SexText - порно рассказы и эротические истории

Охота на маму. Насилует маму Часть 1 (с фото)










Охота на маму. Часть 1

Друзья.

Кто, меня давно читает, знает, что почти во всех моих рассказах есть капелька личного опыта. Но этот рассказ отличается от остальных. В нем нет личного опыта. Так получилось, что один очень близкий мне человек после того, как прочитал рассказ «А мальчик уже вырос», рассказал мне свою историю, произошедшую с ним в юности. На основе этой истории и родился этот рассказ. Что тут правда, а что вымысел, каждый решит для себя сам.

Приятного чтения.

Ваша Анна К.

Саша сразу почувствовал, как утренний стояк прижимается к ткани трусов, тёплый и плотный. В комнате было светло, шторы не до конца задёрнуты, и по потолку ползла полоска солнечного света. Он полежал несколько секунд, прислушиваясь к квартире. Тишина стояла полная, без привычного шума чайника или шагов матери по коридору. Саша сел, потёр лицо ладонями, на которых ещё оставались следы сна, и громко, на всякий случай, крикнул:

— Мам!

Ответа не последовало. Он подождал ещё немного, потом встал, вышел в коридор и заглянул в её комнату. Кровать была заправлена, на стуле не висело ничего из вчерашней одежды. Значит, ушла на смену рано. Убедившись окончательно, что дома он один, Саша вернулся к себе, сел за стол и включил компьютер. Пока системный блок гудел и монитор загорался, он уже спустил трусы до колен, обхватил член рукой и несколько раз медленно провёл ладонью от основания к головке, чувствуя, как кожа натягивается и становится ещё более чувствительной. Зашёл на любимый сайт, выбрал категорию «молодые парни и зрелые женщины», открыл ролик, где пышная женщина с большой грудью и широкими бёдрами сидела верхом на худом парне. Звук он, по привычке, сделал тихим, но всё равно слышал её стоны и влажные звуки. Член в руке быстро стал полностью твёрдым, головка потемнела и начала слегка блестеть от выступившей смазки. Саша двигался не спеша, иногда останавливаясь, чтобы растянуть удовольствие.Охота на маму. Насилует маму Часть 1 (с фото) фото

Он уже чувствовал, как внизу живота начало собираться знакомое тяжёлое тепло, когда вдруг услышал щелчок замка и поворот ключа в двери. Саша дёрнулся, быстро закрыл вкладку, свернул браузер и натянул штаны, едва успев убрать руку. Из коридора донёсся голос матери:

— Саш, ты уже проснулся? Я дома!

Он зло выдохнул, поправил член так, чтобы он не так сильно выпирал, и ответил, стараясь, чтобы голос звучал обычно:

— Да, мам. Чего так рано?

Светлана, ещё не сняв туфли, объяснила, что коллега Галя попросила поменяться сменами. Сегодня она вышла за неё, а в следующий раз Светлана выйдет за Галю. Голос у матери был усталый, но спокойный. Саша сидел за столом и чувствовал, как возбуждение, которое уже почти дошло до точки, теперь застряло где-то посередине, тяжёлое и раздражающее. Член не опадал полностью, продолжал пульсировать под тканью, и от этого внутри поднималось глухое недовольство. Он понял, что продолжить сразу не получится, и эта нереализованная энергия начала давить, делая всё вокруг чуть более резким и неприятным.

Светлана ушла в свою комнату переодеваться. Саша подождал, пока дверь за ней закроется, снова открыл сайт и постарался быстро довести себя до логического конца. Но не прошло и минуты, как снова раздался щелчок двери — мать вышла. Он опять свернул монитор, опять поправил штаны и опять почувствовал, как злость поднимается выше. Светлана прошла мимо голос её звучал уже бодрее:

— Сань, достань стремянку, пожалуйста. Хочу шторы поменять. Сегодня время есть, надо будет постирать.

Саша зло выдохнул сквозь зубы. Раздражение от того, что его дважды прервали и не дали кончить, только усилилось. Он встал, пошёл в кладовку, достал стремянку, и вынес её в комнату матери. Поставил, раздвинул ножки и уже думал, что пока она будет возиться со шторами, он успеет сбегать в туалет и закончить начатое. Но Светлана решила иначе. Она подошла, посмотрела на стремянку и сказала:

— Сашок, подержи её, чтобы я не грохнулась. Стремянка шатается.

Саша раздраженно взялся за боковые стойки, чувствуя, как металл холодит ладони. Она полезла наверх. Светлана забралась на вторую ступеньку, потом на третью.

— Держи сильнее, крепче, чтобы я не упала.

Он держал. Светлана начала переступать с ноги на ногу, отжимая прищепки на которых висела штора, и стремянка зашаталась сильнее.

— Ой, Санек, ну держи крепче!

Он невольно поднял взгляд на её голос — и взгляд упал прямо под халат. В первый момент случился чистый сбой: глаз уже увидел, а мозг ещё не успел назвать. Это были не «мама», а внезапный фрагмент того, что он сотни раз видел на экране — кожа, изгиб, ткань. Под халатом оказались большие гладкие бёдра и ягодицы, между которыми уходила тонкая полоска трусиков, плотно зажатая между большими шарами попы.

Реакция тела пришла раньше мысли — резкий прилив жара в лицо и в пах, короткое, судорожное сокращение мышц живота. У Саши моментально пересохло во рту, в глазах на секунду потемнело, и всё утреннее нереализованное напряжение, которое ещё сидело в теле, резко ударило вниз. Член мгновенно стал полностью твёрдым, так сильно, что головка упёрлась в ткань треников и начала болеть от давления. Почти сразу поверх этого наложился ужас: она может заметить, куда он смотрит. Он быстро отвёл взгляд вниз, на пол, и попытался отдышаться, но картинка стояла перед глазами. Голова закружилась, стало душно, как будто в комнате внезапно не хватило воздуха, а сердце застучало так сильно, что он слышал его в ушах.

— Саш, держи крепче! — снова сказала мать сверху, не оборачиваясь.

Саша вцепился в стремянку сильнее, костяшки побелели. На лбу выступила испарина, дыхание стало коротким и частым. Он немного успокоился, заставил себя дышать через нос и осторожно, очень медленно снова поднял взгляд под халат, на этот раз задержав его дольше. Часть сознания кричала «не смотри, не думай», а другая часть, привыкшая к порно, уже сравнивала. Слишком похоже. Слишком живое. Слишком близко. Он разглядывал широкие ягодицы матери — большие, аккуратные, без единой неровности, кожа гладкая и светлая, а между ними тонкая полоска трусиков уходила глубоко и натягивалась при каждом её движении. Именно такие, какие он видел в любимых роликах, только здесь они были настоящими. От этого сравнения внутри становилось ещё хуже — появлялась тошнота и одновременно усиливалось возбуждение. Эти два ощущения не отменяли друг друга, а существовали рядом и усиливали друг друга. Член налился ещё сильнее, пульсируя так, что Саша почувствовал, как по стволу проходит волна. Он понял, что ещё мгновение — и он кончит прямо здесь, стоя и держа стремянку, без единого прикосновения к себе. Накопленная с утра энергия и то, что он сейчас видел, сложились вместе и дали такой результат, что внизу живота начало сводить. Стыд пришёл не сразу, а с небольшой задержкой — не моральный, а стыд за то, что тело предало. Он чувствовал, как член твердеет ещё сильнее, и это казалось самым унизительным. Появилось почти физическое желание сжать ноги, чуть согнуться, как-то спрятать реакцию, но он стоял и держал стремянку, делая вид, что всё нормально.

— Всё, я слезаю. Сняла. Молодец, помог.

Светлана сняла последнюю прищепку, шторы упали на пол с мягким шорохом. Она начала спускаться, медленно и тяжело, опираясь на стремянку. Саша быстро отвёл взгляд, уставился в пол и держал конструкцию, пока она не спустилась полностью. Ничего не подозревая, Светлана посмотрела на него и спросила:

— Саша, а ты чего бледный какой-то?

У него были сухие губы, и голос вышел неуверенным:

— Да всё нормально. Просто держал крепко.

— Ну ладно. Молодец, спасибо тебе.

Светлана собрала шторы с пола, сложила их и унесла в ванную, чтобы закинуть в стиральную машину. Её шаги удалились по коридору.

Саша так и стоял, сцепившись со стремянкой, осмысливая произошедшее. Для него это был шок. Он не думал в эту секунду о том, что это его мать. Перед глазами стояли эти широкие, гладкие, зрелые ягодицы, член предательски выпирал из треников так сильно, что ткань натянулась и стала почти прозрачной на головке.

В голове понеслись оправдания — попытка объяснить себе, что ничего не было. «Я просто случайно глянул», «это не считается», «я ничего не почувствовал». Но эти мысли звучали фальшиво даже для него самого, потому что порно-привычка уже сделала своё: мозг автоматически дорисовал контекст, который он обычно видел в видео с, его любимыми, зрелыми женщинами. И от того, что наложилось на мать, возникло особенно мерзкое ощущение — смесь отвращения к самому себе и странного, почти болезненного любопытства.

Он быстро сложил стремянку, отнёс её в кладовку, закрыл дверь и почти бегом направился в туалет. Как только зашёл, закрыл за собой дверь, спустил штаны и трусы и дотронулся до члена, моментально вылетела тяжёлая, густая струя. Это был самый яркий оргазм в его жизни. Он так никогда не кончал. Поток шел откуда-то изнутри, снизу, сильный и непрерывный. Он даже не успел толком обхватить ствол — струя ударила прямо на бачок унитаза, мутно-белая и густая, и ещё несколько толчков выплеснулись следом, пачкая стену и пол.

Саша отдышался, опёрся рукой о стену. В глазах потемнело, как будто что-то взорвалось внутри, ноги ослабли, и ему пришлось немного согнуться. Накатила тяжёлая, неприятная пустота. Возбуждение схлынуло слишком резко, и на его месте остался только стыд, который теперь уже не разбавлен возбуждением. Он постоял несколько секунд, тяжело дыша, потом сполз по стене на пол, сел и обхватил колени руками.

Капля спермы медленно скатывалась по бачку. Ему стало физически противно от самого себя. В голове крутилась одна и та же мысль: он только что кончил, вспоминая то, что увидел под халатом у матери. От этой формулировки становилось ещё хуже. Он оторвал кусок туалетной бумаги, вытер всё, смыл.

Весь день Саша ходил как в тумане. После туалета, руки ещё какое-то время слегка дрожали, а в теле оставалась тяжёлая, липкая пустота, которая не давала ни сосредоточиться, ни отвлечься.

Он старался не смотреть на мать. Когда она проходила мимо или заходила на кухню, он отводил взгляд в сторону, смотрел в пол или в окно, но всё равно краем глаза ловил движение её бёдер под халатом и то, как ткань натягивается на груди, когда она поднимает руки.

Грудь у матери оказалась достаточно большой и очень аппетитной — он для себя это открыл только сегодня, хотя видел её каждый день. Раньше он просто не обращал внимания, а теперь каждый раз, когда взгляд случайно задерживался, внутри поднималась короткая волна жара, и член слегка дёргался под трениками, даже если он ничего не делал. Саша сразу одёргивал себя, сжимал челюсти и пытался думать о чём угодно другом — о том, что нужно сделать по дому, о том, что мать устала после смены, о чём угодно, только не о том, что было утром. Но картинка всё равно возвращалась сама: широкие гладкие ягодицы, тонкая полоска трусиков, уходящая между ними, то, как ткань натягивалась, когда она переступала. От этих мыслей становилось душно, хотя в квартире было не жарко.

Светлана ничего не замечала. Она занималась своими делами — постирала шторы, повесила их сушиться, потом готовила обед, разговаривала с ним обычными фразами про еду и про то, что завтра снова на работу в поликлинику. Саша отвечал коротко, односложно, и каждый раз, когда она обращалась к нему, он боялся, что голос его выдаст. Внутри сидело постоянное, низкое напряжение. Утреннее возбуждение не ушло полностью. Оно осталось где-то глубоко, внизу живота, и время от времени поднималось короткой горячей волной, особенно когда он слышал её шаги или чувствовал запах её кожи, проходя мимо. Он гнал от себя эти мысли, пытался заглушить их, но они возвращались сами, уже без усилия.

В этот день он больше не мастурбировал. Даже не пытался. Казалось, что если он сейчас снова возьмёт член в руку, то картинка под халатом встанет перед глазами ещё ярче, и он кончит именно от неё, а этого он не хотел признавать.

Вечером, когда стемнело, и мать ушла к себе в комнату, Саша лёг в кровать и закрыл глаза. Он думал, что усталость возьмёт своё и он просто уснёт. Но стоило ему остаться в темноте и тишине, как перед глазами снова встали ягодицы матери — большие, гладкие, именно такие как ему нравилось. Картинка была такой же чёткой, как утром, когда он смотрел снизу вверх. Член сразу стал колом. Не постепенно, а резко, так, что ткань трусов натянулась и головка упёрлась в неё, чувствительная и горячая.

Саша перевернулся на бок, потом на спину, попытался думать о чём-то другом, но ничего не получалось. Каждый раз, когда он чуть расслаблялся, память сама подсовывала тот момент на стремянке: как она переступала, как халат расходился, как он держал лестницу и не мог отвести взгляд. Возбуждение нарастало тяжело и упрямо. В паху становилось горячо, яйца подтягивались, внизу живота тянуло так, будто там что-то натянуто и не отпускает. Он лежал и чувствовал, как сердце начинает биться чаще, как только позволяет себе вспомнить чуть подробнее. Стыд был. Он никуда не делся — липкий, холодный, сидел где-то глубоко. Но стыд больше не останавливал. Наоборот, от него возбуждение становилось ещё плотнее и острее. Ему было противно, что он сейчас это чувствует, и именно поэтому тело реагировало сильнее.

Саша понял, что уже ничего не может с собой поделать. Он спустил трусы, обхватил член рукой и начал медленно двигать ладонью. В голове стояла только одна картинка. Он не пытался её прогнать. Движения были короткими и очень быстрыми, почти сразу, всё собралось в одну точку. Оргазм пришёл резко, судорожно, сильнее, чем обычно. Сперма выплеснулась на живот и пальцы, горячая и густая, и несколько секунд он просто лежал, тяжело дыша, чувствуя, как сокращаются мышцы. Потом накатила та же тяжёлая пустота, что была утром в туалете. Только теперь к ней примешалось ясное понимание: он только что кончил, вспоминая мать. И это уже нельзя было списать на случайность.

Он лежал в темноте и чувствовал, как семя остывает на коже, и внутри начался торг.

Сначала он пытался объяснить себе, что ничего особенного не произошло. Просто увидел случайно, просто тело отреагировало, потому что с утра не кончил, потому что привык к таким картинкам в роликах. «Это не считается», «я ничего не хотел», «это просто так получилось». Но мысли звучали фальшиво. Потому что порно-привычка уже сделала своё дело: мозг автоматически наложил на увиденное те ролики, которые он смотрел каждый день — зрелая женщина и молодой парень. И от того, что эти мечты и фантазии лёг именно на мать, возникло мерзкое, липкое ощущение, смесь отвращения к самому себе и странного, почти болезненного любопытства. Он одновременно хотел, чтобы этого никогда не было, и не мог перестать мысленно возвращаться к тому, что увидел. Картинка не уходила. Она стояла перед глазами даже сейчас, когда он уже кончил и лежал в темноте.

Саша гнал эту мысль, по она опять возвращалась к нему.

Он больше не может смотреть на мать по-прежнему.

Саша лежал и чувствовал, как внутри что-то сдвигается. Не резко, а медленно и тяжело. Та сексуальная, красивая, зрелая женщина, которую он видел где-то далеко в интернете, в постановочных роликах, — она здесь, рядом, в соседней комнате. Она спит за стенкой. И её нужно добиваться. Эта мысль пришла не как вспышка, а как плотное, почти спокойное понимание. Страх был. Стыд был. Но вместе с ними появилось и направление. Он больше не хотел просто гнать эти мысли. Он хотел понять, насколько далеко это может зайти. Насколько она сама готова. Насколько то, что он видел на экране, может стать реальным. И от этого понимания возбуждение, которое уже начало спадать, снова чуть поднялось, низкое, горячее и какое-то. .. веселое, как будто кто-то включил его и не собирался выключать. Саша лежал и смотрел в темноту, чувствуя, как сильно бьётся сердце, и понимал, что уже принял решение. Обратного пути не будет. За окном наступал рассвет.

Шаг 1.

На следующий день Светлана, как всегда, ушла на смену рано, и Саша остался один. После бессонной ночи, он, на удивление проснулся бодрый, в приподнятом настроении.

Чтобы понять, как действовать, он решил оценить степень её сексуальности — есть ли у неё вообще что-то, связанное с сексом, или всё, что он видел под халатом, было просто случайностью.

Раньше мать и секс для него существовали в разных пространствах. Он никогда не видел у неё ничего вызывающего в одежде, красилась она скромно, мужчин домой не водила, и он не знал, есть ли у неё какая-то личная жизнь вообще. Теперь это нужно было проверить.

Саша зашёл в ванную и открыл корзину с грязным бельём. Раньше он туда никогда не лазил и ничего не стирал — всё делала мать. Он просто кидал свои грязные вещи, а потом они чудесным образом появлялись чистыми у него в комнате. В этот раз он решил посмотреть.

Высыпал содержимое на пол ванной. Получилась довольно большая гора — мать не стирала несколько дней. Среди своих футболок, носков и треников лежали её вещи: обычные хлопковые трусы, лифчики, майки. Он разгрёб кучу руками, чувствуя, как ткань чуть тёплая с чем-то живым, и вдруг заметил смятые белые кружевные трусики достаточно большого размера. Попа у мамы была соответствующей, и эти трусики явно были рассчитаны на неё.

Саша удивился. Он не знал, что у матери есть такое бельё. Трусики были не для повседневного ношения. Остальные у неё были удобные, хлопчатобумажные, большие, закрывающие всю попу. А эти — тонкие, с кружевом по краям, с просвечивающейся частью спереди и узкой полоской сзади, которая должна была делить ее массивную попу пополам и скрываться между булочек. Ткань выглядела дороже и тоньше, чем всё остальное в куче. Он взял их дрожащими руками. Кружево было чуть жёстким на ощупь, но само полотно мягкое, и на нём оставались следы носки — лёгкие складки там, где ткань прилегала к коже. Саша держал их и чувствовал, как внутри всё сжимается. Это был маленький шажок в сторону того, чего он раньше даже не предполагал. Мать не просто «может быть сексуальной». У неё есть вещи, которые она надевает не для дома и не для работы.

Он неуверенно и медленно поднёс трусики к лицу и осторожно вдохнул. Запах ударил сильно и сразу — тёплый, чуть кисловатый, живой, плотный, с привкусом кожи и чего-то сладковатого, что шло именно от центра ткани, от того места, которое прилегало к её киске. В голове что-то взорвалось короткой яркой вспышкой. Он прижал кружево плотнее к носу и губам и на секунду почувствовал, что сейчас его лицо находится почти у её киски — не в фантазии, а через эту тонкую ткань, которая ещё хранит её тепло и запах. Связка была прямой и тяжёлой: трусики — её киска — его лицо. Он втягивал воздух глубже, и каждый вдох делал эту близость ещё более ощутимой. Член затвердел мгновенно, а внизу живота резко свело. Ему пришлось чуть согнуться. Возбуждение поднялось болезненно, тяжёлым горячим комком. По позвоночнику прошла короткая дрожь, стало душно.

В голове столкнулись две вещи: «это трусики матери» и «я сейчас почти у её киски, нюхаю её». Вторая мысль оказалась сильнее. От неё внутри всё сжалось ещё плотнее. Он тёрся носом и губами о кружево, чувствовал, как оно слегка царапает кожу, и представлял, что ткань только что была на ней, между её ног. Стыд сидел холодным липким комком — стыд за то, что он стоит в ванной и прижимает лицо к грязным трусикам матери, и от этого член стоит так, что трудно дышать. Но стыд не останавливал. Наоборот, от него всё становилось ещё более острым и грязным. Возникло мерзкое и одновременно болезненно-любопытное ощущение. Ему было противно от самого себя, но тело реагировало сильнее — член пульсировал, яйца налились, а в паху стало так горячо, что хотелось сжать член прямо сейчас, не отрывая трусики от лица.

Саша положил трусики на ладонь, кверху тем местом, где была киска матери и медленно обернул трусики вокруг члена, ощущение было невероятным.

Кружево отозвалось теплым и жёстким прикосновением на горячей коже, оно чуть впивалось в член и головку, и это прикосновение казалось слишком прямым, слишком настоящим — как будто он сейчас касается того самого места, запах которого ещё стоял в носу и на губах. Мамины трусики — её киска — его член.

Он даже не успел толком начать двигать рукой. Достаточно было нескольких плотных сжатий и того, что перед глазами стояла мысль, что эта ткань только что была между её ног, а его лицо только что было почти у её киски. Оргазм пришёл резко, судорожно, сильнее, чем обычно. Сперма выплеснулось на кружево густой горячей струёй, и он видел, как оно впитывается в ткань, оставляя мутный слой именно там, где она прилегала к ней. Стыд вспыхнул особенно ярко — не абстрактный, а очень конкретный и холодный: он только что кончил в трусики матери, пометил их своей спермой, пока запах её киски ещё держался на лице. Но стыд вытеснило, тяжёлое удовлетворение. Как будто он что-то взял у неё, что-то пометил, сделал частью себя и оставил след там, где она этого не узнает.

Он постоял несколько секунд, тяжело дыша, опираясь одной рукой о край ванны. Что-то внутри переключилось. Картинка под халатом, запах, ощущение ткани на члене и мысль, что он только что был почти у её киски, связались в одну точку, от которой теперь всё будет измеряться. Это переключение одновременно пугало и тянуло дальше.

Саша аккуратно убрал следы спермы, сложил трусики обратно в кучу примерно так, как они лежали, вернул корзину на место и вышел из ванной.

Руки ещё слегка дрожали, а внутри осталось тяжёлое, горячее знание, что в следующий раз он снова вернётся к этому запаху и к этому ощущению

Саша решил, что обратной дороги нет, и ему нужно было идти дальше.

Немного поразмышляв, он, логично предположив, что кружевные трусики были грязными и у неё наверняка есть ещё чистое белье. С этими мыслями Саша направился в комнату матери.

Он открыл шкаф и начал искать, где может лежать нижнее бельё. На полках лежали обычные вещи — полотенца, майки, пастельное белье всё аккуратно сложенное. Он отодвинул несколько стопок и порылся глубже, чувствуя, как руки слегка дрожат. Ничего кружевного или сексуального там не было. Окинув полку взглядом, и заметил, что все вещи задвинуты ровно, а на одной верхней полке стопка стоит чуть ближе к краю — как будто там что-то спрятано за ней. Сердце сразу забилось чаще.

Саша взял табуретку с кухни, встал на неё и засунул руку над вещами. Пальцы наткнулись на что-то плотное. Он аккуратно достал чёрный пакет и старую, но ещё крепкую обувную коробку. Руки задрожали сильнее. Он снова прикасался к чему-то запретному и тайному, делает ещё один шажок. За вещами оказался черный пакет и коробка из-под обуви. Он достал находки, поставил их на пол. Предвкушение было тяжёлым и горячим. Внизу живота уже начало тянуть, член слегка затвердел ещё до того, как он что-то открыл. Саша сел на корточки и несколько секунд просто смотрел на пакет и коробку, чувствуя, как перехватывает дыхание.

Сначала он открыл пакет. Он не ошибся. Внутри лежало кружевное бельё: чёрное, белое, красное. Красивые лифчики с тонкими чашечками, чулки с подтяжками, трусики разных фасонов — некоторые с узкими полосками, некоторые пошире. Всё это явно иногда ношенное, со следами использования, лёгкими складками и запахом, похожим на тот, что был в корзине, только слабее. Саша даже не представлял свою мать в этом белье. Он доставал вещи по одной, разглядывал, трогал кружево пальцами и чувствовал, как член наливается силой. Каждый предмет был доказательством того, что у его матери есть сексуальная жизнь, которая существует отдельно от дома и от него. Возбуждение поднималось тяжёлым горячим комком. Он сложил бельё обратно в пакет, уже с полностью твёрдым членом, и перешёл к коробке.

Дрожащими руками он открыл коробку. Он догадывался, что там. Внутри лежали секс игрушки. Фаллоимитатор реалистичной формы, телесного цвета, внушительного размера — на вид сантиметров двадцать в длину, с выраженной головкой и венами. Рядом вибратор, ещё один фаллоимитатор с усиками для стимуляции клитора, и большая чёрная резиновая капля, по своему опыту просмотра порно, Саша знал, что это для анального использования.

Сердце Саши заколотилось так сильно, что он слышал его в ушах. Он брал предметы в руки по очереди, чувствовал их вес, гладкость силикона, то, как они лежат в ладони. Больше всего его впечатлил большой телесный фаллоимитатор. Он держал его и понимал, что мать этим пользуется — вставляет в себя, двигает, кончает от этого. Картинка встала перед глазами сама: она в кружевном белье из пакета, с этой штукой между ног. От этой мысли возбуждение стало почти болезненным. Член дёрнулся, головка стала чувствительной, в паху за пульсировало.

Саша снова схватился за стоячий член, сделал несколько плотных движений и опять кончил. Уже не так обильно, как в трусики, но почти моментально — от зашкаливающего возбуждения и от осознания, что он прикоснулся к чему-то запретному и тайному. Сперма выплеснулась на руку и на пол, горячая и густая. В глазах на секунду потемнело, ноги ослабли. Сразу после накатила тяжёлая липкая пустота. Стыд вспыхнул ярко и холодно: он только что кончил, держа в руках игрушки матери и зная, что она ими пользуется. Но вместе со стыдом пришло то же тяжёлое удовлетворение, что и в ванной. Как будто он ещё глубже зашёл в её сексуальность и на пол шага приблизился к своей цели. Он аккуратно вытер следы, сложил игрушки обратно в коробку, пакет с бельём вернул на место, задвинул вещи так, как они лежали, и слез с табуретки.

То, что у его матери есть сексуальная жизнь — бельё, игрушки, желания, — теперь стало фактом. И этот факт будет возвращаться каждый раз, когда он будет смотреть на неё. Что-то внутри переключилось ещё сильнее, и это переключение одновременно пугало и тянуло дальше.

Шаг 2.

В тот день Светлана отмечала день рождения своей коллеги и подруги Маринки. Вернулась она немного пьяненькая: говорила чуть громче обычного, пахла легким перегаром, быстрее обычного легла и почти сразу уснула.

Ночью Саша лежал и уже не просто слушал её дыхание — он планировал.

По расчётам Саши это был шанс. Он рассуждал: алкоголь замедлит её реакцию, сон станет глубже, вероятность проснуться от лёгкого шороха или его шагов сильно упадёт. Это давало ему шанс.

После шкафа, игрушек и трусиков внутри почти не осталось стыда. Остался только азарт и тяжёлое, горячее возбуждение, которое сидело постоянно и толкало дальше.

Он несколько раз подходил к двери, проверял, насколько крепко она спит, отмечал, как меняется её дыхание — оно было тяжелее и ровнее, чем в трезвые ночи, — и каждый раз возвращался к себе с более точной мыслью: сначала проверить глубину сна, потом дождаться удобной позы, потом действовать.

В голове крутилось: «Она сейчас не просто мать. Она та самая зрелая женщина из роликов, только настоящая. И сегодня она спит пьяная. Это мой шанс». Член был полутвёрдым даже когда он просто лежал и просчитывал следующий заход. Страха почти не было — только холодный, точный расчёт и нарастающий трепет внизу живота.

Когда он зашёл в третий раз, она лежала на спине. Ночнушка сбилась именно так, как он рассчитывал, и одна грудь полностью выскользнула. Грудь была большой, тяжёлой, с широким тёмным ореолом и твёрдым соском, чуть напряжённым от прохлады в комнате. Дыхание оставалось тяжёлым и ровным — алкоголь сделал своё дело, она спала глубоко.

Саша остановился в паре шагов от матери и замер. Это был первый раз в его жизни, когда он видел женскую грудь вживую, не на экране. Не кадр из ролика, не фотку, а настоящую — с живой кожей, с тем, как она чуть меняла форму от дыхания, с широким тёмным ореолом, который был крупнее и темнее, чем он привык видеть в порно.

Он думал: «Вот оно. Именно такая, как я всегда хотел».

Сердце забилось сильнее, но он заставил себя дышать ровно. Во рту мгновенно пересохло. В паху стало тяжело и горячо, член полностью затвердел за несколько секунд, головка упёрлась в ткань.

В голове стучало: «Сколько еще ждать!? Она после вина должна спать глубоко. Если не трогать резко — не проснётся».

Азарт поднялся резко. Он стоял и смотрел дольше, чем планировал, потому что не мог оторваться. Внутри боролись две вещи: точный расчёт «ещё десять секунд и подойти» и желание просто стоять и смотреть, запоминая каждую деталь — как кожа натягивается, как сосок чуть выступает, как грудь тяжело лежит. Страх, что она проснётся, был, но слабый и холодный: он уже проверил, что после вина она спит крепче. Главным был трепет и ощущение, что то, о чём он всегда мечтал, сейчас в нескольких шагах и полностью открыто.

Он сделал шаг, потом ещё один, опустился рядом с кроватью на колени. Рука потянулась сама, хотя внутри ещё секунду боролось «можно ли».

«Сейчас я дотронусь. Первый раз. Если она не проснётся — я узнаю, какая она на ощупь». Когда пальцы коснулись кожи, ощущение ударило сильно и глубоко. Грудь оказалась тёплой, мягкой и упругой одновременно. Кожа была гладкой, теплой и живой, пружинила под ладонью.

Мысль стала простой и горячей: «Тёплая. Тяжёлая. Живая. Это её грудь». То что это грудь его родной мамы он усиленно не думал, сейчас перед ним была зрелая сексуальная женщина.

Он провёл пальцами очень медленно, едва касаясь, и почувствовал, как по его собственному телу проходит резкая горячая волна от груди вниз, прямо в пах. Член дёрнулся так сильно, что пришлось сжать бёдра. Это был первый раз, когда он трогал женскую грудь. Не представлял, не смотрел — трогал. Широкий тёмный ореол под пальцами был чуть шершавее остальной кожи, сосок твёрдый и морщинистый. Саша обхватил грудь ладонью полностью, почувствовал её вес, то, как она заполняет руку и чуть подаётся.

«Сосок твёрдый — она реагирует даже во сне или просто от прохлады».

Большой палец провёл по ягодке соска, и от этого простого движения у него перехватило дыхание. Возбуждение стало болезненным. Внизу живота свело, головка члена стала такой чувствительной, что каждое движение сердца отдавалось в ней. Внутри ещё боролось: слабый страх разбудить её (хотя вино должно было держать её глубокий сон), холодный расчёт «ещё немного и уйти», и сильное желание сжать сильнее, потрогать дольше, запомнить всё. Азарт побеждал. Он держал и чувствовал, как близко сейчас сексуальная зрелая женщина, о которой он думал много раз, как он мечтал об этом ощущении когда дрочил на ролики, и как её живая грудь лежит в его руке.

Он держал грудь матери ещё несколько долгих секунд, запоминая тепло, вес, мягкость и твёрдость соска на ладони. Член пульсировал сильно и непрерывно, в паху горело так, что хотелось дрочит второй рукой прямо здесь, но он не стал. Страх и азарт смешались в одно тяжёлое ощущение: если она сейчас откроет глаза, всё кончится, но именно этот риск, делал прикосновение острее.

Саша медленно, очень осторожно убрал руку и подумал. Ладонь ещё горела от тепла кожи материнской груди. Он встал, постоял секунду, глядя на открытую грудь, и тихо вышел из комнаты.

В коридоре Саша опёрся спиной о стену и тяжело выдохнул. Возбуждение не спадало. Оно сидело в теле тяжёлым горячим комком, член оставался полностью твёрдым, головка протыкала треники.

«Первый раз тронул женскую грудь. Её грудь. Теперь я знаю, какая она на ощупь»

Теперь он знал не только вид и запах, но и то, какая женская грудь на ощупь в первый раз в его жизни — тёплая, тяжёлая, с широким тёмным ореолом и твёрдым соском. И это знание было именно тем, чего он добивался. Внутри что-то переключилось ещё точнее и глубже.

Следующий шаг он уже начал продумывать, пока стоял в темноте коридора с горящими глазами и твёрдым членом.

Шаг 3.

Саша проснулся рано, раньше матери. Свет только начинал заползать в комнату, в квартире стояла полная тишина. Он лежал на спине и сразу почувствовал утренний стояк — привычный, но сегодня особенно плотный и настойчивый. Член был полностью твёрдым, прижат к животу, головка чувствительная, чуть влажная. После ночного прикосновения к её груди и мыслей о том, что можно сделать дальше, возбуждение не ушло до конца и теперь, с утренним приливом, поднялось сразу и сильно. Он полежал несколько секунд, прислушиваясь. Из комнаты матери не доносилось ни звука — она ещё спала, и после вчерашнего вина сон у неё должен был оставаться тяжёлым.

«Она встанет позже. У меня есть время». Азарт внутри уже разгорался. Он решил использовать это утро.

Он встал тихо, оставил дверь приоткрытой ровно настолько, чтобы из коридора было хорошо видно кровать. Снял трусы, снова лёг на спину, сдвинул одеяло в сторону. Член стоял твёрдо и немного покачивался от каждого удара сердца. Он закрыл глаза, выровнил дыхание и заставил тело выглядеть расслабленным, хотя внутри всё было натянуто. Руки лежали вдоль тела, пальцы слегка подрагивали.

Он лежал и ждал. Время тянулось медленно. Стояк не спадал — наоборот, от ожидания и от мыслей о том, что может произойти, он становился ещё твёрже.

***

— ----

Друзья !!!

По техническим причинам я НЕ могу разместить тут ВИДЕО-ВСТАВКИ к рассказу, но

продолжение этой истории и остальные мои рассказы,

вы можете прочитать на моем Телеграмм канале,

так же там вы сможете найти АУДИО-ВЕРСИИ моих рассказов

Буду очень благодарна вам за поддержу :)

Оцените рассказ «Охота на маму. Часть 1 (с фото)»

📥 скачать как: txt  fb2  epub    или    распечатать
Оставляйте комментарии - мы платим за них!

Комментариев пока нет - добавьте первый!

Добавить новый комментарий


Наш ИИ советует

Вам необходимо авторизоваться, чтобы наш ИИ начал советовать подходящие произведения, которые обязательно вам понравятся.

Читайте также
  • 📅 31.10.2026
  • 📝 62.9k
  • 👁️ 1
  • 👍 0.00
  • 💬 0

Они встретили его не сразу.
В первый раз — на вернисаже в небольшом частном пространстве на окраине старого
города. Кто-то из общих знакомых просто сказал: «Это Андрей», и они пожали руки. Он
стоял чуть в стороне от основной группы, смотрел на работу дольше, чем требовала
вежливость, и когда заговор...

читать целиком
  • 📅 02.02.2026
  • 📝 31.2k
  • 👁️ 261
  • 👍 4.40
  • 💬 2
  • 👨🏻‍💻 AmandaWilson

Юра проснулся от хлопка входной двери — мама ушла. Он сразу вспомнил её вчерашние слова: «Сегодня смена на весь день, вернусь поздно, еда в холодильнике». В квартире стало тихо, только часы в коридоре тикали. Он полежал ещё немного, глядя в потолок, чувствуя, как сердце стучит чуть быстрее обычного....

читать целиком
  • 📅 18.05.2026
  • 📝 31.6k
  • 👁️ 147
  • 👍 2.00
  • 💬 0
  • 👨🏻‍💻 Marat1489

Через час Андрей наконец пришёл в себя. Он успел принять душ, немного полежать, попытаться отвлечься на телефон. Тело было расслабленным, но голова всё ещё гудела от утренних событий и недавней дрочки.
Он услышал из зала голоса — подруги явно собирались уходить. Смех, шуршание пакетов, прощальные фр...

читать целиком
  • 📅 27.10.2024
  • 📝 2.7k
  • 👁️ 15
  • 👍 0.00
  • 💬 0
  • 👨🏻‍💻 Дмитрий Ляпунов 2

  В каждом моём воспоминании касаемо женского пола фигурируют разные женщины, и ни одного совпадения, - это было бы слишком просто. В истории описанной мною в рассказе «Ты зачем мою сестру вы? » была и вторая женщина, с которой я переспал немногим позднее, и сейчас именно об этом...
   На чём мы там...

читать целиком
  • 📅 22.07.2019
  • 📝 2.9k
  • 👁️ 22
  • 👍 0.00
  • 💬 0

Мы молодая пара, ну как молодая, уже около двух лет как в браке, но и до этого жили вместе и спали в одной постели, просыпались в объятьях друг дружки и с улыбкой на лице собирались кто на роботу, а кто на кухню. Да, я обычная домохозяйка, днем, а вечером когда приходит муж с работы, я его любовница...

читать целиком