Же те ди ту, мон амур - дуос

Величайшего, как у нас Гуров, Карышев, Раззаков, исследователя организованной преступности Галеотти я не смог дочитать до конца, истерицкий смех буквально душил меня, сменяясь затем бешенством, а потом искренним изумлением над невежественным лохом, самоназначившимся экспертом по преступной деятельности человечества. А уж когда я прочёл о тайных разговорах писателя и его информатора Лёвы Юриста, я выпал в осадок. Предположим, что Галеотти написал именно то, что услышал, ничего не прибавив и не приукрасив. Итак, Лёва информатор. Судя по имени - жид. Ни разу не преступник, один из той многочисленной шелупени, что умниками в США именуется подручными, подсобными, как правило, на одного мафиози приходится примерно с сотню - другую подручных, они не преступники, не уголовники, а вечно крутящиеся около блатных приближённые, кто - то из них тащится по романтике преступного мира, кто - то тупо зарабатывает мелкие деньги, а кто - то надеется рано или поздно стать таким, как его кумир, настоящим бандитом, чего, естественно, никогда не случается, желающий либо погибает по собственной глупости и неискушённости, либо вовремя сваливает, поняв не свою тему, так как преступниками не становятся, ими рождаются. Лучше всех это понимается в российском преступном мире, есть поговорка о родившемся с капелькой жульнической крови, просто у кого - то этих капелек много, а у кого - то лишь одна, но, как любят подчеркивать, смеясь, русские бандиты, она, эта самая капелька, есть буквально у каждого. Более образованный и мыслящий скажет, что все люди планеты - дети Каина, ведь Авель погиб бездетным, а шибко грамотный непременно уточнит, что Каину тупо пришлось вступить в инцест со своей матерью Евой, иначе и не было бы на Земле никакого человечества. Всё, короче, по понятиям, жидовским, конечно, они же выдумали байду эту сраную - Библию. Так вот, возвращаюсь к Лёве Юристу. Так и представляю себе ушлого, юркого, неглупого человека, как он опасливо озирается в масковском кабаке, как пожимает руку мудаку западнику, как склоняется за столиком, уставленным хавчиком и напитками за счёт этого лоха, кому он прямо вот сейчас вот расскажет такое, что тот охренеет.

- Самые опасные русские бандиты, - шепчет уголком рта, как те самые американские гангстеры периода Сухого закона, виденные Лёвой в кино, - называются чайники. Но страшнее их утюги.

Он закуривает, с трудом сдерживая рвущийся из груди издевательский смех, но лежащая в кармане пиджака заморского гостя чековая книжка, а в кожаном лопатнике - валюта наличкой, пресекают неуместное веселье. Лёва говорит себе, что, охолонись, парень, ты же работаешь, к работе нельзя относиться так несерьёзно, ты же разводишь лоха, обуваешь по - полной жирного и глупого карася, так что соберись и вали дальше. И он валит. Он не разочаровывает нащупавшего поистине золотую жилу Галеотти. Писатель уже представляет себя в роли знаменитого путешественника, вместо Анголы угодившего в эту загадочную Россию, где вместо великого Альвеца и капитана Перейры орудуют такие вот Лёвы Юристы и кошмарные Чайники и Утюги.

- Ну, бывай здоров, - бодренько прощается Лёва, идя тратить полученное бабло на нетерпеливо ожидающих его русских девок, шепотком обсуждающих невероятный фарт удачливого Жида ( это его настоящее погоняло, не Юрист, а именно Жид ), окучившего у них на глазах жирного терпилу, готового платить за всю х... ню ради продолжения банкета. А Галеотти отправляется в отель, где похожая русская девка тупо крадёт у него бумажник, часы и даже паспорт. Так что утром предстоит ему познакомиться не с капитаном Перейрой, но с майором Лосевым.

- Нарушаем, - журчит благостным голосом русский мусор, моментально вычислив опытнейшим глазом глубину кармана потерпевшего. Он успокаивает западника, объясняет тому, как ему связаться со своими, сначал из консульства, а потом и из дома, надо же кому - то выслать терпиле бабла. Получив свою дольку малую, майор весело пропивает её с сослуживцами в том самом ресторане, где накануне гужевался Лёва с девками. Ресторан принадлежит Анзору Липецкому, сурового вида небритому мужчине в кожане и на серебристой БМВ. Майор получает каждый месяц от человека, именуемого именно человеком, но не фором ф саконе, как представляют себе западники, определённую суму в американских долларах, иногда заменяемых евро, а Анзор, в свою очередь, отвозит куда как большую сумму руководителю города или даже губернии. И так по цепочке евроцент исследователя Галеотти доходит до премьер - министра и президент - диктатора. Вот и вся организованная преступность, описанная коалой, причём, прошу заметить, без многонулевого гонорара Галеотти, а чисто так не в кипеш и совершенно бесплатно.