Мастера вызывали?

Мастера вызывали?

Рита сидела на широком подоконнике кухни, прижавшись плечом к тёплому от солнца стеклу. Пятница. Долгожданная, выстраданная пятница. Впереди — два дня полной свободы, а в теле — тягучая, томящая пустота, которая требовала, чтобы её заполнили. Накачали. Выжали до капли…

Девушка тряхнула головой в попытке отогнать навязчивое желание. Безрезультатно. С этим так не работает. Оно жаждет внимания. Зов природы. Он там — внутри. Ждет своего шанса. Вырваться. Ненасытный голод, который тянет к ней свои щупальца и шепчет: «Тебе нужна опора! Стержень. Твердый гранитный ствол». Это чувство было одновременно и прекрасно по своей природе и невыносимо. Конечно, из-за отсутствия мужской силы рядом.

Коротенькая футболка, едва скрывавшая крепкую попку, тревожно вздрогнула, когда мурашки побежали от затылка по спине, обхватывая бедра и проникая в самое приятное место на теле девушки. Никаких трусиков, никаких шорт. Рита любила эту простую домашнюю свободу — когда ткань едва касается кожи, а сквозняк из приоткрытого окна гуляет там, где ему вздумается.

За окном кипела чужая жизнь. Люди шли по своим делам, спешили, останавливались, разговаривали. Мужчины. Много мужчин. Молодые и не очень. В костюмах, в джинсах, с рюкзаками за спиной и с букетами в руках. Рита смотрела на них сквозь приоткрытую створку и чувствовала, как внутри разгорается знакомое пламя желания. Почему их так много, и ни один не может просто зайти в гости? Так, без причины. Зайти и подарить голодному телу горячее тепло твердого мужского энтузиазма.

Рука играла с тканью футболки на бедре. Пальцы касались чувствительной поверхности кожи едва-едва. Гладили внутреннюю часть ноги. Изучали линии, изгибы. Перебирали реденькие волосики на лобке. Поглаживали набухшие губки. Рита не спешила. Наслаждалась каждым касанием.

В другой руке — телефон. На экране — видео, смотренное бесчисленное количество раз. И всегда безотказное. Hotwife. Молодая женщина в коротком халатике открывает дверь мужчине с инструментом в руках. Халатик на ней едва держится, полы распахиваются, и видно, что под ним — ничего. Совсем ничего. Гость мнётся на пороге, отводит глаза, но не уходит. Хозяйка откровенно наслаждается. Ее зрачки расширились, соски набухли. Женщина игриво подмигивает и говорит:

— Вы проходите. Кран на кухне. Я покажу.

И как неправильно она произносит свое «покажу». Буднично, сухо. Рита бы сказала не так. С томной игривостью. Выделив «покажу» так, чтобы мужик понял: ему покажут ВСЕ. Самое красивое. Самое интимное. Самое запретное. Женщина на экране ведёт мастера через квартиру, её бёдра соблазнительно покачиваются. Прозрачная ткань почти ничего не скрывает. Надо купить такой же халатик. Вдруг она спотыкается и падает на четвереньки. Отличный ход! Режиссеру — браво! Естественно, якобы случайно. Но теперь он увидел то, что женщина ему хотела показать. Сглотнул. Хозяйка ойкнула и поднялась. Прошла на кухню. Снова наклоняется, только теперь медленно, чтобы мастер мог насладиться моментом. Ах, да она же показывает, где течёт! И взрослый мужик с инструментами, с руками, которые явно привыкли работать, — краснеет, но смотрит. Смотрит туда, куда она хочет, чтобы он смотрел.

Свободная рука, уже не стесняясь, играла с горячей промежностью. Колени разъехались, насколько это позволял подоконник. Средний пальчик скользит по половым губам. Крупным, набухшим, чувствительным. Малые губки были почти не видны — крошечные, компактные. Ее гордость — аккуратная, красивая киска. Как приятно их рассматривать в зеркале, раздвигая, исследую нежную кожу.

Возбуждение нарастало, пальчик чувствовал, как из заветного отверстия тянется тепло и влага. Рита откинула голову назад, упираясь затылком в откос. Глаза полуприкрыты, дыхание прерывистое. Палец скользнул внутрь — легко, почти без сопротивления, — и она тихо выдохнула. Тело отозвалось сразу, жадно, словно только и ждало этого.

На экране женщина уже стояла у раковины, а сантехник — на коленях перед ней. Рита смотрела, как его руки скользят вверх — прямо под халатик, как он поднимает голову, и его лицо оказывается ровно напротив промежности. Как он смотрит! Рита буквально чувствовала его взгляд на своей киске. Женские пальчики путаются в его волосах. Желание толкает вперед и нос упирается в гладко выбритый лобок. Сверху вырывается сдавленный стон.

Рита добавила второй палец. Большой лёг на клитор, описывая круги, сначала медленно, потом быстрее. Взгляд блуждал между экраном смартфона и прохожими. За окном — мужчина в белой рубашке. Идет мимо. Даже не подозревает, что в нескольких метрах от него, за стеклом, женщина с раздвинутыми ногами, ласкает себя. И представляет, как тот поднимается по лестнице. Открывает незапертую дверь. Идет прямо на кухню…

— Да... — прошептала она в пустую кухню.

На экране сантехник уже трахал женщину у раковины. Быстро, грубо, как в порно и бывает. Халатик на полу, сиськи скачут в такт бедрам. Она стонет, вцепившись в край столешницы.

Кисть начала двигаться быстрее, отзываясь на требования возбужденного тела.

Рита кончила почти одновременно с героиней видео. Ее скрутило судорогой, ноги сжались, пятки упёрлись в жесткий пластик подоконника. Волна прошла от низа живота вверх, до самого горла, и вырвалась тихим, сдавленным стоном. Ладонь прижата к промежности, чувствуя: всё пульсирует, смазка просачивается между пальцами, мышцы судорожно сокращаются, постепенно затихая.

Хорошо. Очень хорошо.

Только — непростительно мало. Уже который день. Мало!

Рита открыла глаза и посмотрела на телефон. Видео закончилось, экран потемнел. За окном всё так же проходили мимо люди. Солнце грело кожу на колене. Сердце замедляло ход. И возвращался голод. Ему было недостаточно тех крошек, что способна дать простая мастурбация. Возбуждение, вместо того чтобы утихнуть, словно только разогрелось. Оно сидело где-то внизу живота, тянуло, ныло, требовало продолжения. Настоящего. Живого.

— Блин, — выдохнула Рита.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Она слезла с подоконника, прошлась по кухне. Голые ноги шлёпали по прохладному линолеуму. Футболка силилась прикрыть то, что специально оставлялось открытым. В голове набатом звучала одна фраза.

«Нужен мужик! Живой, горячий, с руками, которые умеют взять свое. Одинаково хорошо способными и ласкать и держать за волосы сзади. Он войдёт в квартиру, бросит один взгляд — и всё поймёт. Не будет задавать лишних вопросов. Не будет тянуть резину, убеждаясь в стопроцентности женского желания. Войдет к ней и войдет в нее. Крепко. Уверенно. Глубоко. Чтобы достать до самого края ненасытной женской развратной души».

Телефон еще в руке, шальная мысль.

«А что если…»

Открыла контакты. Бывший. Женя. Они расстались несколько месяцев назад. Расстались тихо и без скандала. Он был неплохой. Даже хороший. Есть шанс на еще один прощальный секс. Надо лишь сделать все тонко. Изящно…

— Абонент временно недоступен.

— Твою мать!

«Конечно. Конечно, именно сейчас».

Рита бросила телефон на стол. Злость нарастала, смешиваясь с возбуждением, и в результате их соития получалось нечто гремучее, опасное. Она ходила по кухне, не находя себе места. Открыла холодильник, закрыла. Налила воды, выпила половину, остальное вылила в раковину. Раковина!

Взгляд упал на кран.

Точнее, под кран. Там, у основания, уже несколько дней собиралась маленькая лужица. Рита всё собиралась вызвать сантехника, но как-то руки не доходили. А сейчас она смотрела на эту лужицу, и в голове что-то щёлкнуло.

Сантехник!

«Ну нет! Так в жизни не бывает. Или бывает? Может не все фантазии — выдумка?»

Живой мужик. Настоящий мужчина из плоти, который придёт в её квартиру реально — не в фантазии. Который будет стоять на коленях перед раковиной. Который увидит её — в короткой футболке, без трусов, — и захочет. Ему надо только увидеть. И он обязательно захочет!

Рита усмехнулась. Перевозбуждение убеждало, что физиология работает везде по одним законам. Внутренний чертик встрепенулся, предчувствуя игру. Она любила эту игру. Любила, когда мужчина смотрит и не может отвести взгляд. Любила чувствовать эту власть — когда ты сидишь, вроде бы расслабленно, а он весь напряжён и не знает, куда деть глаза. Глаза, которые точно знают, где им нужно быть.

Найти номер мастера — дело трех минут. Управляющая компания, аварийная служба. Набрала. Звонки. Звонки и тяжело бьющееся сердце. Как будто Рита собралась напрямую заявить, для чего вызывает специалиста. Стоп, волнение! Дежурный звонок. Обычный вызов.

— Здравствуйте, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал обыденно. — У меня кран на кухне подтекает. Можно мастера?

— Адрес, — коротко ответили на том конце.

Продиктовала. В ответ назвали время: мастер будет в течение часа.

Рита положила трубку и посмотрела на свое отражение в зеркальной дверце кухонного шкафа. Растрёпанная, раскрасневшаяся, с блестящими глазами. На попе следы от подоконника.

Час.

Всего час, чтобы подготовиться.

Рита метнулась в ванную. Включила воду, дождалась, пока она станет горячей. Забралась, села, подтянув колени к груди, и позволила воде заполнить пространство вокруг. Тело постепенно расслаблялось. Только легкая дрожь намекала, что возбуждение никуда не делось. Оно словно притаилось. Выжидало.

Пена, станок, привычные движения. Рита всегда следила за собой — гладкая кожа, аккуратная интимная стрижка на лобке. Ей нравилось чувствовать себя чистой, готовой. Особенно там. Намылила промежность, провела станком сначала по лобку. Сегодня — никакой растительности. Девственная чистота. Потом по половым губам, аккуратно, медленно, чувствуя, как лезвие скользит по нежной коже. Закончила. Проверила ладонью — гладко. Тепло. Мягко. Приятно. Томящее чувство внутри, волнительная вибрация больших губок снаружи. Задорная игривость.

Рита вышла из ванны, обернулась полотенцем, посмотрела на себя в зеркало. Раскрасневшиеся щёки, влажные волосы, прилипшие к шее. Глаза блестят. В них — что-то новое, чего она давно не видела. Азарт. Предвкушение. Искорки шалости.

Прошла в спальню, открыла шкаф. Футболку возьмем еще короче — серую, совсем тонкую. Надела. Посмотрела на себя в зеркало. Ткань облегала грудь, соски проступали сквозь неё двумя маленькими бугорками. Крохотные, аккуратные, девичьи — она любила их, маленькие и чувствительные. Подвела глаза, накрасила губы. Причесала реснички. Припудрилась. Накинула тончик. И чуть-чуть теней. Для выразительности.

Хороша! Секси!

Рита улыбнулась своему отражению.

— Ну что ж, мастер, — сказала она в пустую комнату. — Проверим, работает ли схема в жизни?

Звонок в дверь заставил вздрогнуть.

«Надо же, как вовремя!»

Рита метнулась к двери, стараясь не дышать. Щеколда. Замок. Рывок.

И — разочарование.

Это был мужик. Но совсем не тот, что в ее фантазиях. Маленький, небрежно-небритый. Сутулый. Худой. В грязной потертой робе. Чумазый. Со злым уставшим взглядом. И запахом перегара. Перегара и самого мерзкого табака. Риту замутило.

«Серьезно?»

— Сантехник, — недовольно прохрипел мужичок и попытался протолкнуться в квартиру. — Вызов на ваш адрес.

Рита в растерянности вытолкала его, напоследок бросив.

— Уже сделали, спасибо.

И захлопнула дверь. Привалилась спиной, выругалась. Сползла на пол.

Едкая обида прошла по пищеводу, толкая перед собой ком к горлу и слезы разочарования. Ком девушка сглотнула, а слезам не дала выйти наружу. Зря что ли красилась? И сдаваться не хотелось. Кто-то внутри шептал: «Это еще не конец. Думай!».

Спустя несколько минут, чашку кофе с коньяком и пару истеричных тирад на тему интеллектуальных способностей хозяйки ее тела, решение было найдено. Дежурный сантехник пусть развлекает падших бичеватых нимфоманок. Мы вызовем мастера из агентства! Дороже, но с гарантией, что не приедет снова ЭТО!

Приложение. Заявка. На когда?

«Сегодня!»

Срочный вызов оплачивается по двойному тарифу.

«Черт с ним! Хоть по тройному. Теперь это принципиально!»

Так. Европейской внешности?

«Даже такое есть? Конечно! Или может…»

Рита ненадолго задумалась, но выбросила эту мысль. Риск не оправдывает средства.

«Русский?»

Даже такое нашлось!

Время?

«Сейчас!!!»

В течение часа — был ответ.

— Да вы что! Издеваетесь?!

И тут в течение часа. С другой стороны — могли сказать и больше. Спокойствие.

Весь этот час Рита не могла найти себе места. Телевизор бесил. На кухне все раздражало. Решила убраться, чтобы не сойти с ума. Протерла полы. Вдруг придется спиной ложиться? Вытерла стол. Убрала все лишнее со столешницы рядом с раковиной. Привела в порядок подоконник. Все поверхности, к которым ей хотелось прикасаться своим обнаженным телом, пока мужская сила прорывается внутрь, сметая на пути любые преграды.

«Может все же стоило убрать галочку в графе национальность?»

Минут через 40 раздался звонок. Рита на носочках подкралась к двери и аккуратно посмотрела в глазок. И, словно боясь, что он не дождется, пока «эта курица так долго отпирает свою дверь», трясущимися руками принялась отпирать замки. В шоке от прошлого явления, закрыла двери на все, что только может создать преграду на пути незваного гостя.

«Незваного? Скорее неожиданно-отталкивающего»

А этот был даже лучше, чем в фантазиях. Крупный, широкоплечий, на две головы выше крошечной Риты. Чистый, с ухоженной бородой. Приятно пахнущий. Нет, не дезодорантом. Мужским ароматом труда и пота. У девушки подкосились ноги, и заныло внизу живота. Щеки вспыхнули. Она едва не дернула руки к лицу, но вспомнив, что эта футболочка почти ничего не прикрывает, решила обойтись без резких движений. И преждевременных засветов.

В своих фантазиях Рита была хищной соблазнительницей. Но этот мужчина производил на нее эффект Кинг-Конга. Стало даже как-то страшно его соблазнять. Только вот промежность, мгновенно давшая течь, уже не позволит отыграть все назад!

— Добрый вечер!

Что это был за голос! Мощный, низкий, с бархатной вибрацией. Волна мурашек прошлась по всему телу.

«Все, пизда! Как теперь сопротивляться? Я его хочу! Прямо здесь! Прямо сейчас!»

Хоть раздвигай ноги и умоляй трахнуть себя. Прямо тут — в коридоре.

— У вас что-то течет? — невинно уточнил мастер и Рита мысленно завопила.

«Да, блять! Тут потоп! Конкретно — между ног!!!»

Но вслух она не смогла проронить ни звука. Лишь скромно кивнуть и сделать шаг в сторону, пропуская гостя.

Закрыла дверь. Замерла. Он тоже не шевелился. Возникла пауза.

— Где потоп? — миролюбиво уточнил мужчина, и Рита залилась краской еще сильнее. Он-то не знает, где у нее в квартире что. И так точно попал своим «потоп», что на мгновение показалось, что она ту фразу вслух выкрикнула. Рита смущенно поправила волосы и поспешила в кухню.

Тут же в голове мелькнула мысль о внезапном падении из видео.

«Сейчас главное так же не растянуться…»

И в этот момент нога самым постыдным образом зацепилась за вторую ногу. Время замедлилось. Рита чувствовала, как начала заваливаться вперед — слишком разогналась от нервов. Ногу подставить уже не успеет. Только руки. А он сзади! Ох, не так она планировала соблазнять своего мастера.

«Сука! И надо закону подлости наведаться ко мне именно сейчас!»

Линолеум приятно холодил пылающее лицо. Футболка задралась до пояса, открыв упругую попку полностью. Факт отсутствия трусов был недвусмысленно продан неловким падением за копейки. Как теперь играть в соблазнение? Единственное, что успела Рита, это соединить бедра так, чтобы кроме попки он не увидел больше ничего. Растягиваться в позе «бесстыдно текущей сучки» как на видео она не собиралась. Не так явно. Не так пошло. Если неуклюжее падение вообще можно хоть как совместить со словом пошло.

— Эм… я, наверное, в следующий раз приеду? — раздалось из-за спины неуверенным тоном.

«Смутился! Он смутился!!!»

Значит, есть шанс!

«В следующий раз? Ну уж нет!!!»

Злость придала сил.

— Это вместо помощи даме? — выдавила из себя Рита, одергивая футболку. Впрочем, в этом положении она была слишком коротка для того, чтобы даже так хоть что-то прикрыть.

Крепкие мужские руки с легкостью подхватили девушку и поставили на пол.

«Какой сильный!!!»

Футболка снова взлетела, показав соблазнительный зад еще раз.

— Извини… те, — пробурчал мастер, смутившись повторно.

А Рита почувствовала, как чертик внутри усмехнулся.

— Пойдемте, — с вызовом бросила, не обернувшись, девушка и твердо шагнула вперед.

Только подходя к раковине, пришло осознание, что вся структура соблазнения рухнула. Первый засвет должен был случиться только сейчас. Когда она наклонится, чтобы открыть дверцы мойки. Как раз, когда мастер ничего не ожидает. Но он теперь — ожидает! И нужного эффекта не добиться. Кроме разве что… да ничего уже не вернет в правильную эмоцию! Теперь — точно. Когда объект все знает, странно начинать игру с «может, показалось?». Злость начала кипятить кровь. Требовала выхода.

Девушка ткнула пальцем в сторону мойки и отчеканила.

— Течь там! Внизу.

Ей очень хотелось увидеть реакцию на лице мужчины, но стыд мешал бросить хоть крохотный взгляд. Отвернувшись, девушка оперлась о кухонный стол. Мастер поставил чемодан с инструментом и, смешно крякнув, полез под мойку. Теперь можно было наблюдать. И потому бегло брошенный взгляд, перед тем, как нырнуть в темный провал под раковину, на то место, где футболка заканчивается и начинается неприкрытая девичья красота, не ускользнул от Риты.

«Посмотрел! Непроизвольно посмотрел!»

Приятная теплая волна игривости и возбуждения начала подниматься от кончиков пальцев прямиком к пылающей желанием Ритиной промежности.

«Хочет смотреть! Значит, подействовало!»

Рита улыбнулась и потянулась за тряпкой.

«Что ж! Начнем представление!»

Стол еще никогда не был настолько чистым. Рита наяривала его с такой самоотдачей, словно от этого зависела ее девичья честь. Одновременно, она старалась крутить попкой. Ножки совсем чуть-чуть раздвинула — естественно, как удобно. И краем глаза поглядывала — смотрит ли нет работничек. А он смотрел. Сперва украдкой. Потом — все чаще. Возбуждение стало схватывать дыхание. Все шло замечательно! Но что делать дальше? Сразу накидываться — стыдно. Должно как будто само собой все случиться. Только как это так организовать, чтобы само?

Когда рука устала, Рита решила сменить место дислокации. Хорошо бы сесть. Поясница прям ноет. Вот как может крайнее возбуждение сочетаться с ноющей спиной? Пошла в комнату и принесла книгу. Села за стол. Но так, чтобы колени смотрели на раковину. Сделала вид, что увлеченно читает. А саму потряхивает. Порно в жизни! Полное, так сказать, погружение. 700 ДЭ! Колени чуть развела, покачивает. Ничего необычного. Девушка читает книгу, пока мастер ремонтирует течь. Только на ней нет трусиков, а футболка в этом положении способна скрыть только от слова «ничего». Попа на самом краю стула, Рита так специально села. Ножки покачиваются, то сходясь, то разъезжаясь в стороны. Половые губки приятно сжимаются и открываются, освобождая нежную розовую плоть, обильно покрытую женским секретом. Он бросал взгляд каждые несколько секунд. А бугор на штанах демонстрировал неподдельный интерес к представлению. Рита завелась не на шутку. Даже дышала через раз, боясь выдать свое волнение слишком шумным вдохом. Все время хотелось прикоснуться пальчиками к пылающей промежности. Но это было уже «как бы неслучайно». Надо тоньше.

Рита придумала еще несколько поводов аккуратно показать мастеру свою киску, когда тот вдруг попросил:

— Вы можете открыть кран? — голос старался быть дежурным, деловым. Но хриплость и легкая дрожь слышались явно.

«Открыть кран? Так сразу?»

Эту сцену из ролика она любила больше всего. И ей планировала эпично завершить соблазнение.

«Он что, подыгрывает?»

А если второй возможности не будет?

Рита подошла к раковине, потянулась к крану и, чуть замешкавшись, поставила ножки с двух сторон от бедер мастера. Она не видела его лица, но чувствовала свое тело. Писечка раскрылась в таком положении достаточно, чтобы можно было разглядеть ее во всех подробностях. Холодок касался нежной кожи в месте, где губки смыкаются. Жар от мысли, что он сейчас вероятно смотрит прямо туда, заставлял ноги дрожать. По бедру что-то начало медленно скатываться. Ее влага выдавала уровень возбуждения и готовности ко всем безрассудствам сразу. Рита открыла кран и поиграла бедрами, перемещая вес с одного на другое. Позволяя рассмотреть все как следует. Она надеялась, что он смотрит. Мечтала об этом. Ближе уже никак. Это главный экспонат выставки!

В голове крутились сотни развязок: от пока он делает — сесть сверху, отсосать попросив не отвлекаться от работы, сесть на стол и раздвинуть ножки, когда он закончит, приглашая войти. И…

В этот момент Риту взорвало изнутри. Никакие планы больше были не нужны. Он как-то умудрился незаметно вылезти из-под раковины и впился губами прямо в пульсирующий клитор девушки.

— Даааа!!!

Это был не ее крик. Низкий, утробный. Какой-то животный даже. С рыком и клекотом гортани. И громкий! Настолько громко Рита никогда не позволяла себе стонать во время секса. Она не застонала, а прям — заорала. Потому что сознание не справилось с резким скачком удовольствия. Ноги задрожали, спину скрутило, голова запрокинулась далеко назад, все тело пробила мощнейшая судорога. А из дырочки, что между ног хлынул настоящий поток. Мастер, опешив, попытался отпрянуть, но сильная женская рука вдавила его голову обратно себе в промежность. Язык не растерялся и заработал с двойным усердием. Риту снова затрясло. Ощущение было таким, словно тебя хлещут плеткой наслаждения. Каждое касание — взрыв. Каждый удар — удар током. Только не электрическим, а разрядом чистой эйфории.

Рита сжала пальцы на его голове, танцуя киской прямо на лице. При этом то протяжное, то дерганое, то волнообразное «Аааа» не смолкало ни на секунду. Не было сил даже глотнуть воздуха. Тем временем язык начал исследовать не только зону вокруг клитора. И когда его волшебный танец проник во влагалище, а клитором занялся большой пальчик, девушку накрыло снова. Но не резко. Постепенно, со всех конечностей к центру — точке бесконечного удовольствия потекла волна сумасшедшего удовольствия.

— Да! Да! Да-да-да-да-да-да… даааааааа!!!!!

Ноги подкосились. Девушка буквально рухнула на своего спасителя. Оргазм был настолько сильным, что сознание на какое-то время померкло.

Пришла в себя Рита от ощущений подкатывающего нового взрыва. Спина лежала на холодном кухонном столе. Футболки на ней уже не было. Правую грудь крепко сжимала мужская ладонь, вторая рука занималась нещадно текущей промежностью. Два крупных пальца, подгибаясь неожиданным образом, словно пытались что-то выковырять оттуда, или зачерпнуть, активно двигались. И каждое движение отдавалось разрядом удовольствия по всему телу. Язык играл с клитором: то подталкивая снизу, то бегая вокруг, нажимая, болтаясь из стороны в сторону. И самый кайф был, когда мужчина захватывал его губами и начинал посасывать. Казалось, этот райский коктейль ублажения всех эрогенных зон одновременно никогда не закончится. Вот-вот должна подступить новая волна — следующий пик. Рита повторно начинала терять контроль над громкостью стонов, переходя в крик. Подергивая бедрами в такт пальцам, готовилась вот-вот оседлать очередную волну наслаждения. И тут мастер оторвался от нее. Резко. Везде и сразу.

«Что? Какого черта?! Я чуть не кон…»

Прямо внутрь ее трепыхающегося тела ворвалось настоящее море блаженства. Какой же горячий, пульсирующий, волшебный член! Тело забилось в конвульсиях, ноги в судороге обхватили обнаженные бедра вошедшего в нее гиганта.

— Сука!!! Бляяяять!!!! Даааааа! Давай!!! Ещееееее! Ебаааааааать! — в какой-то момент её голос перешёл на визг и сорвался. Связки сдались. Но Рите было плевать, даже если она больше никогда в жизни не сможет заговорить. Она ещё никогда так не кончала. Так часто. Так сильно. Так мокро. Казалось, что весь стол под ней в воде. Что там стол — вся кухня! Мастер двигался, постепенно меняя темп, и оргазмы обрушивались на бедную нервную систему девушки один за другим. Одни быстрые — резкие, взрывные. Другие — медленные и погружающие в воды экстаза постепенно. Рита плакала, смеялась, кричала и шептала слова благодарности. Ей сейчас было не до формальностей. Она была в океане блаженства и удовольствия.

Картинки вокруг менялись.

Кухонный стол. Коридор. Зал. Диван. Ковёр. Спальня. Кресло. Кровать. Рита даже не поняла, когда оседлала своего мавра. Она не прыгала на нём — скакала, как на бешеном мустанге. Вытанцовывая бёдрами витиеватые фигуры, стараясь насадиться на его член каждой клеточкой своей ненасытной дырочки. Она искала разные углы проникновения, меняла ритм и силу. Он схватил её за грудь одной рукой, а второй, взявшись за бедро, стал с удвоенной силой насаживать девушку на свой железный член. С сумасшедшей силой помогая снизу бёдрами. Как отбойный молоток, только превращённый в секс-машину. Рита поняла — сейчас она снова потеряет сознание. Столько удовольствия за раз она была не в состоянии выдержать. Тело дёрнулось. Горло выдавило то ли крик, то ли визг. Резкий спазм сдавил бёдра, она сжалась как стальная пружина и прямо на выскользнувший член мастера хлынула лавина горячей жидкости.

Наверное, она кричала. В глазах помутнело. Тело было словно чужое. Рук и ног девушка не чувствовала. Грудная клетка сжалась так, что втянуть воздух удавалось с трудом. Её всю трясло, как в лихорадке. В прямом смысле. Всё было мокрым от пота. Нервные окончания сходили с ума.

И это было прекрасно!

Страшно.

Но — великолепно!

Всё вокруг плыло.

Внезапно крепкие руки стиснули её за плечи, и прямо перед носом возник его эрегированный пульсирующий инструмент. Мысль не успевала за реакцией тела. В голове только промелькнуло «что дальше?», как её ротик уже жадно заглотил половину этого прибора с аппетитом изголодавшегося. Она никогда так раньше не сосала. И откуда только приёмы взяла? Из порно что ли? Она крутила головой, не выпуская головку члена изо рта и пытаясь ласкать её ещё и язычком внутри, потом насаживалась, проталкивая толстый ствол прямо в горло, откашливалась и принималась за яички. При этом яростно надрачивая ему рукой. Рита вся растворилась в процессе. Её мир замкнулся на твёрдой пульсирующей башне, от одного вида которой рот наполнялся слюной до краёв. Она не заметила, как сама начала постанывать, в такт его вибрациям. Ручкой массируя яички, Рита сосала яростно и нежно, дико и мягко. Сильно и едва касаясь. Она чувствовала, что конец скоро. И ускорила темп. Мастер выдохнул лишь слово.

— Сейчас.

Рита в последний момент успела схватить своим ртом увеличившуюся в разы головку.

И бешеный неистовый напор вырвался из напряжённого члена, вмиг заполнив всё свободное пространство во рту. Рита сглатывала и сглатывала. А жидкость всё прибавлялась. «Да сколько её там?». Она сделала полных глотков пять, шесть? Наконец живительная влага закончилась, и появилась возможность сделать спасительный вдох. Полный жизни и наслаждения. Рита кончила одновременно с мастером. Такого ещё никогда не было. Во время минета. В момент, когда горячая жидкость рванула её горло, всё тело девушки скрутило невероятной судорогой. Она не могла ни дышать, ни шевелиться. Если бы не глотательный рефлекс, могла и захлебнуться.

«Достойная бы вышла смерть!».

Радость растекалась по телу вместе с бесконечной слабостью. Казалось, в нём не осталось ни капли напряжения. Даже чтобы шевелиться сил не было. Только дышать. И впитывать неубывающее удовольствие. Этот дикий, животный секс израсходовал все запасы женского тела.

Щёку кольнуло. Борода. Потом губы. Поцеловал?

«Надо встать! Надо что-то сказать! Как-то отблагодарить… заплатить…»

— Спи, не вставай, — шепнул мастер ей на ушко, и в комнате погас свет. Или сознание.

Рита приходила в себя медленно, как после долгого массажа распаренного в бане тела. Вокруг темно. Ночь? Нет. Просто шторы блэкаут плотно задёрнуты. Дверь закрыта. Тело летало. Тело кричало. Тело болело. Особенно — внизу живота. Той болью, которую ещё путают с наслаждением. Только теперь это так и было. Боль наслаждения отзывалась при каждом движении.

Рита была лёгкой — почти невесомой.

Рука нащупала выключатель торшера. Свет ударил в глаза. Девушка зажмурилась. Несколько мгновений привыкала, потом решилась и открыла глаза. Она была голой. Но под одеялом. Кровать расправлена.

«Он что, уложил меня спать после всего?»

Внезапная мысль заставила Риту подскочить, метнувшись в зал. Проверила ценные вещи. Деньги. Украшения.

Всё было на месте.

А ещё — было убрано. Даже на кухне. И даже под мойкой наведён порядок! Девушка никак не могла заставить себя это сделать уже давно.

И, конечно, ничего не капало. Доделал.

А на столе Рита заметила записку.

— Если снова потечёт — звони. Снизу номер и подпись. Илья.

«Илья! Ему прям подходит! И мне — тоже»

Рита подошла к зеркалу и смерила взглядом голую помятую девушку с бесконечно-довольной улыбкой. В глазах играли искорки задора, огонёк шалости. Над головой моргнула лампочка. Девушка задумчиво покосилась на неё. Ушла на кухню и вернулась с телефоном.

— Что ж. Трубы починили. Пора проверить освещение…

Конец