! А ведь мы занимаемся этим всего минут пятнадцать! Если прислушаешься к ощущениям в своей попке, то поймешь, что смазки там совсем не осталось. Именно этого мы и добивались. Да, мамочке теперь немного труднее загонять толстую игрушку так глубоко тебе в задницу, но мамочка в хорошей форме, так что сможет держать этот темп еще долго. Но на сегодня мы ограничимся еще минут пятнадцатью. Глупости! Ты от этого не умрешь. На самом деле, думаю, у тебя будет еще несколько мощных оргазмов, прежде чем я выну игрушку. Папочка проделывал такое с мамочкой каждую ночь — и игрушки были куда больше той, что сейчас у тебя в заднице, — просто чтобы мамочка потом крепко спала. Папочка так хорошо заботился о грязной попке мамочки!

Умница! Мы почти закончили! Еще всего пара минут, и моя любимая доченька завоет от очередного глубокого анального оргазма. А теперь перестань плакать и просто наслаждайся. Если будешь умницей и кончишь для мамочки по-настоящему мощно в последний раз, мамочка разрешит тебе выбрать любую из своих игрушек, и ты сможешь попрактиковаться в этой технике на попке мамочки до конца сегодняшнего урока.

«Ну, мамочка на самом деле не имела в виду, что ты можешь использовать один из ее "карательных" фаллоимитаторов, но, полагаю, мамочка забыла это уточнить; хотя... хороший толстый "карательный" фаллоимитатор отлично бы вошел в голодную задницу мамочки». «А еще это поможет мамочке сегодня ночью спать как младенец! »

***

Кора улыбнулась про себя, вспоминая тот случай. Она тогда выбрала одну из самых больших маминых анальных пробок для наказания и почти полтора часа двигала ею туда-сюда в ноющей, но одновременно испытывающей оргазм заднице плачущей матери, пока та не потеряла сознание от полного изнеможения и непрекращающегося анального оргазма, длившегося без малого сорок минут. Будучи примерной и любящей дочерью, Кора взяла специальный ремень-крепление и надежно зафиксировала пробку глубоко в недрах материнского тела, чтобы та не выпала за ночь. Затем она укрыла храпящую мать, дав ей возможность отоспаться.

Лора проспала до самого вечера следующего дня и проснулась в отличном настроении. Настолько хорошем, что так и не наказала Кору за то, что та получила слишком уж большое удовольствие от фистинга киски. Она всегда считала, что к дочерям нужно относиться справедливо и беспристрастно.

«Пожалуйста, — простонала Эмили, возвращая Кору из воспоминаний в реальность. — Пожалуйста, используй в этот раз нормальную смазку, Кора», — взмолилась она, когда головка широкого фаллоимитатора скользнула в ее растянутый анус.

«Каждый день после школы ты просишь об одном и том же, и каждый день я даю тебе один и тот же ответ, — отозвалась Кора. — "Если я начну жалеть тебя сегодня, ты будешь ждать того же и завтра"», — в который раз процитировала она саму себя, продвигая толстую анальную пробку еще на несколько дюймов в податливую задницу сестры.

«Да, но у меня там сегодня всё очень болит, — возразила Эмили, кряхтя от дискомфорта и ощущения натяжения в прямой кишке, когда латексный член продвинулся еще глубже. — И обычно мне не делают анальный секс с помощью чего-то настолько огромного! »

— Ну, я сегодня чертовски возбуждена, — твердо ответила Кора, позволяя еще паре дюймов покрытого рельефными венами фаллоимитатора скользнуть внутрь стонущей сестры. — К тому же этот член не больше того, что ты уже принимала сегодня в свою задницу. Так что, если подумать, я с тобой еще довольно нежна. Я могла бы выбрать и куда более крупный искусственный член, чтобы твоя жадная задница его проглотила. Впрочем, если ты действительно хочешь, чтобы я использовала твой зад так, как это должно быть, — пожалуй, так и стоит поступить. Кора остановила движение латексной «торпеды» и начала медленно вытягивать ее обратно — буквально на пару сантиметров.

«Нет! » — воскликнула Эмили, потянувшись назад, чтобы удержать бедра Коры, которые уже начали отстраняться; наполовину чистая анальная пробка, которую она до этого сосала, выпала у нее изо рта, упала на грудь и замерла между молочными железами, все еще скрытыми под желтой футболкой. «С этой всё в порядке». Помолчав мгновение, Эмили искренне добавила: «И спасибо, что так бережно со мной обращаешься. Я это очень ценю».

«Пустяки, сестренка», — ответила Кора, снова начиная движение внутрь. «В конце концов, я ведь делаю это всё ради тебя, знаешь ли», — солгала она. «А теперь давай-ка потянись назад и разведи свои тощие ягодицы, чтобы я могла поймать хороший ритм, когда начну трахать твою крошечную задницу», — скомандовала она.

Эмили тут же повиновалась; ее сознание было переполнено эндорфинами, так что она вряд ли была способна на что-то иное.

Последние несколько дюймов введения доставили больше всего удовольствия — по крайней мере, Коре. Она отчетливо видела, как толстый латексный член продвигается по прямой кишке Эмили. Поскольку во время бурного оргазма футболка Эмили задралась под самую грудь, контуры внушительной игрушки были прекрасно видны на подтянутом животе лежащей девушки.

Наконец, основание латексного фаллоимитатора уперлось в упругие ягодицы Эмили, означая, что все четырнадцать дюймов толстого члена полностью погрузились в покорно принимающее его отверстие миниатюрной девушки-подростка. Кора потянулась вперед, схватила скованные джинсовой тканью лодыжки младшей сестры и, слегка наклонившись, перекинула их через ее голову, зафиксировав лодыжки и приспущенные джинсы у нее на шее. Теперь, когда ноги Эмили были надежно зафиксированы, Кора выпрямилась; от этого движения бедра Эмили оторвались от кровати и поднялись вместе с ней. Из-за особенностей движения их бедра на мгновение разошлись на несколько дюймов, прежде чем плечи Эмили соскользнули вниз по кровати, и ее анус снова плотно насадился на скользкий четырнадцатидюймовый дилататор, глубоко засевший в ее сокровенном отверстии. Эмили тихо застонала от того, как плотно заполнилась ее задница; ее бедра непроизвольно совершали в воздухе небольшие круговые движения. Кору завораживал открывшийся ракурс: она видела четкие очертания толстого фаллоимитатора, выпирающего под упругим животом сестры. «Ого, — подумала Кора. — Теперь мы будем делать это именно так. Это просто потрясающе! » Такая поза позволяла ей крепко ухватиться за бедра Эмили, обеспечивая себе надежный упор. Поскольку ягодицы Эмили были приподняты над кроватью примерно на 30см, а основной вес тела приходился на плечи, угол был идеальным для по-настоящему глубокого анального проникновения — или, как любила называть это их мать, «жесткой анальной ебли со страпоном». Кора поудобнее переступила ногами, чтобы твердо стоять на полу, и приготовилась к предстоящей физической нагрузке.

То, что вскоре переросло в неистовую, грубую анальную еблю, поначалу шло в довольно размеренном темпе. Кора отводила бедра назад, позволяя четырнадцатидюймовому «разрывателю задниц» наполовину выйти наружу, а затем снова загоняла его внутрь до самого основания. Ягодицы Эмили на долю секунды соприкасались с бедрами Коры, а затем отскакивали от них — так задавался начальный ритм.

Эмили вскрикнула, испытывая смесь боли и наслаждения, когда первый толчок завершился и начался второй. Она крепче сжала разведенные в стороны ягодицы, обеспечивая — вопреки внутреннему сопротивлению происходящему — беспрепятственный доступ к своему анальному отверстию. Снова ее задница отпружинила от сильных бедер Коры, и начался третий толчок. К тому моменту, как ягодицы ударились о бедра сестры в шестой раз, Эмили могла лишь стонать от удовольствия, чувствуя жар, исходящий из самых глубин ее тела.

Относительная мягкость первых движений постепенно сменилась чем-то гораздо более первобытным: с каждым толчком Кора вытягивала наружу все большую часть этого толстого «укротителя», а сами движения становились все более стремительными. Кора тяжело дышала от напряжения, а Эмили уже громко стонала под непрерывным напором безжалостного тридцатишести сантиметрового монстра. Вскоре они вошли в бешеный ритм жесткой анальной ебли: при каждом мощном и быстром движении бедер Коры наружу выходило около 30 сантиметров латекса. Ягодицы Эмили непрерывно вздрагивали и пружинили от постоянных ударов о бедра сестры. В месте соприкосновения тел скопилось столько пота и женской смазки, что каждый раз, когда плотный латексный фаллоимитатор до упора входил в дрожащие ягодицы Эмили, финал очередного глубокого, сотрясающего всё нутро толчка сопровождался резкими шлепками плоти о плоть.

Едва они вошли в размеренный ритм, как Эмили испытала свой первый мощный анальный оргазм. Отбросив мысли о том, чтобы обеспечивать сестре беспрепятственный доступ к своему уже изрядно натертому анусу, Эмили отпустила подпрыгивающие ягодицы и сорвала с себя футболку и бюстгальтер, обнажив упругую грудь размера 32B. Освободив грудь, она принялась сжимать и перекатывать пальцами твердые розовые соски, делая это с силой и напором. Было хорошо известно, что из всех дочерей Уайлдер именно Эмили унаследовала от матери страсть к грубой стимуляции сосков во время любого секса — и особенно анального; эта страсть была у нее даже сильнее, чем у их сестры Наоми, склонной к экстремальному мазохизму. Боль, пульсирующая в разгоряченных сосках, лишь усилила ощущения, и оргазм Эмили достиг нового пика.

Кора не стала менять заданный жесткий ритм, пока сестра переживала свой первый оргазм. Все то время, пока длился этот мощный, длящийся целую минуту оргазм, Кора продолжала с силой и решимостью вонзать латексный фаллоимитатор — толщиной 9 см и длиной 36 см — в покрасневший и измученный анус сестры.

Наконец оргазм пошел на спад; Эмили тяжело дышала и тихонько всхлипывала. «Пожалуйста, Кора, — простонала она. — Не думаю, что моя задница выдержит сегодня что-то еще. Может, закончим пораньше? » — взмолилась она.

«Ерунда, Эм», — сказала Кора, ничуть не сбавляя темпа. — «Твоя смазка только начинает подсыхать, а мы даже до середины не дошли. Более того, уверена, сегодня мы задержимся подольше! »

«Пожалуйста, Кора», — взмолилась Эмили. — «Только не сегодня. Я... о-о-ох, черт! — не думаю, что моя бедная задница выдержит такую ​​долбежку... у-у-ух! — намного дольше». Ее мольба о пощаде потонула в стонах, когда неумолимо приближался следующий анальный оргазм.

«Послушай себя, Эмили», — тяжело дышала Кора, совершая мощные толчки латексным монстром, который яростно входил в прямую кишку сестры. — «Ты лежишь и умоляешь меня остановиться, хотя уже на грани оргазма, и того гляди оторвешь себе соски, если не будешь осторожна. Ты правда хочешь, чтобы я прекратила, или побудешь хорошей девочкой и прислушаешься к тому, что говорит твое тело? Просто позволь мне как следует проработать эту твою неблагодарную задницу — ей это явно нужно».

«Пожалуйста, Кора», — тихо простонала Эмили, уже не пытаясь всерьез протестовать. — «По... жа... луйста... О... Боже! » — это всё, что она успела вымолвить, прежде чем тело снова захватила волна глубокого анального оргазма. Он длился на целых полминуты дольше предыдущего. К тому моменту, как он пошел на спад, на толстом латексном фаллоимитаторе, раз за разом врезавшемся в отверстие Эмили, почти не осталось ее собственной смазки. Благодаря железной воле доминирующей сестры, игрушка продолжала с силой — и лишь при умеренном сопротивлении — входить в измученную задницу стонущей девушки. Боль и наслаждение, исходившие от растянутого и истерзанного ануса, в сочетании с ощущениями от собственных манипуляций с сосками, уже вели Эмили к очередному мощному оргазму. Единственным протестом против этой грубой ебли, на который у нее хватало сил, были жалкие стоны подростка, захваченного оргазмом. Кора же принимала эти стоны протеста за звуки удовольствия и призыв продолжать. Более того, от этого напор, с которым Кора орудовала страпоном, только усилился.

В конечном счете, переполненные эндорфинами тела Коры и Эмили пересилили доводы разума Эмили — счет оказался два к одному в пользу тел, и страстный секс продолжился с прежней силой!

***

После почти сорока пяти минут непрерывного, жесткого анального проникновения Кора наконец решила закончить экзекуцию; она выбилась из сил и нуждалась в отдыхе. Последние десять минут секса прошли так: Кора лежала поверх согнутого вдвое тела Эмили, щиколотки которой были закинуты за шею Коры; они страстно целовались, а 36-сантиметровый латексный монстр с силой вбивался в незащищенную задницу Эмили, подкрепляемый всем весом и энергией Коры. В итоге Эмили превратилась в рыдающую, невнятно бормочущую и содрогающуюся от оргазмов развалину; это был лучший и самый насыщенный секс за долгое время.

Кора медленно поднялась, убрала щиколотки сестры из-за ее головы и осторожно повернула Эмили на бок, укладывая ее ноги на кровать. Стараясь действовать как можно мягче — и, разумеется, не вынимая толстый резиновый фаллос из невероятно натертого и измученного отверстия сестры, — Кора переместилась за спину Эмили. Вскоре они лежали, прижавшись друг к другу «ложечками» и нежно целуясь, наслаждаясь послевкусием почти непрерывных анальных оргазмов Эмили; толстый, почти девятисантиметровый в диаметре ректальный дилататор продолжал двигаться внутри ее изрядно натруженной задницы, но теперь — медленно и ласково. Прошло несколько минут размеренных, неглубоких движений: Кора утешала сестру, а Эмили постепенно приходила в себя.

Кора потянулась, чтобы стереть слезу с глаз младшей сестры, а затем опустила руку, чтобы поиграть с ее покрасневшими от трения сосками. «Ну вот видишь. Не говори мне, что тебе это не понравилось», — спросила она сестру между нежными, успокаивающими поцелуями.

«Нет, ты была права», — прохрипела Эмили пересохшим от криков экстаза горлом. «Мама вечно твердит мне, чтобы я слушала свое тело, а не голову. И правда, мне стоит чаще к ней прислушиваться», — заключила она. «Да, тебе стоит. И твоей старшей сестре — тоже! » — добавила Кора.

«Ха! Ты старше меня меньше чем на год. И учишься в том же классе. Вряд ли ты вправе давать мне советы. С чего ты взяла, что компетентна в этом вопросе? » — игриво спросила Эмили.

«Потому что я действительно слушала маму, когда она учила меня, что я — анальная шлюха. А ты просто не хочешь этого признавать, несмотря на все доказательства, подтверждающие её слова, — заявила Кора. — Разве девушка, не будучи законченной анальной шлюхой, смогла бы кончить — вообще — от такого траха? Не говоря уже о том, чтобы кончать без перерыва почти двадцать минут? »

Эмили хотела возразить, но не смогла. Она несколько мгновений пассивно лежала в защищающих объятиях сестры — пока толстый латексный фаллоимитатор продолжал скользить туда-сюда между двумя упругими подростковыми ягодицами, — прежде чем наконец признать: «Нет. Пожалуй, я действительно отрицала очевидное».

«Ещё как поняла! И теперь, когда до тебя наконец дошло, что ты собираешься с этим делать? » — спросила Кора, позволяя своему огромному искусственному члену двигаться чуть быстрее, пока он продолжал проникать в чересчур натертую задницу её сестры.

«Для начала — научись правильно мастурбировать», — заявила Эмили. Кора лишь недоуменно посмотрела на нее. «Это долгая история, — добавила она. — Расскажу позже. Но пообещай мне кое-что». Кора жестом предложила сестре продолжать. «Завтра, когда мы будем играть после школы, перестань со мной церемониться — бери фаллоимитатор следующего размера. Не знаю, выдержит ли моя узкая попка долгую долбежку таким латексным членом, но мы обе согласны, что ее в любом случае надо немного разработать! » — хихикнула Эмили.

«Можешь на меня положиться, Эм», — успокоила Кора сестру, целуя ее покрасневшие, припухшие глаза. «Итак, чем займемся теперь, когда сентиментальности остались позади? » — спросила она, слегка придерживая Эмили за бедро и притягивая ее чуть ближе, чтобы толстый латексный член мог еще глубже погрузиться в ее влажное отверстие. «Можно взять тот фаллоимитатор на 10 см, о котором ты говорила, и ты снова прокатишься на "Экспрессе Коры", или же ты можешь позаботиться о моих потребностях. Насколько я помню, сегодня днем ​​только одна из нас успела трахнуться до самого экстаза».

«О, я определенно думаю, что теперь моя очередь побыть активной партнершей», — подтвердила Эмили, но даже не попыталась отстраниться от резинового «расширителя», продолжавшего свою работу глубоко внутри нее.

«И, в отличие от меня, тебе не нужно будет сдерживаться или действовать осторожно, — сказала Кора. — Я отлично чувствую свое тело и знаю, что ему нужно. Уверена, моя задница выдержит член следующего размера так же долго, как ты выдерживала тот смешной маленький 9-сантиметровый».

«А если и не выдержит — все равно придется», — согласилась Эмили. Девушки слились в страстном поцелуе, который длился несколько минут. Все это время Кора продолжала с любовью и неспешностью двигать толстым, жилистым фаллоимитатором, входя и выходя из заднего прохода сестры.

Несмотря на то, что ее анус был натерт и воспален, Эмили ничуть не жаловалась. Напротив, она получала огромное удовольствие. ***

Прошел почти час, а сестры всё не останавливались, хотя силы Эмили были уже на исходе. Быть активной партнершей — той, что совершает движения, — было, несомненно, куда более утомительно, чем принимать удар на себя. Вот уже сорок пять минут Эмили безжалостно вгоняла этот чудовищный фаллоимитатор — длиной 41 см и толщиной 12 см — в судорожно сжимающееся анальное отверстие своей любимой сестры. Обильная смазка, которую Эмили щедро зачерпнула из наполненной влагой киски Коры, давно высохла; теперь лишь неумолимый латекс раз за разом ударялся о стенки беззащитной прямой кишки, проникая в самую глубину. Надо отдать Коре должное: она ни разу не попросила Эмили остановиться или сбавить темп — напротив, большую часть времени она даже подбадривала младшую сестру, требуя действовать жестче и быстрее, — хотя слезы на глазах выступили у нее еще до того, как иссякла естественная смазка.

Девушки занимались любовью в позе миссионера на кровати Коры. Поначалу ноги Коры обхватывали талию сестры, притягивая Эмили ближе с каждым толчком огромного латексного члена. Но в середине этого яростного акта Кора больше не могла удерживать ноги на весу, несмотря на желание продолжать до самого конца, пока ее задний проход не окажется полностью растянутым и измученным. Желая подарить сестре столь же глубокое и полное удовлетворение, какое получала сама, Эмили любезно помогла ей: подхватила ступни Коры и закинула их себе на плечи. Это позволило Коре полностью расслабиться и насладиться тем, как высохшее чудовище толщиной в 12 см колотит ее бедную «заднюю дверцу» с невиданной силой. К тому же, так ее бедра приподнимались под идеальным углом, позволяя Эмили вкладывать всю мощь в свои неистовые движения сверху вниз. Вскоре после этого у Коры начался непрерывный каскад оргазмов.

Сестры умудрялись даже не прекращать страстных поцелуев и ласк на протяжении большей части этого жесткого анального секса. Эти пылкие объятия прерывались лишь тогда, когда Эмили нужно было перевести дыхание или когда Кора кричала от оргазма. Впрочем, последние десять-пятнадцать минут уходили скорее на подобные паузы, чем на сами поцелуи. Наконец, мощным, глубоким толчком Эмили в последний раз вогнала фаллоимитатор до самого основания в измученное отверстие своей сестры, пребывавшей в состоянии полного беспамятства. Кора громко вскрикнула, испытав такой же сногсшибательный оргазм, после чего вновь погрузилась в бездумную эйфорию, вызванную всплеском эндорфинов. Целуя лицо сестры, искаженное смесью боли и наслаждения, Эмили расстегнула ремень с фаллоимитатором и отстранилась, чтобы лечь рядом с ней. Лишившись поддержки Эмили, ноги Коры тяжело упали обратно на матрас. При этом Эмили позаботилась о том, чтобы оставить огромный искусственный член глубоко внутри сестры — он был погружен туда до самого основания. Обе девушки были настолько поглощены попытками восстановить дыхание, что совершенно не замечали ничего вокруг.

«Вот что приятно видеть матери, вернувшись домой! » — воскликнула Лора, стоя в дверном проеме комнаты дочерей-подростков. — «Дочери мирно играют друг с другом и так прекрасно ладят! » Она вошла в комнату, сияя от одобрения. На 46-летней женщине было красивое темно-синее платье, идеально оттенявшее ее темно-рыжие волосы, которые свободно ниспадали на плечи и спину. У платья был сдержанный подол, закрывавший колени, но при этом весьма смелый вырез: он уходил так глубоко вниз, что в месте соединения ткани виднелась лишь самая верхняя часть пышной груди. В остальном ее внушительный бюст был плотно приподнят и сжат, подчеркивая каждый великолепный сантиметр ее роскошных форм. Платье явно не предполагало ношения бюстгальтера: необходимая поддержка для ее огромной груди была обеспечена за счет особого кроя и швов. Этот наряд был настоящим шедевром портновского искусства, а открывавшееся взгляду декольте выглядело просто умопомрачительно.

Кора и Эмили были слишком ошеломлены и сбиты с дыхания, чтобы ответить: до них дошло, что за их ежедневными анальными утехами, возможно, наблюдали уже довольно долгое время. Разумеется, они не испытывали стыда — лишь шок от неожиданного вторжения. В конце концов, подобное поведение в доме Уайлдеров всячески поощрялось.

«Я услышала крики и стоны, даже находясь на кухне, и мне просто необходимо было убедиться, что звуки издают живые люди, а не просто какой-нибудь семейный фильм», — продолжала Лора.

«О, а еще я привела гостью», — Лора указала на пышногрудую рыжеволосую женщину, входившую в комнату следом за ней. — «Аманда приехала в город на ежегодную выставку "Женское здоровье и красота", чтобы провести мастер-классы по продукции своей компании. Сначала она собиралась остановиться в отеле рядом с выставочным центром, но я уговорила ее приехать к нам домой хотя бы на одну ночь — и вот она здесь! »

Аманда вышла из-за спины матери и посмотрела сверху вниз на двух своих младших сестер, раскрасневшихся и тяжело дышащих. На 28-летней бизнес-леди и инженере был дорогой деловой костюм темно-серого цвета, подчеркивавший ее пышные формы и внушительный бюст. Хотя её грудь и не была столь внушительной, как у матери, крой одежды выгодно её подчеркивал. Аманда не выставляла напоказ столь глубокое декольте, как её мать, выбравшая весьма соблазнительный наряд, но характерная округлость груди, видневшаяся из-под белой блузки, свидетельствовала о том, насколько надежным и удачным было её белье. И хотя большую часть груди скрывал пиджак, было очевидно, что она создана для того, чтобы ею любовались. Как у Эмили и Лоры были схожие рыжие волосы, так и у Аманды были темно-рыжие локоны, собранные в тугой пучок на затылке.

— Привет, Кора! Привет, Эмили! — воскликнула Аманда с таким же энтузиазмом, как и их мать. — Я рада, что вы так хорошо ладите! Давненько я не видела таких «разработанных» задниц! — одобрительно добавила она, кивнув на толстый анальный девайс, все еще торчащий между ягодицами Коры, и на зияющую «пещеру» между ягодицами Эмили. — Ну, или, по крайней мере, с прошлого месяца, когда Тодд выложил на нашем корпоративном сайте снимки моей собственной задницы — «до» и «после» — чтобы продемонстрировать потенциальным инвесторам прототип одной из наших новых разработок, — добавила она. — Потом у меня всё болело целых две недели. Конечно, я бы зажила гораздо быстрее, если бы Тодд мог удержаться и не совать ничего мне в задницу дольше одного дня, но что поделать — мужчины есть мужчины! — радостно закончила она.

— Это точно, — подхватила их мать. — Как бы сильно у меня ни болело всё внутри, твоему отцу всегда удавалось доказать мне, что на самом деле болит не так уж и сильно. — Повернувшись к Аманде, она продолжила: — Я рада слышать, что Тодд не верит женщинам на слово, когда мы жалуемся на усталость или боль и не хотим, чтобы он играл с нашими прекрасными попками — особенно с такой, как у тебя. Я сразу поняла, что он мне нравится, как только мы познакомились! — радостно сказала она. — Некоторые мужчины со временем, когда брак длится уже много лет, начинают лениться и уделять меньше внимания анальным потребностям своих женщин. Обязательно поблагодари его за то, что он так заботится о моей девочке, когда увидишься с ним в следующий раз.

— Обязательно, — заверила её Аманда. — Честно говоря, не думаю, что у большинства пар сегодня с этим проблемы. Иначе мы с Тоддом уже завтра остались бы без работы! — заключила она со смехом. Лора тоже рассмеялась.

— Как давно вы наблюдаете за нашей игрой? — пробормотала Эмили, улучив момент, чтобы вступить в разговор. Она уже достаточно пришла в себя, чтобы вставить хоть слово. Кора же пока была не в состоянии связать и пары слов.

— О, вполне достаточно, чтобы гордиться двумя моими младшими дочерьми, которые так тщательно позаботились о потребностях друг друга, — ответила Лора, наклоняясь над кроватью, чтобы наградить Кору громким влажным поцелуем. Поцелуй затянулся, пока пальцы Лоры отыскивали между ног Коры возбужденную, готовую к разрядке или уже испытавшую оргазм щелочку и глубоко проникали внутрь. Прервав поцелуй, она поднесла пальцы к губам и быстро облизала их, после чего наклонилась еще ниже, чтобы повторить свое материнское приветствие с младшей дочерью. Обе девушки тихонько застонали от вторжения в их сверхчувствительные лона, но не пытались помешать действиям матери. Закончив целовать Эмили, Лора выпрямилась и одернула свою строгую деловую юбку.

Повернувшись к Аманде, Лора сказала: «Обязательно попробуй Эмили сегодня вечером. Она стала просто восхитительной на вкус», — и протянула старшей дочери пальцы, испачканные соками Эмили. Аманда жадно обсосала их. «Не знаю, что она ест, чтобы быть такой сладкой, но ей стоит продолжать в том же духе».

«И правда! Неудивительно, что ты вечно твердишь мне, как Кора обожает это», — заключила Аманда, слизывая с губ остатки спермы. «Надо будет сказать Тодду. Если бы он знал правду, то, возможно, нашел бы способ наведываться сюда почаще! » — хихикнула она.

«Вполне возможно», — согласилась Лора. Повернувшись к двери, она добавила: «А теперь, если вы не против, мне нужно в ванную: сделаю себе хорошую горячую клизму, а потом переоденусь. Оставлю вас пообщаться с Амандой, пока меня не будет. Не забывайте, что ужин по-прежнему в семь». С этими словами пышногрудая и ненасытная мать пятерых жадных до анального секса шлюх вышла из комнаты. Все шесть глаз устремились на покачивающиеся ягодицы, обтянутые синим платьем, пока она удалялась. Каждая из них надеялась, что в возрасте матери у нее будет такая же потрясающая задница.

Аманда проводила мать взглядом, а затем снова переключила внимание на двух младших сестер. Подойдя к ближайшей тумбочке за флаконом универсальной смазки, она расстегнула пиджак и бросила его на свободную кровать Эмили. Под пиджаком на ней был кожаный корсет, закрывавший тело от бедер до груди и заканчивавшийся чашечками, прикрывавшими лишь нижнюю часть груди. Такая конструкция еще сильнее приподнимала и выставляла напоказ ее и без того внушительный бюст, создавая тот самый соблазнительный объем в верхней части декольте, который был заметен даже в застегнутом пиджаке. Грудь — явно без бюстгальтера — и крупные, твердые соски, выступавшие на пике возбуждения, проступали сквозь шелковую блузку, словно стремясь на свободу. «Ну что, девчонки, вы меня заинтриговали. Правила вы знаете: сдвигайтесь к краю кровати и подтягивайте колени к груди», — скомандовала Аманда младшим сестрам, растирая смазку по ладоням и запястьям. Кора и Эмили подчинились без возражений.

Опустившись на колени у изножья кровати, Аманда продолжила: «Раздвиньте-ка пошире свои дырочки и дайте специалисту взглянуть на плоды ваших трудов. Как бы сильно, по-вашему, ни были разработаны ваши юные задницы, сомневаюсь, что они уже полностью "уработаны" на сегодня», — сказала она, извлекая шестнадцатидюймовый толстый латексный фаллоимитатор из бездонного ануса одной из сестер. Она ожидала, что толстый латексный инструмент легко выскользнет из заднего прохода девушки, и удивилась, почувствовав сильное сопротивление. На массивном фаллоимитаторе почти не осталось смазки! Аманда задержала взгляд, изучая два впечатляющих отверстия перед собой: у Эмили — чуть больше трех дюймов в диаметре, а у Коры — чуть шире четырех. Оба зияющих проема были обрамлены краями припухших, покрасневших и, очевидно, воспаленных анальных сфинктеров.

«Ну и ну, вы обе явно не теряли времени даром! Но неужели вы не признаете нормальную смазку? » — серьезно спросила она.

«Мы просто использовали выделения из наших кисок, как учила мама», — ответила Кора, глядя на старшую сестру поверх своих коленей.

«Ага, — подхватила Эмили, тоже выглядывая из-за коленей. — Мы всегда так делаем. Разве мама не показывала тебе, как правильно трахать другую женщину в задницу, используя смазку из киски, когда ты еще жила здесь? »

«Конечно, показывала, глупышки! — сказала Аманда. — Хотя мне, кажется, было уже под двадцать, когда мы дошли до этого этапа обучения. Просто я удивлена, что она уже научила вас чему-то столь продвинутому, и что вы уже набрались такого опыта в этой технике».

«Не знаю, говорила ли тебе мама, но вообще-то именно так она предпочитает расслабляться перед сном. Я, например, большую часть ночей, пока училась в колледже, помогала папе готовить маму ко сну. Он укладывал ее на спину, а я садилась на нее верхом — лицом к лицу — и приподнимала и разводила в стороны ее ноги». «Пока мама вылизывала мне анус, он выбирал один из самых огромных фаллоимитаторов, какие я только видела к тому моменту, смазывал его маминой женской смазкой, чтобы он легко вошел, а затем яростно трахал ее в задницу, пока она не начинала кончать, — и продолжал в том же духе, пока она не оказывалась на грани потери сознания».

«Мама рассказывала, что папа так усыплял ее, когда еще жил с нами. Но разве ты сама не кончала, когда мама вылизывала тебе задницу? — поинтересовалась Эмили. — Знаю по себе: когда она делает это мне, я долго не выдерживаю».

«Конечно, делала — постоянно. У мамы очень ловкий язык. Просто мне не разрешали отпускать мамины ноги, — ответила Аманда. — Папа всегда называл это "подготовкой следующей лунки"».

И Кора, и Эмили улыбнулись. Наконец Кора спросила: «Почему он так это называл? » Хотя она была почти уверена, что уже знает ответ.

«Потому что, как только мы укладывали маму спать, он отводил меня в мою комнату, клал к себе на колени и тратил полчаса или около того, чтобы убедиться, что я расслабилась и тоже готова ко сну. Он хотел быть уверенным, что у меня выделилось достаточно смазки, чтобы подготовить почву для того, что он называл "достаточно большим для этой задачи фаллоимитатором". Обычно это был размер, близкий к максимуму, до которого мама к тому времени уже разработала мою задницу; а к началу моих двадцатых она была куда больше той, с которой, судя по всему, сегодня днем ​​развлекались ваши дырочки! Папа всегда старался, чтобы попки его жены и дочерей были в полном порядке. Я до сих пор скучаю по нему». Внезапная меланхолия удивила саму Аманду.

«Да, мы тоже», — утешительно ответила Эмили. — «Но мы есть друг у друга, а у тебя есть Тодд».

«Верно», — отозвалась Аманда, снова повеселев при мысли о своей дружной и любящей семье. — «И папа позаботился о том, чтобы Тодд точно знал, как подготовить свою новую жену ко сну, так что моя попка уж точно не обделена вниманием. Более того, Тодд заботится о моем эмоциональном и анальном благополучии даже больше, чем папа; он просто находка! Жаль, что у него нет братьев».

«Но хватит болтать о том, как хорошо ухаживают за моей нижней дырочкой», — продолжила Аманда. — «Сейчас меня больше волнуют две зияющие задницы, которые, похоже, наработали себе мои младшие сестренки. Не знаю, насколько вы в курсе, но женская задница способна выдержать практически любое количество внимания. И уж тем более, когда речь идет о таких молодых и гибких попках, как у вас.

«Так что просто доверьтесь мне.

«Я же инженер».

Через несколько минут по коридору поплыл стереофонический звук тихих стонов и сдавленных вскриков, срывавшихся с губ двух восемнадцатилетних девушек. Аккомпанементом им служил безошибочно узнаваемый звук работы опытного мастера анальных утех, применяющего свои глубокие познания и навыки на двух очень уж податливых подростковых задницах.