Офицер. Сопротивление бесполезно

Глава 1

Дорогие друзья, книга будет бесплатной.

Скорость сто сорок.

Надо успеть.

Свалит, мы его ещё три года будем искать. Пока он трупы штабелями будет за собой оставлять.

Подлетаю к пустому перекрёстку. Загорается жёлтый. Должен успеть.

Впереди, девчонка блядь! Торопливо выходит на дорогу.

Сигналю.

Мечется из стороны в сторону, прямо на полосе.

С другой стороны выезжает мамочка с коляской.

- Ты-то куда прёшься?!

Увидела одну и сама пошла.

Жму на тормоз.

Блядь!

В столб!

Выкручиваю руль. Машину заносит. Юзом пролетаю мимо. Боковым зрением выхватываю, как девчонка отлетает в сторону.

Не успел увидеть, задел её или от испуга сама шарахнулась.

Другие пешеходы разбегаются.

Влетаю в столб. Громкий удар, скрежет металла. Светофор заваливается прямо над тачкой.

Хорошо, на голову не уебался. Зебись его подрубил.

В зеркало заднего вида вижу, лежит на асфальте ничком. Держится за руку.

Выхожу. Быстро оцениваю ущерб. Фара в хлам, крыло всмятку, капот и бампер под рихтовку.

Иду к девчонке разбираться. Лежит, стонет от боли.

Окидываю взглядом. Открытых ран нет. Только за руку держится.

Крупные слезинки катятся по испуганному лицу. Глазища на пол лица беспомощно смотрят на меня.

Какого хера на жёлтый попёрлась?

- Только рука болит? - требовательно спрашиваю её.

Невнятно кивает. Ни да, ни нет.

Пиздец блядь!

Быстро ощупываю ноги и руку. Дергается в попытке отстраниться. Вскрикивает от боли.

Нашла время целку из себя строить.

А оно блядь уходит. Упущу урода, он за это время ещё мокрых дел нахуевертит.

Вообще чудо, что перед стукачом светанул. И то, он уже собрался встать на лыжи. Шмотьё какое-то собирал.

- Психопат! Сумасшедший! Носятся, по улицам, людей убивают. Да таких сразу сажать надо, - летит откуда-то сбоку возмущенный женский крик.

Бросаю взгляд в ту сторону. Мамашка с наушником в руках возмущается.

Смотрю обратно на девчонку. Не бросить. Ей в травму надо. Мог бы сам вправить, если бы мужиком была. Да руку к хуям ей оторву.

Сгребаю её в охапку, стараясь руку не задеть. Несу к машине.

Видимо доходит, что я владелец тачки.

- Отпусти! Бешеный! Ты меня чуть… - дёргается в руках дурында. - А-а-а!!! - корчится от боли.

- Цыц! - рявкаю на неё и заталкиваю в машину на пассажирское.

Покинуть место ДТП - минус права. Оставить пострадавшую на месте - минус должность.

Быстро обхожу сзади свой покорёженный красный Камаро.

Вслед доносятся возмущённые выкрики.

Прыгаю за руль и по газам.

Я должен успеть.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 2

Смотрю, как это сумасшедший быстрым шагом уверенно обходит машину. Явно дорогая, красная.

Правое плечо дико ноет. И я поддерживаю его, чтобы оно не шевелилось, причиняя новую порцию боли.

Садися за руль.

- Пристегнись! - бросает он.

Тут же заводит двигатель. Резко сдаёт назад.

Я, чуть носом в переднюю панель не влетаю. Хорошо целую руку успеваю подставить.

Плечо простреливает от боли. Сжимаю зубы, чтобы в голос не закричать.

Он наверное и водит как бешеный. Сразу же тянусь за ремнём.

Пока левой нащупываю его. Этот дикарь переключает скорость и резко срывает машину с места.

Меня вжимает в сиденье. Ремень, который я вытягивала, резко блокируется. Задеваю больное плечо.

Стон боли сдержать не получается.

Он бросает на меня быстрый взгляд и снова смотрит на дорогу.

Я с горем пополам, с третьего раза пристёгиваюсь. Машину мотыляет из стороны в сторону.

Смотрю в лобовое стекло. И лучше бы не смотрела.

Скорость запредельная. И он лавирует между машинами в потоке. Постоянно перестраивается из ряда в ряд, уверенно обгоняя попутки.

Капец, как страшно! Внутри всё леденеет.

А-а-а! Мы все умрём! Лучше бы он меня там задавил. Я тогда хотя бы не знала, что умру!

Сходила, называется, на собеседование.

Он переключает скорости, перегазовывает постоянно. Двигатель рычит.

Хочется схватиться за что-нибудь. Но слева только он, и его рука на рычаге.

За его руку подержаться, за ногу? За что ухватиться то, блин?

Правая рука плетью висит. И выбираю, её лучше придерживать.

Одна минута ужаса, перетекает в две, потом в три.

Лучше б я на дороге, там осталась.

А он, так и мчит как бешеный. И очень надеюсь, что он так торопится в травму. Потому что плечо болит всё сильнее.

Оступилась, когда пыталась увернуться от его машины, летящей на меня и упала прямо на правое плечо.

Чтобы не смотреть на мелькающие перед глазами машины, оглядываю мельком салон.

Взгляд цепляется за его руки, уверенно лежащие на руле. Жилистые кисти, широкие кости в запястье. Кричат о силе и уверенности.

И когда он меня нёс, они не дрогнули.

Вообще, можно отметить, он привлекательный мужик. Высокий, мускулистый, крепкий. И опасный. Взгляд его, как будто насквозь всё видит.

Типаж, в целом в моём вкусе.

Если бы не был таким бешеным мерзавцем, могло бы что-нибудь получиться.

Лиза, о чём ты вообще думаешь! Тебя чуть не сбили. Теперь везут на бешенной скорости, подвергая твою жизнь опасности. А ты о его руках думаешь?

Спустя десять минут сумасшедшей гонки, понимаю, совсем не в травму мы сейчас едем. Въезжаем в какой-то почти заброшенный район.

Вокруг полуразрушенные двухэтажные дома, деревянные такие. Непонятно вообще, кто и где живёт.

На частный сектор, похоже.

У меня начинается паника. Потому что выглядит всё очень страшно. Как после апокалипсиса.

Переполненные мусорные баки. Рядом тоже мусор валяется. И видно, что так уже не первый год. Мужик странный вдалеке идет пошатываясь.

Что происходит?! Куда он меня привез?!

Это, блин, на больницу не похоже точно!

Мерзавец глушит двигатель и машина накатом доезжает до одной из развалюх.

Смотрю на него вопросительно.

Молча достаёт ключи из замка зажигания.

- Сидеть, - приказывает он.

Тут же открывает дверь и выходит. На брелке нажимает кнопку и машина издаёт характерный звук, что её поставили на сигнализацию.

Он идёт к дому. На ходу из под левой подмышки достаёт ПИСТОЛЕТ! Передёргивает его. Притормаживает перед дверью дома. Замирает на пару секунд и осторожно входит.

Шок, это мало сказано, что я чувствую. У меня настоящий ужас.

Привез меня в какое-то гетто и оставил одну.

С опаской оглядываюсь по сторонам. Недалеко от машины, начинают подозрительно кусты шевелиться.

И хоть с этим мерзавцем страшно. Без него ещё опаснее и страшнее.

Лучше я за ним пойду.

"Сидеть" он мне сказал. Как собаке прям.

Да, сейчас, ага.

С трудом отстёгиваюсь, дотягиваюсь левой рукой, дергаю дверную ручку. Дверь открывается, а я зажмуриваюсь.

Не сработала сигнализация.

Выкарабкиваюсь из машины. Прикрываю дверь не до конца. Оглядываясь на подозрительные кусты и по сторонам, спешу к подъезду, в который он вошёл.

Ещё и ветер дует. И кажется, как будто беду надувает.

Дойдя, открываю дверь, за которой он скрылся. Внутри темно. Осторожно заглядываю внутрь. Вторая дверь.

Распахивается.

На встречу вываливается мужик. Здоровенный, бородатый, неопрятный. Лицо видно на половину, от падающего света сзади меня. Остальная часть в тени. Только белки глаз сверкают.

Отшатываюсь назад.

Мужик хватает меня за шею и дёргает на себя.

Вскрикиваю от резкой боли. Слёзы на глазах выступают.

Его рука на моей шее сжимается сильнее.

- Тихо, блядь! Заткнись нахуй! Убью! - цедит он злым шёпотом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Визуализация

Дорогие друзья!

Рады приветствовать вас в нашей новой истории!

????????

Будет всё как мы любим. Противостояние характеров, жаркие сцены, властный мужчина, которому требуется перевоспитание, легкий и местами ироничный юмор))

И конечно же будет ХЭ!

А теперь знакомимся с героями!

Хотим напомнить, что это наше видение героев. Вы можете представлять себе на их месте кого угодно)

Филатов Роман Георгиевич - 32 года

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Спокойный, жесткий, грубоват, не терпит возражений. Привык командовать и не объяснять. Циничный, сдержанный в силу работы.

Уверенный в себе, подкрепляет эту уверенность делами.

Гудкова Елизавета Марковна - 22 года

Эмоциональная, впечатлительная, немного наивна. Целеустремлённая. Закончила вуз, с красным дипломом бакалавра экономики. Сейчас как раз в поисках работы.

Верит в чудеса, но уже не верит в любовь.

Такие у нас герои. Ближе с ними знакомиться будем по ходу истории.

Если история Вас зацепила, не забывайте про волшебные кнопочки. Добавить в библиотеку и поставить нравиться.

Это не сложно, а нам будет очень приятно

И конечно же очень ждём Ваши комментарии. Это вдохновляет и помогает нам в написании истории.

А пока ждём продолжения, приглашаем вас к нам на странички, чтобы найти интересные истории. На некоторые из них сегодня действуют скидки. Самое время заглянуть!!!

Мари Дион:

Вильда Кранц:

С любовью, ваши Вильда и Мари.

Глава 3

Роман

Снизу доносится крик, шум возни и мужской голос:

- Тихо, блядь! Заткнись нахуй! Убью!

Реагирую мгновенно. Слетаю по лестнице.

Девчонку взял в заложницы.

Сказал же дуре в машине сидеть!

- Стоять, ментяра!

У шеи девчонки вижу отблеск солнца на металле. Нож, с небольшим лезвием. Складишок скорее всего. Но ей хватит.

- Стоять! Мент, мне терять нечего! Оружие! Ствол бросай мне под ноги! - нервно орёт он.

Херово.

- Пальнуть может, - поднимая руки вверх, спокойно говорю. - Я спущусь. Брошу.

Привычным движением руки, чтобы он видел, ставлю пистолет на предохранитель. Раздаётся характерный щелчок.

Девчонка вздрагивает. Он её тут же грубо дёргает.

- Не вздумай рыпаться! - цедит ей на ухо.

Показываю, что оружие не направлено на него.

Медленно спускаюсь. Не делая резких движений. Оказавшись на нижней площадке. Смотрю ему в глаза. Наклоняюсь и швыряю пистолет в его сторону. Задав траекторию чуть левее.

Пистолет ударяется о стену. Он он отвлекается на ствол.

Бросаюсь в их сторону. Сшибаю его. Левой рукой делаю захват руки с ножом. Правой отталкиваю девчонку в сторону и за себя.

Нож падает. Отлетает в темноту.

Сзади шум падения и крик.

Позже с ней разберусь.

Перехватываю его руку удобнее. Зламываю за спину. С силой припечатываю мордой в стену.

Он брыкается, пытается вырваться. Свободной рукой старается дотянуться до пистолета.

Перехватываю руку. Заламываю вторую за спину. Припечатываю мордой в пол. Сажусь сверху.

Брыкается гад. Как ужаленный.

- Ментяра, падла. Хана тебе! - хрипло цедит он.

Заламываю его руки сильнее. Рычит от боли.

Я сам соплю как, блядь, бешеный носорог.

Наручники не достать. Вырвется паскуда. Упитанный бычара.

Не вставая с него, оборачиваюсь назад. Стоит прижавшись к стенке. Слезы бегут по лицу. За руку держится.

Дёргает внутри. Из-за меня, как ни крути пострадала.

- Наручники достань, - бросаю ей.

Не въезжает.

- Ч-ч-что? Г-где-е. Я-я не…

Что она там блеет, блядь?

Делаю глубокий вдох. Роман Евгеньевич, спокойнее.

Неудивительно, что я ее чуть не сбил. Мозгов там реально, как у курицы.

- Сзади на поясе, - цежу я.

Тело подо мной брыкается. Ему пожизненное светит. Будет зубами всем, чем может, грызться, блядь.

Ни на секунду нельзя контроль ослабить.

Она там где-то сзади, чувствую, копошится. Пиджак подняла. Не может защелку расстегнуть.

Да, блядь! Пиздец!

Мне с тебя, блядь, помощи… Но и без тебя не справиться.

Не могу освободить даже одну руку. Потому что вырвется и всё.

Секунда промедления, пока сам полезу за наручниками, рванётся, вывернется.

Все, пиздец! Сдохнем тут оба. Мало ли что у него. Где еще какой нож припрятал.

Рецидивисты упакованы как правило. И заточки острые пиздец.

- Да не жопу мою щупай, дура!

- Да как вы?..

Дёргает со психу. Наконец удаётся.

Аллилуйя, твою мать!

Протягивает неуверенно из-за моей спины из мне. Мнется боязливо, не очень соображая как теперь их мне передать.

То сверху сует, то под рукой. В итоге бросает на спину лежащему телу.

Слава яйцам!

Отпускаю одну руку. Тут же, резко подхватываю наручники, защелкиваю на руке. Притягиваю вторую и второй щелчок.

Все, блядь! Выдыхаю.

Уже спокойнее. Может рваться сколько угодно. Если вырвется. побежит, догоню в любом случае. Уже не уйдет он.

Осталось опергруппу дождаться.

- Ты как там? - бросаю за спину слова.

Она там чего-то трясётся.

- Больно, страшно! - шмыгает носом.

- Какого ты б... вылезла б... из машины?!

Молчит. Только дышит шумно.

- Ты в это, в хоре не пела, в детстве?

Она перепугано смотрит на меня.

- С чего вообще вы это взяли?

- Рот у тебя рабочий, - усмехаюсь.

Блеет что-то возмущённое сзади.

- Голубки, вы тут ворковать будете или че, блядь? - говорит он сиплым голосом.

Коленом прижимаю его сильнее, за наручники придерживаю сзади.

- Тише будь! А то ещё какую-нибудь статью накинем, к твоему послужному списку.

- Что ты меня пугаешь, ментяра? Я таких, как ты, знаешь...

Придавливаю сильнее.

- Таких, как я, больше нету, - цежу с усмешкой. - Ствол подай, - оборачиваюсь к девчонке.

- Да вы что? Да я никогда в жизни… оружие в руки! - пятится назад.

- Это. Слышь, мент, ты где эту курицу взял, блядь? Что у вас, оперов молодых таких набирают, что ли? Пиздец. да? Да вас как лохов теперь будут иметь все подряд. Вся честная братва с такими то, блядь…

Возмущенных вздох сзади.

- Слышь, ты! Ты лежи там вообще, не это самое, не вот, не кукарекай.

- Слышь, овца, кто петух то? Это ты! Мент, ты меня отпусти. Я сейчас ее тут, блядь, ты…

В ахуе…

Баба, что с нее взять, не соображает нихера.

- Отпусти, - дергается сильнее. - Я тебе блядь, сука, курица устрою. Ты кого петухом назвала? Да я тебя топтать буду, блядь.

- Цыц, блядь! Лежи спокойно, - пресекаю поток угроз.

Сам угораю. Блядь. Над этой всей хуйней. Потому что эта… своим блядь, языком…

- Ты кого, курицей там обозвал? Я, между прочим, тебя... повязать помогла. Вот!

Боковым зрением замечаю, что она ещё пинает его по ноге. По порванному кеду.

Бессмертная, ей богу.

- Это ты зря, курица! Я тебя запомнил. Я ещё узнаю, кто ты. Тебе вообще пизда будет! - свирепеет он.

Сдерживаю смех, чтоб в голос не заржать.

- Все! Тихо! Оба! - рявкаю на них.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 4

Вздрагиваю от громкого рыка мерзавца. Просто у него голос низкий, глубокий. И когда он его повышает, очень на рычание похоже. Как лев, которому мяса недодали.

Рука ещё болит так, что слёзы наворачиваются. В плече вообще не прикоснуться.

Офигенно я на собеседование сходила!

- Полоумная, ты как там вообще? - уже спокойно, спрашивает он.

- Сам… сами вы… полоумный! Вы вообще сумасшедший! Какой вы полицейский? Вы маньяк! - высказываю ему всё что о нём думаю.

- Я, тебя, спросил, ты, как? - выделяя каждое слово, пугающим тоном цедит он.

- Да я из-за вас… чуть не об…

Обрываю себя на полуслове. Он когда меня спас от этого маньяка, за свою спину толкнул. Я плечом влетела в стену. Думала и правдаа…

- Так и скажи, чуть не обоссалась, да? - с усмешкой говорит он.

- Нет! Не обоссалась! Чуть не описалась! - высказываю с обидой. - Больно, между прочим.

Шмыгаю носом. Слёзы на глаза наворачиваются. От боли, от обиды, от того что теперь надо будет как-то оправдываться, что не пришла на собеседование.

А вдруг кого-то другого возьмут?

Снова искать работу. А неопытных специалистов после вуза не все горят желанием принимать на работу. Потому что видите ли опыта нет.

А где его взять, если вы на работу не берёте?

И вообще, он виноват, что мне больно.

Мерзавец-полицейский поднимает задержанного и выводит на улицу.

Я естественно следом. Страшно одной оставаться. Вдруг там ещё такие есть. Которые нож к горлу приставляют.

Меня откровенно потряхивать начинает. Наверное откат после стрессовой ситуации накатывает. Аж колени подгибаются, и во всём теле слабость.

Он на травку снова укладывает мужика в наручниках.

- Начальник блядь. Да не побегу! - дергается гад.

- Цыц, - рявкает на него он.

Смотрит на дорогие часы. А я на него смотрю, привалившись к стене дома. Руку придерживаю. Потому что каждое движение причиняет адскую боль.

Стараюсь не плакать. Но слезинки, редкие, всё равно прорываются наружу. За последний час, я столько пережила, на всю жизнь впечатлений хватит.

Вскоре вдалеке раздаются звуки мигалок. Они быстро приближаются и вскоре подъезжают две полицейские машины.

Они останавливаются рядом с красной машиной мерзавца-полицейского. И из выходят полицейские.

- Как обычно! Вас, ментов хуй дождешься, - говорит мерзавец-полицейский.

- Так же, как и вас, оперов, блядь! Хуй на одном месте вы утолкёшь, - усмехается один из них. - Роман Георгиевич, а за этого, благодарочка, - уважительно кивает.

Оперов?

Так этот мерзавец, Роман, оказывается не просто полицейский?!

Он получается преступления расследует?!

В шоке смотрю на него.

Через пять минут полицейские машины уезжают, увозя с собой преступника.

А мы остаёмся одни. Он рассматривает меня сканирующим взглядом. И блузку мою испорченную, и брюки, и кажется даже туфли на каблуке.

Ну да, я же на собеседование шла. Естественно оделась как положено.

- Кого ждёшь? - приподнимает он бровь. - Здесь решила остаться? В машину, - кивает он на свой покорёженный спорткар.

Вот правда мерзавец!

И машина ему под стать. Спортивная, хищная. Ещё и цвет красный. Точно, чтобы все его замечали.

Наверное, ремонт в копеечку ему влетит.

И вообще, откуда у полицейского, хоть он и опер, деньги на такую машину?

Взятки берёт наверное?

Иду к машине, придерживая руку. Роман-мерзавец открывает мне дверь. Помогает сесть, аккуратно направляя, чтобы я ни головой ни плечом никуда не врезалась. Ещё и сам ремнём пристёгивает.

Меня окутывает запах его парфюма. Мужественный, с яркими нотами необузданности. Хочется вдохнуть поглубже, чтобы получше распробовать.

Он поворачивает голову и наши взгляды сталкиваются. Серо-стальные глаза как будто в душу мне заглядывают и я поспешно отвожу свой взгляд.

Внутри всё переворачивается от его близости. Как будто на меня только что пристально смотрел опасный хищник.

Сердце в грудной клетке замерло и пропускает редкие, мощные удары.

Замок ремня безопасности щёлкает и он тут же отстраняется. Выдыхаю, так чтобы не было заметно.

Ой мамочки. Он своей энергетикой пугает очень.

Наблюдаю как он обходит машину. Хмурится, когда бросает взгляд на повреждения. Залипаю на его уверенных движениях. И ходит он тоже, как опасный зверь.

Он садится за руль, заводит двигатель и резко срывает машину с места, переключая рычаг скоростных передач.

Залипаю на его движениях. Ловлю себя на том, что его руки опять разглядываю.

Силой заставляю себя отвести взгляд.

- Рассказывай, как зовут? Где работаешь? Семейное положение? - вдруг требовательно спрашивает он.

- Лиза я, - отвечаю только на один вопрос.

- Продолжай, Лиза, - повелительно говорит он.

- А вам эта информация зачем? - удивленно спрашиваю я.

- На вопросы отвечай, - игнорируя мой вопрос, рычит он. - Виновница дорожно транспортного происшествия, - добавляет.

- В смысле я виновница?! Это вы меня чуть не сбили! - возмущаюсь я. - Ещё и потом… не в травму повезли, а преступников ловить! Разве так можно?

- Регистратор нас рассудит, - недобро усмехается он.

Кивает на лобовое стекло, где на экране транслируется картинка того, что происходит впереди машины.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 5

- Вы мне угрожаете? - возмущённо спрашиваю его.

Роман бросает на меня непонятный взгляд. Не то угроза, не то ирония.

- Лиза, - как будто смакуя моё имя, начинает он, - ты свершившиеся факты за угрозу считаешь?

Да я вообще ничего не хочу считать! Я просто шла на собеседование. А попала в какую-то заварушку, где два раза чуть не умерла. А он меня ещё и запугивает, что это я во всём виновата.

Да не может быть такого! Я на желтый пошла. Это он летел как угорелый, нарушая правила.

Отвечать мне не приходится. Потому что у этого сумасшедшего мерзавца Романа звонит мобильник.

Отвечает и воркует с какой-то девицей. Потом звонки по работе. И как я едва сумела продраться через полицейский лексикон, вроде о проведённом задержании горилл.

А меня до сих пор непонятно почему корёжит от того, что он с другой при мне разговаривал. Вообще не понимаю свою реакцию.

Рука начинает болеть всё сильнее. Перестаю обращать на него внимание.

Боль усиливается так, что слёзы на глаза наворачиваются.

А я не могу их даже стереть. Потому что приходиться придерживать руку. Иначе её начинает болтать от его бешенной езды. И больнее становиться ещё сильнее.

Плечо опухло и даже дотронуться больно.

На очередном крутом повороте меня откидывает в сторону так, что ударяюсь о дверцу машины.

Вскрикиваю от пронзающей боли. Слёзы градом брызгают из глаз.

- Извини, - вдруг говорит он.

- Сами себя извиняйте! Несетесь как бешеный! - шмыгаю носом.

Ответа не следует. Но машина теперь едет гораздо аккуратнее. И не лавирует постоянно в потоке машин.

Вскоре он привозит меня в травматологическое отделение. И на удивление договаривается, чтобы меня без очереди приняли.

Мне делают снимок, врач ставит диагноз вывих плечевого сустава и надо вправлять его обратно.

Смотрю на него.Здоровенный как и мерзавец Роман. Такой кажется не вправлять будет а ломать.

Меня ужас охватывает. Я сама до плеча дотронуться не могу, а тут кто-то другой. Ещё и такой здоровенный.

- Сейчас поставим обезбаливающее, не переживайте, - говорит доктор.

Нервно киваю. Так наверное будет не так страшно.

Кому я вру! Ещё как страшно!

Ловлю своё отражение в зеркале. Глаза заплаканные, лицо всё бледное, как мел. "Писаная красавица".

- Гипс или фиксирующий бандаж? - спрашивает доктор. - У нас есть только гипс, - добавляет он.

Растерянно смотрю на него. Так полагаю, этот бандаж не пятьсот рублей стоит.

- Бандаж. Напишите какой нужен, - вдруг, сзади меня, уверенно говорит мерзавец Роман.

Я даже не слышала как он вошёл!

Ну да, он же опер. Их наверное этому учат.

- Гипс, - говорю я и оборачиваюсь назад. - А от вас мне ничего не надо!

- Нервничает потерпевшая. Бандаж ей, - игнорируя меня, говорит он доктору.

Тот спокойно и понимающе кивает, и пишет на листочке что нужно.

Мужская солидарность, что б её!

Злит меня. И скандал закатывать неудобно. И денег у меня столько нет, чтобы сразу их вернуть.

И собеседование, на свою первую работу по специальности я профукала. И всё из-за него!

Мерзавец Роман забирает листок и выходит. А Врач меня заводит в процедурную. Усаживает на кушетку.

Наблюдаю, как он набирает в шприц, с огромной длинной иглой препарат, видимо обезболивающий.

Он подходит ко мне. Я отшатываюсь от него. Иголка выглядит жутко пугающей. Он же не зря длинную взял. Значит глубоко меня прокалывать будет.

- Не бойтесь, Елизавета, - всё так же спокойно говорит он. - Ложитесь на здоровое плечо и если страшно, закрывайте глазки, - уже слышу успокаивающие нотки в его голосе.

Делаю как он сказал и зажмуриваюсь. Перед глазами стоит длиннющая игла.

Вскрикиваю, когда она в меня втыкается. Кажется прямо в кость воткнулась.

Не больно! Как же. Описаться можно от боли!

- Всё, самое страшное позади.

Я в это не верю ни на грамм. Про укол тоже говорил, не больно.

Через две минуты, он ставит ещё три укола. В это раз и правда не больно. И боль в плече постепенно становится всё меньше.

- Лежите, пока препарат подействует. Не шевелиться. - говорит он и выходит.

Я лежу. Лежу. И лежу.

Боль уже прошла. А доктор всё не возвращается.

Успеваю про всё подумать, особенно про то, что теперь мне придется искать новую работу. Потому что навряд ли на работу возьмут человека, который на собеседование не явился.

В соседней комнате звучат два мужских голоса. и через минут возвращается врач, с упаковкой в руках. Наверное бондаж.

Ничего себе как быстро вернулся мерзавец Роман.

Как-то и мерзавцем его уже неудобно называть. Вроде позаботился.

- Готовы? - надевая перчатки, спрашивает он.

- А разве к этому можно быть готовой? - скептически спрашиваю я.

Он в ответ пожимает плечами и подходит ко мне.

Берёт мою руку за предплечье, аккуратно надавливает вниз и слегка поворачивает её наружу. Сустав оглушающе громко щёлкает.

Вздрагиваю. Врач удерживает меня на месте.

- Не двигаться, - приказывает он.

Он быстро замуровывает меня в бондаж. Рука теперь намертво к телу прикреплена.

- Бондаж не снимать. К травматологу через семь дней, - выводит меня из процедурной. - Документы и предписания у Романа Георгиевича, - кивает на дверь. - Будьте осторожнее впредь и всего добро.

- Всего доброго, - растерянно говорю я и выхожу из кабинета.

Меня тут же, за талию, перехватывает мерзавец Роман и ведёт к выходу.

- Теперь в ГИБДД, - заявляет он.

- Вам надо вы и едьте, - дергаюсь, чтобы освободиться от его рук.

Дн демонстративно показывает мою сумочку и листы, А4 формата от врача.

- Тебе тоже надо, - отрезает он.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 6

Он, снова, аккуратно хватает меня за талию и ведёт к выходу. Рука крепко держит. И от его ощущаемой силы, мурашки по телу бегут.

- Да не собираюсь я с вами никуда ехать! - возмущаюсь я и пытаюсь тормозит ногами.

Попытки вырваться приводят к тому, что он только сильнее прижимает меня к себе. Чувствую каменные мышцы и уверенные движения.

И горячий он, как батарея. Вот когда морозы на улице трещат и их врубают на полную мощность.

И ещё сильнючий гад!

- Вы меня вообще слы-ши-те?! - по слогам говорю последнее слово.

Поднимаю на него взгляд. На мгновение замираю, разглядывая мужественный профиль снизу.

- ГИБДД, - только и говорит он в ответ.

Его голос, низкий, вибрациями по моему телу пробегает. Вызывая волны прокатывающейся дрожи.

Он бросает на меня вопросительный взгляд.

- Замерзла?

В его глазах читаю насмешку. И злюсь от этого.

Смешно ему, гаду!

- Нет, - бурчу в ответ и вижу краем зрения его наглую улыбку.

Вот же нахал!

Лыбится во все тридцать два зуба. И от этого, на его левой щеке появляется ямочка.

Ой-ёй! Это противозаконное оружие.

Снова залипаю.

Да что же такое!

Хватит Гудкова пялиться!

- Вы же полицейский. Вы знаете, что это незаконно, силой удерживать человека, - пытаюсь воззвать его к совести.

Я и так достаточно из-за него сегодня настрадалась. Даже вспоминать страшно.

А он, этот мерзавец, отпускать не хочет.

У меня и так слабость во всём теле. Если бы он не держал, шла бы пошатываясь от слабости в коленях.

Видимо, от всего пережитого, организм требует отдыха.

А этот мерзавец, Роман, не даёт. В ГИБДД собрался меня ещё тащить, как будто мне на сегодня приключений не хватило.

А мне хватило. Вот по самое горлышко!

И вообще, зря я решила, что неудобно его мерзавцем называть. Он ведь продолжает себя вести именно вот так вот. Как настоящий, я бы даже сказал истинный мерзавец. Которому на всё плевать кроме собственных интересов.

И это поведение полностью нивелирует все его хорошие поступки. И то что бандаж купил… и всё в общем-то. Вот и все поступки.

Маловато для обеления его личности.

- Ты давала показания по ДТП на дороге? - видимо теряя терпение, недобро рычит он.

Так, не пугаемся. Он полицейский. Значит не должен мне ничего сделать.

Продолжаем настаивать на своём!

- Да с чего я их давать должна? Вы меня травмировали, а я вам теперь ещё должна. Идти у вас на поводу, какие-то показания? - со стоном в голосе, спрашиваю я.

Может так его понять можно?

Пожалеет и отпустит.

Потому что я хочу домой. Чай с мятой и на диванчик. А не вот эту вот всю свистопляску!

- Как виновница, либо свидетель, ты обязана дать показания, - отрезает он.

И не поспоришь. Я и правда свидетель того, что он меня чуть не задавил.

Ну сам напросился. Я хотела по хорошему. А он сам напрашивается.

- Ну хорошо! - с угрозой начинаю я. - Я сейчас такие вам показания дам, вас на всю жизнь прав лишат! И ещё… ещё светофор за свой счет восстанавливать будете! - высказываю я.

Вот так вот! Не будет женщину злить!

- Вот ты, блядь, полоумная. Повезло, так повезло, блядь, - едва слышу что он там говорит.

- Чего вы там бормочете? Я не слышу.

Требовательно смотрю на его лицо.

Он смотрит в ответ. По лицу вижу, что сдерживается.

- Тебе что, от травмы уши заложило? Или от воплей от своих же? Ты орешь постоянно дурниной. У меня уши уже реально закладывает, - высказывает он сердито.

Дыхание перехватывает от возмущения.

- Ору? Я? - офигеваю от его слов. - Да это потому, что мне больно, между прочим! - повышаю голос.

Пусть его уши посильнее заложит!

- А нехрен было на красный переходить, - рявкает он.

Чувствую как у меня глаза на лоб лезут от его заявления.

- Да не переходила я на красный! Там же желтый загорелся!

Мерзавец роман шумно втягивает воздух, выдыхает и снова втягивает.

- Не бывает для пешеходов желтого цвета, - цедит он чуть ли не сквозь зубы. - Есть красный и зеленый. Который из них ты увидела желтым?

Его взгляд пронзает меня насквозь.

А я не знаю что ответить.

Ну жёлтый же говорит, что надо остановиться? Так же вроде?

- Может тебя на зрение, на дальтонизм сейчас проверим?

Сглатываю.

Мы идём мимо регистратуры. Он резко останавливается и подводит меня к ней.

- А у вас врач тут есть вообще? Офтальмолог? Мне тут надо на зрение проверить. Пострадавшую, - кивает на меня.

- Всё у меня хорошо со зрением! - красная как рак, шиплю на него.

Девушка смотрит на нас и улыбается. Да даже не улыбается, а угорает надо мной откровенно.

Наверное всю нашу перепалку с ним видела.

При этом, она ещё мерзавцу Роману, умудряется глазки строить.

- Конечно есть, - снова стреляет глазами на него. - Платно хоть сейчас. Приём длится тридцать минут, - с явным намёком говорит регистраторша.

Это вроде пока меня осматривать будут, у них будет время на более тесное общение.

- Некогда нам. Поехали в ГИБДД! - быстрее чем успеваю подумать, зло цежу я.

Они оба смотрят на меня. Девушка недовольно. А вот мерзавец Роман так, что до косточек пробирает этот серо-стальной взгляд..

Ну трындец Гудкова!

Уже сцену ревности умудрилась устроить!

Рука лицо просто!

- Едем, - прижимая меня сильнее к себе, очень двусмысленно говорит он.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 7

Все усилия хоть немного отстраниться от Романа, в пустую. Приводят к тому, что сильная рука на моей талии, только сильнее прижимает к нему.

И я себя вообще мелкой чувствую рядом с ним. Понятно, что у меня силёнок не хватает даже на миллиметр от него отодвинуться.

- Хватит меня лапать, - устав бороться, возмущаюсь я.

Он плохо на меня влияет. Я словно сама не своя делаюсь. А как будто специально этому и способствует, прижимая меня покрепче.

- Лапать? - смотрит на меня сверху вниз, чуть приподняв бровь. - Вот так?

Его рука нагло опускается и чувствительно сжимает правую часть моей попы.

Искры сыплются из глаз. Всё тело, словно разряд тока, прошибает.

Дыхание перехватывает от такой наглости. Внизу живота мышцы напрягаются. И всё тело трепет охватывает.

Вообще не к месту всё это! Не понимаю как он так на меня действовать может.

Я его вообще-то ненавидеть должна!

А он, вообще не смущается, что мы в людном месте. И что на нас эти самые люди смотрят. И я уже читаю на их лицах осуждение.

Творит что за благорассудится, мерзавец бешенный.

За то, рванув вперед, я получаю свободу.

Правда к моему сожалению ненадолго.

Он, как ни в чём не бывало, снова хватает за талию. Прижимает меня обратно. Как и было.

- Р-руки убрал, - зло цежу я.

От возмущения, даже слов нормальных не находится, чтобы его отчитать как следует.

- Теперь понимаешь разницу? - спрашивает он.

Разницу?! Интересно какую?

- Между чем и чем? Что одно, что другое, одно и то же. Только… - запинаюсь. - Вот так… как сейчас, более п-прилично.

Совсем теряюсь на последних словах.

- А ты вся такая приличная? - с явной усмешкой в голосе, спрашивает он.

Мне уже начнает казаться, что он откровенно стбётся надо мной. И ему это похоже очень нравится, выводить меня из себя.

Наконец-то мы доходим до машины. Его рука исчезает с моей талии. Невольно выдыхаю.

- Именно, приличная! - делаю пару шагов в сторону, от него подальше.

Он резко дёргает меня обратно, на себя. Обхватывает двумя руками, прижимая к себе.

Сзади пролетает доставщик на мотоцикле.

О боже!

Как раз бы в мою больную руку врезался!

Аж вздрагиваю, представляя, какую боль бы снова испытала. Зажмуриваюсь, вжимая голову.

- Осторожнее, - поднимая моё лицо за подбородок, обволакивающе низким голосом, говорит он.

Опять дыхание перехватывает.

От его взгляда.

От чуть терпковатого мужественного парфюма.

И от ощущения мускулистого тела, в которое меня вжимает сильная рука.

Кажется я поплыла…

- С-спасибо, - пытаясь прогнать это наваждение, быстрее говорю я.

Он лишь кривит губы во всё понимающей усмешке. Как будто в мою голову залез и понял как на меня воздействует.

Так, Елизавета Марковна, взять быстро себя в руки и больше так на него не реагировать!

Он позволяет мне отступить, только сам направляет меня, прижав в корпусу своей машины.

Наверное чтобы больше не попала никуда.

Какая-то дичь сегодня творится! Второй раз ть не сбили. Пора уже бежать это бешеного Романа-мерзавца.

Он, как раз отвлекается на телефонный разговор. И я бочком, переступая ногами, двигаюсь к багажнику машины. За одно присматриваю траекторию побега.

Он поворачивается ко мне спиной.

Вот он, шанс!

Я быстро выбираю куда бежать. И резко стартую с места.

Внезапно, меня резко дёргает назад, за ремень на брюках.

Оборачиваюсь и вижу его. Лицо разъяренного зверя. Глаза словно насквозь протыкают.

- Упс, - нервно вылетает из меня.

- Часть вторая, статьи двенадцать точка двадцать семь, КоАП РФ. Арест до пятнадцати суток, - строго говори он.

- Ч-что? - хлопая ресницами, смотрю на него. - Какая статья?

- Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Сглатываю.

- Я больше не буду, - испуганно говорю я.

Чёрт его знает что за статья, но лучше не злить работника правоохранительных органов.

- Садись, - открыв дверь, командует он.

Приходится прилежно подчиниться. На пятнадцать суток я точно не хочу терять свободу. Да и страшно оказаться по ту сторону жизни. Где воры и убийцы содержатся.

Тихоненко сижу, пока он опять, как бешеный везёт меня в ГИБДД.

Десять минут ужаса, и мы на месте. Роман достаёт из регистратора флэшку.

Затем, меня заставляют выходить из машины на ватных ногах.

А я уже готова подписать все документы, лишь бы эти мучения закончились.

Бросаю взгляд на часы и понимаю, что прошло всего полтора часа, с того момента как он меня чуть не сшиб.

А такое чувство, что уже три дня он меня не отпускает. И эмоции мои уже не выдерживают.

Он помогает мне выбраться из машины и придерживая, ведет в здание.

- Приветствую, Роман Георгиевич. Сам сдаваться приехал? - встречает нас мужчина в форме.

Роман кивает и они жмут руки.

- Сдавать виновницу, - кивает на меня.

Возмущенно смотрю на него. Никакая я не виновница!

- Сильна, - кивая на мою руку, ухмыляется в ответ мужчина. - Светофору меньше повезло, - притворно скорбя, добавляет он.

Они оба усмехаются, только им понятной шутке.

- Прошу оформляться, - показывает нам рукой на дверь открытого кабинета.

- Я не виновница! - стоя на месте, говорю я.

- Сейчас во всём разберемся, - кивает мужчина. - Кто на жёлтый ехал, кто на красный переходил, - многозначительно заявляет он.

Я же на жёлтый…

И как мне теперь на работу устраиваться?

Явно же мне отказали из-за поврежденной руки.

И всё из-за одного мерзавца!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 8

И я ещё оказалась виновата!

Ещё и выписали тысячу рублей штрафа!

А если оплачу в течении двадцати дней, то скидка пятьдесят процентов будет.

Добренькие какие ёпрст!

А мне, вот эти деньги, сначала заработать надо. А я на собеседование опоздала капец как!

Спускаюсь с крыльца отдела ГИБДД.

Ещё и Филатов этот, бешенный Роман Георгиевич, редкостный мерзавец!

Сидел нагло, как царь всех земель русских, перешептывался, перемигивался с работником ГИБДД, да стебались надо мной, посмеиваясь.

Вот явно о чем-то договорились. На их лицах было написано, что не первый раз такое проворачивают.

Я ему преступника помогла поймать, а он меня ещё и виноватой выставил.

Вот где справедливость?

Козёл он, настоящий!

Комиссия ещё какая-то у ГИБДД будет. Предупредили что могут вызвать для уточнения показаний.

Им там видео с регистратора Романа-мерзавца мало что ли?

в полнейшем раздрае спешу к автобусной остановке. По дороге перекидываю сумку через плечо, чтобы удобнее было. А то поправлять неудобно, когда она сползает с оставшимся целым плеча.

Все мысли о диванчике отменяются. Хочу всё таки доехать на своё собеседование. Хоть и с большим опозданием.

Явно же по мне видно, что не по собственной воле я так задержалась.

В автобусе духота и толкучка. И приходится постоянно быть настороже, чтобы никто в моё плечо многострадальное не врезался.

Обезболивающее уже перестаёт действовать и боль начинает постепенно нарастать.

Надо не забыть в аптеке таблетки купить, которые травмотолог от боли выписал.

Когда добираюсь до нужного места, я уже как выжатый лимон. Забегаю по дороге в туалет, чтобы проверить как выгляжу.

Поправляю растрепавшиеся волосы, немного смазав шийся макияж. И это жесть какая-то. Левой рукой вообще неудобно.

Кажется, от косметики, на какое-то время, буду вынуждена отказаться. Хотя, это даже можно рассматривать как плюс. Экономия, чтоб её.

Когда мой внешний вид меня мало мальски устраивает, спешу к нужному кабинету.

Коротко стучу в дверь и вхожу.

- Здравствуйте, я на собеседование. Гудкова Елизавета, - со сдержанной улыбкой говорю я.

Девушка бросает на меня не очень довольный взгляд. Берёт папку с подставки, смотрит список.

Кажется не одна я на собеседование приглашена сегодня была.

- На одиннадцать, вы были записаны, - кидая на меня осуждающий взгляд, говорит она. - Ваше опоздание было учтено. У нас есть другие кандидаты, которые пришли вовремя.

Кажется, эта работа мне уже не светит.

- Мы примем окончательное решение и вам позвоним, - многозначительно добавляет девушка.

Мол валите ка побыстрее отсюда, вот её посыл.

И не позвонит мне никто конечно.

- До свидания, - вежливо говорю я и выхожу.

Неприятно.

Можно было конечно начать оправдываться. Но долбиться об стену бесполезно. По её лицу было видно, уже вердикт вынесен и обжалованию не подлежит.

Выхожу из здания. Теперь точно домой. Искать другую работу.

Одноруким бандитом оказывается быть очень непросто. Ни нормально в автобус зайти, ни выйти. Все норовят задеть травмированное плечо.

Но это пол беды. Самое интересное начинается, когда я домой прихожу.

Первое, это я не могу переодеть верх. Руку врач строго-настрого велел не трогать.

Это получается, я и помыться толком не смогу. Капец просто. Хоть блузку разрезай и потом свободную надевай.

Второе, что немаловажно, левая рука у меня даже ложку нормально держать не может.

Пока насыпала себе сахар в кружку, половину просыпала. И вытирать его со стола, тоже такое себе занятие.

Про готовку вообще можно забыть. Одной левой вообще фиг что сделаешь. А первая накрепко к телу прижата, что помочь ею хотя бы что-то придержать вообще невозможно.

С горем пополам устроившись с чаем на диване. Снова штудирую сайты по поиску работы. Просматриваю те, что откладывала на случай, если с этой работой не повезет.

В трех уже вакансии закрыты. А вот в одном нет. Договариваюсь о собеседовании на завтра. Зарплата конечно не поменьше, но уже ничего не сделать.

Бывает так, что не в то время и не в том месте оказываешься. Вот и мне не очень повезло.

И судьбе пофигу, что тебе за съемную квартиру платить надо и жить на что-то. А денег уже впритык. И очередной ежемесячный платёж за квартиру никуда не денется.

Но за то я живая, а значит прорвёмся. Подработки ещё найду.

На следующее утро, собираюсь на собеседование. Стою в свободной футболке и классических брюках перед зеркалом. Вообще не офисный у меня видок.

Решаю снять бандаж, чтобы надеть рубашку. Вчера получилось. Правда рука потом ныла так ,что на стену лезть хотелось. Да ещё и кое как его обратно надела

Просто сегодня я всё аккуратно сделаю.

С горем пополам преодолеваю эти трудности и понимаю, что бандаж я снимала последний раз. Без него любое движение руки мучительно болючее.

Через час я уже сижу в кабинете эйчара. Он с приподнятой бровью смотрит на мою руку в бандаже.

- Вы на какую должность? - уточняет он, хотя сам прекрасно знает.

- На должность секретаря-референта, - уверенно говорю я.

- Угу, - тянет он и снова смотрит на мою повреждённую руку.

Понимаю, что и здесь мне сейчас откажут.

А это очень и очень плохо. Я так на улице рискую оказаться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 9

Следующие два дня безрезультатно мотаюсь по собеседованиям. Как только видят мою руку в бондаже, так отказывают. Некоторые даже разговаривать не хотят.

Прямым текстом говорят приходите когда выздоровеете.

Супер просто!

А на что выздоравливать?

По сути-то я понимаю их позицию.

Зачем им сотрудник покалеченный?

Вдруг я сразу на больничный уйду?

Кому такое надо?

Да ладно если была ещё левая рука. А то правая, основная и рабочая. Я же даже подпись поставить нормально не смогу.

А оставшиеся деньги, как будто сквозь пальцы утекают. И я ведь только самое необходимое покупаю.

И дата оплаты аренды не неумолимо приближается. И хозяйка комнаты точно не подвинется с датой. Вредная женщина.

В доставке продуктов, мне тоже дали от ворот поворот. Там сердобольная девушка пошла на уступки, по моей просьбе. Мы даже нагруженный рюкзак пробовали примерить.

Н,о на оба плеча не получилось его повесить. Потому что сразу дико больно стало. А на левое плечо я этот рюкзак нагруженный, еле закинула. А вот снять нормально левой не получилось.

Рухнул на пол. Как и моя надежда там работать.

- Приходите, когда рука заживет, - с сожалением сказала мне девушка.

И вот я в полном раздрае.

Что делать ума не приложу?

Хоть листовки иди раздавай.

Останавливаюсь как вкопанная.

А что?

Это же неплохая идея. Можно целыми днями их раздавать.

Тем более, там только одна рука нужна. А пачку бумажек можно и в карман положить, да вытаскивать по одной.

Хоть какие-то деньги. Может и на аренду наскребу.

Так, приступаем к поиску!

Глазами нахожу лавочку, сажусь, и снова ищу. Только теперь раздатчика листовок.

Узнаю, что это называется гордым словом "промоутер". Так и не стыдно будет сказать кем работаешь, если вдруг кто из знакомых спросит.

Промоутер, это по сути специалист по продвижению товара. А вот каким способом я буду этот товар продвигать, уточнять я конечно же не буду.

Довольная найденным выходом из ситуации, иду домой. Нужно быстро перекусить и на работу.

Благо, сейчас лето и мёрзнуть на морозе не придется.

В почтовом ящике нахожу повестку. Я должна явиться в следственный отдел. Завтра в двенадцать, кабинет четырнадцать.

Следователь по особо важным делам, майор юстиции Р.Г. Филатов, выписал повестку.

Соображаю, что это тот мерзавец.

Вот же наглость несусветная! У меня столько проблем из-за него, а он меня ещё к себе вызывает.

Да фиг там я приду!

Мне работать надо, а не по полицейским участкам бегать.

И так из-за него лучшую из имеющегося работу упустила. И теперь нормальную найти не могу.

Так что, сам пусть ищет, в рабочее время. А я как раз на работе и буду. Тем более, у него машина есть. А я еще на транспорт тратиться должна.

Ну уж нет!

А повестку… а я скажу, что не получала никакую повестку.

И доказать они ничего не смогут! В руки не вручено, подписи моей нет о получении. Так что дядя идите куда шли и мне жить не мешайте.

Сегодня я успею поработать в двух местах. В одном месте просто раздавать листовки три часа, с оплатой двести рублей в час.

И второе место в костюме ростовой куклы. Тут уже я получу по четыреста рублей за час. И тоже на три часа.

Итого выходит тысячу восемьсот. И если я буду днями напролёт работать, то не так всё и плохо. Только бы находились такие заказы.

Вечером возвращаюсь домой, как выжатый лимон.

В этом костюме зайца просто ад работать. Из поролона, не продувается ветерком. Так что я вся мокрая и потная.

Ещё и отверстие маленькое для обзора. Пару раз чуть человека не сбила. И уже разработала правильную тактику движений на будущее.

И как бы не было трудно. Платят за этот ад, в два раза больше.

Ещё и на завтра, почти на весь день меня наняли.

Это перекрывает все минусы. Возможность заработать. Будет на что жить и где жить.

С трудом моюсь. Теперь я ношу черный короткий топ, заменяющий лифчик. Он и высыхает на теле достаточно быстро. А сверху футболка. Так что в этом плане я кое-как приспособилась.

Но вот с готовкой еды полный провал. Даже хлеб отрезать не получается. А про остальное и говорить нечего.

Поэтому пока сижу на дошираке. Готовую еду покупать дорого. Не с моим экономным бюджетом.

На следующий день погибаю от жары. Но упорно раздаю листовки.

Солнце печёт, пот уже по всему телу течёт. Хорошо хоть перерывы есть, свежего воздуха глотнуть.

Подавая очередную листовку, замечаю машину бешеного мерзавца Романа. В начале замираю. А потом понимаю, что он меня в костюме точно не узнает.

Выдыхаю и дальше работаю.

Потом ещё пару раз его машину замечаю. Но уже реагирую спокойно.

В памяти выброшенная повестка всплывает. Не по мою ли он душу катается. Как раз в сторону моего дома ездил.

Отмахиваюсь от этой мысли. Он же начальник вроде. А значит точно не сам за мной поедет.

Больше машина не показывается и я с удовольствием иду на перерыв. Сажусь в тенёчке. Стягиваю тяжёлую голову зайца и шевелю насквозь мокрые волосы.

Ветерок тут же обдувает и от приятного холодка мурашки по коже бегут. Ещё бы весь костюм снять и проветриться. Но его снимать и одевать, та ещё задачка.

Поэтому только голова проветривается.

Внезапно из-за поворота вылетает красная машина Романа-мерзавца. Пролетает мимо.

Я быстрее хватаюсь за голову зайца и натягиваю её.

Тем временем машина резко тормозит и сдаёт назад.

Упс.

Не успела спрятаться…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 10

Роман

Утренняя планёрка идёт своим ходом. А я не выспался нихера.

Жду, когда до меня дойдёт очередь отчитываться. А у меня блядь, свидетельница не явилась. Одна выдерга кареглазая.

Лютый бочку катит на меня. За неправомерные действия при задержании. Применение излишней жестокости. Как будто, мы там, чуть ли не отрядом ОМОНа, его избивали, целым автобусом. И всю дорогу пинали.

Соответственно, нужны ее показания. Гудковой этой.

А она не явилась. И не позвонила, предупредить что явиться не сможет.

Вчера два раза к ней мотался. Дома нету. Хер знает, где эта однорукая бандитка лазает. Явно же на больничном сидит.

Куда черти её носят непонятно?

Отчитываюсь по форме без особых уточнений. Получаю недовольный взгляд от Самсонова.

Он нормальный мужик. Сработались прктически сразу. Однако спрашивает и отчитывает жестко, когда за дело.

И ко всему пиздецу что у меня творится, у меня пизец по делу Лютого. Пока показания с Гудковой не получу.

Планёрка идёт, а мне лететь пора. Хочу с утра эту засранку застать дома. Раз после обеда он хер знает где шарахается.

Наконец финал официальной части и все поднимаемся, чтобы идти трудится на благо родины.

- Роман Евгеньевич, задержись, - спокойно говорит Мирослав Леонидович, он же Самсонов.

Падаю обратно на стул

Дело явно пахнет жареным.

Все выходят. А я как долбаеб сижу и понимаю, что сейчас выхвачу. За дело.

- Ты, взял с собой, на задержание особо опасного преступника, гражданское лицо? - с расстановкой спрашивает Мир.

Донесли блядь!

- Женщину, если можно так сказать, поясняю я и вижу как брови его сходятся на переносице. - Товарищ полковник, там, в общем, там все сложно получилось. Но главное же, дело сделали, взяли. Никто не пострадал. Почти, - приходится объясняться.

- Почти, говоришь? - строго смотрит на меня.

- Ситуация сложилась критическая. Время поджимало. Был вынужден взять с собой гражданку слегка пострадавшую. Прибыв на место, оставил в машине, приказав сидеть в машине. Сам пошел на задержание.

Дальше сказать не успеваю.

- Роман, ты как опер… - делая паузу, смотрит на меня как на нашкодившего котёнка. - Ты, конечно, прям молодец. Выше всяких похвал и никаких претензий. А вот в плане понимания женской психики, надо бы тебя все-таки на какие-то курсы повышения квалификации отправить. Где ты видел, чтобы женщина послушалась и сидела послушно в машине? - повышает он голос.

У него как будто все послушные. Трижды ха!

- Товарищ полковник, я, конечно понимаю, что у меня опыт взаимоотношений с женщинами не такой, как у вас…

- Чего? - поднимает он бровь.

- Ладно, простите, - поднимаю руки ладонями вверх. - Извините, товарищ полковник, это ваши личные дела. Меня это не касается.

Хотя, я как бы про эти дела очень в курсе. Сам принимал непосредственное участие.

- Показания этой барышни, чтобы сегодня были!

- Понял. Будут, - уверенно киваю. - Могу идти?

- Иди, - со взглядом, что мне голову открутить давно пора, да рука не поднимается, отпускает меня.

Захлопнув дверь выдыхаю.

Гудковой, голову, блядь, откручу!

Сразу же иду на выход. Обходя свою машину, морщусь при виде разбитой морды и крыла.

Прыгаю за руль и по газам.

Вчера с участковым по её району созванивался.

Квартиру эту сдаёт пожилая пара. Арендаторы достаточно часто меняются. Если кто-то и сменился, он не видел. Так лично он не знаком.

По моей просьбе, он тоже пару раз заходил в разное время. Оба раза не нашел. Дверь закрыта. Стучал, звонил - никого нету. Все.

Ну не в розыск же её объявлять? На базе чего?

Плюс чувство вины у меня всё равно есть.

Как она там, со своей рукой?

Хотя, вроде ничего сложного не должно быть. Люди руки каждый день ломают. Понятно что больно.

А человек, тварь такая выносливая и адаптирующаяся, ко всему привыкает. Я бы привык. Нормально всё.

Да, часть моей вины в этом есть, как бы то ни было. Но это точно не смертельно.

Подъезжаю к дому гудковой, поднимаюсь на этаж. Стучу в дверь.

Хер!

Никто не открывает.

Тебя где блядь носит?!

Выхожу, смотрю на окна. Занавески не колышатся. И за ними вроде никого не видно.

Еду обратно в отдел. Срочные бумаги разобрать.

Через час снова приезжаю.

Опять хер!

Я уже на взводе.

Где с одной рукой можно блядь пропадать?

Ещё из-за зайца, раздающего листовки, чуть в прохожего не въехал. Хер знает какого фига на него засмотрелся.

Ёбаны в рот, чуть второй раз не влетел!

Еду в отдел, по базе пробить место работы.

Может, дурная работает, и на больничный не пошла?

Вылетаю из-за поворота. Выхватываю того же зайца. Сидит в теньке без головы, волосы поправляет.

Это же блядь, Гудкова!

Ударяю по тормозам и с визгом шин сдаю назад.

Пиздец тебе, заяц!

Хотите узнать, в чём принимал непосредственное участие Роман? Здесь все написано:

"Любовь. две половины"

А те, кто уже знают? Не рассказывайте секреты, не портите остальным впечатление ????????

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 11

Уже, через специальное отверстие, в голове зайца, наблюдаю, как Роман-мерзавец бросает свою машину. Прямо на посредине дороги.

Оставив дверь открытой, он, быстрыми, уверенными шагами, идёт в мою сторону.

В растерянности бросаюсь сначала в одну сторону.

Там, блин, заборчик!

Через который, в этом сраном костюме, я не перелезу сто процентов.

Тут же бросаюсь в другую сторону.

Успеваю пробежать пару метров. И тут же, меня откидывает назад.

Этот мерзавец хватает меня за шиворот, дёргает назад. Прижимает к стене дома.

Осматривает меня с ног до головы. Усмехается.

- Блядь, надо или перестать с тобой контактировать или машину менять. Эту жалко будет второй раз разбить.

- А вы ездить так и не научились, да? - спрашиваю и тут же вижу как его лицо на глазах суровым начинает становиться.

Стоит и сверлит меня своими сердитыми серо-стальными глазами. Через чёрную сетку в отверстии, словно её и нет вовсе.

Ещё и брови хмурит так, что описаться со страха можно.

Хорошо, вся лишняя жидкость из меня с потом вышла. А то бы точно подмочила свою репутацию.

Вон какой злющй. Того и гляди дым из ноздрей и рта вырываться начнёт, вместе с языками пламени.

Прямо настоящий дракон, только в человеческом обличии

- От правосудия скрываешься, Гудкова? - с угрозой в голосе цедит он.

Угрожает ещё гад! Мне и так страшно, а он ещё больше нагнетает.

Я тут из-за него страдаю, а он…

Да он даже не узнал как я! Нормально ли у меня всё! А теперь бравого блюстителя закона из себя строит!

Все мои беды нынешние из-за него. А значит нечего стоять и трястись.

- В-во первых, здравствуйте, товарищ с-следователь, по особо важным делам, майор юстиции Филатов, - со смешанными чувствами обиды и злости говорю я. - А во вторых, н-ни от кого я не скрываюсь! Из-за вас теперь вот чем заниматься приходится, - шлепаю здоровой рукой по груди костюма.

Вроде стараюсь говорить уверенно, а голос всё равно троит и подрагивает.

- Почему не явилась по повестке? - с той же пугающей интонацией требовательно спрашивает он.

Я ему про одно, а всё про повестку. да пусть он эту повестку…

Я по его милости зубы на полку выкладывать не собираюсь.

- По какой повестке? Я ничего не видела, - удивленно спрашиваю в ответ.

И очень надеюсь, что удивление моё выглядит по-настоящему. Потому что очень непросто притворяться, когда тебя от злости распирает.

- По той, в которой мою должность прочла, - скалится он

Пу-пу-пу. Второй упс!

Раскусил меня, как несмышлёную школьницу. Врать толком, я всё таки так наверное и не научусь никогда.

Вообще-то, я хотела призвать его к порядку, чтобы не смел, как в прошлый раз, творить что хочет. Он вообще-то, должностное лицо, и должен вести себя в соответствии с занимаемой должностью.

А она у него не хухры мухры. Я когда прочла, у меня волосы на затылке зашевелились. Майор юстиции, - даже звучит пугающе.

А он, вот вообще, не похож на такого статусного полицейского. Мне казалось такие уже в возрасте, сидят в своих кабинетах и бумажки подписывают.

А этот, вон, носится по улицам как угорелый. Не сидится ему на рабочем месте.

Кресло у него что ли в кабинете неудобное?

Видимо, из нас двоих, только я такого мнения, что полицейский себя достойно вести должен.

Мерзавцу-Роману вообще это похоже не нужно. Вон, стоит машина посреди улицы. Все сигналят, даже маты летят, а он и ухом не ведтёт.

- В ГИБДД, - вспоминаю где могла ещё слышать, - когда мы были, я про вашу должность узнала! - вздрагиваю подбородок, хотя ему-то наверное не очень то и видно.

Смутно припоминаю, что там вроде про это говорилось. Когда ещё мне предъявили, что я чуть помехой задержанию не стала.

Хотя, это благодаря мне того урода и задержали. Если бы я не осталась сидеть в машине, как мерзавец-Роман приказал, то ушёл бы тот преступник.

Ещё и угрожал найти и разобраться со мной. А Роман-мерзавец, даже не защищал меня. Просто приказал заткнуться тому гаду.

Защитничек родины и её граждан ёпрст!

- Поехали, - хватая меня за костюм, говорит он.

- Никуда я с вами не поеду. Ни в какие, блин, ни в полицию, ни в ГИБДД. И вообще, мне работать пора, у меня перерыв кончился, - тараторю я.

Мерзавец-Роман берёт и щупает мой костюм на левой руке, а сам через сетку на меня смотрит, так что до костей пробирает.

- Ты учти, костюм у тебя толстый.

- Что? Зачем вы меня… не надо меня трогать! К чему вы это вот-вот-вот… - его слова и действия выбивают меня из привычной колеи. - К чему было ваше уточнение про мягкость моего зайчика?

- Готовься, блядь! В этом зайчике можно тебя и в багажник положить. Не помнёшься, наверное.

- Какой еще багажник? Не поеду с вами, тем более в багажнике!

- Так, или иначе, поедешь, - с непреклонной уверенностью заявляет он.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 12

Обескураженно смотрю на него.

Это что, угроза сейчас была?

Ведет себя так, как будто управы на него не найдётся! Хотя я даже понятия не имею, куда обращаться, чтобы эту управу найти. И другие люди наверное так же, вот поэтому и ходит безнаказанно.

- Р-роман Г-георгиевич, - от возмущения аж троить начала, - вы вообще-то честных граждан защищать должны, а не угрожать и издеваться! - возмущенно говорю я.

Его бровь удивлённо поднимается. Он пристально смотрит мне в глаза. Как будто, взвешивает степень моего возмущения.

И вместо ответа, он хватает меня за шиворот костюма и тащит в машину.

- Да вы права не имеете! У… у меня же работа! Как я потом всё это буду объяснять?

- Вовремя по повесткам являться надо, - рявкает он.

Поджимаю губы,

Совсем не так, в голове, я мысленно его отшивала, когда повестку выбрасывала.

Я там сильная и независимая казалась сама себе. И колко на всевозможные вопросы отвечала. А тут, блею как напуганная овечка.

Как же он меня выбешивает!

Как увижу, так и бесит.

Наглый гад!

Он грубо заталкивает меня в машину. Причём, умудряется при этом обезопасить мою травмированную руку. Что я даже дискомфорта никакого не почувствовала.

На мои колени он суёт голову зайца и с силой захлопывает дверь.

Сижу, даже шевельнуться не могу.

Он меня не затолкал в машину. Он меня в неё утрамбовал!

Вообще, человеку плевать, что у меня теперь ещё больше проблем из-за него будет. Делает, то что ему надо, не задумываясь о нуждах других людей.

Вершитель правопорядка блин.

Мерзавец он редкостный! Вот кто он!

Ещё и бешеный в придачу.

Бросить машину посреди дороги, это кем надо быть? Отбитым на голову?

Роман садится за руль. Заводит двигатель. Тот тут же довольно рычать начинает, прямо как его хозяин. Только вот его хозяин, вечно недовольно рычит.

Срываемся с места по оглушающий визг шин..

И мне, очень не очень хорошо становится. Я и так на солнце перегрелась в этом поролоновом костюме пыток, так теперь ещё всё перед глазами мелькать начинает.

И окно только с его стороны открыто. Я при всём желании до кнопки не дотянусь, чтобы его открыть

Он же с подозрением поглядывает на меня.

- В моём самолете бумажных пакетов не предусмотрено. Не вздумай блевать, - бросает он уже не отвлекаясь от дороги.

- Так едь тогда нормально, а не как угорелый. И окно открой!

Окно открывается и я чуть наклоняюсь, подставляя лицо и задувающему волосы ветру.

Остановившись на светофоре, он разворачивает чупачупс.

- Сладенькое любите, да? - ядовито спрашиваю его.

Он поворачивается ко мне всем корпусом. А мне и дернуться назад ни как. Потому что костюм вокруг.

- Это тебе, - протягивает он чупачупс. - На соси, - придерживая мою здоровую руку, нагло добавляет он.

Не знаю почему, открываю рот и он заталкивает леденец на палочке мне в рот.

Светофор загорается жёлтым. Он тут же отворачивается и сразу машина резко срывается с места.

А я чувствую вкус чупа-чупса, со вкусом мяты и клубники. И тошнота пропадать начинает.

Возмущение и благодарность борются во мне друг с другом.

- Мофшно было и повефшливее, - с чупа-чупсом во рту, с обидой в голосе говорю я.

Роман усмехается и сильнее вдавливает педаль газа.

Вот же хамло наглое!

И как ему такую должность дали? Я не понимаю, честно!

Да ему, с таким поведением, только на рынке торговать. Арбузами и дынями.

Насколько можно подставляю голову под обдувающий поток воздуха и рассматриваю голову зайца. Чтобы не смотреть на мельтешение вокруг.

Машина паркуется у здания полиции. Смотрю как он выходит, и думаю, как он меня теперь вытаскивать будет.

К моему огорчению, для него это не составляет никакого труда. Вылетаю как пробка от шампанского, под воздействием его сильных рук.

Он забирает у меня голову зайца, закидывает в машину, захлопывает дверь и пикает сигнализацией.

Это что, мне теперь не уйти, пока он не позволит. Без головы то я точно не уйду,

Гад продуманный!

Вижу в отражении свои слипшиеся волосы на голове.

Ужас, как будто меня корова облизала. И как я в таком виде…

- Идём, - прерывая мои размышления, приказывает он.

- Не пойду я в таком виде, - ставлю здоровую руку в бок.

- Гудкова, - предупреждающе рычит он.

А моя рука сама по себе опускается.

Понимаю ,что если буду упираться, схватит за шиворот и потащит, как преступницу.

Выбираю наименьшее из зол и иду сама.

Прохожие оглядываются, вида нашу парочку. И кажется мне, как мы войдем, у нас вообще аншлаг будет.

Ещё и шуточки их, узконаправленные будут со всех сторон прилетать. У полицейских же специфический юмор. Ну судя по фильмам.

В отделении полиции так и происходит. Ещё и за хвост просят подёргать. Только не уточняют кто именно будет это делать они или я.

Фу блин! Пошляки и грубияны одни подобрались.

Роман доводит меня до кабинета, открывает дверь.

- Пахоменко с Гудковой возьми показания, - заталкивая меня внутрь, приказывает он.

- Будет сделано, - кивает Пахомов.

Роман захлопывает дверь за моей спиной.

Оглядываюсь и вижу троих мужчин. И все как один стараются сдержать улыбки.

- Поймал Филатов своего зайца, - говорит сидящий у окна, и все трое прыскают со смеха.

Чую, с трудом я показания давать буду…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 13

В кабинете духота, кондиционера нету. У меня под костюмом творится вообще чётре что. Меня если сейчас вынуть, и начать выжимать, с меня ручьи польются.

И я просто скоро вся высохну изнутри, если и дальше буду потеть и не восполнять потерянную жидкость.

Я ещё и с чупа-чупсом во рту блин!

Вообще прекрасный образ. Непонятно вообще на кого похожа. На неадекватную девицу с прибабахом. не меньше.

Вынимаю чупа-чупс изо рта и прячу руку за спину. И вижу как все трое провожают мою руку.

Со стыда сквозь землю провалится готова.

Явно же, шутки в их головах по этому поводу рождаются и скорее всего множатся. Того и гляди кого-то из них ими прорвет.

- Воды? - игриво спрашивает тот, что у окна.

А в глазах, черти ржущие скачут. Весело им чёрт возьми!

И вроде бы ответить ему колко надо, за то что неприкрыто глумится. И в то же время, пить жутко хочется, особенно после сладкого.

- Буду очень благодарна, - в итоге, сдержанно вежливо говорю я.

Пахоменко, тем временем, что-то ищет на своём столе. Даже брови нахмурил, и вид серьёзный на себя нацепил.

- Елизавета Марковна, проходите, присаживайтесь, - читая по бумажке моё имя, говорит он.

Оглядываясь, куда бы выбросить чупа-чупс, иду к стулу около его стола.

И вот здесь начинается первая трудность.

На стул я сесть нормально не смогу. Задница у зайца объемная, очень. И только поролон на стуле и поместится. А моя попа просто утянет меня на пол, если сесть попробую.

Тут даже и пытаться не стоит. Это только дать им ещё один повод надо мной поржать.

- А-а-а долго… надо будет показания давать, товарищ… - запинаюсь.

По фамилии его назвать как-то некультурно.

- Константин, - подсказывает сам он.

И в глазах Константина такие черти пляшут, как и у того, что у окна был.

- Товарищ полицейский, Константин? - договариваю я.

- Не пять минут, - сдерживая улыбку, говорит он.

Понял гад, что на стул мне не сесть.

Вот увижу мерзавца-Романа и всё выскажу ему. Вот всё-всё, что в душе накипело. И за издевательства его подчинённых тоже!

- Ваша вода, Елизавета Марковна, - улыбаясь говорит тот, что сидел у окна. - Я Евгений, - склоняет он голову, пряча кривую ухмылку.

Хочется послать их, раскинуться и выйти отсюда. Только пока я поворачиваться буду и убегать, эти трое быстро меня остановят.

Только это меня и останавливает. Они ведь потом ещё больше ржать надо мной будут.

А у меня и так, самооценка из-за них прилично потрепалась.

- Давайте подержу сосалку, - выдёргивая у меня из руки чупа-чупс, говорит Евгений.

Чувствую себя посмешищем. И эти трое только добавляют мне неловкости. Каждой двусмысленно сказанной фразой.

Да чтоб, у этого Филатова, два болючих чирея на заднице соскочило. Или лучше по два на каждое полупопие, чтобы не на одном сидеть не смог.

Забираю желанную воду. И тут же жадно отпиваю половину.

Словно бодена по душе прошёлся, кажется мне от прохладной воды.

- Спасибо, - киваю на стакан. - А это, - киваю на чупа-чупс в его руках,- можете сами протестировать, - мило улыбаюсь я.

Вот вам ответ. Не буду я всё терпеть. Я и зубы показать могу, и в ответ постебааться тоже сумею.

- У-у-у… - тянут одновременно оставшиеся двое.

- Приступайте Евгений, - говорит третий.

Теперь смеются двое и я. Ну хоть не мне все колкости сегодня будут адресованы.

А Евгений, прищурившись грозит мне пальцем. И вид у него явно недовольный. А ты думал. Вот почувствуй, как неприятно, когда над тобой незнакомый человек смеётся.

- Над следственными органами… - начинает угрожающе он.

- Всё, харе, работаем, - отсмеявшись, обрывая его, строго говорит Константин. - Присаживайтесь, Елизавета, - кивает он на стул.

- Я постою, - отвожу глаза.

- Садитесь, - с нажимом говорит он.

Вот же привязался!

- Как? У меня одно место не поместится! - взмахиваю от возмущения рукой.

Недопитая вода в стакане колышется и несколько крупных капель падают на его стол.

- Ой! - прижимаю стакан к себе.

Константин бросает на меня укоризненный взгляд. А я пожимаю в ответ плечами.

А нечего девушку доводить. Явно же всё понимает и решил ещё надо мной поиздеваться.

- Парни, не смущайте девушку, - говорит строго третий.

Он несёт второй стул, ставит его напротив первого. И сдвигает вместе.

- Я ногу не перекину, - мотаю головой и показываю на сколько у меня нога может подняться.

Он тут же тянет руки ко мне и собирается взять меня как раз там где больная рука.

- Стоп! У меня там рука, - вскрикиваю я и отшатываюсь. - С вывихом, - уже спокойнее добавляю.

- Так нормально? - беря за талию, спрашивает он.

- Угу.

И как только я это произношу, тут же оказываюсь в воздухе.

- Ноги раздвигай, - командует он.

В этот момент дверь открывается, входит Роман-мерзавец. И он явно слышал последнюю фразу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 14

Все четверо замираем. Я в руках третьего оперативника. Ноги у меня врозь. И я их быстро свожу вместе.

Представляю какая картина предстала перед глазами мерзавца-Романа.

Бросаю растерянный взгляд на него. И тут же чувствую как щёки стремительно начинают краснеть.

- Дэн, я вам её на допрос привел, а не развращать, - утробно рычит Роман.

Что?

Какие развращать?

Этого и в помине не было!

- А не надо было меня сюда в костюме зайца тащить. А надо было дать, как нормальному человеку, переодеться! - возмущаюсь я. - И не тащить в таком виде сюда. И не пришлось бы ребятам выдумывать всякую хрень, чтобы дать мне возможность сидя давать показания, а не стоять как оловянному солдатику! - выговариваю ему.

В кабинете повисает тишина. Парни с явным сочувствием смотрят на меня.

А взгляд мерзавца-Романа становится таким тяжелым, что по моей спине, несмотря на сауну внутри зайца, холодок пробегает.

А Денис вообще глаза закатывает.

- Я что-то неправильно сказала, - чуть наклонившись к нему, шёпотом спрашиваю у него.

Он едва заметно кивает. Резко ставит меня на пол. Так и не посадив на стулья.

- Надо, процесс провести воспитательный, - говорит он пугающим тоном.

Тут же наклоняет голову в разные стороны, как будто её разминает.

Я пячусь, упираясь в Константина. Он тут же отскакивает от меня, как кипятком ошпаренный.

- Георгич, у нас работы дохе… много. Дай показания взять, - говорит он.

Остальные дружно кивают. И отходят от меня подальше.

Что вообще происходит?

Как в прокаженную успела превратиться?

Бросаю на них недовольный взгляд. Ну фиг с ними.

- И мне на работу быстрее надо вернуться, - добавляю я.

Денис опять закатывает глаза.

- Да что не так-то? - возмущённо спрашиваю его.

- После, ко мне её приведи, - смотря на Костю, цедит Роман-мерзавец.

Дверь за ним с грохотом захлопывается. Евгений выдыхает и усмехается, смотря на меня.

- Нашла ты себе приключений на поролоновую жо… - осекается. - Пятую точку.

- Я ничего не искала. Сам привязался, - дергая здоровым плечом, хмурюсь я.

Все трое с интересом смотрят на меня. Соображаю, как двояко сейчас прозвучали мои слова.

Лиза, ты просто гений переговоров сегодня! Все провалила!

- Да нет! Вы не то… - пытаюсь оправдаться.

- Показания, - перебивает меня Денис. - Я тебя поднимаю, ты раздвигаешь ноги и твоя поролоновая пятая точка будет сидеть. - спокойно и тихо проговаривает он.

В итоге меня наконец сажают. Не с первой попытки правда. Облегчённо выдыхаю.

- А можно ещё водички, - показываю пустой стакан.

И как только полный стакан появляется на столе рядом со мной, начинают сыпаться бесконечные вопросы.

Я уже кажется по двадцатому кругу им повторяю одно и тоже.

И про светофор, и про то как Роман-мерзавец запихал меня в машину. И про то как приехали на место и про то что не стала сидеть в машине из-за страха и пошла вслед за ним.

Ну и дальше по списку про преступника. И как Роман спас меня от него.

- Спасибо, Елизавета Марковна. теперь ознакомьтесь и подпишите, - подаёт он мне документы.

Читаю всё. Лучше уж проверить. Вдруг там признание моё в преступлении, вместо того, что я тут двести раз повторяла.

Смотрю на место, где мне надо расписаться.

Пу-пу-пу…

- А крестик можно поставить? - показываю левую руку.

Костя хмурится.

- Не желательно. Потренируйтесь, - протягивает мне чистый лист.

Я и так у них уже полтора часа просидела. А меня ещё и тренироваться заставляют.

Поджимаю губы и беру ручку. Получается полнейшая хрень. Раз за разом.

- Это бесполезно, - психуя, из-за того что впустую трачу время, откидываю ручку.

- Как получается подписывайте, - вздыхает Костя. - Теперь на третий этаж, к Роману Георгивичу.

Киваю. Он помогает мне встать. И я попрощавшись с ним ухожу. Евгений и денис уже ушли по ками-то делам.

Поворачиваю к выходу, не собираясь идти ни на какие воспитательные работы. Тут же останавливаюсь.

Голова!

От этого адского зайца, который уже насквозь выжимать можно.

Проклиная всё, поднимаюсь на третий этаж. У меня точно сегодня обезвоживание будет. Да и костюм от моего пота всё тяжелее становится.

Нахожу кабинет с табличкой "Филатов Роман Георгиевич" и витиеватым названием его должности.

Стучу и дергаю за ручку.

Закрыто!

Стучу громче. В ответ мне тишина.

- Георгич на вызов улетел, - говорит мимо проходящий мужчина в форме.

И на лице его явная усмешка.

- Не смешно, - вместо спасибо бурчу я.

Злость закипает во мне, как лава. Булькает, разбрызгивая обжигающие капли.

Головы нет, я вымотанная как незнаю кто и мокрая насквозь. Ещё из-за этого мерзавца-Романа на третий этаж за зря тащилась.

А мне и так не легко между прочим!

Спускаюсь на первый этаж. Тыкаюсь в дверь, где давала показания. И она теперь закрыта.

Пинаю дверь от досады.

Что мне теперь делать?

Как я без головы появлюсь?

А если потребуют её стоимость оплачивать?

Каждый раз, у меня из-за этого мерзавца проблемы только множатся. А он даже не спросил, все ли у меня в порядке!

Обидно до слез.

Выхожу из отделения, и растерянно оглядываюсь по сторонам. Потому что откуда мы приехали, я не запомнила. И в какую сторону лучше идти, я понятия не имею.

Или всё-таки подождать, когда мерзавец-Роман вернётся?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 15

Сижу на ступеньке, на крыльце отделения полиции. Как раз в той части, на которую тенёк падает от соседнего здания.

Легкий ветерок обдувает волосы, превратившиеся в сосульки. И чувствую я себя как выжатый лимон.

Романа-мерзавца наверное уже с час нету. Уже с подработки звонили. Отругали как школьницу, за то что с урока сбежала. Точнее с точки раздачи листовок.

Никакие доводы, что меня в полицию забрали, и я не самовольно ушла не подействовали. Сказали как можно быстрее вернуть костюм и остатки листовок.

Выть хочется, только луны нету.

Теперь они точно больше меня не возьмут на работу.

От обиды на мерзавца, плакать хочется. И есть тоже хочется. И снять этот адский костюм.

Хоть водой снабдил добрый человек, мимо проходящий. Сунул поллитровую бутылки минералки и быстро ушёл. Я даже спасибо сказать не успела.

И куллер здесь в отделении есть, в котором можно воды набрать. Только мне кажется, меня скоро поганой метлой из этого отделения выгонять начнут. Дежурный ,сидящий на первом этаже уже косо на меня посматривать начинает.

Вспоминаю про свою шоколадку. Купила утром самую недорогую, чтобы с голоду за день не умереть.

Достаю шоколадный батончик. И судя по виду, он как и я, растаял. Потому что внутри костюма самая настоящая сауна. И даже тенёк не спасает. Не продувается эта толстенная поролоновая броня.

Зубами вскрываю упаковку. Растаявший шоколад прилип к обёртке. И только вафельная начинка ещё держит форму.

Видок так себе ,но кушать очень хочется. В животе уже возмущённо урчать начинает.

Стараясь не замараться, откусываю часть. Не вау конечно, но на подкрепится пойдёт. И я, маленькими кусочками, уничтожаю середину. А вот практически весь шоколад остался на обёртке.

Глянув по сторонам, что нет никого, слизываю шоколад. Жалко выбрасывать. А у меня и так каждая копейка и калория на счету.

С облизыванием получается не так ловко. Потому что этот фантик так одной рукой не вывернуть, чтобы он не касался лица.

Облизываю губы, перепачканные шоколадом.

И в этот момент, передо мной, как чёрт из табакерки, появляется мерзавец-Роман.

Явился не запылился. Другой же момента нельзя было выбрать.

Быстро прячу язык обратно в рот. А он, стоит, смотрит на меня и недобро ухмыляется.

Тело как будто разрядом тока ударяет. Вздрагиваю.

Смотрим друг другу в глаза. Теряюсь, от его пристального взгляда.

Он, не разрывая зрительный контакт, тянется к карману и достаёт из него платок.

Ну хоть что-то человеческое в нем есть. Видимо, робкие зачатки, которые никак развиться не могут.

Оглядываюсь по сторонам в поисках урны. Фантик хочу выбросить, чтобы платок взять. Вторая рука надежно привязана к телу.

Он подходит ближе.

- Языком тоже хорошо работаешь, - бросает он.

Я не успеваю и слова в ответ сказать. Он разворачивает платок, нагло берёт меня за подбородок и сам вытирает мне лицо.

Как маленькому ребенку.

Он оттягивает мои губы. И тут же раздаётся смачный чмок.

Замираю, от того, как это пошло сейчас прозвучало. Вместе с его пошлой фразой, вообще кошмар!

Я сейчас со стыда сгорю и под землю провалюсь. Прямо сквозь бетонные ступени.

- Да вы! - отталкиваю его руку. - Вы мерзавец редкостный! Я из-за вас, работу очередную потеряла! А вам бы только сальные шуточки травить! Ещё и голову забрали! Сижу тут как дура, вас жду. И от жары умираю! - высказываю что накопилось.

- Снять надо было, - кивает он на костюм.

Он сейчас издевается?

- Снять?! С одной рукой? И куда я его потом дену? И как я выглядеть после адской сауны буду. У меня там водопад Ниагарский!- тычу в него рукой, забыв про оставшийся фантик в руке.

На его белой футболке остается большое шоколадное пятно. С ведущей вниз небольшой смазанной дорожкой, когда моя рука вниз опускалась.

Пу-пу-пу…

А куда бежать? И самое главное как?

Пока мои мысли мечутся в поисках спасения, он смотрит на пятно. Чуть склоняет голову набок, как будто любуется.

Потом, очень медленно переводит взгляд на меня.

Моя голова сама в плечи вжимается.

Кажется, я его окончательно разозлила.

В его глазах опасное пламя полыхает. Он, сейчас точно мне голову мою открутит. И голову зайца не на что будет надевать.

- Это вам за голову! - неожиданно для самой себя, выдаю я.

У меня что, голова за меня тут решения решила принимать?

А взгляд Романа-мерзавца становится ещё темнее и опаснее.

Ой-ёй-ёй! Теперь точно надо бежать.

Очень срочно бежать!

Бросаю беспомощный взгляд по сторонам. С одной стороны поручни крыльца. С другой вход в отделение. А с третьей стоит он.

В отделении он же себя не будет вести как мерзавец?

Срываюсь с места и забегаю внутрь. не оглядываясь, несусь в туалет. Я его присмотрела, когда за водой ходила.

Забегаю туда и прислонившись к двери, судорожно хватаю ртом воздух.

- Зайца моего не видели? - слышу его громкий голос из-за двери.

- В мужской туалет забежала, - отвечает дежурный.

Мужской? В этот момент в одной из кабинок слышно как кто-то нажал на слив.

Пулей вылетаю из туалета. И тут же попадаю в лапы мерзавца.

- Попалась, зайчик, - нагло ухмыляется он.

Он хватает меня за шкирку, и тащит на выход.

- Я на телефоне, - жестом показывая созвон, бросает он дежурному.

- Шерстку зайцу не попорти, - летят нам в спину насмешливые слова в ответ.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 16

- Да не пойду я с тобой никуда! - зацепившись рукой за дверную ручку, с натугой говорю я.

Большая ладонь Романа-мерзавца, ложится на мою ион с легкостью разжимает пальцы.

- Сопротивление полиции, арест до пятнадцати суток, статья девятнадцать точка три КоАП РФ, - вытаскивая меня на улицу, говорит он.

- Какие пятнадцать суток? - почти визжу от испуга. - За что?!

Дергаюсь ещё сильнее, чтобы он меня наконец отпустил. Ноги запутываются, и я чуть не падаю. Его рука, держа меня за шиворот, удерживает от падения.

- Я вам показания уже дала, что вам ещё от меня надо? - бросаю на него сердитый взгляд. - Отдайте мою голову и отстаньте от меня наконец. У меня из-за вас, одни проблемы!

Он показательно тяжело вздыхает и указывает на пятно, которое я ему нечаянно поставила.

Вот сам же виноват. Сам довёл. А теперь я у него виновата. А то что я теперь без денег, опять по его вине, его вообще не колышет!

- И что? За это пятнадцать суток мне дадут? Не многовато ли за тряпку?

Он прижимает меня к машине, нависает сверху. И смотрит как удав на кролика, которого собирается проглотить целиком.

Достаёт из кармана чупа-чупс. Зубами вскрывает упаковку и освобождает летенец. Подносит его к моему рту.

- Сами сосите! - отворачиваю лицо.

Позади него раздается смех. Его взгляд становится убийственно пронизывающим.

Губы кривятся в кривом оскале, с зажатой в зубах упаковкой от леденца. Выплёвывает её в сторону, не разрывая зрительного контакта.

Да под таким взглядом всё что угодно сделаешь, лишь бы насквозь тебя не прожгло. В разумных пределах конечно.

И мой рот, от страха, сам открывается.

Он впихивает мне чупа-чупс. Наблюдая, как мои губы смыкаются обхватывая палочку.

- Чаще используй, меньше проблем будет, - взглядом показывает на палочку от чупа-чупса.

Вот же хамло гадкое!

- Да увы… - понимаю, что членораздельно ему сейчас ничего сказать не получится, пока у меня во рту чупа-чупс.

Хочу рукой вытащить его, чтобы сказать нормально. Но Роман-мерзавец перехватывает руку, с предупреждающим взглядом, не бесить его ещё больше.

Невольно киваю, чтобы дать понять что его посыл мною понят.

Кстати, в этот раз чупа-чупс со вкусом банана и шоколада. Вкусный, зараза.

Роман оборачивается, туда, откуда смех прилетел. И его мощная шея предстаёт перед моим взглядом. С вздутыми венами. Мужественная капец просто.

И за что таким мерзавцам такие параметры даются? А вот почему добрым и хорошим парням, тела не очень чтобы очень?

Несправедливость мира на лицо.

- Пардон, иду работать, - слышу мужской голос.

Видимо, он таким же пугающим взглядом одаривает сейчас того кто смеялся. А я, в это время успеваю выдернуть чупа-чупс.

- Проверю, - говорит Роман и снова поворачивается ко мне.

И что-то мне вообще что-либо дерзкое говорить перехотелось. Если его мужчины побаиваются, то что про меня говорить.

- Роман Георгивич, отпустите меня, а? Иначе я от обезвоживания помру, - страдательно говорю я.

Он приподнимает бровь, и рукой нагло лезет мне под костюм.

- Вы чего? - пытаюсь остановить его руку, и чупа-чупс прилипает к его руке.

Мы оба смотрим на чупа-чупс, потом, синхронно поднимаем глаза и сталкиваемся взглядами.

Его взгляд снова темнеет. Чуть прищуривается.

Ну всё, теперь мне точно конец, потому что его губы растягиваются в кровожадной ухмылке, с пугающим оскалом белых зуб.

Ими он мне сейчас голову и откусит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 17

Он медленно отрывает чупа-чупс от волос на руке. Морщусь, потому что вижу как эти волоски с трудом отлипают.

Это же капец как больно!

Дальше, он демонстративно облизывает его. И припечатывает к моим волосам на темечке. Словно вкрутить мне его в голову собрался.

- А пулями вы так же промахиваетесь? Как вам тогда вообще пистолет выдали? - отмахиваюсь от его руки.

Он убирает руку вместе с чупа-чупсом. И я чувствую, как часть волос вырывается следом.

- Ай! Больно же! И я не специально так-то! - обиженно говорю я потирая липкое место на голове.

Бешеный ей богу!

- Может, у вас дисметрия или гипертермия развивается? Вам тогда срочно к врачу обратиться надо. Это что-то с мозжечком возможно, - на всякий случай говорю ему.

Может не только мне зрение проверять нужно. И ему тоже не мешает к врачу обратиться.

- Гудкова, - пугающе рычит он и отбрасывает волосатый чупа-чупс в сторону. Как бычок от сигареты.

Тут же вжимаю голову в плечи. Он снова нависает надо мной. А я чувствую, что мой запас стойкости почти на нуле.

- Хватит надо мной издеваться, - чуть не плача от обиды и чувства бессилия, бубню я.

И приходится быстро моргать, чтобы при нём не разреветься. Довёл мерзавец.

- Бестолковка, - бросает он и нагло разворачивает меня к себе спиной.

И тут же слышу как молния от костюма расстёгивается.

- Эй, вы чего! - дергаюсь я.

- Цыц, - рявкает он.

Тут же ловко стягивает костюм зайца до пояса. А потом, подхватывает меня за талию я оказываюсь полностью свободной.

Прохладный воздух обдувает меня. И я, от эйфории и блаженства чуть в обморок не падаю.

Желанная прохлада поднимает все волоски на коже. А тело становится безвольным от облегчения.

Он ставит меня на ноги. И мне сейчас даже плевать, что мои белые носочки, насквозь мокрые, пачкаются об асфальт.

Я словно пьяная. И тело бы грохнулось на асфальт, если ьы он меня не придерживал.

- Эй! Тебе плохо? - хмурится Роман-мерзавец.

- От вашего присутствия, - киваю головой.

Он шлёпает меня по щекам. Достаточно ощутимо.

- Да перестаньте, - отмахиваюсь я.

Однако, это помогает. Слабость отступает. Наверное, от прилива злости на мерзавца.

Роман открывает дверцу машины.

- Запрыгивай, - приказывает он.

Смотрю на него, на сиденье.

- Я мокрая вся, - не желая портить сиденье, говорю я.

- Сядь, - опять рычит он.

Поджимаю губы и сажусь. Ну и ладно. Мало ему морду машины ремонтировать, пусть и химчистку салона делает потом.

Костюм зайца он запихивает в багажник и сам садится за руль.

Через пять минут он уже паркуется напротив кафе "Вилка ложка".

Смотрю на себя, мокрую курицу. Смотрю на него, с шоколадным пятном на груди, которое вовсе не шоколадным смотрится.

- Я туду не пойду, - мотаю головой.

Еще большего позора мне только и не хватает.

- Ок, - кивает он.

Я вдыхаю. Вот пусть он ходит там себе, ест, а я как раз заберу костюм и по своим делам отправляюсь.

Однако, обойдя капот, он не идёт в кафе, а открывает дверь с моей стороны.

- Роман, я не хочу! - верещу я, пока он нагло вытаскивает меня из машины.

- Держись, - приказывает он.

Приходится здоровой рукой схватится за его мощную шею, чтобы не упасть. Потому что я оказываюсь сидящей на его руке.

Возмущение во мне не просто кипит, оно готово ядовитыми словами выплёскиваться наружу. Однако глупо выговаривать человеку что-то, когда ты у него на руках.

Вдруг опять что-то гадкое сделает, как с тем же чупа-чупсом.

- Ногами тоже держись, - захлопывая дверь, бросает он.

- Вы издеваетесь? - обречённо стону я.

Мой вопрос остаётся без ответа. И мы стремительно приближаемся к кафе.

- Пригнись, - перед входом бросает он.

Снова приходится сделать как он сказал. И моя грудь утыкается в его лицо.

Вот же гад! Уже когда оказываемся внутри, понимаю, что он специально всё это сделал. По его ухмылке довольной вижу.

- Хороший размерчик, - сажая меня на удобный стул, говорит он.

При этом нагло в глаза мне смотрит.

Моя точка кипения настолько сильная, что я даже сообразить не могу, чтобы такого ему ответить.

- Да вы…Вы мерзавец редкостный! - громко возмущаюсь я.

И кожей чувствую, что все присутствующие теперь смотрят только на нас.

А Роман-мерзавец, угрожающе нависает надо мной, приближая ко мне своё лицо.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 18

Отклоняюсь назад всё дальше. А роман-мерзавец и не думает останавливаться.

Укусить меня что ли хочет?

Явно же не целовать собрался, после того как я его только что обозвала?

Внезапно он останавливается. Буквально в сантимерах десяти, если не меньше.

- Мясо, рыба или курица? - спрашивает он.

Мой мозг, мечущейся в панической истерике, даже не сразу обрабатывает вошедшую информацию. И я, как дура, хлопая ресницами, смотрю на него.

Мы смотрим несколько долгих секунд друг другу в глаза. И я успеваю рассмотреть какие они у него необычные. Со стальным блеском.

Таким взглядом кого хочешь на место поставить можно

Он медленно поднимает правую бровь. И чуть дёргает головой, как будто повторно меня спрашивает.

Его губы приближаются ещё ближе. И у меня совсем дыхание перехватывает, от его наглого вторжения в моё личное пространство.

Срабатывает запоздалый сигнал опасности. И надо быстрее ответить, пока он не приблизился вплотную.

Я как-то не готова быть покусанной. Вдруг он меня своим бешенством заразит. Потом буду такая же неадекватная.

- Курицу, - пищу я в ответ, не своим голосом.

- Пародировать не обязательно, - кривя губы, усмехается он.

Вот же гад!

Краска начинает стремительно заливать мои щёки.

- Может уже хва…

Внезапно его рука оказывается на моем затылке, а его губы нагло касаются моих. И ошеломительная волна чего-то неясного, пробегается по всему телу, приятной щекоткой по моим внутренностям.

Я не успеваю захлопнуть рот, и его язык нагло вторгается внутрь.

Упираюсь здоровой рукой в его грудную клетку. И понимаю, насколько наши силы не равны.

Я словно гранитную стену сдвинуть пытаюсь. И на ощупь, его мышцы, такие же твердые.

А его язык нагло пристаёт к моему, заставляя меня подчиняться его воле. Словно кто-то кнопку во мне нажал, какую-то неведомую.

Вокруг раздаются аплодисменты и мужские возгласы.

Внутренне сжимаюсь, понимая что эти восторги мужчин, от того как он заткнул мне рот.

- На гарнир что? - оторвавшись от моих губ, спрашивает мерзавец-Роман.

- На что? - хмурю брови.

Кажется, мой мозг вообще перестал работать!

- Рис, гречка, картошка? - кривя губы в наглой улыбке, перечисляет он.

Кажется, он понял, что у меня возникли проблеммы с когнитивными способностями. И от этого я вся краснею ещё больше.

- Картошка, - бросаю я и отворачиваю лицо к окну.

Слышу его удаляющиеся шаги. И пытаюсь дышать ровно, чтобы восстановить сбитое сердцебиение. Словно стометровку на скорость только что пробежала.

Губы горят. Щёки тоже. И дыхание ги как восстанавливаться не желает.

Так нагло меня ещё никто не целовал. И таких ощущений от поцелуя я не испытывала.

До сих пор внутри всё вибрирует.

И шок, от всего этого не собирается проходить.

А когда я только начинаю приходить в себя, и сердце уже не так в груди трепыхается, появляется Роман, ставит передо мной поднос. И все эмоции накатывают новой волной.

Как в глаза-то ему теперь смотреть?

Как разговаривать, языком, и губами, которых он касался?

Роман-мерзавец снова уходит, и вскоре возвращается со вторым подносом.

- Приятного аппетита, - бросает он и начинает есть.

Стягивает плёнку с тарелки с печёночным салатом. На второй тарелке у него пюре, большая котлета из светлого мяса, видимо курица, и вторая из темного.

И ещё стаканчик с чёрным кофе.

У меня на подносе тоже салат. Видимо цезарь с курицей. А с пюре лежат две светлые котлеты. И стаканчик с морсом.

Мой желудок издаёт протяжное урчание, от вида аппетитной еды.

- И вам приятного, - снова краснея, бросаю я.

Беру вилку и скорее отломив кусочек котлеты, отправляю в рот. Чтобы желудок больше не исполнял мне позорные арии.

Подумает ещё что я с голодного мыса вырвалась.

Котлета безумно вкусная. Оказывается, она из рубленного мяса и очень нежная.

Пока пережевываю, стягиваю плёнку с салата. Цезарь я дома как-то готовила, по рецепту. И он меня как-то особо не впечатлил.

И перемешав политый сверху соус, пробую этот вариант.

И почему-то здесь вкуснее он.

Интересно, а в ресторане будет ещё вкуснее?

Роману кто-то звонит, и он предупредив, что отойдёт на пару минут, оставляет меня одну. И пока он занят, я спокойно ем. И одновременно наслаждаюсь настоящей едой. А не кефиром гречкой и булочкой.

Готовить нормально у меня пока возможности нет. Опять же из-за одного мерзавца.

Он вскоре возвращается. И я опять как на иголках от его пристального взгляда.

- Чего тебе на больничном не сидится? - вдруг спрашивает он.

Возмущённо смотрю на него. Я же ему прямым текстом сказала, что из-за него работу уже вторую потеряла.

- И кто мне его даст? - приподнимаю бровь.

- Так ты правду сказала? - удивляется он.

Кажется у меня лицо перекашивается от возмущения. Он меня ещё и лгуньей считает.

Обалдеть просто!

- Я всегда её говорю, - цежу я, и отправляю в рот кусочек котлеты побольше.

Чтобы дольше жевать и не разговаривать с ним.

Роман хмурится. Дошло до него наконец, как он мне жизнь подпортил.

- Листовки нахера пошла раздавать?

Глубоко дышу, дожёвывая котлету.

- Чтобы с голоду не подохнуть, - сдержанно отвечаю я.

Лицо Романа-мерзавца ещё сильнее хмурится. И что-то мне совсем не нравится, как он на меня теперь смотрит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 19

Роман-мерзавец бросает взгляд на мою руку, крепко прижатую бондажём к телу. На мою левую руку с вилкой, которой я не очень то и ловко орудую.

Благо, я на гречке успела немного потренироваться и теперь еда не вываливается с вилки. Но всё равно, движения корявые получаются.

Да и вообще, левой рукой мало что у меня получается делать. Так что я даже ему сейчас благодарна, что могу поесть нормально.

А то уже были подозрения, что на гречку я скоро гавкать начну. Тем более, что не очень то её и люблю. Но, её проще всего варить. И приходится обходиться ей, как эконом вариантом.

- Одна живёшь? - вдруг спрашивает он.

Вилка, чуть не выпадывает из руки. Вот это уже совсем наглость.

С чего он вообще взял ,что я сни откровенничать буду?

Мне бы избавиться от него поскорее. А не душевные разговоры вести

- А это не ваше дело, товарищ следователь, по особо важным делам, - с явным сарказмом, отрезаю я.

Он поднимает бровь. Нагло улыбается. Достаёт мобильник, набирает кому-то. И глядя мне в глаза, ждёт когда ему ответят.

Вот беспринципный тип!

Как его вообще в полиции держат?

- Костя, подскажи, какое семейное положение у Гудковой? - кривя губы в наглой ухмылке, спрашивает он. - Ага, про неё.

А на даче показаний, я на какие только вопросы не отвечала. И кажется про семейное положение тоже меня несколько раз спрашивали.

И только сейчас меня начинает мучать вопрос ,какое это имеет отношение к задержанию преступника, в котором я стала невольной участницей. Ну почти невольной.

Я просто испугалась и пошла за сильным мира сего. Тем более у него пистолет есть.

- Одинокая значит. Принял. Спасибо, - бросает он и отключается.

Поджимаю губы. Зло смотрю на него. А на него вообще это не действует.

Бесчувственный он мерзавец, получается!

- Возьму над вами шефство, одинокая гражданка Гудкова, - заявляет он.

И так он произносит, что кажется в его словах не один смысл заложен. Второй завуалированный вообще меня не устраивает.

- А может вы меня наконец отпустите, и вообще про меня забудите? Потому что, каждая встреча с вами, одни неприятности и проблемы мне приносит. И убытки ещё, - на последних словах указывая на него вилкой, недовольно высказываю я.

- Вот и займусь, - он делает паузу, проходясь по мне откровенным взглядом, - возмещением потерь.

- А может не надо? - дрогнувшим голосом спрашиваю я.

Ну правда. Мне уже достаточно от него досталось.

Куда ещё больше?

- Надо, - отрезает он и закидывает последний кусочек котлеты со своей тарелки.

Закатывая глаза, откидываюсь на спинку двухместного диванчика.

- За что мне такое наказание? - говорю в потолок.

- Награда, - поправляет он.

Приподняв бровь, бросаю на него скептический взгляд.

- Очень сомнительная, - криво усмехаюсь я.

- Ты просто не распробовала ещё, - смотря на мои губы с намёком, усмехается он в ответ.

Тут же вспоминаю наш поцелуй. Начинаю покрываться равномерным слоем румянца.

Вот же мерзавец!

- Не понравилось, - фыркаю я в ответ.

Взгляд Романа-мерзавца начинает стремительно темнеть, от расширяющихся зрачков. В кривой улыбке, белые полоски зубов кажется теперь очень угрожающими.

Как будто он прямо сейчас показать меня собрался. Или на кусочки этими белоснежными зубами меня разорвать.

- Едем отмываться, - кивает он на шоколадное пятно, на своей футболке.

- Езжайте куда хотите! А мне на работу надо! Иначе с меня ещё деньги будут требовать, за прокат зайца, - недовольно заканчиваю я.

Вообще не представляю, как я объясняться буду за своё отсутствие. Мне же даже справку не дали, что в полицию вызывали.

- Успеешь, - отрезает он, вставая из-за стола.

- Вы издеваетесь?

- Не люблю, когда женщина потеет не из-за меня.

У меня челюсть чуть на стол не падает. Прямо в грязную тарелку.

- Ещё слово… - предупреждающе начинает он и замолкает.

Бросаю вилку на поднос и обхватываю обиженно себя рукой. Сейчас обе руки на груди сложить ,чтобы выглядело более показательно, что я очень недовольна.

А ему опять плевать. Он подходит ко мне, ловко стягивает меня с места, и подхватывает. Заставляя при этом снова схватиться за его шею.

- У меня ноги не сломанные, - возмущаюсь я.

- Такими и останутся, - чуть подбрасывая меня, устраивает так, чтобы ему удобнее было.

Приходится обвить его ногами. Опять, чёрт возьми!

Внутри все замирает. От его близости. От того что чувствую, какой он сильный.

Закрываю рот, чтобы не ляпнуть ничего. Одного раза было более чем достаточно. До сих пор губы покалывает от его щетины.

С нова он мчит по улицам как угорелый. Но в этот раз меня уже не тошнит. И приятный ветерок обдувает тело и горящее лицо.

Потому что пока мы шли, внутри всё мандражировать начало. И он ещё, пока меня нёс, постоянно лицо ко мне поворачивал. Так, что расстояние между наших губ не больше пяти сантиметров становилось.

И я всё ждала, что он накинется на меня.

- Роман, мне правда надо срочно костюм сдать, - жалобно говорю я.

Он бросает на меня быстрый взгляд и заворачивает в один из дворов. Паркуется напротив одного из подъездов.

- Вы меня вообще слышите? И куда вы меня привезли? Это явно не мой дом!

- Это мой дом, - вытаскивая ключ из замка зажигания, заявляет он.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 20

Непонимающе смотрю на Романа-мерзавца.

Это что ещё за заявочки такие?

Ни в какие гости я не напрашивалась. И вообще, не собираюсь я, к чужим мужикам домой ходить.

- Вы правда не понимаете всю серьёзность? Я вам по человечески говорю, у меня проблемы из-за вас! А вы, только и делаете, что их усугубляете! - практически на одном дыхании говорю я.

Он поворачивается ко мне. Смотрит пронизывающими, серо-стальным глазищами. Так, что до мурашек пробирает. Колючих и раздражающих.

Молча открывает крышку подлокотника, который нас разделяет. Достаёт оттуда очередной чупа-чупс.

- Тренируйся, - протягивает мне чупа-чупс с клубничным вкусом.

От возмущения, хлопаю его по руке. Чупа-чупс остаётся зажатым в его пальцах. Перехватывает мою руку и вкладывает в неё чупа-чупс. Будь он неладен!

- Хватит надо мной издеваться! - выкрикиваю я.

Дергаю руку, чтобы выкинуть в окно злосчастный леденец. А он не отпускает.

- В каком отрезке времени я над тобой издевался? - спокойно говорит он. - Издевался, когда ты на желтый перебегать дорогу начала? Когда не осталась сидеть в машине, как я тебе сказал? Когда не явилась по повестке? - закидывает меня неудобными вопросами.

Поджимаю губы. С одной стороны он и прав, но с человеческой точки зрения, нет в нем этого человеческого.

- Я вообще-то спешила на собеседование! Автобус в пробку попал и я опаздывала! - оправдываюсь я.

Он приподнимает бровь, как будто это ни разу меня не оправдывает.

- А в итоге, что я имею из-за вас? Работы нет! И когда мне было бегать по вашим дачам показаний? - теперь я поднимаю бровь. - Мне работать надо! Вы за меня арендную плату за квартиру платить будете? Вы мне продукты купите, чтобы я с голода не сдохла? И вообще, соблюдали бы вы ограничение по скорости, ничего бы этого не произошло! - защищаюсь я.

Роман-мерзавец смотрит на меня, как на нашкодившего котёнка. Голова чуть наклонена, взгляд снисходительный. И кажется, мои слова вообще мимо его ушей пролетают.

Рассматривает мою руку зажатую в его. Поглаживает кожу большим пальцем. Запуская при этом по телу, волны мурашек.

- Истерика закончена? - всё так же спокойно спрашивает он.

Ошарашено смотрю на него. Отвожу взгляд и стараюсь глубоко и спокойно дышать.

Это бесполезно! Что-то ему объяснять, доказывать. У него своя правда и другие варианты не принимаются.

Он отпускает мою руку и я прижимаю её к себе. На коже как будто ожоги остались. И хочется её потереть, чтобы снять тот жар, что оставило его прикосновение.

- Дайте мне просто уйти, - с расстановкой говорю я.

- Нет, - отрезает он.

Наблюдаю, как он выходит из машины. Обходит её спереди. Опять замечаю, как чуть морщится, бросив взгляд на покорёженный металл.

А нечего было гонять как угорелый!

Открывает дверь с моей стороны и не спрашивая, подхватывает меня на руки. Открываю рот, чтобы возмутиться. Хотя, уже заранее понимаю ,что это будет впустую.

- Цыц, - строжится он.

Наши лица оказываются очень близко. И лучше сейчас не нарываться на неприятности.

Роман пикает сигнализацией и уверенными шагами направляется в подъезд.

Меня охватывает волнение. И внутри все как-то странно трепещет. Словно он мой парень, и несёт к себе домой.

Отгоняю эти мысли.

Какой из него может быть парень?

По нему же видно, что он тот ещё бабник. Так что про какие-то отношения с ним вообще не стоит думать. Тем более он мне их не предлагал. Да и ведёт себя он как первостепенный мерзавец.

Такого фиг перевоспитаешь.

Даже поговорка есть, что горбатого только могила исправит. И бабников думаю это тоже касается.

Ему лет тридцать с хвостиком. И до сих пор не женат. А это значит, что серьёзные отношения его не интересуют.

Так что, его даже как потенциального ухажёра рассматривать не стоит.

Тем более педагогического образования у меня нет.

Тем временем мы уже оказываемся на втором этаже и он открывает дверь квартиры.

- Добро пожаловать в гости, - скидывая обувь, говорит он.

- С-спасибо, - скованно отвечаю я.

Он ставит меня на ноги, заставляя проехаться по его бедру. Вздрагиваю. Потому что это вышло как-то уж очень откровенно.

Неловкость сковывает всё тело. И щёки тут же гореть начинают.

- На кухне кофемашина, в зале телевизор. Я в душ, - бросает он и оставляет меня в коридоре.

Оглядываюсь. Двухкомнатная квартира с хорошим ремонтом, напоминающим мужскую берлогу. Ничего лишнего, сплошной минимализм.

В зале большой угловой диван с журнальным столиком из толстого стекла. Здоровенная плазма висит на стене. Под ней что-то вроде комода, только он ниже и длинный. Из тёмного дерева.

В общем то и вся мебель в зале. Во второй комнате просто гигантская кровать, шкаф купе, с зеркальными дверцами. И на этом тоже всё.

В коридоре сушилка для вещей и небольшая прихожая.

Кухня тоже минималистична. Вся по последнему слову техники оборудована. И тоже ничего лишнего.

Нахожу кофемашину. И как на нло смотрю на неё.

Ну я точно не буду никакие кнопочки нажимать!

Вообще непонятно как ею пользоваться. Тем более, я кофемашину впервые вблизи вижу.

Наливаю себе стакан воды и сажусь на стул, подальше от прохода.

И вот как-то уютно мне в этом минимализме. Вроде всё есть и в то же время ничего не мешается.

Представляю, как бы я здесь могла вкусные ужины готовить.

Стоп Лиза! Куда тебя опять черти понесли?!

Беру стакан и скорее пью воду ,чтобы охладить свои взбунтовавшиеся мысли.

В этот момент в дверном проёме появляется Роман-мерзавец. Водном, твою налево, полотенце на бёдрах.

От вида, его почти обнажённого тела, стакан выпадывает из моей руки. Ударяется о столешницу. И меня обдает фонтаном холодных брызг.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 21

Как будто сама судьба щёлкает меня по носу. Мол, нечего губу раскатывать.

- А слово одежда, вам не знакомо? - оглядывая себя, ворчу я.

- Мужиков голых никогда не видела? - с усмешкой спрашивает он.

Таких, не видела. Но ему об этом знать совсем не обязательно.

- Это неприлично, - ища глазами полотенце, стараюсь не смотреть в его сторону.

Но вот непослушные глаза, так и норовят метнуться в его сторону. Там же мышцы рельефные. Надо поразглядывать им всё.

Найдя взглядом, полотенце, висящее около раковины, поднимаюсь со стула. Однако дойти мне до него не даёт перекрывший дорогу Роман-мерзавец. Словно сам подставляется, чтобы я его повнимательнее рассмотрела.

Да вот фигушки!

Не видать ему моего восхищения. Смотрю исключительно в его глаза.

- Полотенце чистое тебе повесил, кивает он на выход из кухни. - Дуй в душ.

Какой блин душ?!

Тем более в холостяцкой квартире. нашёл дурочку. Ага.

- Мне не надо, - мотаю головой.

Он чуть склоняет голову влево. Смотрит на меня насмешливым взглядом. И ясно почему. Потому что, я точно уже вся розовая. Кожа огнём горит.

И он ещё своим голым торсом меня ещё больше смущает.

Одеться было что ли сложно?

Или он нарочно так делает? Чтобы поиздеваться надо мной подольше. Ему же походу всё мало.

Оказываюсь в воздухе. В его сильных руках.

- Я не хочу, - взвизгиваю я.

- Не пизди, - строго говорит он.

Заносит меня в ванную. Ставит на пол.

- Помощь нужна? - сально спрашивает он.

- Вам нужна. Чтобы одеться, - огрызаюсь я.

ОН выходит и плотно прикрывает дверь за собой. Я быстрее щелкаю замком, чтобы он не вошёл.

Хотя судя по его мускулам, ему эта дверь, как картонная коробка. Мизинцем левой руки откроет. Да и меня ности, что ни один мускул на лице не напрягается.

Единственное, треск ломающейся двери, может предупредить меня об опасности.

Полотенце и правда висит чистое, белоснежное. Такое же как и на его бедрах, резко контрастирующее с загорелой кожей.

Лиза! Хорош слюни пускать.

Ну да, красивое тело, рожа тоже. Но с лица воды не пить.

Замечаю, на стиралке лежит футболка. Тоже белая.

Удивлённо разглядываю её, развернув рукой. да она мне как платье будет.

Надо же, позаботился.

Ага, для того чтобы потом снова до меня докопаться, чтобы я эту футболку ему вернула.

А я ему по почтой России отправлю. Дёшево и сердито. пусть сидит и ждет, когда она до его почтового отделения доедет. А заня как наша почта работает, пару месяцев точно.

Быстро принимаю душ. Мурашки бегут по телу, от удовольствия. И ненавистный пот, который меня сегодня пол дня мучал ,теперь смывается в лив, вместе с мыльной пеной.

Хорошо что у него гель для душа цитрусовый, а не с каким-нибудь мужским ароматом. Тем самым, что от него самого пахнет.

Фиг же потом отмоешься и потом бондаж с топом им вонять будет. А их я не сниму, пока мне врач не разрешит.

На сколько это возможно, высушиваю топ и бондаж. Но все равно они влажными остаются.

Хотя это даже плюс. Холодят кожу. А минус в том, что от этого соски встают колом. Хоть туалетную бумагу туда подкладывай.

Представляю как я одной рукой буду это проделывать. А потом ещё, дома, всё оттуда выколупывать.

Нет, дополнительных проблем лучше не создавать. У меня их и так предостаточно.

Надеваю джинсовые шорты. Морщусь. Они так и остались пропотевшими. А вот футболку надеваю ту что он дал.

Выхожу из ванной комнаты. Рукой шевелю мокрые волосы, чтобы высохли быстрее.

Фен ванной я не обнаружила. А расческа там такая, что мою гриву волос не возьмёт.

На всю квартиру разносится аромат кофе. И я иду на запах.

Роман мерзавец уже одет слава богу. Сидит за стойкой. На ней две кружки кофе.

- Елизавета Марковна, присаживайтесь, - галантно говорит он.

А у самого черти в глаза пляшут. Явно что-то задумал.

- Спасибо, - оглядывая высокий стул, говорю я. - Я пешком постою.

Подхожу с другой стороны и с удовольствие делаю глоток кофе.

Вкусный кофе. И дорогой наверное.

- Теперь вы меня отвезёте на мою работу?

- Не терпится от меня избавиться?

- Если честно, да, - киваю и снова отпиваю кофе.

- Не рассчитывай на это, - заявляет он. - Шефство над тобой беру.

- А-а-а может н-не надо? - дрогнувшим голосом говорю я.

Мысленно уже представляю разрушительные последствия. Потому что каждая встреча с ним, всё больше ухудшает моё положение.

- Надо Лиза, надо, - пугающе улыбается он.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 22

Прихватив свою пропотевшую футболку, мы наконец выдвигаемся в сторону моей работы. И чем ближе мы подъезжаем, тем страшнее мне становится.

Это пока я злилась на Романа, эти мысли отошли на задний план. А сейчас завово обрушиваются на меня, пугающими последствиями.

Потому что первое - я прогуляла несколько часов. Второе - со мной был костюм. И третье - я не представляю какой счёт мне за него выставят.

Роман-мерзавец паркуется с чёрного входа. Я выхожу, откидываю сидушку, чтобы достать голову зайца. Не очень удобно, потому что у меня в руке ещё футболка.

- Однорукий бандит, посторонись, - отодвигая меня за талию, говорит он.

От его прикосновения, меня снова, как будто током ударяет. И я не понимаю эту химическую реакцию.

Ну явно же мы с разных планет. Сдалась ему простая девчонка ,да ещё и проблемами.

- Не надо обзываться. Не очень знаете ли приятно, - сердито говорю в ответ. - Я сама могу.

- Со мной, не можешь, - смотря мне пристально в глаза, заявляет он

И убедившись, что я не перечу, наклоняется, чтобы взять голову.

А мой взгляд словно нарочно опускается на его подтянутую задницу. И когда он вновь распрямляется, отвести глаза я не успеваю.

- Заценила? - нахально спрашивает он.

Краснея как рак, быстрее отворачиваюсь и иду к багажнику.

- Да я не против, малая. Смотри сколько хочешь, - останавливаясь рядом со мной, подмигивает он.

Вот зачем я вообще туда смотрела?

Он же меня теперь постоянно подкалывать этим будет.

- Ничего особенного, - пожимаю плечами.

Ну хоть как-то его заносчивую наглость с него сбить хочется. Самоуверенный до невозможности.

Мне бы хоть немного отсыпал.

Он достаёт зайца и я тут же тянусь, чтобы забрать из кармана нерозданные листовки и ключ от кабинки, где мои вещи лежат.

- Гудкова, - предупреждающе говорит Роман-мерзавец.

- Мне забрать ключи надо, - возмущаюсь в ответ.

Он подставляет мне карман и смотрит как я неуклюже пытаюсь всё достать.

Со вздохом выдергивает мою футболку из руки и кидает в багажник.

- Так будет удобнее, - заявляет он.

- Я не собираюсь свои вещи в вашей машине оставлять, - тянусь обратно за футболкой.

Однако он отталкивает мою руку и захлопывает багажник.

- Доставай, - приказывает он и ставит машину на сигнализацию.

Вот как так? В нём и нормальный человек и мерзавец уживаются? Я не пойму?

В итоге достаю ключи, листовки, которые пришли в полнейшую негодность.

Страдательно смотрю на них.

Ещё и за них расплачиваться придётся.

Роман первым идёт в к двери и безошибочно находит кабинет менеджера. Стукнув один раз, сразу же заходит, держа перед собой костюм зайца.

- А вот и заяц прогуливающий при… - начинает отчитывать менеджер и резко обрывается на полуслове.

Наверное разглядел за зайцем вовсе не меня а огромного Романа.

Захожу следом.

- Здравствуйте ещё раз, Андрей Викторович, - виновато говорю я.

Андрей смотрит то на меня, то на Романа-мерзавца, то на костюм зайца. И явно взвешивает варианты, как ему сейчас надо разговаривать. Потому что я бы тоже сто раз подумала, прежде чем перечить Роману, который сейчас стоит с суровым выражением лица.

- Здравствуйте, - начинает Роман. - Гражданка Гудкова помогла полиции задержать опасного преступника. Вследствие следственных действий, была вынуждена проехать с нами в отделение полиции. Прошу не ругать а поощрить за ответственную гражданскую позицию, - нагло заявляет он.

Андрей таращит глаза на него.

- Мы конечно ругать не будем. Гражданская позиция, это очень хорошо, - заискивающе говорит он. - Но мы…

- В против помощи государству? - строго спрашивает Роман.

- Что вы! - поднимает руки Андрей. - Мы только за. рады, что наша сотрудница оказала помощь государству.

Роман кивает с серьёзным видом. Но я прямо чувствую, как внутри он угорает над Андреем.

- Сейчас гражданке Гудковой требуется отдых. Завтра она сможет приступить к работе. Так? - с явной угрозой в голосе спрашивает Роман.

- Да-да. Завтра утром ждём Елизавету, - улыбается он. - Зайца можете здесь оставить, - показывает на пустой угол кабинета.

- А ещё, листовки нечаянно испортились, - показываю промокшие моим потом бумажки.

- Ничего страшного. Завтра новые получите, - заверяет меня Андрей.

В общем не получив втыка, иду забрать свои вещи. Обувь и сумку.

- Спасибо что помогли, - сердечно благодарю его.

Сам в шоке, как блюститель правопорядка положительно может повлиять на поведение менеджера. Как шёлковый себя вёл. Лишь бы завтра мне за это санкции не выписали.

Роман идет ко входу, а я ныряю в комнату с кабинками.

Достаю сумку и разглядываю свои когда то белоснежные носочки. Хорошо, что сменные догадалась взять. Эти кажется уже никогда не отстираются.

Выйдя из гардероба, натыкаюсь на Романа.

Растерянно смотрю на него. Он же уходил. Я его спину видела.

- Такси до дома заказывали, Елизавета Гудкова? - галантно склонив голову спрашивает он.

- Не заказывала, - мотаю отрицательно головой.

- А оно приехало. Прошу, - показывает мне в сторону выходу.

- А можно как-то оно предупреждать будет, о своём появлении. Такси, шефство, и всё остальное.

- Возможно, когда свой номер дашь, а не липовый, - заявляет он.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 23

Хотела чтобы он меня больше не доканывал. Вот одну цифру и не ту назвала.

На чего? У меня от него одни неприятности. Только это гад меня и без номера телефона нашёл.

- Я сегодня правильный в показаниях указала, - виновато отвожу глаза.

- Гудкова, по тебе пятнадцать суток плачет, - недовольно рычит Роман-мерзавец.

Возвращаю свой испуганный взгляд на него.

- Не надо пятнадцать суток, - губы сами надуваются.

- Должна будешь, - строго говорит он.

- Так у меня нет ничего, - пожимаю плечами. - Я как заработаю, всё верну, - обещаю ему.

И я правда так и собираюсь сделать. Не хочу быть никому и ничем обязанной.

- Вкусный ужин с тебя, когда рука заживёт, - кивает на место, где под футболкой рука в бондаже скрывается.

Его глаза вдруг там и остаются и зрачки стремительно начинают расширяться, заполняя собой всю радужку.

Смотрю в направлении его взгляда.

Боги! Соски торчком торчат, выделяясь сквозь ткань футболки.

- Роман, - зову его ,пытаясь отвлечь его внимание, - а что вам тогда приготовить? Ну когда рука заживёт.

- А что умеешь? - отвечает он вопросом.

- Да много чего, - пожимаю плечами.

- Значит всё по разу, - заявляет он.

- Эй! Это не один ужин тогда получится, - возмущаюсь я.

- Я не против, - подмигивает он и взяв меня за плечи, подталкивает в сторону выхода.

В лёгком шоке шагаю направляемая им. И не понимаю, как моя попытка отвлечь его привела к тому .что теперь я ему кучу ужинов должна.

Надо было сказать, что вообще готовить не умею.

Кто блин меня за язык дёргал?

Много чего умею, - передразниваю себя мысленно.

Роман-мерзавец везёт меня в сторону дома. Однако останавливается раньше, прямо у супермаркета.

- Спасибо, как раз забегу себе на ужин что-нибудь взять, - киваю в благодарность и спешу выйти из машины.

Достаточно с меня на сегодня его общества. Уже явный перебор.

Обруливая машину, вижу как он сам тоже выходит.

- Вам тоже за покупками надо? - удивлённо спрашиваю его.

- Нам надо, - кривит губы в улыбке.

Весело ему блин!

Я только обрадоваться успела, что мои мучения на сегодня закончены. А фиг там.

- Нам? - переспрашиваю я.

- У меня с дикцией так плохо? Или у тебя со слухом? Надо было всё таки тогда тебя проверить, - он наигранно имитирует переживание.

Вот же мерзавец. Не зря я так его называю.

- Вы меня к себе не приписывайте. Слово нас, здесь вообще неуместно, - отрезаю я.

Роман качает головой и аккуратно обхватив меня за талию, ведёт к дверям магазина.

- Я серьёзно, - пытаюсь сбросить его руку.

Но он мою здоровую зажал, буквально оставив меня без средств защиты против него. Не пинаться же у всех на глазах.

Он берёт тележку и не отпуская меня, отправляется в путешествие по рядам.

- Что хотела взять? - отправляя большую коробку вкусного печенья в тележку, уточняет он.

Провожаю коробку взглядом. Слюна тут же во рту образовывается.

Отвожу быстрее взгляд, чтобы не подумал, что я с голодного мыса сбежала.

- Булочку и кефир, - рассматривая ценник, отвечаю я.

Семьсот рублей. Я бы на такое точно тратиться не стала.

- Это ужин по твоему? - приподняв бровь, и одновременно хмуря обе, спрашивает он.

- Ну да, - пожимаю плечами. - А что не так?

Он вместо ответа окидывает меня оценивающим взглядом.

- Я же готовить сейчас нормально не могу, - оправдываюсь я.

- Ясно, - с непонятной интонацией говорит он.

То ли сердится, то ли иронизирует. Не понять.

- Чай или кофе не пьёшь?

Вот что он со своими вопросами ко мне привязался?

Мне ещё отчитываться теперь дина что ли надо, что я ем и что я пью?

- Это допрос? - сердито смотрю на него.

- Выяснение информации, - поправляет он меня.

Дальше идём молча. Он накидывает в тележку всякие вкусности. От чего у меня скоро сердечный приступ случится. Потому что я думаю про свою булочку и кефир, которые ещё не взяла и печально становится.

В итоге в тележке уже лежит три коробки печенья, коробка рафаэлло, несколько шоколадок, три упаковки вкусных конфет, пачка чая, банка кофе, пакет сахара.

А он ведёт меня к полкам с выпечкой и холодильникам с готовой едой.

Выбираю себе самую недорогую булочку. Тогда как Роман-мерзавец накидывает всякие вкусные с разными начинками.

В холодильнике с готовой едой,набирает тоже практически всё по одному.

Вот это у него аппетит надо сказать. Мало того что в кафе питается, так видимо и дома по вечерам неплохо так заправляется.

Странно, что фигура у него от этого не страдает.

Не в коня корм что ли?

Хотя есть же такие люди, которые едят вс что хотят и не толстеют. Явно ведьмы или колдуны. Потому что иначе я себе это объяснить никак не могу. Не может же так разительно метаболизм у людей отличаться.

Около холодильников с молочными продуктами, Он тоже не стесняется, набирает разных йогуртов, сметану, творог. И даже сгущёнку обычную, и варёную берёт.

Мои глаза, давно вылезшие глаза на лоб, теперь вообще из глазниц выкатиться головы.

Мысленно подсчитываю сумму, на которую он набрал, и не по себе становится.

Мне бы так жить, чтобы не подсчитывать всегда, на какую сумму у меня уже в корзине продуктов лежит.

На кассе я первая рассчитываюсь, за свои кефир и булочку.

- Не убегай. Подержи пакет пока я складываю, - просит он.

Отказывать неудобно, поэтому помогаю ему одной рукой. Выходит три пакета и чек около пятнадцати тысяч.

Мда, наверное муда иметь очень затратное дело. Ну по крайней мере этого.

Он складывает пакеты в тележку, вместе с моим и опять прижимает к себе.

- Может хватит руки распускать? - не выдержав, тихо шиплю я, чтобы не привлекать внимание окружающих.

- Мне нравится, когда ты под моим присмотром, - громко заявляет он.

Дорогие друзья, мы приняли решение вас порадовать. Книга останется бесплатной.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 24

Замираю в его руках и с опаской оглядываюсь по сторонам. Мимо проходящая женщина в возрасте с улыбкой оглядывает нас.

- Правильно. Такую хорошенькую отпускать нельзя. А то уведут, - говорит она Роману мерзавцу

- Вот и держу, - кивает он ей в ответ.

- Покрепче держи, - подмигивает она ему в ответ и идёт дальше.

Я же пунцовая как рак, начинаю закипать. От его наглости, хамоватости, и того ,что он постоянно решает всё за меня, когда появляется рядом. И это бесит больше всего.

Я давным давно самостоятельная. И мне вовсе не нужна его опека!

И вообще-то, я в этом районе живу и мне всякие сплетни не нужны.

Знаю я как люди всё выворачивать умеють.

Не дай бог услышит кто, как ты пукнул, через день уже будут говорить как ты обостарлся и всесь в говне перепачкался. Злые языки только так сплетни разносят, да каждый еще приукрашивает по своему.

- Ты… Вы мне зачем репутацию портите? - толкаю его в бок локтём.

Роман смотрит на меня сверху вниз.

- Ещё раз тыкнешь, по жопе получишь, - предупреждающе говорит он.

- Тогда не надо тут всякую чушь говорить. Я здесь живу так-то, - негромко выговорила ему.

- В супермаркете? - удивлённо приподнимает он бровь.

- В этом районе, - закатываю глаза, потому что приходится объяснять очевидные вещи.

У меня уже глаз от него начинает подёргиваться.

- Ты эту женщину видела до этого?

Задумываюсь, пытаясь вспомнить. Брови сами хмурятся, потому что не понимаю к чему он клонит. И кажется не видела я её до этого.

- Вот! - с выражением мудреца, начинает он. - Ещё столько же её не увидишь. Запомни, люди думают исключительно о себе. На остальных им плевать, - нравоучительно говорит он.

С сомнением смотрю на него. Потому что мой личный опыт говорит совсем о другом.

Однако, не мне его переубеждать. Взрослый же уже дядя. И уж точно мои слова всерьёз не воспримет.

- Я нотации не заказывала. Давайте мой пакет и я домой пойду, - говорю и одновременно пытаюсь выбраться из его захвата.

- Довезу, - заявляет он и не отпуская меня, направляется к выходу.

У машины закидывает пакеты в багажник. Мой тоже и захлопывает крышку.

Все пути отхода отрезает, гад.

Ладно, осталось чуть-чуть его потерпеть. До дома ехать пять минут и наконец у меня наступит спокойствие.

Морально, я уже вымотана до предела. Хочется лечь и просто в тишине полежать. Желательно ни о чём не думая.

Пока он откатывает тележку обратно к супермаркету, сажусь в машину. Бегать от него всё равно бессмысленно. Явное преимущество в этом вопросе у него. да и злить его тоже опасненько.

Через пять минут он паркуется напротив моего подъезда. Да так, как будто уезжать сейчас не собирается.

Он выходит из машины первым, и пока я вожусь с ремнём безопасности, успевает её обойти и открыть мне дверь. Помогает вылезти и мы вместе идем к багажнику.

Он одной рукой подцепляет все пакеты, вместе с моим.

- А что вы делаете?

- В гости к тебе иду, - заявляет он.

- Я не приглашала, - мотаю головой.

- У тебя есть время исправить ситуацию, - подмигивает он.

В шоке наблюдаю, как он закрывает багажник и ставит машину на сигнализацию.

- А вы не слишком самоуверенно себя ведёте? - хмурясь, спрашиваю его.

- С чего такие выводы? - увлекая меня в сторону подъезда, спрашивает он.

Пока растерянно соображаю что отвечать, мы уже поднимается по лестнице.

- С того что вы нагло вмешиваетесь в мою жизнь. Вот с чего, - идя впереди него останавливаюсь, и поворачиваюсь к нему.

Он останавливается на две ступеньки ниже. Наши лица оказываются на одном уровне.

Дыхание перехватывает от его прямого взгляда, в котором нет ни капли вины.

- Где я вмешался? - с явной хитринкой в глазах задаёт он вопрос.

Понимаю что сейчас опять начнётся про светофор и что я не пришла по повестке.

- Везде, - взмахиваю рукой и скорее отворачиваюсь.

Быстрее иду дальше, до дверей квартиры.

И не дойдя несколько ступеней, до меня доходит наконец, что те три пакета, в которых продуктов на пятнадцать тысяч он тащит ко мне домой.

Снова поворачиваюсь к нему.

- Я это не приму, - показываю на пакеты.

- Гудкова, не беси, - предупреждающе говорит он.

- Я говорю как есть, - стою на своём.

Вместо ответа, он подхватывает меня одной рукой и доносит до двери.

- Открывай, - приказывает он.

В голосе явные рычащие нотки.

Свалился на мою голову и никак не отвязаться. Как банный лист, честное слово.

Спорит бесполезно, по лицу вижу. Открываю дверь и вхожу. Он заходит следом, пересекая все возможности захлопнуть дверь перед его носом.

Обхватываю себя здоровой рукой и возмущённо смотрю на него.

- Показывай где кухня, - командует он и скидывает ботинки.

Закатываю глаза. Скидываю кроссовки, рюкзак, и иду в сторону кухни. Эта съемная квартира совсем небольшая. Маленькая кухня, ванна совмещенная с туалетом и комната квадратов двадцать ,если не меньше.

И сейчас, это здоровенный мужчина очень инородно смотрится в моём временном пристанище. Потому что квартира ещё меньше начинает казаться.

Не обращая на скромность квартиры, Роман-мерзавец ставит пакеты на стол.

- С голоду теперь не подохнешь, - заявляет он.

Притягивает к себе и нагло впивается в мои губы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 25

Роман-мерзавец так целует, что голова идёт кругом. Крепко прижимает к своему мощному телу. И его мышцы кажутся каменными.

Одна его рука держит меня за затылок, вплетенными там же пальцами. И эти пальцы слегка массируют кожу головы, не давая возможности вырваться.

Вторая рука плотно прижимает меня за талию. Так, что я чувствую ,как в меня упирается внушительный пах. С полностью готовым двадцать первым пальцем.

И размеры меня его откровенно пугают. Даже сквозь дымку брызг, от шквала ощущений, которые обрушиваются на меня всё сильнее.

А его язык творит невообразимые вещи, заставляя меня вообще забыть что надо хоть как-то сопротивляться.

И это так сладко и запретно, что всё внутри трепещет. Он словно имитирует языком то, что должен делать его двадцать первый палец.

И осознание, что сейчас мы одни, что нет никого вокруг, развязывает руки Романа-мерзавца.

Его рука, с талии нагло перемещается на мою попу. Чувственно сжимает её. Властно, по хозяйски.

От этой грубой ласки, во мне зарождается что-то новое. Звериное, тёмное и очень порочное. Которое грозит отключить мою голову полностью.

И если до этого он просто целовал. Как мне казалось. То сейчас это всё переходит на новый, более интимный уровень.

Начинаю дёргаться в его руках.

Он возвращает руку на талию. Но процесс уже запущен. Я чувствую, как тает моя воля к сопротивлению. Физически ощущаю, что перехожу из состояния обороняющейся в состояние жадно принимающей его ласки.

Почему я вообще позволяю ему всё это делать?

Потому что это чертовски сладко. Это будоражит меня и заставляет чувствовать восторг. Заставляет чувствовать себя нужной.

Колочу его здоровой рукой по плечу. Импульсивно дёргаюсь, пытаясь прекратить эту сладкую пытку.

Он отпускает мои губы из своего плена. Но продолжает держать меня в своих руках. не позволяет даже лицо от него отвернуть.

- Сладкая девочка, - хищно смотря на меня, говорит он.

Внутри всё ёкает от этих слов. Они неправильные. Он вообще не должен быть узнать какая я.

Но вот это определение, "сладкая", цепляет потаённые струны души, которые я от всех прячу.

- Не про вашу честь, товарищ старший следователь, - Дергаю головой.

- За мою честь переживаешь? - приподнимая бровь, спрашивает он.

Чую, в его вопросе однозначно подвох есть. Он же виртуозно умеет слова выворачивать так как ему нужно. Он вообще то следователь, ещё и старший. Явно работа языком у него прокачана. Это я в плане лингвистики, не подумайте другого.

- Я за свою переживаю, - всё же отвечаю я.

- Это правильно, - он чуть склоняет голову набок. - От этого ты ещё соблазнительнее, - сделав свой и так низкий голос ещё ниже, говорит он.

И снова у меня внутри всё сжимается от его слов. И снова хочется ощутить его губы, с жадностью целующие, как будто у него на это есть все права.

- Вам пора, Роман Георгиевич, - пока я окончательно не капитулировала, говорю я.

- Ага, - кивает он головой.

А сам, склоняется всё ближе. Останавливается в считанных миллимерах от моих губ.

- Для закрепления, - нагло заявляет он и сова целует.

Нежно касается моих губ. Словно хочет лучше распробовать их вкус.

И это уже не грубое нападение. Это соблазнение, от которого вся кожа покрывается мурашками.

Шумно втягиваю воздух, чтобы самой не накинуться на него. Потому что он тоже вкусный. Только по мужественному.

Его самцовость, доминантность притягивает. И мне с трудом удаётся сдерживать себя, чтобы не полететь на его горящий огонь как мотылёк.

Ведь он обжигает крылья. И мотылёк погибает. И я буду не исключением.

А он продолжает целовать. Уже нежно вырывается внутрь и заигрывает с моим языком. Вовлекает его в эротический танец.

Одновременно трётся об меня своим двадцать первым пальцем. Заставляет представлять, как это будет, если я не смогу его остановить.

Будет ли это так же волшебно как и поцелуи?

Буду ли я улететь от восторга и острого удовольствия, которое сейчас предвкушает моё тело?

И когда я уже готова сложить свои ружья, выставленные против него, Роман-мерзавец отстраняется.

- Завтра вечером загляну тебя проверить, - нагло подмигивает он.

Тут же я получаю свободу. А он разворачивается и уверенной походкой идет к двери, обувается и подняв руку на прощание, выходит за дверь.

Дверь с тихим щелчком закрывается, он дёргает ручку вверх, чтобы замок сам закрылся и наступает оглушающая тишина.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 26

Сижу несколько минут переваривая свои ощущения. Губы огнём горят, сердце не желает успокаиваться.

Вот тебе и взял шефство. Кажется, это вовсе не так называется. Не знаю как, но точно не шефство. Потому что шефство, это добровольно взять на себя постоянную заботу и помощь над кем-то, кто в этом нуждается.

И вот точно в этот список поцелуи не входят. Особенно такие горячие. От которых трусики нужно идти срочно менять. Да и самой неплохо бы сполоснуться, чтобы смыть его запах, который он на мне оставил.

Но чтобы этим заняться, нужно разобраться с тремя пакетами еды, которые у меня теперь есть.

Выкинуть, у меня точно рука не поднимется. Придется записать себе в долг и потом с ним рассчитываться.

Вздохнув, поднимаюсь и начинаю все раскладывать. В первую очередь готовую еду, и у меня получается на три дня запас. Это я завтрак обед и ужин считаю.

Про остальные я вообще молчу. Мне этих запасов всяких вкусностей на два месяца хватит, если не больше.

А я даже чай человеку не предложила, или кофе, которое у меня теперь есть.

Ну да, между поцелуями надо было про кофе сказать.

И что бы он подумал?

Хорошо что промолчала.

Приняв душ, проверяю где мне завтра листовки раздавать, за кружкой чая с печеньем и конфетами. И вот на завтра, работа в костюме зайца мне не светит. На сайте висит, что заказ кто-то уже забрал.

Горько усмехаюсь. В глаза говорил одно, а на деле, фиг меня больше возьмут. Обидно блин. Самая жирная подработка была, по тарифу.

Ищу другие объявления. И понимаю, что мне либо на кушать, либо на оплату аренды жилья зарабатывать.

Хотя, с теми запасами что у меня есть, я должна протянуть, пока рука заживает.

Тут же поднимаюсь и большую часть готовой еды закидываю в морозилку. Не жили богато, нефиг начинать. Как раз буду растягивать что уже есть.

И надо признать, именно сейчас я Роману-мерзавцу признательна, за то что с голоду теперь не помру.

Но я всё равно с ним рассчитаюсь как заработаю.

На следующий день бегаю с листовками, уже без костюма. К вечеру прихожу никакая, практически сразу падаю спать. И так несколько дней. И я всё думаю, почему Роман-мерзавец, который обещал меня проведать, так и не делает этого.

Я же всё таки жду. Хотя по хорошему, это и к лучшему. Мне же проблем меньше.

Но вот что-то внутри всё равно его ждёт. И как я себя не убеждаю, что нам этого и даром не надо, всё равно волнение испытываю.

Вдруг с ним что-то случилось?

Вот лежит он в больнице и поухаживать за ним некому. Он же вон каких преступников опасных ездит задерживать.

А вдруг какой-то слишком буйный попался?

В таком волнении проходит три дня. После очередного тяжёлого дня, приезжаю на свою остановку на автобусе.

Бегу в магазин, чтобы купить прокладки. Иначе аварии не избежать Да и мои запасы на исходе.

Надо сказать, раздавать листовки в костюме зайца меня больше не берут. Хотя объявление и висит, но мне постоянно говорят, что уже найден человек.

И у меня даже появляется шальная мысль, съездить и лично пригрозить им Романом-мерзавцем. Только вот не умею я так напористо разговаривать. Точно посыплюсь на чём-нибудь.

По дороге в супермаркет, на меня смотрят два каких то странных мужика. Очень смахивающие на того, в задержании которого я участвовала. Только эти худые и взгляды у них изучающие.

Одеты в спортивные костюмы, в синих наколках. Явно сидевшие.

Ещё и осмотрели меня пристально так, что не по себе стало. Я прибавляю шаг, чтобы быстрее уйти.

Мороз по коже у меня от них. И предчувствие нехорошее появляется.

Но как назло, они и в супермаркете мне встречаются. Невольно вспоминаются угрозы того уголовника.

Лютый кажется, полицейский говорил. Который у меня показания брал.

Стоп! Мне надо просто успокоиться. Мало то ли таких по улицам ходит. А у меня и брать нечего. Старенький телефон, и деньги, что сегодня заработала.

Явно, я мало привлекательная жертва для ограбления. Выбрав что нужно, иду к кассе. Попутно оглядываюсь по сторонам.

Вроде нету.

Выдыхаю.

Оплачиваю покупку и пока они снова не появлись, спешу домой.

Сворачиваю во дворы, по знакомому маршруту. И почти нос к носу сталкиваюсь с этими двумя.

- Попалась лярва, - скалится один, крутя в руках нож.

- Щас мы тебя за Лютого и в хвост и в гриву, - перекрывая мне дорогу к отступлению, угрожает второй.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 27

Не зная, откуда взялись силы, резко поворачиваюсь и несусь со всех ног.

даже плечом задеваю того, второго, который пытался мне дорогу перекрыть.

- Стой сука! Все равно догоним, - орёт кто-то из них.

А у меня одна задача, добежать до людной дороги. И я бегу. Крутой поворот на девяносто градусов, и я на основной улице. Левая нога попадает на поребрик и соскальзывает.

Резкая боль пронзает ногу. Почти как подкошенная падаю на колени. Мимо проходящие женщины торопливо подходят ко мне.

- Где больно, - деловито спрашивает одна из них.

- Ногу, - морщась отвечаю я и оборачиваюсь назад.

Те двое, ублюдков, стоят в тени дома и смотрят на меня. Один показательно проводит рукой по своей шее и затем тычет в меня пальцем. И они тут же уходят.

Внутри всё леденеет от страха. Особенно пугают слова, что они говорили.

А ещё, получается, они знают где я живу. И если я сейчас спаслась от них, то где гарантии, что получится в следующий.

Тем более ещё и с ногой.

- Девушка! - щёлкает перед моими глазами пальцами, та что задавала первый вопрос.

- Что вы спросили? - перевожу на неё глаза.

- Нога какая? - терпеливо повторяет она.

- Левая.

- Сядь на попу. Осмотрю, - ставя свою сумку прямо на асфальт, требует женщина.

Вторая уже с телефоном у уха, диктует адрес для скорой помощи.

А меня всю колотит от страха.

- К тебе приставал что ли кто-то? - спрашивает первая женщина.

Киваю, и тут же чувствую, как слёзы подступать начинают.

- Вот же мерзавцы! - цедит она. - А с рукой что? - кивая на выделяющуюся руку под футболкой, спрашивает она.

- Вывих сустава. Бандаж ношу, - отвечаю я.

- Да ты прямо как дед щукарь, - вздыхает женщина.

- Растяжение и возможно трещина, - ощупывая мою ногу, говорит она.

Тут же доносится звук приближающейся сирены.

- Сейчас в травму тебя наши отвезут. Не переживай, до свадьбы заживет, - улыбается женщина.

- Так меня ещё никто не позвал, - хмурюсь я.

Вот вообще, для меня тема неприятная.

- Тогда тем более заживет. Будешь отплясывать с огоньком.

Смотрю на неё. Взгляд спокойный и сопереживательный у женщины.

- Скажите, вы мне зубы заговариваете?

Она смеётся. Открыто так, что я сама невольно в ответ улыбаюсь.

- Отвлекаю, - кивает она.

- Спасибо, - чувствуя, что плакать уже сейчас не хочется, говорю я.

- А вот и наши, - оборачиваясь на припоркававшуюся скорую, бросает она. - Парни, девочку не обижать. Доставить как принцессу, - шутливо строжится она. - И полицию, за ней кто-то гнался, - уже строго говорит она. - А ты держись, - подмигивает.

Меня аккуратно усаживают в скорую. Дверь закрывается и сирена скорой снова взвывает, трогаясь с места.

Внутри нарастает ужас. Потому что сюда мне как ни крути возвращаться придётся.

Не в травмпункте же мне ночевать?

А эти… бандиты точно теперь меня караулить будут.

Пока едем, меня опрашивают, записывают данные. А когда сдают в травмпункт, понимаю что сидеть мне здесь долго.

Очередь капец длинная. А нога болит всё сильнее. Ещё и опухать стремительно начинает. Приходится кроссовок снять.

И пока я с трудом стягиваю его одной рукой, телефон начинает беспрестанно вибрировать в кармане.

Справившись с кроссовком, стягиваю и носок, потому что он тоже давить начинает, причиняя дополнительную боль.

Правду женщина сказала. Я как дед Щукарь. И всё началось после встречи с одним мерзавцем.

Со вздохом выпрямляюсь и достаю неунимающийся телефон.

Как говорится вспомни, оно и появится.

- Да, - приняв вызов, недовольно говорю я.

- Тебя где носит, Гудкова? - тут же рычит в трубку голос Романа-мерзавца.

- А вас это волновать не должно, - с вызовом говорю я и тут же жалею о своих словах.

Он то один и может мне помочь, чтобы от тех бандитов спасти.

- Ты мне не рассказывай, что должно, а что нет, - рычит он. - Адрес говори, - требует он.

- Я не знаю адрес, - вздыхаю. - Травмпункт ближайший от моего дома, - говорю я.

- Гудкова, ты прикалываешься? - возмущенно цедит он.

- Ага, заняться же мне больше нечем, - огрызаюсь в ответ.

- Пиздец блядь! - со вздохом рычит он. - Жди. Еду, - говорит и отключается.

Внутри сразу спокойнее становится. И ещё, я кажется теперь всю жизнь с этим мерзавцем-Романом рассчитываться буду.

Хотя всё это из-за него и в моей жизни происходит.

Не проходит и десяти минут, как Роман уже стоит передо мной. Смотрит мне в глаза. А потом начинает взглядом ощупывать моё тело, постепенно спускаясь взглядом вниз.

Его взгляд останавливается на моей опухшей ноге. Он сводит брови, и садится рядом.

- Рассказывай, - требует он.

Вздохнув, рассказываю всё как было. Вижу как руки Романа в кулаки сжимаются. А лицо темнее тучи становится.

- И вот я здесь, - взмахиваю руками.

- Тебя одну вообще оставлять нельзя, - подводит он итог.

- Это почему? - хмурюсь я.

- Приключения на одно место себе находишь.

- Вот знаете что! Не надо всех собак на меня вешать. Если бы не вы, то и вот эти вот, - неопределённо киваю в разные стороны, - до меня бы не докапывались.

Роман бросает на меня красноречивый взгляд, что кажется я договорилась. Либо накажет, либо встанет и уйдет сейчас.

И я не знаю что хуже.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 28

Он закидывает руку мне за спину и притягивает меня к себе. Так крепко прижимает, так что я чувствую какое горячее у него тело.

А вот у меня от этого холодок по коже бежит.

- Позже, я с тобой лично разберусь, - угрожающе спокойным голосом говорит он.

- Не надо со мной разбираться, - чуть не заикаясь от накатившего страха, тихо произношу я.

- Надо, Гудкова, надо, - пожирая мои губы, заявляет он.

Нервно сглатываю. Губы покалывает от его пристального взгляда. А внутри уже всё пожаром объято от его близости, жара и запаха.

Он пахнет настоящим мужчиной, как по мне. А вот ведет себя как настоящий мерзавец.

Только я начинаю думать ,что есть в нём что-то хорошее,как он тут же делает так, что моё мнение меняется на все сто восемьдесят градусов.

- Жди, - резко отпуская, говорит он, поднимается и уходит.

Тут же появляется ощущение пустоты. И поёжиться хочется, от потерянного тепла, которое он источает.

Смотрю на его мощную удаляющуюся фигуру.

Зачем же ты в мою голову залез, и никак оттуда выбираться не хочешь, капитан полиции Филатов Роман Евгеньевич?

Я же о нем все три дня думала. Даже переживала, не случилось ли чего с ним.

А он опять рычит и обидные слова говорит.

Обидно блин!

- Елизавета Марковна? - внезапно ко мне подходит медсестра.

- Я, - растерянно киваю.

- Пройдемте за мной, - указывая рукой с документами на лево, говорит она.

Растерянно соображаю как это сделать на одной ноге. Однако из-за её спины, как джин из бутылки появляется Роман-мерзавец и подхватывает меня на руки.

- Говорите куда? - не напрягаясь говорит он.

- Следуйте за мной, - отвечает медсестра.

И вот очередная дама пала перед чарами Романа-мерзавца. Видно ,что он её понравился. И я видела, как скривилось её лицо, когда он взял меня на руки.

Неприятная ревность расползается по грудной клетке и печёт в области сердца, словно какой-то яд разъедает там всё внутри.

Как только оказываюсь в кабинете, меня тут же осматривает врач и направляет на рентген.

Роман исправно носит меня на руках. И разглядывая его профиль, в очередной раз, замечаю следы усталости.

Наверное в засаде долго сидел, выслеживая очередного преступника, или наоборот, гонялся за ним или ними.

Ну тогда бы хоть написал: не жди, занят.

Нет же, заставил теряться от неизвестности. А потом говорят что мы женщины истеричные особы. Конечно истеричные, если нас долго в неведении держать.

Сам вон, меня дома не застал и как разъярённый зверь на меня рычал. А то что пропал на три дня, так это другое.

После рентгена выясняется, что у меня не перелом, а частичный разрыв латеральных, наружных связок из-за инверсии.

Знать бы ещё, что такое инверсия. не могут нормальным языком эти медики изъясняться.

- Гипс не надо, купите в аптеке жесткий бандаж. С пластиковыми вставками по бокам и шнуровкой. Это зафиксирует ногу влево-вправо, но позволит стопе немного двигаться вверх-вниз, чтобы мышцы не атрофировались, - что-то печатая на клавиатуре, говорит врач. - Рекомендую купить или арендовать костыли, так как наступать на ногу в первые дни пациентка физически не сможет, - добавляет он.

А у меня в голове опять калькулятор включается.

- А может гипс можно? Обычный? - спрашиваю у него.

Тут же получаю грозный взгляд от Романа-мерзавца. Всю меня в бандажи решил облачить. Ещё и с костылями.

- Поверьте, бондаж будет гораздо удобнее, - говорит он и нажимает громко кнопку на клавиатуре.

Тут же принтер начинает печатать, издавая противные звуки. Кажется, это принтеру скоро конец придёт.

- Первые сорок восемь часов обязательный холод. И делайте все по этому списку, - протягивает распечатанные листы Роману.

- Спасибо, - кивает Роман и протягивает доктору руку для рукопожатия.

Доктор жмёт в ответ. И кажется мне, не первый раз они видятся.

- До свидания, - говорит уже мне доктор.

Я снова оказываюсь на руках Романа и он несет меня на выход.

Нога ноет, сердце стучит, а внутри растерянность.

Что дальше?

- Я боюсь домой ехать. Не бросайте меня, - честно говорю Роману.

У меня от мысли, что я одна останусь, внутри всё леденеть начинает.

- Я на отбитого по твоему похож? - бросая на меня колючий взгляд, рычит он в ответ.

- Вам честно или как? - осторожно спрашиваю я.

- Руби правду матку, - толкая дверь плечом, бросает он.

- На отбитого похожи, - вжимая голову в плечи, говорю я.

Ну а что, сам попросил.

- Допизделась ты Гудкова, - хищно усмехается Роман-мерзавец.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 29

Нервно сглатываю. Потому что его ухмылка, явно намекает на наказание.

Но вот, оно точно не будет в стиле ремня и попы. Порочный блеск его глаз, совсем не на это намекает.

- Стоп-стоп-стоп! - напрягаюсь в его руках. - Вы сами правду попросили сказать. А теперь за неё же и наказывать собираетесь. Вам не кажется, что это как-то несправедливо?

- Жизнь вообще, штука несправедливая, - заявляет он.

- Но… но вы же эту справедливость восстанавливаете. Работа же у вас такая, - уговариваю его.

Роман смотрит на мои губы. Затем, очень медленно переводит взгляд к моим глазам.

- Долго выкать будешь? - вдруг спрашивает он.

Озадаченно смотрю на него.

- Ну, так вы же старше меня. Лет на десять точно. Как-то неприлично тыкать, - пожимаю здоровым плечом.

- А целоваться в засос прилично?

Краснею, от упоминания того, как нагло он меня целовал. Волна жара тут же внутри подниматься начинает, вводя меня в то же состояние, что и тогда.

- Я… я не хотела. Вы сами начали, - мотаю головой.

- Ты продолжила, - усмехается он. - Открывай дверь, - кивая на машину, приказывает он.

Да что тебя, Роман-мерзавец.

- Вы просто не оставили мне другого выбора, - злюсь я.

Вот зачем сейчас про это вспоминать?

Мне про свою безопасность думать надо. А не о том, как горячо он целует. И как я трепещу в ответ.

Открываю дверь, в надежде что он меня сразу посадит на сиденье и я наконец дышать спокойно смогу. Без дурманящего запаха его парфюма.

Однако Роман и не собирается меня отпускать.

- Уверена? - спрашивает он.

- Да, - твёрдо отвечаю.

Хотя, на самом деле нифига я не уверена. Я могла бы сопротивляться. Просто, то что я тогда испытала, ошеломило, выкинув всё остальное из головы.

Потому что ничего подобного я до этого не испытывала. Как будто я до чего-то тайного начала дотягиваться. И чувство, что так и не дотянулась, так и осталось внутри.

А сейчас оно снова начинает разрастаться во мне, от того что он так пристально смотрит и того и гляди снова поцелует. Окуная меня в водоворот запретных желаний.

- Чуть позже протестим, - заявляет он, и наконец сажает меня на сиденье.

А внутри у меня появляется сожаление, что он так и не поцеловал. И как бы я себе не внушала, что должна испытывать облегчение, разочарование не проходит.

Роман-мерзавец садится за руль и мы срываемся с места с пробуксовкой.

Позже протестим!

Так и хочется спросить, что конкретно?

И в то же время боюсь услышать ответ. Потому что моё тело, явно не на стороне трезвого рассудка. Оно готово кинуться в омут приключений, на которые Роман намекает.

Он останавливается напротив большой круглосуточной аптеки с припиской медтехника.

Из бумаг, которые врач ему передал, забирает лист, где выписаны лекарства и собственно рекомендация на жесткий бандаж.

- Сиди здесь, - строго смотрит на меня.

- Придется, - киваю на ногу.

Он кивает и выходит. Смотрю ему вслед. А внутри непонятно что творится. Вместо того чтобы от страха трястись, я трясусь от страха что сдамся.

Он как будто на какую-то кнопку нажимает, парализуя все мыслительные и сопротивлятельные процессы во мне. И отжать эту кнопку, пока он рядом, у меня не получается.

Может я уже влюбилась?

Да нет!

Не может этого быть! - мотаю головой.

Не могла же я в такого мерзавца влюбиться. Он не стесняясь при мне с другими девушками флиртует. Вечно командует, не спрашивая моего мнения. И вообще, на роль моего мужчины, будушего мужа и отца моих детей он вообще не подходит.

Я даже представить не могу с ним совместную жизнь.

Вечно дёргаться, что он на кого-то там посмотрит?

Я такой участи не хочу. Мне нужен спокойный, рассудительный, обходительный и понимающий мужчина.

И со скуки с таким будешь подыхать, - язвит внутренний голос.

- За то спокойная буду! - вслух отвечаю сама себе. - И без всяких проблем и эмоциональных качелей.

Вроде правильно думаю, но вот самой от своих убеждений кисло становится.

Роман в это время выходит из дверей аптеки, и моё сердце тут же радостно подпрыгивает. Словно я его пол года ждала и вот он вернулся.

Не к добру это.

Ой не к добру!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 30

Роман садится в машину. Достаёт из пакета упаковку. По видимому бандаж на ногу. Остальные пакеты закидывает на заднее сиденье. Держит упаковку между нами.

- Тебя натянуть или сама справишься? - кривя губы в наглой ухмылке, спрашивает он.

Меня кипятком от возмущения окатывает. Только что думала что он рыцарь, меня спасающий.

А на деле хамло! Ещё и намёки кидает.

Выхватываю у него упаковку и зажав её между колен, разворачиваю.

- Сама справлюсь, - гордо заявляю я.

Только вот сказать легко, а сделать трудно. Тем более одной рукой.

Но я не из тех кто сдается на полпути. Достав бондаж, подмечаю что скорее всего стоит он тоже не дёшево. Ткань к телу приятная, и сделано качественно.

Вставляю с трудом ногу. Морщусь от боли, пока натягиваю бандаж в виде носка. Ещё и шнуровка на нём.

Понятно, что она для удобства и фиксации.

А мне-то как однорукой с ней справится?

Сцепив зубы, пытаюсь просунуть ногу дальше и ни черта не выходит. делаю пару глубоких вдохов.

Надо просто успокоиться и попробовать ещё раз. И было бы совсем замечательно, чтобы сейчас этот Роман-мерзавец не сверлил меня своими наглыми глазами.

- Ногу сюда, - хлопая по коленке, требует он.

- Я сама, - с расстановкой цежу я.

Он тут надо мной издевается, стбёт, а я его команды выполнять должна. Как бы не так, капитан Филатов.

Резко дергаю руку вверх и чуть не вою от резкой боли. Сцепив зубы напрягаюсь вся, чтобы перетерпеть.

- Упертая! Ногу, быстро! - с рычащими нотками в низком голосе, приказывает он.

- Не хочу я вам ногу давать! Вы для начала нормально разговаривать научитесь! - обиженно говорю я.

Правда обидно.

Я что, специально что ли?

А он… натянуть!

- Гудкова, - предупреждающе рычит он.

Колючие мурашки тут же по телу бегут.

- Если будет больно, я вас пну, - заявлю я и протягиваю ногу, с наполовину натянутым бандажом.

Вот прям правда так сделаю! Отомщу за всё, что неприятное он мне уже наговорил.

- Давай на двух травмах остановимся. Инвалидное кресло дорого стоит, - укладывая мою ногу поудобнее для себя, говорит он.

Поджимаю губы. Опять я по его мнению во всём сама виновата.

- Если бы не вы, ни одной бы не было, - обвинительно говорю я.

Получаю пронзительный взгляд. И снова поджимаю губы.

Что ему объяснять. У него своя правда. Для него я виновата.

Он берется за края, касаясь попутно ноги. Кожа на ней, тут же гусинной становится. И все мои небритые волоски дыбом встают.

Сразу же становится стыдно. Но ведь неудобно с одной рукой. Да и не рассчитывала я, что я их кому-то показывать буду. А юбку и тем более я надевать не собиралась.

Естественно, волоски цепляются, и не дают ткани нормально скользить по коже.

Роман дёргает его ещё вверх, чтобы сел на ногу как надо.

- Вроде до зимы далеко. Рано утепляться решила, - усмехается он.

Поджимаю губы в очередной раз. Чтоб у тебя язык отсох!

Однако тело, предательское, реагирует ещё сильнее на звук его голоса. На прикосновения.

- Я так-то не на свидании, - бубню я.

Стыд, обида и злость на колкие слова, и явный трепет в теле, все смешивается в какую-то термоядерную смесь.

Так и хочется его стукнуть. Чтобы перестал так на меня действовать.

И эта забота его… дебильная.

Вроде же по мужски поступает. А как начинает говорить, так мерзавец, мерзавцем.

Он тем временем кладёт свою большую ладонь чуть выше бондажа. Тепло его руки тут же проникает под кожу, заставляя внутри всё трепыхаться.

Он перекладывает ногу и уверенными движениями начинает зашнуровывать бондаж. И постоянно касается кожи, как будто нарочно.

Лиза! Хватит так на него реагировать!

Он мерзавец. Он виноват во всех твоих бедах. Он говорит одни хамские гадости. Он грубо и колко стебёт.

А ты уже лужицей готова перед ним растечься.

Я себе запрещаю так на него реагировать!

А оно не запрещается…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 31

- Готово, - заканчивая наконец пытку, говорит Роман-мерзавец.

Я вся красная как рак сижу.

Ничего не могу с собой поделать. Его прикосновения волнуют меня. От них абстрагироваться не получается, даже на пару секунд.

Он как будто змей искуситель. Который одним своим видом заставляет думать о том, о чём вообще нельзя думать приличной девушке.

Тем более вспоминать, как он целует.

Страстно, обжигающе греховно.

- Спасибо, - сдавленно выдавливаю я.

Пытаюсь выдернуть ногу из его захвата.

Его горячая ладонь, лежащая чуть выше бондажа, сжимается. Нога так и остается в его власти. А наглые пальцы ещё ко всему, начинают поглаживать кожу, поднимая небритые волоски.

- Голодная? - спрашивает он, прямо глядя в глаза.

Ответить не успеваю. Живот услышав слово еда, тут же отвечает урчанием.

Бровь Романа в удивлении поднимается вверх.

А я опять краснею. Он мне столько еды принес. А у меня желудок от голода урчит.

Не объяснять же ему, что в целях экономии, я большую часть заморозила. Чтобы на подольше растянуть.

Он точно не поймет ,что такое, когда денег не хватает. И я просто вынуждена сейчас считать каждый рубль.

- Ясно, - недовольно говорить он. - Европейская, Азиатская?

С непониманием смотрю на него.

Это он мне предлагает выбрать, какую кухню я хочу?

- Обычная. Наша русская, - отвожу взгляд.

Она уж точно подешевле должна стоить.

Потому что его рука всё ещё держит мою ногу. Словно он специально так желает, чтобы я не буянила.

Потому что в таком положении сложно спорить с ним. Он подавляет всё желание ему перечить, каким-то невообразимым магическим волшебством.

Роман-мерзавец усмехается и наконец отпускает мою ногу. Я быстрее ставлю её рядом со второй и наконец сажусь прямо на сиденье.

- Скромная девочка, значит, - подытоживает он.

А то с первого раза непонятно было.

- Я не из тех, кто к таким как вы на шею вешается, - бросаю я.

- Люблю вызовы, - заводя машину, заявляет он.

Поворачиваю к нему голову и возмущённо смотрю на него

- Не было никакого вызова, - с расстановкой произношу я, чтобы даже и думать об этом не смел.

Роман улыбается, во все тридцать два белоснежных зуба и выруливает с парковочного кармана.

Явно мои последние слова только масла в огонь подливают.

Вопрос: а как тогда с ним разговаривать, если он в моих словах слышит то, что ему самому заблагорассудится?

- Устрицы сам есть будешь, - на всякий случай предупреждаю я.

Я всякую гадость пробовать не собираюсь, как бы это не расхваливали девушки из нельзяграмма.

Я лучше курочку запеченную в духовке с картошкой поем, чем эти сопли. Они же даже на вид мерзкие.

Фу блин!

Даже подташнивать начало.

- Гадость редкостная, - морщится сам Роман.

- Рада слышать, - выдавливаю улыбку, но выходит кривая.

Он начинает от души смеяться. А я смотрю на него, удивлённо.

Вот что в этом смешного?

Ну гадость же!

Правда смеётся он красиво. У меня самой даже губы в ответной улыбке растягиваются.

- Травить не буду. Не волнуйся. Ты мне живая нравишься, - повернув ко мне голову, подмигивает и снова возвращает своё внимание на дорогу.

Попутно что-то тыкая в телефоне.

А мне опять не за что схватиться. Няе за него же в конце концов хваться?

Через пятнадцать минут, мы заезжаем во двор его дома. Он паркует машину напротив подъезда, прямо там же что и в прошлый раз.

И ведь не занял никто парковку.

На улице уже темно, но в свете фонарей видно, что дворик ухоженный и чистый. В прошлый раз мне особо не до разглядывания было.

Да конечно, попробуй тут мусорить или буянить. Начальник оперативников быстро здесь порядок наведёт.

Я бы так точно, зная что рядом живет полицейский, по струнке ходила.

- Доставка, - произносит он в ответ на мой вопросительный взгляд.

Сэкономила его деньги, ёпрст.

Через пять минут, Роман вносит меня в квартиру напротив. Миленькая такая.

Заносит меня в комнату с большим угловым диваном. Сажает на него и окидывает меня придирчивым взглядом.

- Что я опять не так сделала? - взмахиваю рукой.

- А что ты сделала так? - приподняв бровь, спрашивает он в ответ.

- По вашему, родилась на свет наверное, - фыркаю я. - Я же везде у вас виновата!

Ответить ему не даёт зазвонивший домофон. Наверное та самая доставка. Быстро как.

Пока курьер поднимается, он ходит по квартире и что-то делает. Потому что слышно как дверцы шкафа катаются и двери хлопают.

Роман забирает пакет у доставщика, ставит его передо мной на журнальный столик.

- На кухне, бери что хочешь. В ванной чистое полотенце на стиральной машине, халат на вешалке. Спальня вон там, - показывает на закрытую дверь. - Утром зайду. Спокойной ночи, - говорит он и подмигивает.

- А вы ужинать не будете? - киваю на пакет из доставки.

- Отдыхай, - бросает он и направляется к выходу.

Через спинку дивана выглядываю в коридор. Вижу такой же пакет на пуфике у входа стоит. Он его подхватывает обувается и выходит. Даже не оглянувшись.

Это так вызовы принимаются что ли?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 32

Просыпаюсь от чувства, что меня пристально разглядывают. И ясно понятно, кто это.

Роман-мерзавец.

Так и знала, что припрется без разрешения. Хорошо, что в своей одежде спать легла.

Набираю в грудь воздуха, чтобы отчитать его как следует. Открываю глаза и давлюсь воздухом.

Передо мной девушка. лежит рядом со мной на кровати, подперев голову рукой. С интересом разглядывает меня.

Она скорее всего моя ровесница. Красивая, с живой мимикой на лице. Засмотреться можно.

- Привет, - улыбается она.

- З-здравствуйте, - испуганно отвечаю.

Брови девушки волной взлетают вверх.

Может она актриса какая-нибудь?

- Давай сразу на ты. Я Арина, - с места в карьер, заявляет она.

Маловато вводных данных, чтобы понимать как себя сейчас вести.

Ну хоть не кричит выметайся из моей квартиры. Иначе бы я вообще не знала, что делать.

- Лиза, - скованно говорю я.

- Красивое имя. Надеюсь, тебя не в честь императрицы Елизаветы назвали?

- Да боже упаси. В честь моей бабушки, по папиной линии, - зачем-то рассказываю я.

- Ну тогда выдыхаем. Прочного будущего тебе не светит, - подмигивает она.

Мен словно осеняет, кого она мне напоминает.

Мерзавца-Романа! Вот кого!

- Вы сестра Романа Георгиевича?

- Кого-кого? - со смехом спрашивает. - Герогиевича, - снова закатывается.

Теряюсь. Что смешного я спросила?

- Впервые слышу, чтобы девушки так моего брата звали, - поясняет она.

- А как его ещё называть? Он разве не…

- Он-он, - перебивает Арина. - Просто в основном… Ну да не важно, - отмахивается. - Получается, он ещё не проник в чертоги твоих пещер?

От её слов, щёки тут же покрываются румянцем.

- Да ладно! Офигеть! Мой брат однозначно теряет хватку, - ударяет себя по бедру и снова смеётся.

- Арина, он просто мне помог. И всё! - отрезаю я.

И поцеловал, несколько раз. Но об этом я точно никому рассказывать не собираюсь.

- Да-да, - поднимаясь с кровати, кивает она.

- Я правду говорю.

- Я и не спорю, - лукаво улыбается Арина.

Я сажусь в кровати. Одеяло спадывает.

- У тебя руки что ли нет? - распахивая глаза на пол лица, спрашивает она.

- Есть конечно. Плечо у меня вывихнутое. Бандаж ношу.

- Ну слава богу, - выдыхает Арина. - Я готовить завтрак. А ты умываться.

Не понимая, с чем связан восторг наличия у меня двух рук, откидываю одеяло, чтобы встать.

- Офигеть, ты как подстрелыш. Теперь понятно, почему ты ещё не в квартире напротив, - увидев мою ногу, заявляет Арина.

- Арина, хватит! - не выдерживаю я. - Между мной и твоим братом, нет абсолютно ничего!

- Пока нет, - поправляет она. - Помочь до ванны добраться?

- Я сама, - недовольно бурчу.

Арина пожав плечами выходит из комнаты. Я же недовольно пыхтя, поднимаюсь с кровати.

И с чего она вообще взяла, что я позволю Роману-мерзавцу ко мне приблизиться?

Не будет такого никогда!

И не вздумай что-нибудь там сказать! - предупреждаю внутренний голос.

А то знаю я его, сейчас начнет меня носом в факты тыкать.

Через минут двадцать, я уже сижу на кухне за столом. Ем обалденно вкусный омлет с овощами.

- Теперь рассказывай, как вы с моим братом познакомились? - с явным любопытством спрашивает Арина.

- Да это не знакомство. Он меня чуть… - обрываю себя на полуслове.

Как то некрасиво жаловаться сестре на брата.

- Случайно познакомились, - говорю я и отправляю в рот порцию омлета, чтобы не сказать лишнего.

Может для Арины брат вообще небожитель ,а я тут буду рассказывать, что у меня из-за него жизнь в ад превратилась.

- Защищаешь его, - подмечает она. - Это хорошо. Скажи, а у тебя парень есть?

- Я не хочу отвечать на личные вопросы. Не обижайся, но скорее всего мы видимся в первый и последний раз. Зачем тебе обо мне что-то знать?

- Спорим не последний? - прищуривается Арина.

- Это с чего такие выводы? - удивлённо спрашиваю её.

- Я не хочу отвечать на личные вопросы, - моими же словами отвечает она.

- Это не честно, - прищуриваюсь я.

- Ага! Ты в моей постели постели ночь провела, а я о тебе только имя и изнаю. Тоже нечестно, - дует губы она. - Предлагаю баш на баш? Ты мне о себе, я тебе о Роме? - шевеля бровями, предлагает она.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 33

- Кое кому язык подрезать не мешает, - появляясь в дверях кухни, говорит Роман-мерзавец своим низким голосом.

Вилка, в моей руке, с горячим кусочком омлета, замирает так и не долетев до точки назначения. И эпично летит мне на колени.

- Ауч, - шиплю я.

Вилка летит на стол, громко звякает о тарелку, пока я поднимаю упавший кусочек. Подхватив его кидаю на стол.

На штанах теперь жирное пятно.

Арина, замерев, смотрит на меня. А Роман поднимает меня со стула. Смотрит на мои ноги. Видимо, оценивая масштаб ущерба.

Говорю же, он мою жизнь в настоящий квест на выживание превращает. Ну хоть без бандитов-уголовников на этот раз.

- А в дверь позвонить не пробовали? - сердито цежу я. - У меня не так много конечностей осталось!

- Это что, всё из-за тебя, - показывая на мою руку и ногу, спрашивает Арина.

- Ещё и нос подрежу, - строжится Роман.

- Резалка не отросла, - корчит ему рожицу Арина.

- А вредилка отросла, - подаю я голос.

Арина закатывается от смеха. Роман-мерзавец смотрит на меня с предупреждением.

- И в чём я не права? Вы как появляетесь, вечно у меня проблемы. Может уже хватит членовредительством заниматься? И начнёте думать не только о себе, но и об окружающих? - выдаю тираду на одном дыхании.

- Вот да братишка. Лиза дело говорит, - кивает Арина.

- Ты вообще какого хрена здесь делаешь? - строго спрашивает он. - Бабушку одну бросила.

- Ничё я не бросила. Она к своей подруге прикатила, Бабе Вере. Мне что, с ними сидеть? - возмущается в ответ Арина. - Деловая колбаса. Сам здесь развлекаешься, а меня в деревню сослал.

- Я сослал? - приподнимает бровь Роман.

Наблюдая за их перепалкой, понимаю как они похожи.

- Ну не совсем ты. Но мог бы тоже приезжать к нам в гости. Там же со скуки сдохнуть можно, - дует губы Арина.

- Кто хотел спокойно работать? Природой наслаждаться, спокойствием, тишиной? - требовательно спрашивает Роман.

- Ну я. Но там моих ровесников толком нет.

- По видеосвязи общаться можешь.

- Ну тебя, - хмурится Арина.

Явно, что Роман в семье за главу семейства. И явно Арина хоть и брыкается, но брата слушается.

Ага, попробуй такого не послушаться. В бараний рог скрутит и то что сказал делать заставит.

Роман по хозяйски подходит к сковороде, видит что там и на него порция осталась. Выкладывает её к себе в тарелку и проходя мимо меня, садится за стол.

- В ногах правды нет, - бросает он, устроившись на стуле рядом со мной.

- И правда, садись давай, - беря салфеткой кусочек омлета, который я бросила на стол, говорит Арина.

Она тут же второй салфеткой вытирает следы катастрофы. А мне ничего не остается.

- Как бабуля? - как будто они только что на повышенных тонах не разговаривали, спрашивает Роман.

- Нас ещё переживёт. Меня всё откормить пытается, - тепло улыбается Арина. - Как всегда активная. Ещё и другим помогать успевает.

- И тебя приобщает к общественным работам, - добавляет он.

- И это тоже, - вздыхает она. - Как бы её уговорить дачу эту продать? - подпирает рукой подбородок.

- Никак, - усмехается Роман.

- Всё! Следующие две недели твои. У меня тоже отпуск должен быть, - заявляет Арина.

- У меня работа. Только в выходные.

- Бабуле будет достаточно, кивает она.

Внезапно, роман смотрит на меня. На руку, на ногу под столом.

- Я нашёл, кем её занять, - с довольной ухмылкой, заявляет Роман.

Смотрю на него, потом на Арину, оба довольно улыбаются.

- Слушай, а это крутая идея!

- А я о чём? - кивает Роман.

- Нет! Нет! И ещё раз нет! - машу рукой. - Да я там как до уличного туалета добираться буду?

- Не ходи в уличный. В доме нормальный есть. И душ есть, - говорит Роман.

- Все! Решено. Везешь Лизу с бабулей на дачу сегодня вечером. А я отдохну чуть-чуть от загородной жизни.

В шоке смотрю на них по очереди. Не сговариваясь, сговорились.

- Я не поеду!

- Да ладно тебе. Там классно! - говорит Арина.

- И безопасно, - добавляет Роман.

И сказать мне против нечего. К себе я возвращаться боюсь. А настаивать, чтобы меня здесь оставили, тоже как-то неприлично.

- Я не уверена, что это удобно, - делаю ещё одну попытку отказаться.

- Да прям. Бабуле ты понравишься. А то что тебе ещё и забота нужна, её ещё больше обрадует. Даже не переживай об этом.

- Но мне же работать надо, - жалобно горю я.

- Кем? - уточняет Роман.

Действительно, кем?

Теперь, меня даже листовки не возьмут собирать.

- Всё, я полетела, - подскакивает Арина со стула.

Идет в коридор, обувается

- На тебе посуда, и бабулю с невестой вези знакомить, - уже выходя из дверей говорит она и тут же захлопывает её.

- С кем знакомить? - нервно уточняю у Романа-мерзавца.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 34

Роман невозмутимо смотрит на меня.

- Не обращай внимания, - усмехается он.

А мне вот как-то не смешно.

- А почему тогда Арина так сказала? - с подозрением спрашиваю.

- У неё потом и спросишь. Ешь, - кивает он на мой недоеденный омлет.

Сам тоже с удовольствием махает вилкой.

- Я не поеду. Мне надо как-то деньги зарабатывать, на жизнь и на аренду, - отодвигая тарелку, говорю я.

Аппетит полностью отбило, от осознания того, что меня ждёт. А я ещё и бабушке обещала, что помогать буду, как только на работу устроюсь.

А как помогать, если мне до работы, как до китая пешком?

- Другую снимешь, - пожимает он плечами.

- Ага. А пока денег нет, бомжуй. Так что ли?

Роман-мерзавец кладёт вилку. Кладет руки по обе стороны от тарелки и смотрит прямо в глаза.

- Не будешь бомжевать, - уверенно говорит он.

- Да! И кто же мои финансовые проблемы будет решать? Ты?

- Я, - кивает он.

- Я не приму помощь от незнакомого человека, - твердо говорю я.

- Мы с тобой в засос целовались. Ты меня ногами обхватывала. И мы до сих пор не знакомы? Можем более тесно познакомиться, - нагло говорит он.

Отшатываюсь. Он успевает схватить меня за руку, предотвратив моё падение со стула.

- Оу. Все по согласию. Я не насильник, - усмехается Роман-мерзавец.

- Ты пошляк!

- Да, - пронзая меня потемневшим взглядом, говорит он.

- Не вижу поводов для гордости, - дёргаю руку.

- Могу показать.

- Другим показывай, - хмурясь, бросаю в ответ.

- Непременно, - кивает он.

Внутри неприятно скрести начинает.

Это же ревность!

Самая что ни на есть настоящая. Которой вот вообще во мне делать нечего. Уж точно не такой спутник жизни мне нужен.

- Вот и иди. А я поем и домой поеду, - снова дёргаю рукой.

- К тем упырям? - уточняет он.

Замираю, вспомнив, почему я вообще здесь оказалась.

- Роман, вы не понимаете. Мне надо как-то жизнь налаживать. А не по чужим бабушкам ездить.

- Это пока чужая, - заявляет он.

- В смысле пока? - нервно спрашиваю.

- Познакомишься и будет знакомая бабушка, - усмехается он.

Раз, два… Глубокий вдох. Три, четыре… Медленный выдох.

Спокойнее надо относиться к словам. Уж он точно не собирается делать того, что моя богатая фантазия уже рисует.

- Заживут твои травмы, решу вопрос с работой и жильём, - став серьёзным говорит он.

- А ты… вы не обманите? - с опаской спрашиваю я.

- А я обманывал? - дёргает бровью. - И уже определись, ты или вы, - тут же подмигивает он.

Вот и что мне делать?

Довериться Роману-мерзавцу? Или в съемную квартиру возвращаться?

- А вещи мои? Их же забрать надо и ключи сдать. И продуктов там, что… ты купил, много, - с запинкой говорю я, определившись к нему на ты обращаться.

А то и правда. То выкаю то тыкаю.

- Сделаем, - кивает он и отправляет последний кусочек омлета себе в рот. - Ешь давай, - приказывает он.

Сам поднимается и начинает наводить на кухне порядок.

Немного успокоившись, что вещи мои при мне останутся. Хоть их и не так много.

Но мне всё равно страшно. Хотя умом понимаю, что сейчас я точно сама ни с чем справится не могу. И доверять ему, у меня тоже не выходит.

Слишком противоречивым вышло наше знакомство. да и все последующие встречи тоже.

Я с ним как будто по острию ножа хожу. И не знаю в какой момент навернусь с него, или порежусь.

Как только моя тарелка пустеет, Роман сам забирает её. Слежу как он уверенно двигается, как будто не раз сам здесь готовил.

Жа и вообще, видимо у него и Арины близкие, и доверительные отношения. Даже не смотря на то, что они разговаривают так, как будто сейчас в драку полезут.

Или у них это привычное общение?

У меня брата никогда не было, поэтому судить мне об этом сложно.

В общем, через час мы выходим из квартиры Арины. А еще через двадцать минут, Роман паркуется напротив подъезда, где я снимаю квартиру.

Ковыляя по квартире, собираю свои вещи, пока Роман собирает продукты, по моей просьбе.

- Гудкова, что за нахуй? - раздаётся возмущенный голос с кухни.

Голова сама в плечи вжимается, хотя его и рядом нет.

- Что такое? - выкрикиваю из комнаты.

Он появляется в дверном проеме и в его руках замороженные упаковки готовой еды.

Чёрт! Совсем о них забыла.

- Это блядь что? - требовательно спрашивает он.

- Еда, - невозмутимо пожимаю плечами, хотя внутри всё сжимается.

- Я вижу. Нахер ты её заморозила? - не отстаёт он.

- В целях экономии. Чтобы на дольше хватило, - как рёбенку, разжевываю очевидное.

Вижу как его лицо вытягивается. И тут же становится недовольным.

- Почему не сказала сразу, что у тебя всё так хуёво? - требует он ответ.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 35

Смотрю на него не понимая, он идиотом прикидывается или издевается?

- Я не говорила? - возмущаюсь я. - Да я тебе не раз про это говорила! И то что на собеседование опоздала. Из-за тебя, между прочим. Потом по твоей милости меня листовки перестали брать раздавать, где заяц этот чёртов был. А это между прочим самая высокооплачиваемая была подработка! И всё из-за тебя! И ты мне говоришь, я тебе не говорила? - истерично вываливаю на него всю накопившуюся злость, на одном дыхании.

Губы дрожат, подступающие слёзы застилают глаза. Обидно, до глубины души.

Он получается вообще не слушал .что я там ему говорила. Плевал он на все мои проблемы с большой колокольни.

Роман-мерзавец оказывается рядом. Сгребает меня в охапку и прижимает к своей мощной груди.

- Не реветь, - приказывает он.

И в этот момент слёзы брызгают из моих глаз. Судорожно всхлипываю и утыкаюсь носом в него.

Роман-мерзавец вздыхает, и прижимает меня ещё крепче к себе. Поглаживает по спине, успокаивающими движениями. Которые ни фига не успокаивают. Только сильнее плакать хочется.

- Разберусь с твоими проблемами, - уверенно говорит он.

- Как? - шмыгаю носом. - Вот вам Стюра Пирогова, вы обязаны взять её на работу? А на что жить я буду, пока первую зарплату получу? И где? - снова всхлипываю и чуть не рыдаю в голос. - Все из-за тебя, - ударяю его по плечу.

- Ща по жопе получишь! - рычит он.

- Только и можете что угрожать, чтоб делали как вам надо. А что потом с человеком, плевать вы хотели! - бубню в его грудную клетку.

- Гудкова, блядь! - рявкает Роман.

- Сами вы блядун. Я вообще-то… - обрываю себя на полуслове.

Вот, не хватало ещё вообще всё о себе ему вывалить.

- Я решу твои проблемы. Сопли подтирай и собирайся, - спокойнее говорит он. - А за блядуна, ответишь, - поднимая мой подбородок, с явным подтекстом говорит он. - И за выканье тоже.

В горле моментально пересыхает. Он неотрывно смотрит на моё лицо. Глаза гуляют по моему лицу. Останавливаются на губах.

Их тут же невыносимо захотелось облизнуть. Даже покалывать начало.

Он ведь как бог целуется, порочный и разратный. И от него вся огнём гореть начинаю.

Стоп! Я вообще про это думать не должна. Он может как полицейский хороший, но вот как человек, нет.

Так что нечего тут стоять и таять от его внимания.

- Сначала свои грехи замоли, прежде чем других наказывать, - хмурясь, говорю в ответ.

- Гудкова, я предупреждал, - с рычащими нотами в голосе говорит Роман.

Внутри меня всё замирает. Даже сердце перестаёт биться как сумасшедшее.

Его запах окутывает меня целиком. А от него ещё сильнее жар идет. Словно кто-то в печь дров подкинул, быстро-воспламеняющихся.

Его тяжёлая ладонь опускается на мою попу. Обжигает огнем кожу, даже сквозь штаны.

И в этот же момент он накрывает мои губы, затыкая все мои возмущения.

А я и сопротивляться не могу. Здоровая рука обездвижена его захватом. Здоровая нога начинает слабеть. И если бы не его руки, я бы уже рухнула на пол.

От нахлынувших на меня ощущений, которые сбивают с ног. Все мысли разлетаются, голова отключается.

Остаются только его губы, жадно пожирающие мои. Его руки, которые крепко держат, не позволяя вырваться.

А он всё целует. Жадно. Заставляя подчиниться его напору.

- Скажи вы, - разорвав поцелуй, рычит он мне в губы.

- И что будет? - с трудом выговариваю я слова.

- Интересно? - дергает бровью. - Тогда скажи, - подначивает он.

- Ты Роман Георгиевиич очень хитрый. Но и я не полная дура, - мотнув головой, отвечаю.

- Ок. Спешить не будем, - пожирая взглядом мои горящие от поцелуя губы, очень низким голосом говорит он.

Меня, от его слов, всю словно кипятком ошпаривает.

Это мы получается не торопимся?

Да мы несёмся на запредельной скорости как мне кажется. Хотя если сравнивать его стиль вождения и нормальных людей… Наверное, так оно и есть для него.

- В-вообще ничего не будем. Хватит лезть целоваться. Я не ваша девушка, - дёргаю плечами.

- Значит будешь, - невозмутимо отвечает он.

- Даже не надейся, - фыркаю я.

- Надеются слабаки. Я добиваюсь. Всегда добиваюсь, - многозначительно заявляет он.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 36

Пока собираю вещи, последние слова Романа-мерзавца всё крутятся в голове. И никак не хотят меня отпускать.

Вот чего он в случае со мной собрался добиваться?

Секса?

Ведь его только это и волнует.

Вот был хотя бы намёк на серьезность. Так нет же. Только пошлые намеки.

Всё!

Ну и пусть бы искал себе девушку, которая на это согласна. Как минимум две при мне ему глазки строили и заигрывали.

Или у него такое соревнование? н

Мол, на кого сам глаз положил, та и обязана оказаться в его постели?

Ну явно же про меня история. Это мне кажется любому понятно будет. Мне кажется именно поэтому парни ко мне особо и не приставали.

Размениваться я не собираюсь. Да и как я потом бабуле своей в глаза смотреть буду.

Не-е-ет.

Явно Романа ждет разочарование. потому что я точно у него на поводу идти не собираюсь.

Такие как он поют красиво, а вот после бывает очень больно. Сама на на такое натыкалась. Больше не хочу.

- Ты вещи собираешь, или в облака витаешь? - доносится со стороны двери, голос Романа.

И тут же его шаги.

Он присаживается напротив. С приподнятой бровью разглядывает моё лицо.

- Перестань волноваться. Решим все твои проблемы, - успокаивающим голосом говорит он.

Ага. А когда решит, награду потребует. Вот это-то меня и пугает.

То что он поможет, у меня как ни странно больше волнений не вызывает. Потому что уже его сестра в курсе. А скоро и его бабушка будет обо мне знать.

- Бабуля нас уже ждёт, - добавляет он.

Я тут же начинаю торопится. Сама ненавижу ждать. И всегда стараюсь, чтобы из-за меня и другие так не мучались.

Дособирываю все свои скудные пожитки. не густо, к двадцати двум годам.

Вообще, я уже привыкла жить как спартанец. Базовый минимум во всём.

Хоть иногда и завидовала, будучи студенткой, как девчонки наряды часто меняют.

Тогда сама себе обещала, что как встану на ноги, накуплю себе вещей, и чтобы на полмесяца хватало в разное каждый день одеваться.

И что-то моя мечта всё дальше и дальше отодвигается. теперь вот перед Романом у меня ещё долг образовался. И неясно, какая полная сумма будет, когда я уже сама себя обеспечивать смогу.

Аж зубы сводит от такой ситуации.

- Гудкова, ещё заплачь, - ворчит Роман, когда я окидываю квартиру прощальным взглядом.

Сколько надежд в ней было. Как бессонными ночами зубрила, готовясь к экзаменам.

Что поделать, я сентиментальная натура. Хоть стараюсь это особо не показывать, чтобы никто этим мне во вред не воспользовался.

Этот так меня бабушка учила.

- Всё, - обхватывая меня за плечи, буквально выносит меня из квартиры Роман.

С хозяйкой я договорилась .что ключи в почтовый ящик кину. А ей видео записала, что её квартира в полном порядке.

Пока мы едем, Роман по телефону рабочие дела решает. А на меня грусть тоска напала. Еду с чужим человеком, к чужой бабушке, непонятно куда. И самое обидное, поделать с этим ничего пока не могу.

Мою бабулю пугать не хочется. Она у меня уже старенькая и я всё чаще говорю ей, что всё у меня хорошо. Чтобы не волновать.

А если скажу, она же полетит меня спасать. Бросит всю свою домашнюю живность. А мне их жалко.

Внезапно, Роман резко сворачивает направо и паркуется напротив ресторана.

В это время из него как раз выходят две стильные бабушки. Одеты все с иголочки. Этакая интеллигенция давних лет.

Забавно на них смотреть и приятно. Молодцы, дома не сидят. Развлекаются и жизнью наслаждаются.

Роман выходит из машины, и идет прямиком к ним. Пристальнее разглядываю бабушек, пытаясь угадать, чья из них Ромина.

Оказывается, то что более активная.

Могла бы и сразу догадаться. Они похоже все проактивные. Что Сам Роман, что его сестра Арина. И бабуля вон, от них не отстаёт.

Вижу как тепло они обнимаются, и мне сразу к своей бабуле захотелось. Обнять, попалакться ей и услышать, что она в меня верит, что всё у меня получится и по итогу всё будет хорошо.

Вторую бабушку забирает мужчина в костюме и усаживает в машину представительского класса.

А Роман ведет свою к машине.

И только сейчас я начинаю задаваться вопросом, как мы все в машине Романа поедем. Я наврядли назад смогу закарабкаться. Да и бабулю неудобно туда заставлять лезть.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 37

- Ой ты боже мой, какая красавица! - стоит Роману открыть дверь с моей стороны, восклицает его бабушка.

Что-то, в её присутствии, даже мысленно мерзавцем его назвать язык не поворачивается.

- Других не спасаем, - улыбается он.

Бабуля стреляет в Романа глазами. Пристально так, как будто мысли его читает. И тут же поворачивается ко мне.

- Я бабушка этого охламона. Дарья Сергеевна. Можно просто бабуля. Я не обижусь, - не дожидаясь пока нас представят, берёт сразу быка за рога.

- Лиза, - скованно улыбаюсь я.

Я даже теряюсь от такого напора.

- И имя тебе очень подходит, - разглядывая мою ногу и руку под футболкой, тепло улыбается она. - Так, дорогой! Давай назад запрыгивай. А я молодость вспомню, - командует она.

- Ба, - хмуро тянет Роман.

- Ну что ба? - вздергивает подбородок, чтобы в глаза внуку посмотреть. - Надо было на нормальной машине приехать. Я назад не полезу. Лизоньку тем более туда пихать не надо. Остался только ты ловкий, - взмахивает руками.

Суровый Роман, угрюмо смотрит на маленькую бабулю. С трудом сдерживаю улыбку.

Ох, как же приятно на это смотреть! Хоть кто-то этого наглеца на место умеет ставить.

И явно он ведь может этого не делать. Но видимо, уважение к бабуле, пересиливает его своенравное нутро.

- Только улыбнись, - стреляя в меня грозным взглядом, рычит он.

- Ты мне девушку не запугивай! И так глазища на пол лица уже от ужаса у неё, - подталкивая его к водительской двери, строжится бабуля.

Роман послушно идёт. Открывает дверь, откидывает сидушку на руль и с трудом протискивается на заднее сиденье.

Я даже улавливаю маты, которые он почти беззвучно произносит.

- И не сквернословь там. А то боженька язык отхуярит! - откидывая сиденье на место, выдает бабуля.

Не в силах больше сдерживаться, прыскаю со смеха. Роман ворчит с заднего сиденья. А бабуля грациозно опускается на водительское сиденье, с видом светской дамы.

- Напокупают фигни всякой, а ты потом отдувайся, - вздыхает она и заводит двигатель. - Нет бы посолиднее что купить. Не мальчик молодой уже, - выруливая на дорогу, ворчит она.

- Это солидная машина, - отрезает Роман.

- Не смеши мои уши, - отмахивается. - Рассказывай лучше, где такую красавицу нашёл, - требует она.

Мне даже интересно, что Роман сейчас говорить будет. Улыбка сама на лице растягивается.

Прилетает чувствительный тычок в плечо. А я ничего поделать не могу. У меня душа поёт. Бабуля сейчас ему за меня по полной выдаст.

В этом я на все триста процентов уверена.

Роман хмыкает.

- Сама меня нашла. Выбежала под колёса, - нагло заявляет он.

Ой Роман Георгиевич! Вот ты же сам напрашиваешься.

- А кто-то летел как угорелый, - добавляю я.

- Это поэтому ты переломанная вся? - ужасается бабуля.

Бабуля строго смотрит в зеркало заднего вида на Романа.

- Рома? - требовательно завет она.

- Давай не в дороге, ба. За дорогой лучше следи, - спокойно отвечает Роман.

- Я то послежу. А ты готовься, - с угрозой в голосе, говорит бабуля.

Рома тяжело вздыхает, что аж до меня долетает, шевеля волосы.

Он наклоняется ко мне, со стороны двери.

- За бабулей тебе не удастся от меня спрятаться, - тихо рычит он мне на ухо будоражащим тоном.

У меня, от его, слов ходок по позвоночнику пробегает. А внутри наоборот, всё вспыхивает жаром.

- Ты надолго ко мне? - бросает бабуля через плечо.

Замечает, как Роман от меня отстраняется.

- И не приставай к Лизе. Знаю я тебя, - строжится она.

- На пару дней точно. Дальше видно будет, - довольно говорит он.

Затылком чувствую, как он меня взглядом сверлит. И мне не по себе становится.

Особенно после его угрозы.

- Это хорошо. Успеешь Лизе наше озеро показать. Да по окрестностям прокатить, чтобы красотой полюбовалась. А то сидите в картонных коробках в городе, ни черта не видите, - ворчит бабуля. - И небо звездное тоже покажешь.

- Все выполню, бабуль, - довольно подает голос Роман.

Кажется, я сама на себя беду накликала…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 38

Домик Дарьи Сергеевны, оказывается настоящим загородным домом. Есть небольшой огород. И много газона с плодовыми деревьями.

Внутри тоже много пространства.

- У вас очень просторно, - с восхищением разглядывая большую гостиную с камином, говорю я.

- Это да. Всю жизнь жила в тесноте, и внуки исполнили мою мечту. Чтобы пространства вокруг было много, - гордо говорит она.

- Единственный минус, убираться замучаешься, - с практической стороны оцениваю я.

- Ой! И эту проблему они решили. Приглашают девочек ко мне, из, - она щёлкает пальцами, вспоминая название.

- Бабуль, клининговая компания, - появившись с моей сумкой, говорит Роман.

- Вот да, это слово. Язык чёрт побери сломать можно! - ворчит дарья сергеевна. - Нет бы по русски назвать. Все англицизмами утыкали.

- Дамы, вынужден вас оставить, - ставя сумку у дивана, объявляет Роман.

- Внук, - с укором смотрит на него бабуля.

- Работа, сама же знаешь, - пожимает плечами.

- Ну и едь, - машет на него. - Сами мясо на огне пожарим и съедим.

- Это не честно, - хмурится Роман.

- А надо было работу поспокойнее выбирать, - парирует бабуля в ответ.

Всунув ему два быстро сделанных бутерброда, бабуля провожает внука. Я стою на крылечке, радуясь, что все угрозы останутся невыполненными.

А потом, может вообще, он на другую своё внимание переключит.

Ближе к вечеру, мы жарим шашлык. Бабуля ничего не позволяет мне делать.

- Ты и так настрадалась. Твоё дело восстанавливаться, хорошо кушать и отдыхать, - пересекая мою очередную попытку помочь, строжится она.

- Да мне не удобно бездельничать, - честно говорю я.

- Неудобно на потолке спать. Одеяло спадывает, - отрезает она. - Шуруй за стол и пей чай, - отгоняя меня от мангала, командует она.

А когда всё готово, мы в беседке на улице ужинаем.

Шашлык такой вкусный и нежный, что язык проглотить можно. Теперь я понимаю, почему Роман насупился, когда бабуля его этим шашлыком и стращала.

- Очень вкусно. Поделитесь рецептом, что делать, чтобы мясо таким нежным сочным получалось? - доедая вторую шпажку, спрашиваю я.

- Научу, когда рука заживёт, - довольно говорит бабуля.

Следующие две недели я можно сказать только и делаю, что наслаждаюсь жизнью.

бабуля окружает меня заботой. даже начала позволять хоть немного ей помогать. Днем мы занимаемся садом, готовкой, а вечерами ведем задушевные беседы.

Она мне рассказывает про свою молодость, а я ей про своё детство.

Роман за это время приезжал два раза. И каждый раз буквально на два-три часа, ссылаясь на дикую занятость.

И я каждый раз выдыхала от облегчения и сожалела одновременно. Ещё и начала себя ловить на том, что скучаю по нему.

А он, зараза, ещё и масла в огонь подливает. Смотрит жадно, словно всю меня сожрать целиком готов.

И подарочки привозит. Шкатулку красивую, хранить всякие мелочи, привёз в первый раз. А во второй - набор кремов, для всего тела.

А когда вручает их, всегда награду требует. В щёку его поцеловать.

И у меня чувство, что я огнедышащего дракона целую. Который вот-вот схватит меня и утащит в свою пещеру.

Арина приезжает чаще. И каждый раз рассказывает нам, что никаких девиц в поле зрения Романа нет. При этом поглядывает на меня, словно я об этом её спрашивала.

Арина же и везёт меня в больницу, на приём к травматологу.

- Знаешь, я не узнаю своего брата, - вдруг говорит она. - Перестал девиц кадрить. Работает как проклятый, как будто куда-то торопится. Есть идеи почему? - хитро прищурившись, спрашивает

От её слов, внутри всё теплеет.

- Понятия не имею, - мотаю головой.

Кто его знает, может он специально скрывается, чтобы Арина мне не рассказала.

- А вот зря. Я думаю, он на тебя глаз положил.

- А через пару недель положит на другую, - отмахиваюсь я.

- Да нет, - качает она головой. - Кажется, Рома понял, что пора остепениться. И про тебя постоянно спрашивает, как я от вас приезжаю.

- Арина, мы обе взрослые девушки. И бабника, ничто и никто исправить не сможет. Это у них в крови, из койки в койку прыгать.

- Я не согласна. Бабник меняется, когда влюбляется. И видит потом только одну женщину.

- А когда страсть и период влюбленности проходит, снова видит всех остальных, - добавляю я.

- Вот что ты такая вредная. Я тебе и так намекаю и так. А ты… - машет она рукой.

- А я привыкла трезво смотреть на вещи, Арин, - с грустью в голосе, отвечаю я.

Напоминаем! У нас вышла новая история.

С нетерпением ждём Вас в гости ☺️

- Так, курицы! Которая из вас Никитина?! - рычит с порога амбал, одетый в костюм с иголочки.

Замираю от страха. Потому что Никитина - это я.

В кабинете не слышно ни звука. Все взгляды моих коллег, как по команде в один момент, устремляются на меня. Я ощущаю кожей, прилипшее ко мне внимание.

Амбал это видит. Идёт прямиком к моему столу. Останавливается напротив. Даже ничего не делая, он пугает до дрожи в коленках.

- Со мной поедешь, - приказывает он по-хозяйски.

БОСС. ЗАНОЗА В Ж... СЕРДЦЕ

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

В тексте есть:

???? Властный мужчина - 1 шт.

???? Наша девочка с характером - 1 шт.

???? От ненависти до любви

???? Противостояние характеров

???? Жаркие сцены

18+

????

ХЭ обязательно!

????

С любовью, ваши Вильда и Мари.

Глава 39

Почти счастливая, прощаюсь с доктором. Мне разрешили снять бандаж с руки. А вот ногу ещё на полторы недели оставили.

Открываю дверь и на месте, где осталась меня ждать Арина, вижу Романа.

Сердце, внутри грудной клетки, тут же делает переворот на все триста шестьдесят градусов. И начинает выбивать быстрый ритм.

- А Арина где? - оглядываясь по сторонам, спрашиваю я.

- И я рад тебя видеть, - легко поднимаясь со скамьи, идет он ко мне навстречу.

- П-привет, - теряясь от вихря своих эмоций, отвечаю я.

- Привет, Лиза, - говорит он.

И как-то по особенному моё имя звучит, в его голосе. Интимно очень. Аж мурашками щекотными покрываюсь.

И где его постоянное Гудкова?

Когда он подходит вплотную, отступаю на шаг. А он тут же возвращает меня на место, властно притягивая меня за талию.

Ой мамочки! Все внутри словно тысячами маленьких вспышек взрывается.

- Скучала? - фиксируя второй рукой мою голову, обволакивающим голосом спрашивает он.

Соблазнитель чёртов. Ведь точно понимает, что сейчас со мной делает. У него наверное все такие приёмчики отточены уже давно.

- Некогда было, - почти честно говорю я. - Дарья Сергеевна скучать не даёт.

- Это да, - улыбается он. - И носами не вспоминала? - продолжает он дразнить меня своей близостью.

- Уставшая засыпала без задних ног, - теперь я уже откровенно вру.

- Непорядок, гражданка Гудкова, - хмуро сводя брови, строго говорит он.

- Нет-нет! Я порядок не нарушала, - с трудом мотаю головой.

А его пальцы, вплетенные на моём затылке в волосы, сжимают их, и заставляют поднять лицо к нему.

- Маленькая врушка, - рычит он мне в губы.

Нежно прикасается своими губами к уголку моих. Потом к другому.

- Роман Георгиевич, что вы творите? - шёпотом спрашиваю я. - Люди же вокруг!

- Срать на них, - бросает он в ответ и жадно накидывается на меня.

Я даже среагировать не успеваю, чтобы рот прикрыть.

Он уже нагло заигрывает с моим языком. Заставляя всю меня трепетать от его напора.

Хватаюсь руками за его рубашку по бокам. Потому что колени стремительно слабеют.

А он считывает это, как ответ и усиливает напор. Заставляя терять голову. Пьянеть от его близости.

- Вот так надо меня приветствовать, - с явной хрипотцой в голосе, говорит он, завершив свою атаку.

Ничего не говорю. Просто жадно хватаю ртом воздух.

- Идём, отмечать твою частичную свободу, - подхватывая меня привычным движением, говорит он.

Приходится обвить его ногнами.

- Я уже сама могу ходить, - говорю ему, ловя на нас любопытные взгляды людей.

- Умничка, - явно не собираясь меня отпускать, бросает он.

Вот как тут не поплыть?

Я уже всяко разно себя стараюсь уговорить, что мы не пара. А он бац, делает такое, от чего моё девичье сердце не в силах устоять.

- Меня бабуля ещё ждёт.

- Предупредим её, - кивает он.

Да что же такое?!

- Роман Георгиевич, зачем вот это всё? - в отчаянии спрашиваю я.

- Ты забыла, что мы теперь на ты? - строго спрашивает он. - Или я был не очень убедителен?

Упс!

- Помню-помню, - быстрее говорю я. - забылась чуть-чуть. Так всё таки, зачем ты вот это делаешь?

- Для чего люди целуются? - выходя уже из дверей поликлиники, спрашивает он вместо ответа.

- Бактериями обменяться, - состроив брезгливую рожицу, делаю предположение.

Он усмехается и мотает головой.

- Ещё варианты, - требует он.

Закатываю глаза. Спрашивала я, и мне же отвечать приходится.

Как он это делает, мне не понятно.

- Выразить симпатию?

- Ещё! - требует он.

- Как проявление чувств. Любовь, привязанность, - перечисляю я, а сама краснею.

- Уже ближе. Ещё!

- И всё! Остальное для тех, кто свою честь не бережёт! - психую я.

- А ты бережёшь? - уточняюще спрашивает он.

- Да! Если нет любви, нехрен к девушке лезть. Я так считаю.

- Серьёзное заявление. Значит, чувства у тебя есть, раз отвечаешь?

Вспыхиваю как спичка. Вот же застранец.

- Нет! Просто в… ты наглый. И против воли на меня накидываешься, - отрезаю я.

Роман широко улыбается. Смотрит на мои губы.

- Вот прям против воли? И отвечаешь ты, потому что выхода нет?

- Вот да! Именно так, - уверенно киваю.

- Когда поняла, что влюбилась в меня? - ловя мой взгляд, спрашивает он.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 40

Застываю в его руках. Бросаю взгляд по сторонам. Роман стоит в холле больницы. Я на его руках.

Снующие мимо нас люди, с интересом поглядывают на нас. Кое-кто даже остановился, понаблюдать за нами.

Возвращаю взгляд обратно к нему.

Самодовольная улыбка. самоуверенный до босячества. И ещё проницательный, гал.

Так я все карты ему и выложила! Ага-ага.

И ничего я не влюбилась. Просто… Просто, он как образец мужской красоты, мне нравится. Приятно смотреть. И всё.

- Свои самоуверенные фантазии, оставь при себе! Я с бабником не собираюсь связываться, - говорю ему чистую правду.

Тем более, я знаю печальные примеры.

Когда училась в одиннадцатом классе, был у нас один мажорчик. Красивый, самоуверенный, из очень обеспеченной семьи. Все девчёнки по нему слюнки пускали. И он чуть ли не каждую неделю, романы с новыми пассиями крутил.

Одна из них забеременела. Отправил её на аборт. Не знаю уж, как он так умудрился там договорился.

А потом из больницы уже, родителям девочки сообщили, осложнения возникли, и в школу тоже сообщили. Потом два месяца сплетни не утихали. Итог, девушка никогда не сможет иметь детей.

А потом и в институте пара похожих случаев. Но самое худшее то, что потом, эти же самые мажоры, над этими же девушками издевались. Тролили, стебались. И все боялись им что-то сказать, потому что родители влиятельные шишки.

Так что, я давно поняла, что бабников, надо стороной обходить.

А Роман, сам влиятельный. И издевался надо мной тоже.

Все эти мысли проносятся за считанные секунды. А Роман сверлит меня взглядом. И рука, поддерживающая меня за попу, сжимается, заставляя и внутри меня всё сжаться.

- Врушка, - заявляет он. - Мы над этим поработаем.

- Не надо ни над чем работать. Вот нога заживет, и всё. Найду работу и распрощаемся, - твёрдо говорю я.

- Ммм. Уже план составила?

- Приблизительный, - киваю.

- По дороге расскажешь, - наконец идя к выходу, не очень довольно говорит он.

Чувствую как он стал напряжённым. Даже черты лица заострились.

Не понравилось, что я в его объятия не кинулась. Так я изначально свою позицию обозначила. И в полёте я не переобуваюсь. Раз приняла решение, ему и следую.

В машине он и правда устраивает мне мини-допрос. И я не видя в этом ничего опасного, спокойно рассказываю ему.

- Правда вопрос проживания, до первой зарплаты у меня ещё остался открытым, - заканчиваю я.

- Значит, то что я тебе говорил, ты из своих расчётов убрала? - ледяным тоном спрашивает он.

Так и есть по сути. Мне претит быть нахлебницей. Я и так ему должна, кучу денег. Я уже подсчитала. Мне с ним долго рассчитываться придется.

- Неудобно мне, я лучше сама как-нибудь.

От моих слов, лицо Романа ещё больше напрягается. Желваки на скулах аж ходуном заходили.

И явно его планы про "отмечать" поменялись. Потому что судя по дороге, он везёт меня к бабуле.

Кажется, я его очень сильно огорчила. Но лучше правда, чем юлить и выкручиваться.

Дальше едем молча. Только шум колес и рёв двигателя. И гнетущая атмосфера.

Я его таким ещё не видела. Он ведь даже когда сердился, умудрялся шутить. А сейчас как будто ледяная стена стена между нами образуется.

И по ощущениям увеличивается в размерах с каждой молчаливой минутой.

Теперь я понимаю, почему иногда люди предпочитают не говорить правду. Чтобы не было этого ощущения холода, который проникает внутрь и заставляет леденеть всё внутри.

А моя душа, так вообще волком воет. Каким бы он не был мерзавцем, он же всё равно меня в беде не бросил. Значит есть в нем доброе.

Только у меня большие сомнения, что вот эта доброта не имеет холодного расчёта, чтобы затащить меня в койку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 41

Роман

Неудобно блядь ей!

Бесит её недоверие!

Кости изнутри выворачивает. Я уже можно сказать наизнанку с ней вывернулся. А ей всё не так.

Засела в голове. И выходить не собирается, чем не вытравливай.

Нога сама начинает вдавливать педаль в пол.

Сам себя останавливаю. Потому что ей страшно. Вон, сразу за ручку на двери хватается.

Сама блядь, как-нибудь!

Да её одну оставлять вообще нельзя. Сразу же приключения на свою задницу находит.

Зачётную кстати. Пока держал её на руках, думал член джинсы порвёт, так к ней рвался.

Сбавляю скорость. Я весь как оголённый нерв.

Как к этой засранке подступиться?

Давить не хочу. Хочу, чтобы сама ко мне потянулась. А я подхвачу.

Но нет. Целуй не целуй, один хер иголки недоверия выпускает.

Пробовал переключиться. Хер там!

Одно чувство брезгливости испытал. Как будто в грязь окунулся. Так и не начав, пулей вылетел из квартиры Евы.

Потом в дуже полчаса кипятком отмывался.

Как блядь она умудрилась все мои мысли занять?

Только одну её надо. Чтобы не срываться каждый вечер к ней, работаю как проклятый.

Чем дольше я с не контактирую, тем сложнее держать себя в руках.

Хочется как пещерному человеку, закинуть на плечо и утащить в свою берлогу. А уже там, делать с ней всё, что моё воображение мне каждый день рисует.

Не доехав до котеджного поселка, сворачиваю на просёлочную дорогу, которая к реке ведёт. В багажнике уже всё для пикника сложено.

- А мы куда едем? - оглядываясь по сторонам, спрашивает она. - Мы же не доехали!

Блядь, опять мои слова мимо её изящных ушек пролетели. Говорил, отмечать едем.

Чем слушала?

- В лес, - цежу я.

- Я для сбора грибов и ягод пока не очень полезна, - кивает на ногу.

Блядь!

Усмехаюсь.

Что за наивная простота?

- Я в курсе, - киваю.

Лиза с подозрением смотрит на меня. И по глазам вижу, как шестерёнки в её голове закрутились.

- А зачем тогда? - сдавленно спрашивает она.

- А зачем красивых девушек в лес возят?

Она совсем теряется. Жмется к двери со своей стороны.

Балда недоверчивая.

Разве не поняла до сих пор, что я ей точно не причиню вреда?

Вот затрахать до потери пульса - да. И то, только по обоюдному согласию.

- У-убивать что ли? - совсем тихо ,спрашивает она.

Так и подмывает продолжить её пугать. Да потом самому боком вылезет.

- Дурная. Красивые места показывать, тем кто свою честь бережёт, - вворачиваю её же слова.

Её лицо тут же вытягивается. И следом облегчённо выдыхает.

- А-а-а, - тянет она. - Не знала.

Бросаю на неё взгляд удивлённый взгляд.

- Тебя на свидания на природу ни разу не возили? - спрашиваю, а руки сами сильнее руль сжимают

Она тут же вспыхивает. Хмыкает презрительно.

- Это что значит? - спрашиваю я.

- А то, что такие покатушки, ничем хорошим обычно для порядочной девушки не кончаются. Поэтому, никогда я на такое не соглашалась!

Словно бальзам на душу полила. Мне это заходит.

- И вообще, на свидания ходить нужно с тем, кто серьёзно настроен, - заявляет она.

А вот это удар под дых.

Больше ничего не спрашиваю. Думаю.

Через пять минут выезжаю на берег реки. Уютное местечко и главное уединённое.

- Ух ты! Как красиво! - неподдельно восторгается.

Сама открывает дверь, чуть ли не высовываясь из машины. Торопится видом полюбоваться.

Наблюдаю как ковыляет до середины пляжа. Медленно оборачивается вокруг себя, разглядывая всё вокруг.

И улыбается, так, что у меня сердце замирает.

Охуенно красивая. Глаза горят, волосы ветер развивает. Расставила руки в стороны и продолжает крутится.

Впервые такую реакцию вижу. Просто пляж на берегу реки, а радости столько, как будто я ей тачку дорогую подарил, или цацки дорогие.

Выхожу, поправляю свой стояк. Рядом с ней, другого состояния у члена теперь просто не бывает.

И поглядывая, на Лизу, иду к багажнику. Достаю пакеты, с едой, пледами, полотенцами и иду к ней.

Подхожу как раз в тот момент ,когда она оборачивается.

- Роман, спасибо, что показал эту красоту! - так же восторженно говорит и бросается ко мне в объятия.

Бросаю пакеты и подхватываю её. Кружу, смотря в её искрящиеся глаза.

Поплыл ты, Филатов.

Звездец как поплыл!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 42

Внутри всё взрывается от восторга. Роман кружит меня, и я не в силах сдержаться кричу.

Выпускаю на волю все бурлящие эмоции.

Просто для меня никто и никогда такого не делал. А тут ещё так красиво.

Чистый песок. Сосны высокие, плотной стеной. И река. Райский уголок.

А скоро солнце начнёт садиться, так вообще красиво будет.

- Ещё, - останавливаясь, спрашивает он.

Мотаю кружащейся головой.

Он ставит меня на ноги, но из своих объятий не выпускает. Смотрит мне в глаза. Обжигает горящим взглядом мои стремительно нагревающиеся щёки.

Сигнал опасности сразу вспыхивает в голове.

- А что ты принёс? - киваю на пакеты.

- Поцелуй и узнаешь, - нахально говорит он.

Ну вот, опять всё портить начинает.

- Я не даю взятки, - строго говорю я.

Он картинно вздыхает. Как будто я до глубины души его оскорбила.

- Не надо притворяться, вызывая у меня чувство вины. Я уже всё тебе объясняла, - хмурюсь я.

- Да? - удивлённо приподнимает он бровь.

- Да! - киваю в ответ.

- Тогда стой и смотри за магией, - приказывает он.

И магия правда начинается.

Первым делом он достаёт большой плед. И одним махом расстилает его на песке. Вжух, и он ровненько лежит.

Следом он достаёт бумажные пакеты, явно что-то съестное. Но ни один из них не подписан. И даже логотипа компании нет.

И последними на свет появляются две бутылки шампанского и два бокала.

- Ты же за рулём, - напоминаю ему.

- И сегодня больше за него не собираюсь, - заявляет он.

- Как не собираешься? А как мы до дома доберёмся?

- Никак не доберёмся, - хитро смотрит на меня.

Офигеть!

- А предупреждать как-то? Мы же околеем вечером. И ночью тоже.

- Я знаю много способов согреться, - усмехается он и начинает раскрывать один из бумажных пакетов.

- На которые я явно не соглашусь! - отрезаю я.

Знаю я, на что он намекает. И даже уже знаю, что в ответ ему на его подарки подарю. Губозакаточную машинку. Очень ему необходима.

Будет ему, чем вечерами заняться, вместо того чтобы приличных девушек соблазнять!

- Ближе к вечеру разберёмся. Садись, в ногах правды нет, - вытаскивая контейнер с аппетитным на вид салатом, говорит он.

- Скажи, ты специально всё делаешь, чтобы меня из себя выводить? - опускаясь на плед, огорчённо спрашиваю я.

- А зачем ты выводишься? - иронично спрашивает он. - Учись наслаждаться моментом. Тебе здесь нравится?

- Да, - со вздохом отвечаю.

- Так зачем ты сама себе настроение портишь?

- Потому что ты, намёки неприличные делаешь!

- Я? Ни одного не сделал, - говорит он, намекая что это у меня мысли пошлые возникают. - Дыши. Это просто шутки, Лиза. Не воспринимай всё так буквально. Самоирония, хорошая штука. Советую, - вручает мне коробочку с салатом и вилку.

- Это чтобы я рот заткнула? - поднимаю бровь.

Тут же получаю укоризненный взгляд.

Морщусь, понимая, что я только что сделала. Ровно то, про что он мне только что говорил.

Он мне просто подал салат, а я уже сама себе смыслы негативные напридумывала за него.

- Извини. Я тебя поняла. Постараюсь за тебя не думать, - отводя взгляд, признаю свой косяк.

- Не за что извиняться, - пожимает он плечами.

- И ты не сердишься? - уточняю я.

- Нет, - чуть мотнув головой, с улыбкой отвечает он.

Распаковывает следующий бумажный пакет. Там что-то интересное в кляре.

Я жую салат, обалденно вкусный между прочим, и поглядываю за ним. Интересно же, чего он там с собой набрал. И если судить по тому что я вижу, нам будет очень вкусно.

Распаковав практически всё, он принимается открывать бутылку шампанского.

- Может без него обойдёмся? - морщу свой нос.

- Э нет, - отрицательно качает головой. - У тебя первое свидание на природе. Без шипучки нельзя!

Снова хочется возмутиться. Буквально в последний момент успеваю прикусить язык.

Он же явно не хочет мне вред причинить. Да и воспользоваться мной без моего желания. У него ни раз такая возможность была.

И он ею ни разу не воспользовался. Да и на насильника он явно не похож. Тем более сам полицейский.

- Если я простыну, будешь сам меня лечить! - предупреждаю его.

- Договорились, - наполняя первый бокал, кивает он.

И на его губах улыбка появляется. И взгляд загадочный.

Вот же лис, хитрожопый!

Явно же что-то задумал.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 43

Отпиваю шампанское, заранее морщась. потому что с девчонками, на выпускной, наскребли на недорогое шампанское, чтобы отметить в узком кругу окончание института. Кислятина-кислятиной была.

Гадость невероятная.

А это, оказывается очень вкусным.

Удивлённо смотрю на Романа.

- Не понравилось? - неподдельно удивляется он в ответ.

Сам делает глоток. И непонимающе смотрит на меня.

- Удивлена что вкусно, - закатываю глаза.

- Заинтриговала, - смешно шевелит бровями. - За этим явно интересная история скрывается.

Догадливый, блин какой.

Напоминаю сама себе, что так-то это его работа. Так что с ним надо думать, что говоришь. Он ведь наперед все просчитать может. И сам обо всём догадаться.

- Да глупая история, - отмахиваюсь я.

- Я настойчивый, - предупреждающе говорит он.

Фыркаю раздражённо. Но раз уж сама вспомнила, можно и рассказать. Ничего такого там не было.

- Вот так мы пили и плевались, - морщась от противных воспоминаний, заканчиваю я свой рассказ.

Роман смеётся. да так залипательно, что я и сама посмеиваться начинаю. Забавное воспоминание на всю жизнь останется.

- А со всей группой чего не отмечали? - отсмеявшись, спрашивает он.

Вот умеет он найти такой вопрос, на который ну не очень хочется отвечать. Хотя, чего я стесняюсь.

Мало что ли студентов, у которых денег нет и богатых родителей?

- Не на что было. Одногруппники в ресторан решили идти. А наша троица и так еле концы с концами сводила. Вот и самое дешёвое шампанское только смогли себе позволить, - пожимаю плечами.

- А теперь где твои девчонки? - резонно спрашивает он.

- Разъехались по своим городам. А я тут осталась. У нас работы в деревне не найти. Вот заработаю, бабушку свою сюда тоже перевезу, - мечтательно говорю я. - И вообще, я тебе если честно завидую. Все родные рядом. А мне, два дня туда и два обратно ехать, чтобы навестить на денёк. Сильно не наездишься.

- Намёк понял, - кивает Роман.

- Эй! Я с тобой по дружески делюсь. Не надо ничего. Я и так перед тобой в долгах как в шелках. Не загоняй в ещё большие, - хмурюсь я.

- В каких долгах? - снова удивляется он.

- Ну как, бандажи два штуки, продукты ты мне покупал. У бабули я питаюсь. Я за все рассчитаюсь.

- Лиз, я тебе сейчас задницу твою аппетитную надеру. Нихера ты мне не должна! - взрывается он. - Ты как вообще, к этой мысли, блядь, пришла?

Сжимаюсь в комочек.

- Ну а почему ты должен тратиться на чужого человека? Я же всё понимаю.

- Нихера ты не понимаешь. Так. Повторяй за мной. Рома, я тебе ничего не должна, - смотря на меня строгим взглядом, говорит он.

Мотаю головой.

- Лиза, я на тебя бабулю натравлю, - запугивает он.

И реально страшновато. Я как-то о деньгах заикнулась, что всё возмещу. Такую лекцию на два часа получила, что больше эту тему я и задеть боялась при ней.

- Рома, ну это же правда… мне капец как неудобно,

- Повторяй. Рома, я тебе ничего не должна, - настаивает Роман. - Врать нельзя блюстителю закона, - строго добавляет он.

Вздыхаю, если скажу, потом точно денег не возьмет. А если не скажу, так обижу человека. Не зря же он вон как взъелся.

- Рома, я тебе ничего не должна, - обречённо говорю я. - Но я найду другой способ, как с тобой рассчитаться, - добавляю я.

- Я пару идей тебе потом подкину, - добрея на глазах, хитро говорит он.

- Ты… - морща нос, тычу в него пальцем.

- Тебе нравлюсь, - нагло перебивает он. - И тема закрыта. Давай уже пожрём, - придуриваясь, делает умоляющее лицо.

Умело но тему сменил. Хотя я совсем не против предаться чревоугодию. Шампанское разбудило во мне зверский аппетит.

Хрустим салатом. Потом, сырными и куриными палочками. Дальше идут суши, пирожные. Запиваем всё прохладным шампанским.

И все невероятно вкусное.

А вторую бутылку Роман закопал в песок, чтобы не нагрелась

- Я объелась, - падая на спину, заявляю я.

- Десять минут усваиваем и идём лишние калории сгонять, - тоже падая на спину, говорит он.

- Это как? Я бегать не смогу, - поднимаю ногу в бондаже.

- В воде пофиг. Сама заценишь, - невозмутимо бросает он.

Резко сажусь. Какая блин вода. У меня ни купальника,ни полотенца.

- Не-не! Я пас!

- Отказы не принимаются, - разглядывая редкие, плывущие облака, заявлет Роман.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 44

Все десять минут, я пытаюсь объяснить Роману, что ни капельки купаться не хочу.

- Да у меня даже переодеться не во что! - выдаю самый последний аргумент.

Полотенца он видите ли прихватил. Купаться по его мнению можно и в нижнем белье, оно ничем не отличается от купальника, если конечно у меня не прозрачные кружева.

И вода тёплая, и на улице тепло, и ветра нет, чтобы потом замёрзнуть.

В общем всё что могла, я уж сказала.

- Арина собрала тебе всё необходимое, - кивает он на пакеты.

Ну всё!

Больше не чем отнекиваться.

- Хватит бояться! - садясь, говорит он.

- Да я не боюсь. Просто не хочу, - мотаю головой.

Ну так я и призналась, что у меня в голове уже куча опасений. И как мне переодеваться. Он же явно будет где-то рядом.

А вдруг, пока я переодеваюсь кто-то появится. А если это не человек, а зверь дикий будет.

Зашибись заголовки будут. Пострадавшая так и не успела надеть трусы.

- В общем я не пойду купаться, - складываю руки на груди.

Роман в это время стягивает с себя футболку. Следом расстёгивает джинсы. И предстаёт передо мной в одних боксерах.

Складываю и отвожу скорее взгляд. Потому что там кое что явно в неспокойном состоянии.

- Приятного купания, - разглядывая макушки сосен, желаю ему.

Он наклоняется и сдёргивает с меня кроссовок.

- Упрямая коза, - как пушинку поднимая меня с места, ворчит он.

- Да я…

Пара ловких движений и я уже без футболки.

- Рома! Перестань! - требую я.

Пытаюсь его остановить. Одной рукой, а второй грудь прикрываю.

Но, его руки уже уверенно стягивают с меня спортивные штаны.

- И после этого ты говоришь ,что тебе верить можно? Как тебе верить, когда ты вот это делаешь? - призываю к его совести.

- Вот так и верь. Я тебя не трахать в воду несу, - нагло говорит он.

И на полном ходу заходит в реку.

Интуитивно жмусь к нему, в ожидании острых ощущений.

Вода прохладная и дыхание перехватывает, когда брызги от его ног попадают на меня.

А он как таран всё идёт. Вот уже моя попа касается воды.

Визжу от резкого перепада температуры.

И это его не останавливает. Он просто переворачивает меня так, чтобы мы оказались нос к носу и останавливается, только когда одни наши головы остаются наружу.

Перестаю визжать, когда тело немного привыкает.

- Я не люблю так в воду заходить! Мне надо постепенно! - высказываю ему.

- Нахера постепенно? Только время зря тратить. А так ты уже привыкла и можешь получать удовольствие.

Всё у него быстро должно быть.

- Вот так выйди за такого как ты замуж. И уже на следующий день рожать потребует и будет возмущаться, что девять месяцев ждать придётся, - ворчу я.

Рома начинает ржать.

- Да что не так?

- Ты в имбицилы совсем меня не записывай. По биологии у меня отлично, - шевелит он бровями.

- Небось за красивые картинки получил, - хмыкаю я. - Была у нас в школе такая тема. Срисовываешь из учебника красиво картинку и пятёрка тебе обеспечена.

У нас пол класса художествами занимались. Пока в десятом классе, у нас биологию директор школы вести не начала. Все художники быстро на тройки скатились. А вам видимо учителя не меняли. Да?

- У нас сразу директор вёл. Давай, пробуй сама плыть, - требует он.

Держась за его плечи, пробую ногами держать себя на воде. И к моему удивлению, все получается.

Сразу отталкиваюсь от него, и отплываю на безопасное расстояние. Потому что его штуковина, меньше от прохладной воды не стала.

И из-за этого мне самой не по себе. Он как ею меня касается, так меня всю током простреливает.

Лучше подальше держаться, на всякий случай. Сказать-то он сказал. Только бабуля меня предупреждала, если у мужчины нижняя голова активируется, верхняя отключается моментально.

Хотя вроде по Роману и не скажешь, что отключение происходит.

Или, может это ещё активация не до конца произошла?

И если так, мне страшно становится.

Какие тогда реальные размеры у штуковины, если уже и эти пугают пугают?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 45

Эти мысли быстро улетучиваются из головы. Потому что Роман загребает ладонью воду и большой фонтан брызг летит прямо в меня.

- Эй! Мы так не договаривались! - отплёвываясь от воды, отплываю от него подальше.

- Мы пока ещё никак не договаривались, - плывя за мной следом, выдаёт он.

- Как это ни как не договаривались? Ты говорил всё по согласию. А я на это не соглашалась, - активнее гребу руками и ногами, потому что он быстро нагоняет меня.

- Это условие касается только секса, - провокационно заявляет он.

Наплевав на переговоры, переворачиваюсь на живот и гребу что есть мочи.

Секса у него только касается. да у него всё только секса и касается. И я уже чувствую, как моя стойкость дает трещины.

Потому что он…

Да потому что он привлекательный мужчина. И не смогла устоять против его магнетизма.

И кажется, он об этом начинает догадываться.

Сильная рука перехватывает мою здоровую ногу. Дергает на себя и я оказываюсь прижата к его мускулистому, горячему телу.

И опасная штуковина упирается прямо в мою попу.

- Попалась, русалка, - довольно усмехается он мне на ухо.

От его горячего дыхания, мурашки по телу разбегаются.

- Так не честно! - хлопаю ладонями по воде. - У тебя обе ноги здоровые. И руки тоже.

- Руки у тебя тоже здоровые, - касается той, с которой сегодня бондаж снять разрешили.

- Эта не работала почти четыре недели. Какая же она здоровая.

- А кого икса ты её сейчас напрягаешь? - сурово спрашивает он.

Он, как и я впрочем, наглухо забыли, что мне её пока беречь нужно.

- А какого икса, ты брызгаться начал? Я спасалась бегством, - бодаю его затылком.

- Оу, полегче, - получив по подбородку, возмущается он. -Теперь спокойно плаваем. И ты от меня никуда не уплывешь, - строго говорит он.

- А ты в меня фонтаны воды не пускаешь, - через голову, тычу в него пальцем.

- Мужем командовать будешь, - перехватывая мою руку, отрезает он.

- Я на тебе пока потренируюсь.

- Тогда замуж придется за меня выходить. Я за просто так пыткам подвергаться не согласен.

Оба замираем.

Это просто шутка!

Мы же сейчас просто препирались, - уговариваю себя.

А сердце все равно в груди трепыхаться начинает.

- Тогда другой тренажёр искать буду, - пытаюсь свести всё на шутку.

- Я тебе блядь дам другой! - рычит он и теснее к себе прижимает.

Вот сейчас я вообще ничего не понимаю. Потому что и его сердце теперь работает в ускоренном ритме.

Это что, ревность что ли?

- Ну ты же сам отказываешься, - стараясь держать голос ровным, пожимаю плечами.

- А ты сразу шантаж решила применить?

Бесит, что я его лица не вижу. Оно бы явно мне больше подсказало, чем его голос.

Им то он владеет очень хорошо. А вот глаза нет-нет да и выдают его эмоции.

И сейчас, он явно не желает, чтобы я его лицо увидела. Вон как к себе прижимает, чтобы повернуться не смогла.

- Это поиск решения, когда один варант отваливается. Так всё что угодно за уши к чему угодно притянуть можно, - ворчу я. - И вообще, мы купаемся или препираться, у кого язык более подвешен?

- Одно другому не мешает крошка, - касаясь губами моего уха, говорит он.

- И вот давай, без вот этих своих подкатов! Они на меня не действуют, - нагло вру я.

Он усмехается. Но всё же отпускает меня.

- Уплывешь дальше чем на полтора метра, поцелую, - говорит он.

Оборачиваюсь и вижу как он с наглой улыбкой сам плывет от меня.

- Эй! Ты сам уплываешь!

- Это не важно, - ещё наглее говорит он.

Благо плывёт он не быстро и мне легко пока удаётся держаться рядом.

Но я по глазам его вижу, что это временно.

Виртуозно конечно он всё переиначил. Теперь, получается я за ним гоняюсь, а не он за мной.

- Тебя этому трюку бабуля научила? - сердито спрашиваю я.

Он усмехается. И начинает рассказывать про неё всякие смешные случаи, как она их воспитывала и стрила. А они явно не подарочками были, и двали бабуле жару.

Однако по его рассказам, и бабуля их сторожила, мама не горюй. И воспитала, что теперь брат и сестра держатся друг за друга. И про бабулю не забывают.

- Рома, я устала, - чувствуя как мышцы уже начинают ныть, говорю я.

- Гражданка Гудкова, это не освобождает тебя от ответственности. Полтора метра, - шевеля угрожающе бровями, напоминает он.

Вот же гад!

Усиленно двигаю ногами, чтобы его нагнать. А эта зараза в ответ ускоряется.

- Два метра, - громко объявляет он.

Тут же останавливается и я на полном ходу влетаю в него.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 46

- Попалась, - обхватывая меня руками, довольно говорит Роман.

Дыхание перехватывает от его близости. И от того, что проведя столько времени в воде, его тело всё равно горячее.

Он как атомный реактор что ли?

Другого ничего на ум не приходит.

- Это не честно, - дергаюсь в его руках.

- Согласен. Готов принять наказание, - сверкает он белозубой улыбкой.

- В воде колено так быстро не сгибается, - недовольно говорю я.

- Предупреждаешь? - продолжает веселится он.

- А поможет?

- Нет, - мотает головой.

Вздыхаю.

- Я правда устала. Месяц на тихом ходу находилась.

- На чём? - удивляется он.

- На тихом ходу. Медленно ходила, мало шевелилась. Из-за этого, теперь усталость быстро накатывает.

- Как раз потренировалась. Кому спасибо надо сказать?

С укором смотрю на него.

- За травмы тоже тебя благодарить? - с невесёлой усмешкой спрашиваю его.

- Всю жизнь мне припоминать будешь? - хмурится он.

- Не радостная перспектива, - хмыкаю я.

Его бровь взлетает вверх. Даже голову чуть набок наклоняет.

- Подробности будут?

- Ром, какие ещё тебе подробности нужны. Я не девочка для развлечений. А тебе, как я поняла, только на поразвлечься со мной общение нужно. И вообще, ты про меня через пару месяцев и думать забудешь. Ну какая вся жизнь? А?

- Прямо под дых, - став серьёзным, говорит он.

- Пр-рямо пр-равда, - начиная постукивать зубами, отвечаю я.

От своих же мыслей холодно стало. И жар его тела не спасает.

- И молчит что замёрзла. Устада бля, - активно гребя ногами и однойк берегу, ворчит он.

А второй крепко меня к себе прижимает.

А я думаю, что скоро и короткие встречи с Романом кончатся. Нога заживет. найду работу и всё.

Буду вспоминать наше общение, как сказочный сон.

Дура я. Угораздило же влюбиться в самого неподходящего мужчину на свете.

Тем временем, Роман на руках выносит меня из воды. Быстрым шагом доносит до пледа. Сажает на него и тут же укутывает меня в большое полотенце. Сам садится сзади, крепко прижимает к себе и растирает руки и ноги.

- Я сама сейчас согреюсь, - пытаюсь его остановить.

Потому что такая его забота бередит душу.

- Лиз, хорош, а? Хватит из меня монстра делать.

Замолкаю.

А он разогрев мои конечности, обхватывает меня руками и ногами. Прямо как в коконе оказываюсь. Кладёт подбородок мне на плечо.

Замерев млею. От того что он рядом.

Сразу в голове мысли неуместные появляются. И девичье сердце сразу пускается в мечтания.

А что если бы он воспринял меня всерьёз, а не как очередное развлечение?

Глупые мечты.

- Смотри на закат красивый, - кивает он на небо.

И мы, вот так вот молча, наблюдаем как солнце постепенно исчезает.

Попутно, незаметно допиваем вторую бутылку шампанского.

Появляется лёгкость и желание поболтать.

- Почему ты до сих пор не женился? - спрашиваю я. - Тебе же уже много годиков.

Этот вопрос меня мучает с нашей первой встречи.

Роман заглядывает из-за моего плеча мне в глаза. Улыбается.

- Не было подходящей кандидатуры, - спокойно отвечает он.

- А что в твоём понимании "подходящая"? - показываю кавычки пальцами.

Любопытство моё тут же навостряет ушки в ожидании ответа.

- Хороший вопрос, - говорит и задумывается. - Это когда понимаешь, моё. Когда встретил человека и всё, понял что больше без него никак. Это и будет "подходящая", - тоже ставить кавычки пальцами.

- И вот ни с одной девушкой у тебя такого понимания не возникло? Ну явно же, у тебя их много было, - отвожу глаза от него подальше.

- Аринка уже постаралась? - по доброму спрашивает он.

- Нет-нет, - мотаю головой. - Просто, она сегодня сказала, что ты перестал девиц кадрить и работаешь как проклятый. Ну я и подумала… - замолкаю, понимая что сдала Арну с потрохами.

- Правду сказала сестрёнка, - кивает он.

Бросаю на него осторожный взгляд. Вроде не злится. Но я всё равно сама Арине скажу, что нечаянно проболталась. Надеюсь не будет на меня злиться.

- А что изменилось?

Он чокаться со мной бокалом и делает глоток.

- Поцелуй принцессы и можешь продолжать допрос.

- Да блин! Ну тебя, - дергаюсь, чтобы встать.

Он только крепче сжимает меня в своих объятиях.

- Тебя только хочу, - обжигая мою щёку горячим дыханием, говорит он.

Напоминаем! У нас вышла новая история.

С нетерпением ждём Вас в гости ☺️

Чуть не задавил и даже не извинился, гад!

Наверное, пошёл дальше деньги воровать. Бюджеты пилить.

На чём они сейчас зарабатывают - нефть, газ? Народное достояние распродают?

Вон какие часы золотые, во всё запястье. Если настоящие - килограмма два весу.

Как он с ними ходит?

Запрещено влюбляться

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

В тексте есть:

???? Властный мужчина - 1 шт.

???? Наша девочка с характером - 1 шт.

???? Противостояние характеров

???? Жаркие сцены

18+

????

ХЭ обязательно!

????

Дорогие друзья!

Как вам наша новая история? Вы же знаете что делать? Ссылочка вот она:

-

какие там герои…????

С любовью, ваши Вильда и Мари.

Глава 47

От его слов внутри всё замирает.

А вот моя рассудительная часть, сразу же протестует.

В его слова нет ни слова о любви.

- Ты сейчас только про желание? - прямо спрашиваю его.

- Про секс.

Чувствую своим плечом как он кивает, потому что сама смотрю прямо перед собой.

Что и требовалось узнать.

Им движет только похоть. И ничего больше.

Наверное, я как что-то новенькое для него. Вот почему так ему и интересна. А как получит своё, поминай как звали.

- Найди другой объект, для своих низменных желаний.

- Не находится, Лиз, - выдыхает мне в ухо.

- Значит плохо искал.

Он смеётся. Низко. Так что мурашки по телу разбегаются от этих вибраций.

Порочный и притягательный. В этом он весь. И я прекрасно понимаю, почему девчёнки слетаются на него как пчёлы на мёд.

Хотят приручить этого одинокого, дикого волка. И каждая надеется, что именно в ней он увидит ту самую.

А он… он такой какой есть. Просто идёт по жизни, получая от неё всё что она даёт. И женщин, и удовольствие и всё остальное. И совсем не собирается останавливаться.

- Никогда не искал, - усмехается он.

Вот и подтверждение моих догадок.

- Ну вот, будет чем заняться на досуге. Новые нейронные связи полезно выстраивать.

- Знаешь что делают с острыми язычками?

Одновременно он пересаживает меня к себе боком. И не напрягается даже.

- И знать не хочу. Что ты делаешь? - возмущаюсь.

- Их приручают, - смотря на мои губы, говорит он.

- Нет-нет! Я по дружбе, советую. Никаких острот, - понимая что он собрался делать, говорю я.

- Прям по дружбе?

- Ага. По ней самой, - утвердительно киваю.

- И в дружбу мужчины и женщины веришь?

Так, кажется он мне собрался лапши на уши навешать.

- Так ты сам про неё говорил. Что по дружески мы сюда приехали.

- Не говорил.

Озадаченно смотрю на него. Я же точно помню, что слова про дружбу были.

Ну не могла же я это сама себе придумать?

Мысленно перебираю наши разговоры. И вспомнить не могу, где про дружбу мы говорили.

Вот намёки были точно.

- Я не мог сказать про дружбу женщине, которую дико хочу, - уверенно говорит он.

- А зачем тогда мы здесь?

- Выстраиваю новые нейронные связи, - хитро говорит он.

- Всё, хватит говорить загадками! И я в сухое хочу переодеться.

Нейронные связи он выстраивает. По навешиванию лапши если только.

- Ок, - соглашается он.

И вроде бы радоваться надо. Однако я понимаю, что впереди ещё вечер и ночь. И явно это была не последняя попытка, по соблазнению.

Только теперь его подход изменился. Он теперь не давит внешне. Он морально заставляет начать сомневаться в правильности моих принципов.

Воздействует на мой мозг. А это гораздо опаснее. Язык же у него хорошо подвешен.

Он, доносит меня до машины, подаёт пакет, который мне собрала Арина. А сам отвернувшись, разговаривает с бабулей на громкой.

- Как ты и простила. Показываю красоту реки и леса.

- Вот и хорошо. Вас завтра утром ждать или к обеду? - ни капли не волнуясь, спрашивает бабуля.

- Утром приедем, - подаю я голос.

Роман тут же оборачивается. Я еле успеваю натянуть футболку на голое тело.

Вижу как его взгляд вспыхивает огнём. Смотрю туда, куда и он и тут же прикрываюсь руками.

Футболку Арина мне подсунула в облипку. И соски, стоящие от прохладного воздуха очень явно выделяются сквозь ткань.

- Сильно рано не жди, - говорит он.

- Ты мне там Лизу не обижай, - строго говорит бабуля.

- И в планах не было, пока ты не сказала, - шутит он.

- Я тебе дам. Не было у него. И быть не должно. Все, отдыхайте, - ворчит она и отключается.

Пару секунд он так и стоит. Смотрит на мои руки.

- Отвернись, - требую я.

- Не хочу.

- Я хочу, - отрезаю я.

Вижу, как пламя в его глазах загорается ещё сильнее.

Опускаю глаза вниз. Натыкаюсь на его стоящий колом пах.

Быстрее возвращаю взгляд наверх.

- Хочешь? - приподнимает бровь. - Долго я эти слова ждал, - шагая ко мне, нагло говорит он.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 48

- Рома, не смей! - взвизгиваю я, пока он одним ловким движением вынимет меня из машины.

- Лиз, - рычит он, прижимая меня к корпусу машины.

Его член вжимается между моих ног и одновременно губы накрывают мои.

Стучу его по плечам. Пытаюсь вывернуться.

Ничего не помогает. Он сильнее. А его страсть… она обжигает. Просачивается в меня, заставляя терять волю к сопротивлению.

Его горячие ладони сжимают бедра, заставляя внутри всё сжиматься. Его губы и язык требуют ответа. Его бёдра таранят меня, заставляя искры сыпаться из глаз.

Напористый поцелуй становится мягче, по мере того как мое сопротивление становится всё слабее.

Он заигрывает, соблазняет. И у меня уже больше нет сил бороться с ним. И с собой тоже.

Меня же тянет к нему, как маленькую железку м мощнейшему магниту.

- Какая же ты сладкая, - давая глотнуть немного воздуха, страстно говорит он хрипловатым голосом. - Девочка моя, подыхаю как тебя хочу, - касаясь моих губ, продолжает он.

- Это неправильно, - морщусь я.

Потому что, самой себе эти слова сейчас кажутся кощунственными.

Хочу его требовательных прикосновений. Хочу его напористых, обжигающих поцелуев. Хочу почувствовать то, что обещают его глаза.

- Вредная, - рычит он.

Снова толкается бёдрами. Вжимается сильнее. Вижу мучительное удовольствие на его лице.

Он с трудом разжимает руки и ставит меня на ставший прохладным песок.

- Переодевайся спокойно, - говорит он и отходит к багажнику.

Стою, приходя в себя. Всю потряхивает от пережитого накала, неудовлетворённого желания и холода. Его тепло исчезло и хочется поёжиться, от наступившей пустоты. И я сейчас не только о тактильных ощущениях.

Скрываюсь в машине, прячась от прохладного ветерка. Быстро переодеваюсь. Трусики, спортивный костюм. Но всё равно холодно.

И пока я переодевалась, он оказывается устанавливал палатку. А сейчас стоит и надувает что-то внутри неё.

Выбираюсь из машины. Сразу же попадаю под его пристальный взгляд. Он чуть улыбается мне.

- Есть хочешь?

Мотаю головой.

- Согреться хочу и спать.

- Пара минут, - кивает он на палатку.

Заглядываю внутрь. Там оказывается внутри надувной матрас. одна подушка и пушистый толстый плед.

Брожу неподалёку. Не могу смотреть ему в глаза. Потому что сдамся. Так и подмывает подойти и прижаться к нему. И чтобы он без слов меня понял.

- Все готово. Запрыгивай и спокойной ночи, - говорит он спустя пять минут.

- А ты? - удивлённо спрашиваю.

- В машине перекантуюсь, - мотает головой в сторону своего красного Шевроле Камаро.

Кивнув, забираюсь внутрь палатки. закутываюсь в пушистый плед и затихаю. Прислушиваюсь.

Слышу, как позвякивают бокалы, шуршат упаковки. Явно прибирается, а я нос показать боюсь, чтобы помочь.

Затем хлопает дверь машины и всё затихает. Кроме звуков природы.

Лежу и не могу уснуть. Ещё и ветер усиливается. Что-то поскрипывать начинает. И мне уже не до сна становится. Страшно.

А вдруг кто-то придёт? Вроде тех бандитов?

Блин! Зачем я вообще про них вспомнила?!

Так! Мы полдня здесь были. Никого не было. Значит никто и не появится. Надо просто расслабиться и уснуть.

Спустя не знаю сколько, понимаю, что самовнушение вообще не работает. И мне всё страшнее становится.

Поднимаюсь и высовываю голову из палатки.

В лунном свете видно хорошо. Смотрю на машину. Окошко чуть приоткрыто.

- Рома. - негромко зову я.

- Да. Пить хочешь?

Уф. Не спит.

- Хочу, - не решившись сказать что уснуть от страха не могу, отвечаю я.

Машина чуть покачивается и следом дверь открывается.

Он, в спортивных штанах, с голым торсом и босиком идёт ко мне. В руках бутылка минеральной воды.

Подойдя, откручивает крышку и подаёт мне. Взяв бутылку, как можно медленнее пью. Думая как бы так намекнуть, чтобы не звучало неприлично.

Ну не скажу же я поспи со мной?!

Вода больше не лезет и я возвращаю бутылку. Он тут же закручивает крышечку и отдаёт мне.

Забираю бутылку и смотрю как он идет обратно к машине. Такой брутальный в лунном свете.

- Ром.

Он останавливается, поворачивается.

Внутри всё замирает. давай Лиз, на раз-два-три.

- Мне страшно одной, - говорю и закусываю губу.

Щёки моментально начинает греть румянец. а его взгляд даже свете луны начинает полыхать огнём.

- Хочешь местами поменяться?

- От этого меньше страшно не станет, - мотаю головой.

Его грудь высоко поднимается от глубоко вдоха. Он проводит пятернёй по волосам.

Смотрит на луну.

Его рука опускается в карман, достаёт брелок. Машина мигает желтыми стопсигналами и приоткрытое окошко само закрывается.

Сглатываю, видя как он уверенными шагами возвращается к палатке.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 49

Перебираюсь внутрь, чтобы дать ему дорогу. Ложусь справа и замираю.

Наблюдаю, как он забирается. Конечно же успеваю полюбоваться его мышцами в свете луны.

И как только он оказывается внутри и закрывает на замок выход из палатки, наступает кромешная темнота.

И вот сейчас, моя идея позвать Рому, не кажется мне уж столь безопасной.

И с ним опасно и без него жутко страшно.

Замкнутый круг какой-то, ей богу.

Пока он укладывается, я буквально подпрыгиваю на надувном матрасе. А затем он сгребает меня в охапку и притягивает к себе.

Нос к носу лежим и молчим. Наше дыхание смешивается. Его мощное и моё, испуганное, рваное.

Проходит минута, две. А мы всё так и лежим. Моя голова на одной его руке. А вторая крепко прижимает меня к нему. Не двигается. Не лапает.

Но от этого легче не становится. Онда его близость заставляет меня испытывать трепет вперемешку с желанием.

Откашливаюсь.

- Я так не усну, - шёпотом говорю я.

- Взаимно, - коротко отвечает.

- И что делать? Лечь наверное надо удобнее? - делаю предположение.

- Не поможет, Лиза, - усмешка явно слышится в его голосе.

Ещё и ржет надо мной.

- А что поможет? - чуть громче спрашиваю я.

Ну раз он понимает что не поможет, значит должен понимать, что поможет.

Логично же?

- Есть один способ, - говорит и замолкает.

Ну это уже на издевательство похоже.

Мне что, информацию из него по слову выпытывать нужно?

- И? - подталкиваю его к продолжению.

- Ты категорически против, - и снова молчание.

Нет, ну это уже подбешивает!

- Я против? Как я могу быть против того, что ты не озвучил?

- Секс, лучший способ разрядки. Снимает напряжение, успокаивает, и позволяет расслабиться после. В связи чем произойдёт быстрое наступление фазы крепкого сна, - выдаёт он.

Вот это он загнул конечно.

- Я как-нибудь так попробую. Без твоего этого. Ты мне только дай лечь поудо…

Договорить не успеваю. Потому что его губы нагло захватывают мои.

Жадность поцелуя не дает даже попытки проявить сопротивление. Она сбивает с ног во всех смыслах.

А ещё это утробное рычание, пробирающее до косточек. Рычит как свирепый лев, добравшийся до желанной добычи. И пирует, призывая присоединиться.

И не получается не откликнуться на его призыв.

Да и устала я уже, если честно, быть постоянно оловянным солдатиком. Я хочу быть женщиной, желанной, обожаемой.

Всё слилось в один тугой ком. И разматывать его уже нет сил.

И как этот ком, сплетаемся и мы. Руки, ноги. Жадные прикосновения.

Господи, его мышцы сокращаются там, где я его касаюсь. И он с полу-сонами, с полу-рычанием продолжает меня целовать, не снижая градус накала.

Он наоборот, делает всё, чтобы он зашкаливал.

И вот, уже одежда начинает раздражать кожу, ставшую гиперчувствительной.

Рома как будто читает мои мысли и тянет вниз собачку замка, на куртке спортивного костюма. А я в этот момент облегченно стону в ответ. Прямо в наш поцелуй.

Ставшая ненужной, вещь летит в стенку палатки. Определяю это по звуку.

Вообще, в темное, все ощущения стократно обостряются. И нет дикого стеснения. Нет этого вездесущего, смущающего меня взгляда.

Рома нависает надо мной. Разрывает поцелуй.

- Останови меня, - с мучением в голосе, рокочет его низкий голос.

С трудом до меня доходит смысл его слов. Потому что я уже вся горю. потому что я, это уже наэлектризованный сгусток желания.

- Зачем остановить? - чувствуя как его пах подрагивает у меня между ног, спрашиваю я.

- Потому что назад дороги не будет, - с явным трудом говорит он.

Как будто сам себя заставляет сказать эти слова.

А я уже не хочу назад. Я уже не могу назад.

Я просто обвиваю его шею своими руками и притягиваю к себе. Сама несмело касаюсь его губ. Показывая делом, что словами сказать не решусь.

- Моя девочка, - хрипло рычит он и наконец забиает инициативу в свои руки.

И я снова плавлюсь в его ласках. В его обжигающем желании, которым и сама горю.

Я так растворяюсь в ощущениях, что не замечаю как с нас исчезает одежда. Я просто плыву на волнах удовольствия, котором он щедро делится со мной. Не давая мне выплыть из этого сладкого, порочного удовольствия.

Шуршит упаковка. Он чуть отстраняется. Интуитивно понимаю, что он раскатывает латекс по своему члену. А я изнываю без его прикосновений.

И когда он возвращается ко мне, издаю облегченный стон.

Его губы снова на мне. Головка члена упирается прямо между ног. Где уже давно полыхает огонь. И там так мокро, что кажется уже подо мной образовалась лужица из смазки.

Замираем оба.

- Я нежно, - сдавленно рычит он.

Прямо мне в губы. Его дыхание обжигает.

Киваю в ответ. Хотя сама напрягаюсь. Я же понимаю что в первый раз всегда бывает больно.

Головка его члена начинает медленно погружаться. Мечусь под ним, от невероятных ощущений.

Хочется глубже, полностью испытать наполненность.

Он упирается в преграду. Замирает.

С ума схожу, потому что хочу чтобы он оказался глубже, плотнее. Он разжег во мне этот огонь желания. Значит только он и в силах его погасить.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 50

Тишину нарушает только наше дыхание. Рома нежно целует, так что в области сердца щемить начинает.

Делает резкий толчок бедрами.

Замираю в ожидании дикой боли. А чувствую только чуть неприятные неясные отголоски, которые исчезают так же стремительно, как и появились.

- Это первый и последний раз, когда было больно, - успокаивающе говорит он.

Закусываю губу. Стесняюсь сказать, что было почти не больно. Даже комары больнее кусаются.

Я читала, что если женщина сильно возбуждена и ей повезло с половым партнёром, то и боли практически не бывает.

Из-за этого потом бывают проблемы. Потому что мужчины не верят, что вообще была эта девственная плева.

Вместо того чтобы что-то говорить, просто притягиваю его обратно за шею. В полной темноте это оказывается не так и страшно.

И сразу получаю страстный поцелуй.

Плавный толчок его бедер и из глаз сыплются искры. От жгучего удовольствия.

Стон сам вырывается из горла. Царапаю его кожу на затылке, от переизбытка чувственности.

Рома тут же рычит. Мой стон, его рычание смешиваются в будоражащий коктейль.

А он начинает двигаться быстрее, наполняя меня до отказа. Заставляя извиваться под ним. Хвататься за его плечи. И улетать в небеса.

Что-то большое пугающее начинает скручиваться внизу живота. Как будто большой ком, который вот-вот взорвётся.

Мечусь ещё сильнее. Свободные губы издают гортанные стоны.

- Кричи моя девочка, - с рычанием говорит он. - Кончай!

И я взрываюсь. Как будто разрываюсь на тысячи мелких песчинок. Мощные судороги удовольствия сводят тело.

А он всё не останавливается. Не даёт выдохнуть, искупаться в мягких волнах удовольствия.

Только продлевает мою агонию. Продлевает острое удовольствие, заставляющее всё содрогаться и содрогаться всё тело.

И когда уже мои стоны переходят на ультразвук, Рома делает несколько мощных толчков и сам начинает содрогаться с утробным рычанием. И меня снова скручивают сладкие судороги. Ещё мощнее чем первые.

Он вжимается в меня до основания. Подминает меня всю под себя. Как будто хочет впечатать моё тело в своё навсегда.

И снова требовательные губы на моих. Жадные, присваивающие.

Я и сама себя чувствую присвоенной. И на данный момент, я не имею ничего против. Мне до безумия хорошо. Сладко и остро одновременно.

Не разрывая поцелуй, он падает на бок, не выпуская меня из крепких объятий.

С трудом отрываю его от себя.

- Дай хоть подышать нормально, - жадно хватая ртом воздух, выдавливаю слова.

Прячу своё лицо у него на груди. Хоть и темно, но всё равно, начинает становиться стыдно.

- Даже не думай! - взяв меня за подбородок, возвращает он лицо там где и было. - Ты ничего предосудительно не сделала. А если решишь искать виноватых, вали всё на меня.

А я знаю что сделала. Я сама этого хотела. давно хотела.

Только это ведь так неправильно! И так сладко, что сердце в пятки убегает.

- И чем это поможет? - хмыкаю я.

- Да вы вечно головы свои греете. Не так себя повела, не тому дала, юбка слишком короткая. У вас загонов, хер на всех пальцах пересчитаешь.

- Ты сейчас вот это вот серьёзно?

- Лиз, ты охеренная. Но сейчас, я не готов, чтобы мне мозги ебали. Не порти момент.

Как игрушку, разворачивает меня к себе спиной, и крепко прижимает. Не давая даже шанса вырваться

- Спать. Все разговоры завтра.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 51

- Спать? - возмущенно уточняю я. - Сделал своё грязное дело и всё, мужика не трогать?! Так и знала, что…

Большая ладонь ложится на моё лицо, затыкая при этом рот.

- Какое в пизду грязное? - рявкает он так, что уши закладывает. - Какую ты хуйню опять придумала у себя в голове?

Ответить не могу, потому что рука никуда не делась.

- Я блядь тебя спать призываю, чтобы не затрахать тебя же до смерти. Потому что блядь мне мало. А ты девочка была полчаса назад. Тебе время восстановится нужно. Поняла?! Кивни! - требует он.

Сглатываю и киваю.

На душе словно заново расцветают начавшие стремительно вянуть цветы. Так мне спокойно становится, что сам от себя в шоке.

И в который раз, опять себя чувствую полной дурой.

- Вот и замечательно, - рычит он. - Спокойной, тебе, ночи, - убирая руку обратно на мою талию, с расстановкой добавляет.

- А тебе? - шёпотом спрашиваю я.

- А мне, - он толкается бедрами, впечатывая в в мою попу стоящий член, - скрипеть зубами, за то что блядь благородство решил проявить.

Прислушиваюсь к себе. Стараясь понять, что мне там восстанавливать надо, по его словам.

И вроде и не надо ничего.

Мне нигде не больно. А вот от его толчка, наоборот всё внутри призывно сжимается.

- А что должно восстановится? - уточняю для себя.

Я правда не понимаю.

- Лиз, - рычит он мне в шею, - не доводи до греха. Я блядь не железный.

- Да я узнать… понять хочу. У меня вообще-то всё это впервые и ты явно в этой теме гораздо больше понимаешь. Мне пойти у кого-то другого спросить?

- Я тебе блядь спрошу! - ревностно продолжает рычать. - У тебя ничего не болит? - уже спокойное спрашивает он.

- Не болит, - мотаю головой ещё, для убедительности.

- Не тянет, не ноет, не жжёт?

- Тянуть начало, после того как ты, в меня им упёрся. Как будто резко чего-то там стало не хватать, - стесняясь, всё же говорю как есть.

- Чего-то там? - соблазняющим голосом переспрашивает он. - Неизвестное что-то, да?

Щёки огнем гореть начинают.

Конечно известное. Только я не могу такое говорить. Мне и думать стыдно, что мне снова хочется всё это испытать. Вот всё-всё заново.

- Угу, - выдавливаю из себя.

- Лиз, ты откуда такая взялась, а? - сжимая меня крепче, обжигает дыханием кожу на шее и туда же целует.

- Из мамы, - пожимаю плечами. - Тебе ли не знать, откуда дети берутся.

Он рычит. Но уже не пугающе. А наоборот, как будто доволен моими словами.

- Тогда держись Лиса. Спать я тебе уже не дам сегодня…

И не дал. Только когда солнце высоко поднялось над горизонтом, бы оба обессиленные отрубились. в объятиях друг друга.

Сейчас, проснувшись, лежу на его груди и слушаю размеренное дыхание спящего мужчины. невероятного мужчины.

До сих пор не могу поверить, что так бывает.

Как будто недостающая часть наконец присоединилась к моей жизни. И хочется дышать полной грудью. И хочется радоваться всему.

Страшно только немножечко. Потому что я так и не спросила его, он это всё всерьёз или нет.

Хотя, если рассуждать по его логике, всё серьёзно. Он прекрасно же знал, что я не девушка на одну ночь. И я изо всех сил стараюсь себя останавливать, чтобы не накрутить себя снова.

Природа у нас женская такая что ли, что мы всё усложняем. Стесняемся спросить прямо, и сами за мужчин додумываем. И как показала моя практика, совсем не то я додумываю.

Прижимаюсь к нему покрепче, чтобы отогнать пугающие мысли.

Вот он, лежит, обнимает меня даже во сне. И выпускать не собирается. Потому что стоит шевельнуться, у его рук сразу же срабатывает хватательный эффект.

И вот это ли не доказательство, что отпускать он меня не собирается, даже во сне.

Глажу его рельефные кубики на животе. И в области паха, тут же чего-то там поднимается. Как раз чего мне не хватало.

Усмехаюсь, вспоминая как он провокационно меня спрашивал. Надо привыкать к тому, что он вещи называет своими именами. Тарахаться, член, вагина, смазка, клитор.

Вспоминаю как он проводил экскурсию по моему же телу. И как я краснела и изнывала от желания, чтобы он уже приступил к более активным действиям.

Он пошлый до невозможности!

Потому что перед глазами встаёт картинка, как он трахал меня своим языком, прямо туда. И смотрел, как я извиваюсь от этой, чересчур откровенной ласки.

Прячу лицо на его груди.

Кажется мне на всю жизнь хватит, перебирать в памяти прошедшую ночь. Страстную, развратную и переполненную сладким удовольствием.

- Я тебе новые обеспечу, воспоминания, - не открывая глаз, сонно-рычащим голосом говорит Рома.

Ой мамочки, я что, это вслух сказала?!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 52

К бабуле мы приезжаем только к обеду. И я не знаю куда глаза девать.

Я на все миллион процентов уверена, она обо всём догадывается. Не в деталях конечно. Но что всё было, она уж точно знает.

- Голодны пади? - с порога начинает она суетится. - Лиза, тебя это жук окаянный ночью не заморозил? - строго говорит она мне, а смотрит на Рому.

- Бабуль, я изверга похож? - возмущается он.

Она прищуривается, как будто глубоко задумывается.

- Ба, - строжится Рома.

- Что ба? - невозмутимо спрашивает она в ответ. - Так, руки мыть и за стол!

Тут же она уносится на кухню. А я чуть ли не по стеночке сползаю.

- Бабуле передай, к вечеру вернусь, - прижимая меня к стене, подмигивает он.

- Т-ты… меня что? Одну бросаешь? - не веря своим ушам, еле говорю я.

Это же мне не спрятаться будет от каверзных вопросов. Ладно когда и скрывать нечего. А сейчас. да я сгорю там на стуле за столом. От стыда и того что приходиться юлить.

- Оставляю в надёжных руках, - поправляет он меня.

Тут же ворует у меня быстрый поцелуй и быстро выходит за дверь. Тут же хлопает машина его машины. Начинает урчать двигатель.

- Это ты его так напугала что ли? - выглядывая из кухни, шутит бабуля.

Если бы я. Это он меня вечно пугает. А теперь ещё и оставил одну отчитываться.

- Сказал вечером вернётся, - отрываясь от стены, хромаю к ванной.

- Надо тогда нам ужин праздничный готовить, - заявляет сразу же она.

- Эм. А зачем праздничный?

- Увидишь, - хитро улыбнувшись, бабуля скрывается на кухне.

Вот сразу видно родственники. Оба загадками разговаривают.

Помыв руки, захожу на кухню. На столе накрыто только на одного.

- Бабуль, а ты?

- А я уже поела. Я пока в магазин, а ты ешь, - снимая фартук, быстро говорит она.

Ничего не понимая, наблюдаю как она собирается. И через три минуты входная дверь хлопает ещё раз.

Вроде и хорошо. И в то же время странно.

Никто мне вопросов задавать не будет.

Хотя когда готовить будем, точно спросит. Но я тогда хоть подготовлюсь. Наверное.

Бабуля возвращается через час. С двумя пакетами.

- Ну зачем же вы такие тяжести таскаете? - вздыхаю я, забирая один пакет и тянусь за вторым.

- Тебе хватит. На одну здоровую ногу как раз, - отталкивая мою руку, подкалывает. - Тем более меня подвезли, - гордо добавляет она.

- Тогда не ворчу, - улыбаюсь в ответ.

- Ворчать, это моя прерогатива. А ты ещё маленькая, - летит мне в спину.

Вот же бабуля, палец в рот не клади. Всегда найдет чем ответить.

Мы готовим, а бабуля рассказывает мне про соседа, который к ней уже пятый месяц "свои яйца подкатывает".

- И что, так и будете его мурыжить дальше?

- Буду, пока не поймёт, что и за пенсионерками нормально ухаживать надо. У него вон цветник какой красивый. А он мне за всё время ни одного цветочка не подарил. И нахрена мне такой мужик спрашивается? - взмахивает она руками.

И мне рома цветы не дарил. Но за то шкатулку и набор цветов. Практично как ни как. А цветы всё равно хочется…

- Ну так он, вон, вас подвозит, с пакетами. Да по хозяйству помогает, - встаю на защиту соседа.

- Знаешь, практичность это хорошо. Но коли мужик не понимает, что ещё и душу женскую баловать надо. Цветы, конфеты и романтику никто не отменял. И для нас, она как эликсир молодости работает, - наставительно говорит бабуля.

И я с ней в этом абсолютно согласна.

Вчерашний вечер тут же всплывает в памяти. Я же его портила как могла. Своими обидками.

А Рома же наверное продумал всё. И еда вкусная и шампанское вкусное. Без цветов правда. Но за них я приму красивое место, куда он меня привез.

Настоящий маленький райский уголок уединенный.

К вечеру, как и обещал, приезжает Рома. С Ариной.

Выходя из машины, они заговорщицки переглядываются. А как только замечают меня на крыльце, делают вид что ничего подобного и не было.

Встречам их с бабулей. Рассаживаемся за столом. Все делятся последними новостями.

Но за столом так и витает ожидание что вот-вот что-то начнётся. И я понять не могу, чего все так ждут. И я блин, вместе с ними.

И оно начинается.

- Я на минутку, - Рома выходит из-за стола.

А затем и вообще из дома. Бабуля и Арина с улыбками смотрят на меня.

Ну нет! Да быть этого не может!

Не успеваю я свою мысль додумать, как в дверях появляется Роман. С огромным букетом.

Кладёт его мне на колени. Отходит на пару шагов. Встает на одно колено и протягивает мне открытую коробочку.

- Лиза, не вздумай соглашаться! - восклицает бабуля.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 53

Все мы, трое, ошарашенно смотрим на бабулю. А она сидит с невинным видом и делает глоток вина из бокала.

- Ба, ты чего? - первой отмирает Арина.

- Что ба? Ты видела, чтобы чтобы он Лизе цветы дарил? Чтобы на свидания её приглашал? - возмущенно спрашивает она. - Я вот не видела.

Мне сразу же все становится понятно. И разговор про соседа тут же вспоминается. И про душу, о которой мужчина редко когда заботится.

- Ну вчера же, на берег, ужин там романтический. Да и Лизе он шкатулку и крема дарил. И сейчас цветы, - защищает Арина брата.

- Ой как замечательно, - бабуля хлопает в ладошки. - Из больницы вёз девушку, а заодно и на свидание завез. Вообще красота. И шкатулка эта с кремами. Очень практичные подарки, да? - строжится она. - А что потом, сковородки, пылесосы да утюги? Охренеть романтика!

Повисает молчание. Я растерянно смотрю на каждого по очереди.

- Внук, я тебя не так воспитывала. Ты ни на одно нормальное свидание Лизу не пригласил. Ни одного цветочка не подарил! - хмуро посмотрев на рому, переводит взгляд на Арину. - Внучка, вот к тебе, сейчас парень подойдет, скажет на кольцо, вари мне щи да борщи, да трусы с носками стирай. Ты согласишься?

Арина, поджав губы, мотает головой.

- Так с какого рожна Лиза должна соглашаться?! Она здесь одна. Бабушка у неё далеко. И ей даже за советом окромя меня пойти не к кому. Так вот, я её защищать буду! - отрезает бабуля. - А ты, Рома, - тычет в него пальцем, - хочешь в жёны такую умницу и красавицу, для начала пошевели своими булками. И докажи, что ты ей достойная пара! - кулак бабули с грохотом опускается на стол.

В шоке всё. Кроме бабули естественно.

И я разрываюсь. Я бы ведь и так согласилась. Но и слова бабули, тоже цепляют душу.

- Справедливо, - поднимаясь, откашливается Рома. - Лиза, прими кольцо. Просто подарок.

Скованно улыбаюсь и киваю. Я расплакаться готова от счастья и горя одновременно.

Первое моё предложение руки и сердца. И всё кот под хвост.

А так всё красиво начиналось…

Остаток ужина, мы все делаем вид, что ничего такого не произошло. А напряжение так и витает над столом.

И ещё букет, стоящий теперь в вазе на тумбе, напоминает мне, что всё сейчас могло быть совсем по другому.

Вскоре Арина и Рома уезжают.

Я помогу прибраться после застолья.

- А ты чего это нос повесила?

Я пожимаю плечами.

- А вдруг он передумает, - говорю о своих страхах.

- Рома? - удивленно переспрашивает бабуля.

Я киваю в ответ. Говорить не могу. В горле ком встал и глаза щипать начинает.

- Девочка моя, у тебя сейчас начинается самый интересный период в жизни. Поверь мне, я своего внука знаю. Он привык, что девахи к нему сами в объятия запрыгивают. А сейчас, для него как раз будет переобучение, - важно кивает она.

- Переобучение? - удивлённо переспрашиваю.

- Конечно. Он сейчас вкладываться начет. А люди так устроены, во что не вкладывалась, то и не ценят.

- Так он вкладывался, - озадаченно говорю я. - Помогал мне, и едой, и деньгами, и к врачам возил. И то что Арина перечисляла.

- Нет, пусть видит как твои глаза загораются, от его поступков. И не волнуйся за зря.

Ох, бабуля конечно своего внука знает. Но все мы знаем, как мы ведем себя с родителями и бабушками с дедушками.

Они ведь по большей части и не знают, в каких передрягах их дети побывали.

Да и мысли свои, мы тоже мало кому озвучиваем. Так что, вот здесь я вообще не могу быть уверена.

Вдруг он сейчас хорошенько подумает, да и решит, нахрена ему такая бесперспективна невеста? У которой за душой, в финансовом плане, нет ничегошеньки.

Спать я ложусь в очень растрёпанных чувствах.

Утром просыпаюсь такая же расстроенная. Ковыляю к ванной комнате. А открыв дверь, натыкаюсь на небольшую корзинку с цветами.

Сердце радостно подпрыгивает.

Поднимаю и утыкаюсь носом в небольшие нежные розовые бутоны. Натыкаюсь на что-то острое. От радости, я оказывается открытку маленькую не заметила.

Подрагивающими пальцами достаю её. Открываю, читаю и пищу от радости в прямом смысле.

Ещё раз перечитываю:

"

Официальное приглашение на свидание!

Жду тебя в гостинной. Собирайся спокойно. Форма одежды, празднично-удобная.

Роман

".

И где я такую возьму? У меня только летний костюм под это описание подходит. Легкий и свободный.

Прошлым летом, бабушка моя повела меня силком в магазин. Сама выбрала, и сама купила. Сказала что хоть будет мне во что на свидание нарядиться.

Ни на какое свидание я так в итоге и не ходила. И костюм этот ни разу так и не надела.

Заношу корзинку в комнату. Ставлю на прикроватную тумбочку и с улыбкой до ушей, бегу в душ. Дальше прическа, легкий макияж.

И вот я, с уже бьющимся, как отбойный молоток сердцем, иду в гостинную.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 54

- Давай рассказывай уже! - требует Арина.

Мы прогуливаемся по парку. Я свечусь наверное как солнышко.

- Лиз, ну не томи. Ромка сам же ничего не рассказывает. А я за вас порадоваться хочу! - взмахивает она руками.

- Говори уже правду, что любопытство тебя жуть как мучает, - чуть толкаю её плечом по дружески.

- Ну и это тоже. Но радость за вас на первом месте. честно-честно! - строит невинные глазки, заглядывая в мои.

Мы обе начинаем смеяться.

Арина стала моей подругой. Вот прям настоящей. И вещи мне давала, на свидания с ходить. И поддерживает. И за советом сама приходит.

Мы как-то так постепенно сдружились, что сейчас нам двоим кажется, что с малых лет дружим.

- Хорош, Арин. Дай нам хоть что-то лично для себя оставить.

Арина вздыхает, как будто на неё вся тяжесть мина свалилась.

Однако тут же начинает улыбаться.

- Значит, там так всё интимно, да?

Закатываю глаза. Вот же неугомонная.

- Да, - краснея как спелый помидор, говорю я.

- Уиии! - сжимает руки в кулачки и трясет ими перед собой. - У меня скоро появятся племянники!

- Какие племянники. Мне второго предложения ещё никто не делал.

- Ой, сделает. Он сейчас очки себе зарабатывает, чтоб ты отказаться вообще никак не смогла.

- Ага, второй месяц уже зарабатывает.

Ведь правда, уже второй месяц. Я же блин дни считаю. Как дура наверное.

И если по правде, это самые невероятные дни за всю мою жизнь. Бабуля правду говорила.

А вот моя всё ждёт меня. А я жду, когда первую получку получу. И сразу к ней рвану.

Я теперь с Ромой работаю. В бухгалтерии. Он посодействовал. И часто ко мне заглядывает и в краску меня при всех вгоняет.

И что ещё я заметила, всем стоящим ем глазки девушкам, говорит что он уже без пяти минут женатый мужчина. Так что нехер ему глаза эти самые стоить.

Это я случайно услышала. В коридоре на работе. Он об этом даже и не знает. А я потом три дня улыбалась. Да и сейчас как вспомню, на душе теплее становится.

- Что, сегодня рванём все к бабуле? - оставив волнующую меня тему, спрашивает она.

- Не знаю, - пожимаю плечами. - Рома ещё ничего про планы на выходные не говорил. Он вообще сказал на задание поедет, и целый день его нет, - хмурюсь я.

И не звонит и не пишет ещё. Хотя до этого всегда минутку находил, чтобы какую-нибудь возмутительную пошлось написать, чтобы я потом полдня с горящими щеками ходила.

- Ну тогда поехали сами. А ему смску напишем, где нас искать, - заговорщицки предлагает Аринка.

- А давай, - соглашаюсь я.

В следующий раз вспомнить, что своей девушке хоть раз за день надо сообщать, что с ним всё хорошо.

- А бабулю будем красивым видом баловать?

- Зачем?

- Ну просто. Ей нравится, когда мы нарядные.

Смотрю скептически на Арину.

- Ну что! Просто у меня давно повода нарядится не было. Меня каждый день на свидания не приглашают, - куксится она. - Я вообще домашний затворник на удалёнке. Могла бы и поддержать мой романтический порыв. Вдруг по дороге я свою судьбу встречу. И выйду такая в обычных джинсах. Он на меня и внимания не обратит.

- Арин, кажется ты переигрываешь.

- Чуть-чуть, - показывает пару миллиметров между пальцами.

- Ладно, - сдаюсь я. - Только чур не вечерние платья.

- А какие? Нет-нет. Только тяжёлый люкс! - отрезает она и тащит к нашему подъезду.

Если что, я пока у неё живу. А Рома, хитрый жук, ночью к нам пробирается.

Через два часа, мы прямо настоящие красотки. Садимся в машину, и едем к бабуле.

Болтаем по дороге. Арина всё меня спрашивает, как я себе представляю предложение Ромы.

- Да ни как не представляю. Меня и точно такое же бы устроило. Только чтобы моя бабушка ещё была.

- Ждешь не дождёшься получки?

- Ага, - активно киваю.

- А чего Рому не попросишь?

- Да нет. Он и так меня с этими ухаживаниями тратится. Я уже себя неудобно чувствую. Как будто деньги из него тяну, - хмурюсь я.

- Ну знаешь, если бы он не хотел, то ни копейки бы и не потратил. Хочешь расскажу прайс, который он выделял на прошлых своих куриц?

- Ой, давай бы про это не будем, - корчу недовольную моську.

Правда, мне про это слушать не хочется. Это в прошлом. Я это сама вижу и он мне частенько про это говорит.

- А вот и зря. Он на одно свидание с тобой, тратит раз… - она задумывается. - В общем в разы больше точно.

- Арина, - стону я её имя.

- Бутылка недорогого шампуня и такси. И всё! Ни цветов, ни подарков, - быстро тараторит она, понимая что я её сейчас ущипну. - И водителя нельзя обижать! - ещё быстрее добавляет она.

- Только это тебя и спасает, - строжусь на неё.

Когда подъезжаем, видим машину Ромы около ворот.

Обе переглядываемся.

- Ты с бабулей списывалась? - встревоженно спрашивает Арина.

- Ага. В обед, - киваю.

- И я в обед. Может случилось что? Пошли скорее!

Мы почти выпрыгиваем из машины. И спешим в дом.

Вваливаемся в калитку и замираем. В беседке горит вечернее освещение и стол накрыт праздничный.

Навстречу нам идут бабуля и Рома. А следом ещё кто-то. Они как будто специально не дают увидеть кто.

Оборачиваюсь на Арину, застранку. Стоит и улыбается во все тридцать два.

Вот же актриса!

- Не ругайся на неё. Это я попросил.

Рома берёт меня за подбородок и поворачивает моё лицо к себе.

- Мы все для тебя сюрприз готовили, - он быстро целует меня в губы и тут же отступает в сторону.

А там моя бабушка! Кидаемся друг другу в объятия. Обнимаемся, у меня уже слёзы во всю по щекам текут. У бабушки тоже.

Теперь я понимаю, почему Арина на водостойкой косметике настаивала.

- Маленькая моя, какая ты у меня красивая, - причитает бабушка. - И жених у тебя очень хороший парень, - она вытирает слёзы с моих щёк.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

А я в ответ с её.

- Бабуль, я так тебя люблю. И так соскучилась!

- И я, моя девочка, и я.

Нам дают немного времени побыть вдвоём. Делимся последними новостями.

- Ну всё, ждут нас, - кивает бабушка на беседку.

На входе останавливаюсь как вкопанная.

- Людмила Николаевна, - кивает Рома бабушке, а мне вручает огромный букет белоснежных роз. - Бабуль, сестрёнка, хочу при вас попросить руки у самой невероятной, доброй и прекрасной женщины на свете.

Они отступают в сторону, оставляя нас с Ромой друг напротив друга.

- Лиза, родная, выходи за меня замуж. Мне без тебя пиздец как фигово, - встаёт он на одно колено.

- Так мы же каждый день видимся, - удивляюсь я, а сама уже не могу сдержать улыбки.

Он сделал то, за что я его готова расцеловать прямо сейчас, при всех.

- Малышка моя, мне этого мало. Я хочу засыпать с тобой, просыпаться с тобой. Ездить на работу с тобой. Ходить по магазинам, смеяться, гулять, дурачиться, рожать детей. Навещать наших бабушек,спорить с Ариной. Я всё хочу делать с тобой. Всю оставшуюся жизнь хочу быть с тобой. Мы как инь и янь. Подходим идеальнее некуда. Выходи за меня роднуль. Люблю тебя сил нет. Душа моя с тобой всегда.

Я снова реву. Вытираю слёзы.

- А моя душа с тобой, родной. Люблю тебя!

Сунув букет не знаю уж кому, бросаюсь к нему в объятия и заваливаю его на спину.

Сама целую. Жадно. Люблю этого наглеца!

- Так замуж то согласна выйти, - уточняет бабуля Ромы.

Хотя, они теперь все наши бабули. И моя и Ромина. И наоборот.

- Да-да. Хотелось бы узнать ответ, - не выпуская меня из объятий, хитро поддакивает Рома.

- Я согласна! - громко и уверенно отвечаю я.

- Ну кабзда тебе родная. Больше от меня ты никогда не отделаешься! - рычит он и теперь сам меня целует.

Жадно, как будто стоит клеймо на мне, что теперь я только его женщина.

А я… А я счастлива до жути. Все кто мне дорог рядом. А большего мне и не надо. А если надо, уверена, мой любимый будущий муж всё сделает, чтобы это у нас было.

Эпилог

- Мне подпола дали, - уставшим голосом говорит мой уставший муж.

- Да ладно! - прижимаюсь к нему покрепче. - Ты у меня самый лучший мент в городе! - на ушко шепчу ему.

- Ой лиса, - как довольный лев, урчит он и прижимает меня к себе крепко-крепко.

- Ну, до генерала ещё немножко осталось, - выводя узоры на его всё такой же широченной груди, тяну я.

- Хочешь, чтобы я был генералом?

- Конечно. Мой муж должен быть генералом. А иначе зачем я за тебя замуж вышла?

- Хочешь быть генеральской женой? - приподнимает он брови. - Ну, придётся постараться. Но всё достижимо.

- Я в тебя верю. Ты у меня самый лучший, - глядя в его глаза ни капли не лукавя, говорю я.

- Родная, - рычит он от переизбытка чувств и затягивает меня к себе на колени.

- Голодный?

- Ага, - кивает.

- Тогда давай я пойду…

- Тшш. Давай так посидим. Соскучился, - зарывается лицом мне в шею.

Наши озорники, Костя и Марк уже сладко сопт в своих кроватках. И можно насладиться тишиной и объятиями любимого человека.

Вот так вот, просто. Он и я. И наши души в тишине всё друг другу рассказывают.

Как мы ценим, любим друг друга. Как дорожим каждым вот таким моментом. Шумными конечно тоже.

Но вот сейчас, мне просто хорошо. По женски спокойно и уютно.

И я не боюсь смотреть в завтрашний день. Потому что знаю, вместе мы со всем справимся.

Живём мы теперь в загородном доме. Через дом от нас наши бабули. Они теперь две заядлые подружки. Обзывают друг друга по отчеству, когда сердятся.

Но стоит одному из внуков захныкать, сразу мир, дружба и жвачка у них.

Помогают нам с нашими озорниками. И очень ждут внучку. Я и сама жду. И молчу пока.

А то меня опять будут меня как хрустальную вазу беречь. Две беременности, и в каждую я себя настоящей лентяйкой чувствовала.

Даже пыль самой протирать не давали.

Арина хитрая жопа. Перебралась в город и пару раз в месяц только приезжает.

Отказалась она от удалёнки и теперь ведёт их с Ромой семейный бизнес. И мне работёнку подкидывает. Хоть что-то мне разрешают делать.

Мол цифры, это полезно. Мозги не закисляются по их мнению.

А Рома тоже доволен, жена беременная под чутким присмотром, пока он на работе.

Уж я то знаю, на сколько для него это важно, спасть людей и очищать мир от уродов всяких. И я поддерживаю его.

Конечно переживаю. И я знаю, если попрошу, он бросит всё.

Но несчастный муж мне и самой не нужен. А он обещал мне быть крайне осторожным. У него ведь два сына. И в планах лапочка дочка.

В общем, я пока хочу как можно дольше сократить эту гиперопеку. И не знаю, на сколько в этот раз у меня получится оттянуть.

В прошлый раз был месяц. А в этот уже два.

- Когда бабуль наших обрадуешь? - вдруг спрашивает Рома.

Округлив глаза, смотрю на него.

- Как ты узнал?

- Родная, я лучший мент в городе, - хитро улыбается он.

- давай пока живот расти не начнёт, - строю ему жалобные глазки. Я как и ты, буду предельно осторожна.

- Дважды лиса, - поднимаясь, рычит он.

И закидывает меня к себе на бедро. Как раньше. Чтобы я обвила его ногами и руками.

Но вместо кухни, он заворачивает к лестнице.

- Ты же голодный, родной, - показываю на кухню.

- Вот и будешь утолять мой голод, - утробно рычит он.

- А если мальчишек разбудим? - закусывая губу, спрашиваю я.

Он прикрывает глаза и смотря на мои губы, снова утробно рычит.

Так мой зверь проявляет страсть. И у меня уже приятные мурашки по всему телу бегут.

- Значит совместим, - разворачивается на сто восемьдесят градусов он. - как раз на кухне звукоизоляция хорошая.

Краснея прячу лицо у него на плече. Всё тело трепет охватывает.

Господи, спасибо тебе, что шесть лет назад, меня чуть не сбил тот красный кайен. И подарил мне лучшего в мире мужа. И наше совместное счастье.

Дорогие друзья!

Закончилась история Романа и Лизы. С трудом прощаемся с нашими героями.

Надеемся, Вам как и нам было тепло, смешно и переживательно с ними.

У Ромы и Лизы теперь всё хорошо. Есть уже два сыночка. И через месяц, на узи, они узнают, что и лапочка дочка всё таки на подходе.

А мы ждём Вас в своей новой истории. Там срочное приручение рычащего властного мужчины требуется. А то совсем от рук отбился!

- От баб одни проблемы, - низким голосом констатирует генеральный директор.

При этом, ещё и взглядом буравит так, что хочется в комочек сжаться.

А все присутствующие начальники, поддакивают ему сдержанными кивками. Кое-кто даже чуть-чуть ухмыляется.

И все взгляды направлены на меня.

Просто какой-то трындец!

- Ты не справишься с этой должностью, - сверлит он меня взглядом.

В смысле, я не справлюсь?!

Облекаю всё своё возмущение, в одно ёмкое и цензурное:

- Спорим?

- На слабо меня хочешь взять? - генеральный чуть удивлённо приподнимает бровь.

- Ну вы же меня берёте, - упрямо не отвожу взгляда.

Любовь. Прогнуть под себя

(Тык на ссылку и вы в книге????)

18+

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

В тексте есть:

???? Властный мужчина - 1 шт.

???? Наша девочка с характером - 1 шт.

???? Противостояние характеров

???? Будет искрить, мама не горюй

???? Жаркие сцены

18+

????

ХЭ обязательно!

????

Друзья!

Как вам наша новая история? Вы же знаете что делать? Ссылочка вот она:

Мы вас очень ждём!

С любовью, ваши Вильда и Мари.

Конец