Соблазн

Пролог и Кратковременный отдых

Инна Комарова

Соблазн

Маленькая повесть

Подсказки Судьбы найдёшь во снах…

Пролог

Мне не верится, что всё это случилось со мной. Новогодняя сказка, о которой я даже не мечтала, стала явью. А удивительный сон летом у моря, от которого потом мои щёки покрывались жгучим румянцем, оказался вещим.

Кратковременный отдых

Глория шла вдоль берега босиком, лёгкой поступью, едва касаясь влажного песка. Море в этот вечер не волновалось, не шумело, его спокойствие дарило благодать душе.

На диком пляже многие любители уединения купались и ныряли без купальников и плавок. Совет посёлка решил, что будет правильным позволить людям отдыхать, как они хотят. В связи с этим отвели изолированную часть пляжа для этих целей.

Молодая женщина была сложена идеально, сам Бог велел ей омывать тело без одежды. Тем более что ночью жизнь отдыхающих в посёлке затихала. Нигде ни души. Лишь море напевало свою колыбельную, шурша маленькими волнами и ласково омывая ноги. Блаженство. Ветерок забирался под длинные распущенные волосы, заигрывая с ними, крадучись и нежно бегая по спине. Нагая нимфа – само совершенство, прогуливаясь в одиночестве, набросила на себя длинную полупрозрачную шаль.

«Меня никто не видит. Окунусь и вернусь в дом. Так хорошо здесь», – подумалось ей.

Море вторило нимфе и успокаивало. И вдруг женщина отчётливо ощутила на себе пристальный взгляд. Оглянулась – никого. Осмотрелась по сторонам – в её поле зрения ни души.

«Показалось…», – успокоилась она.

Но чем дальше она отдалялась от домика в загородном посёлке, тем отчётливее ощущала этот назойливый взгляд. Он прожигал шею, спину, что вызывало неловкость в её состоянии.

«Кто-то наблюдает за мной? Но кто? Возможно, у окна за занавеской стоит любопытный и разглядывает».

Девушка сбросила шаль на песок, поспешно направляясь к воде и настраиваясь окунуться. Море, словно парное молоко, накрыло её нагое тело и сразу же захватило все мысли в плен. Полное расслабление.

«Ах, какое наслаждение! Блаженство. Хорошо-то как!», – радовалась она.

Молодой месяц с небес улыбался ей.

«А, ночной сторож! Старинный друг, приветствую тебя. Не спится, как и мне?», – она поднесла к губам кончики тонких, длинных пальцев, некогда умело скользивших по клавиатуре фортепиано, и послала ему воздушный поцелуй. Месяц подмигнул красавице.

Возвращаясь, случайно перевела взгляд на небеса и вздрогнула. Ночное полотно, как скорлупа яйца треснуло, и в просвете на неё смотрел мужчина. До чего же обаятелен был ночной пришелец. Взгляд внимательный, сосредоточенный – магнитом притягивал к себе, и только уголков губ чуть-чуть коснулась лёгкая улыбка. Он смотрел на неё с интересом, изучающе. Глория остановилась. Пришелец был необычайно красив. Первая мысль, посетившая её, ошеломила. Молоденькая женщина совершенно спонтанно провела параллель с главным героем поэмы Михаила Лермонтова «Демон». Уж очень пришелец был похож на одинокого странника. В голове зазвучали строчки:

«

Печальный Демон, дух изгнанья,

Летал над грешною землей,

И лучших дней воспоминанья

Пред ним теснилися толпой;

Тex дней, когда в жилище света

Блистал он, чистый херувим,

Когда бегущая комета

Улыбкой ласковой привета

Любила поменяться с ним,

Когда сквозь вечные туманы,

Познанья жадный, он следил

Кочующие караваны

В пространстве брошенных светил;

Когда он верил и любил,

Счастливый первенец творенья!

Не знал ни злобы, ни сомненья.

И не грозил уму его

Веков бесплодных ряд унылый...

И много, много... и всего

Припомнить не имел он силы!»

«Что со мной? Мне чудится или это явь? Скорее в постель, от усталости видения начались» – испугалась Глория и тут же заскочила в дом, быстро надела ночнушку и запрыгнула в постель.

«Пора и отдохнуть», – она, закрыв глаза, расслабилась и не заметила, как заснула.

***

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Эрос - Бог любви посетил! Прошлое...

Женщина – нежная, хрупкая,

милая Богом мужчине дана…

Каждая – самая неповторимая,

Как с каждым годом весна…

Эрос – Бог любви посетил!

Глория так быстро погрузилась в сон, что не вняла посторонним звукам. Но вот рядом с ней послышалось чьё-то дыхание.

«Что это? Кроме меня в доме никого нет», – сквозь пелену сновидения размышляла она. – Показалось… – успокаивала себя.

Но не тут-то было. Тот, кто дышал, приблизился к ней, девушка ощутила прикосновение его тёплого тела. Он мягкой бархатной ладонью провёл по щеке и шее. Поцеловал прикрытые веки.

«Мне это снится. Так нежно меня гладили только в детстве», – улыбнулась во сне Глория.

И тут ощутила лёгкий ветерок на своих губах. Дыхание незнакомца становилось более учащённым, он заключил её в свои жаркие объятия. Она утонула в них. Его поцелуи изменились, теперь казались женщине горячими и страстными. Он нежно ласкал её тело, мягкими движениями переходя с груди на живот и бёдра, приговаривая:

– Красавица моя! Мечта моя! Любовь моя! Мой цветочек!

Никогда и никто не говорил ей таких слов.

Давно известно, что женщины любят ушами.

Тем более что в поведении невидимого героя не было агрессивности и настойчивости, но была жажда обретения и полноты счастья.

Женщина не успела опомниться, как поцелуи спустились ниже, и тут внезапно пронзил спазм внизу живота, она змейкой изогнулась. Всё заныло, словно голодный несчастный котёнок плакал и просился, чтобы выпустили его на волю. Ей захотелось свернуться калачиком. Ласки незнакомца приобрели более настойчивый характер, не давая Глории расслабиться. Он, не спеша, поглаживая, раздвигал её ноги, целуя и прокладывая дорогу к заветному и желанному. Волна страсти и вожделения накатила, и пленница ощутила его присутствие в себе. Соблазнитель пробирался вглубь плавными и волнообразными движениями, не выпуская её из своих горячих объятий. Она полностью подчинилась ему. Мужская и женская плоть слились воедино. Обольститель целовал каждую клеточку и никак не мог насытиться. Он проникал в зону наслаждения всё увереннее, пока из её уст не вырвался на свободу стон. Незнакомец задышал тяжело и пульсирующими движениями вошёл очень глубоко, а стоны и вздохи Глории всё громче заявляли об ответной реакции на его вторжение. Оба достигли высшей точки наслаждения – апогея, и ещё долго не могли успокоиться. Такого она не испытывала никогда. Соблазнитель выскользнул из глубин её интимного пространства, и вязкая влажная смазка оросила тело женщины. Она с облегчением выдохнула, успокаивая дыхание. Усталость сморила её. Он напоследок поцеловал её нежно, чуть касаясь губами, поблагодарив за сладкие мгновения. У неё в голове пронеслось:

– Мистер Ловкость! Мистер Чувственность! Мистер Деликатность! Мистер Великодушие! Кто вы, незнакомец? – и улыбнулась своим мыслям.

Вскоре Глория перевернулась на бок, не задумываясь о ночном госте.

Утром, открыв глаза, она не обнаружила присутствия пришельца. Это обстоятельство её очень удивило. Возвращаясь к ночным видениям, Глория изнывала от чувства стыда, которое не давало забыться и избавиться от изматывающих мыслей. Она ощутила, как щёки воспылали. Ей стало не по себе. Пуританка по воспитанию позволила такое вытворять с собой. Немыслимо. Позор! – мысли вереницей неслись в голове, заставляя краснеть и смущаться от того, что произошло во сне.

– Что же это было? Сон или явь? – спрашивала она у себя.

– Наваждение какое-то. И приснится же такое. В жизни ничего подобного не случалось, а тут во сне, – разволновалась Глория. – Пора возвращаться домой. Хватит, отдохнула. Какие только кошмары не привидятся, – не находя ответа, она злилась на себя. А почему? Стыдлива очень была.

– Наяву не позволила бы никому такое вытворять с собой.

Женщина переоделась, собрала вещи, уложила в сумку и, не завтракая, уехала. Настроение было подпорчено.

А в голове пронеслись строчки:

«Ты меня не заметишь из тысячи

Не зацепишь взглядом в толпе

Промелькнёшь мимо,

И растаешь в небесной мгле…»

***

Прошлое

В родительском доме главным был отец. К его мнению прислушивались и с ним считались. Даже когда глава семьи подолгу отсутствовал, он принимал участие во всех семейных делах. В каждом городе, куда пароход заходил в порт на стоянку, отец выходил на берег с одной целью – отправить домой письмо.

В тот день, когда мать Глории увезли рожать, пришло письмо от него, в котором он оповещал жену, как следует назвать ребёнка. Мать главы семьи немедленно отнесла весточку невестке в роддом. Именно отец придумал имя для дочери, о которой так мечтал. В переводе на русский язык её имя обозначало «Слава». Жена, получив указания от мужа, приняла к сведению его пожелания и с удовлетворением согласилась с ним.

– Родилась наша слава, – произнесла она после родов.

Взросление

Небольшой дом в загородном посёлке достался Глории от отца. Он оформил его на имя дочери. Глава семьи всю жизнь провёл на море. Где только ни побывал. Был капитаном сухогрузов, потом его перевели – ходил в рейсы на пассажирских судах. Приезжал на побывку не так часто, как ей хотелось. Всё своё детство девочка провела с мамой и с бабушкой. И каждый раз они с нетерпением ждали возвращения отца. А бабушка, узнав из сводок, что судно сына завтра прибывает в их порт, бежала на кухню и готовила его любимые блюда. Глория, будучи ребёнком, крутилась рядом с ней, вбирая в себя знания и любовь к домашнему уюту. Так прошло её детство.

Надо сказать, что она рано пошла в школу – ей не было и шести лет. Но желание учиться, познавать новое присутствовало всегда. Мать привела её в школу. И вот, когда директриса, прислушавшись к просьбе матери, проверила ребёнка, то убедилась, что девочка действительно полностью готова к первому классу, и дала своё согласие. Школу Глория окончила с золотой медалью. Быстро пробежала юность. Наступила пора взросления, и девушка уехала учиться в другой город. Вышла замуж, позднее выяснилось, что очень неудачно. Закончила учёбу, вернулась домой. К тому времени отца списали на берег по состоянию здоровья. Он жить не мог без моря. Очень тосковал по работе. Чтобы скрасить расставание с любимым делом и изжить грусть-тоску, построил курень – времянку в загородном посёлке. Со временем многие из знакомых выстроили на месте времянок роскошные дома – желанным местом стала дача: в тишине, на природе, под доносящийся с берега говорок волн отдыхалось чудесно. Там же семья проводила все выходные и летние месяцы. Спустя время неугомонный отец на месте временной постройки занялся возведением дома: небольшого, но вполне добротного и уютного. Туда они всей семьёй выезжали в мае – в город возвращались только в сентябре.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Девушка после окончания учёбы устроилась работать в школу. В газете нашла объявление – требовался преподаватель младших классов. Глория согласилась. Очень любила детей. Но поскольку у неё в запасе был диплом лингвиста с правом преподавания иностранных языков, русского языка и литературы, директриса позволила ей в старших классах преподавать английский язык.

В летний период ей полагался большой отпуск – целых два месяца. Она со всей семьёй проводила этот период на даче.

***

Неудачное замужество

Неудачное замужество

Глория, работая с детьми, особенно младших классов, получала большое удовольствие от общения с ними. Девушка состоялась как первоклассный педагог. Дети её любили, и она им отвечала взаимностью. Однако личная жизнь никак не складывалась, и это не удивительно. Тяжёлый урок она получила – поучительный. На всю жизнь запомнился. То разочарование, которое Глория познала в первом браке, оставило в её душе незаживающую рану. Девушка старалась не вспоминать об этом периоде своей жизни. Но память предательски наводила на мысли, которые отбирали надежду и во всём винили её.

Проза жизни

Бывший супруг добивался её расположения в течение пяти лет. Потом встречались ещё три года. Познакомилась с ним случайно, когда его приняли на работу в то же учреждение, где она временно подрабатывала на каникулах, будучи студенткой. Любыми путями он стремился наладить с ней общение, но она всячески сторонилась и избегала его. По натуре была эстетом, из подручных средств создавала предметы, которые дарили уют и радость. Девушка очень любила всё возвышенное и красивое. А человек, который встретился на её жизненном пути, никоим образом не соответствовал её идеалам. Даже внешность у него была отталкивающей. Маленького росточка, приземистый, с крупной, не пропорциональной телу головой, большущим крючковатым носом и неприятной неестественной улыбкой. А сотрудники, как назло, в её присутствии его нахваливали. Позднее ей стало ясно, что делалось это умышленно.

Сам он был родом издалека. Завершая службу в армии, любыми путями добивался от руководства отличной рекомендации, которая впоследствии и открыла ему двери при поступлении в элитный ВУЗ, и не где-нибудь в провинции, нет, в большом городе. Там, где родилась и выросла Глория. Поселили его в общежитие от ВУЗа. А в свободные часы подрабатывал, где случалось устроиться.

А как увидел Глорию, стал ходить за ней по пятам. Караулил, контролируя, когда и с кем она возвращалась домой. Угрожал её знакомым и кавалерам. Нередко устраивал драки, желая спугнуть парней. Доходило до конфузов и неприятностей – так он доказывал ей свои чувства, не задумываясь, что этим отпугивал девушку и вызывал у неё неприятие и отторжение. Она сторонилась его.

***

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

К беде неопытность ведёт, Маска слетела...

К беде неопытность ведёт…

Как-то один из сотрудников – пожилой мужчина, которого Глория уважала – вызвался проводить её домой. Она, ничего не подозревая, согласилась. Они долго беседовали, и неожиданно он перевёл разговор на молодого сотрудника, которого Глория всячески избегала. Видимо, мужчина догадался об этом, или тот его предупредил и попросил помочь – мужская солидарность сыграла с ней злую шутку. Так пожилой сотрудник, которого она называла дядей Мишей, решил пойти в обход и выстроил безотказную и беспроигрышную стратегию. Рассказал добродушной и наивной девушке душещипательную историю, как от несчастного новорожденного отказалась мать и оставила его в роддоме. По этой причине крошка попал в дом малютки. А через полгода его усыновила другая семья, в которой он и рос. Семья оказалась неблагополучной: отец, не просыхая, пил и нещадно избивал мать. И даже когда она носила младшую дочь, не сделал исключения – нанёс побои и в остервенении со всей силой толкнул, да так, что несчастная женщина, просчитав все ступени своими косточками, свалилась в подвал. Как она осталась жива? Загадка. Девочка родилась инвалидом. В таком окружении жил приёмыш. Недаром после армии в родной город он не вернулся. Но на весь белый свет озлобился и с этим вступил во взрослую жизнь.

Дяде Мише удалось вызвать в душе Глории жалость. А от неё до снисхождения и первых чувств – всего один шаг.

Сотрудник не остановился на достигнутом, продолжая уговаривать и убеждать.

– Парень хороший, серьёзный, работящий, именно такой создан для семейной жизни – будет верной опорой жене и любящим преданным отцом детям. Ты присмотрись к нему внимательней и увидишь, что я прав. Поверь, по-отцовски, желаю тебе добра.

Глория слушала дядю Мишу, и всё больше в её сердечке зарождалось сочувствие и доверие к человеку, к которому не испытывала ничего, кроме неприязни. Авторитет пожилого человека, умудрённого опытом, был так велик.

А сотрудник настаивал, что её отношение – самое настоящее предубеждение, и она должна пересмотреть свои взгляды. Надо сказать, протомил он её на улице несколько часов и взял слово, что девушка изменит отношение к молодому коллеге, который её искренне и давно любит. Глория долго сопротивлялась, и, наконец, дядя Миша вырвал у неё обещание, что постарается изменить отношение.

За этим последовали долгие разговоры с самим псевдовлюблённым, который, как впоследствии оказалось, умело маскировался. С годами она узнала правду – ему срочно понадобился штамп в паспорте, чтобы при распределении не заслали в Тьмутаракань, как он, смеясь, говорил.

Так пролетели пять лет. Как проходимец сумел вскружить голову красавице и умнице, у дома которой толпились истинные, преданные поклонники и любыми путями добивались расположения? Её возвышенные мечты уносились в запредельные миры, стремительно и безудержно кружились в вальсе. Она не ходила по земле, она парила над нею в своих грёзах.

А его мысли и желания были настолько приземлёнными, даже низменными, что между ними и не могло быть ничего общего. Пропасть! Вот вам и парадокс! Позднее, уже после окончательного разрыва с этим человеком, она узнает, что бывший муж, как тот петух на насесте, успел обслужить и любыми путями расположить к интимным отношениям чуть ли не всех студенток в общежитии, разного возраста, и неустанно искал новых похождений. Ненасытная природа, не знающая границ, не имеющая ни малейшего представления и понятия, что такое истинная любовь. Так он и прожил жизнь, в качестве переходного красного знамени, следуя выверенным маршрутом, переселялся из одних рук в другие.

Он долго обхаживал Глорию, искал подход к её матери и отцу. Навязывал своё общение. Мастерски исполняя заученную роль, только бы ему поверили и отдали за него девушку. Но прежде всего ему нужно было заполучить её согласие – заручиться её расположением. И тогда кавалер пошёл на крайность. Как-то вечером после прогулки он пригласил её зайти к нему в гости, якобы послушать хорошую музыку.

– Неудобно. Поздно уже. Домой пойду.

– Почему неудобно? Я же тебя приглашаю. Послушаем музыку, и провожу тебя домой.

Что-то останавливало её, но он так упрашивал, что она не решилась отказать ему.

В комнате никого не оказалось.

– А где твой напарник?

– Он к своей девушке ушёл.

– Когда вернётся?

– Не сказал. Какая разница? Проходи, садись. Сейчас я угощу тебя отличным винцом, напарнику из деревни родственники передали. Очень вкусное, попробуй.

Глория отпила глоточек для видимости.

– Крепкое. Спиртное не люблю.

– Какое же это спиртное? Виноградный сок, только немного крепче, – уговаривал он. – Тебе показалось, когда распробуешь, сама убедишься, – тем временем он подливал ей в чашку ещё и ещё.

Так, слово за слово, стал объясняться в любви, заверять, что мучительно переносил разлуку с ней, и, если она не согласится выйти за него замуж, пропадёт без неё.

– Я не тороплюсь замуж, успею ещё, с чего ты взял? У меня серьёзные планы на будущее. Многое предстоит преодолеть, чтобы достичь мечты.

– Мешать не буду, ты вольна делать, что наметила, с моей стороны получишь полную поддержку и помощь.

– Зачем тебе это? Дорога меня ожидает длинная, я ещё не достигла всего, к чему стремится моя душа. Поверь, мне не до семейной жизни.

– Я же люблю тебя и буду рядом. Разве это плохо?

– Мы часто видимся.

– Как ты не понимаешь, я люблю тебя, желаю тебя… – и он опустился на колени, стал обнимать её ноги, целовать, потом добрался выше. Расстегнул кофточку.

– Остановись, зачем это?! – у неё кружилась голова, сильно подташнивало. Что негодяй подбросил в вино? Знал только он.

– Не могу больше терпеть. Ты моя, сейчас моя…

Она не успела оглянуться, как всё произошло. В полном помутнении сознания попала домой и, не раздевшись, провалилась в сон. Лишь на следующий день, перебирая в памяти события прошедшего вечера, ужаснулась тому, что случилось.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

А он не успокоился, прибежал с цветами к её матери и слёзно умолял отдать дочь за него. Глория находилась в полной растерянности, не зная, что предпринять. Она колебалась, не очень-то торопилась соединять с ним свою жизнь. Но он был так настойчив и убедителен, что девушка сдалась.

***

Маска слетела…

Ну а потом началось… ночные увеселительные посиделки с дружками и дамочками лёгкого поведения. Возвращался под утро вдребезги пьяный, ругался матом. Что-то не устраивало – вызверялся на жену. Он ведь вырос, как бурьян. С раннего детства на его глазах в приёмной семье отец издевался над матерью. Иного отношения к женщине новоиспечённый муж не видел и не знал.

Глория готова была сбежать, но тот, протрезвев, умолял о прощении и клялся, что ничего подобного больше не повторится. Ей так стыдно было признаться родителям, что она из-за сиюминутной слабости в помутнённом состоянии совершила непростительную ошибку. Всю боль носила в себе и страдала. Супруг ей стал противен во всех отношениях. Она с трудом переносила его присутствие рядом.

Мать заметила, что дочь тает на глазах.

– Глория, ты часом не беременна? Так осунулась, похудела. Глаза впали. Вижу, что нездорова. Почти ничего не ешь, ты себя плохо чувствуешь?

– Не знаю, мама, что это. Надо сходить провериться.

Вердикт был печальным – четыре месяца беременности. Но от ребёнка молоденькая женщина не отказалась. Мать просила её сделать аборт.

– Не могу, мама, убивать малыша, он не виновен, что я ошиблась. Пусть живёт. А с этим расстанусь. Не могу больше терпеть его рядом.

Она очень плохо переносила беременность, у неё был невыносимый токсикоз – сильные фонтанные рвоты без передышки тянулись весь период до восьми месяцев, параллельно добавлялись новые симптомы. Муж её никак не поддерживал, ничем не помогал и даже не сочувствовал. Ему и ребёнок не был нужен. Зачем лишние заботы? Он стремился к удовольствиям. А жена, дети, хлопоты для семьи – не волновали и не интересовали, только тяготили. С каждым днём он отдалялся от Глории, и ему никакого дела не было, как она страдает. В силу того обстоятельства, что беременность протекала с патологией, ребёнка Глория переносила. Рожала очень тяжело. Когда девочке от роду было двадцать пять дней, она умерла от сепсиса. Не сумели спасти. После этого, несчастная женщина замкнулась, ушла в себя и не обращала внимания на разгульный образ жизни мужа. Ей всё стало безразличным. Он уезжал на гастроли. Где-то проводил время. Возвращался и буянил. Так их брак продлился три с половиной года, после этого мать Глории настояла, чтобы непутёвый зять подписал согласие на развод и оставил дочь в покое. Родители не могли видеть, как дочь страдает и тает у них на глазах. Перед отъездом отец высказал гастролёру в лицо всё, что о нём думает.

– Тебе не дочь наша нужна была, а прописка. Ты все годы ходил под маской и притворялся. Использовал Глорию в собственных интересах и целях. Проходимец! Убирайся отсюда и на глаза нам не показывайся. Нечего тебе делать рядом с нашей девочкой.

Зятёк-то уехал, но напоминал о себе звонками по телефону. Пришёл день, когда Глория отрезала раз и навсегда. Но бывший муженёк не успокоился, подсылал к ней своего приятеля, чтобы тот уговаривал и настраивал на перемирие. Не тут-то было. Поезд ушёл. Она больше не могла слышать даже голоса бывшего мужа.

Так закончилась печальная эпопея её неудачного и несостоявшегося замужества.

***

Бабушка догадалась, Работа спасла

Бабушка догадалась…

– Девочка моя, почему ты последнее время ходишь такая грустная? Опечалена чем? – спросила наблюдательная бабушка за завтраком.

– Сны стали сниться вопиющие…

– Ну-ка, ну-ка, поделись, не вещий ли то сон был?

Глория вскинула на бабушку испуганный взгляд.

– Вещий? Я не думала об этом. Насколько знаю, такие сны находят подтверждение в событиях реальной жизни. У меня же ничего подобного не происходило.

– Погоди, не всё сразу проявляется. Всему своё время. Хочешь, расскажу, как познакомилась с твоим дедом?

– Конечно, хочу, расскажи.

– Как-то приснился мне сон, будто я иду в парке со своей подружкой Зиной, мы с ней весело о чём-то разговариваем и никого толком не замечаем. Остановились у фонтана, поворачиваю голову, рядом со мной стоит военный, и так на меня смотрит… сердце в пятки ушло. И что характерно, лица его не вижу, какая-то пелена закрыла, а как одет, рост, шевелюру, китель – всё запомнила, даже пуговицы. Мы с ним о чём-то говорили – потом меня разбудили и сон пропал. Прошло время, не скажу точно сколько, пришла моя Зина, в воскресенье дело было, как сейчас помню, на майские праздники. И стала звать погулять. А у меня дел много. Уговорила она меня и хорошо сделала, не то ни твоего отца, ни тебя на свете не было бы.

– Что же произошло тогда? Бабуль, ты меня интригуешь?

– Нет. Зачем мне это? Так вот. Прогуливаемся мы в том парке, который я видела во сне. Смотрю, нам навстречу идут два молодых офицера. Оба красавцы – загляденье! Выправка, стать – всё при них. Один смотрит на меня в упор. И когда они стали приближаться, тот из них, который смотрел пристально, подошёл ко мне и говорит:

– Девушка, я вас всю жизнь искал.

А я ему в ответ:

– Вы что, наш родственник?

– Нет, но собираюсь стать вашим мужем. Так и ответил.

Я, конечно, обомлела от его слов, спасибо Зинке, помогла – перевела разговор в шутку. Мы познакомились, побеседовали и с того дня стали переписываться. А потом он приехал за мной и увёз по месту службы. Через год родился твой папа. Вот так. Прожили мы с ним душа в душу до его смерти.

– Как в сказке, – отреагировала Глория. – Пойду собираться, на работу пора. Спасибо за завтрак.

– Почему же, как в сказке? В жизни всякое случается, надо только верить в свою судьбу. Понимаю, после всего пережитого тебе трудно поверить, что на твоём пути встретится добропорядочный человек. Не торопи время, девочка. Всё ещё будет, надо дать судьбе созреть.

– А я и не тороплю.

Работа спасла …

Отчаяние парализовало, Глория долгое время не могла прийти себя. Всё пережитое возвращалось вновь и вновь в воспоминаниях и мелькало перед глазами. Это было очень трудное испытание. Ей срочно нужно было отвлечься. Женщина с головой ушла в работу, отдавалась делу всецело, всей душой.

Она придумала методику, которая помогала развить у ребят пространственное воображение, вызвать у них желание получать новые знания. Вырабатывала усидчивость и трудолюбие. Прививала любовь к родным местам, взывая к детским воспоминаниям. Она возносила отчизну так, что учащиеся, вслушиваясь в каждое слово преподавателя, готовы были следовать её примеру во всём. Они полностью доверяли ей, потому что им было очень интересно с ней, видели и чувствовали, как она снова и снова дарит им бесценные знания. Педагог так выстраивала уроки, что даже непоседы с замиранием сердца слушали её.

У неё сложились добрые отношения с подопечными. Учащиеся доверяли ей свои секреты. Со временем они стали хорошими друзьями.

Глория очень хотела привить детям любовь к чтению и вызвать большой интерес к литературному наследию. Поэтому на её уроках дети читали вслух поэзию, прозу, и не у доски поодиночке, а в порядке очереди со своих мест.

В один из осенних дней темой такого урока намечалось «Творчество Николая Некрасова». Преподаватель рассказала ребятам о детстве поэта, его тёплых отношениях с матерью, о его любви и привязанности к родным местам, к Волге. Вот тогда-то она предложила учащимся почитать вслух произведения великого русского поэта.

– Открываем начало произведения. Витя Суворов, ты продолжишь после меня, – обратилась она к мальчику, сидевшему на последней парте. – По моей руке эстафета перейдёт к твоему соседу, и так мы дойдём до первой парты. Потом начнут читать учащиеся центрального ряда и так далее. Всем понятно?

Дети ответили хором:

«Да».

– Ребята, пожалуйста, читаем с выражением. Начинаем, – она начала читать, посмотрев на Витю, который съедал её глазами и ждал сигнала. Дети настроились, и полились бессмертные строки.

«О Волга!.. колыбель моя!

Любил ли кто тебя, как я?

Один, по утренним зарям,

Когда еще все в мире спит

И алый блеск едва скользит

По темно-голубым волнам,

Я убегал к родной реке.

Иду на помощь к рыбакам,

Катаюсь с ними в челноке,

Брожу с ружьем по островам.

То, как играющий зверок,

С высокой кручи на песок

Скачусь, то берегом реки

Бегу, бросая камешки́,

И песню громкую пою

Про удаль раннюю мою...»

Прозвенел звонок. Но учащиеся так увлеклись, что прерывать чтение не хотели.

– Хорошо. Сделаем спаренный урок. А пока прервёмся.

На перемене к ней подбежала девочка из первого класса «А».

– Глория Валерьевна, а Пшеничкин дёргает меня за косы.

– И чем он это объясняет?

– Ничем, – стушевалась девочка. – Больно же…

– Пойдём, спросим у него.

– Коля Пшеничкин, подойди, пожалуйста, – позвала учительница рыжеволосого сорванца. Веснушчатый мальчишка с взъерошенной шевелюрой, весь взмокший после очередной потасовки, подбежал к ней. Косо посмотрев на девочку, скривился и сквозь зубы процедил:

– Нажаловалась, ябеда.

– Вы меня звали, Глория Валерьевна, – спросил он, переводя взгляд на учительницу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Звала. Коля, скажи, ты уже взрослый мальчик, да?

– Не знаю.

– Ну как же? Взрослый и ответственный. Вот скажи, зачем ты дёргал Машу за косы? Разве ты не знаешь, что ей больно?

– Нет, откуда мне знать? Я не девчонка и косы не ношу, – парировал мальчуган.

– Теперь будешь знать, что этого делать не нужно.

– Ладно, так и быть, больше не буду, – буркнул сорванец и умчался.

***

Предвестники, Судьбаносная встреча

Предвестники

Незаметно на своей колеснице подкатила зимушка-зима. Близился любимый праздник. В душе Глории он ассоциировался с волшебством. По сути своей она оставалась трепетным, добрым, в чём-то наивным ребёнком. Её страдалица-душа не потеряла своей первозданности, нет. Глория оставалась верна своим принципам, идеалам, воспитанию, полученному в родительском доме, и ценностям, которые впитала с молоком матери. Вопреки всему она никогда не предавала этого. Правда, по отношению к себе была чрезмерно требовательна и к делу, которому служила, относилась ответственно.

Глория помнила, как в годы её детства и отрочества, отец готовился к встрече Нового года с особенным энтузиазмом: заранее приносил домой самую пушистую высокую лесную красавицу, покупал продукты и обязательно мандарины. Накануне грядущего праздника всей семьёй наряжали ёлку. Настроение у всех было превосходное. В доме царило оживление. Отец смастерил домик из фанеры, который устанавливал под елью, провёл туда освещение, чтобы жителям волшебной страны было уютно в нём – там же и приютили персонажей из сказок. На самом верху за деревцем глава семьи устанавливал рефлектор с синей лампой, имитирующий лунную дорожку, бегущую с небес к домику. Когда в квартире гасили свет, в комнате, где стояла ёлка, начиналось действо – все персонажи оживали. Чудо-чудное, диво-дивное!

Глория удерживала в памяти всё до мелочей: наутро после новогодней ночи она в ночной рубашке до пола бежала к ёлке, ныряла под неё и извлекала оттуда сладкие подарочки, загодя приготовленные отцом. Её душа радовалась и умилялась. Глория купалась в любви и заботе близких и дорогих её сердцу людей.

Эти воспоминания с годами стали для неё защитной нишей, и только они заставляли верить в чудо и не терять надежду. А в горе – спасали.

Судьбоносная встреча

В центре города раскинулась предновогодняя ярмарка. Внимание Глории привлёк павильон с книгами, монографиями, альбомами с репродукциями и фотографиями разных городов мира. Перебирая новинки, она нагнулась к нижней полке, среди других нашла томик любимой писательницы. Глория перечитала все книги замечательного автора, давненько выделяла её из многих. Так обрадовалась находке, что, поднимаясь, не заметила покупателя и столкнулась с ним.

– Ой, – только и сказала Глория, приложив руку ко лбу, шишка тут же вскочила, а книга выпала из рук на пол.

Покупатель нагнулся и поднял.

– Возьмите, – протянул он ей толстый томик со стихами.

Девушка машинально бесшумно губами поблагодарила, думая только о шишке на лбу, которая очень болела. Случайно вскинув на покупателя взгляд, она обомлела. В голове тут же пробежались определения, которые она тогда во сне дала соблазнителю.

«Мистер Ловкость! Мистер Чувственность! Мистер Деликатность! Мистер Великодушие!» - вспомнила она цитату из любимой книги.

Это был он, да-да, тот самый, который снился ей в ту летнюю ночь у моря. Она не ошиблась, он был героем её сновидения. В его ласках она утопала, купаясь, и таяла от счастья. Она видела этого голубоглазого красавца-брюнета, который окутал её пламенным восхищённым взором, бархатным голосом и приворожил обаятельной ямочкой на подбородке. Видела и запомнила на всю жизнь. Тот сон врезался в память. Обычно она видела кратковременные сны, они не носили романтического, тем более чувственного характера, и быстро забывались. Потом днём, сколько Глория ни старалась вспомнить – не получалось, хотя очень хотела удержать в памяти тончайшую нить сновидения. А вот сон у моря она запомнила весь, и её щёки густо покрывались румянцем, как только молоденькая женщина мысленно возвращалась к тем воспоминаниям.

Никогда с бывшим мужем ничего подобного она не испытывала. Он был мужланом во всём, и в интимных отношениях в том числе. Не имел представления о том, что нужен подход и особое поведение в интимных отношениях с женщиной. Такие моменты его не волновали. Он умел только брать, но ничего не давать. При первом же удобном случае дразнил жену скромницей. Как он мог понять утончённую душу? Они были совершенно разные. Выбирать для семейной жизни ему нужно было представительницу своего круга. А он, бурьян, позарился на ту, что была ему недоступна, и искалечил ей жизнь.

«Да, скромница. Ну и что же? Ничего плохого в этом не вижу, – уверяла Глория сама себя. – Со мной всё в полном порядке. Просто-напросто не нахожу нужным с каждым встречным-поперечным делить постель, имею право».

А тут вдруг такое наваждение. Незнакомец во сне покрывал её тело поцелуями, и что странно, она позволяла ему это, вернее, не противилась.

«А разве во сне можно вести себя иначе? – Глория искала ответ и оправдание, вдаваясь в рассуждения. – Ты не принадлежишь себе, с тобой делают, что хотят. Как можно повлиять на ход событий, остановить их? Это ведь происходит на подсознательном уровне. Ты словно зритель в кинотеатре, который смотрит фильм, но изменить ничего в сюжете не может».

Вот и сейчас незнакомец смотрит на неё так проникновенно.

«Бежать подальше от этих глаз», – и она попыталась, ускорила шаг, подошла к кассе, чтобы заплатить за книги и уйти поскорее, но какая-то немыслимая сила влекла её к нему.

И, что удивительно, и его притягивало к Глории магнитом. Это было взаимное притяжение.

– Простите, вы позволите, я помогу, – услышала она со спины. – Помимо романа, вы выбрали монографию, а она весит немало. Самой не донести. Смотрю, у вас и сумки надёжной нет.

– Ничего. Пакет куплю.

– Мне не трудно. Я провожу прямо к дому, – по всему было видно, что незнакомец старался удержать Глорию.

– Не стоит. Мне неловко, мы с вами не знакомы.

– Поправимо. Мелочи, условности. Не обременяйте свою жизнь не нужными заботами.

Этот молодой мужчина явился для неё настоящим магнитом, и спасения не было. Впервые в жизни она подчинилась незнакомому человеку. В тот вечер они долго гуляли. Случайный знакомый рассказывал ей интересные случаи из своей повседневной практики. Уже тогда, в первый вечер их знакомства, она многое о нём узнала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Как выяснилось из его слов, он работал психологом, практиковал в больнице. Пациенты ему встречались неординарные, у каждого свои болезни, проблемы и трудности. Нужно было разобраться, подобрать ключик, назначить правильное лечение. Он работал в одной связке с психиатром. В тех случаях, когда сам мог помочь, больные переходили под юрисдикцию психолога. В остальных – получали лечение у психиатра. Попутчик говорил, а Глория слушала и анализировала, она никак не могла объяснить себе, как наяву встретила того, кто ей снился. И эта загадка засела в голове и теребила душу.

Молодые допоздна заговорились.

– Простите, мне пора, дома волноваться будут.

– Моя вина, заговорил вас. Извините меня. Мы увидимся? – осторожно спросил он.

– Не знаю. А надо ли?

– Очень надо. Не могу сразу рассказать всего. Давайте завтра встречу вас у дома и прогуляемся.

– Завтра? Когда? Днём я работаю.

– И я работаю. Часов в семь, устроит?

– Наверное, – неуверенно ответила она.

– Что-то не так?

– А? – Глория задумалась и не слышала его. Её мучили сомнения.

– Вы сможете завтра в семь вечера? – переспросил он.

– Постараюсь. Только не знаю, зачем? – она всё ещё не могла совместить то, что привиделось у моря, и встречу наяву.

– Потом, всё потом. Завтра буду ждать вас на этом месте.

– Постараюсь.

– Простите, забыл представиться. Меня зовут Александр. А вас?

– Глория.

– Какое имя у вас красивое, величественное и необычное.

– Папа придумал.

– Он у вас был провидцем?

– Нет. Почему?

– Вы – моя слава, – тихо проговорил Александр. – До завтра, да?

– Хорошо, Саша, я буду.

После этих слов он быстрым шагом ушёл, а она всё ещё стояла и думала:

«Что это было?».

Весь следующий день Глория была задумчива. Ни с кем не разговаривала. Она размышляла, анализировала, вспоминала о Саше и никак не могла сообразить:

«Как тот, кто соблазнял её во сне, сумел возникнуть наяву? Разве такое возможно?».

Молоденькая женщина боялась признаться себе, что незнакомец ещё тогда поселился в её сердце и, как заноза, беспокоил и напоминал о себе. Кто знает, а вдруг это первые проблески любви, а она, не ведая, что это такое, так и не догадалась. Но встреча с Александром отчётливо дала ей понять – вся её женская плоть скучает по нему. Учитывая воспитание и свойства характера, она бежала от этих мыслей и гнала их от себя.

На следующий день к семи часам девушка вышла на свидание, но никого не было. Глория прогуливалась у дома в ожидании Александра, но он так и не пришёл.

«Всё к лучшему. Нарисовала себе бог весть что, а на самом деле – ничего и не было. Он ушёл и забыл. На свидание пригласил для поддержания разговора или из приличия», – определилась она, сбросив с себя нахлынувшее беспокойство. – Будем жить дальше.

Письмо

Жизнь шла своим чередом. Пробежали две недели в работе, в делах, Глория и не заметила.

В тот день она сидела у себя в комнате и готовилась к уроку.

В комнату вошла бабушка и с порога сообщила:

– Девочка моя, тебе пришло письмо.

– Мне? От кого?

– Честно говоря, не посмотрела. Петровна с первого этажа отвлекла разговорами. Возьми, – и бабушка передала внучке белый конверт с маркой и печатями.

– Спасибо, бабуль.

Глория обратила внимание, что отправитель не знал номера квартиры и её фамилии. Указал на конверте только город, улицу, номер дома и имя. Почтальон на их участке работал много лет. Со всеми старыми жильцами был лично знаком, поэтому не выбросил письмо, сообразил, кому оно адресовано.

– Кто бы это мог быть? Как странно, – произнесла она, вскрывая конверт.

А оттуда полились строчки:

«Ты мне снишься ночами лунными,

Порою ненастною.

Звезда моя, мечта моя,

Лучезарная, непокорная Волшебница!

Вся нагая, лёгкой шалью прикрытая,

Я желаю тебя, я нуждаюсь в тебе,

Так тоскую по тебе – любовь моя долгожданная.

Ты в ночной тишине пробежишь по песку,

Окунёшься в море, блаженствуя.

Я с небес на тебя гляжу,

И душа моя рвётся на части, истерзанная.

Как мне жить без тебя?!

Как открыться тебе – сказать, что хочу,

Как признаться в том, что в сердце ношу.

Как любить, не лаская тебя,

Не лобзая уста медовые?

Я готов на всё для тебя,

За мгновения жаркие, сладкие,

Лучик солнца, зорька моя,

Снизойди, пожалей, полюби,

Дай мне счастье испить полной чашею».

А дальше отправитель написал:

«В тот вечер нашего расставания получил горькую весть. Умерла моя мама. Уезжал попрощаться и похоронить. Мне очень плохо. Думаю о вас, скучаю.

С надеждой, преданный вам, Александр».

– Это он, это он! – вырвалось у неё.

Теперь Глория сложила воедино части пазла, они легли ровно, аккуратно заняв в памяти свои места, и ясная картина предстала у неё пред глазами.

– Он был тогда в посёлке и видел меня на берегу. Нет сомнений – это он приходил ко мне ночью…

Что это я? О чём думаю. Он, кажется, ещё о чём-то мне написал, – и женщина вторично пробежалась глазами по строчкам в письме. – Господи, у него горе. Чего же я жду, надо бежать, лететь к нему.

Она прочитала на конверте обратный адрес.

– У него случилось несчастье. Он нуждается во мне. Ждёт с надеждой. Еду.

Всю дорогу Глория держала в руках конверт и перечитывала письмо.

– Пусть будет, что суждено, но в беде его не оставлю.

Она вышла на нужной остановке троллейбуса и пошла вперёд, поглядывая на нумерацию домов. Перечитав адрес, утвердительно сказала:

– Добралась. Чётная сторона, а вот и дом под номером шестьдесят четыре. Знать бы ещё, на какой этаж подниматься.

Глория подошла ближе и увидела бабушек, которые активно обсуждали свои болезни у парадной на скамейке.

– Здравствуйте, не подскажете, в каком подъезде двести пятнадцатая квартира?

– В четвёртом. А вы к кому, милая? – поинтересовалась бабушка.

– К Донцову.

– А, это к сыну Марьи Васильевны. Бедняжка, поехала сестру навестить и не вернулась. Иди, милая, вон там четвёртый. У нас первый.

– Спасибо вам.

Глория почувствовала, что у неё холодеют ноги и руки, а в душе так неспокойно стало.

«Не буду волноваться. Назад дороги нет».

Она собралась, настроилась. Вошла в подъезд вместе с жильцами, которые своевременно подоспели. Поднялась на одиннадцатый этаж. Подошла к входной двери, и сердце зашлось – сильно-сильно забилось.

Глория сделала над собой усилие и позвонила. Вскоре она услышала, как вышли в коридор из одной квартиры, послышались шаги, они приближались, и зашумел ключ в замке. Дверь распахнулась, на пороге появился Александр. Она заметила, глаза его были воспалёнными и красными. Он, как её увидел, бросился к ней, обхватил и прижал к себе, что было силы.

– Никому не отдам. Я так ждал, так терзался, так надеялся.

– Саша, отпустите, пожалуйста, не то я задохнусь.

– О, простите меня. Пройдёмте в квартиру, мне так много надо вам сказать.

Они миновали коридор, в котором было четыре квартиры. Александр провёл Глорию к себе, она сняла верхнюю одежду, сменила обувь, и они прошли в гостиную.

– Садитесь.

Он взял со стола старый альбом с фотографиями, нарочно приготовленный заранее. Саша ждал её.

***

Откровение

Откровение

Моя мама, как и вы, посвятила себя детям. Всю жизнь проработала в школе. Вот она в молодости. Здесь школьница, вот студенческие фотографии, а эта – перед замужеством.

– Красивая она у вас… очень, – Глория чуть было не сказала «была» и запнулась.

– Да, очень красивая, вы правы. А счастья не было, – ответил с печалью в голосе Александр.

– Грустно. Вы на маму похожи.

– Я во всём мамин сын. Отец ушёл от нас, когда мне исполнилось два года. Уехал, вроде бы по работе – это

перед отъездом он придумал версию для мамы, и не вернулся.

Я его не помню совсем. Что ребёнок в два года может запомнить? А спустя время по почте пришла повестка в суд. Сам беглый муж и отец туда не явился, адвокат представлял его интересы. Вот так. А маме пришлось терпеть наглые вопросы, которые сыпались на неё во время судебного заседания, заодно почувствовать на себе отвратительное поведение его защитника.

– Встречаются же на пути непорядочные люди, а женщинам одни страдания, – разволновалась Глория.

– Вы правы. Мама так тяжело перенесла обман отца, внезапный разрыв отношений, ничем не подкреплённый, что больше никому не смогла поверить. Так одна меня и растила. Знаю, что ей нелегко пришлось, но всё стерпела ради того, чтобы я вырос здоровым во всех отношениях, состоявшимся человеком и подготовленным к жизни. Водила меня на плавание, фехтование. Я посещал факультативные занятия в школе. В старших классах на курсах изучал языки. Мама мечтала, что я пойду поступать в институт международных отношений, а меня потянуло в медицину. И то, на последнем этапе собрал документы и подал на психологию. Рвался в медицинский всей душой, хотел стать хирургом. Мама в последний момент отговорила. Знаете, я не жалею, у меня очень интересная профессия. Я врачую души людей, а это не легче и не менее значимо, чем врачевать тело.

– Ваша правда. Всё определяет состояние души человека, я в этом уверена, – сказала Глория и задумалась. «Спросить у него или подождать?» – крутилось у неё в голове. И вдруг она сказала:

– А знаете что, Саша, собирайтесь, я хочу вам что-то показать.

– Что именно? – заинтересовался он.

– Своё любимое место на земле.

– Даже так? Иду собираться. Далеко едем?

– Потом всё узнаете, обещаю, ничего не утаю. И мне дайте слово, что ответите на все вопросы.

Он удивлённо посмотрел на неё.

– Вы говорите загадками. Хорошо, отвечу. Глория, вы меня заинтриговали.

– Никакой интриги нет. Накопились вопросы, появилось желание услышать, что вы скажете.

– А почему дома нельзя?

– Можно и дома. Только там обстановка располагает к откровенному разговору.

– Тогда поехали. Пять минут, и буду готов.

В пути они разговаривали на отвлечённые темы. Выйдя из электрички, Глория сказала:

– Дождёмся автобуса, он довезёт в наш посёлок.

Когда же они вышли из автобуса и пешим шагом прошлись до дома, Александр как-то странно начал себя вести.

– Что случилось, Саша? Почему вы всё время оглядываетесь?

– Не поверите, у меня сложилось такое впечатление, что я здесь уже бывал. Хотя совершенно уверен, что сюда никогда не ездил и в вашем посёлке никого не знаю.

– Давайте прогуляемся вдоль берега. Возможно, там найдёте подсказки и ответы на свои вопросы.

– Возможно. Нет, я здесь не был, во всяком случае наяву, разве что во сне, – и он странно улыбнулся.

– Сегодня ветрено, – сказала Глория и накинула на голову капюшон от пуховика.

Александр глазами обследовал местность, берег, дома. Но подсказок не находил ни в чём.

– Я понял. Это мои ночные видения всему виной. В последние несколько месяцев мне снился один и тот же сон. И вы, милая Глория, занимали в нём не последнюю роль, а главную.

– Я в вашем сне?!

– Представьте! Об этом я писал вам в письме. Вы его получили?

– Да. А как бы я узнала ваш адрес? К тому же вы с надеждой обращались ко мне. Я почувствовала, что нуждаетесь в моей помощи.

– Всё так, вы правильно поняли. Мне было очень плохо без вас.

– И это мне стало ясно по вашему письму, поэтому приехала.

– Вы – чудо! Спасибо вам.

– Рассказывайте дальше.

– Ах, да, сон. Один и тот же сон и один и тот же сюжет.

Я просыпался, и голова от боли трещала. Мне снилось, что я прогуливался здесь в ночное время. В какой-то момент увидел, как мне навстречу движется нимфа, да-да, не смейтесь, настоящая нимфа. Необыкновенно красивая и нагая, лишь шаль прозрачная прикрывала её тело. Она, едва касаясь песка, прогуливалась по берегу, направляясь к воде. Я отпрянул к близстоящему дому, чтобы не спугнуть её. До чего же соблазнителен был весь её вид. А как сложена… мечта! Поверите, во мне проснулся мужчина, ощутил желание соприкоснуться с ней. Нимфа купалась, разговаривая с месяцем. Это выглядело так романтично и очень забавно. От неё исходила такая нега, неудержимо притягивала она к себе.

Я застыл в одном положении, не отрывая от неё глаз. А когда она совершенно нагая вышла из воды, почувствовал, что схожу с ума. Во сне произошло то, чего в жизни не случилось бы никогда.

– Что именно?! – Глория слушала Александра, не пропуская ни единого слова. Она-то понимала, что ещё немного и произойдёт то, что сама видела в сновидении.

– Я возжелал её. Да-да, это было так мучительно и так отрадно. Не успел заметить, как оторвался от земли и оказался на небесах. Оттуда продолжал наблюдать за ней. До чего же хороша была нимфа.

– А что, девушка вас увидела?

– Да. Увидела, когда возвращалась в свой дом. Её, видимо, притянул мой пристальный навязчивый взгляд, и она подняла голову. Вот тогда наши взоры встретились. Девушка испугалась, я заметил это и улыбнулся ей. Но она ускорила шаг и быстро ушла в дом.

– А что было потом?

– Потом было то, чего бы в жизни не случилось никогда, тем более с первого взгляда. Уже и не помню, как во сне проник в её дом. Она, утомлённая прогулкой, уже спала. Стыдно рассказывать, я набрался смелости и занырнул к ней под одеяло. Какое неописуемое блаженство прикасаться к её устам, телу – никогда ничего подобного мне не приходилось испытывать. Это была ночь любви и наслаждения! И, что удивительно, она отвечала на мои ласки. Мы провели феерическую ночь, а потом я так же незаметно покинул её дом. Зазвонил будильник и мой сон прервался. Но я точно знаю, что только она и есть моя судьба, я влюблён в неё и брежу ею.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– И вы не знаете, кто она?

– Не знал наверняка, пока не встретил вас на предпраздничной ярмарке. Вы и есть она. Не верите? Я уже тогда поразился сходству. А когда позднее анализировал сон, пришёл к выводу, что подсознание с помощью сновидения подсказало мне, кто моя половинка. То были вы, я знаю, убеждён. Теперь я с вами не расстанусь никогда.

– Загадки, одни загадки…

– Вы не верите мне?!

– Пойдёмте в дом, Саша. Попьём чай с печеньем. Я замёрзла.

– Да, конечно, пойдёмте.

Они вошли в дом. Глория поставила на плиту чайник. Прошла в комнату, включила электрический камин.

– Прогреется помещение, станет комфортнее. Пойдёмте, чайник, наверное, уже вскипел.

– Глория, скажите, зачем вы привезли меня сюда?

– Саша, я поражена вашим рассказом, сижу в недоумении. Но за вашу откровенность поделюсь с вами. Этот вопрос извёл меня. Я по природе своей и воспитанию пуританка, а то, что произошло тогда, не укладывается в голове, никак не пойму, как такое могло случиться со мной?

– Вы только не волнуйтесь, если вам неприятно вспоминать что-то – не надо. Я всё правильно пойму.

– Саша, только когда услышу ваш ответ, возможно, успокоюсь. Слушайте. В конце лета родители вернулись в город, у отца были дела. Я же перед возвращением на работу решила задержаться и ещё несколько дней и понежиться у моря. Очень люблю бывать тут. Ночью мне захотелось выкупаться. День выдался жарким, я решила освежиться. Набросив шаль, пробежалась по песку к воде. Примерно на середине пути меня стала преследовать мысль, что кто-то наблюдает за мной. Этот кто-то прожигал своим взглядом затылок, спину, отчего я чувствовала себя очень неловко. Погрузившись в воду, отошла от этих мыслей, забылась на время. Полежала на воде и успокоилась. Но на обратном пути, немного приподняв голову, на небесах встретилась взглядом с пришельцем. Он буквально гипнотизировал меня, его глаза взывали ко мне. Незнакомец был очень красив и смотрел на меня … страшно произнести, с вожделением. Мне стало не по себе, я ускорила шаг и забежала в дом. А во сне произошло то, чего наяву никогда бы не случилось. Что этот человек вытворял со мной – словами не передам. Проснувшись, я тут же поднялась и уехала в город подальше от стыда. Всё это время сон не давал мне покоя. В тот вечер, в магазине, когда вы ко мне подошли, я чуть не вскрикнула от испуга. Ваше лицо как две капельки воды напомнило мне пришельца ночного, который меня возмутил своим поведением.

– Глория, милая, я всё понял, это судьба нас вела навстречу друг к другу.

– Вы думаете?!

– Сомнений нет.

– А то, что случилось во сне… – она замолкла, не смогла выговорить ни слова.

– Вам было плохо с ним?

– Нет. Но это же недопустимо.

– Понимаю. Но и вы поймите… – Александр задумался, он искал нужные слова. – Мы взрослые люди и можем свободно говорить с вами. Ведь так?

– Смотря о чём.

– Я бы хотел, чтобы мои слова были поняты правильно. Да, соглашусь с вами, что когда люди сходятся на короткое время ради физической близости – это безнравственно. Но в том случае, если поступками взрослых людей движет любовь – всё иначе. Такие взаимоотношения естественны между двумя любящими душами и сердцами. И тогда всё возможно: близость и откровенные отношения – всё. В этом случае будет правильным, ибо органично вплетается в канву интимных отношений, которые остаются неведомы остальным. Вы взрослый и умный человек, подумайте над моими словами, и если встретится на вашем пути любовь, не отказывайтесь от неё. Вы ведь красавица! Глядя на вас я безумно хочу жить и любить. Должен, нет, обязан вам сказать. И пусть это будет преждевременно, но молчать больше не в силах. Я люблю вас, люблю давно. С тех самых пор, как мне приснился сон, я брежу вами. Вы моя судьба, я твёрдо убеждён в этом. И как я понял, вы увидели в своём сновидении меня.

– Да.

– Я вам был противен?

– Нет. Но я обескуражена.

– По всей вероятности, я позволил себе то, о чём вы и не подозревали.

– Ну конечно.

– Это вызвало у вас отторжение?

– Во сне – нет. Но когда проснулась и вспомнила, меня охватил тихий ужас, как я могла позволить такое?! И остановить не могла, то, что происходило во сне, этим невозможно было управлять.

– Вот поэтому и говорю вам. Прислушайтесь к своей природе, она умнее, обязательно подскажет и поведёт за собой. Доверьтесь своей богатой фантазии. Вы же умница.

– Саша, я не из тех женщин, которые ищут флирт и приключения на свою голову.

– Я вас распознал сразу. Вы целомудренны душой и телом. Прошу лишь об одном, позвольте любви войти в свою жизнь. Дайте ей насытить вас наслаждением и счастьем обретения духовно близкого человека.

Ничего не могу вам пообещать, – она умолкла. Мысли распирали голову, волновали и настаивали, вызывая в душе беспокойство. И всё же она призналась ему. – Так и быть, откроюсь по секрету – я боюсь любви. Не хочу больше потрясений.

– И это я понял, как только познакомился с вами. Не будем торопить события.

– Не будем.

Александр посмотрел на неё, обнял её ладошку своими руками, прикоснулся губами. Они сидели молча. Каждый думал о чём-то своём.

​​​​​​***

Легенда

Легенда

– Попробую немного развеять ваши грустные мысли. Глория, вы помните легенду-сказку о Боге Любви и его возлюбленной Душе – Психее.

– Что-то припоминаю, но очень смутно. В детстве читала этот миф, действительно, он похож на сказку.

– А давайте, я расскажу вам.

– Расскажите, послушаю. Сказки с детства люблю.

– Когда-то давно жил известный римский писатель – Апулей. Ох, и большим затейником был он. Эта сказка его рук дело. Жил сказочник во втором веке нашей эры. Тогда же и творил. И вот, что он придумал. Попробую пересказать по памяти.

У одного царя было четыре дочери и ни одного сына, – начал Александр.

– Очень похоже на сказку о царе Салтане.

– Только начало. Все его дочери удались: рослые, пышногрудые, с длинными косами, ловкие, говорливые, палец в рот не клади – как на подбор, одна лучше другой. Но вот характерами очень отличались друг от друга. И это отражалось в выражении лиц, мимике, прищуре глаз, ехидной улыбке, даже в голосе, и особенно в интонациях. А вот младшая дочка царя очень отличалась от сестёр, она-то и затмила всех красотой своей, ангельским, безропотным нравом и утончённостью. Это очень бросалось в глаза, девушка превосходила сестёр своих во всём, поэтому люди стали называть её бессмертной богиней, а сестёр – обычными смертными. Считали, что они годятся только для того, чтобы сопровождать младшую сестру, в качестве свиты, и только.

Как мы знаем, у слухов длинные ноги, а у некоторых – даже крылья вырастают. Они, не дожидаясь приглашения, тут же разлетелись, и слава о невиданной красоте Психеи обошла всех. Откуда ни возьмись, съезжались к царю женихи свататься к младшей дочери. А были и такие, которые желали полюбоваться красотой её невиданной. Эти стремились засвидетельствовать царю своё почтение, рассказывая, что, увидев Психею, убедились, что даже богиня Афродита уступает ей по красоте и величию. Так превозносили младшую дочь царя, что ставили её наравне с бессмертными богами. Толпы желающих изо дня в день надоедали царю. Воздыхатели позабыли о той, кому не так давно служили, в честь которой воспевали в одах и слагали поэмы. Все устремились служить новому кумиру и даже не упоминали об Афродите. Её храмы превратились в развалины. На алтарях вместо драгоценностей лежали жалкие остатки пепла от свеч. А любимые богиней города – её достояние и гордость – пришли в запустение. Все почести, которыми награждали Афродиту, доставались смертной – неизвестной дочери царя. Естественно, богиня пришла в ярость и бешенство. Она не могла стерпеть такого отношения к своей персоне. Негодовала, злилась и на пике нервного срыва повелела расправиться с соперницей. И вот тогда ей на помощь пришла каверзная мысль:

– А что, если я напущу на неё своего сыночка. Эрос –

бог Любви, пред ним не устоит ни одна смертная. От его стрел нет спасения нигде и никому: ни на земле, ни на небесах. Решено, так и сделаю.

Афродита наведалась к сыну. Плача и жалуясь, поделилась, как обошлись с нею и всё из-за одной смертной.

«Такая обида горечью прожгла душу. Воспользуйся своей чудодейственной силой, сын, очаруй её и накажи за меня, – настаивала богиня-мать, – и заставь эту дерзкую девчонку без памяти влюбиться в самого недостойного, самого презренного человека на свете».

Эрос внял просьбе матери и согласился помочь. Но вот тут произошло то, чего богиня не могла предвидеть. В своих злобных намерениях она оступилась, не подумав, что совершает большую ошибку, показав богу Любви красавицу Психею. И действительно, как только Эрос увидел девушку, он потерял дар речи и в тот же миг почувствовал, что одна из отравленных им стрел пронзила его в самое сердце. Для искушённого обольстителя сам факт явился настоящим потрясением. Искуситель онемел от избытка чувств и, конечно, ничего не сказал матери. Она-то понадеялась, что вскоре сын принесёт ей радостные вести о бедах и несчастьях Психеи. Но не тут-то было. Эрос наметил свой план и готовился осуществить его.

А девушка жила своей жизнью. Обожатели по-прежнему навещали Психею, любовались ею, восхищались красотой и превозносили. Но со временем сватались к обычным смертным и женились на них. Её сёстры, которые во всём проигрывали ей, сумели сделать отличный выбор – успешно вышли замуж за царей и жили припеваючи. А Психея – воплощение изящества и красоты – осталась коротать свой век в одиночестве. Ею восхищались, но ни один представитель сильного пола не полюбил её сильно, преданно, страстно, всей душой и на всю жизнь. Царь с царицей втайне очень горевали и тревожились. Пришёл день, когда отец принял решение:

– Больше ждать нечего. Надо действовать, – он отправился к оракулу Аполлона. Его проводили в палаты. Оракул принял царя, поприветствовал гостя и спросил:

– Что привело тебя ко мне?

– Склоняю голову пред тобой и надеюсь на совет по старой дружбе, – ответил царь. – Он изложил всё, с чем шёл.

Однако Эрос – бог Любви – опередил царя и рассказал Аполлону всё, что узнал от матери. Вот поэтому ответ отцу девушки прозвучал жёсткий и обжалованию не подлежал.

– Плохи дела твои, царь, но как видно, делать нечего. Пусть оденут дочь твою в погребальную траурную одежду. Отведут к высокой горе и оставят в одиночестве. Туда прилетит за ней назначенный ей супруг – страшный крылатый змей. Он силой превосходит богов. Не мне с ним тягаться. Только змей и сделает Психею своей женой. Иной судьбы ей не дано небесами. Таков был вердикт.

Схватившись обеими руками за голову, несчастный отец девушки, зарыдал.

***

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Приговор в исполнении

Приговор в исполнении

Убитый горем царь в полном отчаянии покинул оракула и с ужасными вестями вернулся домой. Пути для отступления не было – боги постановили. Осталось одно – выполнять. Перед длинной дорогой близкие, не выходя из дома, оплакали бедную Психею. Нарядили в траурный наряд и только потом отвели к высокой горе, где и оставили в одиночестве. А в царстве в тот же день бедную девушку похоронили в своих сердцах, и поселился навечно траур в их доме: все горевали по несчастной проклятой царской дочке.

Но талант души даётся неспроста. Психея была не просто умна, а не по годам мудра. И в такой непростой ситуации она не утратила мужества и самообладания. Прощаясь с родными, девушка сказала им:

– Поздно слёзы лить. Отец и вы, матушка, должны были меня давно оплакать. Разве не видели, что моя краса вызывала зависть и раздражение небес. А за этим всегда следует не награда, а наказание. Вам ли не знать, вы ведь царь? И нужные меры принять давно надо было. Я стала неугодной им, вот и захотели от меня избавиться. Сейчас уже поздно говорить и плакать. Приму всё, что уготовлено судьбой, и сопротивляться злой участи не стану. Что суждено – тому и быть.

– Прости нас, доченька, – родные в горе и слезах удалились, оставив Психею наедине с судьбой.

Наступила ночь. Утомлённая, расстроенная и заплаканная Психея присела на высокой горе, сжалась комочком, ожидая встречи с названым мужем – ужасным крылатым змеем. Она изнывала от бесконечных вопросов, заполонявших голову, не понимая, почему беды свалились на неё. Где она оступилась, что сделала не так. Но небеса молчали. Девушка плакала и дрожала от холода. И вдруг сквозь ночную тишину её чела коснулось лёгкое дуновение, сродни летнему ветерку.

– Это ты, мой ласковый, нежный, верный друг? – спросила она.

– Приветствую тебя, Психея, – ответил Зефир. – Прилетел навестить тебя и развеять тоску. Не печалься, не всё так плохо. Мгновение…

Он перенёс красавицу вниз с горы на равнину – лужок, покрытый сочно-зелёным, шелковистым покрывалом, благоухающий ароматами полевых цветов.

– Какое чудо! Как хорошо здесь! Мягкая прекрасная постель! Какое блаженство! Благодарю тебя, дорогой помощник.

– Отдыхай, красавица, доброй ночи, – сказал Зефир и тотчас улетел.

В тишине и покое тревоги и печали отдалились, уступая место отдыху, и девушка уснула. С этого момента началось её спасение и новая жизнь.

Но, как мы знаем, путь к совершенству и к счастью долгий и тернистый.

Когда же Психея проснулась, до уха её добежал шум волн. Она повернула голову и увидела, что лежала на берегу реки, с кристально чистой водой, в которой резво скользили красочные рыбки с разноцветными плавниками.

– До чего же красиво! Божья благодать.

А перед взором предстал величественный и монументальный дворец. Такого красавца могли возвести только для одного из богов. Она подошла совсем близко и заглянула.

– Колонны в мраморе, стены в серебре и позолоте, полы – зеркальные, фрагментами мозаикой выложены и усыпаны драгоценными камнями. А во дворце пусто – ни души. – Девушка восторгалась великолепием убранства, но никак не могла понять, почему здесь никого нет. Она переборола волнение, страх и заговорила:

– Есть кто живой? – с опаской спросила Психея. В ответ – тишина.

Рискнула ступить на порог и немного пройти вглубь, и в этот миг вокруг неё послышались голоса, они разговаривали, рассуждали, боролись за первенство быть услышанными ею. Ей это показалось странным. Наконец, Психея распознала то, о чём они поведали ей.

– Богиня, госпожа наша, этот дворец принадлежит тебе. Мы – твои слуги. Входи, омывай тело после дальней дороги и отдыхай. Скоро для тебя будет накрыт стол с яствами и изысками, сегодня у нас большой пир – наша госпожа пожаловала домой. Мы твои слуги – готовы выполнить любое твоё желание.

Психея с удовольствием приняла омовение тела, затем невидимые руки промокнули её простынёй и втёрли в кожу ароматные масла.

– Восхитительно! Как приятно! Благодарю вас.

– Госпожа наша, стол для большого пира накрыт.

Девушка проследовала в трапезный зал, отведала блюда, они оказались изысканными, необычными и очень вкусными.

– Не сон ли это? Мне было обещано наказание, а вместо него я получила царский подарок!

Не успела девушка восхититься, как вокруг неё разлилась божественной красоты музыка, и многоголосие невидимого хора поразило её воображение. Над хоралом переливами взвивались звуки арфы.

– До чего же хорошо! Благодарю вас, мои дорогие помощники.

Психея радовалась всему, одно её озадачивало – она всё ещё пребывала в одиночестве. А её внутренний голос намерено подсказывал, что ближе к ночи явится к ней супруг. Но от этого страхи в душе девичьей только разрастались.

***

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Это он - мой суженый

Это он – мой суженый

Пришла ночь, девушка устроилась на мягком ложе и тут же рядом услышала нежное лёгкое дыхание. Сразу же зазвучали чарующие слова любви, и нега разлилась в душе – то супруг явился, он всё же навестил её.

От его ласк, щемящих душу слов, осторожных и ловких прикосновений, она позабыла о своих страхах, и сомнение ушло прочь. Сознание подсказало, что он вовсе не чудище, которым страшили её, а любящий и любимый супруг. Его, да-да, именно его, она ждала и желала. Одно настораживало Психею, не видела она лица своего суженого, не знала ничего о нём. Их встречи были настолько чудесными, что девушка забывала о тайных мыслях – обо всём. В одном она убедилась, что никакой страшный ужасный змей к ней не прилетал. Это радовало и дарило надежду. Рядом с ним она чувствовала себя совершенно счастливой.

Время утекало со скоростью ветра и крупиночек из песочных часов. Уносило за собою прошлое, иногда напоминая о том, что случилось в её жизни.

Однажды ночью супруг заговорил с ней. Он был серьёзен и настроен решительно. Рассказал Психее, что их счастье невечное и чувствует, что грядут несчастья. Придут они от сестёр её.

– Будь осторожна и бдительна, моя любимая, опасность близка, – предупреждал он. – Сёстры твои хитрые и пакостливые. Они взберутся на гору, на которой оставили тебя родные умирать. Придумают предлог, будто им надо оплакать тебя там, будут искать встречи с тобой. Но ты не соглашайся. Тебе нельзя видеться с ними, нельзя, пойми. Если ты пойдёшь против меня, очень огорчишь и накличешь на нас несчастья. Помочь не смогу.

Психея заверила супруга, что выполнит всё, как он просит. Но на следующий день от осознания того, что не сможет пойти против воли родных сестёр, впала в уныние и проплакала весь день. Когда же ночью явился супруг, то даже ласки его не сумели осушить её слёз. Она была безутешна. Тогда он сжалился и сказал:

– Если ты так страдаешь, вольна поступать, как сердце просит, но знай, ты сама выбрала путь, который, несомненно, приведёт тебя к гибели. Помни об этом и будь осторожна. Хочу, чтобы ты знала, у тебя нет права видеть меня. И не пытайся, иначе навеки потеряешь.

– Что ты, милый мой. Что ты, любимый. Чем жить без тебя – лучше умереть. Об одном прошу у своего повелителя – позволь увидеться с сёстрами, скучаю я, по дому тоскую.

– Разве тебе здесь плохо?

– Нет, мне у тебя очень хорошо, всё радует и обнадёживает – я счастлива с тобой. Но они родные сёстры. Я выросла вместе с ними.

– Печально, что ты не хочешь прислушаться к моим советам. Ну что ж, если эта встреча доставит тебе радость и успокоит, встречайся. Я предупредил. Потом пеняй на себя.

Супруг послал распоряжение Зефиру, чтобы тот перенёс сестёр Психеи ко дворцу, что ветерок и сделал.

Ранним утром девушка ожидала их в предвкушении великой радости от долгожданной встречи. Сёстры после долгой разлуки расплакалась, бросились обнимать Психею, целовать её. Они не могли поверить, что она осталась жива и невредима.

Психея пригласила их во дворец. Сёстры увидели роскошь и великолепие, в котором жила их сестра, оторопели и загрустили – ревность змейкой проползла в их сердца. А когда услышали волшебную музыку и отведали необычайно вкусные и изысканные блюда, чёрная зависть тут же нагрянула и заполонила их души. Вот тут уже было не до радости. Зависть начала точить сестёр и не отпустила, пока не созрел их коварный план: как избавиться от младшей сестры.

Они стали пытать Психею:

– Скажи, милая, а кто он, твой супруг, который одарил такими несметными богатствами? Ты купаешься в золотой ванне, пьёшь из серебряных чарок, спишь на пуховой перине. По твоему требованию исполняется любое желание. Кто он твой супруг?

Психея в ответ произнесла всего лишь несколько слов.

– Мой дорогой супруг – молод, добр, щедр. Он храбрый. Сегодня весь день на охоте. И он любит меня. Разве этого мало?

Зефир, – позвала она помощника.

– Я здесь, моя богиня.

– Вот возьми алмазы, золото, серебро – эти дары для моих сестёр. Перенеси их назад домой.

Завистницы, увидев драгоценности, обезумели. Они были хорошо обеспечены своими мужьями, но и те не осыпали их дорогими подарками без особого случая. Их собственное состояние казалось ничтожным по сравнению с тем, что окружало Психею. Хотя они ни в чём не нуждались.

Зависть породила ненависть, а подруга её – лютая злоба – тут же взялась за дело и стала разъедать души сестёр, да так, что женщины, забросив все дела, детей, закрылись от всех в комнате, придумали коварный, жестокий по своему масштабу план. Теперь они знали, как уничтожить младшую сестру.

А ночью супруг вновь заговорил с ней:

– Милая моя, сердце чует опасность. Тебе грозит беда. Сёстры твои замышляют против тебя действо возмутительное и неблагородное. Будь осторожна, не пускай их на порог, не приближайся к ним.

А наивная Психея рассудила иначе.

«Своё лицо супруг мне не кажет. Что же, мне теперь и сестёр не видеть. С кем же мне встречаться? Не годится так жить. От скуки зачахнуть можно. Я не хочу быть отшельницей. Поныне не знаю, кто он? Своё лицо суженый прячет от меня. Вот и сёстры спрашивали, и увидеться с ним возжелали, узнать о нём хотят больше, а сказать им нечего. Сама ничего не знаю. Напрямую они мне не высказали своих упрёков, но ушли в полной уверенности, что супруг – чудище, держит меня взаперти и положение моё неподобающее и безнадёжное. Они любят меня и уверены, что избранник, судьбой назначенный, страшный крылатый змей, как предсказывал оракул Аполлона, а не человек. Сёстры заявили, что пока ещё он милосердно относится ко мне, но не ровен час, набросится и убьёт».

Психея от этих мыслей пришла в тихий ужас. Её сердечко разрывалось между любовью к мужу и страхами, которые вновь нахлынули.

«Я совсем ничего не знаю о нём. Разве это правильно? Видеть мне супруга не позволительно. Тогда какая я жена?! На всё должны быть причины. Он что-то утаивает от меня, а вдруг это правда и мой муж – змей, а от меня скрывает эту страшную тайну. Я в неведении и сотрясаюсь от мысли, что меня ожидает. Если его внешность так отвратительна и омерзительна, что мне нельзя на него смотреть, как жить дальше? Перед кем же тогда он предстаёт без стеснения и опасения? Так я замучаюсь в догадках. Надо что-то предпринять».

***

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Непростительная ошибка

Непростительная ошибка

Психея встретилась с сёстрами наперекор мужу, в смятении и расстроенных чувствах открылась им, что никогда не видела своего супруга и не ведает, кто он на самом деле.

– Встречаемся мы только в темноте. Он бежит от меня, скрывает своё истинное лицо. Посоветуйте, сёстры милые, что мне делать.

– Тебе нужно обхитрить его. Заготовь заранее лампу и острый нож. В тот момент, как он уснёт, покинь ложе любви, зажги лампу. Пред тобою предстанет чудище. Закрой своё сердце, ты не его любишь, и вонзи в него нож. Не бойся, мы будем рядом. Как только твой супруг испустит дух, мы уведём тебя отсюда. Ты опять станешь свободной и вольной птицей. Действуй и ничего не бойся.

На этом сёстры покинули Психею, а она в полной растерянности и смятении, съедаемая угрызениями совести, металась по дворцу в поиске совета и помощи.

– Я ведь люблю суженого. Ничего плохого он мне не сделал. За что же убивать его? Он стал для меня всем – самым дорогим, родным. Он – мой супруг.

И тут же сомнения пускали в ход свои щупальца:

– А если это на самом деле страшное чудище, медлить нельзя, убью его и конец, – мысли разрывали голову, в сердце не было покоя и определённости. Печаль заполонила душу, сомнения дрались с желанием увидеть супруга.

Наступил вечер. Чтобы хоть немного успокоиться, Психея подумала, что первым делом посмотрит на суженого, а потом обретёт уверенность, и правильное решение придёт само собой.

После жарких объятий, она дождалась, когда супруг ушёл к себе и уснул. Зажав страх в кулачке, собравшись с силами, Психея зажгла лампу. Подкралась на цыпочках к ложу мужа и подняла высоко лампу. Ей непременно хотелось увидеть того, кто навещал её ночами, а после по обыкновению спал здесь. Какое же удивление испытала Психея, увидав своего благоверного. Как же сердечко её затрепетало. Она восхищалась совершенством и красотой самого обольстительного и прекрасного создания, из всех, кого ей когда-либо приходилось видеть. В порыве раскаяния и стыдливости за своё недоверие, сомнения и отчаянный поступок, она готова была дрожащими руками вонзить острый нож себе в сердце, но, упав на колени рядом с ложем, не удержала орудие и оно выпало. Этим она себя и выдала. Психея, очарованная красотой супруга, склонилась над ним, не отрывая глаз. Тем времени масло из лампы пролилось на плечо супруга. От жжения на коже он резко проснулся. Никак не ожидал от любимой подобного поступка. Бог любви расценивал такое не иначе, как предательство. Эрос, испытывая сильную боль от ожога, тут же покинул дворец, не желая видеть и слышать ту, которая усомнилась в нём и его искренних чувствах. Психея выбежала вслед за ним, преисполненная раскаянием. Он открыл ей своё имя и поведал, чей сын. На прощание проронив:

– Любовь теряет силу и смысл там, где нет доверия. Прощай!

– Что я наделала, глупая девчонка?! Прощения мне нет. Супруг мой – сам бог Любви, а я отнеслась к нему с недоверием. Как я могла? Как посмела? Вот это и есть самое большое несчастье и наказание, и они свалились на мои плечи по собственной вине. Теперь мой суженый не захочет холить и нежить меня, бросит на произвол судьбы, и правильно сделает, – горько плакала расстроенная красавица. – И даже если он оставит меня одну-одинёшеньку, я не остановлюсь, приложу все силы и волю, но сумею его убедить и доказать, как сильно люблю и что готова принять из его рук любую кару.

Психея не смогла остаться во дворце, отважилась и отправилась на поиски любимого супруга, хотя не знала, куда он улетел, где, в каких краях скрылся от глаз её.

– Буду искать, пока не найду, не покаюсь перед ним и не поведаю, как люблю его.

А Эрос, недолго думая, наведался к матери залечивать рану на плече. И что явилось ему? Афродита, узнав, что супругой сына стала Психея, бросила его без помощи и в злобе постановила:

– Не стану помогать тебе. Ты пренебрёг моим мнением. Ты ослушался богиню, не захотел внять здравому смыслу. Настал мой час. Вот теперь я проучу взбалмошную девчонку. Ишь, что вздумала? Не бывать этому. Мало того, что позволила себе поступок, который вызвал во мне волну негодования, так она ко всему и сына моего приручила. По глазам вижу, что сгораешь от любви к ней. Не женщина – бес настоящий.

«Что мне с ней делать? Придётся идти на мировую, однако сначала приструню негодную. – Богиня очень гневалась на сына, намереваясь отомстить невестке. – Пусть почувствует, что значит вызвать ярость и неудовольствие богини Афродиты», – решила она.

А неопытная Психея, перебираясь с одного места на другое, стремилась достучаться до милости богов. Она возносила им свои искренние и проникновенные молитвы, но боги оказались глухи и безучастны – они и не помышляли конфликтовать с Афродитой и враждовать с ней. Утомлённая Психея в отчаянии поняла, что неоткуда ожидать помощи. Последнее, что осталось, принять рискованное решение – наведаться к самой богине – мать-то наверняка знает, где сын. Женщина металась в сомнениях, но пути иного не было, ибо ни на земле, ни на небесах не подскажут, где прячется её любимый супруг. В её мыслях пробивалась истина:

«Упрошу Афродиту, пусть возьмёт меня в служанки. Готова выполнить любое желание, только бы смягчить гнев и расположить к себе. А вдруг супруг прячется у неё?»

Она-то не ведала, что богиня сама разыскивала беглянку.

Афродита, увидев невестку на пороге своего дворца, громко рассмеялась в лицо Психее и, злорадствуя, заявила:

– Что, прежний супруг сбежал, ты отправилась на поиски новой жертвы?! – искры посыпались из её глаз. – Мой сын и слышать о тебе не хочет. Ты его чуть не убила, нанесла телесные раны, нестерпимые боли, страдания. Не представляю, как папенька царь воспитывал тебя – свою непокорную дочь? Боги тебя не впустят ни в один дом. Ты не умеешь себя вести должным образом. С тобой ни один молодой мужчина не сядет за стол и не позволит тебе прилечь на своём ложе. Полагаю, что только тяжёлым и непосильным трудом, сумеешь вымолить себе прощения и снисхождения богов. Но я милосердная богиня и попробую научить тебя, как правильно вести себя. А сейчас…

***

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Испытания

Испытание первое

С этими словами Афродита высыпала на стол из разных мешочков крошечные зёрнышки: пшеницы, ячменя, гречихи, овса, пшена, мака, проса и быстро смешала их.

– Даю тебе срок до наступления ночи. Перебери, отдели и сложи крупы в отдельные кучки. Для своего же блага постарайся успеть.

Богиня, ухмыляясь, ушла. А Психея пришла в ужас.

– Эта задача невыполнима. Справиться с ней не представляется возможным. Зря я сюда шла. Что меня ожидает – позор и презрение? Никогда мне не разобрать эту кучу, – бедняжка горько заплакала. Ситуация тупиковая, у пленницы опустились руки, она была загнана в тупик. Ожидать пощады и поддержки ни среди смертных, ни бессмертных – дело зряшное и безрассудное. Так ей казалось. И всё же, кто-то невидимый любя, молился о ней. На помощь подоспели муравьи.

– Не плачь, госпожа наша. Не плачь. Ты никогда не причиняла нам и нашим братьям зла и боли, мы поможем тебе.

Друзья, – обратился самый крупный муравей к своим собратьям, –

отделяем зернышко от зернышка и быстро раскладываем по отдельным кучкам. Работаем слажено и предельно внимательно.

И тут же толпа муравьёв-тружеников приступила к делу. Как дружно они работали! Душа радовалась, глядя на них.

– Принимай работу, госпожа наша, – сказал крупный муравей.

– Вы мои дорогие помощники. Благодарю всех и мысленно посылаю вам поклон до земли. Мой поцелуй в макушечку каждому труженику.

Довольные муравьи, выполнив свою миссию, тут же исчезли.

Психея ожидала вердикта богини. Когда же Афродита пожаловала во дворец, то увидела, что невестка справилась – задание выполнено. Но вместо доброго слова и похвалы, свекровь ещё больше обозлилась.

– Я недовольна тобой. На сегодня испытания завершены. Мне пора на покой. Вот тебе корка засушенного хлеба, большего ты не заслужила. И спать будешь там, на голой земле, тебе нет места в дворцовых покоях.

После этих слов богиня удалилась, думая:

«На изнурительном труде и голоде ненавистная красота покинет Психею, и она так навечно исчезнет из мира, где правлю я. Её место в могиле».

Злорадствуя, богиня улеглась на мягком ложе, усеянном цветами, и соблазнительно благоухавшем.

– Ах, как хорошо! Нужно проследить, чтобы сынок всё это время протомился под замком. Не ровен час – помехой станет моему плану.

Довольная собою, она тотчас уснула.

Испытание второе

Утром Афродита подвела невестку к высокой скале и сказала:

– Есть у меня мечта, хочу стать владелицей золотого руна. Смотри, там, в низовье, где тихий берег золотится отполированными камешками и ракушками, играет волнами река. Видишь? А в близстоящих кустах пасётся стадо необычных баранов. Тебе предстоит спуститься туда, убить баранов и принести их волшебную шерсть – золотое руно. Задача непростая, но выполнимая. Ступай туда и делай, что приказано.

Измученная бессонной ночью Психея подошла к краю скалы и ощутила острое желание – броситься вниз и покончить со всеми своими несчастьями одним разом. Она дошла до последней точки, и жизнь ей стала немила и безразлична. Наклонившись, увидела, как зелёный камыш кивал ей своими головками. Психея засмотрелась на него, а он человеческим голосом заговорил с ней:

– Красавица! Живи и будь счастливой. Горе невечное. Присядь и подожди. Ближе к вечеру барашки придут к реке на водопой, и возжелают понежиться. Там прохладно и приятно. Они не очень дружелюбны, это верно. Но тебе и не следует с ними встречаться. Добрые руки соберут золотое руно и повесят в чаше лесной на ветвях цветущего шиповника. Ты найдёшь его там. Это не трудно. Сходи и забери, сколько захочешь.

– Боже праведный! – воскликнула Психея, услышав слова его. – Мой благородный камыш! Ты уберёг меня от страшного поступка, а твои стражники принесут мне в подарок спасение. Это ли не чудо?! Дождусь вечера, схожу за руном. Всем сердцем благодарю тебя за выручку твою. Ты подоспел в добрый час. Твоя помощь не имеет цены! Мой добрый друг, знай, ты в моей измученной душе навсегда.

И, действительно, ласковый камыш выполнил обещание – подарок дожидался пленницу в назначенный час.

Когда Психея доставила бесчеловечной Афродите золотое руно, та, перебирая его в руках, недовольно сказала:

– У меня нет сомнений, что тебе кто-то помог и в первый раз и сейчас. Самой бы тебе никогда не справиться. Но если ты хочешь доказать мне, что наделена острым умом, щедрым сердцем, редким чутьём и изобретательностью, дам тебе ещё одно задание.

Испытание третье

Вот там, на холме, проклятое место – чёрный водопад – место гибели многих моих друзей и верных слуг. Этот один из истоков зловещей реки, которая принадлежит ненавистному моему врагу Стиксу. Мы воюем с ним десятки лет, и пощады от него нет никому. Ты должна приблизиться к водопаду и наполнить водой вот этот сосуд. А дальше подумаю, как с тобой потупить.

Тяжело вздохнув, побрела Психея исполнять задание. Оказавшись рядом с водопадом, лишь теперь она осознала, что ей никогда не справиться с поставленной задачей. По обеим сторонам от источника лежали скалы, и были они очень сколькими и крутыми, а вода лилась широким непрерывным бурным потоком с дикой скоростью, разбиваясь о скалы. Подойти ближе, чтобы набрать воду, было равносильно самоубийству.

– Как же я наполню сосуд, если путь к источнику недоступен.

Но провидение и здесь поспешило на помощь.

– Не грусти, душа-девица, – донеслось до неё сквозь шум водопада. Психея подняла голову и увидела над собой орла. Он кивал ей, паря в воздухе и зависая над ней на своих гигантских крыльях. В какой-то момент выхватил из рук женщины сосуд, наполнил чёрной водой и отдал Психее.

– Будь осторожна, моя богиня, вода мёртвая.

– Милостивый и милосердный помощник. Благодарю тебя. Ты спас меня.

– Прощай и будь счастлива.

Психея вернувшись к Афродите, не нашла её расположения. Напротив, богиня, намеренно проявляла упорство, упрямство и даже глупость, она вела себя неподобающе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Испытание четвёртое

– Вот тебе шкатулка. Сходи к богине Персефоне в подземное царство и попроси, чтобы поделилась со мной своими румянами. Что смотришь с удивлением? Да, старею. Не привыкла. Для всех Афродита – эталон красоты. Как видишь, настало время, хочешь – не хочешь, а придётся воспользоваться услугами богини царства мёртвых.

– А что она там делает, ваша подруга?

– А ты не знаешь?

– Нет.

– Персефона – дочь богини Деметры и бога Зевса. Она большая выдумщица и фантазёрка. Жила всегда беспечно. В юном возрасте любила собирать ирисы, розы, фиалки, гиацинты и нарциссы на лугу со своими подружками. Девушки бегали, веселились. Делились сердечными тайнами. Вот тогда-то впервые Персефону увидел Аид, царь подземного мира, воспылал любовью и возжелал переманить к себе. А когда дочь богов воспротивилась, он силой умчал её на своей колеснице, заставив бездну развернуться перед ними, приказав хлябям небесным разверзнуться – так Персефона попала в подземное царство. Однако она не растерялась и поставила ему условие. Аид вынужден был отпустить возлюбленную, но на прощание дал вкусить зёрнышко граната, чтобы не забывала царство смерти и вернулась к нему. С той поры Персефона треть года проводит в царстве мертвых и две трети года – в царстве живых. Ухаживая за сыном, я так перестаралась, что состарилась и подурнела. Расскажи обо всём Персефоне, пусть поможет мне восстановить красоту.

Психея послушалась и отправилась за румянами, и чуть было не прошла мимо случайной странницы. Старушка и подсказала ей, как легче и быстрее попасть во дворец богини.

– Прежде всего, нужно просунуться в расщелину в земле. Это не так просто, как покажется на первый взгляд. Потом спуститься к реке – к владениям Стикса. Задобрить перевозчика Харона, дав ему медный грош, чтобы тот переправил через реку. А там и дворец предстанет во всей красе. Сторожит его хищный пёс Кербер. Ты всё запомнила, девонька?

– Да. Благодарю вас, бабушка. Вы мне очень помогли.

До дворца путешественница добралась успешно. Смышлёная

Психея угостила сторожа пирожком, который предусмотрительно

дала ей странница, пёс отвлёкся на трапезу и пропустил её.

Персефона приняла её радушно. Оказалась добросердечной, любезно поделилась с Афродитой своими румянами и проводила в обратный путь. Обрадовавшись, Психея вернулась из ада быстро и

легко. Но, не дойдя до дворца, остановилась – любопытство закралось в душу и искушение овладело ею. Оно и навлекло беду. Психее захотелось посмотреть на румяна, которые возвращали красоту и молодость. Она-то понимала, что после всех мытарств,

выпавших на её долю, заметно подурнела. А в душе не теряла надежду, что всё же встретит любимого супруга. Как же она предстанет пред ним в таком неприглядном виде? И Психея, вопреки запрету и предупреждению Персефоны, открыла

шкатулку, но ничего в ней не обнаружила. Разочарование последовало тут же. Молодая жена не знала, что задумала Персефона. Внезапно избранница Эроса ощутила нарастающую слабость и погрузилась в забвение. Сон унёс её из реальности. Она

не почувствовала, как опустилась на сырую холодную землю. Так и умереть недолго, но она уже ничего не чувствовала.

А супруг скучал, только и думал о своей любимой, вспоминая их встречи, ласковые речи, как он целовал её, и такая тоска одолела

его. От ожога и следа не осталось, бог Любви почувствовал себя совершенно здоровым.

«Так зачем томиться у матери?» – Он решил вернуться в свой дворец и припасть к ногам Психеи с извинениями. Но мать предугадала и этот вариант. Она заперла дверь на замок, чтобы

блудный сын не смог сбежать к своей любимой. Удержать в груди Любовь, рвущую сердце пополам, невозможно! Клокочущее негодование, вызванное глупым поступком Афродиты, заставило

проявить сообразительность. И он, открыв окно, в одночасье покинул материнское гнездо. Но каково же было его удивление, когда недалеко от дворца нашёл свою ненаглядную. Эрос в

мгновение ока стёр с глаз Психеи волшебный сон и загнал его назад в шкатулку.

Причина проста. Богиня подземного царства недолюбливала Афродиту, воспользовавшись случаем, преподнесла ей необычный

подарочек. Эрос прогнал сон, разбудил супругу, нежно пощекотав наконечником стрелы у неё в носу. Психея, открыв глаза, не поверила, что любимый опять с ней. А тот, прочитав ей тираду, смягчился, ласково сказав, чтобы впредь не была любопытной.

Рассказал, как скучал, как терзался в разлуке и что любил её всегда. После таких речей Психея восприняла дружелюбно его нотации, с интересом выслушала все советы, пообещав отныне быть послушной. Тогда Эрос наказал ей отнести шкатулку его матери и заверить её, чтобы не волновалась, с этого дня у них всё будет складываться благополучно.

Отправив супругу к Афродите, он вознёсся на Олимп к богам. Влюблённый супруг выбрал единственно правильный путь, он полетел к богу Зевсу – Эросу необходима была его поддержка и

уверенность, что в дальнейшем матери не придёт в голову вмешиваться в их жизнь и устраивать испытания невестке.

Зевс, выслушал гостя, подумал, взвесил и ответил.

– Да, нелегкую задачку ты мне задал. Помнится, в прошлом ты порядком подпортил мне репутацию. Моё доброе имя и чувство

собственного достоинства от твоих выходок пострадало. Что есть –

то есть. К сожалению, такое не забывается. Но я незлопамятен и помогу тебе.

– Благодарю. Я знал, что вы не откажете мне в своём содействии.

Зевс созвал совет богов, на котором присутствовала и Афродита, и

торжественно объявил, что приветствовал выбор бога Любви, и молодые сегодня же на глазах у всего совета сочетаются законным браком.

– Это не всё. Предлагаю даровать Психее бессмертие за её упорство и мужество.

Боги с воодушевлением приняли предложение Зевса.

Этим же вечером Гермес под звуки фанфар ввёл избранницу Эроса

во дворец богов, и там Зевс передал ей волшебную амброзию,

подарившую Психее бессмертие. Теперь мать бога Любви обязана была признать брак сына и Психеи. Спорить с невесткой-богиней и выступать против неё – у Афродиты не было полномочий. И

рассматривать отношения детей как неравный или временный брак тоже не было оснований. Решение Зевса всё расставило по своим

местам: Психея будет жить с мужем на небесах, там появятся на

свет их дети, и не в её интересах заводить романы на земле и искать преклонения у смертных.

Так помпезно завершилась эта красивая история двух влюблённых. А Психея – Душа, так звучит с греческого языка дословный перевод её имени. Таким образом, после долгих скитаний Душа и Любовь воссоединились, а по божественным законам их союз никогда не будет прерван и разрушен.

Они неразлучны! В этом браке родилась девочка, которую назвали Наслаждением – Идони. Глория, вы, как и Психея, немало страдали, прошли через испытания, но я точно знаю, что обязательно будете счастливой, – с удовлетворением завершил свой рассказ Александр.

–

Спасибо, Саша, за прогноз. Приятно слышать. Какая романтичная история! Давно читала эту легенду, некоторые фрагменты позабылись. Благодаря вам многое всплыло в памяти. Только, насколько я помню, у возлюбленной Эроса было две сестры.

–

Совершенно верно. Видимо, оговорился. Простите.

***

Долгая дорога

Долгая дорога – скорые хлопоты

Молодые беседовали. Родство душ проявилось сразу и во всём. Трудно было не заметить, как их сердца тянулись друг к дружке. В их отношениях царило полное понимание. Идиллию и уединение Глории и Александра нарушил звонок мобильного телефона.

– Меня уже ищут, – сказала Глория, доставая из сумки телефон.

– Шпиончик мой – папуля звонит.

– Доченька, ты где? Мы тебя обыскались.

– Папуль, я за городом – на даче.

– Что ты там делаешь без отопления?!

– Камин включила, прогреется помещение, всё нормально. Захотелось к морю. Ты же знаешь, это моя подпитка.

Не волнуйся. У меня завтра в старших классах первый урок в двенадцать. Успею вернуться.

– А кушать что будешь? В холодильнике пусто, помнится, мама оставила одни консервы.

– Чай с печеньем попила и замечательно. Завтра до работы забегу домой и позавтракаю. Спасибо тебе за заботу.

– Ты меня удивляешь. Что там делать в такой холод?

– Романтики захотелось.

Отец тяжело вздохнул.

– Как была фантазёркой, так и осталась. Пора бы повзрослеть. Хотя нет, не надо, будь такой всегда.

– Спасибо, папулик. До завтра.

– Жду тебя. Тут бабушка волнуется, утверждает, что ты уехала на свидание с героем своего сна. Так ли это?

– Бабуля у нас комиссар Мегрэ в юбке. Вернусь и всё расскажу. Ничего не утаю. Целую.

– И я.

В трубке послышались короткие гудки.

– Проверяют? – спросил Александр.

– Нет. Волнуются.

– Это прекрасно, когда есть кому… – он замолчал. По выражению его лица Глория поняла – расстроился.

– Саша, не надо огорчаться, пожалуйста.

И вдруг он услышал:

– А хотите, я буду заботиться о вас? – искренне возжелав помочь, Глория своими словами вырвала Александра из череды печальных мыслей. Он сейчас так нуждался в поддержке и именно Глории. Саша посмотрел на неё – в его глазах дрожали слёзы.

– Я тебя так искал! Но ты никак не встречалась на моём пути. Половинка моя, дорогая. Мечтал о тебе бессонными ночами. Мама обо мне всё знала, всё чувствовала, мы с ней жили душа в душу. Она меня успокаивала:

«Твоё время ещё не пришло, сынок. Но ты жди, не теряй надежду. Половинку свою отыскать очень трудно. Только везение твой помощник».

– И я терпеливо ждал. А не так давно мама уехала, давно сестру не навещала. А там всё и случилось, не ожидал, что вот так потеряю маму … теперь я совсем один, – он обхватил Глорию и сильно прижал к себе. – Никому не отдам.

– Сашенька, я с тобой. Не грусти, с тобой.

Александр одним движением подхватил её на руки и отнёс в комнату ближе к камину.

– Я люблю тебя больше собственной жизни, – он заглянул в её глаза и так ласково поцеловал, что Глория в его объятиях замлела. Саша губами чуть-чуть прикасался, как к ребёнку: к глазам, щекам, мочкам ушей. – Ты моё блаженство! Во сне всю тебя целовал.

– Я помню.

– Родная моя. Давай не будем больше никогда расставаться. Зачем терять время? Завтра подадим заявление в ЗАГС, зарегистрирую тебя в своей квартире, и будем жить в мире, согласии и любви – себе и твоим родным в радость. Не хочу расставаться. До Нового года поженимся. Моя клиентка работает в центральном ЗАГСе, она поможет найти нужную дату регистрации. А в новогоднюю ночь отпразднуем свадьбу вместе с твоими родными.

– Боже мой, как всё быстро.

– Зачем ждать и терять время? Счастье в каждом мгновении с тобой – любимая.

– Саша, к такому событию готовиться надо. А времени до Нового года не так много осталось.

– Мы всё успеем, доверься мне. Как же мне хорошо с тобой, моя половиночка.

***

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Счастье

Счастье

Тридцатого декабря в присутствии родителей и бабушки Глории, а также тёти Александра, состоялась регистрация бракосочетания молодых.

А в новогоднюю ночь родные их отпустили, и молодожёны сбежали к морю – туда, где всё началось… с небольшой разницей – теперь всё случилось наяву.

Войдя в дом, молодая жена сбросила с себя пуховик, и Александр оторопел в изумлении и восхищении. Вечернее платье до щиколоток, на котором люрекс играл полутонами и переливался, обтягивало идеальную фигуру, чётко указывая на соблазнительные формы. Молодая жена в ту ночь выглядела восхитительно!

У Саши пронеслись в голове строчки. Его фантазия унеслась далеко, и он представил любимую обнажённой. Сделать это оказалось очень просто, пришли подсказки из сна:

«Ах, эта женская грудь,

Эти линии талии и живота,

Эти складочки, что взывают ко мне,

Ах, эти чудные ямочки на лице,

Всё люблю в тебе.

Я брежу тобой,

Страстно хочу овладеть.

Прильни же ко мне скорей

И утоли жажду любви моей».

– Что-то не так, Сашенька? – спросила Глория, уловив его бегающий взгляд.

– Как ты прекрасна, моя любимая! Ты божественно красива во всём. Ты – душа: ангельская, трепетная, ласковая, умеющая дарить любовь, милосердная, богоподобная. Я люблю тебя больше жизни. Мы созданы друг для друга, и наш союз на века!

Он приблизился к Глории, обнял её и страстно поцеловал.

Она, вздохнув и выпорхнув из его объятий, улыбаясь, спросила:

– Попьём чаю, мой дорогой? Новый год, бабушка полную сумку еды сложила для нас.

– Какой чай?! Потом чай, всё потом… – он бросился к ней.

Глория не заметила, как вещи покинули её и тихо пристроились на полу. Саша нежил свою любимую и желанную, ласкал, целуя. Фейерверк бурных эмоций уносил их на страстной волне, пока не достиг пиковой точки, вот тогда наступило полное слияние в чувственной идиллии. Всё повторилось в точности, как в том прекрасном сне. А Глории и теперь не верилось, что такая пылкая, горячая любовь действительно существует и она пришла к ней. Александр не торопился, он дожидался, когда каждая её клеточка ощутит в полной мере его прикосновения.

– Моя красавица! Мечта моя! Любовь моя! Мой нежный цветочек! Как мне хорошо, как сладко с тобой. От тебя исходит дивный аромат трепета и восторга, сдобренный сладостным упоением. Как же я люблю тебя, моя девочка!

Глория растворилась в ласках Саши. Они чувствовали друг друга, желали друг друга и дышали друг другом. В этом было истинное единение душ и тел любящих сердец. Оба не могли успокоиться, настолько чувства захватили их в плен.

Ближе к рассвету. Глория услышала, как Александр нашёптывал ей в ухо, любуясь ею:

– Ты моя радость! Спасибо моей маме, она постаралась, ускорила нашу встречу. Никому тебя не отдам. Ты – моя половиночка. Будь со мной всегда. Как я счастлив, что ты рядом. –

Тёплыми мягкими подушечками пальцев он поглаживал её веки, брови, губы, шею и улыбался.

А Глория, чуть приоткрыв глаза, тихо произнесла:

– Теперь я знаю, кто вы: мистер Ловкость! Мистер Чувственность! Мистер Деликатность! Мистер Великодушие!

И она прильнула к своему избраннику.

– Сашенька, с добрым утром, дорогой мой. Это посвящение тебе, мой любимый.

И полились строчки с воодушевлением и радостью обретения истинного счастья:

«Волшебной ласкою любовь

Воспета рыцарем прекрасным.

И в сердце возродилась вновь

Надежда, некогда убитая напрасно.

Та нега разлилась в душе

Заглохнувшие струны оживляя

И я поверила тебе, мой рыцарь,

Дух сладострастия из рая.

Ты искуситель молодой,

Внушал мне – счастье так возможно…

Предусмотрительно наказ оставил свой:

«Отчаяние забудь – то в прошлом.

Иди вперёд и верь в судьбу, она не подведёт.

Она же приведёт избранника надёжного.

Он будет жить тобой одной,

Дышать тобою будет,

Из сердца лучик золотой пошлёт тебе –

А тот согреет и поможет».

Волшебной музыкой союз двух любящих сердец

Воспет давно, то был не сон, а явь

И рыцарь тот со мной.

Готова я делить свой кров с тобою, милый мой.

– Моя волшебница! Обожаю тебя! Благодарю за счастье, которое ты подарила мне, – воскликнул Александр, одаривая поцелуями свою избранницу.

Счастье подкралось к ней незаметно. Постучалось в её жизнь, когда она его уже и не ждала.

Верьте в судьбу, она не обманет.

***

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

БОНУС - подарок дорогим читателям - новелла ЗОЙКА

Пролог

Познакомилась я с одной женщиной. Самое интересное, что знакомство произошло случайно на почве обоюдной любви к животным.

Звали её – Зинаида Фёдоровна Милевина. Мы беседовали о домашних питомцах, обменивались впечатлениями, опытом. Неожиданно для меня она повернула разговор с иное русло и разоткровенничалась. Вначале мне это показалось странным, но спустя время я поняла, ей больше не с кем поговорить об этом, и она выбрала меня в слушатели.

Зина поведала мне одну интереснейшую историю, изменившую всю её жизнь.

Изложу повествование от её лица. Так будет достовернее.

.............................

Зойка

- Я вам расскажу о своей лучшей подруге, - неторопливо начала свой рассказ Зинаида, одновременно размышляя о чём-то, не будучи уверенной, стоит ли делиться сокровенным с кем-то, тем более с недавней знакомой. Но рана кровоточила и желание высказаться, поведать о наболевшем преобладали над разумом.

- Хорошая девчонка Зойка. Такая добрая, мягкая, чуткая, - начала она задумчиво, но с иронией. - С ней так легко, так уютно было. Тогда я считала её золотым человечком, самым близким другом.

Я её очень любила. Дружили мы с ней с детства. Наши отцы служили во флоте, мы жили рядом, на одной улице. Учились в одной школе, в параллельных классах, всегда, везде вместе. Не разлей вода. Она без меня ни одну задачку не решала, ни одно сочинение не писала. Была нерешительной, безынициативной, беззащитной. Я всегда её выручала, помогала. У нас так было принято. Она была моей лучшей подружкой. По окончании школы я подала документы в полиграфический. А Зойка оставалась в раздумьях, всё никак не могла определиться. В результате она пошла в сельскохозяйственный институт. Решила заниматься селекцией, выращиванием новых подвидов.

А за полгода до этого… - Зина остановилась, резко умолкла, что-то мешало ей говорить. И вдруг, её как прорвало. Она продолжила рассказ, но не с того места, на котором остановилась, а в продолжение своих мыслей.

***

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Тот вечер перевернул всю мою жизнь

Тот вечер перевернул всю мою жизнь

- Это началось на новогоднем вечере за полгода до окончания школы. Он пришёл к своему приятелю. Они разговаривали о чём-то, а потом подошёл ко мне и пригласил на танец. Так мы познакомились. Звали его Олег.

Я сразу обратила внимание на то, что он отличается от моих одноклассников своим поведением. Да и внешне он выглядел иначе. Подтянут, аккуратно одет. Вежливо разговаривал. Я даже удивилась.

Оказалось, что он вырос в интеллигентной семье.

Его мать преподавала в университете на факультете филологии. Отец - служил при посольстве военным атташе. В первые годы его службы вся семья находилась с ним за границей. Позднее мать стала работать над диссертацией, защитилась и начала преподавать в университете. Отец Олега также перешёл на преподавательскую работу в военной академии. Сказалось желание: не расставаться с семьёй.

Чувствовалось, что мальчик подкован. Олег собирался поступать в институт военных переводчиков. Провожая меня домой, он рассказал обо всем подробно, делясь со мной своими планами.

Вы знаете, он мне понравился с первой встречи, как говорят, - с первого взгляда. Тогда я этого не понимала, просто не отдавала себе отчёта в этом, осознание пришло позднее.

Прощаясь, как принято, мы обменялись телефонами.

С тех пор, мы встречались очень часто, каждый день беседовали по телефону. Все семейные праздники проводили вместе. В нашей семье Олега приняли, как родного.

Зинаида опять прервалась. Ощущалось напряжение.

- На майские праздники мы решили отправиться на природу, к нам на дачу. Вместе с нами поехали друзья Олега и Зойка, - продолжила она своё повествование. Мы там пробыли целый день. Хорошо провели время. Назад возвращались все вместе, и тут Зойка закапризничала.

- Зин, пусть Олежка меня проводит. А то у нас в парадной вечно какие-то хулиганы собираются. Спокойно домой попасть нельзя.

Ты не возражаешь? – кокетливо спросила она, улыбаясь.

- Почему Олег? - вступил в разговор один из друзей Олега.

Мы все готовы проводить тебя, - попытался он отвлечь её.

- Ну и вы тоже, конечно, - уточнила Зойка.

- А что это вдруг? – спросил Олег. Настроение хромает, - заулыбался он. - Нет, я всё понимаю. Для меня это большая честь, я конечно галантный кавалер, - сказал он насмешливо и раскланялся. Олег дурачился, играя шута «горохового», это было видно невооружённым глазом. - Слушай, может, наймём духовой оркестр, веселее будет? - пошутил он, юродствуя.

- Не, оркестр не нужно, - отреагировала Зойка. Не то настроение, - настаивала она.

- Олежек, сходи с ребятами, проводите Зойку домой. Уже поздно, она боится, - высказала я своё предположение.

Олег как-то странно посмотрел на меня и сказал без особого удовольствия:

- Раз надо, значит надо. Вперёд, ребята.

Они проводили меня к дому, и пошли провожать Зойку.

Я, ни о чём не подозревая, вошла в парадную и направилась к лифту.

Спустя время мне ребята рассказали, что Зойка всех пригласила в гости, угощала коньяком с конфетами. Включила медленную музыку и с каждым танцевала.

Вы знаете, я не предала этому факту никакого значения.

Что там произошло, я не знаю. Но, с тех пор Олег стал задумчивым, часто грустил. Куда-то пропал его юношеский задор. Он не рассуждал часами на разные темы, не философствовал как раньше, а всё думал, думал. Да и встречаться мы стали реже.

Я не задавала ему никаких вопросов, а сам он ничего не рассказывал.

***

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Начало взрослой жизни

Начало взрослой жизни

Прошли вступительные экзамены. Мы благополучно перешли из статуса абитуриентов в студенты. И решили отпраздновать это событие. Олег пригласил всех к себе домой. Его родители собирались в отпуск и перед отъездом отправились навестить своих ближайших родственников.

Замечу, родители Олега были людьми доброжелательными и не имели ничего против того, чтобы мы собрались у них в квартире.

На вечеринке, Олег подошёл ко мне, попросил отлучиться с ним в другую комнату, учтиво предложил сесть и уверенно сказал:

- Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Это было так неожиданно. Нет, я не могу сказать, что не ждала этого, что не мечтала. Безусловно, ждала и мечтала. Я любила Олега, и быть всегда рядом с ним означало для меня превеликое счастье.

Но, сказано это было как-то второпях. Меня это насторожило.

Что греха таить, мои чувства к нему победили, и я ответила соответственно:

- Олеженька, всё будет так, как ты хочешь. Ты же знаешь.

Но почему тут и вот так вдруг? – спросила я.

- Не считаю нужным откладывать это в долгий ящик. Мы с тобой достаточно хорошо знаем друг друга. Ты настоящий друг. Уверен, ты будешь достойной женой и матерью моих детей, - проговорил он эти слова, как заученный урок. Если ты согласна, давай пойдём и распишемся, - подытожил он.

- Ты считаешь, моего особого отношения к тебе достаточно для счастливой семейной жизни? – поинтересовалась я, а у самой щёки запылали, и заколотилось сердце. Мы впервые говорили с ним на эту тему.

- О чем это ты? – спросил он и уронил на меня чужой взгляд.

Ты что же сомневаешься в моих чувствах к тебе? – понял он, что я имела в виду. Разве я когда-нибудь давал тебе повод? – спросил он.

- Нет, нет же, что ты? – поспешила я успокоить Олега.

Просто я всегда думала, что когда делают предложение руки и сердца, то в первую очередь объясняются в любви, а уже потом…, - наивно заявила я и затихла.

- Понимаю. Допустил оплошность. Прости, - попытался Олег реабилитироваться, исправить допущенную ошибку.

Зинуль, конечно же, я тебя люблю. И никаких сомнений, пожалуйста, - произнёс он по-детски, выпрашивая снисхождение. Мы будем вместе. Решено и обжалованию не подлежит, - сказал Олег шутливым тоном, разряжая обстановку.

Нагнулся ко мне и поцеловал. Я, ощутив тепло и нежность его щеки, тут же растаяла.

Как мало нужно женщине. Как легко её можно сбить с толку, обмануть, ввести в заблуждение.

Нет, не подумайте, этих мыслей тогда у меня не было. Я была совершенно счастлива, на десятом небе летала, порхала моя душа.

С того вечера к этому разговору мы не возвращались.

Но, я на всякий случай предупредила маму, поделившись с ней новостью.

Вскоре Олег пришёл ко мне и сказал, чтобы я взяла паспорт.

- Мы идём подавать заявление, - уверенно заявил он.

Через три месяца мы поженились. А через год у нас родился сынуля – наш первенец, Павлик.

Жили мы у моих родителей. Они очень меня выручали, благодаря чему после рождения Павлика я смогла продолжить учёбу, не теряя год в академическом отпуске.

С Зойкой мы виделись редко из-за моей занятости, а она всё меньше и меньше нас навещала. Я выкраивала минутку, чтобы хоть по телефону поговорить с ней. Если мне и удавалось застать её дома, она куда-то всегда торопилась, и разговора не получалось. Она очень изменилась по отношению ко мне за последнее время.

Я это почувствовала.

А Олег часто стал приходить домой поздно и в нетрезвом состоянии. Я всё пробовала поговорить с ним, но на откровенный разговор он не шёл и на мои просьбы не откликался. Он будто оглох. В один прекрасный день, он не пришёл домой вообще.

Я испугалась, думая, что с ним что-то случилось.

Позвонила его родителям, а они в недоумении:

- Как? Что? Не может быть!

Я обзвонила всех друзей Олега, но и там его не было.

Обратилась в полицию. Как в воду канул.

В институте тоже не появлялся.

Его родители объездили все больницы, все морги, но Олега не нашли.

Прошло несколько дней, он объявился у родителей, коротко сказав:

- Я ушёл из семьи, вернулся домой, ни о чём меня не спрашивайте.

Об этом сообщила мне его мама, не понимая, что происходит и, переживая вместе со мной случившееся.

Когда я звонила, желая поговорить с ним, он наотрез отказывался подойти к телефону.

Так я осталась одна с Павликом, а наши пути с Олегом разошлись.

Но официально я оставалась его женой. Повестку в суд мне не присылали. Сама я была слишком занята, чтобы заняться бракоразводным процессом. Да и не до того мне было. Рана не заживала. Я не могла понять, что могло случиться? Что заставило его так поступить по отношению ко мне? Мы жили спокойно: ни ссор, ни скандалов, ни распрей не было.

Скажу вам больше, он даже сына не навещал. Ребёнок-то в чём провинился перед ним? Да и я себя виноватой не чувствовала.

Все эти вопросы так и остались безответными. Тот, кто мог прояснить ситуацию, скрывался от нас. Боль бередила мою душу, руки опускались, не хотелось жить, не то, чтобы думать об учёбе. Забота о ребёнке отвлекала, уводила от тяжёлых мыслей, особенно, когда Павлик болел, а хворал он часто. Рос тяжело, поэтому всё внимание, забота, всё тепло моей души были отданы ему – моему крошке.

Моя свекровь втайне от Олега навещала нас, приносила внуку гостинцев, подарочки. Она упрашивала меня взять деньги, но я отказывалась. Мои родители помогали мне всем, чем могли, постоянно выручая.

Слово «папа», мой ребёнок не знал. Кроме мамы у него были – бабуля и дедуля. Я ничего ему не рассказывала, чтобы не ранить его детскую душу. Павлик не нуждался ни в чём.

А любви ему перепадало за десятерых.

Спасибо моим родителям, с их помощью я благополучно завершила учёбу в университете. Мне предстояло найти себе работу, которая бы находилась недалеко от дома, желательно в первую половину дня, чтобы после своего возвращения освободить маму. Она была вынуждена уйти с работы, чтобы присматривать за Павликом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мама очень уставала. Ребёнок выматывал её без остатка.

У Павлика был снижен иммунитет, он не мог посещать детский сад.

Моя подружка, Зойка, куда-то исчезла после окончания учёбы, и никто не знал, где она. Её родители явно что-то скрывали, но говорить не хотели. Вообще они старались избегать нас. Я не могла понять, что кроется за всем этим.

Мои школьные друзья меня не навещали и с ними связь, сама по себе, оборвалась.

По своей специальности устроиться мне не удалось. И я пошла по первому объявлению на уличной доске. Стала работать воспитательницей в детском саду. Садик работал только до часу дня. Меня это вполне устраивало.

После работы, я бежала за покупками. Прибегала, освобождала маму. Выходила с Павликом на прогулку, тем временем, мама варила ему свежий овощной супчик с фрикадельками. Павлику была предписана строгая диета. Он родился с редко встречающимся заболеванием пищеварительной системы.

Мы возвращались с прогулки. Я кормила Павлика, укладывала его спасть. А потом занималась домашними делами. Когда погода позволяла, мы с Павликом и вечерком прогуливались. Затем мы с мамой купали Павлика. Кормили ужином, и я укладывала его спасть. В обязательном порядке рассказывала сказки, пела колыбельные песни, как и положено. Он их очень любил и всегда ждал с нетерпением. Павлик без них не засыпал.

А ночами своими бедами я делилась с подушкой. От моих слёз она не успевала просыхать. Так проходили мои дни, недели, месяцы, годы.

***

Последствия

Последствия

Моя свекровь из-за всех переживаний серьёзно заболела и навещала нас всё реже и реже.

Как-то в телефонном разговоре она сообщила мне, что Олег должен вернуться из очередной заграничной командировки. В первый момент, когда я это услышала, у меня в душе поднялась смута.

Я с трудом удержалась, чтобы не задать ей животрепещущий вопрос. С трудом сдерживая себя, я попрощалась с ней и положила трубку на аппарат. Стало ясно, чувства мои к Олегу живы и я безумно хочу его видеть. Но как и где?

В назначенный день я поехала в аэропорт. Свекровь в разговоре сообщила мне, когда он прилетает. По-видимому, и она ещё надеялась на что-то.

Я дождалась, когда объявили: «Самолёт, следовавший рейсом 1244, Мюнхен - Москва, совершил посадку в аэропорту Шереметьево-2. Просьба встречающих…»

Я вышла на улицу, не дослушав до конца объявление, чтобы не столкнуться с Олегом лицом к лицу. Отошла в сторону и со стороны наблюдала за всеми, кто выходил из зала ожиданий.

Олег появился в дверях в красивом, элегантном, строгом плаще, модельных туфлях. В общем и целом, он выглядел очень привлекательно и респектабельно.

В руке он нёс небольшой плоский чемоданчик, похожий по форме на «дипломат».

Подъехал автомобиль чёрного цвета удлинённой формы. Марку не разглядела, потому что глаз с Олега не сводила. А он не торопясь, подошёл к нему. Сдержанно поздоровался с водителем, сел в машину и они уехали. Выглядел он уставшим. Олег очень изменился с тех самых пор, как покинул наш дом. Я не стала окликать его, но по его внешнему виду я поняла: он один. Счастливые люди так не выглядят.

Озабоченность, неудовлетворённость жизнью, разочарование, - отметиной пролегли на его лице и отразились в поведении. Так счастливые люди не выглядят. Мне его стало жаль. Я отвернулась и заплакала.

Возвращалась домой в расстроенных чувствах и угасшем настроении. Но маме ничего о своём походе не сказала.

Зачем её расстраивать? Ей и так досталось немало переживаний, забот и хлопот.

Больше я Олега не видела.

***

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Она продолжала

Она продолжала

Зина говорила без остановки, без устали, будто спешила донести до меня эту непростую историю своей первой любви. Я чувствовала, что в этом есть какой-то скрытый смысл, но пока не догадывалась, какой.

- Как-то перед закрытием садика позвонил мне папа одной девочки-Тани, - Зина продолжала свой рассказ, и сама не заметила, как отвлеклась от главного персонажа сюжета.

Отец девочки сказал, что его жена госпитализирована, а он находится в больнице рядом с ней и забрать дочку не может,

Его брат согласился подъехать к садику, чтобы забрать Танюшу. Пока девчушка побудет у него на работе. А сам он (отец семейства), когда освободится, заберёт девчушку, - пересказывала она своими словами смысл разговора.

Немного погодя, процитировала его завершение:

- Пожалуйста, Зинаида Фёдоровна, сделайте одолжение, выведите Танюшу к его машине, - попросил отец девочки.

Мой брат - человек занятой, у него каждая минута на счету.

С минуты на минуту он будет у вас, - волнуясь, информировал меня отец девочки.

- Хорошо, хорошо, не беспокойтесь, успокоила я его.

Передам Танюшу из рук в руки. Обещаю.

На этом мы попрощались.

Ну, так вот. Примерно через десять минут я услышала, как с улицы посигналили. Я одела Танюшу, набросила себе на плечи пальто и вывела девочку. У обочины дороги стояла машина с затемнёнными стёклами. По этой причине я не видела, сидел ли кто-нибудь ещё в машине, на заднем сиденьи. А возле водителя находился солидный мужчина. Когда он меня увидел, сразу вышел из машины.

Мы поздоровались. Незнакомец открыл вторую дверцу, усадил девочку на сиденье. Поблагодарил меня, и они уехали.

На следующий день, подходит ко мне нянечка и говорит:

- Зинаида Фёдоровна, там воспитанный мужской голос просит вас подойти к телефону. И улыбнулась.

- Спасибо, тётя Дуся, сейчас иду.

Я быстренько направилась к кабинету директора, где на столе стоял телефонный аппарат. А сама думаю: «Кто бы это мог быть?».

- Слушаю, - сказала я.

- Добрый день, Зинаида Фёдоровна, - поздоровался незнакомец.

Вы меня не узнали, да? Я вчера забирал Танюшу, помните? – спросил он.

- А, да-да, конечно, помню. Теперь поняла, кто звонит, - ответила я, не понимая, чем вызван его звонок. - Что-нибудь не так? - спросила у него, - почему сегодня не привели Танюшу в садик? Она заболела? – забеспокоилась я.

- Нет-нет. Что вы? Так сложились обстоятельства. Мой брат поехал с утра к жене в больницу. Её положили на сохранение. Критическое состояние. Она очень волнуется. Он её поддерживает, отвлекает, помогает. Ей нельзя вставать. В общем, дела житейские. У меня с раннего утра было экстренное совещание. Танюша находится у меня дома. Моя мама с ней, они хорошо ладят. У неё особый подход к детям.

- Это прекрасно, - ответила я. - Брат попросил позвонить в сад и предупредить вас, - подробно и доходчиво ставил меня в курс дела незнакомец.

- Большое вам спасибо, за звонок. Я собиралась позвонить к ним домой, расспросить о Танюше. Решила сделать это после завтрака, когда детишки займутся играми. Вы опередили меня, - объяснила ему я.

- Я бы позвонил раньше, но совещание затянулось. Теперь вы в курсе дела, я спокоен, - дополнил он, как бы оправдываясь.

- Покорно благодарю. Вы знаете, мне так неловко, мы беседуем с вами второй раз. А я даже не знаю, как к вам обратится, по имени-отчеству, - посетовала я.

- Ничего страшного. Это поправимо.

Вадим Павлович, к вашим услугам, - любезно сообщил он.

- И мне очень приятно. Моего сына тоже Павлушей зовут, как вашего отца, - разговорилась я.

- Что вы говорите? Действительно интересно получается.

К сожалению, отца уже нет в живых, - ответил он торопливо.

- Ой, простите меня, пожалуйста. Поверьте, не хотела, я ведь не знала, - извинялась я и корила себя за длинный язык. И чего меня дёрнуло провести параллель? – думала я.

- Не вините себя, не надо. Я всё понимаю, - вежливо ответил Вадим Павлович. - Всего доброго, Зинаида Федоровна, - попрощался он.

- И вам хорошего дня, Вадим Павлович. И ещё раз извините меня, - ответила я.

А на душе у меня «кошки скребли».

- Ничего, ничего, - ответил он сухо и положил трубку.

На этом разговор был завершён, а у меня остался жуткий осадок.

***

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

История взрослой осознанной любви

История взрослой осознанной любви

Моя собеседница, спустя много лет переживала события юности...

Мы сидели на скамейке в осеннем парке. В воздухе ощущалось приближение зимы. А вокруг царила необыкновенная красота.

Парк разукрасило золотом и багрянцем, под ногами шелестела листва, а мне чего-то взгрустнулось.

Женские судьбы такие непохожие, такие трудные.

Растишь девочку, а ничего не знаешь загодя, что её ожидает, какая участь выпадет ей, какой груз упадёт на её хрупкие плечики.

Нда… жизнь.

Как говаривал Есенин: «…иль ты приснилась мне?»

Зина почувствовала, что я в своих мыслях удалилась от неё. Она повернула голову, посмотрела на меня и спросила:

- Устали? Утомила я вас?

- Нет, нет, что вы? – тут же отреагировала я.

Как раз размышляла в контексте вашего рассказа. Непросто всё в нашей жизни. Сергей Есенин верно подметил. Сложно прогнозировать, предусмотреть, какие последствия нас ожидают.

- Да, вы правы. Мы действительно не знаем, что нас ожидает и что суждено каждой из нас, - ответила она. - Так на чём я остановилась? – спросила Зинаида, адресуя вопрос самой себе.

- Вы говорили о новом знакомом. Вадим, так, кажется, его зовут?- поспешила я прийти ей на помощь.

- Да-да. Вадим, - произнесла она и призадумалась. - С того дня он звонил часто. Потом, как-то раз заехал за мной после закрытия садика. Подвёз домой. Вёл себя сдержанно, прилично.

Однажды подъехал к нашему дому, когда я гуляла с Павликом.

Посидел с нами на скамейке, побеседовал с сынулей, сумел расположить его к себе. Он вёл себя очень деликатно, корректно, ненавязчиво и, в тоже время, непринуждённо. Да и я повода не давала. Все тогдашние мои мысли, чувства были адресованы ребёнку, моим близким. О мужчинах я и не помышляла. Урок, полученный в результате разрыва с Олегом, давал о себе знать. Тогда я и думать не могла, да и не хотела о новых отношениях.

- А, как же Вадим? Или эта встреча была случайной, эпизодичной и не переросла ни во что большее? – спрашиваю заинтересовано.

Признаюсь, вы меня заинтриговали, Зинаида Фёдоровна, - констатировала я.

Моё признание вызвало у собеседницы улыбку.

- О(!), у Вадима оказалось железное терпение, выдержка и желание доказать мне, что далеко не все мужчины непорядочные. Он ждал долго, терпеливо и довольно настойчиво.

Уже позднее, я узнала, что понравилась ему с первой встречи, помните, когда он забирал Танюшку. Но он молчал, понимая моё состояние, замечу, не зная никаких деталей, не будучи посвящённым ни во что. Он оказался на высоте во всех отношениях, что меня впоследствии поразило до глубины души и подкупило в нём.

Он ухаживал за мной больше на расстоянии, нежели вблизи.

- Как это?! Что-то новое, – удивилась я.

- Не удивляйтесь, пожалуйста, дорогой писатель. Чудеса редко случаются в нашей жизни, но всё же бывают. Сегодня я могу уверенно констатировать это. Согласна, очень трудно в них поверить, особенно после травмы и обмана.

- Значит, всё-таки был обман? – допытываюсь я, прерывая её рассказ.

- Был, но об этом чуть позже, если вы позволите. Хорошо? – спросила она.

Я понимающе кивнула в ответ.

- Продолжайте, пожалуйста, - попросила я. У меня прорезался писательский зуд, и я жаждала услышать от неё все подробности.

- Каждое утро начиналось с телефонного звонка, - делилась Зинаида Фёдоровна.

- Зиночка, доброе вам всем утро. Солнышко уже улыбнулось вам? Хорошего дня и приятного вечера, - вот так каждый день. Вы себе можете такое представить? – спросила она меня. - Естественно после такого приветствия, внимательного отношения у меня поднималось настроение, - рассказывала Зинаида Фёдоровна, говоря об этом другим голосом, используя иные интонации.

Затем приезжал его водитель и отвозил меня на работу.

По выходным дням водитель появлялся с цветами и гостинцами для Павлика. На праздники Вадим покупал билеты в цирк, ТЮЗ, в кукольный театр. Ему было интересно то, что нравилось нам. Комфортно там, где было хорошо Павлику и мне.

- Не скрою своего удивления, он очень красиво ухаживал, - подметила я.

- Да, не отнять, - согласилась Зинаида Фёдоровна.

- А семья у него была? – перескочила я, сгорая от любопытства.

- Сам Вадим мне ничего об этом не рассказывал. Его брат - отец Танюши, как-то забирая девочку из сада, поделился со мной.

Вадим женился рано на дочери их знакомых. Девочка была чрезмерно избалована и предъявляла молодому супругу большие требования и претензии. Брак распался очень быстро, даже год не продержались они вместе. Детей не было. С тех пор, Вадим так и не женился. Жил с родителями. Потом умер его отец. Так он с мамой и продолжает жить. Им вдвоём замечательно, комфортно. Удивительные, редкие у них отношения, скажу я вам.

- Ой, как интересно! Никак настоящий роман, – вырвалось у меня.

- Нет, это не роман, моя дорогая, это сама жизнь, - ответила мне Зинаида Фёдоровна.

Я почувствовала себя неловко за неудачное сравнение. Пытаюсь сгладить.

- Ну, а что было дальше? – интересуюсь я.

- Дальше? А дальше, прошло время и немало. 1-ого сентября Павлик пошёл в первый класс. Радовал нас своими успехами.

Зинаида Фёдоровна остановилась и тяжело вздохнула.

Я заметила: ближе к развязке ей всё труднее говорить.

- Это произошло в один из мартовских дней, в канун женского праздника. Вадим уехал в командировку, а мы поехали навестить родных. Незадолго до этого мы переехали к нему. А ещё раньше, он официально сделал мне предложение, и я его приняла.

Она торопилась. Волнение давало о себе знать.

- Ранним утром раздался звонок в дверь.

Я умывалась. Павлик ещё спал. И родители тоже. Мы накануне поздно легли, засиделись беседуя. Честно скажу, очень удивилась. Подумала, - соседи, наверное, что-то хотят, и пошла открывать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

На пороге Олег. Я от неожиданности отпрянула назад. В первые минуты не могла проронить ни звука.

- Впустишь? – коротко спросил он. - Я ненадолго. Уезжаю скоро. Захотелось повидаться, - он говорил так, будто ничего не произошло, не было этих семи лет разлуки и всего, что было с этим связано. Не сказав ни слова, отошла от входной двери, пропуская его в прихожую. Затем я прошла в кухню, хотя честно, признаюсь вам, не знала, что мне делать. Меня всю трясло. Состояние ужасное.

Он прошёл за мной в кухню, снял куртку, присел на стул.

Я обратила внимание, он был небрежно одет, что совсем на него не похоже.

Вы представляете себе шесть часов утра? Все отдыхают, я встала только потому, что мне не спалось и у меня сильно разболелась голова.

Он посидел немного, огляделся вокруг себя и сказал:

- Нам нужно поговорить.

Тут я отреагировала:

- Кому это нам?

- Хорошо, вношу поправку. Мне необходимо с тобой поговорить, - добавил он, тупо гладя в пол.

- Другого времени ты не нашёл?

- Нет, - твёрдо произнёс Олег.

- Ну конечно, ты всегда поступал соответственно своим желаниям, не соразмеряя их с желаниями других людей, замечу, не чужих тебе людей.

- Чтобы бы ты сейчас не сказала, будет сущей правдой, - резко ответил он.

- Неужели поумнел или совесть заела? А… Так ты решил покаяться, понятно, - злорадствовала я. Мне так хотелось высказать ему всё, что у меня накипело за все эти годы.

- Заела, ты абсолютно права. Пришёл покаяться. И в этом ты права, - признался он.

- Не уверена, что я способна принять твоё покаяние, - ответила я.

Что могло тебя заставить спустя семь лет осознать свою вину? – спрашиваю.

А в глубине души всё негодовало.

- Положим, осознал я её гораздо раньше, поэтому и ушёл из семьи.

А сейчас пришёл… - он замолчал, у него на лице заходили желваки. Отчётливо было видно, - в нём шла работа. Он пытался оправдаться, а у него не получалось.

- Знаю, обязан был прийти раньше, но силы воли не хватало.

А вот уход мамы заставил меня это сделать и без промедления, - произнес он с надрывом в голосе.

- Какой уход, куда? – спросила я испуганно и прижалась к стене от страха. До меня с опозданием дошёл истинный смыл его слов.

- Вчера мы похоронили нашу маму, бабушку Павлика. Перед тем, как мама уходила, она взяла с меня слово, что покаюсь перед тобой и хоть так сниму с себя часть вины, - он говорил напряжённо. Я видела, как ему трудно. Видела, как он делает над собой колоссальное усилие, чтобы не расплакаться.

Я закрыла лицо руками и разревелась.

Он сначала сидел тихо, неподвижно, почти не дыша. Затем встал, подошёл ко мне, обхватил меня своими сильными руками, которые я так любила, и заплакал вместе со мной. Так мы стояли, даже не припомню сколько.

Наконец я высвободилась из его объятий, подошла к умывальнику, умылась, промокнула кухонным полотенцем лицо, не поворачиваясь к нему.

- Прости меня, если можешь, очень прошу тебя, - проговорил он хрипя. - Я всегда любил только тебя одну. - По пьянке случилось с Зойкой, которая была уверена, что постелью привяжет меня к себе навсегда. Я не смог себе простить этого. Совесть мучила беспощадно. И не нравилась она мне вовсе, ни-ког-да! - проскандировал он. - А вот слабинку дал. Она меня потом преследовала. Устроилась на такую работу, чтобы часто выезжать за границу и там меня находила. Я понял, что не смогу смотреть тебе в глаза, продолжая оставаться с ней. Голубая кровь вскипела во мне и завопила.

Вот так я отрезал, отрубил от себя всё лучшее, что у меня было. Ничего не мог с этим поделать. Я, который выдерживал любые нагрузки, любые испытания в спорте, не устоял перед взбалмошной девчонкой. Чуть университет из-за неё не бросил.

Спустя время меня перевели в новую должность, я сменил место пребывания. Объект, на котором я находился в то время по долгу службы, считался закрытым. Она меня потеряла из вида. Так мы и расстались, чему я был очень рад. Думаю, молитвы моей дорогой мамы спасли меня от этого кошмара.

Но прийти к тебе тогда с повинной не хватило сил.

Мама, бедная мама, уговаривала меня, упрашивала, а я упёрся «рогами», простить себе не могу. Потерял вас, теперь потерял маму. Домой не хочется возвращаться. Отец в отчаянии. Закрылся в своём кабинете, не ест, не пьёт, не знаю, как утешить его. Горе свалилось на нашу семью. Не представляю, как мы будем с этим жить. Выходит, одним своим поступком, я искалечил жизнь самым близким людям. И, что мне теперь делать? – он говорил искренно.

Мне стало жаль его. Я поняла, чего он хочет от меня. Он ждёт от меня жалости, чтобы я бросила ему спасательный круг.

Ах, какую тяжкую миссию мне предстояло осилить, но прежде предстояло сделать выбор. Сейчас, когда я обрела Вадима, полноценную во всех отношениях семью, свой очаг, это сделать было немыслимо тяжело.

Боже мой, сколько я ждала Олега! Как я его ждала! Как мечтала о нашей встречи! Всё думала, представляла себе, как расскажу ему о Павлике. Вот здесь он заулыбался, вот здесь сел. А здесь у него вышел первый зубик. А на этой фотографии он после воспаления лёгких первый раз на прогулке. А здесь он рядом с ёлкой…, -сколько хотелось ему рассказать, он ведь всего этого не знал, был лишён по собственному желанию.

Перед глазами промелькнуло доброе, родное лицо Вадима, и я поняла, что не смогу предать его. Отплатить ему злом, неблагодарностью за всё то, что он для меня и Павлика сделал. Олег для Павлика чужой человек, а Вадим согрел моего мальчика своим теплом, стал ему настоящим отцом.

Я определилась, и в этом было моё спасение.

- Уходи, - твёрдым голосом сказала я, не поворачиваясь к нему.

Ты своё время упустил. Я слишком долго тебя ждала. Наступил переломный момент, и я перестала ждать. Боже мой, как я боготворила тебя, но то время ушло и безвозвратно, всё перегорело, умерло. Ты осушил тот живой родник, которым была я. Ты собственными руками опустошил тот сосуд, который когда-то сам наполнил. Чего ж ты сейчас от меня хочешь? Больше нет твоей Зинули – доброй, доверчивой, наивной девчонки. А ту женщину, которая стоит перед тобой, ты не сможешь разжалобить.

Твою маму я всем сердцем любила и уважала. У нас с ней сложились прекрасные, доверительные отношения. Она была замечательной свекровью и бабушкой. Мне безумно жаль, мне больно, что она так рано ушла. Она бы могла ещё жить и радоваться. Тем тяжелее твоя ноша и моя скорбь. А теперь уходи, мне бы не хотелось, чтобы Павлик тебя увидел. Последние слова были самым тяжёлым ударом для него. Гордыня взыграла в нём.

Олег подскочил со стула, не проронив ни слова, схватил куртку,

покинул кухню, затем прихожую, вышел, захлопнув за собою входную дверь. От этого удара я вздрогнула. Упали крышки от кастрюль, стоявшие на специальной полке.

Вот так закончилась история моей первой наивной искренней любви, которая растаяла в измене мужа и разврате единственной подруги.

Да… - протянула она. Мужчины не любят проигрывать!

«Очень правильное уточнение», - подумала я.

Она остановилась, перевела дыхание и тихо добавила, будто прощаясь со своей юностью:

- Вот и всё.

- Почему всё? Что значит всё?! – возмутилась я. - У вас есть Вадим, чудный сын, слава Богу, родители живы.

Дорогая моя, сейчас всё только начинается, - вносила я в нашу беседу оптимистический настрой.

- Да, вы правы, дорогой писатель. Действительно, сейчас моя жизнь только начинается, - согласилась Зинаида Фёдоровна, как-то грустно.

Эти воспоминания не дарят мне радости почему-то. Всё же юность… - добавила она.

- И не надо вспоминать, смотрите в завтрашний день, не оглядываясь. Вон, сколько хорошего у вас есть в настоящем. А сколько ещё будет в будущем, - успокаивала я собеседницу, настраивая на мажорный лад. - Ой, простите, мне пора, - сказала я, посмотрев на часы. Убегаю… Заговорились мы, и я выпустила из вида, что меня ждут.

***

Эпилог

Эпилог

Мы поднялись со скамейки, и пошли вдоль аллеи.

На перекрёстке душевно распрощались, но предварительно договорились созваниваться и встречаться.

Зинаида Фёдоровна удалялась от меня, и я подумала:

«Какое счастье, что рядом с ней настоящий, любящий близкий человек, который в любую минуту готов подставить ей своё плечо, протянуть руку помощи. Она выстрадала своё женское счастье.

Это заслуженная награда».

С этими мыслями я вернулась домой.

Не успела переступить порог, зазвонил телефон, я сняла трубку.

- Если появится желание, пожалуйста, создайте для моего сюжета приятную оболочку - форму литературного произведения, - услышала я мягкий голос моей недавней собеседницы. Смущаясь, произнесла она свою просьбу. - Уверена, у вас это получится превосходно, - уточнила она.

- Хорошо, Зинаида Фёдоровна, обещаю вам, - ответила я.

Теперь я знала, о чём будет моё новое детище.

Когда книга будет издана, я подарю её Зинаиде Фёдоровне на память в знак глубокой благодарности за её искренность и доверительное отношение ко мне.

***

Послесловие…

Прошли годы, новелла давно была написана и издана в престижном издательстве. Я продолжала трудиться для любимых читателей, а Зинаида Фёдоровна – героиня моего произведения – к тому времени уже была мамой двоих сыновей, любима мужем и окружена счастливыми семейными заботами.

Новелла "Зойка" - мой вам бонусный подарок, дорогие читатели - покупатели:)

Не проходите мимо. Покупайте мои книги, читайте и наслаждайтесь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Конец