Светлая для князя тьмы

Глава 1

Удар. Еще один. Я медленно приходила в сознание. Все ощущения обострились. Холодный до частый пол, звон металла. Рыцари темного князя. От платья почти ничего не осталось, и я чувствовала каждую неровность дощатого пола, каждый стык, где доски расходились, оставляя щели. Тело не слушалось, веки были тяжелыми, словно налитыми свинцом. Где-то на границе сознания пульсировала боль в спине, в плечах, в запястьях, стянутых веревкой. Темные спутанные волосы лезли в лицо, пахли потом и кровью. Я знала, что выгляжу ужасно: красное платье, в котором я шла на задание, превратилось в лохмотья, кружева и рюши растрепались, юбка изорвана настолько, что колени едва прикрыты. На спине явно останется шрам: там еще ощущалась царапина от ветки. Моя неудачная попытка побега.

Четверо рыцарей, закованных в черные доспехи, грубо втащили меня в тронный зал. Их шаги глухо отражались от пола, и каждый звук отдавался в висках тупой болью. Я попыталась поднять голову, но сил не было. Только мельком увидела трон, обитый черной тканью, и ворона, сидящего на его спинке. Птица громко каркнула, и этот звук пронзил мой череп насквозь. В ушах раздался звон. Ну неужели нельзя поаккуратнее с пленными… Конечно, я слышала истории о пленниках этого князя, о том, каким пыткам они подвергаются. Но надеялась, что это все неправда.

Рыцари преклонили колени, но меня не отпустили. Их металлические руки держали за плечи, не позволяя упасть, а ведь я едва держалась на ногах. Воздух в зале был тяжелым, пропитанным магией — темной, давящей, знакомой до боли. Я чувствовала ее кожей, каждым нервом. Такой же силой было окружено почти все королевство. Все земли, которые теперь принадлежали ему.

Прошла минута, вторая. И тут тьма сгустилась. Казалось он возник из самого тумана. С трудом я разлепила глаза и заставила себя взглянуть на это чудовище. Врагов надо знать в лицо. Высокий молодой человек в серой рубашке, черных брюках и накидке из перьев. Лица я разглядеть не смогла, но почувствовала его силу. И тут же в душе поднялась волна ненависти. Это был он. Это он приходил сюда, в этот замок несколько лет назад. И это он заставил отца отдать книги о тьме.

Я ждала этого момента годами. Строила планы, тренировалась, училась сражаться. И вот я здесь — грязная, израненная, беспомощная, а он смотрит на меня сверху вниз, как на сломанную куклу. Ненависть теперь охватывала меня полностью. Но нет, нельзя. Это такое же темное чувство, как и похоть. И чтобы сохранить свой свет стоит отринуть темноту в душе.

— Откуда она? — его голос был тихим, но в тишине зала прозвучал как удар хлыста.

— Из северных земель, господин, — ответили рыцари хором.

Да, там они меня и поймали. Там, где еще осталась капля света. Та самая капля, которая должна его убить. Я почувствовала, как его взгляд скользнул по моему лицу, и в этот момент тьма вокруг него словно сжалась, замерла. Я с трудом удерживала себя в сознании. У меня есть только один шанс. Только один шанс все исправить. Он поднялся с трона и приблизился. Я слышала его шаги — медленные, уверенные, как у хищника, идущего на запах крови.

Он остановился передо мной. Я чувствовала его тепло, его дыхание, его магию, которая обволакивала меня, проникала под кожу, впитывалась в каждую клетку. Противно. До чего же противно ощущать эту мерзкую тьму.

Его пальцы коснулись моей щеки.

Я ждала боли. Ждала, что он ударит, прикажет пытать, уничтожит меня прямо здесь, на глазах у своих слуг. Но его прикосновение было… мягким. Прохладные пальцы скользнули по скуле, и в этом движении не было жестокости. Только странная, пугающая нежность.

От этого прикосновения по моему телу пробежала дрожь. Не от страха — от чего-то другого, чему я не могла дать имя. Мои ресницы дрогнули, и я открыла глаза. За годы его лицо не изменилось. Та же аристократическая бледность, с острые скулы и тонкие губы. Карие глаза смотрели на меня с выражением, которое я никак не ожидала увидеть в глазах этого человека.

Он смотрел на меня так, будто я была чем-то ценным.

— Отпустите ее и отойдите немного, — сказал он, и его голос звучал почти благоговейно.

Рыцари отпустили мои плечи. Я рухнула на колени, но он подхватил меня, мягко придержал за подбородок, заставляя смотреть в его глаза. Я видела в них свое отражение — грязное, разбитое, но живое. Я увидела себя. И в этот момент что-то внутри меня щелкнуло.

Я вспомнила все. Тот день, когда он пришел в наш дом. Когда получил первые книги о тьме. Крики людей из малых деревень. Бесчинства темных существ. Его взгляд тогда, в тот день, когда я последний раз была в этом замке.

И вот он здесь. Передо мной. Беззащитный.

Моя рука двинулась сама собой. Я ударила его наотмашь, вложив в этот удар всю ненависть, которую копила годами. Шин отступил на шаг, его глаза расширились. Он потянулся ко мне снова, но я уже чувствовала, как внутри закипает магия — та самая, которую я готовила для него.

Свет вырвался из моих ладоней и отбросил его к трону. Я видела, как он ударился спиной о резное дерево, как его глаза закатились, а тело обмякло.

Попался.

Но радость оказалась недолгой. Рыцари набросились на меня мгновенно. Чьи-то руки схватили за плечи, за волосы, потащили прочь из зала. Я пыталась вырваться, но сил больше не было. Последнее, что я запомнила, — темный коридор, скрип открываемой двери и запах сырости.

Меня кинули в каменную клетку, и дверь за мной захлопнулась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 1.1

Я не знала, сколько времени пробыла без сознания. Голова гудела, во рту пересохло, а руки, стянутые веревкой, затекли и онемели. Я с трудом разлепила глаза и осмотрелась.

Обыкновенный подвал. Стены обросли мхом, пол устилала прелая трава, а воздух пропитан запахом гнили и болота. Где-то в углу возились крысы. Я поежилась — остатки платья не согревали, наоборот, оголяли плечи и ноги, оставляя меня беззащитной перед холодом.

Я попыталась устроиться так, чтобы прикрыться хоть чем-то, но тщетно. Грязная, практически голая, уязвимая — и этот противный маг видел меня такой.

«Ну и пусть,» — подумала я, хотя внутри все сжалось от стыда. — «Главное, что я успела использовать заклинание. В лесу не получилось, так хоть сейчас сгодилось.»

Я всегда считала распущенность признаком темных волшебниц. Следила за одеждой, мыслями, даже чувствами. А теперь сижу в логове темного мага, дрожу от холода и боюсь не только его пыток, но и того, что сама опущусь во тьму. Что сама стану одной из них. Одной из темных. И этот страх был сильнее холода, сильнее смерти.

Холод пронизывал до костей. Не знаю на сколько меня оставили, но теперь хоть смогу все тщательно обдумать.

Попалась я в лесу. Да еще и самым глупым способом. Меня выдал свет заклинания поиска. Впрочем, искала я как раз рыцарей этого князя. Даже имени его не запомнила, хотя молва о нем и облетела уже все королевство. Этот замок некогда был моим, принадлежал моей семье, пока мы не ушли подальше от тьмы, на север. И теперь я вернулась.

Сколько я здесь пробыла? Час? День? Руки затекли, ноги онемели, я то и дело поджимала их под себя, пытаясь согреться. Бесполезно.

— И на что я рассчитывала? — спросила я в пустоту.

Развязать веревки с помощью магии я и не пыталась. Все равно поймают, и тогда наверняка будет только хуже. Ничего мне не поможет, только благосклонность этого мага. Я не могла не заметить, с каким трепетом он касался меня тогда, в тронном зале. Только вот, почему он так делал я не понимала. Не думала, что темным свойственна нежность. Никогда не была. Все знали: темные не умеют любить и сопереживать. Только любопытство все равно разгоралось в душе. Но я не могу предать своих. Не могу предать королевство.

Я должна была найти его логово, узнать слабые места и рассказать о них сопротивлению. Что ж, в подвале особо не разыщешь. Я подняла ладони и посмотрела на запястья. Сквозь веревки я видела магическую защиту, которую когда-то создал для меня дедушка. Он пропал в землях темных несколько лет назад, и почти никто не надеялся его найти. Кроме меня.

Шум в коридоре вырвал меня из мыслей. Дверь камеры распахнулась, и на пороге появился один из рыцарей.

Я отступила назад, вжалась спиной в стену.

— Не трогайте меня, — прошептала я, хотя знала, что это бесполезно.

Рыцарь взял меня за руку. Грубо и жестко. Я едва могла переставлять ноги, но все же пошла вперед. Снова конвой и снова некогда родные стены замка стали слишком тяжелыми для меня. Мы остановились перед кабинетом Шина. Бывшим кабинетом отца. Я почувствовала волну тьмы, и тут же дверь раскрылась. И вышел он.

Колкий критический взгляд, а после мягкий жест. Шин взял меня за руку и провел в кабинет, я едва удержалась на ногах. Он придержал меня от падения. Коснулся моей оголенной спины, спутанных волос. Я невольно съежилась в ожидании насмешки, презрения, чего угодно. Но в его глазах было что-то другое. Нежность, мягкость и… нет, ну точно не любовь.

— Как тебя зовут? — спросил он, и его голос оказался теплее, чем я ожидала.

Я промолчала, глядя на него с ненавистью. Пусть не надеется, что я буду с ним разговаривать. Воспоминания о подвале, о погибших соратниках все еще жили в голове. Только вот задание все еще не давало покоя. Но нет, даже если я и сделаю вид, что купилась на лесть, то точно не сейчас. Хотя бы неделя должна пройти, чтобы он сам захотел рассказать мне все о себе. Но действовать все равно надо быстро и решительно.

Шин отошел от меня и снова осмотрел с ног до головы. Я напряглась, готовясь к удару, но он лишь осторожно, словно боясь спугнуть, коснулся моей щеки.

— Не беспокойся, ты в безопасности. Я ничего с тобой не сделаю, — произнес он, и в его голосе послышались стальные нотки. — Все, кто посмел издеваться над тобой, будут наказаны.

Его пальцы снова опустились ниже, к ключицам, и по позвоночнику пробежала странная дрожь. Я успела замерзнуть в подвале, но его прикосновения заставляли кожу гореть.

— В безопасности?! — воскликнула я. Сосредоточиться на гневе было чертовски сложно, но я смогла. — Ты украл у меня дом и семью! Украл свободу у людей! Ненавижу!

Я попыталась освободить руки, но веревка не поддавалась. Зачарованная. Он заботливо посмотрел на меня, осторожно развернул спиной к себе. Я почувствовала, как его пальцы скользнули по моим оголенным плечам — медленно, почти невесомо.

Это было не просто прикосновение. После всех слухов, которые я слышала о нем, это касание пошатнуло меня. Неужели он может быть нежным? Нет, это явно какая-то игра. Маска, которая может обмануть меня.

Я почувствовала его теплое, сбивчивое дыхание на своей шее, и на секунду замерла, забыв, зачем пришла сюда.

Он ослабил веревку, его теплые пальцы коснулись моих израненных запястий. Он замер, осторожно провел по ссадинам и тихо хмыкнул. Я молча терпела, выжидая. Страшно было подумать, но отчего-то мне нравилась его осторожность. В сопротивлении не было принято открыто выражать чувства. Никто не любил этого. Считалось, что любви не место на войне, как и любым отношениям. Не то, чтобы я к ним стремилась, но заботу ко мне последний раз чувствовала только от мамы. И то это было еще до начала захвата темными всего королевства.

Он опустил руки, мои запястья больше ничего не сдерживало, и я резко развернулась, готовая ударить заклинанием. Он сделал шаг вперед, и на его губах появилась легкая, почти хищная улыбка. Наклонился к самому моему уху и тихо прошептал:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я Шин, если до тебя не дошли слухи. А теперь назови себя.

Такой бархатистый, вкрадчивый голос… Я едва удержалась на ногах, но сильные руки подхватили меня и удержали. Нет, нельзя. Он наш враг. Он живет в доме моих родителей. Из-за его нечисти они погибли. Подняла на него полный ненависти взгляд и столкнулась с его, нежным и заботливым. Тут же весь мой гнев куда-то испарился.

— Я… Эллин… — пробормотала, опуская взгляд.

Да что же это со мной! Совершенно точно он использует на мне темную магию. Я пыталась вспомнить последние дни, проведенные в этом доме, но не могла. Все смешалось тогда и в гуще событий я уже и не помнила, куда исчезли родители. Наставник и король говорили, что их убил Шин и его нечисть. Но… его нежные прикосновения никак не связывались с образом убийцы.

— Эллин… — он будто бы пробовал мое имя на вкус. — Звучит, как нежный цветок.

Шин мягко коснулся моего подбородка и поднял голову на себя. Наши взгляды столкнулись: его сосредоточенный и серьезный, и мой растерянный.

— Я приказал подготовить для тебя ванну. Иди искупайся, — сказал он и снова потянулся ко мне. Его голос раздался совсем близко ко мне: — ты ужасно выглядишь.

Ладонь Шина опустилась на мою талию, и я ощутила его горячие пальцы. Судорожно пошла вперед. Прикрыть спину я никак не могла. Какой же кошмар будет, если он опустится ниже…

Глава 1.2

Я только хлопала глазами и шла вперед. Лицо горело от стыда, от этой неловкости. Я ожидала смертной казни, пыток, чего угодно, но только не этого. Забота со стороны врага вывела мою душу из равновесия. Несколько лет я ждала этой встречи, хотела отомстить, лишить его всего, что он имеет, но теперь…

Он повел меня в ванную комнату. Нечто родное ощущалась здесь. Большой чан с для воды, уже наполненный, зеркало сбоку от него. Мыло и духи с запахом роз. Кажется, они должны были закончиться уже давно, но запах все еще витал в воздухе. Шин закрыл дверь и оставил меня одну, но перед этим задержался на пороге и бросил на меня долгий взгляд. Я поспешила закрыть дверь и поставить магический щит. И только после этого медленно стянула с себя остатки платья.

Видеть свое оголенное тело в зеркале было непривычно, а теперь еще и противно. Ссадины, синяки от металлических рук рыцарей. И воспоминяния о прикосновениях Шина. Отчего-то они были приятны. Подошла к ванной и провела ладонью над горячей водой. Осторожно опустила одну ногу, затем вторую. А после окунулась полностью.

Начала смывать грязь с кожи, неспешно намыливая каждый участок тела. Опустилась ниже и коснулась чувствительной точки. Невольно обернулась на дверь. Темная аура Шина ощущалась достаточно сильно. Он же не может видеть меня через дверь? Нет, точно не может. Я не знала, что он думает обо мне, но наверняка хочет меня раздеть. И, что еще хуже, наверняка строит в планах как бы затащить меня в постель. Мама всегда говорила, что темные только и думают о том, как бы ублажать свои любовные страсти. Никогда не хотела заниматься таким. Но желание… я не понимала, что это такое. Почему воображение так отчаянно рисует перед взором его? Хотелось снова почувствовать его заботу.

Я выросла в любви и заботе, но после гибели родителей некому стало проявлять ее. И я отвыкла от всего, привыкла, что есть только война, сопротивление и ежедневное развитие светлой магии. Но Шин проявил только каплю уважения и терпения. А ведь я ударила его заклинанием. Я помотала головой. Ну что за глупости лезут в голову. Я пришла сюда, чтобы уничтожить его, напомнила себе и вылезла из чана.

Шин оставил мне одежду: белую рубашку и черную юбку со множеством рюшек и кружев. Переоделась и посмотрела на себя в зеркало. А я неплохо выгляжу, только вот кроме родителей мне об этом никогда никто не говорил. Волосы я оставила распущенными. Завязать их все равно было нечем.

Вышла в коридор и замерла. Шин ждал, облокотившись на стену напротив и, услышав меня, тут же поднял взгляд. Долго изучал меня, а после тихо произнес:

— Ты прекрасно выглядишь. Быть может, ты скажешь свое имя? — он стремительно приблизился и приобнял за плечи. Теплое дыхание обдало мои волосы. Шин коснулся прядей и пропустил их сквозь пальцы, мягко опустил ладонь на плечо.

— Я Эллин, — ответила я и попыталась убрать его руку, но он не отстранился, лишь легонько сжал плечо. — Зачем ты это делаешь?

— Что именно?

— Почему не пытал меня?

Он вздрогнул. Я видела, как его лицо на мгновение потеряло маску безразличия, как он покраснел, как оглянулся по сторонам, будто боялся, что кто-то услышит.

— Не спрашивай меня об этом, — ответил он слишком резко и снова надел маску темного колдуна. — Идем, тебе нужно отдохнуть.

Я пошла за ним, не сопротивляясь. С Шином было что-то не так. Он не был похож на чудовище, которым его рисовали. Но каждый из сопротивления знал о его пытках, о его жестокости. Так почему со мной он ведет себя иначе?

Он привел меня в свои покои. Те, что когда-то принадлежали моему отцу.

Я покачнулась, едва переступив порог. Ни единой капли света не осталось здесь. Лишь вязкая, темная сила. Протянула дрожащую руку и создала огонек света. Отпустила, и он тут же погас. Опустила взгляд на пол, устланный светлым паркетом. Единственное, что осталось от отца. Стены и шторы угнетали вместе с мрачной силой Шина. Я чувствовала, как ноги сами собой подкашиваются и почувствовала сильные руки темного князя.

— Эллин? — тихий голос Шина вырвал меня из ужаса, который стоял перед глазами. Отца больше нет, как и памяти о нем.

— Что ты сделал с моим домом? — голос резко осип, но я все равно задала этот вопрос. Не могла не задать.

— Преобразил его немного. Он всего-лишь отражает меня.

Он мягко развернул меня к себе и коснулся губами лба. Волна теплой неги разлилась по всему телу, и я смогла встать на ноги. Сбросила его руки со своих плечей и прислушалась к магии. Она определенно была светлой. Посмотрела на Шина недоверчивым взглядом. Он, в свою очередь, рассматривал меня. Что-то хищное мелькнуло в его глазах, но на лице не дрогнул ни единый мускул.

Я развернулась и продолжила рассматривать комнату. Только книжный шкаф остался прежним, в нем стояли книги о магии, которые так тщательно собирал мой отец. Значит, у этого темного рука не поднялась убрать отсюда книги. Я подошла к шкафу, распахнула дверцы и начала рассматривать тома. Все оказалось на месте. По крайней мере все, что я помнила. Взяла тоненькую книжечку о простых заклинаниях и повернулась к Шину.

Он неслышно приблизился и ухмыльнулся, так мило, что захотелось коснуться его губ. Резко одернула себя. Мысли, которые начали просачиваться в мою голову, мне определенно не нравились. Только вот… я же не собираюсь делить с ним одну постель.

— Что это за книга? — спросил, мягко коснувшись моей руки.

— Самая простая магия, — пожала плечами и тут же в груди поднялась жгучая волна ненависти.

Эту книгу мне читал отец, когда я была маленькой. Когда не было ни Шина, ни этой войны, ни сопротивления. Когда все было понятно и просто. Я оттолкнула его и почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Я должна его убить, отомстить за родных. За то, что он оставил нас без дома. Я подняла на него взгляд и создала в руке заклинание.

— Это за моих родных! — направила магию прямо в него и шар тут же растворился. Растаял прямо в воздухе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я недоуменно смотрела на свою ладонь и на Шина, пока он снова не коснулся меня. Вновь услышала его бархатный голос.

— Кажется, я уже сказал, что я не причем. А если не говорил, то скажу сейчас. В столицу их позвал король. И они согласились пойти, а могли бы остаться здесь и жить припеваючи вместе с тобой.

— Они были здесь, в твоих владениях, — ударила его по груди, но ответом на мои отчаянные слезы стали только крепкие объятия.

— Они и сейчас живут здесь. И пока ваш любимый король не доберется до них, проживут здесь до самой старости.

— Что? — отстранилась и уставилась на него полным удивления взглядом.

Шин мягко коснулся тыльной стороной ладони моей щеки и вытер мокрую дорожку слез.

— Они живут в городе. Если хочешь, сможешь попасть к ним, — он улыбнулся, а я только и смогла, что отступить на шаг.

Нет, это невозможно! Всегда мне говорили, что князь тьмы самый страшный в мире. Самое страшное зло. Что именно он убил всю мою семью. Отца, мать, деда. Выходит мне врали? Или же это Шин врет? Надеется, что я расслаблюсь, а потом отправлюсь к ним. Вот так и попаду. А главное, гарантированно, ведь умру, как и они.

— Врешь, — прошептала я, отступая.

Я хотела ударить его, привести свою ненависть в жизнь, но вдруг почувствовала, как веки тяжелеют. Темная магия окутала меня, убаюкивая, заставляя забыть о ненависти, о страхе, о всем, что я знала. Это была его сила, его магия. А значит, он врет и это он виноват во всем.

Я пошатнулась и упала. Сильные руки подхватили меня и понесли куда-то, в другую комнату. Или сразу в пыточную. Вот и закончилось мое задание. И сопротивлению теперь никто не поможет.

Глава 2

Шин

Шин поднял ее на руки и аккуратно уложил в постель. Ее тело казалось невесомым, и он задержал дыхание, когда ее волосы рассыпались по черной ткани, а рубашка, которую он дал ей, слегка задралась, оголяя живот. Бледная и такая нежная кожа… Шин хотел было коснуться ее, но тут же одернул себя. Он хоть и темный маг, но не может пренебрегать нормами морали.

— Тебе следует поспать, девочка, — произнес он тихо, боясь разбудить ее. — А после я решу, что с тобой делать.

Он вышел из покоев и запер двери. В коридоре его ждал один из рыцарей. Черные, отполированные до блеска доспехи защищали от всех опасностей. Юноша поднял забрало рыцаря и провел рукой перед темной субстанцией внутри. Призрак обрел четкое очертание. Собственные слуги тьмы у Шина появились задолго до этого замка, еще в первые годы его становления как темного мага. В книгах наставников нашлось достаточно заклинаний для привлечения духов и заключения их в доспехи, но юноше их было мало.

Он искал сторонников среди живых, среди нечисти. И они присоединялись к нему, шли за ним, чтобы получить свободу. Не сразу, но сторонников у него появилось очень и очень много.

— Следи за ней, — произнес маг, направляясь в библиотеку. Рыцарь не даст девчонке сбежать. И защитит ее от опасностей.

Шин открыл тяжелые дубовые двери и прошел в библиотеку. Огромный ярко освещенный зал со множеством шкафов и стеллажей встретил его запахом старых книг. Маг выдохнул, стараясь успокоиться. Девчонка не выходила из головы, каждая мысль теперь посвящена была только ей, но сейчас стоило сосредоточиться на собрании верховного совета темных. Он проводил такое нечасто, только если землям грозила опасность. И сейчас как раз был такой момент. Шина встретил седовласый старец и, поклонившись, произнес:

— Они уже ждут тебя, Шин.

Шин кивнул и направился к круглому деревянному столу, за которым сидело несколько человек в черных одеяниях. Когда-то такие собрания приходилось проводить в заброшенных тавернах и домах деревенских старост. Уже тогда все знали его как князя тьмы. А теперь в этом замке.

Поначалу к Шину присоединялась только нечисть, но после союзниками стали и люди, и эльфы. На собрание допускались только самые преданные помощники, те, кто точно не подведет.

Шин осмотрел всех и сел на стул во главе стола. Несколько эльфов, вампиров и даже пара кентавров уже ждали его. Не было только оборотней, но они так и не признали его власть. Рядом с Шином сел старец и открыл собрание.

Обсуждали все: от нападений со стороны королевской армии, до новых магов-одиночек, которые попали на их земли без спроса. Шин слушал все внимательно и записывал: с кем будет разговаривать сам, а к кому отправит старца. Большинство решили оставить в городе у границы. Одиночки часто сами решали остаться в его владениях. А он всегда делал так, чтобы они хотели жить здесь долго и помогать ему. Старый король уже порядком надоел всем, но свергнуть его было сложно, да и решиться на это никто не мог. Потому и ходили умелые маги на опасные задания и оставались у него. А король распустил слух об убийствах. Шин даже не пытался с ним бороться: открытая война еще велась, пусть сейчас все и затихло. И каждая атака и защита отнимала немало сил и времени.

— Тогда на сегодня все свободны, кроме Кэрол, Рико и… — он чуть помедлил осматривая всех, — впрочем нет, вас двоих хватит. И Георг тоже останься.

Все ушли, а Кэрол подошла ближе, грациозно виляя бедрами. Молодая вампирша упорно хотела произвести впечатление на Шина. Рико тоже приблизился.

— А теперь рассказывайте. Кэрол, вы нашли что-нибудь? — Шин обратился к девушке. Та печально улыбнулась и нервно поправила рукав черного платья.

— Увы, нет, господин, — произнесла она, стыдливо склонив голову, отчего ее короткие серебристые волосы колыхнулись.

— Рико? — взгляд мага перешел к кентавру.

— Ни-че-го. Мои собратья не смогли найти рецепта, но, — он поднял тонкий палец вверх, — мы знаем тех, у кого он есть.

Шин внимательно слушал и вытянул шею в сторону Рико.

— Рецепт точно есть у оборотней. Это заболевание чаще всего появляется от их укусов, поэтому есть и противоядие.

— Зачем оборотням противоядие от собственного яда? Разве он не помогает увеличить их численность? — удивленно спросила Кэрол.

— Ах, забыл сказать, что это заболевание не порождает новых оборотней, а только убивает старых. Яд опасен только при укусе от бешеных.

— Дьявол! — зашипел Шин. Он сразу понял, о чем говорит Рико. — Уже год прошел, а мы так ничего и не нашли путного!

— Господин, вы ведь понимаете, что светлые маги не только убивают нас, темных, но и уменьшают распространение всех книг и летописей о зельях и заклинаниях, — произнесла вампирша, глядя в глаза юноше. — Мы ничего не можем сделать.

— Я владею большей частью территории королевства. Война ослабевает и нас, и короля. Так что будьте добры ищите все доступное.

— Как прикажете господин. Мы сделаем все возможное, — пролепетала она.

— Шин, — обратился к нему Георг. — Ты уверен, что ничто, кроме тьмы, не способно помочь?

— Да, уверен! — ответил юноша столь резко и громко, отчего собеседник нахмурился. — Когда-то давно я пришел в земли темных с жаждой мести тем, кто называл себя моими учителями и друзьями. Теперь я продолжаю изучать тьму, чтобы спасти родных. И даже не пытайтесь меня остановить, я знаю, на что иду. И тем более ты, Георг.

Старец печально покачал головой, но прежде чем он успел ответить, к нему подбежал один из слуг и что-то прошептал на ухо. Лицо его побледнело, руки задрожали.

— Что случилось? — резко спросил Шин, заметив его состояние.

Георг тяжело сел за стол и, не говоря ни слова, попросил Шина выгнать всех. Кэрол с Рико ушли, а Шин выжидающе посмотрел на старца.

— Ну?

— Твоя пленница… — голос его сорвался. — Та девушка, которую привели сегодня…

Шин замер. В библиотеке повисла гнетущая тишина.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Что с ней? — в голосе его прозвучали стальные нотки. Если с этой Эллин что-то случится… Каждый ответит за все.

— Она моя… внучка…

— Твоя внучка? — медленно повторил Шин. В голосе появилась растерянность. Значит не только родителей она потеряла, но и деда. И все благодаря королю.

— Да, — выдохнул старец, и в его глазах блеснула надежда, смешанная со страхом. — Так что это я должен у тебя спрашивать «Что с ней?»

Шин молчал долгую минуту, а потом произнес тихо, почти неслышно:

— Она в моих покоях. Спит.

И впервые за долгое время в его голосе отразилась забота и нежность.

Глава 2.1

Эллин

Я с трудом открыла глаза. Не знаю, сколько я была без сознания от его колдовства, но точно час, а может и два. Поднялась с постели и осмотрела себя. Нет, он меня не трогал… или… Провела руками по воздуху и создала защитные заклинания. А после подошла к зеркалу. Видимых касаний не было, но я совершенно точно чувствовала темную ауру на спине. Донес меня на руках до постели? К счастью, наряд мой остался тем же.

В комнате никого, кроме меня, не было. Что ж, раз он решил оставить меня одну, стоит поискать что-то стоящее против него. Подошла к двери и тихо выругалась. За ней явственно ощущалась аура духа тьмы. Ну конечно он оставил при мне охрану! Ха! Он не учел тот факт, что это мой дом. И здесь я знаю каждый тайный ход.

Платяной шкаф стоял на привычном месте. Конечно, его не стали убирать. И не могли бы: отец сделал хорошую защиту. Раздвинула вешалки и провела рукой по задней крышке шкафа. Магия открыла проход и я быстро шмыгнула внутрь. Коридор встретил меня темнотой и сухим, даже спертым воздухом. Проход сзади закрылся сам собой, и я быстро побежала в сторону той комнаты, которая некогда принадлежала мне.

Мы с мамой сделали этот коридор специально, чтобы приходить друг к другу по ночам и не беспокоить отца или слуг. Только вот отец быстро разузнал о нашем секрете и сделал защиту. А вот Шин настолько погряз во тьме, что ничего и не заметил. Бег не занял много времени, и вскоре я открыла вторую дверь, скрытую за платяным шкафом. Комната не сильно изменилась за десять лет: письменный стол и картины остались на месте. Только кровать поменялась. Она была точно такой же, как и в комнате Шина, но полностью белой.

Я остановилась и замерла. Кажется, даже не дышала. Кто-то был здесь. Прямо сейчас. Осторожно, неслышно подошла к кровати. Человек, кажется спит. Одернула балдахин и приблизилась. Бледный юноша лежал на подушках. Я на секунду отпрянула, решила было, что это Шин. Этот человек был до ужаса похож на него, только вот тьмы никакой я не чувствовала. У юноши такие же тонкие губы, острый нос и скулы. Казалось, это тот же князь тьмы, только одетый в светлые одежды и окруженный аурой чистого света. Только лишь свет, чистый и девственный. Да и… я снова взглянула на него. Тонкое заклинание сокрытия витало над ним. «Интересно, кто он?» — подумала я, скидывая с ног балетки и полностью залезая на слишком большую для одного человека кровать. Провела рукой, снимая заклинание. И тут же отпрянула.

Бледный, этот юноша выглядел, как мертвец. Лицо его покрывали глубокие борозды ран, а на шее виднелись следы укусов. Многое я успела повидать за свою жизнь, но с таким сталкивалась впервые. Светлые маги хорошо исцеляли, и их раны чаще всего затягивались за пару-тройку дней. Значит, этот юноша здесь не так давно. Но что же с ним случилось?

Я осторожно приблизилась к нему и поднесла указательный палец к носу юноши, почувствовала тонкую струйку воздуха. Жив, но почему же он так бледен… Я откинула толстое пуховое одеяло. Грудь юноши мерно поднималась и опускалась в такт дыханию. Казалось с ним все хорошо. Но меня не отпускали тревожные мысли. Если в замке темного князя появился светлый, он наверняка ранен или при смерти. Несмотря на некую заботу со стороны Шина, я ему не могла доверять. Да и люди из сопротивления врать не станут. Тем более король.

Я опустила взгляд на живот юноши и заметила под полупрозрачной тканью огромное пятно, похожее на гематому, прямо на боку. Провела рукой над этим местом и почувствовала сгусток темной энергии внутри. Ненависть к Шину проснулась вновь с еще большей силой, и я сжала кулаки. Значит я права. Теперь я обязана найти слабое место этого темного и выдать его сопротивлению. А лучше привести его лично к королю.

— Ну, попадись ты мне, — прошипела я, с жалостью глядя на юношу в постели.

Внезапно он шевельнулся и тихо застонал. Я взглянула на его лицо и увидела, что лоб покрылся потом. Осмотрелась в поисках полотенца. На стуле висела рубашка, перевела взгляд дальше. Нет, ничего подходящего. Одежду этого человека портить я не хотела. Посмотрела в сторону коридора из которого не так давно пришла. Точно! Платяной шкаф. Быстро подбежала к нему и судорожно принялась искать. Среди чужих вещей оказалось несколько полотенец. Я взяла одно, а после вернулась к юноше. Бережно убрала влагу и прошептала несколько слов на древнем наречии. Стоны больного уменьшились, как и жар, и он открыл глаза. Юноша тяжело открыл рот и прохрипел одно единственное слово, которое я услышала, только наклонившись ближе:

— Воды.

Бедный. Я выбралась из-под балдахина и тут же кинулась к тумбе рядом. Графин и стакан как раз стояли рядом. Налила немного и зачаровала на исцеление. С трудом помогла ему немного приподняться и поднесла стакан к губам. Наклоняясь, я почувствовала его дыхание на своей щеке, слабое и едва заметное, и от этого мое сердце почему-то сжалось. Первый глоток дался ему тяжело, второй чуть легче.

— Спасибо, — его губы расплылись в благодарной улыбке. Он смотрел на меня с теплотой, а я лишь улыбнулась в ответ. Заложникам темного мага стоит держаться вместе. И уж тем более помогать друг другу.

— Как вы себя чувствуете?

— Бок болит, — ответил он, указывая на темное пятно. Его рука, коснувшаяся моего запястья, была горячей и сухой, но управлял он ею вполне свободно. Уже хорошо. Значит ему не настолько плохо. Но сможет ли он встать и сбежать со мной отсюда

— Я почувствовала темную энергию на этом месте, — произнесла тихо, будто боялась, что нас услышат. — Кто это сделал? Шин?

Услышав последние слова, юноша побелел еще сильнее и произнес тихо и немного зло:

— Он единственный, кто меня от этого спас. Если бы не Шин, я бы не разговаривал сейчас с вами. Кто вы такая? Сюда можно заходить только ему!

— Я хозяйка этого замка. Несколько лет назад темные надвинулись на эти земли и нам пришлось спешно уехать во дворец. Мои родители были здесь на миссии два года назад. И так и не вернулись. Король сказал, что Шин убил их. А сам Шин сказал, что они в городе, — я потупила взгляд. Наверное, хотелось выговориться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Взгляд юноши остекленел, а после минутного замешательства он схватил меня за руку и прошептал:

— Шин никогда бы не посмел убить. Тем более хозяев своего замка. Если он говорит, что они живут в городе, значит так и есть. Верьте ему.

И я действительно готова была поверить. Этот юноша ведь светлый… не может же он мне врать.

— Спасибо, — я подняла на него взгляд и продолжила: — знаете, в этой комнате я когда-то жила.

— Так вот, почему здесь так хорошо, — он ахнул. Эта комната пропитана светом, и моя болезнь замедлилась. Год назад меня укусил бешеный оборотень. Сейчас на этом месте темное пятно. К счастью, здесь оно не распространяется слишком быстро.

Я высвободила свою ладонь из его и создала еще немного целебной воды. Рука моя мелко подрагивала от волнения, но я все равно помогла юноше выпить все.

— Это поможет уменьшить действие болезни. У вас был жар, сейчас он уменьшился, — я улыбнулась и поправила локон его длинных волос.

«У Шина прическа была куда короче», — мелькнула в голове непрошеная мысль. Сама не поняла, почему сравниваю их, потому покачала головой, отгоняя все лишнее. Поднялась с постели. Уходить стоило сейчас же, пока темный маг не заподозрил чего-нибудь.

— Подождите, — произнес юноша, слабо протянув руку. Его пальцы коснулись моего локтя, отчего я невольно замерла. Может дать ему еще воды? А что если ему плохо, а он не может об этом сказать. — Я даже не знаю вашего имени. А вы моего… Я Дориан. И не бойтесь, я уже хорошо себя чувствую.

Я только и смогла, что кивнуть на его улыбку и тихо ответить:

— Я Эллин. Мне пора идти, поспите, вам станет легче. И, пожалуйста, не выходите из этой комнаты.

— Спасибо вам, Эллин.

Глава 2.2

Я снова улыбнулась и вышла из комнаты. Тихо закрыла дверь и быстро осмотрелась. Не хватало еще с рыцарями встретиться. Меня передернуло от воспоминания о подвале. К счастью, коридор встретил меня полумраком и звенящей тишиной. Я облегченно выдохнула и поставила светлые чары на дверь. Теперь темная магия сюда не проникнет. А я могу идти в библиотеку. Стоило поискать книги об оборотнях, среди книг отца наверняка будет что-то стоящее. Огромные арочные двери оказались закрыты, и я обошла зал по коридору вокруг. Когда-то отец вместе с дедушкой заставили меня наизусть выучить каждый тайный проход замка, и теперь не составило труда попасть в библиотеку незамеченной.

Огромные стеллажи хранили в себе сотни тысяч книг, многих из которых Шин никогда в жизни не видел. Из прозрачной крыши свет попадал почти в каждый закоулок, но только не в закрытую секцию. Там хранились самые опасные и ценные тома о темных и светлых существах и заклинаниях. Защиту на эти двери ставил еще далекий предок семьи, и она работала исправно уже несколько сотен лет. Заклинание родственных уз позволяло только носителю нужной крови открыть ее. В былые времена сюда частенько заходили маги, да и сейчас… Я с подозрением посмотрела на ручку. Ни следа пыли не было. Кто-то совершенно точно пользовался библиотекой. Шин не мог, значит. Быть может родители и дедушка правда живы? Других родственников у нас не было. Я коснулась ладонью ручки и тысячи мелких игл укололи мои пальцы, проверяя. Секунда и раны тут же затянулись, а я смогла пройти в зал.

Здесь царил полумрак, но, как только дверь закрылась, зажглись невидимые огни и осветили стеллажи. Светлячки собрались в силуэт хранителя библиотеки — одного из основателей замка. Тот обычно представал в облике человека, но в этот раз не смог создать полноценный образ, и я невольно сжала кулаки. Тьма Шина слишком проникла в замок.

— Что желаете прочесть, госпожа Эллин? — спросил дух.

Он еще помнит меня! В груди поднялось давно забытое чувство любви и дома. Только сейчас я ощутила, что вернулась домой. От этого стало радостно, но я не стала поддаваться эмоциям, загнала их поглубже. Сперва стоит помочь Дориану, а потом уже плясать от радости. А еще найти родителей.

— История оборотней и их магии. Все, что есть про проклятья и укусы.

— Как пожелаете, — светлая тень поклонилась, и вскоре на столе лежало несколько толстых книг и бумага с чернилами.

Я наскоро просмотрела содержание. Первое появление оборотней. Нет. История зарождения стаи. Снова нет. Вот оно, нашла. Нападения на людей и способы исцеления. Страница 1253. Тяжелые страницы листались с трудом, но я все же открыла нужную. Руническое письмо. Я только хмыкнула. Мне не составит труда перевести, даже наставники хвалили меня за скорость обращения с древними текстами. Только вот… почерк у составителя «Истории оборотней» оставлял желать лучшего. Прошел час, второй. И наконец я закончила работу. Надо бы вернуться в спальню Шина… Но ведь это мой замок, а он не запрещал мне ходить там, где вздумается.

Я поднялась из-за стола, потянулась и сложила все записи в маленькую поясную сумку, которую нашла тут же, среди книг. Видимо, кто-то забыл ее давным давно. Зато теперь она очень хорошо подойдет к моему наряду. Я вышла из запретной секции и направилась в центр библиотеки. Подошла ближе и тихо шмыгнула между стеллажами, чтобы спрятаться. За столом, там, где некогда работал отец, где я училась азам магии, сидел Шин и яростно спорил с кем-то. Лица второго собеседника видно не было, но голос его показался мне знакомым. Я замерла и прислушалась.

— Ты не знаешь, на что идешь, мальчик, — говорил тот, второй человек. Старик. — Тьма дает бессмертие, но взамен… Что ты отдашь? Чью еще жизнь ты погубишь?

— Правда? А твой свет хоть чем-то помог? Исцелил? — голос Шина почти срывался на крик.

— Исцелил.

Я постаралась выглянуть, но видеть все равно могла только Шина. А если попробую подвинуть книги, меня точно услышат. Лицо Шина стало багровым от гнева, а вот голос второго собеседника продолжал оставаться спокойным. Да кто же он такой. Я все ломала голову, но продолжала слушать. Может узнаю что-нибудь ценное.

— Георг, ты сказал, что сможешь ему помочь, так почему? Почему я уже год не могу ничего сделать, а?!

— Потому что ты возомнил себя богом Шин. Решил, что сумеешь повелевать самой жизнью. Только свет может исцелять и это закон мироздания, — слова эти прозвучали набатом.

Георг?... Я пригнулась и по темной стороне стеллажей двинулась вперед. Георгом звали моего дедушку… Может быть это он! Он тоже часто говорил со мной именно таким тоном, особенно когда я не училась или отказывалась что-то делать. Маленький лучик надежды забрезжил где-то на границе сознания, а я даже не вникала о чем они там говорят. Увидеть, кто стоит с Шином, узнать не дедушка ли это. А остальное подождет. На мгновенье я даже забыла, что я пленница в этом замке.

— Да какое же это исцеление?! Он все равно еле жив. И бредит каждый день! — в руках Шина появились всполохи серебристых молний, а я выглянула из-за стеллажей. И замерла.

Георг. Дедушка. Это действительно он. Радость и счастье от того, что я наконец увидела родного человека захватило меня с головой настолько, что я собралась было кинуться к нему, но одернула себя. Нужно подождать еще чуть-чуть. Совсем немного.

— Мы не можем полностью избавиться от яда. Ты должен это понимать. Противоядия нет, — голос Георга прозвучал набатом, но темного мага его слова заставили еще сильнее сжать кулаки.

— Дедушка… осторожнее… — шепнула я, понимая, что он все равно не услышит. И тут, в каком-то порыве я кинулась к нему.

— Замолчи, старик! — прошипел Шин, будто не замечая меня. — Ты остался в живых лишь благодаря моей милости, а не чтобы указывать мне, куда идти. Не можешь мне помочь, так не мешай.

Шин выплюнул эти слова прямо в лицо Георгу, а после взмахнул рукой. Я уже достигла его. Крепко сжала в счастливых объятиях и прошептала: «Здравствуй, дедушка!» Волна сильного разряда пронзила тело. Я не успела выставить щит. Дедушка. Он же остался без защиты. Мысль пришла запоздало. Я еще была в сознании и чувствовала, как мое тело бьется от магии, а боль горячим, алым цветком распространяется по каждой клеточке. Главное, что я сумела защитить дедушку от этого чудовища. Нет, что бы ни говорил Дориан, а Шин последняя тварь в этом королевстве. Я ощутила, как падаю на пол, а сознание уплывает куда-то далеко. Что ж, недолгой стала моя миссия… Жаль только, что родителей не увиде… ла…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 3

Шин

Шин отступил на шаг, опуская руку. Ладони его начали мелко подрагивать, и он с ужасом смотрел на Эллин. На его Эллин. Она считает его чудовищем… а кто же он после такого? Почему он вообще решил напасть на Георга. Старик же помогает всем чем может.

Он мягко опустился на колени и уложил ее голову на них. Мягко провел ладонью по голове Эллин и поднял взгляд на Шина. В нем не было злости или раздражения. Только пустота.

— Прости, — тихо произнес Шин. — Прости.

Он упал на пол. Горло сдавил ком боли и отчаяния. Медленно он подполз к Эллин и Георгу. Коснулся ее бледной руки и тут же одернул свою.

— Эллин… — Шин поднял взгляд на старца. — Что я могу сделать? Как ей помочь?

В голосе его осталось только отчаяние смешанное с чем-то еще. Он не понимал, почему ему стала столь дорога эта девочка. Эта светлая волшебница.

Георг не отвечал, тогда Шин мягко переложил тело Эллин на свои колени. И потянулся к магии. Тьма сгустилась и тут же отпрянула: свет Эллин не принял ее.

Георг только протянул к ней ладонь и коснулся ее плеча.

— К этому и приведет тебя тьма. Она не способна излечить. Только разрушить, — тихо произнес он, но в пустой библиотеке голос казался слишком громким.

Шин поднял взгляд и ответил резко осипшим голосом:

— Тогда… Что я должен сделать? Помогите, прошу.

Жизнь все еще оставалась в ее теле. Но очнуться Эллин не могла, и Шин почувствовал, что уйдет вслед за мной. Он думал, что способен на все, а оказалось, что не может исцелить даже никчемную волшебницу. Темная магия хороша для духов и вампиров, но не для живых.

— Обратись к свету, — грустно улыбнулся старец. — Создай для нее тепло в своем сердце и передай. У тебя же есть чувства к ней?

Это было так очевидно, что даже старик заметил. Взгляды, нежность, его трепет перед этой девчонкой. Тот трепет, который он тщательно скрывал. Может и что-то большее, нечто у которого пока нет имени?

Шин прикрыл глаза и нежно сжал ее теплую ладонь в своей. Для этой девчонки он был готов заново прожить всю свою жизнь, а уж пару капель светлой силы точно найдет. Он собрал в своей черной душе все самые светлые воспоминания и произнес магические слова, направляя всю энергию на девушку. Шин боялся потерять эту пленницу. Вид ее закрытых глаз привел его в ужас, и он был готов обратиться к любой силе, лишь бы она жила. На его губах осталось так и не сказанное: «Моя прекрасная Эллин». Он осознал все свои мысли только когда девушка пошевелилась. Но глаз она не открыла, и тогда Шин мягко поднял девушку на руки и направился к выходу из библиотеки. Отчего-то в его сердце появилась стойкая уверенность в своих силах и магии, в том, что Эллин обязательно очнется и тогда он извинится перед ней за содеянное. За то, что напал на нее и ее деда. И отвезет ее к родителям.

Он сам не понимал, почему решил атакавать старца. Тот часто помогал ему, даже в чем-то обучал. Но Шин сорвался. Слишком переживал за свое дело. За Дориана. А последние недели выдались особенно напряженными.

Шин осторожно опустил Эллин на постель и накрыл одеялом. Пусть она поспит и наберется сил. Будет лучше, если она вовсе не узнает о его делах. В первую очередь лучше для нее.

Что она вообще делала в библиотеке? И как попала туда? Шин отмел эти вопросы. Было очевидно, что она знает этот замок куда лучше него. Он махнул рыцарю, чтобы тот охранял Эллин, а сам вернулся в библиотеку.

— Как она? — спросил Георг, едва Шин успел переступить порог.

— В порядке, — он тяжело опустился в кресло рядом со старцем и прикрыл лицо руками. — Прости Георг. Я, наверное, настоящий идиот…

— Я понимаю твои чувства, Шин. Все мы беспокоимся за близких, — Георг мягко похлопал его по плечу. — У меня был готов щит на этот случай. Я же знаю, как быстро ты можешь выйти из себя, когда близкие в опасности. Только я не думал, что Эллин будет здесь.

— Прости, Георг. Здесь только моя вина…

Они молчали. Шин снова и снова прокручивал в голове все произошедшее. Внезапно его осенила идея и он протянул старцу руку.

— Я дам клятву, — решительно произнес он.

Георг только кивнул, не стал отговаривать Шина. Взял его ладонь в свою и провел над ними заклинание.

— Клянись, раз решил.

Шин не думал о том, совершает ли ошибку, знал, что делает все правильно. Да, так она точно будет в безопасности.

— Клянусь никогда не причинять зла Эллин и ее семье, оберегать ее от тьмы и нечисти.

Магия света и тьмы соединилась в тонкий, едва заметный браслет на его запястье. Он спрятал его под рукавом рубашки и с благодарностью посмотрел на старца. Да, он все сделал правильно. И однажды он признается в своих чувствах к Эллин ей самой. А пока достаточно того, что признался себе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 3.1

Эллин

Я медленно раскрыла глаза. Все тело болело так, что я едва могла пошевелиться. Оперлась на руки, почувствовала дрожь и упала на подушки. Попыталась вспомнить, что же произошло… Шин, молнии, дедушка. Тяжелым бременем на меня свалилось все произошедшее. Где же все? И самое главное, где я сама? Прислушалась к себе и снова попыталась встать. Было немного легче, чем в первый раз. Тело все еще болело и ощущалось ватным и слабым. Надо идти, найти всех. Я осмотрела комнату и только сейчас поняла, что снова нахожусь в спальне Шина. Опустила ноги на пол и надела балетки. Медленно, опираясь на кровать побрела к двери.

К какому же чудовищу я попала. Он нападал на светлых, посмел атаковать старика… Я не помнила сколько именно лет дедушке, но знаю, что он застал еще предыдущего короля. Оставалось надеяться, что после того, как я закрыла его, Шин не стал атаковать еще раз. Его сомнительная забота, которой он пытался меня окружить, теперь встала на свое место. Он только и хочет, что лишить меня бдительности. А сам убьет при первой же возможности.

Отошла от кровати на пару шагов и пошатнулась. Главное не упасть. Едва переставляя ноги, шаркая по паркету, я дошла до двери. Почти коснулась ручки, как ноги подкосились. Упала и вскрикнула от боли в ногах. И только сейчас заметила, что на поясе нет сумки. Нет… только не это. Если Шин доберется до моих бумаг, вряд ли что-то поймет в этих записях, но вопросов у него ко мне совершенно точно прибавится.

С трудом поднялась и повернула ручку. Вышла в коридор. Прямо напротив двери стоял рыцарь. Охрана. На нее было уже плевать. Я подошла к нему и коснулась металла на его груди.

— Отнеси меня к Шину… — произнесла тихо, а сама почувствовала, как падаю на пол.

Рыцарь поднял меня и осторожно понес. Я прикрыла глаза, а очнулась уже в библиотеке. Я лежала на диване, видимо заснула… Все произошедшее теперь казалось сном. Шин опустился ко мне, оказался так близко, что захотелось коснуться его губами. Но злость во мне закипела куда сильнее. Я резко поднялась и наотмашь ударила Шина. Былой слабости не было вовсе.

— Можно было хотя бы спасибо сказать, — огрызнулся он, и снова лицо его стало безразличным.

— За то, что ты напал на моего деда? На мою семью? И теперь ранил меня?

— Но ты же жива и здорова, — он пожал плечами и тут же отвернулся.

Я поднялась и посмотрела ему в след. И что с ним происходит. То заботится обо мне, а теперь относится ко мне как к… пленнице. Которой я по сути и являюсь. Здесь я никто… уже никто. Дориан. Вот ему точно стоит помочь. Кто знает, может ему Шин внушил свою невиновность. Осмотрелась и заметила свою сумку на столе. Осторожно поднялась, но никакой слабости не ощутила. Хоть что-то хорошее. Я прошла к ближайшему креслу и, устроившись в нем, достала свои записи.

Шин разговаривал с дедушкой о делах и казалось, что не было той страшной атаки на меня. На них я не обращала ни малейшего внимания, но под его тяжелым взглядом сосредоточиться было сложно. Я не слышала их слов и только сейчас поняла, что они скрылись от меня заклинанием. Может быть дедушка все же отчитал его за содеянное. Заклинание рассеялось, и раздался голос Шина.

— Знаешь Георг, быть может и хорошо, что Эллин сюда отправили.

Я невольно посмотрела на Шина и столкнулась с нежностью во взгляде.

— Эллин, девочка моя, — дедушка подошел ко мне и сел рядом, — что случилось? Как ты попала сюда?

— Меня поймали в горном лесу. Запуталась в паутине, а его воины тут же меня схватили, — я не врала. Все так и было. Только вот в лесу я оказалась по заданию короля.

— А зачем тебе руны? — он подвинул к себе все мои записи.

— Хочу помочь одному светлому. Ты же что-то знаешь о бешеных оборотнях? Мне нужно найти противоядие от их укуса.

Георг покосился на Шина, а после снова повернулся ко мне. Тот как раз подошел к нам и устроился с другой стороны от меня. Он остановился так близко, что я ощутила его запах — дым и что-то пряное, вроде корицы. Сердце на секунду пропустило удар. Я посмотрела на него. Взгляд все еще был полон нежности, но вместе с этим и яростной решимости.

— Ты же расскажешь мне, в чем дело, и что это за листок? — спросил Шин, мягко касаясь моего плеча. Его колено оказалось в опасной близости от моего бедра, и я невольно ноги. Шин, казалось, вовсе не заметил неловкости.

— Расскажу, наверное. В книге об оборотнях сказано об их зельях, — обратилась я к дедушке. — Только там написано, что зелья от бешенства могут спасти лишь самих оборотней. А об укушенных людях ничего не сказано...

Шин сурово свел брови и, стараясь сохранять спокойствие, спросил:

— Зачем тебе это? Какому светлому тя решила помогать в моем замке.

Я только и смогла, что закатить глаза и ответить:

— Это замок моей семьи, если ты вдруг забыл, Шин.

Впервые я обратилась к нему по имени, и он на мгновение застыл, явно не ожидал такого. Я посмотрела в его глаза и почувствовала, что услышанное ему не нравится. В его взгляде было что-то ревнивое, собственническое, и это заставило мое сердце биться еще быстрее. Он что решил, что я отдам ему свой дом?

— Какому светлому ты собралась помочь? — снова повторил он. Значит не замок. Ему претит сама мысль о том, что я хочу помочь кому-то. Интересно, а если бы я решила помочь темному, он отреагировал бы так же?

— Хочу помочь новому знакомому, — неопределенно ответила я и продолжила изучать свои записи. Пусть ревнует. Мне-то что? Но мысль об этом невольно грела душу.

— Вообще есть два способа помочь человеку, которого укусил бешеный оборотень, — начал старец, а краем глаза следил за реакцией Шина. — Первый — использовать темные заклинания и зелья. Второй — светлую магию.

— Но ведь темная магия практически не исцеляет... вообще не исцеляет.

Я нахмурилась, опуская взгляд. Никогда не слышала об исцелении с помощью тьмы. Только о разрушении.

— Зато дает бессмертие, — вставил Шин, приблизившись ко мне вплотную. — Не скажешь, кому решила помочь?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Какая тебе разница? Он хотя бы не пропитан тьмой и умеет благодарить! — отрезала я, но в душе все сжалось от чувств. Я не боялась Шина, нет. Напротив, мне казалась милой его ревность.

Что со мной происходит… я судорожно сжала листок в руке и принялась работать дальше. Нужно найти способ вытащить отсюда Дориана. И себя заодно. У Шина совершенно точно есть заклинание, чтобы влюблять в себя наивных волшебниц. Но я ведь не наивная, не порадуюсь на его удочку. Что-то далекое, обитающее на границе моего сознания неприятно зашевелилось от этих мыслей.

Глава 3.2

Шин ударил кулаком по столу.

— Не хочешь говорить — не надо. Но из замка ты не выйдешь!

— А ты меня задержи! — возглас прозвучал слишком дерзко, и я тут же стушевалась. Но отступать все равно уже было поздно.

На лице Шина заиграла ехидная улыбка. Он не стал ничего отвечать, лишь властно махнул рукой своим воинам. Я поднялась из-за стола, отталкивая его и посмотрела на выход. В дверях библиотеки стояли те самые рыцари, которые притащили меня вчера в замок. Я тяжело вздохнула, покачала головой и подошла к одному из духов тьмы. Прислушалась к себе. Да, заклинание я создать сумею. Аура этого духа ощущалась сильнее остальных. Я чувствовала, что призраку неприятно и неуютно находиться внутри этих доспехов, и открыла забрало. Внутри была только темная масса из боли и отчаяния. А ведь когда-то этот дух был светлым, таким же, который живет в закрытой секции нашей библиотеки.

Я поставила руки по бокам шлема и тихо произнесла, вкладывая в слова всю любовь и магию:

— Да отпустит тебя тьма. Возвращайся к свету.

Шлем стал раскаливаться до бела от магии. Я продолжала держать руки, ни на секунду не отпускала. Жар перешел ниже, на остальные доспехи, и только тогда я немного отошла, завершила заклинание. Металл зашипел, испаряясь, а призрак, ставший белым вместо болотно-зеленого, поклонился с благодарностью и, отсалютовав на прощанье, улетел в свой родной особняк. Я кивнула и улыбнулась. Сил помахать рукой не осталось.

Почувствовала резкую боль в голове и пошатнулась. Шин бросился ко мне, мягко придержал, не давая упасть. Я стояла, опираясь на него, и тяжело дыша. Сил после освобождения духа хватало только на то, чтобы не потерять сознание. Его рука обнимала меня за талию, и даже через ткань платья я чувствовала жар его пальцев. Мне следовало отстраниться, но тело не слушалось. Я потерялась в пространстве. Сознание держалось только за него, за его прикосновения. За Шина. Я не понимала, что происходит со мной. Может это влияние магии Шина, а может в землях темных все светлые сначала переживают такое помутнение сознания? Такое, что хочется только одного, чтобы он не отпускал, чтобы эти руки касались меня, моего тела, губы целовали со всей присущей ему страстью. Я не могла уже стоять, и Шин поднял меня на руки.

Отчего-то захотелось прижаться к его сильной груди, и я не стала отказывать неведомому порыву. Обвила его шею руками и положила голову на плечо. А он на мгновенье замер, а после обратился к дедушке:

— Георг, что она сделала?

— Освободила одного из твоих воинов из заключения. Не переживай за нее так. Для нее это пустяковое заклинание. Сейчас ей просто нужно отдохнуть.

Шин нахмурился, но кивнул и понес меня в спальню. Я даже не пыталась сопротивляться, лишь закрыла глаза и сложила руки на груди. Его шаги были быстрыми и уверенными, но руки бережными, словно он нес самое дорогое, что у него есть. Уложив меня в постель, он собрался было уйти, но я остановила его.

— Шин, останься, пожалуйста, — произнесла тихо и протянула к нему руку.

— Ты же меня ненавидишь? С чего бы мне оставаться?

— Да мне говорили, но… Один человек сказал, что ты единственный, кто спас его. И я подумала, что с тобой не все так просто, — я посмотрела на Шина, а после опустила взгляд. Щеки мои покрылись румянцем. Я и сама не понимала, почему прошу его остаться, но чувствовала, что если он уйдет, мне станет больно и одиноко.

— Ты была в светлой комнате? — спросил Шин, забравшись на кровать.

— Эта комната когда-то была моей.

— Так вот почему там было так хорошо, — шепнул он, укрывая меня одеялом.

Казалось, он хотел просто быть рядом со мной, заботиться и оберегать ото всех бед. Я быстро заснула, и уже не слышала, как он тихо покинул комнату. Зато чувствовала, как перед этим долго рассматривал мое спящее лицо, на рассыпавшиеся по подушке волосы, на приоткрытые губы. Он едва коснулся моей щеки кончиками пальцев, боялся разбудить. А после коснулся губами моего лба, отчего я тут же провалилась в сон.

***

Шин

Раз Эллин побывала у Дориана, он должен быть в порядке. Но проверить лучше самому. Шин уже готов был доверять Эллин, хоть пока и не знал отчего. Белая дверь с узорами в виде цветов и птиц выглядела совершенно обычно, но как только Шин дотронулся до волнообразной ручки, почувствовал, как пальцы сковало холодом. Юноша отпрянул, потряс ладонью в воздухе и попробовал было открыть дверь, но во второй раз его обдало жаром.

— Дориан, — позвал Шин, стучась в дверь, — ты здесь?

Прошла минута, и его начала захватывать паника. Вдруг с ним что-то случилось. Вдруг он без сознания. Или вовсе… нет, невозможно. Девчонка же собирается помочь ему, так зачем ей убивать Дориана. Если она не говорит о каком-то другом светлом. Но Шин следил за всем королевством. Уши у него были даже во дворце. И совершенно точно среди всех магов только Дориан был укушен бешеным оборотнем.

— Дориан, — снова позвал Шин.

— Да, — ответил тот. — Эллин поставила барьер для темной магии, чтобы мне было легче.

— Понятно. Значит я был прав… — протянул маг и, прислонившись спиной к стене, сполз на пол.

Благодаря этой девчонке он не может ни увидеть брата, ни помочь ему. Какой же он идиот! Нужно было сразу отдать ее на съедение вампирам и духам. Утешает только одно: Дориан нормально разговаривает и, очевидно, чувствует себя гораздо лучше. Впрочем, может оно и к лучшему. Эллин чем-то упорно привлекала его, хотелось защищать ее и помогать. В тайне от самого себя Шин надеялся, что она сумеет стать его союзницей. Настоящей союзницей.

— Если барьер не пропускает тьму, то пройдет только Эллин. Она принесет тебе поесть.

Дориан согласился со словами брата, и Шин вернулся в библиотеку. Маг хотел посмотреть ту книгу, о которой Эллин говорила с Георгом.

— Книга об оборотнях, — бормотал юноша, перебирая толстенные тома.

Если он будет смотреть каждую книгу, то не управится и за годы. Должен быть иной способ. Проведя пальцем по очередному корешку, юноша внезапно остановился. Когда-то он пробовал использовать темную магию, но не знал, какая именно книга ему нужна. Теперь все должно получиться. Шин взмахнул руками и громко произнес:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Найди книгу об оборотнях.

И ничего не произошло. Юноша удивленно осмотрел библиотеку. Неужели за все эти годы он не разрушил защиту? Значит, придется использовать Эллин. На это он рассчитывал, но теперь и опасался, что она согласится. Взяв со стола лист пожелтевшей от времени бумаги, Шин начал писать.

«Выковать для моей помощницы Эллин белую броню с гербом ее семьи. Подготовить облегченный меч и лук со стрелами. Отправить это все в мой замок», — говорилось в записке. Юноша отдал ее воину и приказал отправить в оружейный городок. Наверняка им придется ехать к оборотням вместе, так что лучше ее защитить как следует. Лучше всего будет оставить ее в замке, лишь бы она была в безопасности. Неизвестно, что оборотни могут сделать ему, но ее они совершенно точно убьют даже не задумавшись.

Шин еще несколько раз попробовал использовать заклинание поиска книги, но после множества неудачных попыток решил пойти к Георгу. Тот изучал мои записи и сравнивал с тем, что смогли найти они сами.

— Темная магия не поможет договориться с библиотекой, — ответил старец на незаданный вопрос. — Я уже предупреждал.

— Ладно, — отмахнулся Шин. — Ты нашел что-то интересное?

— Нет, — Георг только покачал головой и отложил перо. — Сами мы ничего не сделаем. Вам нужно лично поговорить с оборотнями.

Шин закусил губу и все равно продолжил перебирать книги. Так ничего и не найдя, он отдал приказ приготовить утром завтрак на двоих в беседке во внутреннем дворе, а сам вернулся в спальню.

Шин скинул с себя одежду, переоделся в ночную рубашку и лег в постель. Эллин уже давно спала, и маг невольно залюбовался ею. В сорочке она выглядела такой нежной и милой. Тонкая ткань облегала ее стройную фигуру, и при каждом вдохе грудь слегка приподнималась, заставляя его сжимать кулаки, чтобы не сорваться и не коснуться ее. И все же неизвестный порыв захлестнул его. Шин протянул было руку, чтобы обнять Эллин и прижать к себе, но тут же отдернул. Лучше будет, если она хорошо отдохнет. Да и спугнуть можно. А ведь я такая нежная и милая. Шин еще несколько минут смотрел на нее, а после опустился на подушки и заснул.

Ночью он почувствовал на себе чью-то руку. Открыл глаза и увидел, как Эллин обвивает его талию и крепко прижимается к груди. Кажется, Шин перестал дышать. Он боялся пошевелиться, чтобы не спугнуть Эллин, осторожно обнял и накрыл одеялом. Ее дыхание щекотало его шею, и каждый выдох отзывался в теле горячей волной. Ни одна волшебница во всем королевстве не могла сравниться со ней. С его Эллин. Шин закрыл глаза и ощутил, как жар приливает к каждой клеточке его тела. Решив, что заснуть больше не выйдет, он продолжил лежать в постели, вдыхая запах ее волос.

Он не знал, почему Эллин так влияю на него. Быть может во ней заключена неведомая сила и власть? Никогда он не хотел так близко находиться к светлой волшебнице, всегда ему казалось, что свет не подходит ему. Только вот теперь все оказалось иначе. Что ж, со своими чувствами он уже разобрался. А теперь стоит найти оборотней и спасти брата.

Наутро Шин понял, что все же смог поспать хоть немного. Он наспех привел себя в порядок, приготовил для Эллин светлое молочное платье, а после тихо приблизился к кровати. Мягко откинув полог, он присел на край постели возле Эллин и с трепетом и нежностью коснулся ее щеки. Кожа под пальцами была теплой, бархатистой, и ему захотелось опуститься ниже, к шее, к ключицам... но он остановил себя. Нельзя ее пугать вот так. Она еще не привыкла к нему. Тем более после произошедшего вчера.

Глава 4

Я почувствовала чье-то дыхание и тут же раздался нежный, бархатистый голос Шина.

— Эллин, просыпайся. Уже утро, — тихо произнес он, ближе наклоняясь ко мне.

Я медленно открыла глаза, пробуждаясь ото сна. Сволочь, да как он смеет так близко приближаться ко мне. Я наотмашь ударила его по щеке и тут же на этом месте расползлось красное пятно от удара. Вторую руку он успел перехватить, и на лице помимо воли появилась усмешка.

— Ты не хочешь этого делать, — произнес он и притянул меня к себе, наклонился к самому моему уху и прошептал: — Не сопротивляйся, малышка. И тогда я тебя не трону. Будь хорошей девочкой.

Его голос прозвучал так низко и хрипло, что по моей спине пробежали мурашки. Я замерла, чувствуя его дыхание на своей шее, и на мгновение мне показалось, что я готова подчиниться. Шин резко отстранился, кинул мне новое платье и вышел из комнаты. Я только хлопала ресницами и пыталась сообразить, что сейчас произошло. Его голос все еще звучал в ушах, а на запястьях оставался след от его прикосновений.

— Боги, во что я ввязалась, — произнесла я, переоделась, а после осмотрела комнату.

Вторая половина кровати оказалась идеально заправлена, но… не мог же он спать со мной в одной постели! Отвратительно. Я подошла к зеркалу и осмотрела себя с ног до головы. До чего же стыдно мне стало перед самой собой. Спать вместе с незнакомым мужчиной, да еще и с темным магом. Я почувствовала, как дрожат ноги, и опустилась на пол. Но вместе со стыдом пришло и другое чувство, необъяснимое и от этого особенно страшное. Я никогда прежде не хотела никого из мужчин так, как хотела Шина. Только боялась признаться в этом. Хотелось, чтобы он был рядом, чтобы он мягко касался меня. Я тряхнула головой. Ну что за глупости порой лезут в голову. Явно колдовство темного князя. Нет уж. Я не позволю ему запятнать свою честь. Тем более с помощью магии.

Я надела платье, заплела волосы в косу и вышла из спальни. В душе появилась твердая решимость. Буду бороться до конца, помогу Дориану, а после… об этом я подумаю, когда исцелю его.

Шин ждал, прислонившись к стене напротив. Я закрыла дверь, развернулась и встретилась с взглядом его черных глаз. В них была одна только темнота. Ни единой светлой искры не мелькнуло в его силе. Я даже усомнилась в том, что именно он помогал мне вчера. Но когда его взгляд скользнул по моей фигуре, задержавшись на талии и бедрах, я почувствовала, как щеки заливает краской. Конечно, я выглядела достаточно хорошо, а это платье выгодно подчеркивало грудь и плечи, разве что юбка была пышной. Да и Шин… Нет, не смотреть на него было выше моих сил. Темные волосы волнами ниспадают на плечи, острые скулы и притягательная улыбка. А рельеф его мышц мог свести с ума каждую.

— Идем, — произнес юноша, мягко протягивая руку, — у меня есть сюрприз для тебя.

Его улыбка слишком располагала, но я не осмеливалась вложить свою ладонь в его и только и могла, что стоять рядом и хлопать глазами.

— Ну? — он выгнул бровь. — Не заставляй меня терять терпение.

Я помялась еще, а после все же протянула руку. Шин сплел наши пальцы и легонько сжал, показывая, что я никуда не сбегу от него. А хочу ли я? Я все еще не понимала, что именно чувствую по отношению к нему. И мои ли это чувства. Шин снова изображал доброго и заботливого темного князя. Только вот доверять ему было все еще невозможно.

Мы вышли во внутренний двор, где почти ничего не изменилось с тех пор как мы ушли. Слуги все так же трепетно оберегали каждое растение, надеясь на возвращение хозяев этого особняка. Мы уговаривали их сбегать и некоторые даже последовали за нами. Но далеко не все. Я припоминала, что Шин говорил о родителях. О том, что они действительно живы и находятся в городе рядом.

Беседка, построенная отцом в честь моего рождения, по-прежнему была обвита вьюнами. От одного взгляда на нее мое сердце сжалось. Шин, заметив, что я побледнела, коснулся моего плеча и поспешно прошептал:

— Клянусь, твои родители живы и в порядке. Ты же видела Георга.

О, разумеется, видела. В руках тут же появились молнии атакующего заклинания.

— Ты напал на него, — прорычала я, чеканя каждое слово, — мне этого достаточно!

— Тише, Эллин, — голос его стал тише и нежнее. — Успокойся, пожалуйста. У него была защита от моей магии. А вот у тебя нет.

Я продолжала держать магию, но лишь одно мягкое касание моего плеча — и руки сами опустились, а магия рассеялась. Была защита?… да что он такого несет. Если знал, что дедушка защищен, то почему напал?

— Так-то лучше, — шепнул он в самое ухо.

Ладони Шин не убрал, лишь подтолкнул меня к столу. Тот уже был накрыт на двоих. Злость все еще клокотала в груди, но я все же села. Когда-то здесь завтракали родители. В то время, когда не было никакого темного князя. Когда Шину было… внезапно я поняла, что не знаю, сколько ему.

— Кстати, сколько тебе лет? Выглядишь не сильно старше меня, — спросила я, осматривая еду.

— Мне двадцать два, — усмехнулся он и положил голову на подставленные руки. — Тебе?

Я взглянула на него и опустила взгляд в тарелку. Надо поесть… он все молчал, ожидая моего ответа. Но я не могла признаться. Боялась, даже сама не знала чего именно.

— Так сколько тебе? — снова спросил он.

— Двадцать, и нет, я не буду забирать замок. Пока, — я подняла на него взгляд, стараясь вложить в него всю строгость, какую только могла.

— Поговори с Георгом. Думаю, он тебя отговорит. Ты ведь можешь получить не только замок, но и власть. Король и светлое сопротивление слабы. И вы вряд ли они смогут со мной сразиться. Так что предлагаю мир, — Шин протянул ладонь.

Я покосилась на его руку, хотела было пожать, но остановилась. Он выгнул бровь, ожидая моих слов. Тяжело было решится на этот союз. Он наш враг. Он враг моих родных. Был врагом. Но сейчас они живут здесь, на землях темных и… возможно даже счастливы.

— Перемирие. До тех пор, пока… — я на секунду запнулась: — Дориана не исцелим. И пока ты не покажешь моих родителей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Как пожелаешь, — мы пожали руки. — К родителям могу отвезти тебя хоть завтра.

— Спасибо, Шин. В сопротивлении говорят, что ты самое настоящее чудовище…

— Врут. Наслаждайся пока завтраком, — его лицо озарила теплая улыбка, и я тоже невольно улыбнулась.

Все вокруг выглядело, как свидание двух влюбленных. Я невольно улыбнулась этой аналогии. Может со стороны мы и правда были похожи. Я снова опустила взгляд на еду и только сейчас заметила, что приборы оказались из личной коллекции дедушки. Неужели он попросил слуг положить именно их. Вилки, ложки и ножи украшены гербом семьи. Приятно было пользоваться всем тем, что я не видела долгие несколько лет.

Глав 4.1

Шин появился в этих местах, когда мне было всего шестнадцать. В тот же год мы уехали в столицу. Вспоминать все произошедшее было тяжело, но я была рада тому, что попала наконец домой. Пусть и не надолго. Быть может Шин прав и мне стоит остаться в замке?

Признаться честно, я никогда не мечтала о великой славе или власти. Отец бал довольно богат и обеспечен. Нам принадлежали земли как раз вокруг этого замка. Несколько средних деревень приносили хороший доход. На жизнь жаловаться не приходилось. В столице я была несколько раз еще в детстве, когда отец работал среди охраны одного из наследников. Потом случилась трагедия и отца отправили в отставку. О самой трагедии он ничего не рассказывал. Говорил только, что наследника едва успели спасти. И во всем произошедшем обвиняли темных.

Я чувствовала, как Шин наблюдает за мной. Взгляд его не был тяжелым, но нежным.

— Почему не завтракаешь? — спросила я, поднимая на него взгляд.

— Я не голоден. Спасибо одной наглой девчонке, — сухо ответил тот.

— И что я успела сделать? — недоуменно вскинула брови я.

— Из-за тебя я не могу увидеться с братом.

— Так Дориан твой брат?

Шин ничего не ответил, но под моим строгим взглядом все же принялся за еду. Можно было догадаться. Раз Дориан настолько похож на Шина.

— Что с ним случилось и когда? — спросила я, откладывая приборы. Конечно, Дориан рассказывал мне, но хотелось услышать версию и от Шина.

— Оборотни покусали. Год назад. Ты же знаешь, что они ненавидят светлых.

— А что он делал у оборотней? — я подняла взгляд в ожидании ответа.

— Потом расскажу, — отрезал он и резко отложил приборы.

Шин поднялся из-за стола, хлопнул в ладоши, и тут же подошли слуги. Дориан, надо принести ему еды. Я взяла одну из пустых тарелок и принялась накладывать всего понемногу. А после встала и попросила Шина взять с собой графин с соком. До замка мы дошли молча. Все мои мысли сводились к Дориану. Надеюсь, с ним все хорошо и болезнь дейтвительно замедленна.

— Я смогу увидеть брата? — спросил Шин, останавливаясь у двери в спальню.

— Да, только не забывай, что барьер может пройти только светлый маг, — я только улыбнулась. Сомневаюсь, что у него есть столько света, чтобы пройти внутрь.

Я коснулась двери, а после постучала в дверь.

— Дориан. Это я, Эллин.

Я почувствовала струю магии и раскрыла дверь. От коридора спальню отделял полупрозрачный белый занавес, так что Шин хоть и смог разглядеть происходящее внутри, но весьма смутно. Я отнесла поднос с едой, оставила его на рабочем столе и, вернувшись за графином и стаканом, тихо произнесла:

— Он пока еще очень слаб. Тебе не стоит входить. По крайней мере сейчас.

Шин сдавленно кивнул и остался ждать снаружи. Его била легкая дрожь. Видно было, что доверяет он мне с трудом. Но и выбора иного у него не было. Хочет спасти брата — придется пойти на уступки. Тем более, что союз со мной он заключил, да еще и предложил его сам.

Я подошла к кровати и, открыв балдахин, осторожно села рядом с Дорианом. Тихо выдохнула, отметая все мысли, и коснулась его руки. Он медленно открыл глаза и взглянул на меня. Его пустой взгляд принял осмысленное и даже радостное выражение. Я коснулась тыльной стороной ладони его лба, проверяя есть ли жар. К счастью, ничего не обнаружила, но слабость во всем теле явно мешала ему нормально двигаться и хоть о чем-то думать.

— Это вы, — произнес Дориан тихо и слабо, судорожно пытаясь сесть.

— Осторожней. Давайте я вам помогу, — сказала я, придвигаясь ближе.

Я помогла ему подняться и опереться на подушки. Поправила его одеяло, и он неловко коснулся моих рук. Что-то странное было в этом жесте. Если прикосновения Шина казались мне даже приятными, то Дориан… я жалела его, хотела помочь, но не более.

— Шин не может пройти через барьер, верно? — спросил он и посмотрел в сторону двери. В глазах его я заметила беспокойство и поспешила положить руку на плечо.

— Не переживайте. Шин желает вам только добра, иначе заставил бы меня снять защиту, — я улыбнулась и вернула руки на колени. — Если он обратится ненадолго к свету, наверняка сможет увидеть вас через дверь. Но в нем все еще слишком много тьмы.

— Очень на это надеюсь. Вы принесли завтрак?! — голос Дориана стал немного звонче, он осторожно скинул с себя одеяло и подполз к краю кровати. Его рука скользнула по моему запястью, когда он пытался опереться, и я невольно отшатнулась, но поспешила взять себя в руки. Не стоит показывать, что я чувствую какую-то неловкость перед ним. И тем более, что смотрю на него как на врага или прокаженного.

Я кивнула, открыла балдахин и помогла ему встать с кровати. С трудом он дошел до стола и сел. Дориан вполне мог сам держать вилку с ножом, но руки его подрагивали, и я стала кормить его сама. Каждый раз, когда ложка касалась его губ, он смотрел на меня с такой благодарностью, что мне становилось неловко. Хотелось накормить его поскорее и уйти. Но Дориан все еще был слаб и на трапезу он потратил около получаса. А после попросил ему показать Шина. Я удержалась, чтобы не закатить глаза. Даже не знаю, отчего так неуютно становится рядом с Дорианом. Провела его до двери и, придерживая одной рукой его за локоть второй провела ладонью по дереву. Надеюсь, Шин еще не ушел и дожидается меня рядом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 4.2

Место, на которое подействовало заклинание, стало прозрачным, и Дориан смог увидеть Шина, стоявшего с пергаментом в руках. Задумчивое лицо темного князя выглядело столь серьезным и привлекательным, что я невольно залюбовалась им. «И что он там разглядывает?» — подумала я, осторожно поддерживая Дориана. Мышцы его напряглись, наверное от волнения.

— Это карта южных земель. Наверное, Шин хочет узнать, как добраться до оборотней, — ответил он на мой незаданный вопрос.

— Сомневаюсь, что они смогут помочь… — пробормотала я.

— Почему вы так думаете?

— Они не то что не смогут, они скорее не захотят. Мне бы не хотелось идти в их лес. По крайней мере в одиночку. Оборотни всегда ненавидели свет, но ранили обычно только тех, кто совался к ним сам. Вы же никогда не были в темном лесу, верно?

Дориан покачал головой и продолжил внимательно слушать меня.

— Очень странно… Шин ничего не ответил мне на этот вопрос. И я подумала… Что ж, раз вы не были в лесах, тогда откуда эта рана?

— Я получил ее не в самих лесах, а в деревушке неподалеку… — Дориан опустил голову, а я снова создала завесу. Прежде чем магия сомкнулась, я бросила взгляд на Шина — и встретилась с его глазами. В них было что-то темное, жадное, и я невольно вспомнила, что при укусах от оборотней бывает помутнение сознания. Оставалось надеяться, что Дориан контролирует себя и не станет нападать на меня.

— И что вы там делали? Сотрудничество с оборотнями планировали? — в голосе прозвучало недоверие, которое я даже не пыталась скрыть.

— Нет, конечно. Вы понимаете, Эллин, — юноша запнулся, но быстро выдохнул и продолжил: — В детстве Шин не был таким. Он… В нем преобладал свет. И только он. Шин сильно младше меня, мы лишились родителей, когда ему было всего шесть. Все говорили, что произошел несчастный случай, только Шин повзрослел и узнал то, что скрывали от него наставники. Не смотрите на меня так, я не могу вам рассказать этого. Да и некоторые маги из королевской семьи относились к нему… с пренебрежением.

Я опустила взгляд, прошептала тихое: «Понятно». Стало жаль Шина. Выходит его сломали, сначала скрыли какую-то правду, а после даже не извинились. Очень хотелось узнать, что именно произошло с его родными, но расспрашивать Дориана не было смысла, а Шин сам вряд ли расскажет. Но любопытство совершенно точно меня пересилит и я точно смогу все разузнать.

Я провела Дориана к постели, помогла ему лечь, а после встала рядом. Садиться на кровать я опасалась. Все же его прикосновения больше отталкивали, и я не могла понять, почему. Быть может дедушка сумеет объяснить. Мысленно отметила, что спрошу у него позже. Желательно так, чтобы Шин этого не слышал.

— Большего от меня вы не узнаете, — тихо произнес Дориан, а сам потянулся ко мне. Спрятала руки и покачала головой, на что он только потупил взгляд. А после продолжил:— есть еще кое-что. Если Шин решил добиться кого-то или чего-то, его никто не остановит. Я не могу сказать, кому он мстил в прошлом, да и не знаю толком. Он отказался рассказывать мне об этом. Но я уверен, что сейчас он пытается найти способ спасти меня. И спасибо вам, Эллин, мне гораздо лучше. Теперь только вы будете приходить?

— Не знаю. Скорее всего лекари будут заботиться о вас. Я все же не врач.

Дориан кивнул и посмотрел на меня с такой тоской, что я на мгновение замерла.

— Вы вернетесь? — спросил он тихо.

Неужели он так привязался ко мне, что хочет видеть меня чаще. Чаще чем Шина? Или надеется, что сумеет увидеть его через меня. Я помялась с минуту, размышляя. Возвращаться сюда не хотелось. Хоть комната и была светлой и все еще хранила часть моей магии, я отчетливо ощущала, что болезнь Дориана будто бы заражает воздух вокруг. Будет хорошо, если через барьер не выйдет и эта сила. Никто никогда не видел, что именно происходит с людьми, когда заканчивается болезнь. Говорили, что они умирают. Но до этого. Скольких людей они готовы убить или заразить? И могут ли? Дориан выглядел достаточно слабым. Но ведь никто не знает, как влияет болезнь.

— Не знаю, — ответила я, отступая назад. Надо было уходить.

Он только кивнул, и тут же я стремглав вылетела из комнаты. Шин стоял напротив и, услышав меня, поднял взгляд тяжелый, почти гипнотический, но в то же время завораживающий.

— Как Дориан? — спросил он, приблизившись и мягко коснувшись моего плеча. Я невольно дернулась, и он убрал руку.

— С ним все хорошо, — тихо ответила и почувствовала, как он приобнимает меня со спины. Так же тихо продолжила: — мне… нам нужно в библиотеку.

— Так пойдем, — произнес он, наклоняясь ко мне и вдыхая аромат моих волос.

Невольно я ощущала, как его аура колеблется от света к тьме, будто в нем самом идет невидимая борьба. Он легко подтолкнул меня, и мы пошли вперед. Ощущать его теплую ладонь на плечах оказалось до ужаса приятно. Я улыбнулась своим мыслям. Забота и нежность с которой Шин смотрел на меня поражали. Я отмела все предрассудки и решила довериться ему. Дориан сказал, что королевская семья недолюбливала Шина. Знать бы почему…

Мы дошли до библиотеки, и я заметила, что вход в нее охраняется печатями. Остановилась и посмотрела на Шина. Раньше печатей не было. Он не хочет меня впускать? Или эту защиту поставил дедушка? Не успела я ничего сказать, как Шин наклонился ниже и отвел прядь волос от моей шеи. Его дыхание коснулось тонкой кожи, и я почувствовала, как по телу разливается жар.

— Расскажешь, что делала с братом? — мягкий, почти успокаивающий голос его заставил меня покрыться румянцем. — Что было?

«Ничего» — хотела было выкрикнуть я, но ноги мои подкосились, и только сжатые на плечах пальцы мага не позволили упасть. Я метала взгляд из стороны в сторону, пыталась найти способ уйти, но сердце предательски забилось быстрее. Нельзя. Я же не девушка легкого поведения и уж тем более не темная ведьма, которая готова взять первого встречного.

— Ничего не было, — промямлила я.

Все мое существо хотело скрыться, спрятаться от обжигающего дыхания Шина. Но в то же время я хотела остаться, чувствовать его близость, его власть надо мной. Я сама не понимала, что происходило, и от этого было еще страшнее. Он прижал меня к стене и наклонился сверху. Мне только и оставалось, что хлопать глазами. Его пухлые губы манили. Так и хотелось впиться в них и целовать до потери пульса. Неужели я правда влюбилась? Или это темная магия.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Правда? — теперь его лицо оказалось прямо напротив моего.

— Шин, — я ненадолго задержала взгляд на его губах, а после резко приблизилась и коснулась их.

Не знаю, как правильно, но продолжаю неловко целовать его. Кажется Шин сначала опешил. А после ответил. Жадно и страстно прижал меня к стене и углубил поцелуй. Стало чертовски приятно. Он тоже хочет меня и теперь не скрывает этого. Воздуха стало все меньше, и он немного отстранился.

— Ты прекрасна Эллин, — он провел ладонью по моей щеке, а я почувствовала, как багровею.

— Шин… — он прижал меня к себе, и я не могла сопротивляться.

Приятно было ощущать его сильные руки, обнимающие меня, его дыхание. Я только ближе прижалась к нему. Мы долго стояли так, наслаждаясь объятиями друг друга. Он медленно отстранился и посмотрел прямо в мои глаза. В его взгляде было столько нежности и любви, что я невольно залюбовалась им. И этого человека мы все считали чудовищем, которое только и готово, что уничтожать всех светлых. А оказывается он может быть заботливым и нежным.

— Не хочу на тебя давить, но… Эллин, — он отстранился и мягко положил ладони на мои плечи. Шумно выдохнул и продолжил: — я очень не хочу, чтобы ты… общалась с Дорианом так близко.

Я посмотрела в его глаза. Злость, смешенная с искренней любовью отражалась в них. Он что ревнует меня к собственному брату? Это осознание навалилось на меня так внезапно, что я невольно засмеялась. Может признаться ему, что я не хочу находиться рядом с Дорианом.

— Эллин, — он мягко, но в то же время грубо сжал плечи. Взгляд его посуровел.

— У нас ничего не было, Шин, — ответила я, мягко касаясь его рук. — Клянусь.

— Сегодня я поверю тебе, — произнес он, опуская руки.

Я направилась следом за ним в библиотеку. Все еще невольно посмеивалась, но постепенно на меня накатывало осознание произошедшего. Я поцеловала его. Впервые поцеловала мужчину и притом сама. По своему собственному желанию. Ощутила, как щеки становятся пунцовыми. Нет, я не жалела о содеянном, напротив, было даже приятно. Но… что если я начала скатываться во тьму? Что если совсем скоро от моего света не останется и следа? Я старалась не думать об этом, надеялась, что сумею решить эту проблему. В Шина я окончательно и бесповоротно влюбилась, так может оно и к лучшему. Не место светлой волшебнице во владениях темного князя.

Глава 5

Шин открыл дверь, пропуская меня внутрь и прошел следом. Привычный круглый стол, дедушка сидит в кресле, ожидает нас. Я устроилась напротив него и подтянула к себе книгу об оборотнях вместе с чернильницей и пером. Забрала у дедушки листок с записями, которые сделала вчера. И принялась за расшифровку. Руны всегда давались мне легко, поэтому перевод не занял много времени. Пока записывала перевод, вспоминала обучение в столице. Когда-то я была в центральной библиотеке королевства и так же делала расшифровку текста. Только в то время рядом со мной крутился кто-то из наследников трона. Имени его я не помнила, как и образа.

Шин устроился рядом и тихо наблюдал за мной. Казалось, он боялся отвлечь меня от работы. И правильно делал. Перевод рун иногда бывал опасным и требовал сосредоточенности. Один неверный символ вместо светлой магии можно было получить темную. Теперь мы знали практически все, что было известно о яде бешеных оборотней. Да и вообще любых оборотней.

«Яд оборотней чрезвычайно опасен для всех живых существ. Он моментально отравляет организм жертвы, которая отныне не способна вести нормальную жизнь, ибо каждое полнолуние существо, кем бы оно ни было, превращается в ужасное уродливое чудовище и теряет свое сознание. Спастись от яда оборотней невозможно. Ни один из них никогда не расскажет эту тайну существу, не впитавшему яд.

С особой осторожностью следует относиться к бешеным оборотням. Эти твари неуправляемы не только в зверином обличии, но и в обычное время. Их укусы убивают медленно и мучительно. Существо, получившее даже немного яда от бешеных оборотней, обречено.

Этапы болезни бешеных:

На месте укуса образуется темное пятно, которое невозможно вывести. Болезнь быстро распространяется по всему организму. Через неделю после ранения пятно покрывает одну третью тела. Чем быстрее оно закроет область сердца и мозг, тем быстрее существо умрет. Симптомы распространения (чаще всего): сильный жар, помутнение сознания, бред, потеря аппетита, судороги. Когда пятно попадает на сердце, у существа затрудняется дыхание, тело желтеет, из носа может идти кровь. При попадании яда в мозг существо мгновенно умирает. Болезнь продолжается до тех пор, пока мозг не будет поврежден. Во время болезни в светлых магах просыпается тьма и разрушает магическую ауру. Случаи полного излечения неизвестны. Возможно замедление болезни с помощью светлой магии. Подробности можно узнать только у самих оборотней.

Внимание! Оборотни ненавидят светлых. Любого из их представителей убивают на месте.

»

Не так много, как хотелось бы, но пока что и этого вполне достаточно. Я вернула книгу на полку, сделала для себя копию текста. Аккуратно свернула листки, зачаровала их, а после один отдала Шину. Он смотрел на меня с благодарностью и с нескрываемым восхищением. Коснулся моего плеча, а после нежно сжал в обьятьях.

— Шин… — неловко обняла его в ответ и ощутила едва заметный поцелуй.

— Спасибо тебе, Эллин. Спасибо за помощь, — он отстранился, а я только улыбнулась.

— Мне стало его жалко в первую встречу. Но сейчас… Возможно это влияние болезни, но мне тяжело находиться рядом с ним, — признаться оказалось на удивление легко, и Шин легко потрепал меня по голове.

— Тогда пойдем к нему вместе. Георг?

Мы повернулись к дедушке. Он кивнул и поднялся.

— Пойду с вами. Интересно, что еще сумеем заметить.

Спальня Дориана все еще охранялась светлой магией. Я раскрыла дверь и, дав знак дедушке и Шину, чтобы они остались в коридоре, прошла внутрь. Дориан сидел за письменным столом и чем-то занимался. Я подошла ближе и смогла разглядеть, как он аккуратно выводит на пергаменте неизвестные символы. Его плечи были напряжены, спина выгнута — и в этой позе было что-то хищное, нечеловеческое, но я списала это на болезнь.

— Дориан, — тихо, чтобы не испугать его, произнесла я и коснулась его плеча, — вы в порядке?

Юноша повернулся ко мне, и я увидела на его лице зловещую улыбку. Тут же отпрянула. В глазах его плясало безумие, а зрачки расширились так, что почти скрыли радужку.

— Дориан… что с вами?… — я отошла еще на шаг.

Меня сковал страх, а в сознании появилась настойчивая мысль: «Опасность». Я чувствовала, что надо бежать и бежать отсюда как можно скорее. К Шину. Вся комната внезапно стала враждебной и чужой. Я уже не могла отступать, страх полностью сковал всю меня. Дориан полностью развернулся ко мне и на лице его отразилась дикая, животная ярость. Его губы растянулись в хищной улыбке, и он двинулся ко мне. Медленно приблизился и грубо коснулся пальцами моего лица.

— В порядке, — прорычал он и толкнул меня назад.

Я не успела ничего сообразить, как ощутила удар о паркет. Стало больно, а с моих губ невольно сорвался стон. Черт! Что же он творит?! Что с ним? Дориан навалился на меня, прижал к полу, наклонился ближе и быстро-быстро зашептал мне на ухо какие-то слова. Тут же мое тело сковало заклинанием. И теперь я не смогу даже закричать. Даже позвать Шина. Шин… Я ведь говорила ему, что с Дорианом все в порядке.

Тело Дориана навалилось на меня со всей тяжестью. Горячие пальцы его впились в мои плечи, и он с остервенением принялся раздирать легкую ткань платья. Я с трудом отбивалась, пока магия не до конца сковала тело, но зубы юноши почти достигли моей шеи. Я чувствовала его дыхание на своей коже — обжигающее, бешеное, почти дикое, и тогда, впервые в жизни испытала настоящий, животный ужас. Даже в лесах, когда меня поймали рыцари я так сильно не боялась смерти. Но здесь… Не думаю, что меня ждала смерть, но нечто более жуткое — наверняка.

— Шин! — закричала я что есть мочи, хотя надежды никакой не было. И в ту же секунду сняла барьер. Хотя бы это мне удалось, пусть и не без труда.

— Эллин!

Такой родной оклик заставил меня вздрогнуть, но Дориан тут же прижал меня к полу еще сильнее. Тут же сильные руки оттянули его от меня и одним движением отбросили к кровати. Я заметила, как магия опускает его на постель и сковывает, но на лице все еще сохраняется прежнее озлобленное выражение.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Шин рывком поднял меня и взял на руки. Глаза слипались от пережитого ужаса, и я с трудом могла разглядеть выражение его лица. Но на нем отражалось нечто мрачное.

— Шин, — я мягко коснулась его груди. — Я не думала…

— Замолчи, — отчеканил он и продолжил нести меня куда-то. Наверное, в спальню. Сознание путалось, я с трудом пыталась держать глаза открытыми, но усталость взяла верх, и уснула прямо на руках Шина.

Глава 5.1

Шин осторожно снял с бессознательного тела Эллин платье и переодел ее в ночнушку. Вид ее оголенного тела вызывал у него только жалость. На спине останутся синяки от удара об пол. Наверняка останутся. Ради нее он уже обратился однажды к свету. Значит и во второй раз все получится. Шин прикрыл глаза и представил, как темнота сменяется теплотой и нежностью. Любовь к этой девочке затмила все. Эллин, его Эллин будет счастлива рядом с ним и никто не посмеет тронуть ее. Он открыл глаза, обнял ее, передавая все свои чувства и так и лег в постель, прижимая ее к себе. Он не знал, как долго он проспал. Да и не хотел знать.

Очнулся он утром, когда рассветное солнце еще не добралась до окон комнаты, но уже начало освещать все вокруг. Эллин еще спала, так что Шин осторожно поднялся и, наскоро переодевшись в чистое, отправился прочь из комнаты. Надо было срочно найти Георга. Наверняка тот пробыл с Дорианом всю ночь и расскажет ему что-то новое.

— Ну? — спросил он, как только вошел в столовую. В библиотеке он не нашел старца и отправился искать его по всему замку.

— И тебе доброго утра, Шин, — улыбнулся Георг. — Присаживайся, обсудим.

Шин устроился напротив и принялся за еду, а после перевел взгляд на Георга.

— Ну так что? Ты знаешь, что произошло с Дорианом?

— Увы, да. Помутнение сознания. Мы ошибались, оно произошло слишком незаметно. Шин, — он поднял на мага печальный взгляд. — Вам с Эллин надо ехать к оборотням. Срочно. Я очень надеюсь, что ее не заберут в плен. Вообще не хотел бы отправлять ее туда, но выхода у нас нет.

— Георг, — взгляд Шина стал серьезным и сосредоточенным, полным холодной решимости, — клянусь, что бы ни случилось, Эллин вернется сюда в целости и сохранности. Даже если я останусь в лесу.

И в голосе его не было ни капли страха. Он действительно готов был отдать всего себя ей. И ни секунды не сомневался в этом.

— Тогда я готов отпустить вас, — кивнул Георг. — Когда выдвигаетесь?

— Пока не знаю. Наверняка завтра на рассвете.

Еще один одобрительный кивок, и они продолжили трапезу. Шина терзали сомнения: стоит ли вообще брать с собой Эллин. Но и здесь оставлять ее было слишком опасно. Кто знает, что еще найдет на Дориана. За него самого Шин уже не переживал: из оборотней он точно сумеет вытрясти противоядие. А вот Эллин… За эти дни он успел влюбиться в нее и боялся оставить ее в опасности. Отправить в столицу? Точно нет. Там королевская семья ее со свету сживет. Значит он приведет ее к родителям и оставит ее там, в городе. Да, только там она будет в безопасности.

Неожиданный стук в дверь заставил Шина встрепенуться. Он быстро посмотрел на Георга, а после махнул слугам, чтобы те впустили гостя.

***

Я с трудом открыла глаза, и в то же мгновенье на меня навалились воспоминания обо всем произошедшем. Дориан… его болезнь перешла в новую стадию. И, выходит, именно так выглядит помутнение сознания. Стало страшно за него, но больше за себя. Кажется, меня начало трясти от внезапно накатившего страха. Воспоминания накатывали волнами и вместе с ними осознание того, что Дориан мог что-то сделать со мной. Убить или… Почувствовала, как по щекам потекли слезы. Шин… надо найти его, расспросить обо всем. Только вот… Тело еще помнило тяжесть Дориана, его хватку, и от этого воспоминания меня мутило. Я прошла в соседнюю комнату туда, где была ванна и два чана с теплой и холодное водой. Я быстро освежила лицо и ощутила, как стало легче. Паника немного отступила, и теперь разум взял верх.

Теперь найти Шина с дедушкой. Переоделась в черное платье, посмотрела в зеркало и невольно заметила, что средней длины пышная юбка, оголенные ключицы и спина придавали мне весьма прелестный вид. Даже… горячий. Шин наверняка должен оценить. И если Дориана я больше видеть не могла, то Шин… Шин был заботлив, так нежен со мной, и ему я хотела доверять. Думаю, даже могла доверить ему свою жизнь.

Вышла из комнаты и, узнав у слуг, где Шин, я прошла в столовую. Все мысли я свела к нему, к этому темному князю, который за каких-то несколько дней стал для меня любимым человеком. Я не знала, почему все происходит так быстро и должно ли быть именно так. Впервые в жизни я по-настоящему влюбилась в мужчину. И впервые в жизни поняла, что хочу быть с ним, провести всю жизнь. Теперь проблема Дориана отошла на второй план. А о сопротивлении вовсе не хотелось вспоминать.

Я постучала в двери столовой и тут же слуги распахнули их для меня. Вошла, мельком оглядела комнату и тут же быстрым шагом подошла к Шину. Легко коснулась губами его щеки и села рядом. Взгляд мой в то же мгновение стал серьезным.

— Дедушка, что было с Дорианом? — спросила, а сама принялась накладывать себе еду. К счастью, стол оказался накрыт на троих.

Георг только вздохнул, посмотрел на Шина, будто спрашивая, стоит ли рассказывать. Тот кивнул, и мне рассказали все, что сумели понять за это время.

— Понятно, — я опустила взгляд в тарелку и неохотно начала трапезу. Значит я была права, и у Дориана помутнение сознания. Подумала немного и решила спросить. — И когда был укушен Дориан?

— Год назад. На празднике Света на деревушку Родиго напала стая оборотней, ранили нескольких защитников, среди которых был Дориан. Георг посоветовал ему быть в твоей комнате, чтобы уменьшить действие болезни.

— Правда? — я подняла на него взгляд. — Дориан говорил, что это было в деревушке близ их лесов.

— Так и было.

— И насколько большая была рана?

— Размером с пуговицу. К счастью, мы смогли вырвать клык из пасти и после вытащить его из живота Дориана. Но сейчас пятно распространилось слишком сильно… — Шин резко замолчал, нежно коснулся моего плеча, а после добавил стали в голос. — Мы выезжаем завтра, тебе опасно быть здесь. Ты останешься в городе, с родителями.

— А ты? — я даже не скрывала беспокойства в голосе.

— Я? Я отправлюсь к оборотням. Дориана надо спасать и срочно. Но тобой рисковать я не намерен.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Шин, — я схватила его за руку в каком-то неведомом мне порыве, — я не отпущу тебя. Одного точно.

Шин поднялся и крепко сжал меня в объятиях, успокаивая. Каждое его прикосновение говорило о том, что он готов защитить меня от всего и ото всех. Снова накатили воспоминания о прикосновениях Дориана, и по щекам вновь потекли слезы. Шин опустился передо мной на колени, мягко вытер мокрые дорожки и нежно поцеловал обе щеки. Отчего-то перед внутренним взором предстала совершенно чуждая мне картина: Шин держит меня на руках, а я обвиваю его сильное тело ногами и смотрит прямо в его глаза. В его темные глаза, в которых можно утонуть. Я резко замотала головой, отгоняя непрошеные мысли. Махнул рукой, чтобы нас оставили одних. Все вышли, слуги быстро убрали ненужную посуду и оставили только блюдо с фруктами. Шин с легкостью поднял меня и усадил на стол.

Глава 5.2

— Забудь обо всем, Эллин, — произнес, мягко касаясь моего тела горячими ладонями. — Здесь только мы с тобой. Только мы.

— Шин…

Я подняла взгляд и посмотрела в его глаза. В их черноте оказалось столько любви и желания, что я неуверенно заерзала на столешнице. Я неосознанно положила руку на его плечо, а после потянулась к губам. Разум мой отдал всю свободу действий чувствам, которые так долго обуревали меня.

Шину хватило только одной секунды, чтобы оценить мое тело. Легкое черное платье, не слишком короткое, но я сидела на столе и бедра мои оказались частично оголенными. Темные каштановые волосы мягко ниспадают на плечи. Открытые ключицы… так и манили, и Шин наклонился ближе. Мои губы легко коснулись его, и он ответил быстро, но мягко и страстно, а после отстранился и посмотрел в мои глаза.

Шин притянул меня ближе, моя юбка поднялась еще сильнее, и я уперлась ладонями в его грудь. Тонкая рубашка. Слишком тонкая, чтобы скрыть рельеф мышц и бешено стучащее сердце. Как и мое. Волнение тут же охватило меня, и я обхватила Шина ногами. Он обнял меня крепко и нежно и принялся целовать все мое лицо. Я перехватила его губы и подарила ему очередной поцелуй. На этот раз короткий и нежный.

Отстранилась, и принялась рассматривать его лицо. Острые скулы, узкие глаза, зрачки которых стали темнее обычного и губы. Его губы. Захотелось коснуться их еще раз. И, казалось, он был не против. Еще один поцелуй. На этот раз более настойчивый и долгий. Среди его темноты мелькнуло нечто теплое и нежное. И раз я ощутила в его черной душе частичку света, огонь стоило разжечь. Мое сознание затуманивалось, я еще крепче прижалась к нему. Так хотелось ощущать его всего, чувствовать, как сильно бьется его сердце. А всех вокруг послать куда подальше. И Дориана, и сопротивление, и все проблемы, которые надо решать.

В один миг мне стало наплевать на то, что мы с Шином разные. И пусть верховные маги говорят, что свет и тьма не могут быть вместе. Они же не знают, как хорошо может быть в объятьях тьмы. Они всегда отрицали саму мысль о связи света и тьмы. И это так сильно давило на нее. Осознание окатило меня ушатом ледяной воды столь стремительно, что я снова коснулась его губ, а после перешла к лицу.

Шин немного отстранился и еще раз заглянул в мои глаза. Я смотрела на него с нежностью и нескрываемой любовью. Мой Шин. Мягко убрала прядь его волос с лица и улыбнулась, а он глупо улыбался мне в ответ.

Я долго не отводила взгляд. Душа трепетала от чувств, которых быть не должно совсем, которые я так долго отрицала. Но теперь приняла и готова была отдаться ему. Дать Шину всю себя, а он готов был ответить мне взаимностью. Шин хотел меня, желал соединить наши силы, я прочитала это в его темных глазах. Я только кивнула не незаданный вопрос, а в следующий момент этот князь тьмы, гроза всего королевства, сгорающий сейчас от нетерпения, коснулся моей щеки. И пустился покрывать поцелуями мое лицо. Каждый раз, отрываясь от моей разгоряченной кожи, он шептал только одно:

— Почему ты заставляешь меня чувствовать это? За какие грехи?

Он начал спускаться ниже, к моим ключицам. Он старательно игнорировал мои губы — понимал, что после не сможет остановиться. Первые поцелуи стали только началом, но он еще не был готов к продолжению в полной его мере. Только вот я не хотела ждать. Совершенно не хотела. И уж тем более не желала, чтобы со мной осторожничали. Я схватила его за волосы и подняла его голову. Я прикоснулась к его губам своими.

Я чувствовала, как это сводило его с ума. Он готов был отдаться во власть мне, а я страстно кусала его губы в поцелуе. Кажется, это будет мой первый раз. Я почувствовала, как в душе появляется что-то темное и незнакомое. Я сдерживала свою темноту столько лет и теперь была готова выпустить ее полностью. Не умею контролировать ну и пусть. Этим займется Шин. Он ведь умеет. Наверняка умеет. Шин только сильнее прижал меня к себе, вдохнул мой запах, а после отстранился.

Шин резко поднял меня на руки и понес куда-то, наверняка в сторону спальни. Слуг нигде поблизости не было, и я тихо выдохнула. Все же слухов про себя распускать не хотелось. Но они наверняка поползут, так что. А не плевать ли? Я поудобнее устроилась в его руках и принялась перебирать темные длинные волосы. Шаги громким эхом раздавались в коридорах, но ни один слуга не встретился нам на пути. Я ощущала, как темная аура заставляет все вокруг прятаться от нас. Мы шли непозволительно долго, и в душу закрались сомнения.

— Куда ты меня несешь?! — я возмущенно стукнула кулачками по его груди.

— В мои покои, разумеется, — ответил он, не обращая внимания на удары. — Мне кажется, на столе не очень удобно, как считаешь?

— А ты не хотел узнать, что я хочу?

— Нет. Я и так чувствую. На столе попробуешь в другой раз. А в первый лучше всего в постели, — отрезал Шин, с ноги распахивая дверь. Замок вылетел, и он тихо выругался.

Один взмах рукой — и комната снова закрыта. Меня он продолжал крепко держать и, подойдя к кровати, осторожно усадил. Приглушенный свет лампы едва освещал комнату, и он хлопнул в ладоши. Мириады звезд появились на потолке, и я, завороженная, ахнула от восхищения. Лампа при этом потухла.

— Нравится? — спросил Шин, и губы его растянулись в милой улыбке.

— Да, — выдохнула я и схватила его за руку. — Ты потрясающий, Шин.

Я снова смотрела в его глаза. В ту минуту они излучали только доброту и желание защитить. Защитить меня, от всех бед, пусть даже от самого себя. Я медленно приблизилась к нему и принялась расстегивать его рубашку, а после стянула ее с его рук. И кинула прочь, на пол. А после туда же отправились брюки. Я уставилась на его пресс, раскрыла рот от удивленья. Даже не думала, что он может быть таким. Долго я не любовалась, а принялась целовать его всего. Шею, ключицы, грудь.

Шин не оставался в долгу целовал меня без остановки, но продолжал оставаться таким трепетным и нежным, что от каждого его прикосновения становилось приятно. Платье быстро оказалось в куче остальных вещей, а сама я оказалась на кровати. Он любовался мной, покрывал поцелуями каждый сантиметр моего тела.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я чувствовала, что каждое движение неправильно, что я должна остановиться, но не могла. Я прижималась к нему ближе и ближе. Мои руки царапали его спину, на которой наверняка останутся следы. Ну и пусть. Пусть все знают, что этот князь принадлежит только мне. Только мне одной. И каждая такая мысль заставляла меня оставлять новые поцелуи на его теле. На шее я особенно постаралась. Наутро засос будет особенно заметен.

Я ощущала, как темная часть меня поднимается изнутри и начинает заполнять все сознание полностью. Шин опустился ниже и коснулся чувствительной точки. Я ждала терпеливо, но каждое терпение могло сойти на нет. Шин не заставил меня ждать слишком долго. Я стонала его имя, повторяя его снова и снова.

— Ты готова, Эллин? — спросил он, разводя в стороны мои ноги.

— Да, — кажется, мой голос зазвучал слишком сурово.

Я могла бы сделать все сама, но так хотелось, чтобы это был он. Чтобы Шин первым вошел в меня. И он начал. Сначала будто боялся, осторожно ввел пальцы, отчего я издала едва слышный стон. А после вошел в меня и не сдерживаясь, принялся вдавливать меня в кровать. Я хотела этого, желала его. И кричала его имя все громче и громче. Так хотела, чтобы он не останавливался, чтобы давал мне это наслаждение. Все мое сознание застлала тьма, сила, которую я сдерживала долгие годы. И теперь я не ощущала ни капли боли, которую должна была.

Шин вдавливал меня в кровать, то набирая, то сбавляя темп. Мы хотели друг друга так долго, что теперь старались нагнать все. Казалось, я желала Шина всю свою жизнь, жила ради этой встречи. Ради этой ночи. А он в благодарность страстно шептал мое имя. Я чувствовала, что он точно не отпустит меня. Я его и только его. И теперь он никому меня не отдаст. Никогда.

— Я люблю тебя, Эллин, — прошептал он, продолжая покрывать поцелуями мое разгоряченное тело.

— И я тебя, Шин, — слова вырвались помимо воли, я не планировала признаваться так рано. Вообще не планировала признаваться.

Светлые не умеют врать. Это знают все. После признаний в комнате стало еще жарче. Мы ласкали друг друга, не упуская ни единой секунды наслаждения. Слишком быстро, слишком страстно, слишком неправильно, но мы оба желали этого. Каждый нарушенный закон магического сообщества стоил этого. Никто из нас не жалел о том, что случилось.

Глава 6

Я с трудом разлепила глаза. В голове осталась только пустота, и я едва ли могла пошевелиться без боли. Все тело ныло, а в памяти явно зияла дыра из произошедших событий. Полежала немного с закрытыми глазами, а после снова открыла их. Заставила себя подняться на локтях и осмотреться. Находилась я в спальне Шина, но как и когда тут оказалась, не имела ни малейшего понятия. Помнила, как пришла в столовую, как начала целоваться с Шином. А дальше только туман.

— Доброе утро, — услышала я голос Шина. — Надеюсь, ты выспалась. Нам сегодня выдвигаться.

Повернулась к нему и увидела за балдахином его темный силуэт. Выдвигаться… Куда?… Точно. Оборотни. Я застонала и упала на подушки. Никуда не хочу идти. Только лежать здесь и отдыхать от прошедшей ночи. Не знаю, сколько я спала, но отдохнувшей себя не чувствовала совсем.

— Не хочешь никуда идти? — спросил Шин, а сам забрался с ногами в постель.

Развернулась к нему и схватила за протянутую руку. Он выглядел таким нежным и заботливым, что я невольно залюбовалась.

— Нет, — коротко ответила, а после спросила так же тихо: — Что произошло между нами ночью?

— Ночью? — он выгнул бровь и, высвободив ладонь, нежно потрепал меня по голове. Не замечала за ним раньше склонности к таким нежностям… Шин только усмехнулся и продолжил: — ночью ты спала, пока я готовил коней.

— Правда? — доверия его слова не вызывали, но отчего-то хотелось верить ему. И я поверила.

— Выспалась? — спросил он отстраняясь. Голос его резко стал жестким, а от былой мягкости и нежности не осталось и следа. — Тогда вставай. Сегодня отправляемся к оборотням.

— Шин! — я резко поднялась, но его уже не было на кровати, а балдахин оказался опущен. Вот же ж. Так не хотелось идти никуда. Но пришлось вставать.

Я свесила ноги с кровати и, откинув балдахин посмотрела на него. Шин обернулся, на губах его мелькнула полуулыбка, а после на лице появилось безразличное выражение. Я ничего не понимала в его поступках раньше, а теперь и вовсе запуталась. Он же казался таким нежным и заботливым. Или все же только казался…

— Там твоя одежда. Буду ждать тебя в беседке. И без глупостей.

Я не успела ничего ответить, дверь громко хлопнула, и тихий звон от ее закрытия еще несколько секунд продолжал наполнять комнату. Я ошарашенно продолжала сидеть на кровати. И что он пытался сказать? Какие глупости я могла сделать? Я поджала ноги под себя, не осмеливаясь опустить их на пол. Казалось, в этой постели я оставляю нечто дорогое сердцу и душе. Я протянула вперед руку и снова коснулась балдахина. Пальцы обожгло огнем, а после обдало холодом. Стало неуютно, но я быстро отмахнулась от этих ощущений. Мало ли какие заклинания выставил тут Шин. Надо выходить и ехать к оборотням. Помнится, Шин обещал мне показать родителей. Интересно, сдержит ли он это обещание.

Я опустила ноги на холодный пол. На удивление, все чувства обострились, и теперь я слышала даже отдаленные шаги рыцарей. Одежда действительно лежала на стуле возле рабочего стола. На этот раз Шин выдал легкие брюки и льняную рубаху. Отчего-то мне стало неуютно и даже противно находиться в спальне. Теперь я перестала ощущать себя дома. Да, родной замок, да, раньше здесь жили родители. Но после этой ночи… Что же произошло? Любопытство и тревога начали брать верх над разумом, который упорно твердил о том, что я просто не выспалась.

Я осмотрела комнату, проверила кровать, белье, но так ничего и не нашла. Я подняла ладони и создала в них шар света. Магия подчинялась, значит, ничего страшного со мной не случилось. Может, я так переутомилась, что не заметила, как заснула. Только где? Мы с Шином были в столовой, что-то произошло именно там. Я перебрала все оставшиеся воспоминания. Обрывались они на том моменте, когда я коснулась губами Шина. Только слов, которые он говорил в воспоминаниях, не осталось. Дедушка. У него точно будет ответ. Надо только успеть поговорить с ним до отъезда. Построив хоть какой-то план, я вышла из спальни.

В беседке снова оказалось накрыто для двоих. Шин даже не шевельнулся, когда я села напротив и принялась за еду. Завтракали мы в тишине, но я то и дело поглядывала на него. Он так ничего и не произнес. Даже «приятного аппетита» не пожелал. Первые два дня Шин вел себя гораздо развязнее со мной и, будто бы, мягче одновременно. А теперь холодный взгляд темных глаз, который я изредка ловила на себе. Быть может, я сделала что-то не так? Или же он переживает о том, что мне придется ехать к оборотням. Наверняка переживает.

— О чем думаешь? — спросила, когда молчание стало надоедать.

— О тебе, — коротко ответил он, и мы одновременно подняли друг на друга взгляд. Он смотрел на меня с такой нежностью и любовью, что я невольно улыбнулась.

— Правда?

— Да. Ты останешься в городе. Я не хочу везти тебя к оборотням. Неизвестно, что они решат с тобой сделать, — произнес он, отпивая из бокала напиток.

— А с тобой? Знаю, ты темный, но ведь они и тебя могут… — очень страшно было говорить это, но я собралась с силами и все же закончила фразу: — убить.

Он только покачал головой и продолжил трапезу.

— Ваше сиятельство, — к Шину подошел кто-то из слуг. Тот только слегка склонил голову, показывая, что готов слушать. — Вас и вашу… спутницу ожидает Георг. Он просил передать, что дело очень срочное.

Я тут же подняла глаза. Его не было среди прежней прислуги, значит, нанят Шином. Такой, чтобы точно не предал и не сдал бывшему хозяину. Шин кивнул на слова мужчины и махнул рукой. Лицо его оставалось таким же непроницаемым.

— Я закончила, — я поднялась из-за стола и направилась было в замок, как меня остановил ледяной голос Шина.

— Я тебя не отпускал.

Я обернулась и тут же вспомнила и темный подвал, и пытки, которым подверглась от его соратников. Но в то же время в воспоминаниях возникла и его забота и нежность, которыми он так старательно окружал меня. Я подняла голову и посмотрела на мага сверху вниз. Он указал на стул напротив, приглашая вернуться к нему. Отчего-то захотелось бросить ему вызов. Посмотреть, что он станет делать, если я не подчинюсь его словам.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Дедушка звал. Я не могу заставлять его ждать. Ты не думал, что это может быть связано с Дорианом? — произнесла я ледяным тоном. Сложно было сохранять спокойствие, особенно при упоминании его брата.

— Дориан год продержался и еще продержится. Сядь. Живо.

Видимо, Шину это тоже не доставляло удовольствия. Он с громким стуком опустил бокал на стол и устремил на меня суровый взгляд. Я, как могла, старалась сохранить самообладание, держалась лишь бы не усмехнуться. Но Шин был таким серьезным и недосягаемым в этот момент, что я в очередной раз залюбовалась им. Да, вопросы о том, почему никто из наших волшебниц не возвращался отсюда, отпадали сами собой.

— А ты кто такой, чтобы мне указывать, а? — спросила я и кинула в него шар света. Но защиту Шин не снимал никогда, и шар развеялся лучами света.

— Я князь тьмы и завоеватель половины земель королевства. Тебе напомнить о том, кто я такой?

Глава 6.1

Он поднялся, и воздух наполнился тяжестью магии. Я увидела, как вокруг Шина начинает струиться тьма. Поднялся ветер, волосы взметнулись, и я поспешила закрыть лицо руками. Из земли показалось нечто вроде когтистой лапы и схватило меня прямо за ногу. Я вскрикнула больше от неожиданности, чем от страха.

Шин подошел ближе и взял в ладонь мое лицо. Долго рассматривал, а после нежно коснулся моих губ. Отстранился и тут же вся темная сила пропала.

— Не стоит злиться на меня, Эллин. Я просто хочу быть рядом с тобой. Всегда.

Несмотря на мягкость с которой прозвучали эти слова, я ощутила в них скрытую угрозу. Но ведь я тоже хочу быть рядом с ним. Так почему нет? Почему я хочу сбежать к дедушке? Только ли для разговора о прошедшей ночи? Я мягко опустила руки Шина, обняла его и тихо произнесла:

— Я поговорю с дедушкой и вернусь, хорошо?

— Как пожелаешь, — он улыбнулся, еще раз коснулся моих губ и, наконец, отпустил.

Я быстрым шагом направилась в замок. Шин явно скрывал от меня что-то. Ночью между нами произошло нечто, что заставило мага изменить отношение ко мне. И эта резкая смена тона, с которым он говорил со мной… Странности только начинались, но мне уже не нравились. Коридоры замка немного посветлели, но я все равно ощущала себя здесь чужой. Дедушка должен знать, что могло произойти со мной. Проклятье, благословение или один темный князь просто решил использовать на мне свою силу. Мысли об этом я допускала, но пока не сильно верила в них. Что ж, дедушка точно поможет разобраться.

До библиотеки я дошла быстро. Дедушка повернулся ко мне и, не дожидаясь моих слов, тихо спросил:

— Что случилось ночью?

— Я… я не знаю, дедушка, — я опустилась на колени перед старцем, склонила голову. По щекам моим потекли слезы. — Я помню, как пришла в столовую, как мы обсуждали помощь Дориану. Как ты ушел, как и все слуги. И все. Дальше только сегодняшнее утро. И теперь замок стал для меня чужим, я больше не ощущаю себя здесь дома. Это не мой дом.

Слезы продолжали течь по моим щекам не переставая, а я и не пыталась их остановить. Дедушка наклонился ко мне мягко вытер мокрые дорожки слез, а после обнял меня.

— Прислушайся к себе и открой сердце. Тогда поймешь все, Эллин, — произнес он. — А теперь ступай. И удачи вам.

— Что это значит? — я посмотрела в его глаза, такие же печальные, какими обычно были и мои. И такие же серые.

— Однажды ты сама все поймешь. И еще тебе стоит принять свою силу. Всю свою силу. Ты слишком долго ее подавляешь, а это очень и очень плохо. Однажды твоя сила может сыграть с тобой злую шутку, Эллин.

Я кивнула, хотя пока его слова оставались непонятными. Поднялась и развернулась к выходу. Шин уже ждал меня у ворот внутреннего двора. Он задумчиво смотрел куда-то вдаль и, когда я коснулась его руки, резко дернулся.

— А, это ты, — он облегченно вздохнул. — Не передумала ехать?

— Нет, я готова.

— Что сказал Георг?

— Мы можем выдвигаться. Все будет хорошо.

Шин кивнул и направился к коням, которых слуги уже подготовили для нас.

— Сама сможешь забраться? — спросил он, принимая поводья.

Я пожала плечами и, не без удовольствия, приняла его помощь. Мы выдвинулись на запад, к лесу тьмы. Всю провизию и вещи поместили в мешки и прикрепили к седлам. Мне не хотелось ни о чем говорить. Я ни разу даже не взглянула в сторону замка. Появилось странное ощущение сна и сладкой дремоты. Я посмотрела на Шина. Гордо выпрямленная спина, на плечах та самая накидка из черных перьев, которая была на нем в первый день. И доспехи, зачарованные с помощью сил тьмы. Даже в пылу битвы Шин должен двигаться в них очень легко и быстро.

— Понравился доспех? — спросил он, даже не взглянув в мою сторону.

— Не знаю, — я опустила взгляд. Стало стыдно за то, что я рассматривала его так откровенно.

— У тебя тоже такой будет. По пути заедем в городок Киро. Там кузнец уже все сделает, пока доберемся. Заодно семью свою увидишь. Они там же живут.

— Сколько туда ехать? — спросила лишь бы поддержать разговор. Конечно, я знала сколько ехать до единственного крупного города в этой части королевства.

— Пару дней неспешным шагом. Если будут дожди, можем задержаться.

Я кивнула. Продолжать разговор я не стала.ы Странное чувство дремоты не покидало, и я достала флягу с водой. Выпила немного, и сознание прояснилось. Дедушка сказал открыть сердце. Но кому? И как? И что значит перестать подавлять всю свою силу. Этого я не знала, да, впрочем, и не хотела знать. Целый день мы ехали почти без остановки, только один раз остановились в трактире у дороги, чтобы поесть.

На горизонте стал виднеться лес, когда начало смеркаться. Кони продолжали размеренно шагать вперед. Мы молчали, и только шорох мелких зверей в траве нарушал тишину.

— Нам придется заночевать в лесу, — произнес Шин, когда мы вошли в чащу.

— Я думала, его княжеская светлость предпочитает хороший трактир, — фыркнула я, но с коня спрыгнула.

— Выбора все равно нет. До ближайшей деревни ехать добрых два часа. А в лесу, да еще и в потемках, я этого делать не хочу. Раскладывай шатер.

— Куда?

Шин осмотрел место, где мы остановились. Даже самый маленький шатер здесь бы не поместился. Лицо мага приняло озабоченное выражение, он создал огонь и принялся выжигать ненужную листву и кусты. Как только площадка была готова, он махнул мне, а сам занялся костром. Поставить шатер не составило труда, и вскоре некое подобие лагеря осветилось пламенем.

Я нашла неподалеку бревно, подтащила его ближе и устроилась поудобнее. Радовало, что на мне теперь была не юбка, а брюки, рубаха и накидка с мехом. Наступала осень, и холод, пусть и не слишком сильный, заставлял поежиться.

Из еды на вечер Шин выделил только пару лепешек и яблок. За то время, которое я провела в поисках его соратников, я научилась обходиться и без еды вовсе. Теперь те годы казались чем-то неприятным и даже неправильным. Зачем было искать мести, когда Шин вовсе не виноват ни в чем? Да, замок теперь не принадлежит моей семье, но ведь и я не ощущаю себя там дома. Да и король не всегда был прав в своих поступках.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я постою на страже, — произнес Шин, когда мы закончили трапезу. — Иди спать.

Я только кивнула. Пусть делает, как хочет. Забралась в шатер и завернулась в теплое одеяло. Внутри было куда просторнее, чем казалось вначале. Шин остался на улице, но все равно изредка поглядывал на меня. Его забота была приятна, пусть и местами она оставалась пока сумбурной. Я опустила голову на подушку, поблагодарила мироздание за существование магии и в тот же момент уснула.

Глава 6.2

Шин посмотрел на нее. Девчонка выглядела такой нежной и хрупкой, что невольно хотелось защитить ее. Он выставил защиту и устроился рядом с ней. Если кто-то и увидит их лагерь, вряд ли сможет пробраться. Когда он осторожно придвинулся ближе, его рука сама потянулась к ее плечу, чтобы поправить сползшее одеяло. Эллин во сне прильнула к нему, и он замер, чувствуя, как ее дыхание согревает его грудь. Сон долго не шел. Маг не понимал, что двигало им, когда он согласился ответить Эллин на поцелуй, ответить на ее желание своим. Он с трудом ощущал мимолетные изменения в силе девушки, но прошлой ночью в ней явно преобладала темнота. А сейчас вся ее душа была пропитана светом. Шин пытался понять, что с ней происходит и почему она не сопротивлялась. Мысли об этом он решил оставить на потом. А пока понаблюдать.

Ночь прошла вполне спокойно и наутро они отправились дальше. До города оставалось совсем немного. Лес, а на деле небольшая рощица закончилась быстро и уже к полудню они въехали в городские ворота.

***

Городок Киро встретил нас тишиной и зноем, что напоминал о недавнем лете. На нас почти не обращали внимания, хотя Шин сказал, что не появлялся здесь уже давно. Проехали мимо ратуши мэра, и он остановился с задумчивым взглядом. Спешился, и я последовала его примеру.

— Что-то случилось? — спросила и принялась рассматривать все вокруг. Здесь я не была уже очень давно, и город ощущался незнакомым.

— Ничего особенного, — Шин взял меня под руку и провел в ратушу.

Здесь тоже многое изменилось, хотя убранство здания оставалось достаточно светлым. Удивительным для меня стала гармония света и тьмы, что царила здесь. Встреча с мэром не заняла много времени, и вскоре мы уже шли по рыночной площади. Чего здесь только не продавали: и одежду, и драгоценности, и разные мелочи для дома. Мое внимание привлекла лавка со странным названием «Зов нимфы». Никогда не слышала, чтобы кто-то называл так свой магазин. Нимфы считались темными существами и все боялись их гнева.

— Шин, — я легко сжала его руку и подняла на него взгляд полный нежности.

Шин осторожно убрал за ухо прядь моих волос и улыбнулся. И эта улыбка была заразительна.

— Да? — спросил едва слышно.

— Ты обещал отвести меня к родителям.

— Конечно, моя дорогая Эллин. Тебе понравилось здесь?

— Очень, — я снова посмотрела на ту лавку, а после потянула за собой Шина. Услышала его легкий смешок, а после вошла в дверь.

Раздался звон колокольчика, и тут же за прилавком появилась женщина. Она была немолода, а седина уже начала покрывать ее длинные каштановые волосы. Наши взгляды встретились, и я едва не упала. Только сильная рука Шина помогла мне удержаться. Он не соврал, сказал правду.

— Мама… — я шагнула вперед, все еще боялась, что мне только кажется. Но нет, это был не сон и даже не морок.

— Эллин, девочка моя! — воскликнула она и тут же заключила меня в объятья.

Я почувствовала, как из глаз потекли слезы и хотела было смахнуть их, но мама меня опередила. Мы стояли, наслаждаясь моментом воссоединения, и отстранились только когда услышали тихое покашливание Шина.

— Ах, Шин! — мама подошла к нему, поправила накидку из перьев и тепло улыбнулась. — Спасибо вам за то, что привели Эллин сюда. Я знала, что вы не обманете.

Шин только улыбнулся, а я захлопала глазами. Что значит «знала»?

— Мам, то есть Шин обещал вам, что я появлюсь здесь?

— Несколько дней назад нашему оружейнику пришло послание. Там говорилось, что ты скоро будешь здесь.

Ну конечно. Не будет же он признаваться в том, что меня пытали. Мама провела меня на второй этаж дома. Там они и жили. Мы выпили чай, а я рассказала все, что произошло со мной за это время. Мама только внимательно слушала, а после пришел отец. Семейная встреча продолжилась до самого вечера, и я уже было решила, что мы отправимся в гостиницу, но Шин повел меня к оружейнику.

Небольшая оружейная почти в центре города встретила нас шумом работников и подмастерьев. Мечи, луки со стрелами и доспехи на любой вкус поразили меня. В столице я не раз видела рыцарей и войнов, но никогда не видела столько оружия в одном месте.

— О, господин Шин, — к нам вышел невысокий мужчина, поклонился, а после внимательно осмотрел меня.

— Я заказывал доспехи для своей спутницы, — произнес Шин, и мужчина тут же скрылся в дальних, служебных комнатах.

— Конечно, конечно, уже все готово, — он вынес все и довольно быстро меня облачили в доспех.

Я даже не успела ничего сообразить. Никогда не думала, что однажды примеряю что-то подобное. Продавец выставил передо мной зеркало, и я смогла осмотреть себя со всех сторон. Доспехи выглядели очень даже хорошо, а главное — мне было в них удобно настолько, что я с уверенностью могла бы пробыть в них несколько дней.

— Спасибо, Шин, — произнесла я, как только налюбовалась собой. Да, я действительно была благодарна ему за такой подарок.

— Не за что. Будешь благодарить, когда от оборотней спасемся, — махнул Шин рукой и, расплатившись с оружейником, тут же вышел из лавки. Я последовала за ним.

— Куда мы теперь? — спросила, когда мы шли по городским улицам.

— В гостиницу. Наши лошади уже там, — ответил он, осторожно приобнимая меня за плечи. — И, знаешь, тебе очень идет этот доспех.

Эти слова прозвучали так неожиданно, но в тоже время приятно, что мои щеки стали пунцовыми, а сама я невольно опустила взгляд в землю. Он осторожно расправил мои темные волосы и улыбнулся тепло и нежно. До гостиницы с трактиром на окраине города мы добрались достаточно быстро и тут же отправились в комнату, которую нам выделил хозяин.

— Ужин в комнату, пожалуйста, — попросил Шин прежде чем отправить хозяина восвояси.

— Как прикажете, молодой господин.

— Ну что? — Шин устроился на одной из кроватей и с ног до головы осмотрел меня.

— Я хочу выспаться. Неизвестно, что будет ожидать нас в лесу. И тебе тоже советую это сделать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я не об этом, — отмахнулся он.

— А о чем? — я рассеянно уронила перчатку доспеха и хотела было поднять, но заклинание мага опередило. Простая левитация быстро соединила костюм.

— О тебе, — улыбка сама собой появилась на его лице, когда я залилась краской и поспешила лечь в постель.

Ванну я уже приняла и теперь осталась в одной ночной рубашке. Плечи я не оголяла, но все равно натянула покрывало до самой шеи. Шин при виде этой картины только рассмеялся, а отсмеявшись подошел ближе и коснулся моей щеки. Я почувствовала, как сердце забилось сильнее и невольно отпрянула, испугавшись. Чего я боялась, сама не знаю. Кажется, мы узнали друг друга вполне неплохо…

— Знаешь, я слышал, что многие светлые волшебницы подавляют свою тьму, — произнес Шин, опускаясь на кровать рядом со мной.

— Что? — я отодвинулась на пару сантиметров и попыталась было оттолкнуть, но только чуть не упала с кровати.

Шин успел схватить меня за руку и прижать к себе. Я тут же ощутила его тепло и биение его сердца, а сама напряглась, ожидая подвоха в действиях.

— Отпусти, — произнесла я, и он разжал объятья.

— Извини, не хотел тебя пугать, — прошептал Шин. — Магию внутри себя не стоит подавлять. Это опасно.

— Как будто ты не подавляешь, — я отмахнулась от него и опустилась на подушку.

— Нет. Я делаю это иначе.

Шин не стал продолжать разговор. Он закрыл шторы на окнах, еще раз посмотрел на меня, а после вышел из комнаты.

Глава 7

Шин вышел из таверны. Не просто так он выбрал место на окраине, как раз возле дороги, по которой они собирались идти утром. Маг сел на ближайший камень и создал несколько шаров света.

Да, он не подавляет свой свет, но и не использует его. А вот девчонке пока не стоит знать, что именно он делает. Сегодня как раз день полной луны. Пришло время избавиться от лишнего света.

Произнес заклинания, и перед ним предстали силуэты. В этот раз он решил не отпускать их, а наоборот заточить. Шин достал из ножен меч и напитал его светом. Теперь сила сможет помочь в битве. Свет он отпустил не весь, решил проверить, как отреагирует на его магию Эллин. То, что с девушкой происходило, вызывало только интерес. А раз теорию он уже построил, не мешало бы проверить ее.

Вернувшись в комнату, Шин заметил, что Эллин куда-то исчезла. Но усталость все же взяла свое, и он заснул сразу же, как только опустился на подушку. Разбудили его голоса из-за двери.

— Нужно сказать. Господин приехал вчера с этой девушкой. Она наверняка его наложница, — говорил мужчина, судя по голосу хозяин гостиницы.

— Да ну ее. Отправь к остальным девкам лучше, — второй, чуть помладше, видимо помощник.

— А голову господин мне снесет. Нет уж. Сначала ему скажем, он сам пущай решает, чего с ней делать.

Шин неохотно встал. Эллин. С ней что-то случилось. Сердце невольно забилось сильнее, а к ладоням прилил жар. Он быстро осмотрел комнату и пожалел о том, что отправился в путь без рыцарей. Надо было приставить к ней хотя бы одного. Если в замке она знала каждый тайный ход, то здесь вряд ли бы сбежала. Ночью девчонки не было, и, пока он спал, она так и не вернулась. Шин нахмурился и вышел из комнаты.

Прямо за дверью стоял хозяин трактира и какой-то его помощник. Они продолжали спорить, но, увидев мага, тут же замолчали.

— Что случилось? — голос его прозвучал даже слишком грозно, но произвел нужное впечатление.

— М-мы ночью девчонку нашли. Кажется, вашу. Она хотела тут… непотребства устроить. А герцог один приезжий заплатил хорошо, да закрылся с ней в комнате. А наутро она очнулась и продолжила…

— Где она? — Шин нахмурился и пошел следом за хозяином.

Они посмели оставить ее с каким-то герцогом, даже не сказали ничего ему, Шину. Видимо, он слишком долго не навешал людей в этом городе и некоторые решили будто им можно все. Хозяин довел его до одной из дальних комнат, раскрыл ее.

Окна были приоткрыты и Шина обдало прохладой. Беглым взглядом он осмотрел все и остановился на Эллин. Кроме нее никого в комнате не было. Тут же Шин сжал ладони в кулаки и с трудом сдержался, чтобы не убить хозяина таверны на месте. Слишком поздно тот одумался. И теперь ему не будет никакой пощады.

Шин метнул злобный взгляд на хозяина, а после подошел к кровати, где лежала Эллин. Она была в той же ночнушке, что и вчера, только сейчас выглядела такой уставшей и растрепанной. Она спала, но сон этот не был спокойным. Шин наклонился к ней и осторожно коснулся ладонью ее лица. Кожа ее оказалась холодной. Бедная Эллин… Шин сдержал снова подступившую злость и тут же приказал:

— Наберите горячей воды. И принесите чистую одежду. Все в мою комнату. Живо.

Хозяин вместе со слугой удалились, и Шин отнес бесчувственную девушку в комнату. Коснулся ее лица, а после шеи. Такая слабая и уязвимая, он никогда не думал, что однажды увидит Эллин такой. Шин наклонился, чтобы почувствовать ее дыхание, и тут его ладонь слабо сжали ее пальцы.

— Эллин? — он чуть отпрянул и посмотрел в ее приоткрытые глаза.

— Что случилось? Помню, как легла спать… а дальше туман…

Шин собрался было сказать, но тут же одернул себя. Не стоит пугать девочку раньше времени. Кажется, закономерность подтверждается. И закономерность эта ему очень не нравилась. Значит, Эллин действительно подавляет тьму в себе. И та вырывается наружу вот так.

— Пока тебе не стоит об этом беспокоиться, Эллин. Мы задержимся. Тебе все еще нужен отдых, — произнес Шин, осторожно поглаживая Эллин по голове.

— А где ты был?

— Я, — он на мгновенье опустил взгляд, но после тепло улыбнулся: — Мне надо было решить одно дело. Я вернулся в комнату, а тебя не было. Думал, ты отошла ненадолго в уборную.

— Я… — Эллин опустила взгляд. Глаза ее стали влажными от слез.

Шин боялся смотреть на девушку. Ну что он может ей сказать? Как успокоить? Темный маг, который сам борется со светом, который сам его всячески отвергает. Но и видеть как по щекам скатываются мокрые дорожки слез было невыносимо.

— Эллин, — он подался вперед и осторожно приобнял ее. Девушка только сильнее прижалась к нему и дала, наконец, волю слезам. Шину только и оставалось, что поглаживать ее по спине, чувствуя, как ее тело сотрясается от рыданий, как его рубашка намокает от ее слез.

— Мы обязательно найдем способ решить это, Эллин, — произнес он, и девушка отстранилась. Она посмотрела в его темные глаза и принялась вытирать слезы.

Шин взял ее лицо в ладони и улыбнулся. Какая же она светлая девочка — хрупкая и нежная, словно только распустившийся цветок. Ей только стоит научиться использовать свою тьму, чтобы не проваливаться а нее так долго и болезненно. И он научит ее этому. Обязательно научит. В дверь постучали, и Шин неохотно оторвал от Эллин взгляд.

— Да.

Вошел хозяин таверны и пара слуг. Принесли еду и питье. Чан с горячей водой уже ждал девушку в соседней комнате.

— Тебе нужно искупаться. Давай, иди, — он помог ей подняться и дойти. — Я оставлю тебя. Буду ждать в спальне через полчаса.

Эллин кивнула, а Шин вышел и отправился к хозяину трактира. Надо выяснить, кто посмел воспользоваться его девушкой. В трактире все было спокойно. Несмотря на то, что это место находилось на окраине, люди все равно приходили. Хозяин, едва завидев Шина, тут же бросился к нему.

— Господин, пощади. Не знаю я, с кем ваша… наложница была этой ночью. Клянусь.

— Наложница? — Шин выгнул бровь и, увидев, как мужчина быстро кивает, схватил его за плечо. Затащив его в дальние комнаты, маг запечатал все заклинаниями и холодно произнес: — Так каким образом так вышло, что ты не заметил мою наложницу ночью? Отвечай.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Прошу, господин! Пощадите. Я же спал. Клянусь! — мужчина тараторил быстро и неразборчиво, тогда Шин резко встряхнул его.

— Какой герцог тебе заплатил? — спросил он.

— Лакартни. Герцог Лакартни. Но его здесь уже нет. Он уехал, девушку слуге моему оставил.

Шин поднял ладонь, создал темных светлячков и приказал им найти герцога, а после вернулся к хозяину. Тот побелел и попытался отползти подальше.

— Не спеши сбегать. Я еще не закончил.

Глава 7.1

Он рывком поднял мужчину на ноги и приставил к стене. Создал несколько темных рук, и те сжали плечи пленника. Да, Эллин вполне походила на роль наложницы. И этот придурок обязательно ответит за то, что не сообщил ему раньше о произошедшем. За то, что над его девушкой посмел кто-то надругаться. Пусть даже и не успел, но допустил саму мысль об этом.

— Кто видел ее ночью? — голос Шина оставался спокойным, но все равно внушал страх и ужас.

— Я… Я ничего не знаю, — бормотал мужчина. — Ее нашел слуга. Клянусь вам!

— Кто? Говори.

— Я приведу его, приведу! Только отпустите, прошу! — голос мужчины почти сорвался на крик.

Хозяин дрожал, с ужасом смотрел в налитые кровью темные глаза мага. Руки ослабли и отпустили мужчину, а на лице Шина появилась довольная улыбка. Всегда его темные руки делают свое дело быстро и качественно. И никто еще не посмел смолчать, когда сама тьма разрывает магическую ауру. Хозяин таверны встал, принялся было благодарить князя, но тот только резким движением оборвал его на полуслове и приказал привести того слугу. Светлячки тоже вернулись и даже привели герцога. Шин отвел всех в свободную комнату, запечатал ее и сел в кресло. Давно он не показывал этим людям, каков на вкус его гнев, но теперь самое время.

— Я жду, — произнес Шин, будто бы невзначай положив руку на рукоять меча.

— Я увидел, как девушка выходит из комнаты, — начал герцог. — Выглядела она пьяной и ничего не соображала. Звала вас, господин Шин, но вас нигде не было. Я опросил слуг, они сказали, что вы ушли за пределы города. Тогда я уложил ее в постель, дал снотворное. Она проспала почти до самого утра, а потом сама ушла, даже не сказала ничего.

— Ясно. Дальше? — он перевел взгляд на слугу, юношу лет восемнадцати.

— Я-я-я… нашел ее…

— Где?

И этот слуга посмел воспользоваться его девушкой?! На шее Шина вздыбились вены. Из пола вырвались темные руки и подняли слугу над полом. Он подлетел и схватил слугу за подбородок. Их взгляды встретились, и Шин повторил свой вопрос:

— Где?

Все звуки резко пропали, слуга задрожал, задергался и попытался было скинуть с плеч руки, но безрезультатно. Магия была непреклонна, как и Шин. Гнев питал его силу и давал уверенность в действиях.

— Апир? — теперь уже хозяин обратился к слуге. — Что произошло?

Тот опустил голову, а после резко выпалил:

— Она сама полезла. Я не виноват! Говорила, что хочет. Ну не мог же я отказать барышне. Она ж убить может. За ней такая тень жуткая стояла. Я сначала испугался, но согласился. Я ж мужчина все-таки, а наших девок я всех знаю, неинтересно с ними.

Глаза Шина налились кровью, руки сильнее сжались на плечах Апира и тот вскрикнул от боли.

— Дальше, — прорычал князь и вокруг него появилась темная тень.

— Она только начала, — продолжил Апир, — а потом сказала, что я не такой и должен убраться. Она с такой злобой это говорила. Ну я и убрался, а она в той комнате осталась. Господин, я не виноват! Мы даже не поце…

— Заткнись, — Апир улетел на пол от тяжелого удара.

— Господин… — начал было хозяин, но Шин тут же остановил его властным жестом.

— Нет. Я сам, можете уходить. Живо.

Под ледяным взглядом Шина и герцог, и хозяин таверны ушли. Апир попытался отползти подальше, но его схватила черная рука.

— Ты знаешь, кто я? — спросил Шин.

— Великий господин…

— И все? — Шин выгнул бровь и приблизился.

Руки его налились ледяной темной силой. Апир хотел заверещать, сбежать, сбросить с себя костлявые пальцы, но те только крепче сдавили плечи.

— Я… — он захрипел — тьма добралась и до горла.

Перед взглядом Шина предстала Эллин. В белом платье и туфельках. Милое, нежное создание. Его светлая, добрая девочка. И этот недомерок посмел посягнуть на чужое. На собственность князя тьмы.

Темнота полностью заполнила комнату. Взгляд Шина все еще оставался чистым, но сознание готово было расплыться и дать волю чувствам. Раз мир забыл, кто он такой, он напомнит.

— Я Шин, князь Тьмы и властитель этих земель, — отчеканил он. Глаза мальчишки, и без того широкие от ужаса, расширились еще сильнее.

Мальчишка продолжал извиваться в твердом захвате темных рук. Изо всех сил он пытался разжать костлявые пальцы. Шин только улыбнулся. Он уже успел забыть, каково это, видеть страдания своих врагов. Впрочем, и врагов у него почти не осталось. Из пола показалась еще одна костлявая рука и медленно потянулась к ноге пленника. Тот сдавленно застонал. Неразборчивое «Нет» слышалось в этих завываниях.

Шин отошел на пару шагов и махнул рукой. Пальцы, сжимавшие горло Апира, разжались, и он полетел прямо в объятия нового ужаса. Множество костлявых рук долго шуршало под его одеждой, пока, наконец, не добрались до самого его естества. Руки сжали его вместе с сердцем. Крик Апира заглушала всепоглощающая тьма, его ужас сменился болью. Лицо исказила страшная гримаса, а после тело обмякло, лишившись жизни. Руки вырвали из груди его сердце, в котором навеки замер дух Апира.

— Жаль, что ты еще слишком молод для моего войска. Да и такая шваль, как ты, мне даром не нужна. Сдохнешь в ближайшей сточной яме.

Шин сжал сердце. Оно уже не билось, но все еще оставалось горячим. Маг задумчиво покрутил его в руках, а после спрятал в магическую завесу и покинул комнату. Темные руки сами все уберут. А вот остаток души лучше припрятать подальше от трактира и Эллин. Девчонка никогда не должна узнать о произошедшем. Она никогда не увидит, как появляются его воины. Эта тайна умрет однажды вместе с ним и его силой. Эллин полюбит его свет, раз он так ее манит. И она будет развлекать только его. И никого более.

Вернулся Шин ближе к вечеру. Эллин встретила его в комнате, готовая идти к оборотням, но маг остановил ее.

— Не сейчас. Тебе нужно отдохнуть после вчерашней ночи, — тихо произнес он, а про себя добавил: «и мне тоже».

— А как же Дориан? Он…

— Мы остаемся на еще одну ночь. И это не обсуждается, — отрезал он, сбрасывая с себя камзол.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

«Прости, Эллин, — подумал он. — Я не буду больше использовать свет вдали от тебя».

— Как скажешь, — ответила она. — С кем ты разборки устраивал? Сказали, что мальчишка какой-то пропал из прислуги.

— Ну пропал и пропал. Мало ли что там говорят. Ужинай и ложись спать уже, — ему показалось, что он сказал слишком грубо. Он хотел быть мягче, но злость на самого себя все еще оставалась сильна.

Глава 7.2

К счастью, Эллин ничего не заметила, только хмыкнула и задула свечу. Сон не шел. Шин надеялся, что если не сможет отдохнуть, то хотя бы даст отдохнуть Эллин. Конечно, девчонка хотела казаться сильной, но он не понаслышке знал, насколько сильно вредит подавление магии.

Когда-то, в те далекие годы, когда он только начал склоняться к тьме, он тоже подавлял свет. И тот непроизвольно вырывался, заставляя скрываться ото всех. От соратников. Не должны были они видеть, как темный колдун борется со светом в самом себе. Только теперь он не знал, правильно ли поступил, выбрав магию тьмы. И не стоит ли вернуться к свету. Так и не придя ни к чему, Шин заснул, одолеваемый тревожными мыслями.

Наутро его разбудила чья-то пьяная ругань, раздавшаяся из раскрытого окна. Шин поднялся, быстро посмотрел на Эллин и вышел из комнаты. Она еще спала беспробудным сном. Надо что-то поесть прежде чем отправляться в путь. Провиант и фляги с водой уже доверху были наполнены, а завтрак он принес в комнату. Эллин как раз проснулась и сладко потягивалась, перевела взгляд на него и улыбнулась.

— Выспалась? — спросил Шин, жестом приглашая ее к столу.

— Да, вполне. Спасибо за отдых. Ты уверен, что с Дорианом все будет хорошо?

— Да. За ним присматривает Георг. А он уже заслужил доверие. Думаю ты и сама это знаешь.

И часа не прошло, как они уже скакали верхом среди полей. Впереди ждала только неизвестность, и Шин решил, что лучше всего будет узнать девчонку получше прежде чем заходить в лес вместе с ней. С каждым разом ее тьма ощущалась все сильнее, и маг боялся, что Эллин потеряет контроль над собой в самый неподходящий момент. Хуже всего было то, что она забывала все, что происходило с ней во время проявлений тьмы.

— Расскажешь, где училась эти годы? — спросил он, оглядываясь на очередную повозку магов-наставников.

— Поначалу у дедушки, — ответила она, тоже провожая их взглядом. — А когда пришлось переехать в столицу, мне нашли наставника. Хотя я предпочла бы учиться только у дедушки. И если бы не темное войско некоторых, — она на секунду замолчала, а после продолжила: — нам не пришлось бы бежать в столицу сломя голову.

— Ты настолько злопамятная? — Шин невольно улыбнулся.

— Ничего веселого тут нет, — Эллин даже не взглянула на него, только отправила коня вперед.

— Прости, но я…

— Что ты? Ну же, расскажи, почему ты так ненавидишь светлых и хочешь всех нас уничтожить.

— Далеко не всех. Если ты не заметила, ты и твои родители живы. Как и Дориан. Ладно уж, расскажу. Помнишь, я говорил про месть, — он устремил взгляд вдаль и погрузился в воспоминания.

***

Пять лет назад

Шин сидел и записывал очередной урок наставника. Руны ему порядком надоели, единственное из всей магической науки такое письмо давалось ему с заметным трудом.

— Извините, старец Маргорей, можно я пойду? Я записал все, что вы говорили, — произнес он. Но наставник будто бы не слышал ничего. — Маргорей?

Шин приблизился к наставнику, и только тогда старец заметил его.

— Ах, Шин. Мальчик мой, можешь идти. И не забывай практиковаться и преобразовывать тьму. Иначе она убьет тебя.

— Спасибо, наставник, — Шин поклонился и выбежал из дома.

Он не спеша шел к месту встречи, которую недавно назначили друзья, и насвистывал какую-то незатейливую мелодию. Молодые маги решили встретиться за городом, недалеко от реки, на которой стояла столица королевства. Шин спустился к реке. Рядом никого не оказалось, тогда он решил немного прогуляться. Где-то над ухом раздался тихий голос.

— Мальчика без таланта.

Шин обернулся, пытался отмахнуться от назойливой мушки. Только вот голос не смолкал и продолжал наговаривать.

— Ничего не умеешь. Твоя сила ничтожна.

Он снова замахал руками и принялся отступать подальше. К реке. Что это? Козни завистников или проклятье от темных сил?

— Кто ты? — он спросил дрожащим голосом, выставил руки вперед и попытался создать защиту.

Магия рассеялась, не успев сформироваться, и Шин сделал еще один шаг. Раздался хлопок, снопы брызг взметнулись вверх, и юноша оказался полностью в воде. Тростник больно ударил по лицу, оставил глубокие царапины на щеках. Он почти не чувствовал боли, только недоумение и волнение. Шин с трудом поднялся, попытался было приблизиться к берегу, но дуновение воздуха заставило его снова упасть. Из-за травы послышался смех. Тростник вспыхнул и осыпался пеплом на воду.

— Что?… — Шин закрыл лицо руками и создал шар света, готовый защищаться.

— Хахаха! Никчемный колдунишка, — прямо над ним появилось несколько мальчишек, его сверстников. Как раз с ними он и хотел встретиться. Встретился…

— Что случилось? Алерий, ты….? — Шин осмотрел всех магов и недоуменно захлопал глазами.

Его друг, его лучший и единственный друг, пришел посмеяться. Сердце Шина упало, дыхание сбилось, и он с трудом смог посмотреть в глаза друга. Уже бывшего друга.

— Я?! — Алерий подошел ближе. Хищная улыбка украсила его лицо, а ветер слегка растрепал рыжие волосы. — Я всего лишь хочу избавить старца Маргорея от обузы.

— Мой наставник никогда не называл меня обузой! — воскликнул Шин и создал шар света.

Его сбил Алерий и рассмеялся:

— Наивный мальчишка. Никто не собирается с тобой возиться. Не умеешь колдовать — не берись. Укатывай отсюда вместе со своим ненаглядным братцем.

Юноша плюнул в сторону Шина и приказал остальным:

— Уберите это ничтожество.

В ту же секунду в Шина полетело несколько заклинаний. Он упал, не в силах сопротивляться. Он попытался создать защиту, но всю его магию снесли заклинания противников. В него полетели комья грязи и мусора. Тогда что-то перевернулось в душе юного мага. Почти погребенный на дне реки, он перестал сопротивляться. Свет никогда не давал ему достаточно сил для обучения магии. Тьму всегда говорили подавлять, преобразовывать и уничтожать. Только теперь Шин понял, что свет ни на что не способен. Он собрал воедино всю свою ненависть, и волна темной силы смела всех его обидчиков.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Вы смотрите, — загоготал Алерий. — А недомерок-то силу использовать умеет.

Шин устремил в них взгляд, полный боли и ненависти. Из-под земли показались черные костлявые руки и подняли магов над землей.

— Значит, вот так живет свет, — произнес Шин. — Запомните все, никогда ваша никчемная светлая сила ничего не может сделать мне. Каждый светлый маг поплатится за то, что вы делали. Ты, Алерий, будешь смотреть, как умирает твое королевство. И ничего не сможешь с этим сделать.

Руки сжали плечи Алерия. Тот закричал, забился, хотел выбраться из смертельной хватки, но тьма оказалась сильнее. Боль, которую копил Шин долгие годы, наконец нашла выход. И он отомстит. Отомстит каждому, кто посмел над ним смеяться. Да, его семья была бедна, но теперь… Теперь он нашел в себе силы подчинить саму Тьму.

Глава 8

Шин замолчал, а я опустила взгляд. Слишком много всего произошло со мной за последние дни. И больше всего волновало то, что я не помнила все досконально. Почему я заснула в нашей с Шином комнате в первую ночь, а проснулась где-то в совершенно другом месте… И Шин был так зол на это, даже не стал мне ничего рассказывать. Я до сих пор чувствовала, как его тьма окружает его плотным слоем и иногда вырывается наружу. Вчера он и вовсе будто бы сам состоял из одной только тьмы.

Первое время я ничего не могла сказать. Мне стало жаль Шина. Я украдкой посмотрела на него. Темный маг, гроза королевства, теперь казался мне не таким уж ненавистным. Я не знала, как бы я сама поступила, случись со мной такое. Чувства, возникшие к нему так недавно стали только ярче и сильнее захватили мое сознание. Внезапно захотелось сесть сзади него и обнять так крепко, как только можно. И никогда более не отпускать. А еще извиниться за то, что так разозлила его накануне, хотя сама не знала, чем именно.

— Шин… — я невольно погладила лошадь по гриве и продолжила: — Я даже не думала, что есть светлые, способные на такое. Тем более Алерий… я никогда не была в столице, но до меня доходили слухи о том, что король отправил его в изгнание и лишил права на трон.

— Не смей его даже упоминать. Я не для этого рассказал тебе, — в его голосе послышалась сталь, отчего я стушевалась.

— Прости. Я думала, это может тебя утешить, — я мельком посмотрела на него, а после снова опустила взгляд. Не хотелось с ним ссориться, напротив только быть рядом и помогать. Радость от встречи с родными все еще грела душу, и я надеялась, что вернусь со счастливой для них новостью. С новостью о том, что Шин сделал мне предложение перед силами Света и Тьмы. Надежда на это появилась совсем недавно, но была настолько сильна, что я не смела даже сомневаться в том, что Шин предложит мне связать с ним свою жизнь. Я погнала лошадь вперед. Стоило поспешить и добраться до деревни у леса пока светло. Чем быстрее мы закончим с оборотнями, тем быстрее вернемся.

Шин не отставал, но теперь держался чуть поодаль. Я чувствовала, что ему стоит побыть одному. Хотя бы сейчас. Оказывается, я знала о нем далеко не все. А что я знала о самой себе? Я прислушалась к чувствам. Темной силы я не ощущала уже очень давно. И только в последние дни появились какие-то ее отголоски. Подавить тьму я начала еще в самые первые дни обучения магии, а вот Шин… Интересно, что значит преобразовывать и отпускать силу…

Я подняла руку и попыталась призвать темную энергию. Ничего не получилось. Мне всегда рассказывали, что темная сила — магия девушек легкого поведения, тех, кто не любит искренне, а только пробует каждого встречного на вкус. Светлой волшебнице всегда следует придерживаться строгости в поступках и доброты в помыслах, так говорила мне мама. Даже ненависть для меня не была столь страшна, как случайная связь с мужчиной. Само нахождение в одной постели с незнакомцем всегда казалось мне порочным, но не с Шином. Мы знали друг друга всего неделю, но с ним я чувствовала себя защищенной, любимой и окруженной заботой, и отношения эти уже не казались мне такими запретными. Кажется, я успела привыкнуть к Шину. Только вот… Я все еще нет знала, что произошло между нами в замке. Та ночь, когда после обсуждения в библиотеке я проснулась в его постели. Но сколько я ни пыталась, не могла вспомнить и секунды той ночи. Лишь приятную негу от воспоминаний.

Я посмотрела вдаль. До владений оборотней оставался еще неблизкий путь — пара дней верхом. Если остановимся на ночь в деревне, то еще один день. Несколько часов мы ехали молча, только во время привала у очередной речки Шин решил начать разговор:

— Не расскажешь, как жила в столице?

Я пожала плечами. Было бы что рассказывать. В столице я познакомилась с наставником, с наследниками короны, стала частью сопротивления. Поначалу жила с родителями, а после оказалась в замке. Тогда родители уже считались пропавшими без вести. Вспоминать об этом оказалось не так больно, как я думала поначалу. Я набралась сил и все же рассказала Шину о жизни в столице. О ранних подъемах на собрания совета, о том, как король предлагал мне стать женой одного из его сыновей.

— Достаточно, — оборвал меня Шин. Я посмотрела на него. Лицо его исказила гримаса ненависти. Наверное, не стоило рассказывать ему о предложении короля. Но сказанного забрить назад я не могла.

— Шин… — я приблизилась к нему и взяла за руку. Он посмотрел на меня, натянул улыбку, но волнения его ауры я все еще чувствовала, поэтому продолжила: — я отказалась от его предложения.

— Почему? — сухо спросил он, но руку мою не отпустил, а напротив крепко сжал.

— Его сын мне не понравился, — я усмехнулась. Ну что я сделаю, если рядом с тем наследником я не ощущала себя так хорошо, как мне было сейчас рядом с Шином.

— Правда? — теперь его улыбка стала настоящей. — Хоть одна хорошая новость за сегодня.

Я рассмеялась. Больше ни о чем не хотелось говорить. Только быть рядом, вместе.

— Могу я задать тебе еще один вопрос? — я кивнула, и Шин продолжил: — Кто сказал тебе подавлять магию? — Шин отпустил мою ладонь и отправился к коню.

— Вообще отец, но… — я последовала за ним и, быстро устроившись в седлах, мы отправились дальше.

— Но?

— Мама говорила, что темные волшебницы — это всегда девушки легкого поведения. Что они вне закона и их убивают при первой возможности… Поэтому сказала подавлять темноту и… похоть.

Признаваться в этом оказалось очень неловко. Кажется, я покраснела. Надеялась только, что Шин этого не заметит.

— Даже так? — Шин усмехнулся и пристроился рядом с моим конем. — И что же имелось ввиду под похотью?

Черт! И зачем я решила продолжить этот разговор?! Может потому что доверяла Шину. Или потому что между нами что-то было?

— Беспорядочные связи с мужчинами… кажется, — по правде говоря я толком и не помнила, что именно мама говорила мне. Только сам факт того, что с мужчинами стоит общаться как можно осторожнее. И тогда я восприняла это предупреждение слишком буквально. И стала избегать их совсем.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он рассмеялся, а я перевела на него взгляд. Смех Шина стал заразительным, и я тоже улыбнулась. Сейчас говорить об этом было до странного смешно. Я не то, что нарушила минимальную осторожность, но готова была доверить ему свою жизнь.

Глава 8.1

Отсмеявшись, я посмотрела вперед. Где-то вдали показался очередной пролесок. Дорога оказалась достаточно долгой. Больше я не стала рассказывать Шину ничего. Не хотела я открывать ему всю свою душу. Он и так уже знает предостаточно. Я действительно боялась предстать перед мужчинами. По традиции, жениха мне должен был выбрать отец, но после миссии в земли темных и исчезновения родителей, я осталась одна. И тогда строить отношения с ними пришлось самой. Сложнее всего оказалось справляться с шутками, которые часто отпускали в мой адрес волшебники. Конечно, со временем я привыкла и стала все меньше иметь дела с мужчинами, да и на шутки почти перестала обращать внимание. Каждая шутка с их стороны, каждый взгляд, опущенный на мою фигуру, заставляли поначалу невольно краснеть и испытывать стыд. Только теперь, рядом с Шином, я не чувствовала ни капли стеснения. Его касания, его забота были мне даже приятны. И я не понимала, почему. Быть может, Шин должен был стать моей судьбой?

— О чем задумалась? — спросил он, приостанавливая коня.

— Да так… — я тоже остановилась. — Ни о чем.

Мы подъехали к одной из небольших рощиц, спешились и дальше шли пешком. Длинные ветви деревьев мешали нам идти нормально, и Шин то и дело расчищал дорогу. Редко кто ходил этой тропой. Сгущались сумерки, и Шин хотел было создать шар света, но я опередила его. Теперь идти было проще, но маг все равно взял под уздцы коня, чтобы освободить мне руки. Теперь в одной руке его были поводья, а второй раздвигал ветви. Довольно быстро мы добрались до опушки. Шин привязал коней к деревьям и принялся устраивать лагерь. Смеркалось быстро и после не слишком сытного ужина мы заночевали.

Наутро путь продолжился. Ехали мы молча, разговаривать с Шином я совершенно не хотела. Дорога стала совсем безлюдной на многие километры вокруг и только к ночи мы добрались до деревушки у самого леса оборотней. Только до них ехать оставалось еще целый день. Мы спешились у дома старосты и тут же к нам вышел невысокий седовласый старик. Поклонился, а после поприветствовал нас:

— Господин Шин, не думал, что вы до нас однажды доедете. Как ваш брат?

— Благодарю за заботу. Нам нужна комната, — произнес Шин, протягивая старику несколько монет.

— Одну минуту, господин, — поклонился тот и позвал свою дочь, — Палеха, приготовь гостям комнату и принеси ужин. А вы пока проходите в дом.

Вскоре мы уже ужинали вместе со старостой и его дочерью. Я неспешно ела картофель с овощами и размышляла о деле, в которое ввязалась. За последний день я почти не думала о Дориане. Интересно, как он там. Справляется ли с болезнью? Я глотнула чая и посмотрела на Шина. Тот наслаждался едой и, казалось, даже не думал о происходящем вокруг.

— Как думаешь, Дориан дождется нас? — спросила я, и в то же мгновенье наши взгляды столкнулись.

— Да. Обязательно дождется, — ответил Шин, опуская приборы на стол. — Он достаточно силен, чтобы справиться. Меня больше волнуют оборотни. Я пока не знаю, как именно заставить их отдать противоядие. Да и… — он замолчал на секунду, а после тяжело вздохнул и все же продолжил: — тебя хотелось бы оставить здесь, в деревне.

— Шин… — я улыбнулась в ответ на его заботу и взяла его ладонь в свою. — Ты же князь тьмы, тебя боится половина королевства. Ты обязательно придумаешь что-нибудь. Мы придумаем.

Я сильнее сжала его ладонь, а он ответил ей широкой улыбкой. Я привыкла к Шину за эти дни. Теперь ненависть к тьме и всему с ней связанному отступила далеко на задний план, и на ее место пришло совершенно иное чувство. За всю свою жизнь я не испытывала его почти никогда. И теперь даже не знала, как именно стоит реагировать на него. Темные волосы Шина мягко ниспадали на доспехи, защищавшие плечи. Выразительные темные глаза и тонкие губы, что так манили, что хотелось коснуться их и не отпускать так долго, как только можно.

— Шин… — я опустила взгляд. Странно было говорить ему о том, что меня так сильно тревожит, но молчать я уже не могла: — я не знаю, что со мной происходит и… что со мной станет…

— Шшш, — он переплел наши пальцы, а после поднял мою ладонь и коснулся ее губами. — Мы разберемся вместе. Знаешь, я тоже никогда не испытывал такого. Да и к оборотням еду впервые. Не переживай так сильно. Переговоры вести все равно буду я.

Я только вздохнула. Он не понял, что именно я имею в виду. Впрочем, это было даже хорошо. Чем меньше он знает о моих мыслях, тем лучше. Тем более мои мысли о тьме пугали меня саму. Я и сама ведь ничего не знаю о том, что на самом деле думает обо мне Шин. Вполне возможно, что он решит просто напросто избавиться от ненужной светлой волшебницы в лесу оборотней в обмен на исцеление брата. Да, я любила его, да и он меня вроде как. Но я все равно опасалась предательства. Я помотала головой, отгоняя непрошеные мысли, и обратилась к старосте:

— Вы живете совсем близко к лесам оборотней. Как часто на вашу деревню нападают?

— На прошлой неделе вот прибегали, да пару дней назад. Как раз полнолуние было. Но нас защитили некоторые из рыцарей господина Шина. К счастью, обошлось без жертв.

Я кивнула и продолжила трапезу. Стоило набраться сил перед последним рывком вперед. Перед самым опасным испытанием в наших с Шином жизнях.

Сон долго не шел. В голове мелькали картинки из прошлого, недавние дни, да и переживания давали о себе знать. Шин лежал рядом, накрыв меня своей рукой и чуть приобняв. Если в первую ночь такой жест казался мне противен, то сейчас я не имела ничего против. Было уютно от того, что он защищал меня, хотя сомнения все еще тревожили душу.

Я осторожно повернулась к Шину и мягко убрала прядь волос с его лица. Он выглядел столь нежным и чутким, что поверить в его тьму казалось практически невозможно. Я приблизилась к нему и теперь чувствовала его дыхание совсем близко. Как же могла я ненавидеть его. Он ведь… Я больше не видела в нем только тьму. Я вовсе не чувствовала ни капли темной силы в маге. Тогда что же происходило со мной дома? Может, это был и не Шин вовсе, а совершенно другой маг? А может изменился не он, а я. Или мы оба.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я мягко коснулась пальцами его рубахи и почувствовала, как под ней напряглись мышцы. Чувство тревоги тут же захватило меня. Вспомнились все байки об оборотнях и их отношение к светлым. Шин…

— Что-то случилось? — спросил он, раскрывая глаза и прижимая меня к себе.

— Шин, почему я не чувствую в тебе ни капли тьмы? Ты не можешь идти так в лес оборотней, — в моем голосе слышалось почти отчаяние, но при этом и надежда на то, что мы сможем все преодолеть. Всего лишь несколько дней так сильно сблизили нас, а ведь еще недавно я и подумать не могла, что буду путешествовать в компании со своим врагом.

— Все будет хорошо, — произнес он, мягко поглаживая меня по спине. — Не переживай за меня. Никто не посмеет меня тронуть. Оборотни, как и все в королевстве, знают меня и уважают. Но вот ты, Эллин. Тебе стоит быть осторожной. Ты настолько светлая, что…

Он осекся и улыбнулся, а после спросил:

— Ты когда-нибудь использовала темную магию?

Глава 8.2

— Нет, никогда, — я только захлопала глазами. Я действительно никогда раньше не использовала тьму.

— Значит, сегодня будет твой первый раз. Магию нужно держать в балансе. Это должны были рассказывать еще в начале обучения. Мне рассказывали, только я не сразу научился так делать.

Он поднялся, сел на постели, а меня усадил напротив. Протянул вперед руку и создал на ладони небольшой темный шар, из которого показались костяные пальцы. Я тоже вытянула руку и попыталась вызвать тьму, но ничего не смогла сделать.

— Для каждого из нас тьма создается из разного. У меня это ненависть, боль предательства и жажда мести. Ты говорила, что темные волшебницы обязательно девушки легкого поведения.

— Ну да. А кто еще в здравом уме будет выставлять свое тело для пользования неизвестно кому? — я посмотрела на него с нескрываемым вызовом.

— Я не совсем это имел в виду, — Шин тяжело выдохнул, убрал сгусток тьмы на руке и коснулся длинными пальцами моего подбородка. На лице его появилась игривая улыбка: — Ты ведь ни разу не встречалась? И отношения со мужчинами у тебя весьма напряженные были, я ведь прав?

Я отпрянула и оттолкнула его руку. Да, он прав. Он был чертовски прав. Никогда я даже не смотрела на юношей своего возраста, и даже поцелуи считала верхом распущенности, ведь первая связь может быть возможна только с женихом, которого выберет отец. А теперь. Теперь я не могла толком использовать свою силу из-за собственного невежества. Слишком буквально я когда-то восприняла слова родных и наставников. Только вот что я вообще знаю о темной силе? Ее используют для создания духов, подчинения, убийств и других преступлений. Кажется, это на этом и все.

— Так я и думал, — произнес Шин. — Если хочешь выжить завтра хотя бы в первые минуты в лесу, тебе стоит принять эту тьму. Если ее вообще можно назвать таковой.

— И ты знаешь, как это сделать? — спросила я, а в глазах Шина появились бесята.

— На твое счастье, знаю, — кивнул он. — Просто доверься мне, хорошо?

Я кивнула. Шин наклонился ближе, коснулся моих плеч ладонями и притянул меня к себе. Он призвал темную силу, скрывая свой собственный свет, и приблизился к моей шее. Коснулся губами ключицы, мягко опустил ладони на спину и принялся покрывать медленными поцелуями мою кожу. Я не сопротивлялась, но и не показывала своей инициативы, только прислушивалась к себе и своим ощущениям. Шин двигался осторожно, мягко касаясь моего тела. Он провел пальцами по моим бедрам и поднял взгляд. Странно было ощущать его прикосновения, хотя и приятно.

— Я… Никогда не чувствовала такого, — пробормотала я и коснулась пальцами его торса. Меня давно привлекал Шин, но признаться я смогла только сейчас. Смогла сказать самой себе, что маг действительно привлекателен.

Я повалила его на постель и собралась было коснуться его губ своими, как что-то остановило меня.

— Шин, я же… Я не умею…

— Я научу, — улыбнулся он, и через секунду уже я оказалась на спине.

Он мягко коснулся моих губ, приоткрыл их, позволяя мне насладиться поцелуем. Отстранился и улыбнулся, ощущая, как я мягко касаюсь его тела, изучая каждый изгиб мышц. Шин опустился рядом и помог мне устроиться сверху. Легкие касания моих пальцев заставляли его чувствовать желание столь сильное, что он с трудом сдерживался от стона наслаждения. Я подняла его рубашку и провела по упругому торсу, слегка впиваясь в его грудь. Выдохнула и прильнула к его губам. Так жадно я вливалась в его губы, стремясь поглотить всего без остатка. Что-то изменилось во мне. Я уже не смотрела на мужское тело с той неловкостью, что была раньше. Теперь Шин напротив привлекал меня.

— Не расскажешь, чем занимался после того, как раскрыл тьму? — спросила я, касаясь его шеи губами.

— Я тогда жил недалеко от столицы, — Шин отвел прядь волос с моей щеки. — Сбежал в тот же день. Только и сумел, что к наставнику заглянуть.

— А те мальчишки? — я держала руки на его груди и принялась дальше поднимать его рубаху.

Шин поднялся, позволяя мне снять ее, а после я откинула ее в сторону и принялась покрывать поцелуями его тело. Шин мягко касался моей спины, ключиц и, наконец, издал стон наслаждения. Я все еще была полна света, и он старался не выпускать свой собственный, только поддерживал тьму. А сила пыталась вырваться наружу и слиться с моей силой. Я чувствовала это и пыталась понять, как именно должна делать я сама.

— Мальчишки, — он усмехнулся и перевернул меня на спину, занимая положение сверху, — я начал мстить им. Захватил почти все королевство. Стал князем тьмы. Ты же знаешь все это.

— Да, — я выдохнула прямо в его губы, принимая его поцелуй.

— Как тебе?… — спросил он, поднимая меня и покрывая ключицы поцелуями.

— Никогда не думала, что бывает настолько хорошо, — ответила я, позволяя ему развязать ленты на спине и снять ночную сорочку.

Шин коснулся моего оголенного тела и принялся ласкать его поцелуями. Я выдохнула, едва сдерживая стон. Опустилась на постель, позволяя ему делать со мной все, что пожелает. Шин касался меня губами, опускался ниже и ниже и наконец добрался до самой чувствительной точки.

— Шин, — выдохнула я, впиваясь в его спину ногтями. — Позволь, я…

Он приблизился и опустился рядом, давая мне свободу действий. Я покачала головой, увлекая его наверх, и как только он оказался надо мной, потянула завязки на его брюках и спустила их вниз.

Шин уже давно ждал этого. Все его естество жаждало меня, хотело принять меня всю, но он так тщательно пытался скрывать это так долго. Снова увлек меня в поцелуй и принялся опускаться ниже. И теперь я ощутила, как внутри меня просыпается тьма. Это было нечто животное, яростное и страстное, чему я не знала объяснения.

— Я хочу… — простонала я, позволяя ему коснуться меня.

— Я тоже, Эллин, — ответил он, мягко раздвигая мои ноги.

Я закинула одну ногу на его плечо, позволяя ему коснуться самых чувствительных мест. Поначалу он только раздвигал губы, а я только больше давала ему пространство. Продолжал ласкать меня поцелуями. Я полностью расслабилась, только отвечала на его движения тихими стонами. Теперь я была готова. Готова принять его и саму себя.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ты чувствуешь? — спросил он.

— Да, — выдохнула я и сжала ладонь на его плече. Да, я чувствовала эту тьму и была готова принять ее всю.

Шин мягко двинулся навстречу моему желанию, а я только приблизилась и полностью раскрылась, давая ему всю себя. Он вошел осторожно, так чтобы не спугнуть меня и случайно не выпустить свой свет. Магия внутри нас уже была готова вырваться наружу. Еще одно движение вперед, и Шин полностью проник в меня. Он не стал слишком быстро набирать темп, позволял мне прочувствовать этот момент. Я выгнулась навстречу, открывая всю себя и принимая его. Новый толчок и вместе с ним легкий поцелуй в шею. Еще раз и еще. И я впилась в его спину ногтями, уже не сдерживая себя и выдыхая с громким стоном.

— Еще, этого мало. Дай мне еще, — произнесла я, заставляя его двигаться быстрее.

И он подчинился. Темп становился все быстрее, а тьма внутри меня уже проснулась окончательно. Я перестала сдерживать свою главную слабость. Я смогла принять саму себя. Еще одно движение, и Шин мягко вышел, а я только набросилась на него и повалила на кровать, начиная покрывать все его тело поцелуями.

Я чувствовала, с каким трудом он сдерживает свой свет, но остановиться уже не могла никак.

— Эллин, ты невероятна, — выдохнул он, когда я коснулась его члена и с любопытством покрыла поцелуями кожу вокруг.

Теперь уже я наседала на нем сверху и контролировала темп нашей ночи. Каждое новое движение приносило мне только удовольствие и облегчение. Оказывается, иметь связь с мужчиной не так уж и плохо. А то, с каким мужчиной я сейчас делила постель, только больше будоражило сознание. Я наседала на нем, выбивая каждый новый всплеск чувств.

— Шин, я не думала, что это столь прекрасно, — выдохнула я, опускаясь в постель и уступая ему место наверху.

— Я же говорил, что тебе понравится, — улыбнулся он и вновь вошел.

Теперь он сделал только два быстрых движения, выбивая из меня очередной стон, и излился в самое мое нутро. Только тогда мы испытали полное блаженство. Он вышел, опускаясь рядом, а я только легла на его сильную грудь и принялась чертить узоры ноготком.

— Знаешь, никто из моих знакомых даже не думал, что сможет взять самого князя тьмы. Я ведь не просто так была в северных землях, — произнесла я.

— Правда? — он приподнял голову и столкнулся взглядом с моими серыми глазами.

— Да. Я хотела узнать, где твое слабое место, а после убить. Ни одно покушение на тебя не увенчалось успехом. И, знаешь, я передумала, — я сжала ногти на его груди, отчего он издал тихий стон, и продолжила: — лучше будет, если ты останешься в живых. И половина королевства тоже останется твоей.

— Почему это? — Шин провел ладонью по моим волосам и слегка сжал пальцы.

— Ну как почему. Когда-то тетушка говорила, что отец хочет отдать меня за кого-то из королевской семьи. Но может ли кто-то из них дать мне такую прекрасную ночь, а? — я положила обе руки на его грудь и перевернулась так, чтобы поставить на них подбородок.

— Ты не упоминала этого раньше.

— Ну и что? Плевать на этого короля. И на его семью. Алерий не должен был делать того, что посмел сделать с тобой. Он сам стал погибелью всего королевства.

— А ты права, Эллин, — улыбка расплылась по его лицу, и я приблизилась к его губам.

Теперь я сминала его губы безбоязненно. Ни капли стеснения во мне не осталось, и, если тьма теперь не доминировала полностью, то точно занимала большую часть моей светлой души. Но ведь любовь — это тоже свет. Так почему я не могу любить, пусть даже и темного мага?

Глава 9

Наутро Шин уже собрал провизию, набрал воды во фляжку и ждал меня на завтрак. Я спустилась к нему с легкой, но безумно счастливой, улыбкой, устроилась напротив и принялась за еду. Стоило набраться сил перед тяжелым днем.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Шин, поднимая на меня взгляд.

— Хорошо. Почему это ты решил спросить? — я продолжала уплетать еду за обе щеки и, казалось, даже не обращала внимания на его слова.

— После ночи… — он остановился и выжидающе посмотрел на меня.

— А что ночью? Мне понравилась эта ночь. Но… не думаю, что хочу ее повторить.

Конечно, эта ночь прошла невероятно, а близость с Шином стала удивительно приятной, но пока я не могла уверенно говорить об этом. Даже с ним.

— Ты еще не до конца приняла тьму? — в его голосе послышались нотки грусти, и я тут же опустила взгляд. Расстраивать его очень не хотелось.

— Не знаю. Наверное.

Мы продолжили трапезу уже в тишине. Про оборотней никто не сообщал, староста ушел на работу в поле вместе с дочерью и оставил нас одних. Недолго мы завтракали. Не успело солнце высоко подняться над горизонтом, как мы уже скакали к лесу. От деревни до земель, занятых оборотнями, нас отделяло несколько часов пути. Неспешный шаг коней умиротворял, заставляя думать о чем угодно, только не о предстоящих переговорах. Я то и дело ежилась от холодного ветра. Отчего-то Шин настоял на том, чтобы я надела длинное черное платье вместо доспеха. Зачем тогда делал его? Сомнения с новой силой захватили меня. Может он и вправду хочет оставить меня у оборотней.

— Погоди, — маг притормозил коня и остановился рядом со мной. — Извини, надо было тебе заказать накидку.

С этими словами он снял с плеч свою меховую накидку и аккуратно укутал меня, а после усадил перед собой. Коня он отправил обратно в деревню с запиской для старосты. Теперь мы ехали непривычно близко друг к другу. Я чувствовала тепло его тела через ткань рубашки, и это тепло разливалось по мне странной, тягучей негой.

— Шин, как думаешь, они убьют меня сразу или помедлят? — спросила я, когда мы вошли в лесную чащу.

— В моем сопровождении не посмеют, — отрезал он и опустил ладонь на мое плечо, пальцы его чуть сжались, будто он хотел защитить меня уже сейчас, только силой своей воли.

Я отчего-то невольно улыбнулась. Мне была приятна забота Шина, а после прошедшей между нами ночи я готова была открыться ему куда больше. Мы шли вперед и остановились возле небольшой опушки. Первым спешился Шин, после подал руку мне, и я мягко спрыгнула прямо в его объятия. На мгновение он задержал меня у своей груди, и я почувствовала, как быстро бьется его сердце.

— Опасно оставлять коня здесь, — произнесла я, осматриваясь, но не спеша отстраняться.

— Об этом я позабочусь, окружу его щитом и тогда никто не посмеет его тронуть, так что не переживай.

Шин улыбнулся и протянул мне руку. Что-то настораживало в его поведении, я надеялась, что мои подозрения не сбудутся, но ожидание беды не оставляло. Быть может, стоит обратиться к тьме. Мы двинулись в глубь леса, и чем дальше шли, тем меньше света проникало на тропинку сквозь плотную листву. Шин осторожно раздвигал ветки деревьев, прислушиваясь к каждому шороху, но ни на секунду не отпускал меня. Где-то вдали раздался треск ветвей и волчий вой, и я мелко задрожала от стаха. Шин остановился и прижал меня к себе, а после создал теневую завесу вокруг. Вой прекратился и тогда Шин медленно повел меня вперед. Мы так далеко зашли, надо дойти до конца.

— Кто там? — тихо спросила я и ближе прижалась к нему, останавливаясь.

Сердце мое билось быстрее и быстрее с каждой секундой, но я не знала от чего: то ли от страха, то ли от ощущения близости с Шином. Он приобнял меня и наклонился к моему уху. Пробормотал что-то неразборчивое, а после поднял на руки. Я схватила его за шею, боясь упасть, и осмотрела лес вокруг. Темнота рассеялась, вокруг замелькали светлячки и повели нас вперед. Я ощущала, как в Шине струится темная сила и распространяется вокруг. Он поглощал ближайшие деревья, старался контролировать все происходящее вокруг. Я прижалась сильнее, накидка соскользнула с плеча, и я задрожала. Неужто боюсь? Знала же, куда шла. Впрочем, скорее мерзну от налетевшего пронзительного ветра. Только паника уже начала накрывать меня с головой.

— Я помогу, не бойся, — прошептал он, осторожно касаясь моей ключицы губами, а после мягко возвращая накидку на плечи. Его губы задержались на моей коже дольше, чем следовало, и я почувствовала, как по телу разливается жар и тепло.

Главное вовремя отпустить свою тьму. Я уже чувствовала, как она шевелится где-то в сознании, но пока выжидает. Шин опустил меня на землю, и мы двинулись вперед. Тропинка стала расширяться, а вой вокруг только усилился. Я прижималась к нему, медленно шла вперед, а на душе становилось только хуже. Стоило ли вообще идти сюда? И поможет ли Дориану противоядие? Шин ведь предлагал остаться, так почему я решилась пойти с ним?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 9.1

Шин убрал очередной крюк с тропинки, и мы вышли к высокому, широкому старому дереву. Мне показалось, что это дуб, хотя листьев на нем не было, а ствол оказался вырезан на манер трона. Сильная рука Шина сжимала мою маленькую ладошку, и я стала ощущать себя совсем незаметной и ничтожной на фоне огромного, бесконечного леса. На поляну опустился туман, и маг шагнул вперед. Я засеменила следом.

— Что это? — прошептала я.

— Шшш, — он приложил палец к губам и повел меня к самому трону.

Интересно, для кого он. Для оборотней? Или для темного князя. Шин смотрелся бы здесь очень хорошо. И я рядом с ним. Темная волшебница и темный князь. Впрочем, тандем света или тьмы мне тоже вполне нравился. Я развернула его к себе и посмотрела в темные глаза. Шин. Это был мой Шин. Мой темный князь. Я мягко коснулась его плеча, подняла ладонь и прижалась к ней. Провела пальцем по его груди и подтянула его лицо к себе. Шин распахнул глаза, но не стал препятствовать. Я коснулась губами его губ, а после едва оголенной шеи и издала нетерпеливый стон. Подумала, что доспехи он мог не надевать, а отправится в обычной парадной одежде, как и я. Снова впилась в губы, и тут же услышала утробный рык где-то впереди. Выглянула из-за плеча Шина, а после отправила волну темной магии прямо в дерево.

— Какого дьявола ты прерываешь нас? — спросила я. Мой голос заставил Шина вздрогнуть и отступить на шаг. Он развернулся и увидел на троне-дереве вожака оборотней. Человекоподобный волк. Яркие желтые глаза внушали только ужас и страх, из ноздрей вырывалось суровое дыхание.

— А ты кто такая, девчонка?

— А тебе какое дело, а? И вообще я тут по делу.

Оборотень расхохотался.

Шин только сжал мою ладонь, и тогда я почувствовала, как его заполняет свет. Теперь все зависело только от меня. Мы в один миг поменялись ролями, и я стала по-настоящему темной волшебницей. Тьму принимать оказалось очень даже приятно, хоть и непривычно.

Я подошла к вожаку и коснулась его лапы. Теперь я ощущала себя достаточно сильной для этого.

— Ну что? Поможете мне? — спросила я, отступая и рассеивая вокруг темную силу.

— И чем тебе помочь, девочка? — спросил вожак со смешком.

— Одного светлого придурка укусил кто-то из ваших, — улыбнулась я и провела ладонью по его шерсти. — Поможешь исцелить?

— А ты мне что дашь? — оборотень схватил меня и усадил было на колени, но в тот же миг завопил от боли, ведь я со всех сил впились в его ноги ногтями.

Я растянула губы в довольной улыбке. То, что он хочет, может получить только один человек во всем королевстве. И это Шин.

Я отпустила его и развернулась к Шину. Поманила его к себе, и он пошел, будто под гипнозом.

— Ну что? Поможешь своему братишке? — спросила я, обвивая его руками.

Я мягко стянула с него меховую накидку и завязала ее на себе, а после провела руками по его плечам. Волна ледяной темной силы обдала его с ног до головы, и он мелко задрожал.

Теперь он стоял в рубашке и брюках. В простой крестьянской одежде. Разве что цвет ее был настолько белым, что даже светился. Меч глухо упал, когда ножны исчезли под действием магии. Я провела ногтями по его плечам и встала напротив.

— Эллин, — прошептал он, осторожно касаясь моей щеки.

Я только улыбнулась, прижимаясь к его ладони. В глазах его было столько доверия и нежности ко мне, что даже жалко было продолжать идти на этот шаг. Но он только кивнул, и тогда я резко схватила его за руку и потянула к оборотню. Шин не сопротивлялся, а поплелся следом.

— Меняю его на эликсир, — скомандовала я, подталкивая его к вожаку.

— Хммм, такой светлый… А уж не ты ли, мальчишка, пол королевства захватил, а? — усмехнулся он. — Ладно уж. Идет.

Они пожали руки, и тут же в моей ладони появился флакон со снадобьем. Я улыбнулась и потрепала Шина по голове.

— Веди себя хорошо, князь, — усмехнулась я. — И тогда я за тобой вернусь.

Я развернулась и быстрым шагом направилась назад. Чем быстрее уберусь отсюда, тем быстрее вернусь за Шином.

— Эллин! Возьми меч, — крикнул он мне, когда я уже почти ушла с опушки.

На удивление, я услышала. С легкой улыбкой развернулась обратно, подошла к оружию и подняла его. Меч, пропитанный его светом. Я ощущала пульсацию магии под своими пальцами и прикрыла глаза от наслаждения. Ветер донес тихое «Спасибо», и тогда я покинула поляну окончательно.

Я быстро вышла из леса. Задерживать меня никто не пытался. Все же я произвела хорошее впечатление на их вожака. Прошла по дороге несколько метров, и тут же рядом оказался сбежавший конь.

— Не понравилось тебе там? — спросила я, поглаживая коня по носу. Он только фыркнул, а я продолжила: — Нам все равно придется вернуться. За Шином.

Оседлала его и припустила к деревне. Что ж, теперь оставалось как можно быстрее доехать до замка и спасти Дориана. А потом… Потом я вернусь и заберу своего темного колдуна обратно. При мысли об этом на губах сама собой возникла теплая улыбка.

В деревне меня встретил обеспокоенный староста. Я притормозила перед ним и спешилась.

— Мне нужно привести в порядок коня и забрать доспехи, — произнесла я, проходя в дом.

— А где же ваш спутник?

— За ним я вернусь позднее. Он настолько темен, что его оборотни не тронут, — отмахнулась я. Только вот в душе сомневалась в этих словах. Что, если теперь свет сменил его тьму навсегда и оборотни просто-напросто загрызут его?

Я прошла в ту комнату, где еще недавно принимала свою тьму. Отголоски темной силы Шина все еще витали в воздухе, и я с наслаждением вдохнула его. А после снова посмотрела на меч.

Он был целиком сделан из нитей света. Значит, Шин специально сделал этот его, чтобы сбросить лишний свет. И отдал его мне. Но зачем? Я подняла руку и создала шар света. Тот получился достаточно ярким и сильным. Развеяла и снова уставилась на меч. Нет, я определенно чего-то не знаю о тьме. Разве что… Я прокрутила в памяти все моменты, когда он использовал свой свет. И только одну ночь я помнила. Только то, что произошло накануне. Только ночь, когда я приняла свою тьму. Значит ли это, что до этого он просто пользовался мной? Эмоции тут же захватили сознание не давая даже попытки объяснить что-то. Пользовался моей слабостью и наивностью. Тварь. Я в ярости ударила кулаками по столу. Нет, за ним я не вернусь. Сама дура была. Светлая дура. Да, мама была права. Темными становятся из-за связи с мужчинами. Именно она чернит душу и сердце. Я снова посмотрела на меч. Зачем он его дал? Хотя меч можно использовать и для шантажа. Его светлый братишка наверняка захочет побежать спасать эту тварь. И тогда я смогу поторговаться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 9.2

Вернулся староста и сообщил, что конь готов ехать.

— Спасибо, — кивнула я, откидывая назад длинные темные волосы. — Надеюсь, оборотни вас не будут доставать ближайшее время, пока у них… гостит Шин.

Я поморщилась, произнося его имя. Староста кивнул, выдал мне провизию на несколько дней, и я отправилась обратно в замок. Спасти Дориана я, конечно, хотела искренне, только вот теперь в душе появились сомнения. А стоит ли возвращаться за Шином? Ведь он провел со мной как минимум две ночи, когда я была в неведении о том, что сама вытворяла.

Я сильнее сжала поводья. Сомнения. Сколько же сомнений теперь было в душе. Надо спросить у дедушки. Может быть он скажет, что стоит делать.

Дорога до замка заняла гораздо меньше времени, чем я думала. Меня впустили рыцари, и я стремглав помчалась к Дориану. Тьма внутри меня все еще бурлила и подпитывала мой гнев и ярость.

Я остановилась у дверей и достала меч. Снесла защиту и вошла в комнату. Рядом с постелью Дориана сидел Георг. Конечно, он не узнал меня. Да и не мог узнать. От светлой девочки, которой я всегда была, не осталось и следа. Наивность и доброту сменила ледяная расчетливость. И желание быть главной.

— Выпей, — произнесла я, даже не взглянув на Дориана.

— Эллин? Это вы? — он приподнялся на руках и посмотрел на меня.

Я лишь закатила глаза. Еще один светлый придурок. А ведь я была такой же. Как же хотелось выпроводить Дориана восвояси, но ведь он еще слаб и Шин не простит мне этого. А должна ли я прощать его? И идти за ним к оборотням? Обида на князя тьмы все еще была сильна. Он же совершенно точно хотел меня там оставить. И использовал. Использовал мою слабость, мою тьму. Невольно я сжала руку в кулак, из которого полетели темные искры.

— Быстрее, — повысила я голос, когда увидела, что Дориан даже не открыл микстуру.

Он выпил все до дна и приподнял рубаху. Темное пятно все еще сохранялось. Черт. Неужели не то? Проклятые оборотни. Теперь я была зла и на них тоже.

— Ну? Как? — спросила я с нетерпением.

— Кажется, мне стало лучше, — ответил он, на что я закатила глаза.

Ну да, лучше. Главное, чтобы лечился он здесь не десятилетиями. Придется потерпеть его здесь еще немного. Я вышла из спальни, приказала кому-то из темных войнов охранять Дориана, деду сказала, что буду ждать его в тронном зале, а сама отправилась в комнату Шина. Накидок из перьев у того было предостаточно. И на мне все это добро смотрелось куда лучше. Темные волосы аккуратными волнами ниспадали на плечи, а накидка выгодно выделяла лицо и яркие алые губы. Да, этот цвет — то, что надо для новой темной госпожи. Не слишком короткое платье темное, бордовое. Идеально. Я любовалась на себя, а в сознании медленно всплывали картины прошлого.

Я прошла к кровати и тяжело опустилась на нее. Здесь. Именно здесь впервые проснулась моя тьма. Она отреагировала на его свет, на его нежность и заботу. И теперь у меня нет моего Шина. Он остался там, в том жутком темном лесу. Нет, так просто я его не отдам. А значит, стоит бороться. Бороться за того, кто подарил мне столько приятных моментов. Я коснулась плеч. Так недавно их касался Шин. Мой Шин.

Злость и обида на него отступили, и теперь я смогла думать рационально. Он же понял, как именно работает моя тьма, но не стал пользоваться ею, а напротив научил. Да и понял он что тоже явно не сразу. И не стал пользоваться мной перед лесом, доверился мне там.

Всегда мне говорили, что любви между светом и тьмой быть не может. Но мы доказали обратное. А это значит, что мы будем вместе. Да, я влюбилась в него как девчонка. Но ведь это все, чего я так желала. Не безумной войны со всем темным и жестоким, а мира и любви. И чтобы король не влиял на мою жизнь, чтобы никто не влиял, кроме меня самой. Перед глазами мелькали картинки нашей близости. Он так терпеливо и трепетно касался меня, так боялся навредить. Появились воспоминания и о нашей первой ночи. Тогда я была первой. Тогда мое желание вырвалось наружу и готово было смести все на пути. И я совершенно точно поразила Шина.

Шин. Так хотелось быть рядом с ним, чтобы он обнимал, целовал и наслаждался каждым мгновением рядом со мной. И я бы тоже наслаждалась. Дьявол! Надо было оставаться в лесу. Не бросать его там, ставшего светлым и таким уязвимым. Что, если его убьют? Или сделают то, что произошло с Дорианом? Нет. Ни в коем случае. Тогда я положу все королевство к своим ногам, но излечу его.

Снова раздался стук в дверь, и я с раздражением разрешила войти. Дориан. Проклятый светлый маг. И чего он тут забыл?

— Зачем пришел? — спросила я, на что услышала только смешок.

— Поблагодарить, разумеется, — ответил он, и я подняла взгляд.

Дориан все еще был бледен, но заметно было, что он чувствует себя гораздо лучше. Он кивнул на кровать и приподнял бровь. Весь накопившийся гнев во мгновение ока стал темным туманом и двинулся к Дориану. И как он вообще смеет делать такие намеки мне. Ничтожный светлый колдунишка. Тьма обвила его всего и подняла в воздух. Тогда я принялась с интересом его разглядывать. Где-то уже достал рубаху и брюки, причем белые. Привел в надлежащий вид волосы, и теперь они аккуратно ниспадали на плечи. Мягкие черты лица. Парень стал как будто бы младше, и теперь сходство с Шином не так сильно бросалось в глаза. Взгляд Шина всегда оставался предельно серьезным и сосредоточенным. А этот… Шин говорил, что он младше, но я совершенно этого не ощущала. Либо мозг Дориана все же поразила болезнь оборотней, либо… они наверняка близнецы, так что.

— Значит, ты хочешь мне отплатить благодарностью? — спросила я, проводя ногтями по его плечу.

Тьма по моему приказу отпустила его губы, и тогда он смог ответить:

— Хочу. Ты столько всего сделала. Так сильно изменилась.

Он пытался придать голосу томности и загадочности. Только вот Дориан и близко не был похож на Шина. Да, он определенно был привлекателен, но… нет, изменить Шину значило предать саму себя. Да и смысл в близости с тем, кто совершенно неспособен доставить и капли удовольствия?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я обдумывала все, что могу потребовать от этого мага. Только вот ни одна идея мне не нравилась. Разве что… Я растянула губы в тонкой, коварной улыбке.

— Ты пойдешь к королю.

Глава 10

Дориан захлопал глазами. Маленький наивный мальчик. Думал, он сумеет отблагодарить меня своим телом?

— Ты приедешь во дворец и передашь ему мою просьбу. А если король ее не выполнит, я уничтожу тебя, понял? — я схватила его ногтями за бороду, оставляя заметные следы.

Дориан слабо кивнул, и тогда я продолжила:

— Король перестанет преследовать темных магов и нечисть, понятно? А еще разрешит нам приезжать в столицу тогда, когда мы сами этого захотим.

— Да, как скажете… — произнес он, и тогда я отпустила его.

Дориан тут же поднялся на ноги и стремглав бросился наутек. Я только вздохнула, убирая за ухо прядь волос, и попыталась хоть немного успокоиться. Надо ехать к оборотням. Опять. И сообщить Шину радостную новость.

Шин. Как же он там один в этом проклятом лесу? Он же теперь светлый, но… ненависть от его предательства быстро сошла на нет. Хотелось видеть его рядом. Ощущать его тело и горячее дыхание. Чувствовать, как он проникает внутрь. Я прикрыла глаза, окунаясь в такие приятные воспоминания о той ночи, когда приняла свою тьму. Сейчас во мне преобладала именно тьма. И превращалась в желание. Страстное и яростное.

Я вспомнила, что попросила дедушку прийти в тронный зал. И отправилась туда. Высокие стены больше не давили на меня, как было в прошлый раз. Теперь я восседала на том троне, где не так давно сидел Шин. И власть, которую я ощущала, пьянила, заставляла чувствовать нарастающее желание еще больше. Надо это исправлять. Конечно, я теперь темная волшебница, но все же законы никто не отменял. И если король разрешит нам приходить в столицу, стоит закрепить и разрешение, и нашу с Шином связь перед верховными магами. А значит, кто-то должен заняться подготовкой. Помощникам Шина я поручила найти всю нечисть, что была среди наших соратников. Праздник должны будут увидеть все. А вот на переговоры с верховными магами я решила отправить дедушку. Он часто занимался такими делами при отце, так почему бы не продолжить?

— Это неприемлемо, Эллин! — воскликнул он, когда я озвучила свою идею.

— Почему это? — насупилась я, отчего стала похожа на маленькую девочку, которая просит родителей сделать нечто невозможное.

— Потому что свет и тьма не могут быть вместе. То, что ты сейчас выпустила свою тьму, еще ни о чем не говорит. Пройдет время, и ты снова станешь светлой волшебницей.

— Разве светлыми обязательно рождаются?

— Нет, но… — Георг отступил на шаг, и тут я поняла, что он сдался. Идея о союзе только с магами своей силы бытовала у многих, но вовсе не была законом. А значит, мы с Шином подтвердим брак.

— А если Шин будет против? — схватился за новую идею он.

— Не будет, — отмахнулась я. А про себя добавила: «пусть только попробует».

Будто бы невзначай я положила на колени меч Шина. Оружие мне нравилось. Шин явно сделал его с любовью и вниманием. Специально для меня. Видимо, он вправду не собирался пользоваться мной. Все же о том, что произошло в трактире, я догадывалась очень и очень смутно. Да и от Шина тогда исходило необычное раздражение и злость. Жаль, что его не было рядом в тот день, я бы наверняка сделала что-то эдакое. И сейчас его тоже нет рядом. А ведь мне хочется, так хочется его. Неужели я снова забуду все произошедшее? Это, конечно, вряд ли, тьму свою я приняла, но… Страх остаться без воспоминаний о прекрасных моментах, проведенных рядом с Шином, был слишком силен. И еще больше я боялась потерять его. Потерять навсегда в том проклятом лесу. Ну зачем я оставила его там? Дура, какая же я дура! Я ходила по тронному залу, не в силах успокоиться. Меч. Он должен помочь хоть немного.

Я взяла в руки артефакт и прикрыла глаза. Почувствовала, как сила Шина наполняет меня и сливается с моей тьмой. Да, это то самое наслаждение, которого мне так не хватало. Но все же хотелось ощущать горячее дыхание Шина рядом с собой. Его прикосновения и поцелуи. Надо бы ехать за ним… И поручить это дело я не могла никому. Так что оставалось собираться и ехать в лес, из которого я выбралась не так давно.

Дорога не заняла много времени, да и на поляне меня ждал тот же оборотень. Шин стоял тут же, чуть поодаль от дерева-трона. Бледный и, кажется, едва живой. Бедный маг. Не был он теперь похож на страшного князя тьмы.

— Ну что? Приехала за своим колдуном? — усмехнулся оборотень.

— Как видишь, — я не стала лукавить. Теперь стоит говорить все как есть. — Отпустишь его?

— Он светлый. Не хочу портить репутацию леса.

Я нахмурилась. Вот же противный волчара. Сжала в руке меч и направила в грудь оборотню. Драться, так драться. Морда его искривилась в гримасе ненависти, оборотень собрался было кинуться на меня, но луч света ударил прямо ему в грудь. Раздался громкий треск, и дерево начало заваливаться назад вместе с ним. Волна света прошлась и по Шину. Он раскрыл глаза и увидел меня. Шагнул было ко мне, но упал на колено. Бедный Шин. Сердце сжала боль и волнение за него, но я этого не показывала, только смачно выругалась и снова ударила заклинанием оборотня. На этот раз помимо света я вложила еще и свою тьму. Волк заскулил и остался где-то под завалами дерева.

Тьма подобралась к Шину, и я резко дернула его на себя. Он завалился на землю, но я тут же подняла его и потащила прочь из леса. Бежать надо было срочно. А вот с озверевшими оборотнями будет разбираться уже кто-то другой. Если они вообще сумеют выбраться из леса.

— Куда мы?

— Домой, куда же еще, — пробурчала я. Я не знала, чего хочу больше: взять Шина прямо тут или подождать, пока он немного восстановится.

Все же лучше добраться до дома. Я продолжала идти вперед, держала Шина за руку, боялась отпустить. Оборотней вокруг не оказалось. И чего я боялась в первый раз? Поход в лес оказался не таким уж и страшным. Практически легкой прогулкой. Я хотела было помочь Шину забраться на коня, но он сделал все сам, а меня легким касанием магии заставил взлететь и сесть лицом к себе. В карих глазах его заплясали веселые бесята. Он наклонился ближе и коснулся губами моей ключицы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я тоже скучал, — этот тихий шепот заставил меня схватить его лицо ладонями и отстранить от себя. Я посмотрела в глаза этого темного. Да, его тьма вернулась и теперь смешалась со светом.

— Ты хочешь прямо сейчас? Здесь? — спросила я, мягко заправляя прядь его волос за ухо.

Глава 10.1

— Что, если я скажу «да»? — игривая ухмылка осветила его лицо, а я только и смогла, что рассмеяться и окружить нас магией.

— Тогда вперед!

Он взял поводья, и конь понесся вперед, в деревню. Староста явно будет в ужасе, когда узнает, что мы хотим сотворить в его доме. Ну да плевать. Я слишком истосковалась по нему. По своему темному магу. По этому князю тьмы. Интересно, а если он будет использовать магию во время… темные руки? Вполне возможно. Попробовать, как он ими владеет безумно хотелось.

Тьма струилась вокруг меня, обволакивала и давала такую желанную силу. И свободу. Свободу от всего. От проклятого леса, от обязательств и обещаний. Я спасла Дориана, помогла Шину и теперь могу претендовать на собственный замок. И на самого сильного мага в королевстве.

Я не сдержалась и коснулась губами его оголенной шеи. Он выглядел таким измотанным и слабым, но взгляд его, смелый и сосредоточенный, сводил с ума. Я покрывала мелкими поцелуями его кожу, чувствуя, как его руки сжимают мою талию.

— Я люблю тебя, Шин, — прошептала я в его губы.

— А я тебя, моя Эллин, — ответил он, прижимая меня к себе так крепко, будто боялся, что я снова исчезну.

Конь мчался вперед, а мы, окруженные магией и друг другом, наконец-то были вместе.

До деревни добрались быстро. Спешились, и тут же Шин, ослабленный после оборотней, упал.

— Извини, — хрипло произнес он. — Сегодня не выйдет…

И потерял сознание. Я сжала его ослабевшее тело в своих руках. Тогда в старосты нет никакого смысла задерживаться. Попросила провиант и отправилась дальше. Шин не приходил в себя, я чувствовала, как его бьет озноб. Я гнала коня так быстро, как только могла, не останавливалась ни на минуту. Быстрее добраться хотя бы до города, а лучше до замка, и избавить его от жара.

Шин сидел за мной, тьма вокруг удерживала его, чтобы не упал, но я все равно переживала за него. Ничего, теперь все будет хорошо.

На закате очередного дня вдали показались огни города. Я влетела в ворота, но стража даже не пыталась остановить меня. Нашла дом родителей и только там остановилась. Мама вышла навстречу и ахнула, увидев меня с Шином.

— У него жар, помогите, прошу, — произнесла я, осторожно спускаясь на землю.

— Конечно, конечно, Эллин, — мама помогла мне опустить Шина, а после я отнесла его в дом левитацией.

К счастью, у родителей была отдельная комната, где мы могли остаться. Набрала полный чан теплой воды, а после вернулась к Шину. Одежда жутко мешала. Еще и накидка… Я сняла с себя все и переоделась в легкое ночное платье на тонких бретельках. Вернулась к Шину. Приложила ладонь к его лбу. Кажется, жар немного отступил и теперь сменился холодом. Его бледное спокойное лицо заставило мое сердце сжаться от боли.

Я сняла с него всю одежду, кинула ее на пол, подальше. Потом сожгу вовсе, слишком уж она пропиталась силой темного леса. Как и мое платье. Кожа Шина оказалась холодной, как ледышка. Бедный мой князь, как же я могла его оставить. Я осторожно опустила его в чан с теплой водой. Горячую мама посоветовала не использовать, слишком уж Шин замерз. Коснулась губами его лба. Жар определенно отступил. Но понять это прямо сейчас было невозможно. Принялась растирать его тело, смывая грязь и намыливая мылом. Жалость, невероятная жалость заставляла меня делать все это. Провела ладонями по его сильной груди, опустилась ниже, к прессу и рукам. Не так давно он носил меня. Какой же он сильный… Коснулась его мышц. Смыла с него первый слой пены и снова набрала воды в чан. Перешла еще ниже. Вымыла ноги, тщательно убирая грязь темного леса вместе с магией оборотней. Его нагота больше не пугала меня, напротив возбуждала еще больше. Мои ладони источали свет яркий и ничем не стесненный, и от него раны на теле Шина затягивались.

Я боялась, что Шин очнется раньше времени и погрузила его в магический сон. Он поможет восстановиться быстрее. Он должен стать идеальным для меня в эту ночь и потом, на многие годы вперед. С трудом и не без помощи магии я насухо вытерла его и переодела в ту одежду, которую мне дала мама. Снова белая рубашка и штаны. На удивление этот цвет шел ему, как и черный.

Левитацией переместила его в спальню и уложила в постель. Легла на его грудь и тихо с нежностью произнесла:

— Шин, просыпайся. Мы дома.

Раздалось мычание, и он открыл глаза. Такие родные теперь темные глаза. Шин первые мгновения озирался по сторонам, а после перевел недоуменный взгляд на меня. Испуга не было, только шок и непонимание.

— Когда мы здесь оказались? — спросил он, наконец, протягивая руку ко мне и касаясь широкой ладонью моих волос. — И где мы? Это же не замок…

— Я привезла тебя. Ты был очень ослаблен, пришлось погрузить в целебный сон, — я только улыбнулась касаясь ногтями его широкой груди. — Мы у родителей, в городе.

— И ты снова светлая, — он обнял меня обеими руками, и я ощутила себя самой защищенной девушкой во всем королевстве. — Не отпущу тебя. Никогда, моя любовь.

Я тихо рассмеялась. Не думала, что великий князь тьмы может быть таким милым. Подтянулась выше и легла на него всем телом. Легко помялась бедрами о его и почувствовала, как быстро появилось его желание. Даже глаза тут же начали сверкать жадным блеском.

— Ты же знаешь? — он подтянул меня выше и впился губами в шею, со всей страстью, что сдерживал раньше. Он так хотел этого еще с самой первой встречи. И теперь я могу ему дать эту ночь.

— Знаю, Шин, — я отстранилась, рассматривая его лицо, а после впилась в его губы своими.

Он грубо разорвал поцелуй, принялся жадно впиваться в мою кожу. А я не могла сдержать тихие стоны. Пока тихие. Черт, мы же не в замке. Я отстранилась от него, тяжело дыша.

— Шин, родители услышат… надо поставить.

— Сейчас, — он только взмахнул рукой и тут же комната стала закрыта от чужих ушей и глаз.

А после Шин вернулся ко мне. Даже глаза его говорили мне не сдерживаться ни секунды. Расширенные зрачки и жадные поцелуи, которыми он покрывал мое тело. Мой Шин, как же я скучала. Он поднимал меня, продолжая оставаться снизу, но тут же резко подмял под себя и одним движением стянул с меня платье. Откинул его в сторону и уставился на мое обнаженное тело. А после взял один сосок в губы и жадно прикусил его.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Шин! — вскрикнула я, а он слегка отстранился с довольной улыбкой и перешел ко второму.

Он начал методично изучать мое тело. Впивался жадными поцелуями в кожу, оставлял засосы, которые совершенно точно будет видно завтра. Ну и пусть. Пускай все в этом дряном королевстве знают, каков в постели мой Шин. Да, я абсолютно точно могла называть его своим. Своим князем, своим темным.

Шин грубо развернул меня и принялся покрывать поцелуями спину. Перешел ниже, смял сильными ладонями мой зад. А после раздался удар. Жесткий и грубый. Я вскрикнула, но ничего не сказала. Интересно, было прочувствовать свои ощущения. Я знала, что он остановится, как только я это скажу. А заняться чем-нибудь новым чертовски хотелось. Еще один удар. И новый. А после мягкие, касания его губ. Я издала тихий стон, расслабляясь под его теплыми пальцами.

— Не хочешь? — спросил, переворачивая меня на спину.

Ну конечно, я хочу. И еще смеет спрашивать. Я уже физически ощущала, как моя темная магия стремится вырваться наружу, но пока сдерживала ее. Хотела прочувствовать все через свет. А после поиграюсь с ним и по-другому.

Быстрыми движениями расстегнула рубашку и сняла, открывая себе вид на его оголенную грудь. Еще несколько часов назад я мыла его, а теперь. Я резко и жадно впилась губами в его и повалила назад. Он скинул с себя рубашку и теперь уже я принялась покрывать его тело поцелуями. Приблизилась к его уху и томно прошептала:

— Спасибо, что показал, какого это.

— Эллин… — он только и смог что выдохнуть мое имя, пока я уже снимала его брюки.

Пара минут и он лежал передо мной почти полностью обнаженный. Впрочем и на мне оставалось нижнее белье. Его я тоже сняла. Не хочу затягивать. Хочу его всего сейчас. Я коснулась губами нежной кожи и такого напряженного члена. Может быть… я провела руками по его груди, наклонилась к уху и тихо прошептала:

— Быть может ты хочешь, чтобы я попробовала тебя на вкус?

— Как пожелаешь, моя Эллин, — прохрипел он, а я опустилась вниз. Темная магия уже во всю поглощала нас обоих, я отпустила и ее и свой свет. Отпустила все убеждения и предрассудки. Он мой, а я его. И больше нас ничего не разлучит.

Ощущать его пульсацию внутри было неприятно, но я провела пару раз языком и поднялась прежде чем он успеет излиться. Откинулась назад, предоставляя ему свободу действий. Прелюдии не было. Шин просто вошел в меня резко, отчего я вскрикнула. И принялся беспорядочно двигаться, ища нужный ритм. Толчки его стали жестче и яростнее. Он наклонился к моему уху и прорычал, требуя повиновения:

— Кричи. Мое. Имя.

И я застонала от этого приказа. От его приказа. Мои стоны становились все громче, пока он приближал меня к оргазму. Я звала его, требовала больше и больше. И, наконец, ощутила, как он излился прямо в меня полностью. Никогда ранее я не ощущала ничего подобного. Наша сила слилась воедино, я почувствовала эту желанную разрядку. И снова выкрикнула его имя. Он вышел, падая рядом. Сил не осталось у нас обоих. Мы тяжело дышали, отдыхая. А после начали с новой силой. Он входил в меня несколько раз и с каждым разом становился все грубее и жестче. Кажется, ночь все не кончалась.

Где-то пробило полночь, и он снова покрывал поцелуями всю меня, раззадоривая и дразня. И снова вошел во всю длину. Я кричала его имя, просила еще и еще. Кажется, я никак не могла им насытиться. Неделя, всего неделя вдалеке от него заставила меня отдаться ему в полной мере. Покориться. Я хотела его. И даже этой ночи мне стало мало. Но теперь я знала, что такая ночь у нас будет не одна.

Казалось, ночь длилась бесконечно, а уснули мы только под утро. И спали, наверное, сутки. Усталость от долгого пути взяла свое. Только на следующее утро мы пришли на завтрак.

Глава 10.2

— Вы отдохнули? — спросила мама, когда мы сели за стол. Тут же к нам присоединился и отец.

— Да, спасибо за помощь, — я кивнула и принялась за еду.

Долгое время все молчали и, как только закончили трапезу, Шин сжал мою ладонь в своей и обратился к отцу.

— По традиции королевства отец должен выбирать для своей дочери достойных женихов, но я бы хотел нарушить эту традицию. Господин Элларис, позволите ли вы взять в жены вашу дочь, Эллин? — спросил Шин, при это смотрел он прямо в глаза отца.

Тот задумчиво посмотрел сначала на Шина, а после на меня. Я крепче сжала ладонь любимого, а в мыслях молилась о том, чтобы отец позволил.

— Только если моя дочь согласится.

Мы с Шином посмотрели друг на друга. Его темные глаза источали столько любви и тепла, что я не удержалась и поцеловала его. Моего Шина.

— Ты согласна стать моей женой? — спросил он, мягко коснувшись моего лица.

— Согласна, — ответила я, опуская голову на его плечо.

— Тогда я дарую вам свое благословение.

Я ощутила, как вокруг нас заструилась магия, а на руках появились золотистые с темным браслеты. Наши свет и тьма сплелись воедино и союз стал закреплен. Теперь я его невеста, а совсем скоро стану и женой. Дориан и дедушка наверняка уже давно вернулись в замок. Мы остались у родителей на еще одну ночь, а после собрались и отправились в замок.

— Как Дориан? — спросил Шин, как только мы покинули город.

Я поморщилась от неприятных воспоминаний.

— Более чем хорошо, — ответила без энтузиазма.

— Между вами что-то произошло? — не укрылась от Шина моя неприязнь.

Вот и как ему сказать? Так и ответить: «Твой брат намекал на близость?» Или лучше промолчать. Я не могла поднять на него взгляд, смотрела только вперед. Внезапно он коснулся моей руки, отчего я вздрогнула.

— Эллин, любовь моя, расскажи. Не бойся, я не стану злиться.

Его голос был таким тихим и вкрадчивым, что я сдалась. И все ему выложила. Дальше мы ехали молча. Лицо Шина стало непроницаемым, но я явственно чувствовала его гнев. Такой же, как тогда в гостинице.

— Он твой брат… что сделаешь с ним? — все же спросила, когда ждать его слов стало просто невыносимо.

— Потом решу. Сначала хочу увидеть его и убедиться, что он жив и здоров.

До замка добрались к вечеру. Дедушку и Дориана нашли в библиотеке.

— Ну здравствуй, братишка, — Шин подошел к Дориану, похлопал того по плечу и осмотрел беглым взглядом.

— Здравствуй… — Дориан неловко кивнул, посмотрел на меня и тут же опустил взгляд в пол. Стыдно наверняка за то, что мне предлагал. Теперь же на мне была метка невесты и никто не имел права даже намекать мне на близость. А уж тем более касаться меня. За такое Шин законно свернет голову.

— Вижу ты хорошо себя чувствуешь, — начал Шин и продолжил на кивок брата. — Значит теперь тебе не обязательно быть здесь. Я не стану наказывать тебя слишком сильно за то, что ты пытался предложить моей невесте, но из замка ты вылетишь сразу после свадьбы, понял?

Голос его звучал холодно и зло, а Дориан только судорожно кивнул. Шин отпустил его и вернулся ко мне. А я уже села за стол и положила голову на руки, наблюдая за этой сценой. Думала, Шин сделает брату хоть что-то. А он так, только ничего не значащее обещание.

— Мы еще поговорим с ним наедине, не бойся, — шепнул мне на ухо Шин, устраиваясь рядом. А после сказал уже громче. — Рассказывайте, что сказал король и совет магов.

Начал дедушка. Маги дали разрешение на проведение церемонии, а вот король не смог принять нас и нашу власть. Сопротивление у него, ага, как же. Как только Дориан прибыл в столицу и при всем совете рассказал обо мне с Шином, часть сопротивления тут же сказала, что покидает его. А на обратном пути некоторые люди и вовсе стали уезжать из столицы. Я только рассмеялась на эти слова. Король давно уже растерял реальную власть, но никто даже не подозревал об этом. Конечно, в столицу нам ехать никто не разрешил, так что провести церемонию решили здесь, в этом замке. К счастью, совет магов оказался куда более раскрепощен. Некоторые маги даже пообещали приехать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 11

К празднику мы готовились с размахом, и, хотя Шин запретил мне хоть как-то участвовать в украшении замка, я не могла отказать себе в удовольствии все контролировать. Он лишь вздыхал, ловил меня за талию посреди коридора, утыкался носом в макушку и шептал с той теплой, чуть усталой интонацией, от которой у меня всегда сладко сжималось сердце:

— Ты невыносима, Эллин. Это наш день. Пусть он пройдет не в твоих тревогах, а в ожидании чуда.

Но я все равно тайком проверяла, как вешают ленты, договаривалась с поварами о меню, спорила с распорядителем о расстановке столов. Тогда Шин сдался, поцеловал меня в висок со вздохом обреченного и отправил… в город. С мамой. Выбирать платье. Родители приехали, едва получив послание о дате свадьбы. Отец делал вид, что не растроган, хмурил брови и ворчал что-то о «молодежи, которая вечно спешит», но я видела, как блестят его глаза. Несмотря на благословение, он ожидал, что мы подождем еще хотя бы месяц. А мама расплакалась сразу, как переступила порог замка, и потом еще час успокаивалась с платочком в руках.

Погода стояла невероятная. Солнце отражалось в витражах замка тысячами разноцветных искр, а ветер доносил запах полевых цветов. Мы отправились в ателье к полудню, когда тени стали короткими, а воздух тягучим и сладким. Я не хотела готовое платье, мне казалось, что фабричная вышивка не сможет вместить в себя все то, что я чувствую. Слишком много всего накопилось в душе за эти дни: счастье, страх, надежда, и немного той светлой печали, когда понимаешь, что жизнь никогда уже не будет прежней.

Несколько часов мы перебирали фасоны. Портниха приносила все новые и новые эскизы — пышные и строгие, кружевные и лаконичные, с кринолинами и с гладкими силуэтами. Но все было не то. Либо рукава душат под мышками, либо лиф застегнут до самого горла, либо юбка шуршит как прошлогодняя листва. Мама терпеливо перебирала образцы тканей, ее пальцы скользили по шелку и парче, а я сидела на пуфе посреди завалов кружев и чувствовала себя не на своем месте. Хотелось домой к Шину. И надеть то самое платье, которое он выбрал для меня в первый раз.

— Нет, так не пойдет, — произнесла мама, когда я отложила очередной вариант в сторону и отодвинулась от него, будто он мог меня укусить. — Эллин, дорогая, чего бы ты сама хотела? Не что «принято» или «положено». А чего хочет твое сердце?

Я задумалась. Провела пальцами по холодному стеклу витрины, где стоял манекен в кружевах цвета слоновой кости. И вдруг пришло озарение такое яркое, как вспышка магии.

— Что-то пышное, в пол. Чтобы ткань дышала, чтобы я могла танцевать и не задыхаться. Но грудь… — я запнулась, чувствуя, как щеки теплеют под маминым внимательным взглядом. — Грудь не должна быть прикрыта слишком сильно. Я хочу чувствовать себя женщиной, счастливой и желанной. А не куклой в футляре. И никаких длинных рукавов. Никаких. Максимум — кружево до локтя.

— Думаю, у нас есть кое-что похожее, — портниха, худая эльфийка с шпильками в седых волосах и острыми, как у птицы, глазами, принесла несколько зарисовок. На одном из них я замерла, будто увидела призрака.

Это был силуэт, напоминавший цветок в момент распускания. Лиф похож был на мягкие волны: открытые плечи, глубокое, но не вульгарное декольте. Юбка — многослойная «пачкой» из тончайшего шелка, а сзади не слишком длинный шлейф.

— Да! — выдохнула я, прижимая лист к груди так сильно, что хрустнула бумага. — Да, это. Это то, что нужно. Только… — я подняла глаза на маму, потом на портниху. Внутри заворочалась магия, а вместе с ней и предвкушение: нетерпение, смешанное со страхом. — Платье должно быть черно-белым. Но не постоянно. Хочу, чтобы оно менялось от влияния моей силы. Переливы от белого к черному и наоборот. Можно так сделать?

Мама улыбнулась легко и радостно от того, что я наконец определилась с будущим нарядом. Портниха медленно кивнула, прищурилась, закусила губу, а после произнесла:

— Можно, девочка. Мы все сделаем, хотя это и займет уйму времени.

Я кивнула и в счастливом порыве схватила маму за руки. У меня будет самое лучшее платье невесты! Самое потрясающее! Платье обещали к завтрашнему утру, к самой церемонии. Мы поблагодарили мастерицу, я оставила щедрые чаевые, и мы вышли на солнечную мостовую.

Кошель нам выдал Шин с напутствием, от которого мама покраснела, а я рассмеялась: «Ни в чем себе не отказывайте. Если Эллин не потратит хотя бы сотню золотых, я сочту этот день неудачным. Я хочу, чтобы ты сияла. Сияла так, чтобы сам король позавидовал». Мы и не экономили. Не распылялись абы на что, но выбирали самое лучшее.

Кроме свадебного наряда купили три платья на каждый день — легкие, струящиеся, цвета утренней зари и сумерек. Для приемов — строгие бархатные с глубокими вырезами на спине. Две пары туфель: одну для балов, а вторую одна для утренних прогулок по замку. И среди всего этого великолепия — те самые, на высоком каблуке, с открытой пяткой и тонкими ремешками, обвивающими щиколотку, словно ласковые, но крепкие змеи. Я влюбилась в них сразу, как только увидела в витрине маленькой лавчонки, зажатой между мясной и свечной. Хозяин долго охал, что «товар особый и такие туфли не каждому клиенту подойдут». Но подошли. Идеальные для моего свадебного платья.

Главной находкой стала диадема. Мы набрели на антикварную лавку почти случайно — мама хотела купить ленту для волос, а я заглянула в темную арку и увидела мерцание драгоценностей в глубине подвала. Лавка ютилась в полуподвальном помещении старой башни, где пахло вековой пылью, сухими травами и еще чем-то древним, почти забытым. Хозяин ее долго на меня смотрел, не мигая. А потом молча выложил на бархатную подушку нечто невероятное.

Диадема сияла. Сплавом платины и черного серебра, переплетенных в сложный узор, напоминающий кружево или инеевый рисунок на стекле. Камни переливались от молочного, прозрачного опала до глубокого, почти черного аметиста, и когда я взяла ее в руки все вокруг померкло. Диадема будто бы соединяла в себе и свет, и тьму: один край ее тихо сиял ровным, ласковым светом, а другой вбирал в себя тени, сгущал сумрак.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Наследие древних, — прошамкал хозяин. — Редкая вещь, девонька. Не каждому продаю. Когда мне ее отдали, сказали, что она сама выбирает носителя. Если примет вас — удвоится силу, а если нет — иссушит за одну ночь. Оставит горстку пепла и все.

Он усмехнулся, а мама побледнела и потянула меня за рукав, пальцы ее дрожали.

— Эллин, не надо. У нас есть драгоценности, деньги, мы можем купить что-то обычное…

Но я не могла отказаться от такой красоты. Потянулась рукой к диадеме и надела ее. Мир вокруг изменился мгновенно. Магия внутри меня стремилась вырваться наружу, а груди разлилось тепло. Это совершенно точно была моя диадема, и она ждала этого дня так же, как и я.

— Она тебе так идет, Эллин, — выдохнула мама, и в ее голосе смешались гордость и испуг. — Ты словно… королева из преданий. Та, про которую слагают баллады.

Я купила диадему не раздумывая. И туфли, и платья, и тонкую подвеску в форме падающей звезды, которая легла на ключицы как прохладный поцелуй и тут же нагрелась от моего тепла. Хозяин лавки, прощаясь, поклонился мне в пояс. Я не поняла почему. Поняла только потом, когда мама шепнула, что такие вещи не продают просто так. Их дарят только достойным. И я совершенно точно была достойна ее.

Только к вечеру мы вернулись в замок. Солнце скрывалось за шпилями, окрашивая небо в цвета старого золота. Сначала я решила, что мы ошиблись замком, настолько все преобразилось. В коридоры, обычно сумрачных, теперь горели тысячи свечей в черных, кованых подсвечниках. Ленты — белые и черные, тонкие, как паутина, — змеились по перилам, свисали с карнизов, обвивали колонны. А под потолком, в вышине, парили призрачные светлые феи, созданные кем-то из магов. Замок стал пропитан ощущением праздника.

Гостям выделили комнаты — всем, от старейшин до дальних родственников, которых я видела впервые в жизни. Дориана, к моему молчаливому раздражению, оставили в той же спальне, где он жил раньше. Шин сказал, что следит за ним: «поставил маячки, и если брат сделает хоть шаг не туда, узнаю первым». Но я все равно вздрагивала, когда слышала его шаги в дальнем коридоре. После того, что Дориан пытался мне предложить в ту ночь… после его слов, после его прикосновений, от которых до сих пор мурашки ползли по спине от отвращения… Не хотелось даже думать. Я велела себе забыть. Но тело помнило его пальцы.

Шин запретил мне появляться в тронном зале до церемонии. Он только поцеловал меня в лоб, прижал к себе так крепко и шепнул в макушку:

— Позволь приготовить тебе сюрприз, Эллин. Ты все увидишь завтра. А сейчас я тебя не пущу, даже и не пытайся.

— А если попытаюсь? — усмехнулась я.

— Тогда придется тебе первую брачную ночь провести вдали от меня, — он рассмеялся и потрепал меня по волосам, а после продолжил уже серьезно. — Я понимаю, любимая, что тебе очень хочется увидеть все своими глазами. Подожди немного. Совсем чуть-чуть.

Я только кивнула. Очень хотелось узнать, что же он приготовил для меня, но решила, что узнаю сейчас и тогда сюрприза не получится. Потому отправилась заниматься другими делами, а их хватало с избытком. Хоть Шин и взял практически все на себя, он не мог быть в разных местах одновременно.

Я распределяла гостей по комнатам, проверяла меню, мирила распорядителя с экономкой. Благо, комнат в замке хватало и все гости остались довольны. Подвал же Шин поручил брату. Я старалась не думать, что Дориан там делает. Надеялась, что он просто сидит тихо и выполняет ровно то, что поручил Шин. Только вот оставаться спокойной оказалось сложно, и я вздрагивала каждый раз, когда проходила мимо лестницы вниз.

Глава 11.1

Только вечером, когда последний гость был устроен, свечи в коридорах начали медленно менять цвет с золотого на серебряный, я позволила себе выдохнуть.

Вернулась в нашу спальню и опустилась в кресло. Шина пока не было, зато в соседней комнате уже ждал полный чан горячей воды. Пар поднимался к высокому потолку, растворяя запахи ладана, розового масла и чего-то еще терпкого. Я неспешно сняла дневное платье, осталась в тонкой сорочке и посмотрела на свое отражение. Растрепанная, с покрасневшими глазами, с легкой синевой под глазами, но до безумия счастливая. Губы сами растянулись в улыбку. Теперь можно расслабиться. С этой мыслью я опустилась в воду.

Она давала расслабление после тяжелого дня. Я откинулась на край, закрыла глаза и позволила пене растечься по плечам, по груди, по рукам. Я забыла о времени, лишь наслаждалась собой и последним днем той старой жизни, где оставалось сопротивление и корона. Смотрела, как лопаются мыльные пузырьки, как играет свет магических сфер, парящих под потолком. И думала о нас с Шином, о нем, о завтрашнем дне. О том, как он возьмет меня за руку у алтаря, и наши пальцы сплетутся так же крепко, как наши судьбы.

Шин вошел как всегда бесшумно. Я почувствовала его раньше, чем услышала или увидела: его сила потянулась ко мне, а моя к нему. И тогда я открыла глаза.

Шин стоял в проеме двери, прислонившись плечом к косяку, и смотрел на меня. Тепло, нежно и в то же время изучающе.

— Шин… — я потянулась к нему, и вода плеснула через край, заливая каменный пол. — Я скучала. Кажется, мы не виделись целую вечность.

— Я тоже, Эллин. И это было невыносимо, — его голос был низким, с хрипотцой, как после долгого молчания. — Находиться вдали от тебя просто пытка.

Он стянул рубашку одним плавным движением, и я засмотрелась на его сильную фигуру. Расстегнул брюки — медленно, смакуя момент, и я невольно перестала дышать. Он закрыл дверь, и щелчок замка прозвучал, как приговор. Никто не войдет. И никто не нарушит этот вечер.

Он подошел, сел на край ванны, и мрамор жалобно скрипнул под его весом. Шин взял мою мокрую ладонь. Поцеловал и опустил, а после вторую.

— Тебе помочь? — спросил он, осторожно касаясь моих плеч.

Я кивнула. И он начал растирать мою спину. Все он делал медленно, позволяя мне запомнить момент. И ощутить себя в безопасности. Он надавливал там, где мышцы затекли, где ныла поясница и оставалось напряжение последних дней. Я закрыла глаза, и внутри разлилась такая глубокая, теплая нега, какой я не знала прежде. Словно все тревоги таяли под его ладонями, превращались в пар, и улетали в потолок. Он смыл пену с плеч, с ключиц, провел губами по мокрой шее, и я вздрогнула, выдыхая его имя.

— Тише, тише, — шепнул он, а по спине пробежали мурашки. — Сегодня я просто хочу заботиться о тебе, как о своей невесте. О своей девушке. Запомни этот вечер.

Я только кивнула, принимая его заботу. Шин поменял воду. Новая, свежая, с травами, мятой, ромашкой и чем-то горьковатым, полынным обожгла кожу приятно, заставила расправить плечи. А потом он начал покрывать мое тело поцелуями. Медленно, нестерпимо медленно, так, что я начала задыхаться от одного только ожидания.

Его губы коснулись моих век. Потом — переносицы, кончика носа, ямочки над верхней губой, уголка рта. Мой рот приоткрылся в ожидании, но он ушел дальше — по скуле, к уху, поймал мочку, легонько сжал зубами. Я ахнула, а он только поцеловал укушенное место. И наверняка улыбнулся. А после спустился ниже. Шея, ключицы. Он задержался, втягивая кожу, оставляя следы, что потом будут гореть весь вечер.

Каждый поцелуй жил своей жизнью. Один — нежный, почти робкий. Другой — чуть насмешливый, с прикусом. Третий — требовательный, собственнический. Четвертый — смиренный, как у просящего прощения. Я схватила его за волосы, притянула к себе и впилась в его губы, отдавая все: всю любовь, всю боль от того, что мы так долго шли к этой ночи, всю благодарность и всю жажду его. Да, я до безумия хотела получить его всего. Без остатка.

И Шин отвечал. Сначала осторожно, потом все откровеннее и глубже. Наши языки сплелись в медленном, тягучем танце. Я чувствовала, как его сила бурлит вокруг и сливается с моей собственной. Тьма окружала нас, а я выпускала на волю весь свой свет.

Я отстранилась первой, тяжело дыша, чувствуя, как вода остывает, а тело горит. Осторожно вылезла из ванны, опасалась поскользнуться. Вода тонкими, прозрачными дорожками стекла по ногам и бедрам. Шин накинул на меня халат из черного шелка — холодного и гладкого, и ткань нагрелась от моего жара. Шин тут же уткнулся носом в шею и вдохнул так глубоко, жадно, будто я осталась последним источником воздуха на всей земле.

— Люблю тебя, Эллин, — пробормотал он, и слова эти прокатились по позвоночнику разрядом чистой магии.

Я погладила его по волосам. Черные, жесткие пряди, пахнули дымом и сосной. Мой Шин. Такой властный, опасный для целого мира, но в то же время нежный и заботливый рядом со мной, такой податливый в моих руках.

— И я тебя люблю, — прошептала я. — Люблю до безумия. Мой Шин.

Снова поменяли воду. Теперь в чан опустился он. Я хотела было помочь, но он только покачал головой, и я устроилась на широком резном стуле, где лежали его вещи. Поджала под себя ноги и укуталась в халат. Смотрела, как вода стекает по его спине — по мощным лопаткам, впалому позвоночнику, по ягодицам. Как напрягаются мышцы, когда он трет затылок. Как капли срываются с волос и падают в воду, разлетаясь множеством брызг. Мне хотелось подойти, обнять, прижаться щекой к мокрой спине и слушать, как бьется его сердце. Но он бросил на меня лишь один строгий взгляд, и я осталась на месте. Послушная. Сегодня я буду послушной для него.

Когда он закончил, я протянула ему чистое белье и рубашку, на этот раз не черную, а темно-синюю, расшитую серебряными нитями по вороту. Он оделся, неспешно застегнул пуговицы, поймал мой взгляд и коротко поцеловал в шею. А потом легко поднял меня на руки, как перышко, и понес к кровати. Уложил на прохладные простыни, укрыл одеялом и устроился рядом, обнимая так, чтобы я чувствовала каждый дюйм его тела через ткань.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я провела было ладонью по груди и хотела уже поцеловать его, но он перехватил меня на полпути и мягко, но твердо отвел.

— Шин… — в моем голосе прозвучало такое разочарование, что я сама удивилась. — Что-то случилось? Ты… не хочешь?

Он улыбнулся теплой и чуть виноватой улыбкой. Прижал меня к себе крепче, накрывая нас обоих одеялом.

— Хочу, дорогая Эллин. Хочу тебя больше жизни, — его голос вибрировал в груди, передаваясь мне через щеку. — Но завтра будет трудный день. Ты должна быть полна сил, а если я начну сейчас… — он усмехнулся, низко и хрипло, — я не смогу остановиться. И ты проспишь церемонию.

Я хотела возразить, сказать, что мне все равно, что я готова пожертвовать сном, но он приложил палец к моим губам.

— А послезавтра, — прошептал он, и его зрачки расширились так, что в них утонул весь свет, — я не выпущу тебя из этой постели, пока ты не станешь умолять о пощаде.

Он улыбнулся, а я шутливо стукнула его подушкой, и тогда он засмеялся. Свободно, легко, как не смеялся никогда раньше. А потом я уткнулась в его плечо, закрыла глаза и заснула под мерный, надежный стук его сердца.

Глава 12

Утро началось с беготни. Мама пришла в шесть утра, с кружкой травяного чая и решительным выражением лица, которое я знала с самого детства. И повела меня в комнату, которую мы выбрали для моей подготовки. Платье уже висело на манекене у широкого окна, залитого сероватым предрассветным светом. И я ахнула.

Оно переливалось. Сейчас, при этом холодном, еще ничего не обещающем освещении, было почти прозрачно-белым, с тонкими, едва заметными вкраплениями серого по подолу и по краю декольте. Когда я подошла ближе и коснулась ткани кончиком пальца, она замерцала, и по рукавам побежали серебряные нити.

— Оно потрясающее, — прошептала мама, и в ее голосе смешались восторг и благоговение.

— Безумно, — ответила я так же тихо. — Шин точно оценит.

Надевали мы его вдвоем, но все равно получилось долго, почти час. Сначала тонкий шелк, потом корсет. Мама затягивала шнуровку медленно, осторожно, спрашивая каждый раз, не больно ли.

— Нет, все хорошо, — отвечала я, хотя дышать становилось все труднее. Но это было приятное затруднение, как объятия, от которых не хочется вырываться.

Потом само платье. Многослойная, пышная, шуршащая, как листва, юбка и лиф. Он сел идеально, обнял грудь, оставляя плечи и ключицы открытыми, а декольте глубоким, но не вульгарным. Я посмотрела в зеркало и не узнала себя.

Из отражения смотрела женщина. Не девушка, не волшебница сопротивления, а женщина. Теперь я видела в себе и нежность утренней зари, и опасность полуночного леса. И очень надеялась, что Шин тоже это увидит. Диадема света и тьмы легла на лоб как корона. Подвеска-звезда покоилась в ямочке между ключиц. Туфли обвили лодыжки, и когда я сделала первый шаг, по полу разлился мягкий, серебристый свет — платье откликнулось на мою силу и заискрилось.

— Идеально, — сказала мама и заплакала. Слезы катились по ее щекам, и она не вытирала их.

— Мам… — я шагнула к ней, взяла за руки, — не плачь.

— Это слезы счастья, Эллин. Ты сегодня самая красивая невеста на свете.

Шина одевали отец и Дориан, но отец потом еще долго ворчал, что Дориан все норовил затянуть пояс туже обычного, и сыпал темными намеками, на которые Шин лишь усмехался сухо и холодно. У всех от этой усмешки сердце застывает от страха.

— Брат, сосредоточься на пуговицах, а не на моих желаниях. В отличие от тебя, я способен взять их под контроль, — сказал он, и Дориан замолчал, но перед этим скривился, поняв намек.

Церемония началась ровно в полдень.

Солнце стояло в зените, и когда двери тронного зала распахнулись, в глаза ударил свет не обычный, а магический, сотканный из тысяч сфер, костяных рук и отблесков от хрустальных люстр. Мама вела меня под руку, и ее пальцы были теплыми и чуть влажными от волнения. Мои ноги дрожали мелкой, предательской дрожью но не от холода, нет, от того, что внутри все сжалось в тугой узел. Волнение окатило с головой, сердце колотилось где-то в горле, а в ушах шумело, как перед обмороком.

Я боялась. Боялась упасть на этих высоченных каблуках. Боялась забыть слова клятвы. Боялась, что все это лишь сон, прекрасный, желанный, и сейчас я проснусь в своей старой комнате в замке, и свадьба, и Шин, и магия — все исчезнет, как утренний туман.

Но мама сжала мою руку крепче, и я шагнула вперед.

Черный туман стелился по полу ледяной и будто живой, он касался моего подола, и платье в ответ вспыхивало белым, освещая путь. Под потолком парили костяные руки, изящные, почти кружевные, каждая с тонкими фалангами, с идеально ровными ногтями. И в каждой ладони горела белая сфера, мягкая, как лунный свет. Руки были облачены в рукава с рюшами. Белое, воздушное кружево на черных руках выглядело одновременно жутко и прекрасно, как картина старого мастера.

Я шла по проходу между гостями, чувствуя на себе сотни взглядов — любопытные, умиленные, завистливые, восхищенные. Но я видела только одного.

Шина.

Он ждал у алтаря, одетый в черный камзол с серебряной вышивкой, без обычной своей маски холодного, расчетливого повелителя. Волосы были зачесаны назад, открывая высокий лоб и острые скулы. Он не улыбался, но я ощущала его свет. И он был так ярок, что даже сферы под потолком меркли. Он смотрел на меня, и в его глазах стояло такое жаркое, такое всепоглощающее «наконец-то», что я чуть не заплакала.

Мама передала меня ему, поцеловала в щеку и отошла к отцу, который тут же обнял ее за плечи. Пальцы Шина сомкнулись на моих. Он сжал их так сильно, будто боялся, что я исчезну.

— Ты прекрасна, Эллин, — шепнул он так тихо, что услышала только я. — Все мои сны меркнут перед тобой.

— Как и ты, Шин, — шепнула я в ответ, и он чуть заметно усмехнулся.

Верховный маг — старик с длинной седой бородой и лукавыми светлыми глазами — поднял руки к потолку, и шум в зале стих мгновенно. Наступила такая тишина, что я слышала, как потрескивают свечи.

— В присутствии трех старейшин, — голос мага гремел, хотя губы почти не двигались, — я призываю силы Света и Тьмы, чтобы засвидетельствовать этот союз. Две силы сегодня сольются воедино ради счастья друг друга.

В его ладонях вспыхнули две сферы. Одна — ослепительно-белая, живая, пульсирующая. Другая — глубокая, как космос, черная, в которой, казалось, утонули все тени мира. Я с благоговением смотрела на них, а после мы опустились на колени. Холод каменного пола ощущался даже через несколько слоев юбок. Я опустила голову, и в этот момент маг коснулся нашими головами сфер. Белая сфера легла на меня, черная — на Шина.

И мир поплыл.

Белый свет обвил меня — ласковый, теплый, как мамины руки, как летнее утро. Он проникал сквозь кожу и добирался до самого нутра. И там, в глубине, он встретился с тьмой Шина. Его сила ворвалась в меня, как холодный поток долгожданный и от этого бесконечно приятный. Тьма обвила мой свет, и они закружились в танце, сплетаясь и связывая нас воедино.

— Согласна ли ты, Эллин, соединить свою силу с силой Шина, быть рядом с ним в болезни и здравии, в бедах и радостях, в богатстве и нищете, в жизни и после смерти? — голос мага звучал отовсюду и слышали его в самых дальних уголках зала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Согласна.

— Согласен ли ты, Шин, соединить свою силу с силой Эллин, быть рядом с ней в болезни и здравии, в бедах и радостях, защищать ее от сил тьмы и света и от самого себя, если потребуется?

— Согласен, — его голос прозвучал как удар грома, низкий и оглушающий. В нем было столько уверенности в нашем союзе, столько силы, что я расслабилась и отдалась магии полностью.

Маг опустил руки на наши головы, и я почувствовала, как магия хлынула через меня. Поток светлой силы, вплетался в каждую клетку, сливался с силой Шина и пульсировал в такт сердцам. Я чувствовала его. Его страхи, надежды и стремления. Его любовь нежную и трепетную. Все наши мысли и чувства соединились воедино и стали единым целым.

Мы поднялись, Шин развернул меня к себе и взял мое лицо в свои ладони. В его глазах сияли огоньки счастья, которое передавалось и мне. Он наклонился ниже и с трепетом коснулся моих губ. Мягкий, нежный поцелуй, столь трепетный и от этого более приятный. Первый наш поцелуй в роли связанных силой. Шин целовал меня с таким благоговением, будто я была святыней, к которой нельзя прикасаться иначе.

Гром аплодисментов прокатился по залу, когда он отстранился. Люди кричали, свистели, хлопали. Кто-то плакал. Кто-то смеялся. А я смотрела на Шина. На моего Шина. Теперь только моего.

Потом был бал. И наш первый танец — медленный, тягучий, почти гипнотический вальс. Шин вел меня легко, почти невесомо, несмотря на мою пышную юбку и свой тяжелый камзол. Я плыла за ним, доверяя полностью, закрыв глаза. Его рука лежала на талии — чуть ниже, чем полагается, сжимая и намекая на скорую близость. И через ткань платья я чувствовала жар его ладони. Он кружил меня, и юбка взлетала серебряным облаком, а тьма на подоле смешивалась со светом, переливаясь и будто бы танцуя вместе с нами. Мы двигались в такт, дышали в унисон, и мне казалось, что мы танцуем не в зале, а в центре вселенной, и звезды кружатся вокруг нас, подчиняясь ритму наших сердец.

После танца начались поздравления. Длинная, бесконечная вереница лиц, знакомых и чужих, улыбок, поцелуев в щеку, пожеланий. Я улыбалась, благодарила, сжимала протянутые руки, но уже через час голова начала кружиться, а ноги — ныть. Шин заметил первым. Он всегда замечал. Мягко коснулся моего плеча, и его голос, низкий, властный, не терпящий возражений, перекрыл гул толпы:

— Моя жена устала. Мы пойдем к себе. Дальнейшим праздником будут руководить мои помощники, — он махнул рукой на вампиршу в алом платье, кентавра с серебряной гривой и эльфа в зеленом, чьи глаза светились мудростью. Те поклонились, принимая бразды правления.

Глава 12.2

Мы вышли в коридор, и только когда тяжелые двери зала закрылись за нами с глухим стуком, я позволила себе выдохнуть. Так шумно и облегченно, что эхо разнеслось по каменным сводам, заставляя факелы вздрогнуть. Туфли невыносимо жгли ступни, каблуки шатались. Казалось, еще шаг, и я упаду прямо на холодный пол. Шин не сказал ни слова, только легко и привычно подхватил меня на руки и понес в наши покои. Казалось, этот путь будет длился вечно.

В комнате он запер дверь на два оборота ключа и магическую печать, лишь бы нас никто не потревожил. А потом развернулся, прижал меня к стене и впился в мои губы, подарив мне первый страстный поцелуй в новом статусе. В статусе его жены. Шин ждал его целый день, как и я. И я отвечала, вцепившись в его плечи, чувствуя, как платье мнется и шуршит между нашими телами, как корсет неприятно давит на ребра, а подвеска греет ключицы.

— Сейчас, — выдохнул он мне в губы, и его голос был низким, почти рычащим, — руки снимут с тебя туфли.

Сначала я не поняла. А потом моих лодыжек коснулось что-то теплое и невесомое — костяные пальцы, созданные из тьмы Шина. Я вскрикнула и дернулась от неожиданности, но Шин только сильнее прижал меня к стене, и его поцелуи перетекли с губ на шею, на ключицы, на плечи — туда, где кружево платья открывало кожу. Его язык рисовал на мне влажные дорожки, и каждая оставляла за собой горячий след. А руки тьмы тем временем жили своей жизнью: невидимые, но осязаемые, они скользнули по моим икрам, обхватили щиколотки, чуть сжали, пробуя. Я ощутила, как один костяной палец прошелся по своду стопы — от пятки до кончиков пальцев, посылая по телу волну дрожи, а затем ловко, с какой-то нечеловеческой грацией, распустил ремешки. Шин приподнял меня, и туфли соскользнули на пол одна за другой, ударились об пол, и я с облегчением выдохнула, чувствуя, как каменный пол холодит ступни. Но тьма не отступила: она гладила мои ноги, поднимаясь от щиколоток к коленям, задерживаясь на чувствительной коже, пока Шин целовал мою шею.

— Хорошо, — прошептал он и снова поцеловал меня, на этот раз мягче, дольше, смакуя каждое мгновение.

Руки из тьмы поползли выше. Они пробрались под ткань платья, скользнули по бедрам — сначала по внешней стороне, затем по внутренней, почти невесомо, но достаточно, чтобы я задрожала. Одна из них добралась до застежек на спине и принялась расстегивать крючки: один за другим, неторопливо, мучительно медленно. Каждое освобожденное колечко позволяло корсету распускаться все свободнее, и я наконец смогла вдохнуть полной грудью. Шин опускался все ниже. Его губы скользнули в вырез платья, оставляя на коже влажные, жгучие поцелуи, а тьма тем временем стягивала с моих плеч кружево, обнажая все больше тела.

Он целовал меня так, будто впервые пробовал на вкус: нежно и трепетно. Через тонкую ткань сорочки его губы нашли грудь, и я застонала, когда горячий рот сомкнулся вокруг затвердевшей вершины. Тьма при этом скользнула под сорочку снизу: костяные пальцы обрисовали изгиб талии, затем поползли вверх по ребрам, задерживаясь на каждой косточке, пока не накрыли вторую грудь. Я ахнула — ощущения были двойными, почти невыносимыми: его живой рот и призрачные, но такие настойчивые пальцы. Они сжимали, поглаживали, кружили, пока Шин ласкал меня губами и языком. Мои колени подогнулись, и только стена и его крепкое тело не давали мне упасть.

Ладонями он спустился по моему животу, по ребрам, по ямочке над пупком. А тьма все еще ласкала мою грудь, играла с сосками, пока его руки сжимали мои бедра. Я зарылась пальцами в его волосы, запрокинула голову, ударившись затылком о стену, но не почувствовала боли — все мои мысли занимал только он: его губы, его язык, его дыхание на моей коже, и эти призрачные руки, которые, казалось, хотели выучить мое тело наизусть.

— Я хочу тебя… — выдохнула я, когда он на миг поднял лицо, чтобы посмотреть на меня. — Хочу попробовать что-то новое. Хочу, чтобы ты был главным сегодня. А я буду твоей послушной светлой девочкой.

Он замер. А потом оскалился в дикой, первобытной улыбке, отчего по спине побежали мурашки, смешанные с жаром. И в тот же миг из меня, из самого нутра, рванулась тьма. Я выпустила ее без страха, во всю мощь. Она вырвалась наружу, а я, движимая этой силой, впилась в его губы своими. Страсть. Моей силой теперь стала только она.

Шин рывком скинул с меня остатки платья вместе с сорочкой, и они упали к ногам. В следующее мгновение он поднял меня и отнес к кровати. Опрокинул меня и тут же десятки невидимых рук прижали меня к постели. Не больно, а твердо и надежно, чтобы я не могла даже дернуться. Мои запястья, лодыжки, бедра, даже талия — все было зафиксировано, растянуто, открыто для него. Я машинально дернулась, но не могла даже пошевелиться. И это ощущение полной уязвимости, полной власти, отданной другому, ударило в голову.

А потом эти руки начали двигаться. Не держать, а исследовать. Одна, сотканная из тьмы, прошлась по внутренней стороне моего бедра вверх, задерживаясь у самой кромки. Другая обвела контур ключицы, спустилась между грудей, задела сосок — и исчезла. Я всхлипнула, когда третья рука коснулась моих губ, и невидимые пальцы проникли в рот. Я не могла сомкнуть губы, не могла отстраниться. Это было так странно, так остро и запретно, что из глаз брызнули слезы наслаждения.

Шин отстранился, встал надо мной во весь рост и смотрел долгим изучающим взглядом. А после медленно, смакуя, расстегнул свой камзол. Стянул рубашку, и я невольно засмотрелась на игру мышц в свете магических сфер. Брюки полетели в угол, и Шин приблизился ко мне. Он навис надо мной с хищной улыбкой.

— Чего бы ты хотела, Эллин?

— Чтобы ты стал сегодня главным, — прошептала я.

— Раз ты так хочешь, тогда стань сегодня моей послушной светлой девочкой, — произнес он, передразнивая меня. Опустился к самому моему уху. Горячее дыхание обдало кожу, и тут же я услышала его слова: — Скажешь, если станет плохо. Я не хочу, чтобы тебе было больно, Эллин.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Да, — выдохнула я, и тогда он начал эту ночь.

Резко поднялся надо мной, осмотрел и улыбнулся. Медленно, растягивая время и наслаждаясь моментом, он покрывал мое тело поцелуями. Начал с самых кончиков пальцев, перешел к запястьям и выше. А после вернулся обратно, отметил каждый выступ кожи на груди. Каждое прикосновение его губ оставляло за собой влажный след и дрожь, идущую от позвоночника к кончикам пальцев ног.

Тьма вновь ожила. Она обвивала мои лодыжки, поглаживала ступни, поднималась по ногам. Пока Шин целовал мою грудь, невидимые пальцы проходились по подколенным ямкам, по бедрам, по животу. Они не давали забыть о себе ни на секунду: сжимали бедра, гладили талию, скользили вниз, к самому средоточию жара, но так и не касались его, лишь дразня. Я стонала, ерзая настолько, насколько позволяли путы, и молила о большем.

Шин вернулся к лицу, оставил на нем мелкие, беспорядочные поцелуи. Прикусил ухо, отчего я невольно застонала. Он перехватил мои губы и впился в них. А после отстранился и опустился ниже. Он отметил каждую скулу, каждый выступ тела, а я не могла сдержать стон наслаждения. А руки тьмы все так же держали меня, но теперь они раздвинули мои бедра шире, зафиксировали колени, не позволяя сомкнуть ноги.

— Шин… пожалуйста…

— Сейчас, моя дорогая Эллин.

Он закинул мои ноги себе на плечи, и я почувствовала его дыхание внизу, где все уже горело и истекало от желания. А потом его язык коснулся самого центра, самого чувствительного места, влажного и горячего, и мир взорвался.

Я закричала от наслаждения. Шин держал меня бедрами, не давая закрыться, и ласкал, и каждое его движение отдавалось во мне вспышкой. Но этого было мало, и тогда тьма пришла на помощь. Невидимые пальцы коснулись моей груди, сжали соски, пока он ласкал меня внизу. Другие руки прошлись по ребрам, по животу, спустились ниже и присоединились к его ласкам. Одна призрачная рука проскользнула под его губы и надавила на ту самую точку, от которой я едва не лишилась чувств. Вторая обхватила мои запястья, сжимая их сильнее, отзываясь на мои хриплые вскрики.

Я не сдерживала стоны наслаждения от его дыхания и голоса, пока он шептал что-то между движениями. Не могла разобрать слов, но его низкий, бархатный голос будоражил сознание. Я чувствовала, как нарастает напряжение и собирается где-то внизу живота. Я хотела разрядки, хотела извиваться под ним, но руки крепко держали меня так, что я не могла пошевелиться.

— Шин, — простонала я, выгибаясь. — Пожалуйста, не останавливайся… прошу. Дай мне…

Я не закончила фразу, он грубо оборвал меня на полуслове, резко поднялся и впился своими губами в мои. Шин навис надо мной, раздвинул мои бедра еще шире, поймал мой нетерпеливый взгляд и вошел. Один толчок, глубокий, чтобы сразу заполнить меня до конца. Я закричала, просила еще больше, еще сильнее. Я хотела чувствовать его так, как никогда прежде. Шин был везде: наша магия струилась вокруг тел, сливалась и обвивала нас. И руки не оставляли мое тело ни на миг. Они ласкали, сжимали, фиксировали, направляли. Одна призрачная ладонь легла мне на шею, не сдавливая, но обозначая власть.

Он начал двигаться. Сначала медленно, растягивая удовольствие. Я вцепилась в его плечи, оставляя царапины, притягивая ближе, хотя куда ближе? Он ускорился, ритм стал жестче, и каждое его движение отдавалось во мне вспышкой удовольствия. Я чувствовала, как наши силы сплетаются в узел, как пульсируют в такт толчкам. Я кричала его имя снова и снова. Кажется, я забыла все слова, кроме его имени.

— Смотри на меня, — приказал он, и я открыла глаза. Его лицо, сосредоточенное от напряжения, было прекрасным.

Он ускорился еще, а я обвила его талию ногами, притягивая его ближе и глубже. Я чувствовала, как он растет внутри, как становится жестче, как пульсирует. И вместе с этой пульсацией во мне нарастала волна — огромная и неудержимая.

— Давай, Эллин, — прорычал он.

И я отпустила его, падая на подушки. Мир раскололся на миллион осколков. Я кричала, выгибаясь, не чувствуя своего тела, только чистое, абсолютное наслаждение, текущее по венам вместо крови. Магия вырвалась из меня такая мощная, что сферы под потолком разлетелись вдребезги, а костяные руки обмякли. Я почувствовала, как он горячо разливается глубоко внутри, как его сила вливается в меня, смешивается с моей, пульсирует, и в этом слиянии, в самом центре, в самом низу живота, рождается что-то новое.

Он тяжело и обессиленно рухнул на меня, и я приняла его вес, обняла, прижала к груди, чувствуя, как его сердце колотится где-то в районе моих ребер. Мы лежали так, мокрые, дрожащие, опустошенные и полные одновременно. Я гладила его по спине, по мокрым волосам, и не могла вымолвить ни слова.

Потом он вышел и перекатился на бок. Притянул меня к себе, утыкаясь лицом в мои волосы. Я чувствовала его горячее, прерывистое дыхание и свое сердце, которое никак не могло успокоиться. Невольно коснулась ладонью живота, и сердце пропустило удар.

— Шин… — прошептала я, не веря своим ощущениям, но магия не врала. — Что ты сделал? И… как?

Он улыбнулся, и я почувствовала эту улыбку. Счастливую и несомненно довольную.

— Соединил наши силы. И нас с тобой.

Я прислушалась к себе. Нет, прямо сейчас еще ничего не было, но определенно после этой ночи внутри меня зарождалось продолжение нашей любви.

— Ты знал? — спросила я тихо.

— Знал, что может случиться. Знал и хотел этого, — его голос был теплым и одновременно серьезным. — Ты боишься?

Я подумала. О том, как изменится моя жизнь. О том, как мы будем растить ребенка. О том, что я сама еще ребенок во многом. А потом представила маленькие пальчики, сжимающие мой палец, глаза — светлые или темные, но точно с искрой магии.

— Нет, — сказала я твердо. — Не боюсь. С тобой — ничего не боюсь.

Он поцеловал меня в макушку, прижал крепче. Лежать на нем и слушать ритмичное биение его сердца. Одно это уже давало мне невероятное счастье. Что получилось, мы узнаем совсем скоро. И как бы ни было сложно, мы точно со всем справимся. Потому что теперь мы и наши силы связаны навсегда.

Эпилог

Я вышла на балкон спальни и осмотрела город. Внизу, под стенами замка начиналась утренняя суета. Кричали петухи, шумели первые повозки с провизией и товарами. Тонкие шторы мягко колыхались из стороны в сторону, а за ними виднелось рассветное солнце.

Теперь мы жили в новой столице. Сопротивление распалось, а нам даже не пришлось ничего для этого толком делать. Просто все сразу поняли, что король недостоин власти и должен быть изгнан. Корону предложили Шину, и он принял ее с почестями. Только вот должность короля ему не нравилась. Мне, впрочем, тоже, поэтому теперь у нас правил темный господин.

Утро только только начиналось, и люди понемногу просыпались. В замке тоже начиналась суета. Слуги уже готовили наш с Шином завтрак. Только вот сам он еще спал, нежно обнимая годовалого сына. Я улыбнулась и снова посмотрела на город. Сегодня Шин обещал мне прогулку на конях.

— Эллин? — он подошел ко мне сзади и мягко положил ладони на плечи. Я улыбнулась, наклонила голову, чтобы ощутить тепло его сильных рук на щеке. — Ты готова?

— Да… Оставим Лима с мамой. Она присмотрит.

Я улыбнулась. Сразу сообщить маме о бремени я боялась и почти все месяцы скрывалась в замке. Только вот весть о том, что жена темного властелина исчезла разнеслась по королевству быстрее, чем я могла себе это представить. Конечно, они приехали. И устроили скандал. Я тогда была уже на пятом месяце… или на шестом. Даже не помню. Пришлось все рассказать.

Я прикрыла глаза, погружаясь в воспоминания. Лим родился ночью. В тот день Шин только уехал на очередной осмотр земель, а я осталась с мамой, дедушкой и повитухой, которую Шин специально пригласил для меня. Она жила в замке весь последний месяц.

Не успел Шин уехать из замка как тут же я ощутила пустоту в душе. Боялась потерять его, боялась, что он не вернется. Впервые за многие месяцы появилось это чувство, и я его испугалась. Шин сильный маг, но что если он встретит короля или его слуг. Что если не справится? Конечно, из-за переживаний у меня начало тянуть живот, а через несколько часов оказалось, что это уже не подготовка к рождению малыша. Моего первенца.

Сутки не спал весь замок. За Шином послали сразу, как только поняли, что его наследник скоро появится на свет. Я хотела дождаться его, чтобы он увидел появление нашего сына. Чтобы он был рядом. Я сопротивлялась боли, думала только о нем, о Шине и малыше. И он успел. Вернулся, когда слуги только только уложили меня в кровать, а повитуха устроилась в ногах принимать ребенка.

Шин влетел в комнату, увидел меня бледную и уставшую и тут же кинулся ко мне. Схватил за руку, начал шептать какие-то нежные и такие важные в тот день слова поддержки. Мой Шин, ты даже не представляешь, как сильно мне помог тогда. Как я ощутила новый прилив сил, а боль казалось сама собой отступила. Сразу стало так легко, а повитуха велела тужиться. Я старалась не кричать, пока Шин держал меня за руку, пока я сжимала ее в своей ладони так сильно, что ему наверняка было больно. Я тужилась, стараясь родить сына как можно скорее, как можно скорее увидеть его. Шин шептал мне на ухо слова поддержки, и от них становилось только легче. А после поблагодарил за рождение сына. За этот подарок и за меня, сказал, что он недостоин меня, а я только и смогла, что улыбнуться сквозь слезы. Были слезы радости и счастья, а после долгие бессонные ночи рядом с малышом. Нам помогала мама, отец, слуги, но я старалась уделять сыну все свое время. Как и Шин.

— Шин, спасибо тебе за все, — улыбнулась я, крепко обнимая его. — Пойдем, прокатишь меня на лошадях.

Он улыбнулся и только взмахнул рукой со словами:

— Тебе нужен новый наряд.

И тут же платье превратилось в удобный костюм для верховой езды. Легкий, светлый с небольшой накидкой на плечах. Я только благодарно улыбнулась и чмокнула Шина в щеку.

— Спасибо, он чудесен.

В двери покоев постучали, Шин только махнул рукой, и они раскрылись. Вошла мама, забрала сына и, тихо пожелав нам хорошего отдыха, ушла. Я посмотрела на Шина. Он только потрепал меня по волосам и повел в конюшню.

Коней нам приготовили еще вчера. Шин помог мне забраться в седло, сел на второго коня, и мы отправились в путь. Ехали к лесу недалеко от города. Мимо пролетали поля и отдельные, отдаленные домики. Я гнала коня вперед, счастливо смеялась и ни о чем не думала. Так хорошо стало на душе. Любимый муж рядом, ребенок, королевство. Кажется, о большем и мечтать нельзя. Мы скакали вперед, держались за руки и наслаждались этим днем, наслаждались нами.

— Тут речка недалеко есть. Посмотрим? — спросил Шин, на что я только кивнула.

Мы поскакали к лесу, мимо деревьев, по маленькой, едва заметной тропинке. Шин спешился, я следом. Где-то вдали и правда журчала река. Мы спустились ниже, к самой воде и пошли вдоль, вниз по течению. Вышли к озеру, и я спустилась к самой воде. Шин привязал коней к деревьям и подошел ко мне.

— Красиво, правда?

— Безумно.

Пели птицы, скакали белки, вокруг кипела жизнь. И я радовалась этому, радовалась, что впервые за многие годы у нас воцарился мир. Я сняла туфли и вошла в воду. Прохладная, она расслабляла меня. Шин вошел в воду следом.

— Может сплаваем?

Я кивнула. Почему нет? Мы кинули одежду на камни у озера и со смехом побежали прямо в прохладную воду. Шин сразу заплыл подальше, а я осталась недалеко от берега. Боялась, что утону. Не особо любила плавать, но с Шином должно быть спокойнее.

Внезапно что-то склизское коснулось моих ног, и я вскрикнула так громко, что птицы закричали и взметнулись в небо. Тут же рядом вынырнул Шин.

— Испугалась? — на его лице тут же появилась ухмылка.

— Конечно! Зачем ты это сделал? Хочешь Лима без матери оставить?

— Нет конечно, куда же мы без тебя. И кто будет мне дарить чудесные ночи, м? — он коснулся губами мочки уха и легко прикусил.

— Шин, я же так утону! — взвизгнула я и начала барахтаться в воде.

Дна под ногами не было, и я судорожно мотала руками, стараясь держаться на плаву. Шин резко подхватил меня, а я поспешила вцепиться в него. Он встал на дно и поднял меня так, чтобы я могла опереться на него. Я распласталась на воде в позе звезды, а Шин придерживал мою спину, чтобы не утонула. Я прикрыла глаза, а после снова открыла. Как же хорошо и тепло здесь, особенно когда он рядом. Он наклонился ко мне и легконько коснулся губами моих. Я улыбнулась, а он принялся кружить меня по водной глади. Я смеялась, смотрела, как облака проплывают вдалеке, на небе. Шин смеялся вместе со мной.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Хочешь, поколдую? — спросил он.

— Да, — ответила я на выдохе и подтянулась к нему.

Шин осторожно поставил меня на каменное дно, а сам принялся водить руками под водой. Я почувствовала, как спины коснулось что-то странное. Обернулась, и тут же вокруг меня забурлили пузыри. Приятно щекотали кожу воздушные шарики, и я ощутила, как невольно расслабляюсь. Улыбнулась и прильнула к Шину.

— Сплаваем к глубине? — спросил он, припадая к моему уху. — Я помогу, обещаю.

Я кивнула, и схватилась за него. Он держал мою ладонь, пока я барахталась рядом. Не умела я плавать… Шин держал меня, иногда отпускал, давая свободу, а я в эти моменты хваталась за него цепким хватом.

И вот спустя полчаса или даже час барахтанья и смеха, я смогла плавать более-менее самостоятельно. Шин подплыл ко мне со спины и крепко обнял, а после развернул к себе лицом. На нем застыла глупая, счастливая улыбка. Нет, Шин совершенно не похож на темного колдуна. Он такой добрый, милый и заботливый. Я обняла его и прижалась ближе, а он в ответ подхватил меня на руки и понес к берегу.

— Куда ты меня несешь?! — я стукнула его кулаком по сильной груди, но он только рассмеялся.

— Ты замерзла, тебе надо согреться и обсохнуть.

Я тоже рассмеялась, а Шин наконец поставил меня на ноги и помог одеться. Я уселась на самый большой камень, опустила ноги в воду, а Шин устроился рядом. Мы сидели долго, просто молчали. Я ни о чем не думала, не хотелось, да и незачем было. Главное, что Шин рядом.

— Может сплаваем еще раз? — спросил он.

— Не хочу, — ответила я и взмахнула рукой. Магический шар пролетел над озером и взорвался снопом искр.

— О! А может устроим дуэль?

— Как раньше? — я рассмеялась. Мы по-настоящему и не дрались никогда. Да он и не станет драться в полную силу. Побоится ранить меня.

Мы встали напротив друг друга. Шин атаковал первым. Темная магия прошла мимо и даже не зацепила мой барьер. Тогда я взмахнула рукой и теперь уже светлая магия полетела в Шина. Он увернулся с хитрой усмешкой, а после резко поднял ладонь вверх. Внезапно он замер, а я вздрогнула, ошутив, как по босым ногам моим ползет что-то мокрое и склизское. Я резко посмотрела вниз, и громко завизжала так, что распугала всех птиц в округе. Вверх по коже ползли темные костяные руки Шина. Они обвили меня, и я упала бы от страха, но даже пошевелиться не могла. Я создала маленький шар света и попыталась прожечь руки, но не смогла. Руки даже не поморщились от удара. Увеличила щар и создала луч, но ничего не помогало. Я же всегда так хорошо сражалась с ним, с этими руками… Всегда, когда видела их во времена, когда принадлежала сопротивлению. Неужели моя любовь так сильно изменила меня. Так сильно, что я даже защититься не могла. Защититься от собственного мужа и любимого.

— Вот ты и попалась маленькая светлая девочка, — раздался тихий вкрадчивый голос сзади. Я хотела было обернуться, но тут же на моих губах оказалась широкая рука, а по шее прошлась дорожка коротких поцелуев.

Я выдохнула, падая на него всем весом, а он поймал меня и развернул к себе. Он шумно выдохнул и начал покрывать меня поцелуями. Короткие и быстрые, они заставляли сердце биться сильнее. Я развернулась к нему и провела ладонями по его широкой груди. Шин резко притянул меня к себе и впился мне в губы. Я ответила на поцелуй, обвила шею руками. Он притянул меня еще ближе к себе, хотя я не знала, куда еще ближе. Поцелуй был долгим и таким желанным. Наша магия снова соединялась, создавая вокруг нас светлячков света и тьмы.

Я отстранилась. На губах Шина сияла довольная улыбка, как и на моих.

— Я победил. С тебя пара бессонных ночей, — шепнул он.

— Разумеется. Сразу после тебя, — я тоже улыбнулась и снова впилась в его губы страстным поцелуем. Будет ему бессонная ночь. И точно не одна.

От автора

Дорогие читательницы и читатели!

Вот и закончилась история Шина и Эллин. Признаться честно, я писала ее довольно долго, несколько лет. За это время многое менядось, но я безумно хотела закончить работу. Этот роман стал для меня первой пробой пера в жанре эротики и эротического фэнтези, и знаете, мне понравилось работать над ним. Надеюсь, у меня получилось нечто достойное, а жанр я оставлять не собираюсь.

Сейчас я вижу некоторые моменты, которые мне не нравятся, которые можно было написать и проработать гораздо лучше, но книга дописана, ее герои получили свою завершающую точку, и теперь я готовлю для вас новые романы, которые, я уверена, получатся еще лучше, ведь с каждым новым романом я пишу все лучше и лучше.

Благодарю всех, кто писал комментарии, добавлял книгу в избранное и ставил сердечки. Это очень помогало мне творить дальше и продолжать эту историю. Я видела, что пишу не просто так, что мое творчество кому-то нужно и может помочь хотя бы отдохнуть.

Совсем скоро я начну выкладывать новые работы в серии «Эротические рассказы и повести», так что если вы еще не читали рассказ «Ты мой подарок» — самое время) Здесь будет и фэнтези, и современные любовные романы, и повести, и короткие этюды-зарисовки. Планов на новые работы много, вдохновения у меня еще больше, так что мы с вами здесь останемся надолго.

Для меня эротика стала очень интересным открытием. Здесь есть место страсти, любви и тем чувствам, которые хочется оставить только на страницах книг. Я нашла в эротике свою отдушину, место, где можно расслабиться после тяжелого рабочего дня. Все же хотят время забыться и окунуться в новый необычный мир, пережить приключения, влюбиться и расстаться, завоевать древнее королевство или наоборот поселиться в отдаленной от цивилизации деревушке. Я вот тоже хочу, и делюсь с вами этой чудесной возможностью. Надеюсь, что мои книги помогут отдохнуть не только мне, но и вам, ведь творчество создано как раз для этого.

Не забывайте подписываться на мой профиль на Литнете, чтобы не пропустить новых книг и новостей о моем творчестве. Кроме Литнета у меня есть авторские соц сети, где я выкладываю эстетики книг, отрывки из будущих работ, закулисьем писательства и много интересного о моих романах.

Расскажите, как вам история Шина и Эллин, какая часть романа запомнилась лучше всего? Мне важен каждый ваш комментарий, все их я читаю и отвечаю.

С любовью, ваша Адель!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Конец