Собачья терция, или роковые пальцы-17

Глава 17.

— Шарлемань, я думал, вы — джентльмен, а вчера слышу сплетню: менты у вас гостили.  

— Я-то — джентльмен, Единорогов — нет.  

— ???

— Он же “лося“ избивал, не я — соседи, наверное, и стуканули. Ожье орал на весь дом и носился из комнаты в комнату… при его-то массе. Такой топот стоял! Так что не ко мне. Но на ментов те визитёры, скажу я вам, не очень были похожи. Скорее, из зачистки ребята.

— А зачем Дмитрий Иванович несчастного “лосика“ бил?

— Да вывел он его. Нервы выкрутил. Ест много, а развития нет. Даже Гайдна никак не освоит. Вот наш “Ломоносов“ и вспылил: дал пару раз сапогом по морде. Он хоть и старый хер, но растяжка у него — скажу: каждому бы такую. В молодости в спортроте служил, а потом за институт свой в ММА несколько лет махался. Сам его, если честно, побаиваюсь.  

— А “лось“?

— А что он… Ожье здоровый, конечно. Но дряблый. Стержня бойцовского нет. Размазня. Но не его вина. Его ещё телёнком в зоопарк одному — сейчас уже бывшему — губернатору продали. Он вместе с семьёй прошлой весной под расстрел пошёл, а тогда — гремел: тоннель в Японию пробивал. Так этот служащий ТАК над беднягой издевался… словами не передашь. Разным видам насилия подвергал.  

— Ужас какой.  

— Да, существуют извращенцы. Но сие — мелкий вопрос, Орион Петрович. Не отвлекайтесь. О главном думайте. О главном!

— Я думаю. Но будьте всё же осторожны, Шарль. Мы стольких людей под нож пустили, что если возьмут…

— Если нас возьмут, то высылкой на Новую Землю вы не отделаетесь, голубчик. Поэтому очень рекомендую своевременно обзавестись ядом. Кстати, меня тоже обеспечьте. Я сдаваться не собираюсь.

— Ядом? Легко сказать. Где я вам яд в Москве найду.  

— На кафедре пошустрите.

— Сдадут.  

— Не сдадут. У вас отстающие есть? Есть. Они и достанут. Поставите потом всем зачёты.  

— Яд… придумаете тоже… как будто это сахар купить!

Орион Петрович глубоко задумывается.  

— Сложно. Но тут вы правы. Если что не так пойдёт, будет страшный позор. Лучше, конечно, в этом случае — яд.  

— При чём тут позор? Если нас заметут, то истязать будут несколько дней, пока пульс прощупывается. Даже если мы сразу во всём признаемся. Просто для гарантии. Вы уверены, что справитесь с пытками?  

— Нет, я не выдержу.  

Лицо Заславского бледнеет сильнее обычного.  

— Я тоже не выдержу. Поэтому и прошу.  

— Можно, конечно, и на кафедре поискать. В старых химреактивах. Но где уверенность, что всё это не разложилось на составляющие? Столько лет прошло. Это уже почти музейные экспонаты. Жидкости, порошки да колбы разные.  

— Испытаем.  

— На ком?!! Нет, Господи… только не это!

— Успокойтесь! Что вы себе нафантазировали? На Ожье как раз и испытаем. Всё равно от него пользы никакой. Мы его резали десять часов. Я в конце уже сознание от усталости терял. А он как был дубиной, так и остался! Дудит в свой отросток целые сутки. Ни в одну ноту не попадает. Зря только новый чип израсходовали.  Идеальный подопытный!

— “Лося“, значит, ликвидируем?  

— А есть другие кандидаты?  

— Нет.  

— Именно. Хотя можем и бабу вашу гулящую в расход пустить.  Тоже вариант… согласен…

— Что!!! Прекратите. Что вы такое несёте?! Зинаиду в это не впутывайте. Ожье по-тихому обнулим и точка. Единственное — яд здесь хороший нужен. Сколько он весит? Под тонну?  

— Где-то так. Первоклассный яд нужен, первоклассный. А не насмешка над тараканами. Справитесь?

— Я поищу.  

— Не тяните.

— Завтра всё на кафедре перерою.  

Шарлемань нервно вскидывает к глазам лапу с платиновыми часами в бриллиантах.  

— Ну, где ваши китайцы? У меня уже в желудке ноет.  

— Должны были быть. Задерживаются. Мороз такой. Могло прихватить по дороге.  

На трясущихся ногах в ресторан заходят двое мужчин азиатской внешности. У них за плечами тяжёлые рюкзаки. Пахнут незнакомцы керосином, мясом и капустой. Шарлемань с облегчением выдыхает, облизывает нос и разливает в четыре рюмки клюквенный самогон.  

Начало: