остальное рассказы и истории

моё откровенное повествование оказалось находкой для неудовлетворенных своими женщинами мужчин. каждый второй читатель посчитал своим долгом постучаться мне в аську с одним из трех вопросов:

1. давай потрахаемся? (как вариант, виртуально)
2. какого цвета у тебя соски? (или другие части тела)...

Море осталось далеко внизу, солнце в который раз спряталось за высокими горами,   а с них обрушился ливень. Как будто сами горы решили подняться повыше и проткнуть скользящие облака.
Макс распластался на постели. Уставший, расслабленный после бутылки домашнего вина.   Загорелое тело тянуло к себе, запах морской воды манил и просил впитать в себя последние капли уходящего дня. Я не удержалась и прильнула к груди. Языком слизала капельку пота у шеи… Облизала губы и поняла, что завожусь еще сильнее!   Я ско...

Сердце - отказывается стучать, не слыша рядом твоего ритма, не чувствуя учащенного сердцебиения, которое б сливалось с ним воедино.
Глаза - сомкнулись, пытаясь воспроизвести в памяти твоё изображение. Это получилось. Теперь нет никакого желания расставаться с твоим нежным, полным любви взглядом. Они закрыты, любуясь тобой... ты так близко... совсем рядом... я почти чувствую твоё дыхание... Нет, они не откроются. Я не хочу расставаться с тобой! Я буду тобой любоваться......

Глава II

На следующий день Захар, прочитав утреннюю молитву, решил осмотреть Лесную, пройтись по дворам да увидеть воочию народ, уставший от безысходности, как говорила ему баба Настя. И действительно, проходя вдоль центральной и единственной улице деревни, внимательно обходя лужи и грязь, Захар мрачнел все больше и больше, рассматривая прохудившиеся крыши срубов, покосившиеся заборы дворов и шатающихся с похмелья немногочисленных работников, что медленно топали в сторону поля, окруженного со всех ст...

        Для тех, кто не в курсях, что такое небоскрёб, поясню. Это не дядя Стёпа, не машина, и не щётка. Это – дом. Только шибко высокий, однако. Эдак, в сотню, полторы этажей.
        Так зачем нужны такие дома, спросите вы?
         Разумеется, не только для того, чтобы сэкономить расход городских площадей. У небоскрёбов целая куча достоинств! Ну, во-первых, они необходимы для самоубийц. Вот, прыгни какой-нибудь деятель с девятиэтажки…...

    -Ты снова напугал меня! – услушал Робин до боли знакомый голос и медленно обернулся. Господи! Мэриан! Это была она, снова на том же месте! Сколько лет он старательно избегал этого берега, боясь воспоминаний, и все равно, очутился здесь. Как она изменилась! Просто красавица! У него пересохло во рту и снова, как и тогда, в тот далекий день 5 лет назад, задрожали руки....

Передо мной стояла двенадцатилетняя девочка, абсолютно голенькая, тянущая ко мне свои тоненькие ручки в детском порыве нежности. Её безволосая писька притягивала мой взор, прочем, так же, как и её только-только начавшиеся появляться грудки. Но я знал, что не буду делать с этой невинной девочкой того, чего она требовала от меня:...

               
Вот ночью идет пьяная англичаночка на дискотеку Лимассола, на Кипре у нее «дача», доставшаяся от родителей колонизаторов. Она цепляется руками за леера колыхающегося трапа, переступая нетвердо миниатюрными ножками и ловя равновесие пухленьким задиком, идет в сопровождении высоколобых шотландцев с ранними залысинами,   вечных «бэби» британских женщин, и «манчестерского» пролетария, телохранителя, коренастого и коротко стриженого узколобого боксера, короткий мускулистый торс которого обтяну...

Просто вдруг ты понимаешь, что тебе есть, зачем жить. Ради чего страдать. Во имя чего погибнуть. За что встать на баррикады и, под свист шальных пуль, дышать полной грудью, вдыхать и выдыхать самый свежий воздух, насквозь провонявший порохом. Ты понимаешь, почему нужно поступить именно так: открыть кран холодной воды, включить музыку (что-то вроде Enigma, Enya, Era), лечь в ванну и опасной бритвой полоснуть по венам. А потом в медитативном покое следить за красной струёй себя, плавно растекающегося по всему...

Я обиделась. Только что занимались любовью, хорошо как всегда. Туман в голове еще не рассеялся, тело конвульсивно подергивалось, дожимая остатки оргазма. А он опять заговорил о ребенке. Не в силах дискутировать, просто отвернулась. Бессмысленно. Ну почему именно сейчас? Как пьяных берут на спор, заранее предвкушая их проигрыш, так и он решил воспользоваться моментом. Ну как еще объяснять, что ребенок должен быть желанным, я сама должна почувствовать момент, способный повернуть мою жизнь в русло реки, под на...

Николай Иванович считал себя старым коммунистом. И не столько за возраст, годов то ему было всего ничего – 55, сколько за партийный стаж и за деяния свои, что успел совершить за эти годы.
В ряды бессмертной ленинской он вступил в 1991 году, когда все, наоборот, из этой партии бежали очертя голову. Всему виной был дух детского негативизма, что жив был в Николае Ивановиче даже после окончания детского ясельного возраста. С годами он не стал меньше, лишь усиливался, крепчал и, наконец, таки довел супругу ег...

Сколько раз Ольга ходила с парнями, но ни когда не чувствовала себя так, как в этот раз. Её прямо тянуло к Игорёше. Она прямо летела к нему на крыльях. Оля говорила: «Милый мой Игореша я так соскучилась по тебе». Она проводила незабываемые ночи любви. Ей было трудно целый день не видеть Игорёшу. А вчерашняя ночь у неё все крутилась и крутилась в мыслях. Она её провела так бурно и хорошо, что не хотела даже уходить. А в уме крутились фразы: «Милый Игорёша, почему не звонишь, уже прошли целые сутки, я схожу с...

- Вот, Слава, познакомься, поцелуй ручку: Алла Помпадур собственной несравненной персоной! – майор Бязько указал на девицу, сидевшую у стола, представляя недобровольную свою гостью вошедшему в кабинет молодому коллеге.

Девица была не то, чтобы эталонная красавица – но дьявольски, гипнотически привлекательна в своей яркой, пламенной сексуальности. Вся ее филигранная фигурка источала сексуальность, как статуэтка шестидесятого кобальта источает радиацию: Гейгеры самцового либидо зашкаливало с первой же ...

Парень подобрался что надо. Жалко его, конечно, но есть-то тоже хочется. Уже на расстоянии метров десяти я поняла, что он – мой. Он как бы незаметно облизывался и не глядел на меня напрямую, а лишь бросал взгляды исподволь. На вид я скорей не понятная, чем развратная. Выражение лица скромное, юбка до колен, но зато какая… прозрачная. А под ней – ничего. Сверху такая же блузка. Уже перекатило ко второй половине дня, начало смеркаться, вот я в таком наряде и вышла. Заметит тот, кто будет смотреть. Многие и не...

Я упираюсь спиной в стену. Дальше пятиться некуда. Готовая то ли к сопротивлению, то ли к капитуляции, а, может, и к тому и к другому, вижу этот взгляд в двадцати сантиметрах от своего лица. Это близко… И дыхание. Его трудно услышать, но оно глубокое, контролируемое только для того, чтобы меня напугать. Возникает ощущение, что я настигнута насильником и убийцей… Тело жаркое, аромат похоти, смешанный с травяными тонами туалетной воды, пробуждает во мне то, что называют извращенными фантазиями… Борьба, удары,...

Закрутился в памяти бесконечности этот внутренний фильм как циклонный вихрь. Вспоминаются его взгляды. Безудержно тянет вновь и вновь смотреть в этот фантом. Не отпускает его намагниченное тепло, а говорим о чём-то пустяковом, пока едем в электричке.
 Сейчас он едет передо мной, мускулисто вращает педали, и всё пространство любуется его телодвижением, работой мышц....

Страсть зажжётся долгожданно,
Распаляя душу страстью.
Возраст сказкою нежданной
Не нарушит прелесть счастья.
MaLIce

Пролог

Держа за руку молодую и привлекательную девушку, которой два дня назад исполнилось восемнадцать лет, задаю терзаемый меня вопрос:
- Скажи мне, Ксюшенька, почему ты встречаешься со мной?...

Катруся была не как все. В 3 годика она спросила "Мама, а Деда Мороз писает?" "Писает"- отвечала мама. "Мамочка, если у него ледяной нос, то у него и.... " "Тссссс!"- испугалась мама.
В пять лет Катруся играла с куклами и у Барби конечно был муж по имени Кэн.
"Кэн, я развозусь с тобой"- упрямо твердила Катруся за Барби, надув губки....

ветер странствий... треплет твои мысли.... и вытирая слезы души... говорит тебе... не плачь любовь.... не плачь.... я с тобой.... только я смогу признать в тебе свое отраженье.... отраженье печальных глаз привратника вечных ворот рая...
 
 
 2004-06-12 01:36:44 Она
я скорее забуду тебя... я забуду твой взгляд и твои слезы будут жечь мое сердце , капая в глубокую рану моих снов... Снов которые приходят ко мне каждый полдень... снов невозможных в другом месте и в другое время.... снов другой жизни...

Призрак

Решетчатая желтизна бороздит триптих зеркала с серебристой щербинкой в правом углу; тьма хмельных сатиров отплясывает трепака на шероховатом крепе оконных занавесок. Чуть тронутая луной потрепанная шелковая шаль скрывает низкий журнальный столик… Кипа волос жены, опутав ноги дебелого феникса, изображенного на наволочке, вздымается и опадает в такт чуть слышному клекоту. Я ненавижу нашу спальню....

  Говорю ей: -Я всех нравящихся мне женщин Дусями называю...
-Так сейчас называют?
-Да нет, я так называю...
Это такой фрагмент вчерашнего телефонного разговора. И мне порой видится другое лето в том же, но жарком офисе, когда она в сарафанно-юбочном платье, старше меня, немного жеманно-вертлявая, пытается как бы пройти мимо и я залезаю рукой под этот её цветочно-колокольный skirt и через трусики проникаю пальцем в моментальную мокрость... и... могут войти люди. Тут же вынимаю, она, чуть ли не конч...

Глава 21, роман "Привет из Севастополя"
Вот и привела она мужика в порядок, помогла восстановить ему потенцию, сделала из него полноценного мужчину. А что дальше? За эти дни она не только привязалась к Виктору, она сердцем прикипела к нему, в ней проснулось давно забытое чувство. Сладко щемило сердце, постоянно ощущалось приятное томление внизу живота. При взгляде на Виктора туманилось в голове, учащался пульс, кровь горячей волной разливалась по всему телу. Ее пугали эти перемены. Ни к чему все это! Так...

Эта дурная привычка у меня с детства. Родители, как могли, с нею боролись. Пугали ужасами.

– Ты не заметишь открытого канализационного люка и провалишься под землю!
«Вот и хорошо, – думал я, – проверю, много ли наврано в “Семи подземных королях”».

– Ты собьёшь с ног человека, а он окажется главным городским милиционером, и тебя на всю жизнь посадят в тюрьму!...

Она пришла и закрыла за собой все двери. Мы остались одни. И никто не мог войти к нам. И мы не могли выйти. Она закрыла окна и повесила на них шторы – чтобы никто не смог увидеть нас вдвоем. Она протянула ко мне руки, и я протянул ей свои, я был рад ее красоте.
Она хотела, чтобы мы стали один целым, и прижала меня к себе, я вошел в нее с снизу и сверху, мне показалось, что я замкнусь в ней – стану кольцом, я стал проваливаться в пустоту, она обвила меня руками и ногами, наши волосы переплелись, я пропита...

Она ехала к НЕМУ на встречу, разделённая надвое. Нет, её не терзали противоречия, она была как всегда сама собой…собой, состоящей из двух женщин: белой и чёрной. Белая  - натура светлая, ранимая, правильная в своём чистом цвете, её так и звали – Романтика. Чёрная – была, конечно, полной её противоположностью: свободная, смелая, с угольными всполохами своей раскованности, быстрая на проказы и безобразия,   и она сама дала себе имя – Чертеняка. Эти двое - были, не разлей вода, нежно любили друг друга и делили...

Лавочка под моими окнами, вечно занятая под вечер страдающими от безделья девчонками, и сегодня приютила на своих давно не крашенных досках задорно-развязную кампанию малолеток.   Алкоголь, курево и молодой женский организм, вперемешку с несовершеннолетними мыслями, наивными мечтами и несформировавшимися ещё сексуальными желаниями, смутно теплеющими где-то внизу живота, составляли тот самый сладостный для меня коктейль, который неизменно будоражит мои низменные инстинкты, отрывая сознание и унося его далеко...

Автобус ехал по дороге, которая петляла по долине. Он направлялся в старинный замок, находящийся у подножия Карпатских гор. Уже на протяжении многих километров на пути не было ни одного населенного пункта.
В этом автобусе ехала группа туристов и их экскурсовод, который до этого ни разу не был в этом замке, и поэтому сейчас был увлечен чтением истории этого места. Звали его Питер Ворквуд....

Сны... Они не отпускают меня, не отпускают ни на одну ночь. Они наваливаются жаркими объятиями, и я просыпаюсь, дрожа от этого огня и от холода наяву одновременно. Я отгоняю их, машу рукой в надежде, что отстанут, улетят мучить другую. Но, наверное, моё одиночество больше и зримее - сны летят на их мрачный отсвет. Может быть, им хочется напомнить мне о чём-то, убедить в чём-то, обогреть? Я не знаю ничего, кроме одного - я не хочу, чтобы картины моих сновидений окончательно заменили радость реальных прикосно...

Не люблю я будущее время. Больше, чем на день вперед не загадываю и обещаний стараюсь не раздавать.
Да и время прошедшее недолюбливаю. Прошлое — жалкая тень настоящего. Жить для того, чтобы было, о чем вспомнить — такая же химера, как жертвовать всем сейчас ради светлого будущего. Этим долбанным "футуристам", если дотянут они до заветного своего будущего рая, уготована там страшная кара — лелеять полустертые воспоминания. Нет уж, только настоящее время — настоящее. И потому — Long live a Present!...

     Она никак не могла понять, откуда в ней эта рабская зависимость от мужчин, от их прихотей, желаний... Откуда стремление угодить, предугадать желание, сделать все, чтобы было хорошо ЕМУ... И в результате - все тоже унижение от этой своей самоуниженности, от своего неистребимого чувства неполноценности... в чем???...