Пойдём спать и к чорту всю войну

Странная способность человека не замечать проблем, несущих прямую угрозу самому его существованию, лучше и точнее всего высказанную русским народом в поговорке " На наш век хватит ", очень часто не даёт мне покоя. Так, читая колоссального Гиббона, я понял, что римляне, проживавшие в эпоху Великого переселения народов, даже и не подозревали, что происходит медленный, постепенный крах их великой империи, как и мы, русские, живя здесь и сейчас, не осознаём, что происходит постепенная ликвидация России и остатков русского народа. По всей видимости, необходимо отстраниться, если уж машина времени читаемого мною сейчас Герберта Уэллса невозможна в принципе, дабы взглянуть на творимое по прошествии, лет эдак через сто - двести. Это удобно для научных людей растратчиков, придумывающих нелепые теории, разграничивающих время на периоды и эпохи, хотя ни одному европейцу и в голову не приходило, что время, в которое они все живут, Средние века. Или Ренессанс. Или высшая форма капитализма империализм. Кстати, о капитализме. Я убеждён в правоте Маркса, ведь и Римская империя погибала три сотни лет, так же и капитализм, гнивший по глупому выражению иудобольшевиков, саморазрушается хотя бы полнейшей исчерпанностью ресурсов, неконтролируемым размножением и неумением прекратить войны, дабы заняться более важными с точки зрения выживания вида хомо сапиенс делами и делишками. Нужно просто - напросто всегда говорить правду и называть вещи своими именами, что хорошо умел Тони Монтана и, между прочим, автор этих строк.

- На мой век хватит ! - жизнерадостно воскликнула моя новая старая любимица, некогда очаровавшая ценившего самого недооценённого русского поэта двадцатого века Егора Летова хрустальным голоском, Лизонька Тицкая, даже подпрыгивая от радости возвращения к её острым по - девичьи коленкам легкомысленного коалы.

- А сколько он продлится, - спросил её меланхолично настроенный коала, забираясь на острые коленки и кладя ушастую голову на живот юной женщины, - твой век, прелестная красотка ? И не пришла ль пора нам спохватиться : на дно идёт вся наша лодка, наш ржавый нью - Титаник, пробитый Лениным насквозь. Ты хочешь сказку ? Это - пряник, как табачок по - жизни врозь. Как та рубашка ближе к телу, как неразменный флорин или фунт. Но я пришёл к тебе по делу ...

- Хрен ты подберёшь рифму к фунт, - промурлыкала моя любимка, поглаживая меня по голове кошачьими движениями.

- Это к Витухновской, - помрачнел коала, завозившись и устраиваясь поудобнее на острых коленках музы, - но там - пи... ец. Много слов и мало смысла. Знаешь, я тут поехал на рисованной Белоснежке, а Витухновскую всегда представлял в образе Снежной королевы.

- Сублимация, - важно шепнула в моё оттопыренное ухо Лиза, не замечая, что я уже почти сплю.

- Наверное, - промямлил коала, засыпая и видя сон, в котором он был живым.