фантазии рассказы и истории

Крис шла на работу в слегка подавленном состоянии. Она была сотрудником департамента полиции в большом городе. Вот только мир, в котором жила Крис был не совсем обычным: в этом мире девушки, а особенно молодые и красивые такие какой и была Крис не имели абсолютно ни каких прав. В этом мире главенствовали мужчины. Они имели право удовлетворить своё сексуальное желание с любой девушкой, где угодно. И даже служба в полиции для девушек не являлась препятствием для мужчин. Крис имели часто и бурно. Иногда по нес...

Пожалуй, мне наскучила эта забава. Я насладился рабством, унижениями, беспрекословным подчинением. Пора выйти из этой игры. Сейчас.
Моя маленькая сучка подомной, ее рот занят яйцами нашего «хозяина». На длинной тахте он лежит на упругой подушке. свешивая свои гениталии над ее лицом. В мои же губы упирается его член, который я смерено принимаю в свое горло. За прошедшие шесть недель невольничества такая схема использования своих рабов полюбилась нашему хозяину и повторялась ежедневна. Поэтому я решил, что...

Ночь…, раб забылся сонным туманом в мыслях о «Госпоже его Мечты». И вот из черно-звездной бездны перед ним явилась Она! Это была прекраснейшая из Женщин, которых от когда-либо видел. Она была в длинном платье глубочайшего синего цвета со шлейфом, который тянулся за Ней, уходя в бесконечность. Все остальные цвета на ней были платинового тона, Из платины и бриллиантов были и все Ее украшения. На Ее изящных руках были длинные, до середины плеча, блестящие перчатки, а из-под полы платья можно было увидеть остры...

Сью поставила пустую кофейную чашку назад на блюдце, отозвавшееся мелодичным звоном, и энергично протёрла глаза. От долгого чтения они иногда начинали слезиться, текст расплывался, особенно если шрифт был мелким и вычурным, вот как сейчас, в "Санди таймс". Непослушный локон тёмно-рыжих волос упал на глаза, и Сью резким кивком головы отбросила его назад, снова взяла отложенный лист и перечитала неброское объявление внизу. Затем откинулась на спинку софы и прочитала рекламный текст в третий раз. Нет, она не о...

На мир опускался мокрый октябрьский вечер. Пасмурный, тревожный.. Погода настолько отличалась от себя дневной, что могло бы показаться, что дело происходит в двух разных точках планеты. Днем природа улыбалась, умытая легким утренним дождиком, оставшиеся еще зелеными листочки на деревьях, радовали своими изумрудными переливами на фоне почти полностью облитых багрянцем кленов, бывших многолетним украшением дворцового парка. В такую погоду хотелось бродить по усыпанным листьями аллеям, собирать ажурно вырезанн...

-Мистер Уорен, растягивая слова сказала офицер Стелла, сорок ударов! -- О Боже, сорок ударов! Как их выдержать! Думала я. Уоррен не торопясь выбрал подходящий прут, гибкий и хлесткий – отличное орудие порки девичьих ягодиц. Несколько раз резко взмахнул им в воздухе он подошел к связанной голой девушке. Связанная, беспомощная она была сейчас в его власти. Взглянув на ее ягодицы, вызывающе, соблазнительные, упругие, Уоррен слегка задрожал от возбуждения. Сжав посильнее ивовый прут в руке он размахнулся и со в...

По древней легенде есть место потаённое,
скрытое от посторонних глаз, покровами завешенное
И таится в этом месте желание заветное, запрещённое
Но появится женщина, с сильным взглядом, твердой волей и крепкой рукой
и дано ей будет знание как получить желаемое, где искать искомое
и пойдёт она смело на встречу подвигам...

Пьеса о нас и не только... Вообщем писала о тех людях с которыми общалась здесь на сайте. Может кто себя узнает, или по желанию могу потом озвучить
действующие лица:
граф де Брюссак: бабник, любящий свет и балы
графиня де Брюссак: жена графа. отъявленная стерва, но само божество, как говорят в округе....

раскрашенною мордой
В петлице ведьмин зуб
Иду походкой гордой
В свой Нострадамус-клуб
Лучший день недели – пятница.
Кто с этим не согласен, тот может дальше не читать.
Конечно, и про другие дни недели можно разговаривать. Например, знаете ли вы, в чем причина, если третий день не хочется работать? Ответ простой – среда....

Дверь открылась, впуская в моё обиталище мутный красноватый свет. Вряд ли свет был очень уж ярким, но я всё равно болезненно прищурилась. После абсолютной темноты глаза видели плохо. Я различила смутную фигуру мужчины в проёме.
– Встать, – последовала команда. Тон не терпел возражений. Я подчинилась, хотя это далось мне нелегко: ноги так ослабели, что едва удерживали вес, а хвататься пальцами за стену я не могла. Пришлось подпереться локтём и по сантиметрам привести себя в вертикальное положение. Руки бе...

Той ночью, скрючившись в сыром углу своей темницы и считая бесконечные вереницы секунд, минут и часов, я кое-что поняла.
Боль снова плавала расплавленным маслом перед глазами, окрашивая темноту в жёлтый цвет. Но на этот раз масло не вздрагивало, как в прошлый раз, оно кипело. Масло шипело, как яичница на плите, и стреляло горячими брызгами, от которых меня безостановочно колотило. Казалось, вся Вселенная стала огромным сгустком пульсирующей, ядовито-жёлтой боли. Но какой-то светлый уголок сознания, кроше...

Несмотря на то, что я лежала долго, балансируя на грани яви и сна (порою мне казалось, что прошли недели и месяцы), за мной всё равно пришли слишком скоро. Скрежет засова ударил по ушам стальными розгами, и я застонала вслух. Всё заново. Господи, опять...
Красноватый отблеск озарил каменные стены....

Находясь в забытье, я увидела сон. Во сне у меня не было тела, и нечему было болеть и истекать кровью. Я чувствовала себя как никогда хорошо, паря над туманными белыми просторами бесплотным духом, лишённым формы и образа.
Белоснежные края раскинулись от горизонта до горизонта. Земля, казалось, излучала матовый свет, и я с огромным трудом заметила тёмное пятнышко на фоне этого сияния. Что бы оно из себя ни представляло, там была моя цель. Я устремилась вниз, приближаясь к загадочному пятну, которое разрас...

– Наконец-то мы одни, – удовлетворённо произнёс Антоний.
Я видела его в перевёрнутом виде. Сапоги Антония находились на уровне моего лица, мои пятки – на одной высоте с его шеей. Печь, как и два дня назад, пылала оранжевым огнём, покрывая вещи в камере пыток налётом меди. Флорин сегодня не составил нам компанию, чему старый палач, похоже, был только рад. По крайней мере, в прошлый раз он не позволял себе такой довольной засахаренной улыбки, доходящей до тощих ушей. Подбоченившись, Антоний смотрел на меня...

Арка из чёрного металла завибрировала, на панели, расположенной на её боковой стороне, стали быстро сменяться красные цифры. Мне они ни о чём не говорили. Я была заворожена самим процессом – изменениями, которые на моих глазах происходили с аркой. Под низкое рокочущее гудение голая стена потайной комнаты, которую я видела сквозь арку, стала размываться. В проёме словно клубился туман – вначале еле видимый, потом всё гуще и гуще. Наконец, стена исчезла из моего взора совсем, и посреди серого тумана стали выр...

Похоже, намерение довести мои страдания до апофеоза, втоптать меня в землю стало для Флорина навязчивой идеей. Может быть, он хотел заставить меня пожалеть о тех словах, которые я сказала ему в белой комнате. Я готова была это сделать, но вряд ли это сохранило бы мне зрение.
Бенедикт по-прежнему держался с Флорином подчёркнуто холодно. Но после рассказа о действии блокировщика он заметно поостыл и даже стал бросать в мою сторону любопытные взгляды, как на редкий музейный экспонат. Потерев ладонью лицо, о...

Следующие несколько месяцев прошли очень тихо – по крайней мере, для меня. Вола перенесла нас из замка Флорина в глухом английском графстве пятнадцатого века в Нью-Йорк середины двадцать восьмого столетия – большие войны в этот период ещё не начались, и всем казалось, что цивилизация крепко покоится на массивной колонне своих достижений. Здесь, в просторной квартире на вершине небоскрёба, я проводила день за днём. Присматривать за квартирой не было необходимости – система обеспечения всё делала сама. Но я в...

Ещё до того, как гудение портала-арки прекратилось, и мир за проёмом перестал быть эфемерной мыльной плёнкой, я почувствовала: что-то не так. Тревожные колокольчики звенели в голове, и их переливчатый звук нарастал с каждым мгновением. Я переступила за арку почти в панике, ожидая то ли сердечного приступа, то ли пули в лоб....

Рэйчел Лэмберт открыла саквояж и любовным взглядом окинула многочисленные пачки зеленых банкнот, В каждой пачке было по десять тысяч долларов, Всего в саквояже - полтора миллиона, И это только наличные, которые составляли мизерную часть ее новоприобретенного состояния! Остальное вложено в ценные бумаги. Рэйчел имела право гордиться собой, операция, которую она готовила в течение нескольких месяцев, которая выкачала из нее море знергии и потребовала огромного душевного напряжения, увенчалась блестящим успехо...

Сегодняшний день был на редкость удачным. Началось все с посещения нового салона элитной одежды. Несколько покупок изрядно подняли настроение. Потом фитнесс-центр. Народу было немного, можно было тренироваться без проблем. Зато там был тот инструктор, молодой человек, чуть старше самой Ани, но уже женатый. Аня частенько бросала на него томные взгляды, сексуально изгибалась у него на виду, видя, как загораются его глаза. Ибо было, на что посмотреть. Но он хорошо держал себя в руках, предпочитая отворачиватьс...

Коренастый широкоплечий человек в черном мундире без знаков различия исподлобья смотрел на кадетов, вытянувшихся в проходах между рядами парт. В начале курса все места в этой аудитории были заняты. Теперь же большая часть парт пустовала. «Ну что ж, – подумал он, – все правильно. Так и должно быть. И я был бы дерьмовым начальником курса, если бы не освободил Агентство от ненужного балласта. Тридцать процентов на выходе – этого вполне достаточно…»...

А Йорген с удовольствием выкурил трубочку. Сытно позавтракал. И отправился спать. Ночь выдалась очень уж беспокойной. Вот только сон на полный желудок получился совсем страшным…
…Это была совсем другая девчонка. Низенькая, коренастая, крепенькая. Да и возрастом постарше. Ничего общего с Маришкой. И она была здоровая. Не избитая. Не раненая. Одна здоровая девушка и полсотни человеческих обрубков, перевязанных грязными, окровавленными бинтами. Эта девушка отвечала за этих калек, за этот отработанный войной...

Глава 10

Две недели спустя Татьяна заканчивала прием, когда в кабинет зашел Пахом в сопровождении двух жриц.
-Привет Танечка, вот наши гостьи, они говорят, что вы знакомы.
-Привет сестра.
-Привет Люция и Лютиция, рада вас видеть.
-Я, пожалуй, пойду, сказал пахом и ушел.
-Как дела у вас Татьяна....

Глава 12

Праздник сбора соков проходил на площади поместья где жрицы поставили палатку с оборудованием.
Утром собралась огромная толпа женщин готовых сдать свои соки.
Пахом в этот день освобождал всех от работы кроме дежурных рабочих.
Соки жрицам сдавали добровольно и желающих пройти эту приятную процедуру было предостаточно....

В деревне, затерянной в тени вековых деревьев, парень яйцо монстра. Принеся его домой чтобы сварить на завтрак, из него неожиданно вылупилась миниатюрная девушка невиданной красоты, на голове у нее красовались заячьи ушки, а из спины в районе хвоста росли тонкие щупальца. Долго колеблясь, Артур решил оставить ее, убеждая себя что она не опасна....

=11pt С Машей я был знаком уже более месяца. На протяжении всего этого времени я каждый день думал о ней, и меня все больше и больше влекло к этой неповторимой и прекрасной девушки. Я просто был очарован и заколдован её голосом, походкой, манерой общения и больше всего, конечно её прекрасным телом.
=11pt Да, я просто хотел и желал ее, обнимать, целовать и трахать во все дырочки. Столько возникало в моей голове самых извращенных фантазий. И да, у нас были сексуальные отношения, но как я понял, Маше надо б...

Черное озеро.
Это было в Острожке, что под Катовице, веке эдак в пятнадцатом, а может и в девятнадцатом. Стояло среди ельника Чёрное Озеро, и не было к тому озеру ходу ни птице, ни зверю, ни гнусу. Среди людей ходило поверье, что приближаться к озеру нельзя, а тем паче нельзя девкам на сносях. Но, конечно, всегда найдётся или смельчак, или дурак, или тот, кто хочет укрыться от чужих глаз, а то и вовсе кто пойдёт за грибами, да заблудится. И нет, нет, да и пройдёт у озера человек. И ничего плохого не случ...

Четвертый месяц. Огонёк и Уголёк.

Дело близилось к Рождеству. Уже были заготовлены украшения и выбраны угощения. Люди говорили, в Острожке в этом году святки будут ясные - урожай был обилен, амбары ломились, а свободной мельницы в округе не сыскать было аж до дня зачатия Девы Марии.

Огненная печать Сэль Амона не спешила сдаваться. Маркиз был уверен, что его девочка уже несколько раз всё делала правильно, но желанное освобождение не наступало. Разве он мог ошибиться в расчётах? Хитрый шифр царя...

А следующей была печать мрака.

После рождества прошло две недели. В доме Дали во время пожара погибла не только она. Огонь забрал с собой двоих её детей, а также деверя, мужа и их родителей. Сама Даля не сгорела - она сорвалась с крыши и сломала шею. Загадкой осталось, как трое взрослых мужчин, что были в доме, позволили Дале такое допустить, и люди шептались, что без колдовства не обошлось....

=11ptМесяц 2. Ксендз.

Следующий месяц прошёл для Марички в ежевечерних камланиях. Днём она выполняла обычную работу, а ближе к закату бежала к озеру, сбрасывала одежды и погружала колени в белый песок в ожидании голоса Маркиза. Ожидание часто бывало томительным. Иногда Маркиз начинал почти сразу, иногда ей приходилось стоять на коленях почти до самого заката. Она всегда чувствовала, когда он готовился начинать - озеро слегка приподнималось, чтобы дать глубинам исторгнуть первую команду....