доминирование рассказы и истории

Занавес.
Лена проводила взглядом водителя, уведшего десятилетнего Сашу к машине, и лишь когда чёрный седан растворился за воротами, медленно притворила дверь. Спектакль «Счастливая семья» сыгран.
Она обернулась. Виктор уже стоял у бара, не подошёл, а будто возник. Чёрная шёлковая рубашка расстёгнута до середины груди; от ключиц к предплечьям тянулись плотные чернильные узоры. Он вынул из шкафа бутылку белого. Полдень воскресенья. Вино. Значит, начинается второй акт....

Жизнь в доме Генри и Анабель обрела новое, стремительное и сладостное русло. Случай с Джастином не стал единичным инцидентом, который либо забыли, либо старались не вспоминать. Напротив, он стал краеугольным камнем, на котором выстроилась их новая, гораздо более страстная и откровенная реальность.
Их брак трансформировался в то, о чем они оба лишь смутно мечтали, но боялись озвучить. Анабель расцвела, как никогда. Её походка стала увереннее, взгляд — томным и знающим. Она осознала свою силу, свою женстве...

В постели мы уже были истощены и в наших объятиях Яна заснула со сладким выражением лица, а руками она взялась за наши члены. Мы еще облапали ее, но она не отвечала нам и все заснули.

Утром я проснулся, а Яны в постели не было с нами. Андрей еще спал. Из кухни вкусно пахло. Я пошел на кухню и увидел там Яну, которая жарила блины на завтрак. Она была одета в топик и мини стринги. Я подошел к ней сзади, обнял за талию и прижался к ее попе. Начал целовать ее шею. Она повернулась ко мне и ее руки обняли ...

Пролог Он встал перед ней, и Ева ощутила его тепло — оно нависло, обдало, подавило. Она чувствовала, как каждый нерв в теле замирает в ожидании, как грудь, туго перетянутая ремнями, ноет в ритме сердца, а колени будто вросли в ковёр. Губы, стянутые кляпом, дрожали, дыхание хрипло вырывалось из носа. Он не касался её — ещё нет. Только стоял. И смотрел. Долго. Слишком долго. Будто изучал, любовался, разглядывал её, как вещь, как украшение, как то, что сейчас станет его. Пальцы мужчины коснулись ремня на ...

Пришла пятница. Были планы на выходные, пройтись по магазинах, погулять и даже сходить в кино, но снова вмешался случай. На пороге поздним вечером появились Леха и Вован. Они в своей манере снова напились, а потом ебали меня всю ночь так, как изголодались. После ночного траха мы спали до средины дня. Проснувшись, я пошла в душ, а они начали выпивать. Закончив гигиенические процедуры, вышла к ним. Леха предложил мне показать, где они живут и заодно отдохнуть на природе. Долго не раздумывая, я согласилась. Од...

Мама тихо вздохнула от удовольствия, чувствуя мои почтительные поцелуи. Её ноги, такие знакомые и вдруг ставшие объектом такого трепетного поклонения, были мягкими и пахли дорогим кремом. Я целовал пяточки, каждый пальчик, вдоль подъёма, чувствуя под губами лёгкую усталость мышц. Это было не унижение, а высшая форма благодарности и обожания....

Сэр Элдрик был воплощением рыцарской доблести на турнирном поле, где воздух был густ от запаха пота, конского мыла и раскаленного металла. Его доспехи, отполированные до зеркального блеска оруженосцем, сверкали на солнце, а копье било без промаха. Но стоило ему снять шлем, тяжелый от духоты и тяжелого дыхания, и оказаться в блестящем, пропитанном ароматами воска, дорогих духов и жареного мяса зале королевского замка, его уверенность таяла, как утренний туман над болотами. Он терялся среди изящных речей, зау...

Свадьба под розгой.
Решение его судьбы, подхваченное чутким слухом Андрея, стало для него божественной музыкой. Стоя на горохе, с пылающей, иссеченной задницей, он не чувствовал боли — лишь сладостное предвкушение. У него будет две Госпожи. Мать, которой он поклонялся как божеству, и юная, прекрасная Наташа, которая уже простила его и согласилась принять его поклонение. Это был предел его мечтаний....

Владения графа де Артуа славились своими виноградниками и суровыми законами чести. Но самой большой драгоценностью графа считалась его супруга, юная графиня Элизабет. Ее красота была столь же недосягаемой, как и ее положение. А там, где есть недосягаемый идеал, всегда найдется сердце, готовое обожествлять его издалека....

Варшава начала XX века дышала напряжением и переменами. По улицам, мощеным брусчаткой, уже бегали первые автомобили, пугая извозчиков, но в тихих патриархальных переулках еще царил дух старой Польши. Здесь пахло свежим кофе, душистыми булками из соседней пекарни и влажным ветром с Вислы. Из открытых окон доносились звуки шагового мазурки Шопена и оживленные споры на польском, в котором старинные обороты смешивались с новомодными политическими терминами. Женщины в длинных, закрывающих щиколотки платьях с выс...

Лето 1897 года в Мазовецком воеводстве стояло на редкость душное и знойное. Для молодого шляхтича Яна Бабинича оно началось с цветения лип, а закончилось ледяным пеплом в сердце. Всё его существо было занято образом пани Ядвиги, их прекрасной соседки, вдовы с глазами цвета грозового неба и улыбкой, от которой кружилась голова. Её муж, старый воин, скончался два года назад, оставив ей в наследство не только имение, но и томную свободу....

Адам вернулся в имение раньше срока. Охота была неудачной: ветер сменился и гнал зверя в противоположную сторону. Он вошел в дом тихо, с намерением сорвать досаду на ком-нибудь из слуг, но в прихожей его встретила лишь гробовая тишина. Шляхтич скинул мокрый плащ и двинулся в покои жены.
Дверь в ее будуар была приоткрыта. И оттуда доносился смех. Не тот легкий, серебристый смех, которым Мария отвечала на его шутки, а другой — смущенно-счастливый, низкий, переходящий в шепот. Адам замер на пороге. Он приот...

Гарольд стоял на коленях перед своей госпожой, леди Изабеллой, и чувствовал себя жалким червем. В камине весело потрескивали поленья, отбрасывая танцующие тени на стены, но тепло огня не могло разогреть лед в его груди.
Причина немилости была унизительна. На резной дубовой скамье у камина лежала небольшая горка изящного шелкового белья — те самые кружевные вещицы, что леди Изабелла оставляла там на ночь. Утром Гарольд, поглощенный мыслями о предстоящей тренировке по теннису, проигнорировал их, словно это...

Сквозь сон я почувствовал нежные прикосновения. Но затем кисть обхватила мою наступившую эрекцию и совсем не нежно начала надрачивать с интенсивностью отбойного молотка. К моменту как я открыл глаза к ощущениям добавился обвивающий яйца язык. Спросонья я даже сказать ничего не мог, и просто мычал, пока мычание мое не переросло в крик....

Выкладываю полную версию главы до этого доступную только эксклюзивно. Кроме того, вернулся к активному написанию рассказов и уже опубликовал ряд новинок и продолжения старых серий в своём новом авторском Бусти:

Приятного чтения!
По мнению Лёши, этот угрюмый осенний день длился и так уже слишком долго, но нутром он понимал что самое интересное ещё впереди и этому он явно был не рад. В зале раритетные часы с кукушкой пробили 7 часов вечера. Лёша был дома один, просто молча лежа в тёмной комнате на д...

Мы — Слава и Вика. Мы — тот самый союз, где страсть и нежность идут рука об руку, создавая свой особый, шумный и прекрасный мир.
Я — Вика, 28 лет. Администратор в салоне красоты, чья жизнь — это искусство создавать уют. Я — сердце нашего дома. Мои пышные формы, моя улыбка и моя энергия — это то, что заставляет наш дом дышать, пахнуть свежей выпечкой и громко смеяться....

Лодзь, 1930-е годы. Город, живущий под дымным небом текстильных фабрик, где валютой были не только злотые, но и сплетни. Ванда была жемчужиной этого города, но не той, что пылится в витрине, а той, что сверкает в руках умелого ювелира. Ее красота была глубокой, завораживающей — светящиеся волосы, уложенные в гладкую волну, и глаза цвета балтийского янтаря. Она носила лёгкие платья в мелкий цветочек, подпоясанные на талии, и туфли на невысоком каблуке, чей стук по брусчатке старого города заставлял мужчин об...

ИСПЫТАНИЕ
Игорь был на грани. Завтрашняя сделка — многомиллионный контракт, от которого зависела судьба всего филиала, — висела на волоске. А он, как последний неудачник, чувствовал лишь парализующую апатию и размытую тревогу. Мысли путались, воля растекалась как желе. Он знал этот состояние — знакомое, мерзкое, пожирающее изнутри. Обычные методы — кофе, угрозы самому себе, попытки «взять себя в руки» — не работали. Ему был нужен шок. Катарсис. Жестокое и безоговорочное очищение через боль....

Стив опустился на колени на прохладный паркет, и его губы коснулись стопы жены. Он начал свой ритуал поклонения, как жрец, читающий давно заученную мантру. Каждый поцелуй в нежную кожу подошвы, каждый миг, когда он чувствовал легкий вкус соли и кожи, возвращал его в далекое прошлое, к истокам его обожания....

Два года в армии пролетели как один день, серым, безрадостным рутинным днем. Штабная работа спасала от тягот казармы, но не от тоски по одному-единственному человеку. Письма Ирины были моим спасением и моей пыткой. Каждое слово, в котором она с циничной откровенностью описывала своих новых любовников, ранило меня в сердце, но одновременно заставляло кровь стынуть и бешено стучать в висках. Я перечитывал их, стоя на коленях у своей койки, целуя бумагу, на которой оставались следы её духов, и мучался от сладо...

Ноги Аделлы и Дэвида, покоившиеся на спине Нила, были тяжелы и недвижны. Он лежал, прижавшись щекой к прохладному паркету, вдыхая пыльный запах пола, смешанный с ароматом ее дорогих духов и его пота. Он был всего лишь предметом мебели, скамейкой, и в этом была своя, странная, медитативная удовлетворенность....

Инстаграм – это глянец. Лаковая прокладка между мной и миром. Там я – Глория. Дурацкое имя, которое выдрали из какого-то бразильского сериала мои родители-колхозники, наивно верившие, что дочь станет принцессой. Принцесса с запахом силоса за пазухой.
На фото: я за завтраком. Идеальный кадр, вылизанный фильтром. Бледная кожа, работающая на контрасте с черными волосами, – выглядит как фарфор. Голубые глаза, подкрашенные приложением, смотрят в объектив с легкой негой. Чашка кофе с пенкой, два тоста. Ни крош...

Кира, как я понял, не была намерена отступать от своих планов – использовать меня не совсем по прямому назначению. Хотя, кто же знает своё истинное назначение?
Девушка нажала кнопку на основании вибратора, который в ответ зажужжал и завибрировал: - Ну что, как тебе мой верный дружок? Он похоже, не против с тобой познакомиться... У него же даже имя есть – Шуршунчик... И Шуршунчик хочет мужской ласки... Шуршунчик, познакомься – это Антоний... Он немного стесняется, но, если мы его с тобой сильно попросим.....

Противный прыщ не нашел себе другого места, чем центр щеки. Джек вторые сутки объезжал прыщ безопасой бритвой, в результате вокруг уродливого пузыря колосились еще более уродливые волосинки разной длины. Джек с досады сковырнул эту пакость и теперь щека сочилась красным и бесцветным. А на шее рос следующий, вот гадость. Девятнадцать лет, третий курс университета и в наличии деньги - родительский перевод. Куда пойти? Банальный бордель не прельщал, скучно, лучше уж ночной клуб, но там дорого, а тут намечалось...

Почти весь следующий день, начиная с совместного завтрака, профессор не проронил ни слова. День Паулы прошёл без происшествий – лекции и учебные занятия занимали большую часть времени, и она была рада вернуться домой, чтобы спокойно позаниматься. Профессор оставил записку: "Ушёл, вернусь поздно". Вот и всё, что было написано. Паула разобрала почту на столике в прихожей и по дороге в гостиную прочитала первое из своих писем. Внезапно она остановилась, заметив фигуру, стоящую в центре гостиной, и ахнула от не...

Шестая часть произведения, состоящего из восьми внушительных глав. Его общий объем составляет 686 тысяч знаков. Хочу заранее предупредить, что с каждой частью в этот порно-роман привноситься все больше элементов фемдома и ситуаций с описанием ситуаций М+М, поэтому ярых противников подобных явлений прошу отказаться от прочтения. ;)...

Третья часть.
— Ты так рад меня видеть? – сказала она, глядя на торчащий вверх, толстый член мужчины, - ой, здрасте Константин! Ого, да вы тут не скучали! Я быстро! – сказала девушка, по-свойски чмокнула Сержанта в щёку, скрылась в ванной комнате.
Сержант в растерянности вошёл в комнату, сел на край дивана, - посмотрел на Розу....

Блядь, жизнь – сука такая, что иногда просто нет выхода. Я, твоя мама, всегда была той, кто вкалывал на рынке у этих кавказских ублюдков, торгуя их гнилой херней – помидорами, огурцами, всякой хуйней. Но бабки – копейки, а долги растут, как хуй в штанах. Муж твой отец давно уехал к молодухе, а ты, сынок, жрешь, как слон, и школу надо оплачивать. В один вечер я сижу дома, смотрю в пустой холодильник и думаю: "На хуй это всё. Я ещё не старуха, сиськи большие, жопа мясистая – пойду на трассу, встану, как шлюха...

После случая на даче, Яна очень часто была игривой и в разговоре у нас часто проскакивало, что нужно дальше реализовывать наши желания. Однажды, когда мы были в постели и Яна мне отсосала член, она говорит мне:

— Помнишь, как я на даче говорила, что хочу почувствовать, как меня насаживают на два члена? - сказала она мне, глядя мне в глаза....

Глава 24. Воспитание Лебедевых.
Новый день, в отличии от предыдущего богатого на события ничего такого не предвещал. Проснувшись, Кира неторопливо приняла душ, заметно припухшие нижние губки, немного слипшиеся, как и чуть зудящие соски, с восторгом приняли обливание прохладной водой. Быстрый завтрак себе, пара бутербродов дочери, чашка кофе и разбудив сонную школьницу, Кира вышла за дверь....