бдсм рассказы и истории

Здравствуйте!
Был бы рад пообщаться с такой утонченной мучительницей, как Вы! Я взрослый, обеспеченныйи и адекватный мужчина 34 лет... По жизни у меня хватает дел и забот.. и меня это устраивает... что мне реально не хватает, так это сильной, красивой женщины, способной меня победить, сломить мою волю и подчинить себе. заводит то, о чем вы пишете в ваших произведениях. Чувствую иногда, особенно ближе к концу недели, как надоело командовать на работе (у меня своя фирма), отдать бы себя в рабство на все вы...

Обычная, небольшая кухня, ничего особенного. Компактно расположенный стол, холодильник, 2 мягких кресла без подлокотников, плитка и кухонные тумбы. Около одной из тумб стоит девушка, ловко манипулируя продуктами, рядом с ней, на плите, кастрюля. На девушке длинная розовая рубашка, закрывающаяся бедра и часть ног и черные спортивные носочки без пяток и ступней. Девушка энергично скачет по кухне, погруженная в процесс, шепотом напевает какую-то песенку. Атмосферу нарушает скрип двери и на кухню входит Он, не ...

... Бесконечно остро вожделею боль, что таится в его неповторимо - жестоких руках и невесомо устремляется к моим изнывающим от жажды нервным окончаниям, взрывая их бессчетной россыпью мучительных мгновений. Иногда протяжных, медленно изматывающих, когда кажется, будто секунды остановились, иногда резких, тотально поглощающих, перехватывающих дыхание в своей яркости и глубине. Бесценные, долгожданные мгновения страданий......

- Придержите дверь! - Завопила Настя, одним метким прыжком преодолев расстояние в два метра, и впечаталась в толпу людишек, набившихся в вагон. Двери за ней захлопнулись и поезд тронулся.
- Ох, девушка, у вас горит, что ли? - Простонала женщина, с которой Настя поневоле оказалась в почти интимной близости. Настя не стала уточнять где и что у неё горит - ведь её грудная клетка не имела маневра для движений....

Познакомился мальчик с девочкой. совсем недавно. ей 18, ему 22. несколько встреч, взаимное притяжение, гармония, не оторваться просто...
и уже секс был несколько раз. Красиво, романтично. предсказуемо вроде, но однажды...
Любили горячо и страстно, накал страстей, кровать не выдерживала - пришлось застелить пол и перебраться на него... и от мебели подальше (чтоб не сломать чего-нибудь) .. вот уже поднимается волна обоюдного одновременного взрыва, такого, который выносит сознание на минуту ему, а ей на ...

- What I want, when I want, how I want. Understood?
-Yes, sir.
Экшн начинается с вдоха на выдохе. Грудная клетка тяжело вздымается, грудь распирает ткань платья. Вера идет на подгибающихся ногах от ванной к комнате. Стандартная однушка на северо-западе Москвы - арка вместо двери в комнату. Пять коротких шагов, и еще половина - просто чтобы отсрочить начало....

1. Поднимись по лестнице вниз. Шаг первый
Она была не такая как все. Все были красивыми и желанными, а она нет. К тому же, у нее было 4 глаза. Да, да! И еще она была пышечкой. Некоторые ее назвали даже жирной, но она не была уродиной, просто носила очки и ее талия была скрыта от постороннего взгляда, где-то вглубине туловища. Каждый раз, когда она смотрела в зеркало, она ненавидела свое отражение все больше и больше, и хотела наказать это тело, за то, что оно прилепилось к ней и портит ей всю жизнь. И во...

Я люблю тебя Мастер… тихо прошелестел ЕЁ голос….
Меня передернуло как от удара разрядом электрического тока. Но Она так и ничего не заметила. Её нежные черные волосы причудливым водопадом свисали с моих колен. Она не подымала головы от моих ног, задумчиво теребя и поглаживая только что полученный кожаный двухцветный ошейник. Он прекрасно контрастировал красным цветом с белизной её кожи. Благородным отблеском сквозь каскад волос блеснуло тусклое серебро таблички с именной надписью. Сразу вспомнился лукавы...

– Итак, – сказала Моника, – мы с тобой уже пришли к выводу, что настоящего реального рабства, такого, как было при подлинных рабовладельческих режимах, мы с тобой не сможем создать. Но мы можем попытаться создать такой его вариант, который можно было бы назвать… ну компромиссным что ли. Для этого нам придётся, как тебе, так и мне, произвести своеобразное раздвоение личности. Что я имею ввиду. На людях, на работе, в обществе, короче говоря, для всех других людей мы с тобой должны оставаться такой же респекта...

Утро. Половина седьмого, за окном только-только начинает светать. Но я уже вскакиваю со своей подстилки у двери в спальню Госпожи. Да, теперь моё место здесь. Даже на полу, но в спальне Госпожа не позволила мне спать, отведя мне место за дверью, тем самым ещё раз подчеркнув моё теперешнее положение. Моя постель состоит из тюфяка, брошенного прямо на пол, и грубой дерюги вместо одеяла. Подушки нет. Рабу подушка не полагается....

По счастью мне удалось очень хорошо выполнить все приказания Госпожи, и день закончился так же хорошо, как и начался. Вечером я удостоился поцелуя туфельки Госпожи. И я был на седьмом небе от счастья. Но уже то, что случилось на следующий день, спустило меня с облаков на землю и послужило для меня таким уроком, который запомнился мне надолго....

В безумном отчаянии от случившейся ужасной вещи я забегал по дороге в поисках попутной машины. У меня мелькнула мысль взять машину Майка, но я вспомнил, что у неё спущено колесо. И к тому же я был выпивши, и любой полицейский мог меня остановить. Время было позднее, а Майк жил в малонаселённом районе, поэтому как назло ни одной машины не было видно. Прошло минут двадцать, прежде чем возле меня остановился какой-то фургон. Я запрыгнул в него и уселся рядом с насквозь прокуренным водителем. Фургон тащился со ...

Из клетки я был выпущен лишь спустя несколько часов. Госпожа пришла в чулан в одной ночной кружевной комбинации, на её обнажённых ногах были босоножки. Когда она выпустила меня, я получил возможность взглянуть на её лицо. Оно было раскрасневшимся, глаза горели странным огнём. Сомнений в том, чем она была занята эти несколько часов, не оставалось никаких....

Уже час я сидел в полицейском отделении, без конца давая показания о случившемся. Инспектор Стаббс недоверчиво смотрел на меня сквозь выпуклые линзы сильных очков.
– Я всё же не понимаю, мистер Карсон, – тягучим голосом гнусавил он, каким образом Вы оказались на месте происшествия.
– Я же Вам объясняю, – нетерпеливо сказал я, – что я поехал короткой дорогой, поскольку торопился....

Вечер этот запомнится мне надолго.
Уже час я стою на коленях перед закрытой дверью в спальню Госпожи в ожидании наказания за ослушание. И вот, наконец, долгожданный хлопок в ладоши. Он негромкий, но для меня он звучит как набат. Это сигнал.
Я осторожно открываю дверь и вползаю в комнату. Мне нельзя поднимать глаза. И поэтому я могу видеть лишь нижние части ног Госпожи, которая на этот раз не сидит на постели или в кресле, как обычно в таких случаях, а стоит посреди комнаты. И на этих ногах надеты изящ...

Я остался в полной темноте. Уже через непродолжительное время всё моё тело ныло от ужасно неудобного положения. Связанные за спиной и подтянутые кверху руки затекли, вывернутые назад плечи ломило. И жгла острая боль от впившихся в моё тело хищных зубьев зажимов, которыми ко мне было прикреплено влажное бельё Госпожи. Она не стала затыкать мне рот, и я мог стонать....

Машина наша на большой скорости неслась по прекрасной дороге. Стояло ясное утро первого рабочего дня следующей недели. Я был за рулём, а на заднем сиденье сидела моя прекрасная любимая Госпожа. В зеркале я краем глаза мог её видеть. Она сидела у полуоткрытого окна, и летящий навстречу ветер шевелил её чёрные волосы, отбрасывая их с её красивого лба. Глаза её были чуть прищурены, а на алых губах играла так хорошо мне знакомая её добрая и чуть насмешливая улыбка....

Прошёл час с того момента, как Госпожа скрылась за дверью особняка. Взглянув на окна второго этажа, я видел свет за плотными шторами. Но что там происходило, я не знал, и не полагалось мне знать. Поэтому я прогуливался взад и вперёд по дороге вдоль особняка.
Через некоторое время стал накрапывать дождь. Я подумал, что мы не взяли с собой зонтик. Да и зачем нужен был зонтик, если была машина. Не мог я предположить, что нам придётся обходиться без неё. Я вспомнил, что когда мы шли сюда, дорога была далеко ...

Судьбе угодно было на два месяца разлучить меня с моей Госпожой. Она уехала по своим делам, не взяв меня с собой и приказав мне остаться дома. О, как долго тянулись эти месяцы. Временами мне казалось, что я не доживу до её возвращения. Свет померк для меня. Наверно именно в эти дни я со всей отчётливостью понял, что значит для меня Госпожа. Последнее время я не мыслил себя иначе, как её рабом, её вещью, созданной лишь для исполнения её желаний. В этом было моё главное предназначение. А всё остальное – работ...

И вот теперь мне предстояло самому себя наказать. Нет, конечно же, по сути дела наказывала меня Госпожа, находясь за многие километры от меня. Но непосредственно привести наказание в исполнение предстояло мне самому.
Как ни странно, мне не доводилось до сих пор делать этого, хотя моё знакомство с Моникой началось именно с виртуального общения. Казалось бы, она ещё тогда могла бы приказать мне сделать нечто подобное. Но почему-то она не приказывала мне тогда самому себя наказать. Наши тогдашние наказания ...

– А-а-а-а! – закричал я, будучи не в силах сдерживаться, когда Госпожа с размаху вытянула меня плетью по голой мокрой спине. Следующий удар, последовавший сразу за этим, пришёлся на левую ягодицу и исторг из меня новый вопль. Да, Госпожа оказалась права. Я действительно несколько отвык от плети. И удары, которые ещё два месяца назад были для меня вполне терпимыми (хотя всё равно болезненными), сейчас казались мне просто мучительными. Третий, особенно жестокий удар по середине спины подтвердил это....

А потом был выход – долгий, мучительный и сладкий из этой пропасти. И как путник, истомившийся после долгого карабкания по крутым склонам и упавший прямо на краю пропасти, не в состоянии даже пошевелиться, так и мы лежали на кровати, соприкасаясь горячими телами и не вполне отдавая себе отчёт, что же всё-таки сейчас с нами произошло. Госпожа очнулась первой и, легонько толкнув меня ножкой, приказала:...

Понедельник каждой рабочей недели всегда был для меня хлопотным. Но этот особенно, поскольку предстояло мне не совсем обычное и нелёгкое дело. Уже когда я подъезжал к зданию нашей компании, все мои мысли были заняты именно им. Через пятнадцать минут я уже входил в свой офис.
Грег Фишер уже сидел на своём месте, а Шейлы не было. И хотя формально до начала рабочего дня оставалось ещё несколько минут, я недовольно проговорил:...

Вечер этого сумасшедшего дня я встретил в офисе Уилкинсона. Голова уже гудела от проделанной огромной работы, но всё равно оставалось огромное желание довести её до конца.
Уилкинсон, в течение последнего часа не вымолвивший ни слова, весь погружённый в изучение вороха бумаг и монитора компьютера, наконец откинулся в кресле и заворотил ноги на стол....

– Как Вы сказали? – переспросил я Уилкинсона.
– Колин, – ответил он и взглянул на меня. Затем усмехнулся.
– Ах вот Вы что имеете ввиду. Не Колин Риген ли это? Не думаю. Вряд ли не совсем психически нормальный человек сможет воротить крупными финансовыми делами. Да и мало ли Колинов?
– Не знаю, не знаю, – ответил я, – не взялся бы судить....

По приезде домой я прежде всего отчитался Госпоже о результатах поездки
– Всё уже совершенно ясно, – резюмировал я свой рассказ, – данных достаточно для того, чтобы Риген оказался там же, где сейчас Финнеган.
Госпожа смотрела опять-таки сквозь меня, лицо её было бесстрастно. Какое-то время она молчала, видимо собираясь с мыслями....

Некоторое время Госпожа молчала, видимо в изумлении от моего совершенно немыслимого поведения. Я весь сжался, в страхе ожидая жестокого удара. И вообще тягчайшего наказания. На глазах у меня были слёзы. Госпожа внимательно смотрела на меня, что-то обдумывая. Наконец она сказала:
– Встать.
Я поднялся на дрожащие ноги и уже расставил их в ожидании удара по своим яйцам. Но Госпожа повернулась и приказала:...

– После того, как я с ним рассталась, меня очень скоро захлестнули новые впечатления и знакомства, – продолжала Госпожа, – но в то же время я не могу сказать, что забыла его. Нередко я вспоминала о нём, и, как правило, с некоторым сожалением. А потом начались встречи с тобой. Сначала виртуальные, а вслед за ним мы встретились и реально. Я тебе уже рассказывала о моих тогда возникших чувствах, так что повторять не буду. Но скажу одно. Если с ним я всё время чувствовала себя в лучшем случае ученицей, если не ...

– Да, – продолжала Госпожа, – он позвонил мне на мобильник на следующий же день. «Здравствуй», – услышала я в трубке его густой баритон. «Здравствуй», - ответила я. «Ты хочешь со мной увидеться? » – спросил он. Заметь, он не спросил «могу ли я с тобой увидеться? », как обычно в этих случаях спрашивает мужчина. Он спросил, хочу ли я с ним увидеться. Я хотела. Но я не хотела ему об этом говорить. И первой моей мыслью было сказать ему: «Нет, у меня много дел». Но я сказала: «А ты хочешь этого? » «Да, Моника, –...

– Да, – продолжала Госпожа, – я должна была принудить его к повиновению тем, что поставить его перед угрозой кастрирования. Мне никогда раньше самой не приходила в голову такая мысль, это целиком и полностью была его идея. Но он сумел это подать так, что я была уверена, что сама это придумала. Что ты такими глазами на меня смотришь?...