Чёртов Кристиан Кафф...

Глава 1 или Я так не думаю...

— Какого чёрта я делаю в списке на зачисление в музыкальную студию?!

Дверь в кабинет ректора распахнулась с такой силой, что стены, казалось, содрогнулись. На пороге возник высокий парень с иссиня-чёрными волосами, и всё его существо дышало такой яростью, что воздух вокруг словно наэлектризовался. Его глаза — ещё минуту назад тёмно-карие — потемнели до цвета ночного неба, став почти чёрными, непроницаемыми.

Руки были сжаты в кулаки так, что костяшки побелели, проступая сквозь кожу. На них стали ещё заметнее старые шрамы — неровные, бледные линии, оставшиеся то ли после чьих-то зубов, то ли после близкого знакомства с бетонной стеной. От напряжения под кожей предплечий вздулись вены, создавая причудливый рельеф под тёмными узорами татуировок. На левой руке, от самого запястья до локтя, раскинулась сложная композиция: грубые разноцветные завитки, стилизованные под металлические переплетения, напоминали то ли древние руны, то ли цепи.

На нём были чёрные джинсы, облегающие стройные, но крепкие ноги, такая же угольно-чёрная футболка, намеренно растянутая и длиннее, чем требовала мода, и потёртые конверсы. Несмотря на худощавое телосложение, в его фигуре угадывалась скрытая сила, выносливость. Одежда сидела на нём не просто хорошо — она стала частью образа, гармонируя с татуировками и создавая тот самый неповторимый стиль, который заставляет оборачиваться. На него хотелось смотреть. Изучать каждую деталь, каждый штрих.

Чёлка, чёрная, как вороново крыло, то и дело падала на глаза, но он даже не пытался её убрать. На макушке, небрежно зацепившись за волосы, покоились солнцезащитные очки.

— Ты меня слышишь?! — его голос прогремел как выстрел, грубый, с хрипотцой, от которой по спине пробегали мурашки.

— Угомонись, Кристиан, — спокойно, даже слишком спокойно произнёс ректор, не поднимая глаз от бумаг.

На лице парня появилась ухмылка — злая, полная презрения и отвращения. Он рассмеялся, но этот смех нельзя было назвать весёлым. Это был звук, в котором плескалось нахальство, самоуверенность и что-то ещё — горькое, опасное.

— Что? Ты говоришь мне угомониться? — продолжал смеяться он, и в каждом слове звенела сталь. — Это ты угомонись со своими прихотями. Разберись сначала со своей жизнью, прежде чем лезть в мою! — голос Кристиана дрогнул, выдавая бурю эмоций, кипевших внутри.

— Я делаю то, что считаю нужным, — тихо произнёс мужчина за столом, так и не оторвав взгляда от документов. Его спокойствие было подобно маслу, подлитому в огонь.

На лице парня отразилась гримаса — смесь разочарования, бешенства и боли.

— Чтобы меня в этом списке больше не было, — чеканя каждое слово, словно забивая гвозди, произнёс он. Гнев нарастал волной, грозящей вот-вот захлестнуть.

Ректор наконец поднял глаза. В его взгляде не было ни злости, ни удивления — лишь усталая решимость.

— Хорошо, Кристиан. Я посмотрю, что можно сделать, — всё так же невозмутимо проговорил он.

Парня передёрнуло. Как же отвратительно звучало сейчас его имя, срываясь с губ его отца.

— Да ты можешь сделать что угодно в этом долбаном университете! — выкрикнул Кристиан, и в его голосе зазвенела бессильная ярость.

— Я уже сказал, что подумаю над этим, — уверенно, с ледяным спокойствием ответил ректор.

Не в силах больше сдерживаться, парень с размаху ударил ногой по столу. Дерево глухо стукнуло, но мужчина даже бровью не повёл. Кристиан шумно, судорожно втянул воздух, развернулся на пятках и вышел из кабинета, хлопнув дверью так, что где-то в коридоре звякнуло стекло.

Дверь закрылась, но напряжение в кабинете повисло ещё надолго, густое, как туман.

***

Я шла по залитому солнцем тротуару, направляясь к университету. Погода на редкость баловала: после двух недель бесконечных дождей, едва не утопивших город, наконец-то выглянуло солнце.

Впереди я заметила знакомые фигуры, мои однокурсницы — Ника, Кира и Мария. Если к первым двум я относилась с теплом, то присутствие Марии всегда вызывало у меня внутреннее напряжение. Она не сделала мне ничего дурного, но её циничное, насквозь пропитанное вседозволенностью отношение к жизни было мне глубоко чуждо.

Я глубоко вздохнула и направилась к ним, не замечая вокруг больше никого из знакомых.

— Вредные привычки — это не всегда плохо, — долетел до меня её не самый приятный, тягучий голос.

— Я так не думаю, — парировала Ника, и в её тоне не было ни капли сомнения.

— О чём спорите? — я натянула на лицо самую обезоруживающую улыбку, подходя к подругам.

— Мария утверждает, что жизнь с пороками становится куда интереснее, — пропищала Кира своим тоненьким, почти детским голоском.

— По-моему, это опасное заблуждение, — я скользнула по Марии холодным взглядом.

— Сама подумай, — начала она с вызовом, но тут её взгляд скользнул куда-то выше моего плеча, и слова застряли в горле.

Я обернулась. Навстречу нам шёл парень. Нет, не просто шёл — он словно расчерчивал собой пространство, заставляя воздух вокруг сгущаться. Его образ кричал о бунте: угольно-чёрные джинсы, свободная футболка того же цвета, потёртые конверсы. На предплечьях виднелись татуировки. Несмотря на откровенно дерзкий вид, в нём чувствовалась какая-то дикая, необузданная эстетика. Он был высок, поджар, и двигался с той хищной грацией, которая приковывает взгляды. Чёрная чёлка падала на глаза, но он даже не пытался её убрать.

Следующее, что я услышала, был пронзительный визг. Мария, бесцеремонно растолкав нас, рванула вперёд. Она повисла на парне, обвив его торс ногами, и впилась в его губы.

— Крис, Крис, — бормотала она между поцелуями. Он машинально перехватил её за бёдра, удерживая на весу, и они, казалось, готовы были раствориться друг в друге прямо посреди улицы, игнорируя публику.

Моё лицо исказилось в гримасе, которую я едва успела скрыть. Секунду смотрела на все это представление. Затем бросила быстрый взгляд на однокурсниц, я увидела на их лицах смесь шока и неподдельного восхищения. Решив, что это зрелище уже перешло все границы приличия, я попыталась вернуть их к реальности.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Из-за чего вы вообще начали этот спор? — раздражённо помахала я рукой перед лицом Ники. Та моргнула, словно выходя из транса, перевела взгляд на Киру и толкнула её в бок.

— Это он? — тихо, почти шёпотом спросила Ника.

— Думаю, да, — выпалила Кира. Зрачки девушек постепенно возвращались к нормальному размеру.

— Вы о чём? — спросила я, искренне радуясь, что удалось переключить их внимание.

Но они не успели ответить. К нам уже приближалась Мария, под ручку со своим объектом обожания.

— Так вот, сама подумай, Скарлетт, насколько пресной была бы наша жизнь без этих долбаных пороков, — Мария рассмеялась, и её смех прозвучал фальшиво.

Меня передёрнуло. От того, как противно прозвучало моё имя в её устах, и от абсурдности её слов. Внутри всё вскипело, требуя немедленно поставить её на место.

— Какой абсурд, — фыркнула я. — Вредные привычки на то и вредные, что медленно разрушают организм.

Я старалась говорить ровно, с холодной уверенностью, но в ответ услышала низкий, хриплый смех. Он был настолько искренним, что по моему телу прокатилась волна жгучего раздражения.

Я метнула в парня гневный взгляд. Ему смешно? Он смеётся надо мной? Но мой взгляд тут же наткнулся на невидимую стену. Крис смотрел прямо на меня. Его глаза — почти чёрные, бездонные и пугающе пустые — буквально прожигали меня насквозь. В этом взгляде читалось немое, но недвусмысленное требование: заткнись.

К своему ужасу, я почувствовала, как внутри шевельнулся лёгкий, липкий страх. Кожа покрылась испариной, и я машинально, почти трусливо отвела глаза. Я сделала это словно против своей воли, не контролируя собственное тело.

— Ты не права, — произнёс он. Голос был низким, вибрирующим, и это прозвучало не как мнение, а как приговор. Новая волна холодных мурашек пробежала по спине. — Всю жизнь трястись над тем, что ты ешь, что пьёшь, чем дышишь... это не жизнь. Это существование.

Он не кричал. Не злился. Но каждое его слово вбивалось в моё сознание, словно гвоздь. На долю секунды я пошатнулась в своей уверенности, но тут же отогнала прочь эти мысли.

В голове судорожно мелькали новые аргументы, но я не смела поднять на него глаза — боялась, что окончательно растеряю остатки своей гордости. Что с ним не так? Почему он так действует на людей?

— Я не агитирую за здоровый образ жизни и не собираюсь кричать лозунги ЗОЖ, — выдавила я, вкладывая в голос всю свою жёсткость. — Я говорю об обычных, тупых пороках, которые отравляют жизнь. И без того короткую.

Собрав волю в кулак, я снова посмотрела на него. Тяжёлый, вызывающий взгляд. Казалось, это застало его врасплох: в его тёмных глазах мелькнули удивление и лёгкое раздражение. Он шагнул ко мне, возвышаясь надо мной на целую голову. Его тень накрыла меня, отрезая от солнца.

Я поняла, что забыла дышать, лишь спустя пару секунд. Несколько раз моргнула, пытаясь прогнать наваждение, но снова не выдержала его взгляда и переключилась на Марию, застывшую с ехидной ухмылкой.

— Какая разница, от чего ты умрёшь? — тихо, почти гипнотически произнёс Крис, не сводя с меня глаз. — От сигареты или от выхлопных газов. Исход один.

Он сделал ещё полшага вперёд. В его лице теперь читалась злость, азарт охотника, загнавшего добычу в угол. Меня пробрала мелкая дрожь, сердце заколотилось где-то в горле. Страх? Серьёзно? Я почувствовала себя маленькой, беззащитной, словно в детстве, когда мир казался огромным и враждебным. Это чувство меня взбесило. Я встряхнула головой, пытаясь стряхнуть это тошнотворное оцепенение, и в последний раз подняла на него глаза. Мы смотрели друг на друга, и воздух между нами, казалось, вот-вот вспыхнет.

— Так-так-так, — в нашу напряжённую тишину ворвался голос Ники. Она решительно встала между нами, перехватила меня за руку. — Кажется, нам со Скай уже пора. Лекция вот-вот начнётся.

Она потянула меня за собой. Я глубоко, судорожно вздохнула, словно выныривая из-под толщи воды, и кивнула, закусив губу.

— Да, мне тоже пора, — неловко пробормотала Кира и поспешила к зданию.

Я пошла за Никой. Тело казалось ватным, ноги едва слушались, но я заставляла себя идти ровно.

— Увидимся! — крикнула нам вслед Мария. В её голосе звенело слишком много веселья.

— Ага, — буркнула Ника без малейшего энтузиазма.

Некоторое время мы шли молча.

— Боже мой! — внезапно фыркнула Ника. Я вздрогнула от неожиданности.

— Ты чего? — немного резко спросила я.

— Ты только что чуть не врезала чертову Кристиану Каффу прямо на территории универа! — она захохотала, не в силах сдержаться.

— Я не собиралась его бить, — автоматически огрызнулась я, но тут до меня дошёл смысл её слов. — Подожди. Кому?

Я судорожно начала перебирать в памяти всё, что знала о фамилии Кафф.

— Ох, вы так смотрели друг на друга, меня аж мороз по коже пробрал, — продолжала хохотать Ника.

— Ректор... Какая у него фамилия? — я слегка тряхнула её за плечо.

— Да при чём тут это? Да, он сын ректора. Но он ведь ещё и звезда! Из Лондона недавно приехал, — тараторила она, не замечая моего состояния. — Представляешь, сколько девчонок теперь будут от него без ума. Наверное, перевёлся к нам учиться. А ты его так... отделала.

Я уже почти не слушала. В голове билась одна мысль. Сын ректора. Звезда. Лондон. Юридический факультет.

Я обернулась, пытаясь разглядеть его в толпе. Мы отошли уже на приличное расстояние, но я снова, словно в сотый раз за это утро, поймала его взгляд. Жгучий, острый, пронзающий насквозь. Этот взгляд не затерялся даже среди нескольких метров дистанции между нами. Он смотрел на меня так, словно я была назойливой букашкой, посмевшей отвлечь его от чего-то важного.

То самое грёбаное чувство страха снова подкатило к горлу. Я поспешно уткнулась взглядом в асфальт. Но уже через секунду внутренне выругалась на себя. Что он о себе возомнил? Думает, может одним взглядом ломать людей?

Мы с Никой шли на лекцию, но я не могла понять, что со мной происходит. Внутри разливалось жуткое чувство опустошения, будто из меня выкачали всю кровь. Непонятная, липкая тревога сжимала грудь. Волны холодных мурашек накатывали одна за другой. Я просто не могла поверить, что какой-то чокнутый, самовлюбленный парень способен вызвать во мне столь сильные и отвратительные эмоции.

Глава 2 или Верь в это, если хочешь...

«Где чёртова тетрадь по вокалу?!»

Я спускалась по ступенькам на первый этаж и судорожно копошилась в рюкзаке с учебниками. Спешила в музыкальную аудиторию.

После прошедших трех пар, у меня, мягко сказать, настроение было не очень хорошее. Плюс погода была кошмарной, с самого утра шел дождь и даже изредка сверкали молнии. Преподаватель философии сегодня был не в духе, поэтому невзначай устроил опрос. Он меня, конечно, не спросил, но я изрядно потрепала себе нервы на протяжение всей пары, стараясь оживить в своей памяти все то, что мы уже прошли за эти несколько недель.

Да, теперь меня прямо подмывало бросить идиотский рюкзак на пол, попрыгать на нем и уйти домой. Но нет же, у меня по расписанию вокал! «На который, между прочим, ты, Скарлетт, записалась сама!»

Я глубоко вздохнула. Я просто обязана найти эту тетрадь, ведь точно помню, что клала ее к остальным учебникам. Мой рюкзак уже плавно перебазировался с плеча на живот, а половина книг уже была у меня в руках, я настойчиво перебирала содержимое рюкзака и особо не взирала по сторонам. Один поворот к аудитории.

Глухой удар. На полном ходу из моих рук вылетают все учебники и рюкзак. Я чуть не сбиваю кого-то с ног.

- Блять, - не громкое ругательство от пострадавшего. Я не смотрю на человека, наклоняюсь, чтобы собрать свои вещи. Чувствую, как злость на саму себя и раздражение, накопленное за целый день, сливаются в одно большое жгучее ощущение.

- Простите, - сквозь зубы выдавливаю я, складывая свои книги.

- Так сложно смотреть, куда идешь? - бесцеремонный вопрос внезапно не на шутку меня взбесил. И вызвал странное, неприятное дежавю. Мой мозг суматошно выуживал из памяти знакомые нотки в грубом голосе. Человек явно не собирался мне помочь.

Я, полная решимости, поднялась и посмотрела на нахального владельца голоса. Меня встретила самоуверенная ухмылка на лице парня. Темно-карие глаза изучающе, пробежались по мне. Затем я увидела легкое удивление, которое быстро сменилось на надменный, презрительный взгляд. Конечно же, это был Кристиан Кафф. Кто же еще? Он узнал меня. Кому, как ни мне, могла подвернуться такая удача, в такой отвратительный день? Я проглотила комок в горле.

- Может, для начала, тебе стоит научиться это делать? - это прозвучало не так уверенно, как я хотела бы. Я старательно избегала зрительного контакта, смотрела куда угодно, только не в глаза. И уже во второй раз в своей жизни, я услышала хриплый заливистый смех.

- Я не сбиваю людей с ног, - проговорил он так, словно это и ёжику было понятно. От его смеха я стала чувствовать себя еще более не уверенно. Я терялась, не зная, что ответить. А он продолжал стоять и смотреть на меня.

- Ты только что врезался в меня, - констатировала я и, не выдержав, посмотрела ему в глаза. Кристиан ухмыльнулся.

- Может я сделал это намеренно, ты не думала об этом? - Кристиан немного наклонился ко мне. Сердце ушло в пятки. Кафф был серьезным, его глаза бесцеремонно разглядывали мое лицо вблизи. Меня кинуло в жар. На короткое время я потеряла дар речи.

Видимо довольный результатом, Кафф еще с секунду меня по разглядывал, затем отпрянул, кинул на меня какой-то полный величия взгляд и скрылся в аудитории, которая оказывается была рядом.

Он вообще нормальный? Или нет? Я немного потопталась на месте. Зачем ему в меня врезаться специально? Да он издевается! По развлекаться захотелось? Совсем у себя там в Лондоне засиделся? И вообще, какого хрена он пошел в мою музыкальную аудиторию? Те несколько недель, которые я учусь в этом университете, его я там и близко не видела! Я с силой сжала ручки рюкзака и направилась в след за самовлюбленным придурком.

В кабинете было мало студентов, Анастасия Павловна еще не пришла. Кафф сидел на самом последнем и самом высоком ряду с самодовольной миной. Я не стала уделять ему много внимания, поэтому поспешно приземлилась на первый ряд и стала с интересом рассматривать аудиторию. Перед рядами висела большая зеленая доска, справа от нее дверь, слева стояли разные музыкальные инструменты, которые мы пока не разу не трогали.

Время поджимало, постепенно начали подтягиваться студенты, а вскоре пришла и сама Анастасия Павловна. Она была довольно красивой женщиной, очень молодая, больше тридцати не дашь, черные прямые волосы, зеленые глаза, скрытые под очками, постоянная юбка карандаш. Она очень веселая и это ее сближало с учениками.

- Здравствуй, группа, - поздоровалась она.

Кто-то поздоровался, кто-то произнес что-то невнятное. Я промолчала.

- О, какие люди! Сам Кристиан Кафф пожаловал, - Анастасия Павловна усмехнулась. Вся группа повернулась назад, это было понятно по многочисленным скрипам стульев и столов. Я закатила глаза. Даже преподаватели странно к нему относятся.

- Привет, Насть, - слышу хриплый голос с конца кабинета. Серьезно? Он позволяет себе такое? С преподователем на ты? Эта сетуация выводила меня из себя.

- Здесь, я для тебя Анастасия Павловна, - преподаватель лукаво улыбнулась и строго по грозила ему пальцем. Отлично, кажется они знакомы. Что происходит в этом университете?

- Хорошо, Настя, - я спиной чувствовала на лице Кристиана улыбку в этот момент. По аудитории прокатилась небольшая волна смеха. О да, смешнее некуда! Браво!

- Так, приступим... - начала курс Анастасия Павловна, не обращая внимания на Каффа. Она с интересом рассказывала нам о некоторых жанрах музыки, чтобы частично ввести в курс дела.

Все, записанные на занятие, студенты, включая меня, посещали аудиторию два раза в неделю, это были те дни, когда чаще всего было по три пары. В остальные дни, их было по четыре, а то и больше.

В предыдущие несколько занятий мы просто обсуждали что-то, это могли быть музыкальные инструменты, композиторы, исполнители и многое другое... Аудитория была действительно заполнена, кажется многих интересует музыка.

- Ребят, сегодня я вас поделю на две группы, так как вас очень много, что радует, - заговорила преподаватель в конце урока, - будем заниматься отдельно, - она улыбнулась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

По рядам пробежался небольшой шум, я не могла понять устраивает это студентов или  нет.

- Итак, поднимите руки те, у кого есть музыкальное образование, - Анастасия Павловна с интересом посмотрела на группу.

Я подняла руку. Да, оно действительно у меня было, мама отдала меня в музыкальную школу в 10 лет. Я занималась вокалом и игрой на скрипке. Какое-то время я даже собиралась поступать в консерваторию, но обстоятельства отговорили меня от этой идеи. Музыка - это ненадежный спутник, никто не даст тебе гарантии, что через пару лет ты сможешь обеспечивать себя с помощью этого. Из-за несбыточной мечты порой хочется плакать. Вот так просто, сидеть и слушать самую лучшую (именно для тебя) музыку на свете, хочется рыдать. Но это так... Просто... Бывает не часто. Светлое будущее впереди. Но я действительно люблю петь, возможно зря я записалась в эту группу, но можно мне хотя бы по петь для себя? Правда? Ведь можно!

Я обернулась, чтобы узнать, кто еще имеет образование. Кафф с интересом листал какой-то учебник или книгу, напрочь игнорируя преподавателя.

- Кристиан, подними руку, - скомандовала Анастасия Павловна. По кабинету снова пробежалась волна смешков. "Великий певец современности" усмехнулся, но руку поднял.

Музыкальных студентов довольна много, около половины точно.

- Большое спасибо, - поблагодарила женщина в очках, - кто поднял руки, жду вас в пятницу после третей пары, остальные, как обычно, в четверг, до свидания, - преподаватель улыбнулась и подошла к столу, чтобы собрать свои вещи.

Все ученики постепенно покидали аудиторию. Я положила свою тетрадь по вокалу обратно в рюкзак, кстати она была вложена в какую-то книгу, поэтому я не нашла ее сразу. Я уже собиралась выходить, как...

- Не представляю, как столь невнимательный человек, который сносит всех на своем пути, может иметь хоть какое-то образование? - слышу развязный хриплый голос за спиной. От неожиданности, чувствую, как волна холодных мурашек разливается по спине. Чертов Кристиан Кафф!

- Не представляю, как настолько невоспитанного и грубого человека, могут вообще допускать до образования? - сквозь зубы, проговорила я. И снова это прозвучало не так, как хотелось бы.

Кристиан поравнялся со мной.

- Я воспитанный, - Кафф стоял совсем рядом, возле моего плеча, это было настолько близко, что я могла чувствовать его запах. Это было что-то приятное, какой-то слабый запах парфюма и маленькие нотки елового аромата, вместе пахло просто отлично.

- Верь в это, если хочешь, - не громко, но довольно грубо сказала я и вышла из кабинета.

Вот он - выход, просто не смотреть в его глаза и всё. Я могу говорить все, что угодно, просто не смотря ему в глаза. Я радовалась, пока шла к выходу из здания. У меня было победное чувство гордости. Последнее слово осталось за мной.

Я забрала кое-какие вещи и вышла на улицу. Погода была отвратительной, дождь все-таки прошел, но над городом висели жуткие черные тучи, а по асфальту, казалось, разлилась одна большая лужа. Я с кислой миной направилась, через стоянку к своей квартире.

Мотор черного Range Rover гудел, когда я проходила мимо. Резко машина начала выезжать. Я сделала лишь шаг назад, но не успела. Волна грязной воды из под колес автомобиля обдала меня с ног до головы.

- Сука, - непроизвольно выругалась я и постаралась отскочить, но было поздно.

Я вся грязная и мокрая, кинула яростный взгляд в сторону удаляющейся машины. В боковое зеркало Range Rover’а я увидела смеющееся лицо Каффа. Как же я его ненавидела в этот момент. Он с интересом и смехом осмотрел меня и удалился. Я готова убить его прямо сейчас! Еле сдержалась, чтобы не погнаться за машиной.

Глава 3 или Не говори со мной...

Придурок, идиот, кретин.

Я стояла у зеркала и с лишним усердием расчесывала мокрые волосы.

Он окатил меня грязью из лужи! У него все нормально с головой? Я ведь даже ему ничего не сделала. Подумаешь, пару раз поспорили. И что с того? Или "нашей звезде" и слово сказать нельзя? Если Кафф нравится кучке девушек, это не значит, что этот идиот пуп земли.

Я подключила фен к розетке и стала настойчиво сушить волосы, которые после мытья стали темнее на несколько тонов.

Меня жутко раздражают такие люди, как чертов Кристиан. Самовлюбленные, наглые, самоуверенные, не считающиеся с мнением других людей. Для таких существует лишь их личное "Я" и ни что больше. И если кто-то посмеет сказать что-то против, так у таких людей аж глаза на лоб лезут от раздражения и злости.

Меня передернуло. Я вспомнила его смеющееся лицо с забавной выемкой между зубов, эта милая щербинка никак не подходила к эгоистичной сущности Кристиана, к его нахальному поведению и вообще к нему самому в целом. Я только сейчас поняла на сколько меня бесят его улыбка, насмешки, манера говорить, то как он смотрит на меня и смеется над моими словами. Мерзость. Я почувствовала, как внутри просыпается неприятное чувство ненависти. Пусть идет к черту! Не хочу, чтобы он даже стоял рядом со мной, не то, что говорил.

Мне срочно нужна чашка чая с кусочком лимона, чтобы согреться и успокоиться. Нет, мне нужно пять кусочков лимона. Решено, чашка чая и пол лимона - это то, что нужно. Я направилась на кухню.

***

- Этот тест был повышенной трудности, я не понимаю, почему историк дал его нам!

Мы сидели в кафе, которое прилегало к университету, и Кира увлеченно жаловалась нам на преподавателя. Как раз сейчас был самый длинный перерыв за весь учебный день, поэтому однокурсница могла выговориться вдоволь.

- Может оставшееся время посидим в парке? - предложила Ника.

- Да, пойдемте, - согласилась я и встала из-за столика. Все кафе было переполнено обедающими студентами, практически все столики были заняты. Мы выбросили мусор и двинулись прочь из помещения.

Когда я уже почти покинула заведение, мне на глаза бросилась кучка людей, которые входили в кафе, среди них я сразу заметила высокую худощавую фигуру. От вида этого человека у меня засосало под ложечкой. Я будто снова почувствовала на себе капли грязной воды из вчерашней лужи. Раздражение и злость чуть было не заставили меня повернуть назад. Но я продолжала идти за Кирой и Никой к выходу. Из-за собственных мыслей, я не сразу заметила Марию, которая шла рядом с Каффом. О да, отлично, давайте вы соберете всех людей, которые мне не нравятся и будите ходить за мной по пятам и бесить. С ними так же были незнакомые мне люди.

Я никак не могла отрицать, что чувство стиля у Кристиана было превосходным. Сегодня на нем были обтягивающие черные джинсы рваные на коленях, белая, как снег рубашка, рукава которой были закатаны до локтей, обнажая его тату, и черные конверсы.

Теперь и сам парень меня заметил. При встрече наших глаз на его лице заиграла самодовольная и уверенная усмешка. Терпеть его не могу! Зачем он остановился? Пусть идет своей дорогой. С каждым шагом к дверям кафе мои злость и раздражение нарастали, в какой-то момент мне показалось, что я смогу даже ударить его, если нужно. Я удивилась этим мыслям и поскорее отогнала их. Не позволю себе разговаривать с этим эгоистичным придурком.

- Эта лужа... - он начал говорить со мной. В его хриплом голосе была уверенность и капля удовольствия, ему нравилась сложившееся ситуация. Ну конечно.

Я выставила ладонь вперед, будто показывая знак "стоп" и перебила его.

- Не говори со мной, - мой голос был уверенный, не принимающий противоречий. Вау, я еще не потеряла стойкость характера, находясь рядом с ним. Браво, Скарлетт. Молодец! Мысленно я занималась самоиронией.

- Ты... - Кристиан немного раздраженно, но все еще насмешливо начал снова что-то говорить. Но я не слушала.

- Просто не говори со мной, - я безэмоционально смотрела то на его плечи, то на шею, но не в глаза, не хочу туда смотреть. Боюсь. Его темный взгляд может заставить меня говорить не то, что я хочу, или вовсе заставить заткнуться.

Я просто прошла мимо него, не дожидаясь ответа. Я больше не смотрела в его сторону. Просто ушла. Вот оно, прекрасное чувство удовлетворения. Я сделала, что хотела.

***

Последняя пара длиться целую вечность, мало того, что это философия, так еще погода за окном испортилась, на улице потемнело и по стеклу барабанили сильные капли дождя. Где-то тихо гремел гром. Из-за этой угнетающей атмосферы, секундная стрелка, кажется, замерла на месте. Я из-за всех сил старалась понять, о чем говорит преподаватель, но почему-то постоянно теряла смысловую нить его слов. Решила больше не пытаться слушать его и просто уставилась в окно.

Я начала размышлять о том, как мне добраться домой. Моя квартира находиться недалеко от университета, но белые вансы заставляли меня задуматься о вызове такси. От таких мыслей почувствовала себя странной и циничной.

Аллилуйя! Время подошло и учебе на сегодня пришел конец.

Я собрала свои вещи и вышла на крыльцо учебного заведения. На улице было свежо и мокро. Дождь закончился. Но громадные темные тучи все еще весели над городом. Я стояла и наслаждалась прекрасным запахом. Понимая, что придется намокнуть и вымазаться, но дивная свежесть, после сложного дня приподнимала мне настроение.

Кто-то остановился рядом.

- Петрикор, - легко произнес знакомый хриплый голос. Сердце подпрыгнуло и продолжило свой путь. Я глубоко вздохнула. Он снова напугал меня.

- Запах пыли после дождя, - не громко произнесла я, при этом смотрела на лужи, на мокрые листья деревьев, на капли, падающие с крыши.

Кристиан повернулся ко мне, его лицо ничего не выражало, но я знаю, он удивился. Я сама удивилась знанию этого слова, но вспомнив, что услышала его в сериале, чуть не засмеялась в слух.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- "Просто не говори со мной", - Кафф весьма не умело с пародировал слова, сказанные мной во время обеда.

Несмотря на то, что сейчас я чувствую спокойствие, мое мнение не поменялось ни о нем, ни о его поведении.

- Да, - кивнула я. Мне плевать, что он не привык к противоречиям в его сторону. Мнение о нем сложилось и навряд ли изменится.

- Ты грубая, - в голосе Кристиана промелькнуло раздражение. Мое спокойствие постепенно улетучивалось.

- Это ты мне говоришь? - делая большой акцент на местоимение "ты", я смотрю на него. Понимаю, что забыла на сколько он высок, поднимаю глаза выше. Я вижу лишь его профиль: черная челка, густые, так же черные, ресницы, аккуратный нос, пухлые губы. Я замечаю, как Крис зло сжимает челюсть, от чего напрягается его шея и двигаются ключицы, которые заметны из-за ворота рубашки. Чувствую, как по спине пробегает холодок, его реакция пугает меня.

- Ты видишь здесь еще кого-нибудь? - Кристиан недобро ухмыляется и смотрит на меня.

Я отворачиваюсь и "любуюсь" асфальтом.

- Ты сам заставляешь меня грубить тебе, - злобно говорю я.

- Ох, если бы я заставлял тебя что-то делать, так это точно не грубить, - Кафф смеется. Я цепенею и чувствую некое смятение. Уверена, что румянец уже заметен на моих щеках. Его слова меня очень злят. Не люблю чувствовать неловкость.

- О, твое чувство юмора впечатляет, похлопай себе, ну же, - я кривлю лицо в презрительной гримасе и хлопаю в ладоши. Но не смотрю ему в глаза.

Кафф напрягается, краем глаза вижу вздувшиеся вены на татуированной руке. Я почти осязаю его злость рядом с собой. Он поворачивается ко мне всем телом и злобно смотрит на меня. Внутри все содрогается.

- Крис, - слышу женский писк недалеко от себя, к нам приближается Мария, - я не могла тебя найти, - строит обиженную гримасу. Она подходит в плотную к парню и вдавившись в него всем телом, смачно целует.

Я мысленно блюю. Уверенна, что девушка меня заметила.

Я спокойно отворачиваюсь и спускаюсь по мокрым ступенькам, стараясь не выпачкать свои кроссовки. Чувствую себя немного разочарованно что ли. Понимаю, что появление Марии предотвратило развивающейся скандал, но почему-то мне хотелось услышать то, что хотел сказать мне Кафф. Или мне хотелось поспорить? В любом случае я была бы права. И вообще им не стыдно поглощать друг друга прямо на крыльце университета?

- Хэй, Скай, не хочешь, чтобы мы с Крисом подбросили тебя? - слышу надменный, немного смеющейся голос Марии в вперемешку с заливистым смехом Каффа, который видимо не смог сдержаться. Конечно они знают мой ответ, но все же решили спросить.

Я поворачиваюсь к ним. Кристиан действительно борется с припадком смеха. О да, очень смешно!

- Мне не далеко, но спасибо за предложение, - презрительный взгляд и металл в моем голосе никак не вяжется с текстом моих слов. я продолжаю идти в сторону моего дома. Смех затихает.

Чувствую себя немного опустошенно, после неприятной встречи. Не хочу видеть чертова идиота Каффа и его надменную подружку.

Глава 4 или Живо, Крис, иди сюда!..

Неделя шла своей чередой. Кристиана я почти не видела, чему была безумно рада. Мне уже начинало казаться, что удача повернулась ко мне лицом, а не тем, чем она обычно поворачивается. Я все больше привыкала к университету, к его нюансам. Постепенно понимала, что здесь не так, как в школе. В целом, меня все устраивало - учеба, друзья, семья, вся моя жизнь. Но порой, в какой-то определенный момент я чувствовала, будто чего-то не хватает, чего-то очень важного и особенного. Нет, я говорю не о любви, не о заботе, о чем-то другом. Это что-то неуловимое, но очень важное. Я старалась разобраться в этом чувстве, но ничего в голову не лезло. И я просто отгоняла его.

***

Последний день учебной недели, пятница, все пары закончились, поэтому я уже сидела на своем месте в музыкальной аудитории. Она значительно опустела после разделения студентов на две группы, уже не стоял привычный гул и болтовня. Сейчас лишь с последнего ряда часто раздавался женский смех. Я пыталась не думать об этом. Но, черт! Что такого говорит Кафф этим студенткам, если они так ржут? Сколько бы я с ним не пересекалась, было ясно, что с юмором у него туговато.

От мыслей меня отвлекла Анастасия Павловна. Она вошла в кабинет и положила свои вещи на стол.

- Здравствуй, группа, - прозвучало ее типичное приветствие, студенты засуетились и расселись по местам, - теперь вы разделены на две части, более сильная в музыке группа, то есть вы, и вторая группа - немного слабее... - преподаватель на секунду замолкла, затем продолжила, - с сегодняшнего дня мы начнем повторять то, чему вас учили в музыкальной школе и непосредственно перейдем к пению. Начнем с распевов, - она села за фортепиано.

По аудитории разнеслись ноты, наверное, каждому знакомые еще со школьных лет. Анастасия Павловна запела, это были те самые обычные распевы, эти звуки так и вогнали меня в воспоминания, перед глазами завертелись кадры из школьной жизни. Я улыбнулась. Было видно, что каждый студент чувствовал это. Ностальгия.

Я глубоко вдохнула и запела. О, это было так приятно! Прекрасное чувство восторга разлилось по телу. Аудиторию заполнил рой различных голосов, они то сливались воедино, то красиво разделялись на несколько частей. Я словно чувствовала неведомую энергию, которая бурлила в каждом из нас.

Но внезапно музыка обрывается. Я недоумеваю, смотрю по сторонам. И с каждой секундой понимаю, что ноты не оборвались, это просто я не насытилась, не утолила жажду пения. Мне не понравилось это чувство. Не успела я осмыслить все эмоции, как раздается голос:

- Кристиан, как дела в Лондоне? - внезапно спрашивает Анастасия Павловна. Она отворачивается от фортепьяно и на ее лице играет игривая усмешка.

Они когда-нибудь перестанут это делать? Она же умная, взрослая женщина, зачем ей вести эти бессмысленные диалоги с этим придурком? Кажется, я начитаю в ней разочаровываться.

- Не твое дело, - грубый, но безразличный голос.

- А с альбомом как? - Анастасия Павловна словно не замечала его раздражения. Вела себя, как маленькая девочка, которая хочет насолить своему брату.

Группа с интересом прислушалась.

Пару секунд молчание. Похоже Кафф борется с приливом злости. Невероятно! Похоже у него и правда не все дома.

- В процессе написания... - еле выдавил из себя он, - Настя, тебе заняться нечем? - почти спокойно продолжил Кристиан.

Анастасия Павловна довольно улыбнулась.

- К чему я веду? - восторженно спохватилась преподавательница, - Кафф, к доске!

Я удивленно посмотрела на женщину. Она что спятила? Хоть я и не видела Кристиана, но мне казалось, что он сейчас взорваться.

- Не неси ерунду! - я услышала, как Кафф раздраженно швырнул какую-то книгу на парту.

- Я вызываю тебя к доске, живо, Крис, иди сюда! - властность в голосе преподавателя удивила меня. Нам еще сцен на уроке не хватало!

Внезапно я услышала сильный грохот, это заставило меня вздрогнуть и обернуться. Видимо Кафф резко вскочил из-за парты, из-за чего уронил стул. Чертов больной!

- Если бы не отец... - сквозь зубы проговорил он.

Анастасия Павловна засмеялась и начала играть. Это было что-то очень знакомое, но на фортепиано оно звучала немного по другому. Что же это?

Кристиан добрёл до учительского стола, оперся о него и скрестил руки на груди. Он находился ровно передо мной. Меня почему-то это смутило. Быстрый взгляд на меня.

Сегодня Кафф был одет в тёмно-синие джинсы рваные на коленях, черную длинную футболку и конверсы. Тату на его руках делали его обычную одежду, какой-то особенной.

- Ты хочешь, чтобы я это пел? - неприязнь в голосе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 5 или Отведи меня в церковь...

— Хочу, - сказала женщина и как-то странно посмотрела Кристиану в глаза.

Кафф нахмурился, судорожно втянул в себя воздух и запел.

Я застыла на месте.

Кристиан стоял прямо передо мной, и я могла разглядеть каждую часть его тела, каждую особенность лица, каждую складку одежды. Я видела и чувствовала то, как меняется он целиком, как надменный, злобный взгляд прячется под веками, когда он закрывает глаза, с наслаждением погружаясь в музыку, то, как его напряженное тело постепенно расслабляется, словно окунувшись в теплую и знакомую атмосферу гармонии.

А главное, это был голос, он все еще принадлежал ему, Кристиану, но был другой, певучий и бархатный. Ноты хрипотцы и привычной томности в звучании Каффа делали парня настолько необычным, что казалось, будто я вижу его впервые, совсем ничего не знаю о нем. И острое желание узнать росло с каждой секундой.

Я сидела в ступоре, старалась не моргать, будто это могло разрушить чарующее звуки у меня в ушах. Как ему удается вызывать такие эмоции? Удивительно!

Внезапно голос Кристиана, прерывистый, резкий, сильный, будто сам становится эмоциями. Мое спокойствие улетучивается, теперь мне хочется вскочить с места, швырнуть парту, заплакать или заорать во все горло.

А Кафф продолжал воодушевленно и чисто:

Take me to church,

I'll worship like a dog at the shrine of your lies.

I'll tell you my sins and you can sharpen your knife.

Offer me that deathless death.

Good God, let me give you my life.

Я, наконец, узнаю песню и стыжусь, что не поняла раньше. Но продолжаю жадно слушать. Постепенно аккорды затихают и последнее тихое:

Take me to church...

За эти несколько минут я поняла кое-что очень важное. То, почему Кристиан имеет свою популярность. Она есть у парня не только из-за самобытной внешности, чувства стиля или денег. Кафф талантлив, действительно талантлив.

Я выдыхаю. В аудитории тишина.

Кристиан моргает, смотрит на студентов, на его лице появляется недоверчивость. Ловит мой взгляд и ухмыляется.

Я еще не окончательно отошла от удивления и восхищения, поэтому не могу пока мысленно оскорбить его.

Но разумеется он знал, как его пение влияет на людей, это ясно по его самодовольной ухмылке. По всему его виду.

Анастасия Павловна кашляет и с грохотом закрывает крышку инструмента. Кафф кидает в ее сторону презрительный и одновременно насмешливый взгляд: мол, что тебе еще надо?

- Можешь сесть, - грудной и строгий голос преподавателя. Она встала из-за фортепиано, прошла к столу и кинула на нас отрешенный взгляд.

- О, почту за честь послушаться, Анастасия Павловна, - кинул Кристиан через плечо. Он был раздражен.

- Видите, ребят, что люди могут, когда не ведут себя, как неуравновешенные грубияны, - проговорила она нравоучительным тоном, будто воспитательница в детском саду.

- О да, может мне стоит задуматься над моим поведением, как ты считаешь? - громко, грубо, презрительно.

Анастасия Павловна пропустила его вопрос мимо ушей.

- Ребят, может кто-то тоже хочет спеть? - доброжелательно произнесла она и покрутилась вокруг своей оси, - может ты?! - женщина резко ткнула пальцем в сидящею справа светловолосую девушку. Та вздрогнула и широко распахнула глаза. Блондинка открыла рот, чтобы возразить, но не успела...

- Или ты?! - Анастасия резко развернулась и ткнула пальцем в крохотную девушку с веснушками, - а может и он,- преподаватель покрутила пальцами в воздухе, - кто следующий?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 6 или «Меня?»...

-… для развития правовой науки особенно важен плюрализм, которого не всегда удается добиться в силу…

Я почти не слушала, мои мысли полностью отдавали предпочтение воспоминаниям о прошлой пятнице. Конечно, думать о вокале гораздо интересней, нежели слушать лекцию по праву!

Кристиан в тот день поразил ни меня одну, даже у Анастасии Павловны, казалось, выбили почву из-под ног.

К моей громадной радости меня так и не спросили. Бог есть!

Павел Петрович все еще расхаживал взад вперед перед моей партой и с энтузиазмом повествовал нам о праве. Внезапно раздались три быстрых удара в дверь. Каждый студент машинально поднял голову на звук.

В кабинет сначала проникла светлая кудрявая голова, а затем и все небольшое тело. Женщина тяжело дышала, будто только что пробежала марафон. Она явно спешила.

— Прошу прощения, Павел Петрович, можно… — замдекана кинула быстрый взгляд на нас, её глаза остановились на мне, — можно я заберу у вас Скарлетт по важному делу?

«Меня?» — удивленно прозвучало в голове.

Мужчина с интересом посмотрел в мою сторону, затем нехотя сказал:

— Ну если только по важному…

— Спасибо, — быстро сказала Арина Андреевна, — Скарлетт, милая, побыстрей, пожалуйста!

Меня немного раздражала эта спешка. Я запихнула свои вещи в сумку и встала со стула. Замдекана неуклюже пошла к двери, я за ней.

— Скарлетт, Анастасия Павловна просит, — начала было блондинка говорить, когда мы ступили за пределы кабинета, но…

— Арина Андреевна, кажется они подъезжают, — заместительницу декана перебивает неприятный женский голос.

К нам приближается секретарь.

— Я сейчас, — тараторит женщина, — так вот, Анастасия Павловна просит тебя помочь ей, сегодня какой-то важный музыкальный конкурс в ДДТ, она поехала туда с участниками, а с костюмами неполадка вышла и они остались в университете, не могла бы ты отвести их ей? А к нам, как назло, комиссия приехала, — нервно засмеялась Арина Андреевна, — Мы снимем тебя с пар…

Я не любитель пропускать занятия, даже по важной причине. Тем более тащиться на метро до ДДТ перспектива не самая лучшая. Но я представляю в каком расстройстве сейчас Анастасия Павловна. И портить отношения с завучем…

— Хорошо, я отвезу.

— Спасибо большое, милая…

***

Черт! Как мне хочется врезать кому-то! Черт-черт-черт! Это худшая поездка за всю мою сознательную жизнь!

Мне вручили два огромных черных мешка, казалось, что они весят больше чем я. Все люди, которых я встречала на пути, странно на меня смотрели, будто думали, что я тащу чьи-то хладные трупы.

Как только я покинула стены университета, так сразу же пошел ливень. До ближайшей станции было недалеко, но, как назло, самый пик дождя пришелся именно на то время, пока я шла до метро. Мои волосы превратились в отвратительные без объемные сосульки, а пальто стало тяжелым.

Вагон оказался переполнен, меня прижали со всех сторон, мне стало жарко. Слева стоял мужчина, от которого пахло просто «прекрасно», так «прекрасно», что у меня даже начало резать глаза. Справа тучная женщина с сумками, она наступила мне пару раз на каждую ногу, от чего мои сапоги стали выглядеть, как два куска грязи, при этом она даже умудрилась сделать мне замечание по поводу моих мешков. Замечательно!

Когда же я, наконец, добралась до ДДТ, то какой-то парень толкнул дверь прямо на меня, я не смогла ее поймать, так как руки были заняты огромными мешками, пришлось выставить коленку. Эта деревянная махина с огромной силой ударила меня по ноге, поставила огромную стрелку на колготках и содрала слой кожи. Чудо-поездка!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 7 или Нельзя сравнить с чём-то милым или красивым...

— Скарлетт, — радостно закричала Анастасия Павловна, когда я зашла в гримёрку.

Переступив порог, я сразу почувствовала запах старой косметики, духов и пыли. Маленькую комнатку видимо редко проветривали, поскольку здесь было очень жарко и душно. Первое, что бросилось мне в глаза, это кожаный, потрепанный черный диван, на котором как раз и сидела Анастасия Павловна. Так же в гримерке находилось большое зеркало, вокруг которого были развешаны шесть ламп, две из них нуждались в замене. Также пара стульев, шкаф, ширма, обтянутая дешевой, лоснящейся изумрудной тканью, торшер. Мне сразу не понравилось это место, и где-то отдаленно в душе я почувствовала зарождение клаустрофобии.

— Здравствуйте, вот ваши костюмы, — сдержанно проговорила я и, шурша бахилами, прошла к дивану. На него я сложила два своих огромных мешка и невольно почувствовала облегчение.

— Спасибо большое, ты так нас выручила, — улыбнулась мне Анастасия, — правда, Сонь? — женщина обратилась уже к блондинке, которая тоже находилась в комнате.

— Да, — кивнула Соня.

Я узнала эту девушку, она вместе со мной посещает уроки вокала в университете. Судя по всему, она сегодня участвует в каком-то музыкальном конкурсе.

Соня сидела на стуле перед зеркалом, ее белокурые волосы были уложены в красивую высокую прическу, украшенную маленькими искусственными цветами. Идеально выведенные губы, точно очерченные скулы, распахнутые глаза — над лицом девушки явно постарался профессионал. Единственное, что немного удивило меня, это цвет лица, он был мертвенно бледным. Я пригляделась, возможно просто визажист переборщил с косметикой.

— Бог мой, Скай, ты совсем промокла, посиди немного с нами, погрейся, — преподавательница по вокалу снова привлекла к себе мое внимание.

Сегодня Анастасия выглядела иначе, на ней не было привычной юбки карандаш, её заменили тёмно-синие джинсы, а за место повседневной блузки оказался белый крупной вязки свитер. Лицо её было такое же живое, как всегда.

После слов брюнетки я сразу же перевела глаза на зеркало. Бог ты мой! Я выглядела ужасно! Мои волосы потеряли всякий объём, они стали волнистыми, но эти волны нельзя было сравнить с чем-то милым или красивым, тушь частями оказалась под глазами, щеки покраснели от интенсивной прогулки. Пальто было мокрым насквозь, от чего стало очень тяжелым, подол недлинного строгого платья немного намок и стал темнее на пару тонов, на коленке уже выступила кровь сквозь рваные колготки. Прекрасно.

Я сняла пальто и села на диван, поспешно вытирая тушь из-под глаз. Анастасия Павловна встала.

— Пойду точно узнаю о начале шоу, хотя есть еще полтора часа, но всё же, — оптимистично предупредила она нас, затем посмотрела на Соню, — девочка моя, ты такая бледная, волнуешься?

— Нет-нет, Анастасия Павловна, все нормально, — поспешно объявила блондинка. Я заметила, как её тело напряглось. Не понимаю, с чем это связано?

Брюнетка вышла из комнаты, оставив нас в тишине. Стало неловко. Я быстро начала переводить взгляд с одного на другое, пытаясь найти тему для разговора. В мое поле зрения попали два мешка с костюмами, которые я сама притащила сюда.

— Почему их два? — не успел этот вопрос сорваться с моих губ, как дверь гримерки резко открылась. И мои ошарашенные глаза встретились с темным взглядом карих глаз.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 8 или Беги, спасай...

Я резко вздохнула и замерла. Сначала во взгляде Кристиана промелькнула некая тень интереса, затем появилась привычная презрительность. Он зашел в комнату и громко закрыл дверь.

Кафф был одет в синие обтягивающие джинсы, которые на правой коленке имели порез, в черную, большую толстовку, которая буквально висела на парне, на вид казалось будто она тонкая, почти невесомая, но очень мягкая. Я словила себя на мысли, что хочу дотронуться до ткани. Рукава были закатаны до локтей, оголяя руки и напоминая о том, что Кристиан имел немалое количество тату. Я обратила внимание на его запястья, на каждой из них выделялась кость, это пугало и притягивало одновременно. На ногах его красовались черные кеды на идеально белой подошве.

— Ты готова, Софа? — все еще презрительно рассматривая меня, отстраненно спросил Кафф. Я и забыла его голос, хриплый и рычащий. Внезапно мне стало прохладно и я почувствовала легкий озноб.

— Меня зовут Соня, — тонкий слабый возглас.

Я вздрогнула и взглянула на девушку. Тихий голос заставил меня всмотреться в её лицо сильнее. Блондинка стала еще бледнее. Я резко встала с дивана, сама не осознавая, что именно меня беспокоит.

— Сонь, все нормально? — я сделала маленький шаг к ней.

— Есть надо больше, тогда и будет все нормально, — раздраженно сказал Кристиан.

Я злобно посмотрела на него.

— У тебя видок, кстати, тоже не из приятных, будто все утро трепали, — высказался Кафф с интересом рассматривая мою ногу, которая, наверно, уже представляла из себя небольшое месиво из крови, синей кожи и рваных колготок.

У меня пропал дар речи. Да как он смеет?! Я почувствовала, как медленно разливается по моему телу жгучая злоба, которую почти невыносимо держать в себе. Я шумно втянула воздух и уже полностью повернулась к нему. Кристиан смотрел на меня так невозмутимо, будто не сказал ничего такого, за что мог бы испытывать дискомфорт. Какое он имеет право? Кто он вообще такой? Никто! Пусть Марии высказывает по поводу ее внешности, но ни как не мне и не кому другому. Жалкий, самовлюбленный идиот!

— Меня абсолютно не волнует твое мнение, — четко проговаривая каждое слово сказала я.

Глаза Каффа блеснули, а уголки губ немного дернулись вверх.

— Послушай, может пригодится, — он пристально посмотрел мне в глаза и сделал пару шагов ко мне, будто это приближении могло убедить меня в чем-то.

Я злобно всматривалась в его лицо, которое так и сияло самоуверенностью и нахальством. Я уже открыла рот, чтобы ответить, как услышала глухой удар об пол. За секунду я действительно почувствовала будто меня обдало холодной водой. Я еще не поняла все окончательно, но уже смутно догадывалась. Повисла тишина.

— Беги, спасай подружку, — с какой-то мрачной иронией изрек Кристиан, не разрывая со мной зрительного контакта. Я почувствовала тошнотворное ощущение страха и медленно обернулась.

На полу без сознания лежала Соня. Электрический разряд прошелся по моему телу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 9 или Это не чушь...

— Боже, — глухо выдохнула я и на ватных ногах ринулась к девушке.

Мне сложно было совладать со своими конечностями. Я на несгибаемых коленях присела рядом с блондинкой. Мои трясущиеся руки обхватили белое, как снег, лицо Сони. Она была холодной. Как мне помочь ей?

— Соня! — я слегка сжала её плечи. Девушка лежала неподвижно.

Я резко вскочила и побежала к дивану, на котором все еще лежало мое сырое пальто. Еле нащупав в кармане телефон, я достала его. Непослушными пальцами быстро листала контакты. Где чертова скорая?!

Вдруг опомнившись, я замерла, а затем медленно подняла глаза. Совсем забыла о человеке, который последние пару минут тяготил меня своим присутствием. И сейчас я будто снова почувствовала его тяжелый взгляд. Кафф скучающе смотрел на меня. Его глаза, будто клешни, вытягивали из меня энергию. Что с ним не так? Почему он не двигается? Где страх или хоть какие-то эмоции в его темных глазах?

— Ты чего стоишь?! — буквально заорала я. Мало того, что мое сердце бешено стучало от страха, так внезапная сильная ярость окончательно выбила меня из колеи.

— А что мне делать? — такое неподдельное удивление в его голосе в дребезги разбило мое самообладание.

— Помоги ей! — я не капли не сбавила тон, всё также кричала, всматриваясь в его лицо, стараясь найти там хоть что-то.

— Я не виноват в том, что она решила превратиться в анорексичку, — холодный, невозмутимый голос Кристиана. Вся его фигура показывала безучастное отношение к сложившейся ситуации. Ему было плевать.

Я в шоке уставилась на него. Что он только что сказал? Что это, мать его, было? Я моргнула, все еще не понимая, шутит он или нет. Но всё же ко мне пришло осознание. Он ничего не станет делать, просто не хочет, ему всё равно! После понимания всего это мне стало дурно, я почувствовала как бремя ответственности за состояние Сони полностью легло на мои плечи.

— Ты ненормальный, — спустя пару секунд выдохнула я, — ты псих, — мой голос был грудным, безэмоциональным, обреченным, — чертов псих!

Безразличность Кристиана испугала меня. Как он может рассуждать над поступками Сони, когда она лежит без сознания, когда её жизни угрожает опасность. Меня передёрнуло.

Я отвернулась и, наконец, набрала номер скорой. Спустя минуты объяснений происходящего мне удалось отключится. Ненавидящими глазами я взглянула на Каффа, и выбежала из гримерки в поисках Анастасии Павловны.

Было ощущение, что Кристиан действительно не понимает то, почему я злюсь. Чокнутый.

***

Спустя пятнадцать минут мне довелось стать свидетелем жуткой картины, как из гримерки на носилках вынесли расстроенную Соню, она лежала почти не подвижно, но уже в сознании. Мое тело бил легкий озноб.

Анастасия Павловна выяснила все, что только можно, у врачей, а теперь стояла с отрешенным выражением лица.

— Бедняжка, совсем замучила себя диетами, — грустно сказала она.

— Дура, — Кафф сказал это таким тоном, словно каждый в этой комнате мог согласиться с ним.

— Тебе не надоело нести всякую чушь, Кристиан? — грубо сказала я, смотря точно на него. Как же он раздражал меня.

— Это не чушь, она действительно глупая, раз решила заморить себя голодом, — сдерживая свой голос, чтобы не кричать сказал Кафф, — а ты попробуй поспорить со мной!

Моя апатия постепенно сменялась нарастающей злобой. Я открыла рот, чтобы ответить.

— Хватит, — громкий голос Анастасии Павловны, напомнил о её существовании.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 10 или Сучка...

— Успокойтесь оба, — спустя секунду раздраженно повторила она и устало присела на краешек дивана, — а ты, Кристиан, лучше бы подумал над тем, что нам делать с выступлением, вместо того, чтобы пререкаться со Скарлетт!

— Да плевать на это чертово выступление, — уже не сдерживая эмоций, рявкнул Кафф, — если оно отменяется, то я пошел!

— Стоять, — преподаватель вскочила с места и быстрым шагом направилась к Каффу, который уже был возле двери.

Анастасия Павловна, хоть и прервала нашу ругань с Кристианом, сама была ничуть не лучше, постоянно спорила с Каффом по надобности и без. Было не ясно, что именно толкало женщину на эти действия — ее вздорный характер, ее сравнительно молодой возраст или что-то, что связывало их вне общения «учитель-ученик». Но видно, что все-таки было то, что побуждало преподавателя снова и снова цеплять Кристиана, затрагивать его проблемы, постоянно напоминать, что имеет некую власть над ним.

Эти обстоятельства не ускользнули и от меня. И порой одолевало не поддельное любопытство, что же все-таки объединяет этих людей. Но с подобным любопытством я легко справлялась, как, например, сейчас.

Эти двое ругались уже пару минут. Я все это время переминалась с ноги на ногу, стоя у дивана. Поручение, данное мне, было выполнено и больше не что не держало меня в этом душном месте. Я подхватила свое пальто и направилась к двери.

— Анастасия Павловна, — громко позвала я, — я ухожу, хорошо?

Женщина подняла на меня, еще не остывший от метания молний, взгляд и сухо кивнула.

Когда я уже надавила на ручку, чтобы открыть дверь, меня окрикнули.

— Нет, погоди, Скай, — громкий голос преподавателя не предвещал ничего хорошего.

Я резко втянула в себя воздух и медленно обернулась.

Анастасия Павловна около секунды рассматривала меня.

— Я не слышала тебя, — задумчиво сказала она.

— Что? — мои брови непроизвольно приподнялись.

— За все уроки вокала, которые провела, я ни разу не слышала твое пение, — задумчиво проговорила Анастасия Павловна и медленно двинулась ко мне.

Краем глаза я заметила, как лицо Костова слегка повернулась в мою сторону. Мне стало не по себе. Разумеется, уже ясно, что хочет брюнетка.

— Думаю, ещё услышите, — тихо сказала я.

— Сейчас, — слишком громко, слишком настойчиво, слишком властно зазвенел женский голос.

— Я не могу, — быстро пролепетала я, — я не готова, — внезапно в моем голосе появились умоляющие нотки.

«Да, что со мной? В чем проблема? Просто спой!» — говорила я себе. Но это было невозможно, внезапно меня обуял дикий страх, что-то мешало мне.

Я давно не пела перед людьми — это единственная причина, с помощью которой я могла объяснить своё поведении.

— Не важно, просто пой, я знаю, ты умеешь, не пудри мне мозги, — пылко, даже со злостью высказалась Анастасия Павловна.

Её слова разозлили меня. Что возомнила о себе эта женщина? Только сейчас я обратила внимание на одну из самых ярких черт её характера — эгоистичность.

Если я не хочу петь, то не буду. Тем более вне стен музыкальной аудитории.

— Я не хочу сейчас петь, — спокойно проговорила я, хотя испытывала не малое раздражение.

— Adele — Skyfall, я слушаю, — голос, который не терпит отказа.

Она издевается? Всякий страх пропал, теперь осталось лишь раздражение, которое скоротечно превращалось в злость.

Я услышала то ли кашель, то ли смех Кристиана, попыталась проигнорировать его.

— Нет, я не могу, — я решила любыми способами отвертеться от преподавателя.

— Тогда Sia — Chandelier, — все тоже противное спокойствие на светлом лице.

Нет, конечно нет.

Анастасия Павловна буквально дразнила меня. Она так и говорила глазами: «Что? Сложно, да?»

Сучка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 11 или Я всегда должна...

— Вы издеваетесь надо мной? — я искренне засмеялась.

— Выбирай, Скарлетт, — нетерпеливо протянула Анастасия Павловна.

Она когда-нибудь отстанет от меня?!

— Хорошо, — не выдержала она, — пусть это будет Sia!

— Нет, Анастасия Павловна, я не буду, — произнесла строго я. Не стану ей потакать. "Очень профессионально" с моей стороны.

Взгляд преподавателя померк. Она вздохнула и прошла в сторону дивана, затем устало поправила свои черные волосы и села. Кажется, она сдалась. Я удивилась.

— Я не знаю, что делать, — наконец проговорила женщина, — до конкурса осталось меньше часа, а у нас считай ничего не готово, женскую партию петь некому, ректор меня убьёт, — она шумно выдохнула и дотронулась рукой до лба. Ее фигура сгорбилась и уменьшилась. Преподаватель потерла глаза.

Мне стало не по себе. Я почувствовала стыд за свою детскую упёртость. Стыд за то, что я не захотела петь, лишь потому, что в комнате был Кристиан. Да, именно это была настоящая причина, а не мои ложные выдумки. Не стоило мне врать самой себе. Дело было даже не в том, что Кафф меня смущал, нет! Скорее в том, что его голос поверг тогда меня в шок, он удивил и восхитил. Но так же заставил усомниться в себе, в своих возможностях.

Эта глупая слабость разозлила меня. Я всегда должна быть уверена в себе! Всегда!

Я перевела свой рассеянный взгляд на Кристиана и в сотый раз была поражена. На его губах играла усмешка, его явно веселило производящее. Как он может быть доволен, когда Анастасии Павловне плохо? Кретин.

Кафф поймал мой взгляд, его противная усмешка увеличилась. Он слегка встряхнул головой, видимо по привычке, от чего прядь волос упала на лоб. Теперь его пронзительные и наглые глаза были слегка прикрыты. Меня очень взбесили эти черные волосы, которые, как завеса, закрыли надменно насмешливый взгляд. Они спрятали Каффа, спрятали от меня, от моего взора, от моей злости. Трус. Мне захотелось убрать их прямо сейчас, остричь, повыдирать к чертям. Я быстрее отвела взгляд, чтобы не воплотить задуманное в жизнь. Сделала пару шагов к дивану. Мне стало жаль Анастасию Павловну, ведь она не виновата в болезни Сони и совершенно не заслужила выговор от ректора.

— Не расстраивайтесь так, если хотите, то я вам спою, — с трудом проговорила я. От собственных слов у меня перехватило дыхание, я представила, что мне придётся петь под надзором этого идиота.

Когда последнее слово сорвалось с моих губ, я услышала хриплый смех за спиной. Чувство раздражения камнем свалилось на мои плечи, я буквально почувствовала тяжесть.

— Браво, — раздались нечастые хлопки, — Настюш, твои актерские таланты явно подросли за эти годы, — грубый, полный сарказма голос Кристиана. Я кинула на него злобный взгляд.

— Помолчи, Кафф, — хмуро сказала Анастасия Павловна и подняла голову, — радуйся, что Скарлетт почти согласилась нам помочь.

Мое сердце застучало быстрее. Я не соглашалась. Сказала, что лишь спою…

— Я же сказал, что мне похуй на грёбанный конкурс, — закричал он, — хватит меня постоянно приплетать!

— Успокойся, — разгоряченно проговорила женщина.

Эти двое начинали меня порядком раздражать. Я уже готова была плюнуть на весть этот дурдом и уехать. Было ощущение, что в маленькой комнате закрыли трех упертых детей, которые ни как не могут решить, кто из них лучше. Меня забавлял тот факт, что саму себя я тоже причислила к этим детям.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 12 или Ты не нормальная...

Я громко кашлянула, чтобы привлечь внимание. Две пары глаз злобно уставились на меня.

— Прости, милая, — быстро исправилась женщина, — давай же, пой, пожалуйста, — зеленые глаза преподавателя потеплели.

Я спокойно осмотрела комнату. Обстановка все ещё угнетала меня. Кристиан прошествовал к дивану, сел и застыл в ожидании. Парень бесцеремонно рассматривал мой внешний вид, его взор скользил от моих растрёпанных волос до содранного колена. Его лицо выражало скуку и безучастность. Он вёл себя, как профессионал оценивающий дилетанта-любителя. Мне стало не по себе. Пусть засунет куда подальше своё гребанное мнение.

— Skyfall? — не громко спросила Анастасия Павловна.

— Да, — я кивнула и облизала губы. Сердце застучало чаще.

И я начала тихо хлопать в ладоши. Один. Два. Три. Мои хлопки ели уловимым эхом отражались от стен. Анастасия Павловна и Кристиан молча смотрели на меня. Когда я, наконец, создала нужный ритм, то запела.

This is the end.

Hold your breath and count to ten.

Как только я открыла рот, то мой голос мгновенно изменился. Он перестал быть спокойным и ненавязчивым. Мое пение стало более грубым, сильным, оно будто шло не из моего горла, а прямо изнутри, каждая частичка моего организма способствовала его созданию. Я не знаю с чем это связанно. Эту особенность заметили еще в детстве. Мне всегда говорили, что мой голос и мой возраст противоречат друг другу.

Feel the Earth move and then,

Hear my heart burst again.

Я чувствую, как выливающие из меня слова строчкой за строчкой заполняют каждый угол этой унылой комнаты, я чувствую, как они бегут по стенам и разливаются по полу, как невидимые волны.

For this is the end.

Iʼve drowned and dreamt this moment

Порой мне кажется, что звук во мне, слишком большой, будто он требует свободы, хочет вырваться. Словно мое тело непомерно крохотное для всей величины хранимого в нем голоса.

So overdue I owe them.

Swept away Iʼm stolen.

Воображаемая музыка в моей голове понемногу увеличивала свой ритм. И этот ритм волновал и вдохновлял что-то внутри меня. И, о Боже, как приятно было петь в этот момент, да и в любой другой! Я в сотый раз поняла насколько это важно, важно для моей души, моего мира, для всей моей внутренней сути. В животе трепетало.

Let the sky fall.

When it crumbles

We will stand tall,

And face it all together.

Я отдалась воображаемому мотиву песни. Еле сдержала себя от покачивания в такт. Все в глубине меня бурлило и бастовало. Эмоции, накопленные за куплет, наконец, в припеве смогли вырваться наружу. И все эти чувства вызывали у меня дикое счастье, любовь к жизни. Я напрочь забыла о мелких проблемах, типа пораненной коленки или мокрого пальто. Мне стало плевать. Была лишь я и голос, звеневший в моих ушах.

Открываю глаза и только сейчас понимаю, что они были закрыты. Черт! В гримерке стоит полная тишина. Мне стало дурно.

— Ты ненормальная, — хрипло сказала Анастасия Павловна.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 13 или Она знала...

После её слов меня будто окатило ледяной водой. Мои ресницы трепетали. Я не могла отделаться от внезапного шока. Что она хочет этим сказать? Почему я не нормальная? Комок ужаса постепенно подступал к моему горлу. На лице женщины было восхищение или отвращение? Мне было сложно спокойно реагировать по известной причине, находящейся в этой коморке. Неожиданно я почувствовала себя очень уставшей, из-за чего попятилась назад и села на стул у зеркала.

— Крис? — внезапно нежный и мягкий голос преподавателя, она положила свою руку ему на плечо и аккуратно сжала его.

Я, ничего не соображая, повернула голову в сторону Каффа. Он сидел неподвижно, с первого взгляда парень выглядел обычно, немного опушённые плечи, спокойное лицо, расслабленный вид, но когда я посмотрела на его руки, то ужаснулась. Буквально еле удержалась, чтобы не вскрикнуть от страха, который внезапно одолел меня. Костяшки и пальцы рук Кристиана побелели так сильно, что на фоне черного дивана сразу кидались в глаза. Он сжимал кулаки, по всей видимости, уже давно, судя по цвету пальцев. На руках вздулись вены, сжатые кулаки не давали нормально циркулировать крови. Одной рукой Кафф вцепился в диван, словно пытался удержать себя на месте. По моему телу прокатился холод. Он смотрел в мою сторону, но не на меня, взгляд был отрешенный, карие глаза глядели сквозь меня, в никуда.

— Крис, — снова повторила брюнетка, она погладила его по плечу, словно успокаивая. Её взгляд был напряженным и сожалеющим, женщина словно боялась Каффа, его реакции.

Что происходит? Причём здесь Кристиан? Пела ведь я.

Кристиан вздрогнул, будто пробуждаясь ото сна. Его тёмные глаза прояснились. Он резко вскочил и грубо стряхнул руку Анастасии Павловны со своего плеча. Кафф, долго не думая, быстро направился ко мне. Всего за пару шагов парень сократил расстояние между мной и ним. Я испуганно затаила дыхание. Его руки обрушились на подлокотники моего стула с огромной силой. Я вжалась в спинку. Он оперся о них и карие глаза оказались максимально близко к моим собственным. Кровь прилила к лицу, я почувствовала, как сердце застучало с невероятной скоростью. Взгляд Кристиана пылал, его лицо, обрамлённое густыми черными волосами, было искажено даже не злостью, нет. Это что-то большее, намного масштабнее обычной злости, что-то сильное и глубокое. Огромная, яростная, всепоглощающая ненависть. Всё происходило за считанные секунды. Мне захотелось закрыть лицо руками, потому что в какой-то момент показалось, что он сумеет ударить меня. Но мои мысли к счастью не сбылись. Я услышала и одновременно почувствовала, как Кафф резко втянул в себя воздух. Его почти трясло от гнева и неясного отчаянья.

— Этого не может быть, просто не может! — чётко проговаривая каждое слово, сказал Кристиан, он словно внушал это мне и себе, — ты, жалкое существо, как смеешь?.. — последние слова я лишь смогла прочесть по губам. Он с таким упреком и ненавистью смотрел мне в глаза, что я не могла спокойно дышать, его эмоции заполняли все вокруг, я почти задыхалась.

Кристиан снова был будто в трансе. Его лицо представляло собой гремучую смесь различных эмоций и чувств. Было трудно за ними уследить, тем более, когда сама на грани срыва. Кафф рывком отстранился от меня, его шатнуло, он обернулся и посмотрел на Анастасию Павловну, теперь главной его эмоцией был шок. Кристиан отвернулся и быстро зашагал к выходу.

— Кристиан, она не виновата, — слишком жалобно сказала ему в след Анастасия Павловна.

Кафф резко остановился и со всей силы ударил кулаком в стену рядом с дверью. Я дёрнулась. Он развернул всю свою фигуру к нам.

— Нет, Настюш, она виновата, она специально, она знала, я уверен в этом, — слова сбивчиво срывались с его губ.

Я заметила, что с его дыханием тоже не все в порядке. А его пальцы разжимались и сжимались в кулак. Затем он вышел из гримерке, громко стукнув дверью.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 14 или Воспоминания заглушали всё остальное...

***

Я заварила себе чай, взяла лимон и села за стол на кухне. Спокойно уставилась в окно. Погода сегодня была жуткой, но мне нравилась. Ветер шумел и завывал целый день. Он кружил в маленьком урагане пыль на дорогах, рвал и метал листья на деревьях, клонил верхушки даже самых крепких из них к земле.

И снова, когда я осталась наедине со своими мыслями, моё сознание наполнилось воспоминаниями, которые я теперь часто буду воскрешать в своей памяти.

...

Вспомнив все это снова, до мельчайших подробностей, я охнула и закрыла глаза. Со дня этого разговора прошли дни.

Я похожа на маму Кристиана. Я напомнила ему о его горе. Не представляю, как это выглядело в его глазах. Я, как и все остальные, словно издевалась над ним. Для него все так и было. Он решил, что я специально сделала это. Как бы это глупо не звучало, для него это так и есть.

Я сжала пальцы вокруг пустой кружки. Она совсем остыла. Я, словно во сне, встала и направилась к раковине. Воспоминания заглушали все остальное.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 15 или Назад дороги нет...

Сколько можно? Пусть всё это уйдёт из моей головы, испариться! Как же надоело думать! Я уже десять минут пялилась в монитор компьютера, пытаясь сделать хоть одну лабораторную по информатике. Без особого успеха! В мою голову лезла лишь одна сцена…

— Анастасия Павловна, не старайтесь, ничего не выйдет, он не придёт, — спокойно говорила я, пока преподаватель крутилась во круг меня, пытаясь привести в презентабельный вид.

— Молчи, — сорвалось с губ брюнетки, — просто молчи, я говорила с ним, он должен прийти, либо его ждут проблемы в университете!

— В связи с последними событиями, я его проблема, — спокойно проговорила я.

— Так, Скарлетт, послушай, — Анастасия Павловна строго смотрела на меня, — я больше не буду тебя упрашивать. Ты сама записалась в мою музыкальную группу, а выступление — это неотъемлемая часть наших занятий, ты прекрасно знаешь это. Рано или поздно тебе бы пришлось выступать, — закончила она, не отводя глаз.

Она права. Я это прекрасно знала, но если бы дело было только в выступление… Всё намного сложнее. И самой большой сложностью являлся чертов Кристиан! Почему мне суждено было вляпаться в это дерьмо?!

— Я забуду слова, — выдохнула я, хмуро смотря на неё.

— Ты знаешь их, сама сказала, — чётко проговорила Анастасия Павловна.

Я закусила губу. Зачем я это сказала? Конечно же за тем, чтобы поддержать Анастасию Павловну. Гребанная я Мать Тереза! Вечно лезу не в свое дело.

Женщина расстегнула один из черных мешков, которые я принесла, и достала белое платье. Оно выглядело весьма неплохо. Очень легкое, почти невесомое. Юбка в пол, белые воздушные волны ткани спускались от самой талии, а верх совсем простой — неглубокий вырез и короткие рукавчики. Я подняла руки и преподаватель аккуратно надела его на меня. Я почувствовала легкое стеснение. Как оказалось, платье было мне узко. В бёдрах это было не сильно заметно, потому что юбка была свободного кроя, а вот в груди сказалось.

— Ну вот, платье не сходится, надо все отменить, — меня снова охватила волна раздражения, злости и небольшой паники. Этого стоило ожидать, Соня действительно немного меньше меня в объёмах.

— Успокойся, — произнесла женщина. Она полезла в мешок и достала длинную белую накидку к платью.

— Прикроем не сошедшийся замок шалью? — иронично спросила я. Сегодня определенно мой день.

— Почему нет? — наивно спросила Анастасия Павловна.

Я шумно сглотнула. Нужно просто глубоко дышать и злость пройдет.

***

Я стою босиком за кулисами и смотрю на выступающих. Внутри все сжимается. Кафф не придёт. Ему это не нужно. Он делает, что хочет и когда хочет. Не то, что я — слабохарактерная дура! Не могу сказать простое: «Нет!». Я уже сотню раз пожалела, что согласилась помочь. Его жгучий взгляд не выходил у меня из головы. Черные, злые или даже безумные глаза. Миллионы мурашек побежали по спине то ли от холодного пола, то ли от собственных мыслей. Я напряжённо всматривалась в противоположенную кулису, откуда, как сказала Анастасия Павловна, должен был выходить Кристиан. Его там не было. Это было неудивительно, он и не появится. Мелодия выступающих уже подходила к концу, спокойные звуки всё утихали и утихали. И с этой кульминацией у меня в груди сердце стучало всё сильнее и сильнее. Глупая, я невероятно глупая! Зачем мне всё это?!

Когда я уже была готова уйти, что-то светлое появилось в противоположенной кулисе. Я долго смотрела во тьму, не веря своим глазам. Это был Кристиан. Его белая свободная рубашка выделялась на темном фоне. Он стоял, как и я, босиком, на нем были черные в обтяжку джинсы. Рубашка расстёгнута на несколько пуговиц. Кафф спокойно стоял, засунув руки в карманы, его голова была опущена к груди, из-за чего черная челка свисала на глаза. Его фигуру освещали блеклые софиты, горевшие на сцене. Почему-то у меня захватило дух от такого зрелища. Картина передо мной будто была вырезана из новенького фильма ужасов. Я попыталась перебороть страх, но это плохо вышло. Мои руки тряслись. Казалось, что Кристиан вот-вот поднимет голову и его глаза блеснут дикой злобой с отливом красного. Нас объявили. Назад дороги нет. Я ступила дрожащей ногой на сцену.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 16 или Помнит о существовании...

— Привет, — улыбнулся светловолосы парень, шедший на встречу.

— Привет, — я вежливо кивнула в ответ.

— Кто это? — с любопытством спросила Кира, когда юноша прошёл мимо нас.

Мы с Бергер шли на лекцию по истории.

— Не знаю, — хмыкнула я, — кажется, он ходит со мной на вокал.

— Нужно поспешить, осталось совсем не много времени до пары, — проговорила одногруппница и ускорила шаг. Я последовала её примеру.

Мы вошли в лекционную аудиторию. Мне в глаза сразу кинулась небольшая компания на самом последнем ряду. Кристиан Кафф живо беседовал с двумя милыми девушками, сидевшими перед ним. Он дотронулся до своего лба, затем пропустил чёлку между пальцев и откинул её с лица. Я отвела взгляд. Не хватало ещё с ним глазами встретиться. И так проблем предостаточно с его персоной.

Мы подошли к Нике, которая, как обычно, выглядела слегка отстраненной, а с этим свои каре и вовсе была похода на эльфийку.

— Привет, как дела?

— Привет.

— Ты принесла мне конспекты по социологии? — сразу спросила она у Киры.

Девушки заговорили о домашнем задании и о дополнительной работе по этому предмету.

— Так что на счёт сегодняшнего вечера? — вдруг протараторила Кира.

— А что сегодня? — я с интересом посмотрела на девушек.

— Точно, Скай, забыла сказать, сегодня Виктор устраивает вечеринку в честь начала учебного года, ты пойдёшь? — оживилась Бергер.

— Начнём с того, кто такой Виктор? — приподняв бровь в недоумении, спросила я.

— Ты не знаешь его? — удивилась моя одногруппница.

— Ух, многое теряешь, — засмеялась Ника и помахала на себя рукой, как веером. Кажется, намекая на то, что он очень горячий.

Кира резко повернулась назад. Её длинные каштановые волосы с фиолетовым амбре разметались по плечам.

— Хэй, Добровольский, — крикнула она своим высоким голосом. За пару рядов от нас какой-то парень поднял голову.

— Тише, Бергер, иначе от криков горло надорвёшь, — его губы растянулись в лукавой улыбке, пока карие глаза небезучастно кочевали от одного из наших лиц к другому.

— Знакомься, это Скарлетт, Скарлетт — это Виктор, — быстро проговорила Кира.

Секундная пауза. Острый взгляд. Довольная усмешка на губах.

— Рад знакомству, — произнёс наконец-то он.

— Взаимно, — мои губы растянулись в не менее наигранной улыбке.

Случайно я взглянула за спину Виктора и встретилась с пристальным взглядом черных глаз. Внутри все похолодело. Обыденная реакция на него. Я попыталась дышать медленнее, чтобы не показаться нервной, но это плохо получилось. Кажется, моё тело даже тряхануло под его тяжелым взглядом. Кафф не посмотрел в мою сторону ни разу с того дня, что уж там говорить, я его на расстоянии ближе чем пять метров не видела. Это был первый раз, когда я заметила, что он все-таки помнит о моем существовании. Лучше бы не замечала. Я быстро сфокусировала взгляд на Добровольском.

— Вы, все трое, придете сегодня, верно? — Виктор смотрел на Киру.

— Я не упущу возможности надоесть тебе, так что не переживай, — спокойно произнесла Бергер.

Теперь я поняла о чем говорили Кира и Ника. Виктор Добровольский чертовски красив. Ему прямая дорога в инстаграмеры или в бойз-бенд. Правильные черты лица, немного вздернутый милый нос, карие глаза, прямые каштановые волосы с густой слегка ниспадающей на глаза чёлкой. А ещё ему идёт белый цвет и он явно знает об этом. Мало того, он, кажется, и характером удался. Дерзкий и милый одновременно. Кнут и пряник. То, что нужно всем особям женского пола. Но, думаю, ничего хорошего от него не жди.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 17 или Рад знакомству...

В этот вечер Ника заехала за нами. Как выяснилось, наша эльфийка не пьёт алкоголь вообще. Этот факт показался мне интересным. Ведь, на самом деле, я почти не знала своих одногруппниц. Эти полтора месяца, что мы учимся вместе ещё не дали мне полной информации. А этот вечер был хорошим поводом узнать их по лучше.

Сегодня я надела бордовое короткое платье в обтяжку, белые кеды и укорочённую косуху.

— Хочу предупредить, что с Добровольским нужно быть поосторожнее, он не такой милашка, каким кажется, — внезапно затараторила Бергер в унисон с музыкой, льющейся из колонок автомобиля Ники. Меня не удивили её слова, ведь он и вправду не внушал доверие.

— Кира, а ты давно знакома с ним? Откуда ты знаешь? — с интересом в голосе спросила Ника, которая сосредоточенно следила за дорогой.

Я взглянула на Киру.

— Мы знакомы с первого класса, поэтому и знаю, — со смехом сказала она, — он тот ещё кретин.

Машина, наконец-то, сбавила ход. Я взглянула в окно.

— Ничего себе, — простонала Ника, выходя из авто.

Дом, оказавшийся перед моими глазами, был шикарен. Три этажа, огромный двор, обрамлённый небольшим кирпичным заборчиком, милые клумбы, усаженные множеством кустов розы. Ярко сияющие окна, громкая музыка и множество машин свидетельствовали о идущей вечеринке.

— В наш университет берут только поп-звёзд, фотомоделей и мажоров? — спросила я, рассматривая все это великолепие.

— Похоже на то, — хмыкнула Ника и направилась к дому.

Бергер постучала в дверь. Та моментально отворилась. Перед нами предстало идеальное лицо Виктора. Он что красит ресницы? Почему они такие длинные?

— О, дамы, рад встречи, — он широко улыбнулся, — я ждал только вас, — хмыкнул парень.

— Да-да, конечно, верю, — Кира прошествовала мимо него в толпу, будто находилась у себя дома.

Добровольский был одет в синие джинсы и белую рубашку с закатанными рукавами. Его руки не украшала ни одна татуировка, но они от того не выглядели менее привлекательно.

— Проходите, — Виктор улыбнулся и слегка коснулся языком своей нижней губы. Хорошая привычка для тех, кто имеет чертовски сексуальный рот. Да, и такое бывает.

Хозяин дома отошёл от прохода, чтобы дать нам пройти.

Я и Ника вошли в дом. Народу было очень много. В основном ребята с нашего университета, что в какой-то степени радовало.

— Ещё раз рад знакомству, Скарлетт, — негромко произнес он, смотря мне в глаза.

Мне показалось странным, что он произнёс это так тихо. Я обернулась. Черт! Где Ника? Вот этого я боялась больше всего, когда шла на вечеринку не с друзьями. Я немного растерялась.

— Ты выглядишь очень достойно, — зачем-то добавил Добровольский и облокотился о стену рядом со мной.

— Достойно значит? — приподняла бровь я, — достойна чего?

Этот парень не заставит меня смущаться.

— Достойна моего внимания, — лукавая улыбка осветила лицо Виктора. Вот о чем я и говорила. Скука. Повседневность. Предсказуемость.

— Прости, я не расслышала из-за музыки, — прокричала я, — и кстати, напомни своё имя.

Было очень приятно наблюдать, как его улыбка превращается в нечто странное. Сразу стало видно, что он понял, что всё я прекрасно слышала.

— Ну ты и сучка, — Добровольский засмеялся и оттолкнулся от стены.

— Ага, — я с улыбкой на лице ушла из-под его взгляда. Нужно найти Киру и Нику. Ну или хотя бы одну из них.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 18 или Ты у меня как на ладони...

Я медленно шла через толпу, ища взглядом своих спутниц. Это занятие поглотило меня так, что я даже не заметила, впереди стоящего, человека и благополучно врезалась в него. Точнее в неё, если судить по раздавшемуся визгу. Девушка обернулась и злобно посмотрела на меня.

— Прошу прощения, — хмуро говорю я.

Затем внимательно вглядываюсь в силуэты и понимаю, что девушка была не одна. По всей видимости я разрушила чьи-то объятия.

Фокусирую взгляд. Черт! Рядом с ней Кафф. Звезды сошлись.

— Пиздец какой-то, — выругался парень, — что тебе от меня опять надо?! — презрительно прорычал Кристиан и сильно сжал руку девушки в своей, та поспешила освободиться.

Меня возмутил его вопрос. Он задал его так, будто я действительно его преследую.

— Успокойся, Кафф, мне плевать на тебя, — я гордо вздернула подбородок и посмотрела ему в глаза. По телу вихрем прошёлся холод. Я поспешила пройти мимо, хватит с меня выяснения отношений с этим душевно больным. Чувство, как после контрастного душа.

Какой же Кафф — кретин! Само его существование буквально отравляет мне жизнь. Ещё и злосчастный изменщик! Где же его Мария? Почему он не с ней? Да потому что ему плевать на всех и вся! Пусть катится к чертям!

Спустя ещё пары минут моих поисков, я буквально нахожу подтверждение своим мыслям. Сначала мне на глаза попадается красная помада на губах, а затем уже и вся Мария. Она сидела за барной стойкой, что-то пила и злобно сверлила всех взглядом, включая меня. Что за день?

А вот и Ника. Девушка стояла возле стола с двумя нашими одногруппниками, они втроём спокойно попивали что-то.

— Ника, куда ты подевалась? — немного раздраженно спросила я и поздоровалась с парнями.

— Я думала ты шла сразу за мной, — спокойно ответила моя спутница.

Я не стала больше ничего говорить. Просто пора наконец-то повеселиться. Мне предложили выпить и я поддержала затею. Мы всей компанией плавно перебазировались на диван. Разговор шёл довольно энергично, мы обсуждали университет, преподавателей, студентов. Шутили и смеялись. Чуть позже к нам присоединилась и Кира со своими знакомыми. Спустя время мне захотелось выпить чего-нибудь и я подошла к столику.

— Что ты тут трешься? — неприятный женский голос.

Я поворачиваю голову. На меня смотрят блестящие от алкоголя глаза Марии. Помада немного смазана, а тёмные волосы растрёпанны.

— Что-то не так? — спокойно спрашиваю я. Но уже прекрасно понимаю к чему идёт дело.

— Да, не так, — девушка вальяжно выпивает из стакана, — ты и все, что с тобой связанно — не так! — на последнем слове она начинает кричать. Меня постепенно охватывает тревога. Мария пьяна.

— Мария, похоже тебе нехорошо, — пытаюсь спокойно говорить я, но глазами уже ищу хоть кого-то знакомого.

— Закрой свой рот! — она злится ещё больше и тянет свои рук и к моему рту.

— Эй, успокойся, — я откланяюсь.

— Какая же ты сука, — орет девушка и хватает меня за волосы.

— Мария, отпусти её, — две руки обвивают её талию и оттаскивают девушку от меня.

Я смотрю прямо и вижу чрезвычайно искаженное от злобы лицо Кристиана. То напряжение, которое постепенно наступало, теперь резко накрывает меня с головой. Чувствую панику. Что я делаю не так? Почему все злятся на меня? Он смотрит мне в глаза, прожигая изнутри своей ненавистью, но продолжает тянуть Марию от меня.

— Что тут происходит? — голос хозяина дома отвлекает меня. Виктор видимо подоспел с Кристианом.

Я все ещё удивлена поведением однокурсницы. О чем она вообще думала в этот момент? Нервно поправляю волосы.

— Скарлетт, успокойся, пошли со мной, — внезапно затараторил Добровольский.

— Я спокойна, — немного удивлённо отвечаю я.

— Тебе надо остыть, идём, — распоряжается парень, аккуратно берет меня за локоть и ведёт за собой.

— Говорю, все нормально, — уже раздражаюсь я. Что ему надо?

— Пошли, поговорим, ты придешь в себя немного, — Виктор все не отпускает меня.

Мы зашли в небольшую комнату, по всей видимости спальня.

— Я не понимаю, что нам с тобой обсуждать, — разозлилась я, — что мы вообще здесь делаем?!

— Я просто хочу помочь тебе, — Добровольский говорил со мной так, будто я только что сбежала из психушки.

— Да у меня все нормально, ты лучше этой полоумной помоги, — меня уже его поведение начинало накалять.

— Садись, хочешь мы обсудим этот инцидент, — сильно заботливым тоном произнёс он и сел на кровать.

— Как же меня это бесит, мне пора идти! — не выдержала я и направилась к двери.

— Ладно-ладно, я перестану, — засмеялся Виктор и схватил меня за запястье, — Ты что шуток не понимаешь? Разумеется я сразу понял, что Мэр просто перебрала, — звонкий смех парня снова окрасил комнату, — Давай просто поболтаем, — предложил он, лукаво смотря на меня снизу вверх.

— Ха-ха, очень смешно, — закатила глаза я, пытаясь убрать его руку с моей, — Нам не о чем с тобой разговаривать, — раздражение кипело во мне. Что за идиотские шутки?

— Есть о чем, я думаю, ты обязана быть хорошим собеседником, — он встаёт с кровати и насмешливо смотрит.

Я раздражаюсь, пытаюсь высвободить своё запястье.

— Расстояние, Виктор, расстояние, — будто бы напоминаю ему я. И ставлю ладонь перед собой.

— Ох, да перестань ты наконец, Скарлетт, мы оба прекрасно понимаем, что я нравлюсь тебе, — Добровольский немного наклоняет голову и смотрит мне в глаза. Его губы растягиваются в полуулыбке. В чертовски милой полуулыбке.

Меня передёргивает. Пусть не смотри, хватит! Мозг начинает судорожно соображать.

— Ты мне не нравишься, ни делай вид, что каждого видишь насквозь, — сквозь зубы цежу я. Тоже мне, всежеланный нашёлся.

Он издаёт звук, похожий на звук разочарования.

— Я говорю не о каждом, — спокойный уверенный голос, шаг ко мне.

Я медленно пячусь назад.

— Я говорю о тебе, — интонация его слов становиться грубее, ещё шаг ко мне.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я максимально стараюсь отходить, но при этом не показать своей растерянности.

— Ты у меня как на ладони, — он улыбается и показывает свою ладонь. Шаг.

— Отойди, — злобно говорю я и уже чувствую сзади себя стол. Моя рука все ещё в его хватке.

— Нет, — чётко произносят его губы и растягиваются в белоснежной по-детски милой улыбке. Виктор хватает меня под колени, резко поднимает и толкает в перед. В результате я сижу на столе.

От неожиданности я вскрикнула. Руки начинают трястись, по спине гуляет страх.

— Ты идиот, мигом отойди от меня! — кричу я. Со всей силы толкаю его в грудь. Добровольский и с места не двигается.

К моему счастью резко открывается дверь.

— Виктор, я надеюсь ты выпроводил эту… — хриплый голос запнулся.

Кафф смотрит на нас сквозь, упавшую ему на глаза, чёлку. Медленно дышит. Я вижу это по движению его груди.

Затем раздаётся хриплый смех.

— Почему я не удивлён? — Кристиан неподдельно смеётся, — ты везде успеешь, — он презрительно и иронично смотрит на меня.

Глава 19 или Только ты создан страдать...

— Черт вас всех дери! — во все горло заорала я, — убери, в конце концов, от меня свои руки, — продолжала кричать прямо в лицо Добровольского.

Парень явно не ожидал всплеска такой ярости. Виктор отшатнулся, затем и вовсе отошёл. Я стремительно спрыгнула со стола. Уверенным шагом подошла к Каффу и ткнула ему пальцем в грудь.

— А ты прекрати строить из себя маленького обиженного мальчика, поверь мне, Кафф, мир не вращается вокруг одной твоей персоны, — злобно бросила я прямо ему в глаза.

Затем обернулась и ещё раз гневно взглянула на Добровольского. Спокойно вышла из комнаты.

— Я с тобой не договорил, — услышала я, брошенные в след, слова Кристиана.

— Мне плевать, — отмахнулась и ускорила шаг.

Хотелось быстрее уйти, покинуть этот злосчастный дом. Моё тело дрожало от злости и обиды. Конченные ублюдки. Один домогается, второй чуть ли не способствует. Меня затошнило.

Что за уроды? Слезы гадким комком подступали к горлу. Я пулей шла к выходу, лавируя между людьми. Ненавижу! Я быстро выскочила в дверь. На улице было прохладно, середина осени. Только сейчас поняла, как сильно у меня пылали щеки, да и вообще все тело горело. Интересно, что именно себя так проявило — стыд или злость?

Я достала телефон и, судорожно перебирая пальцами, заказала такси.

На выходе к ступенькам примыкала небольшая терраса, окаймленная перилами. Я ухватилась за них. Давно я не испытывала такого гнева. Дыхание сбилось, а сердце громко стучало в ушах, из-за чего я плохо воспринимала звуки.

— Я-ещё-не-договорил, — растягивая слова произнёс хриплый раздражённый голос прямо мне на ухо.

Я настолько сильно испугалась, что мое тело отреагировало слишком резко. Меня буквально всю подкинуло и я со всей силы врезалась в Кристиана, стоящего сзади. Не успев опомниться, я резко развернулась. Широко раскрытыми от страха глазами я смотрела на его лицо вблизи. Пухлые, сжатые в линию, губы, черные глаза, обрамлённые густыми ресницами и чёлка, которая вот-вот могла коснуться меня саму. Страх лишь усилился. Я снова испытала все те эмоции, которые мне пришлось ощутить в день конкурса в гримерке. Я попыталась совладать с собой.

— Уйди, нам нечего с тобой обсуждать, — тихо произнесла я. Гребанное эмоциональное истощение.

— Ты не смеешь учить меня жизни, — ядовито прошипел он, по всей видимости вспоминая слова, сказанные мной в спальне, — падать ниже, чем ты пала, уже некуда, — в голосе сталь, в глазах тьма.

Его руки крепко сжимали перила по обе стороны от меня. Вены на руках и шеи вздулись, грудь медленно поднималась и опускалась. Я чувствовала дыхание Кристиана на своём лице, оно обволакивало меня и не давало дышать. Он везде.

Не было никаких сомнений, что Кафф говорит о моем голосе, который идентичен голосу его матери.

— Да подумай ты, — говорю я, — просто задумайся, зачем мне копировать твою маму? Чтобы насолить тебе? Сломить? Заставить страдать? Зачем? — быстро перевела дух, — ты мне никто, мне плевать на тебя и твои проблемы, пойми ты это!

— Замолчи! — срывается он и неотрывно смотрит мне в глаза. Кажется, он понимает меня.

— Мир большой и в нем живёшь не один ты. Не все спят и видят как насолить Кристиану Каффу, — слова лились и лились из меня. Как надоели мне все эти недомолвки, — и да, Кафф, поверь ты в это наконец, бывают совпадения, бывают схожие голоса, бывают даже схожие жизни, понимаешь? То, что наши тембры так похожи — это лишь совпадение, но ни как не вселенский заговор!

Мой монолог явно озадачил его. Я с надеждой смотрела на Кристиана, и надеялась, что он хотя бы теперь поймет меня. Перестанет сверлить ненавистным взглядом в университете, пусть просто забудет про меня.

Его жгучий взгляд скользил по моему лицу, а руки все ещё сжимали железное перила.

— Какая же ты сука, — иронично усмехнулся он.

Я разочарованно выдохнула. Он не понял, снова.

Моего слуха коснулся звук подъезжающей машины.

— Дай мне пройти, — звенящим голосом попросила я.

— Ты не поймёшь и никогда не сумеешь понять, — презрительно произнес Кристиан и оттолкнулся руками от перила, давая мне пройти.

— Ну разумеется нет, только ты создан страдать, Кристиан, остальным простым смертным это чуждо, — холодно произнесла я и спустилась по ступенькам к такси, которое стояло на подъездной дорожке.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 20 или Все хорошо!..

Я уже почти проснулась, когда телефон завибрировал на прикроватной тумбочке. День был ясный, в окно светило осеннее солнце и его лучи плавно разливались по полу у моей кровати.

Я уткнулась носом в белую подушку, зачем-то немного так полежала и, наконец-то, потянулась за мобильником. Время на дисплее — 11:37. Ничего себе! Кажется, я решила выспаться на неделю вперед. На экране отображалось новое непрочитанное сообщение.

11:37

Ника:

Добрый день! Как дела?

Мой взгляд невольно скользнул по всему нашему диалогу. А именно на мое последние сообщение:

02:09

Ника, я почувствовала себя плохо, поэтому уехала. Повеселитесь там!

Я вздохнула, вспоминая эту ночь. Где Кафф, там и проблемы. А один его дружок чего стоит. Отморозок, самый натуральный. Меня замутило от одного воспоминания о его руках на моих коленях. А что если бы он зашел дальше? Что если бы Кристиан не вошел вовремя в комнату? У меня перехватило дыхание. Я попыталась поскорее отогнать от себя эти мысли. Это была первая вечеринка в новом городе, первая вечеринка после моего поступления и, увы, какое разочарование. Одно расстройство.

Я встала с кровати и направилась на кухню. Включила чайник, поставила чашку с кашей в микроволновку и набрала номер мамы.

— Привет, — услышала спокойный голос в трубке.

— Привет, — радостно пропела я. Сделай вид, будто все хорошо и получай Оскар за игру, Скарлетт!

— Ты только встала? — слышу, как мама натянула улыбку на лицо, чтобы голос казался веселее. Семья актеров, ей богу.

— Да, как у тебя дела? — мило пролепетала я.

— У меня все хорошо! — радостно произнесла она. Брехня! Её мучают боли, Скай, зачем ты спрашиваешь о состоянии дел? Все плохо! Хуже некуда! Полнейший ад! Я почувствовала, как у меня свело переносицу и защипала в носу, сейчас побегут слезы. Терпи до конца разговора, только тогда можно будет дать им волю.

— У меня тоже, вчера была на вечеринки у однокурсника, помнишь я говорила тебе? — затараторила я.

— Да, как все прошло? — уже не поддельный энтузиазм в голосе. Мама хочет, чтобы я отвлеклась, хочет, чтобы я втянулась в новую жизнь. Но как это сложно, мама, ты не представляешь. Я ведь помню о тебе каждый час, каждую минуту и секунду. Мне тяжело, я знаю это, но не настолько тяжело, как тебе.

— Все прошло неплохо, было весело, мы туда поехали вместе с Кирой и Никой, — начала я. Да, мам, было весело, меня чуть не изнасиловал хозяин вечеринки, его друг ненавидит меня, а его подружка, и по совместительству моя одногруппница, почти разбила мне лицо, а так да, было весело. Но тебе незачем знать о такой ерунде. Мелкие проблемы не имеют значения. Мало, что имеет значение.

— Ну хорошо, надеюсь, ты подружишься с этими девочками, — тихо произнесла она. Я люблю твой голос.

— Я тоже, — ответила я. В трубке послышался шум и чей-то голос.

— Это пришла медсестра, созвонимся позже, хорошо, солнышко? — произнесла мама.

— Надеюсь тебе станет лучше, — негромко проговорила я, но разговор был закончен раньше. Он всегда заканчивается раньше.

Плохо-Плохо! Как же мне плохо! Рвет изнутри, снаружи, даже вне меня, эта боль везде! И так каждый раз. Забудь, отвлекись, затумань свой рассудок! Эгоистка? Да! Но как иначе? Если я не буду отвлекаться, то я просто умру. Смотри, чайник закипел, каша готова, ешь твой завтрак! И я ем, ем и всё тут! Просто забываю.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 21 или Ты безумен...

Вечером следующего дня я сидела за своим ноутбуком и старалась настрочить что-то дельное по философии. Нам задали написать доклад к понедельнику. Я почти заканчивала, когда зазвонил мой телефон. Дисплей отобразил «Ника Балтийская». Одногруппница со времен поступления была записана у меня по фамилии.

— Да, — быстро ответила я. На часах 22:43, довольно поздно, странно, что она позвонила.

— Скай, ты сейчас занята? — резкий тревожный голос.

— Практически нет, что-то случилось? — тревога девушки плавно перетекала в меня саму.

— Нет, ничего такого, — Ника заговорила более спокойно, — мне сейчас звонила Мария и она сказала, что Кира у нее и она много выпила, ей очень плохо, а Мария не знает знакомых Бергер кроме меня, она просит помочь…

— Подожди. Что?! — я испытала неподдельное удивление. Вот и открываются новые стороны моих недавних знакомых, — что она там забыла?

— У Марии вечеринка. Я звоню тебе, потому что почувствовала себя растерянной, ты не могла бы съездить со мной? Прости, что тревожу так поздно, — в голосе Ники слышалась мольба, кажется она удивлена и расстроена не меньше меня.

— Съездить куда? — я все еще прибывала в шоке и не могла вникнуть в суть просьбы.

— К Марии домой, мне нужно забрать Бергер, — пояснила мне Балтийская.

Мы с Марией так «мило» побеседовали в нашу последнюю встречу, что мне только осталось у нее дома появиться без приглашения. Но с другой стороны я не могу бросить Нику в такой ситуации, я нужна ей хотя бы, как моральная поддержка. Тем более я тоже общаюсь с Кирой, возможно у нее что-то стряслось, всякое бывает. Я уверена, что есть логическое объяснение всему этому.

— Хорошо, — только и сказала я.

***

Мы подъехали к многоэтажному дому, который находился в довольно престижном районе города. Окна третьего этажа ярко светились, до нашего слуха ели долетали звуки музыки. Судя по всему квартира Марии занимала весь третий этаж, так как признаки веселья виднелись в каждом окне. Хотя была еще вероятность, что вечеринка настолько вирусная, что распространилась по нескольким квартирам. В любом случае, как это терпят соседи?

Нас запустили в квартиру. Это сделал какой-то парень. На вопрос о местонахождении хозяйки дома, он отрицательно покачал головой. Когда мы спросили о Бергер, он и вовсе ушел. Чудесно!

— Ладно, я пойду к бару, поищу ее, а ты может найдешь кого-нибудь знакомого? — спросила меня Балтийская. Мне не понравилась эта идея, я чувствовала здесь себя не в своей тарелке, но спорить не стала. Молча кивнула.

Я огляделась. Я находилась в большой гостиной, по периметру которой была развешана светомузыка, из-за нее было сложно разглядеть все в округе. Стены были белые, на них весели разного рода картины, вдоль потолка и некоторой мебели была проведена неоновая подсветка. Вдоль гостиной стояли синие диваны, такого же цвета рояль у окна и множество белых кофейных столиков. Еще я могу сказать точно, что было много людей, музыки и алкоголя.

Я спросила у нескольких девушек о Кире, но они не видели ее. Затем я зашла в какую-то комнату, светлее не стало, там небольшая компания играла в карты, но они тоже ничего не видели. Я уже падала духом.

В доме было слишком много людей, все они пили, курили и танцевали. Мне стало душно. Я боролась с желанием поскорее уйти отсюда. Мне на глаза попалась дверь, по всей видимости, ведущая на балкон. Возможно Кира была там, она могла выйти, подышать свежим воздухом. Я направилась к ней. Ну мне, по крайней мере, свежий воздух не помешает. Я шагнула через порог, дверь закрылась. Болконом такое большое пространство не назовешь — это скорее лоджия или даже веранда. Место было открытым, лишь немного ограждено. В тусклых лучах света, лившегося из окон, я разглядела силуэт. Человек, облокотившись о перегородку, курил.

— Привет, ты не видел девушку небольшого роста, у нее еще кончики волос окрашены в фиолетовый? — быстро протрещала я. Авось именно он и поможет мне найти Бергер.

Услышав мой голос, он развернулся. В блеклом освещении я увидела лицо. Черные глаза блеснули удивлением и странным весельем. Я долго смотрела на него и не могла поверить своим глазам. Это был он, снова он. Его внешний вид сложно было разглядеть. На его худощавом теле была надета черная рваная майка, а поверх висела темная мантия, но ничего из этого сильно не прикрывало его ярко выраженные ключицы. Угольного цвета челка все также ниспадала ему на лоб. Я разглядела красный огонек в его руках, Кристиан держал его небрежно между двух пальцев так, словно там его законное место. Его хриплый заразительный смех коснулся моего слуха.

— Потеряла свою маленькую подружку? — в голосе Каффа было что-то вальяжное, безумное, издевательское.

— Куришь? — все что смогла ответить я. Почему-то меня это поразило, хотя не было ничего удивительного. У Кристиана были все предпосылки к курению.

Кафф не менее задорно усмехнулся. Было ощущение, что он пьян или что-то в этом роде. Его глаза пристально осмотрели меня.

— А тебя это напрягает? Да? Строишь из себя ангела, хочешь прочитать мне лекцию о вреде курения? Но это даже не сигарета, милая, так что не утруждайся, — Кафф саркастично улыбнулся, оголяя шербинку между зубами, и помахал передо мной косяком.

Я округлила глаза. Теперь понятно, что в нём показалось мне странным. Он курит траву. Я почувствовала небольшое разочарование. «Трава — это не наркотик», — часто говорили мне. «Натуральный продукт», — повторяли они. Но я всё равно не могу принять это, как что-то нормальное. Потому что это, мать вашу, ненормально!

— Отвратительно, — непроизвольно выдавила я.

— О, ты снова за свое, учишь людей жить? — он немного приблизился ко мне. Кристиан говорил твердо и уверенно. Теперь мне лоджия уже не кажется такой огромной.

— Никого я не учу, — начала распыляться я. Он не прав.

— Нет, Скарлетт, учишь. Один твой взгляд уже упрекает меня, — ядовито произносят его алые губы, а затем растягиваются в полуулыбке, — то, как ты смотришь, будто обвиняешь во всех смертных грехах, — на лице Каффа играет злость и одновременно веселье. А его хриплый голос словно смакует каждое слово. Еще немного ближе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Не неси чушь, — злюсь я. Ощущаю себя словно в капкане. Мне снова становиться душно.

— Испытай это, — резко говорит он и выпускает клубок дыма прямо мне в лицо.

Этот «туман» обволакивает меня. Мое сознание теряется, я ничего не вижу. Смог еще не успел рассеяться, как меня резко толкают назад. Спиной я чувствую ледяную стену. Прибываю словно в трансе. И внезапно холодные влажные губы касаются моих, шок электрическими разрядами проходит по моему телу, он словно парализовал меня. Его губы сминают мои так сильно и резко, что я не могу дышать. Сердце так и норовит выскочить из груди и разбить этот чертов дом своим бешенным стуком. Левая рука Кристиана ложится мне на талию, а правая все еще держит косяк на безопасном от меня расстоянии. Его пальцы за эти секунды проходятся по моим ребрам, а губы яростно, будто издеваясь сами над собой, пожирают мои. Он словно ненавидит сам себя. Хочет сделать себе больно, чтобы отрезвить сознание, но, кажется, Кафф только больше теряет рассудок.

Я почти опомнилась. Черт подери, что он делает?! В этот момент я действительно прочувствовала его. Поняла, каков Кристиан есть. Насколько он был выше, крупнее, сильнее меня. Я осознала, что он существует, что Кафф — человек, такой же как и я, не просто самовлюбленный парень, живущий вне моего мира. Я чувствовала сладко-свежий запах его парфюма, запах дыма и табака. Эта жгучая смесь кружила мою голову. С каждой секундой мне все сложнее было сжимать свои губы. Я ощущала тепло тела Кристиана, его жар на этой холодной бесконечной веранде. Еще я осязала злость, которая башенной энергией выплескивалась из него, то как парень вминался губами, давил телом, обволакивал запахом. Кристиан точно издевался сам над собой и надо мной тоже. Кафф так сильно прижимал меня к себе, что я не могла больше это выносить. Слишком сложно, слишком много, слишком жарко. Волны мурашек, словно порывы ветра выводили меня из оцепенения.

Я оперлась двумя руками ему в грудь, пытаясь оттолкнуть. Через секунду тело Кристиана поддалось.

— Что, мать твою, ты делаешь?! — во все горло заорала я. Мне сложно было пошевелиться. Я во все глаза смотрела на него, пытаясь найти ответы.

Кристиан долго взирал на меня из-под длинных черных ресниц, на его лице абсолютно не было эмоций. Затем он засмеялся, так живо и задорно, что эта реакция немного оглушила меня. На секунду мне показалось, что он сошел с ума. Он немного наклонился, в темных глазах все еще струилось веселье.

— Я ненавижу тебя, — спокойно проговорил Кафф и резко двумя руками оттолкнулся от стены.

— Боже, да ты безумен, — шокировано произнесла я и на ватных ногах ринулась к двери, — катись к черту! — выругалась напоследок и захлопнула дверь.

Сказать, что я испытывала потрясение — это ничего не сказать. Я озиралась по сторонам, как дикарка, пока не увидела Балтийскую, которая поддерживала за талию Киру.

Глава 22 или Я видел тебя...

Всю эту ночь я не могла уснуть, а когда мне все-таки удалось провалиться в мягкие объятья Морфея, я спала очень чутко и просыпалась каждые полчаса. Когда будильник прозвенел, я уже давно не спала, тихо лежала и слушала стук крупных капель дождя по подоконнику. Сил не было. А было лишь одно желание — остаться в этой уютной постели в полнейшем одиночестве и не вспоминать ни о чем. Но нельзя позволять себе подобную слабость, ведь иначе жизнь пройдет мимо. Она не будет ждать.

Я спустила ноги на серый мохнатый ковёр у моей кровати. Думать не хотелось. Я на автомате побрела в ванную.

Моя квартира была намного больше, чем нужно одному человеку. Высокие потолки и большие окна — много пространства и света. Комнаты обставлены стильно, но слегка вычурно. Многие элементы роскоши, находившиеся здесь, казались мне глупыми и ненужными. И да, квартира принадлежала не мне, а моему дяде Саше, брату мамы. Он во многом помогает нам. Мы держимся на плаву благодаря ему. Вот и после моего поступления он предложил пожить в его квартире, так как он переехал в другой город по работе. Я часто чувствую себя обязанной, очень обязанной, но откажись от помощи и маме станет намного хуже.

После водных процедур я пришла в гостиную и решила включить телевизор, может хотя бы его звук на заднем плане немного взбодрит меня. Я остановилась на каком-то популярном музыкальном канале, надеясь на то, что там прокрутят что-нибудь из моего плейлиста. Затем занялась завтраком.

Собираясь, я ходила по квартире из одной комнаты в другую. Мои джинсы уже были почти застегнуты, когда началась программа о новостях шоу-бизнеса.

«Вчера прошел большой благотворительный концерт под названием #СчастьеСейчас, в котором приняли участие многие российские звезды и мы не упустили шанс задать им пару вопросов», — тараторил смазливый бородатый мужичек.

Я прошла в кухню и взяла свой завтрак в виде каши. Снова оказалась в гостиной.

— Скажи, Кристиан, где все-таки ты черпаешь вдохновение для создание своего дебютного альбома? — парировал ведущий с экрана, когда я вошла в комнату.

Я замерла. Камера снимала улыбающегося Каффа, на груди которого висела эмблема с надписью #СчастьеСейчас.

— Я думаю, меня вдохновляют мои поклонники… — начал он. Кристиан был все тем же. Его одежда, его тату, его манера говорить — всё принадлежало ему, но Кафф был другой. Ни такой резкий, его движения были плавные, а взгляд ни такой острый. Он был даже милым, да, именно милым, — сами представьте, когда тысячи людей ждут твои работы, хотят понять их и полюбить, это чертовски вдохновляет…

Я потянулась за пультом, чтобы скорее стереть с экрана эту актерскую рожу. Мне стало противно от этой резкой смены его амплуа. В голову сразу полез вчерашний вечер. Его поцелуй и его слова. Я зло усмехнулась. Само совершенство на камеру, а в жизни эгоистичная сволочь. У паренька то раздвоение личности. Но не успела я окончательно впасть в размышления, как раздался звонок в дверь. Я кинула взгляд на часы, время до пары ещё было.

Кому я понадобилась в такую рань? Я надела белую футболку и направилась к двери. На пороге стоял молодой, немного сонный, парень в желтой фуражке и с огромным букетом роз в руках.

— Здравствуйте, вам цветы, распишитесь пожалуйста, — произнес быстро он.

— Я не заказывала цветы, — удивленно ответила я.

— По всей видимости это сделал кто-то другой, распишитесь пожалуйста, — с той же интонацией повторил курьер.

Я расписалась на бумаге и взяла букет. Парень, получивший то, что хотел, быстро ушел.

Я занесла цветы в квартиру. И стала с интересом их рассматривать. Это был крупный букет красных роз. Их цвет почему-то моментально стал ассоциироваться у меня с кровью. В центре я заметила небольшую белую открыточку, достала ее. На ней мелким прямым почерком было написано:

«Я видел тебя вчера у Марии, ты чертовски красивая! Прости меня! — Виктор Добровольский»

Мало того, что этот отвратительный день начался с рожи Каффа на экране, так тут ещё и его дружок нарисовался. Мы с Тамарой ходим парой, что ли? Или точнее мы с Тамарой хотим добить Скарлетт окончательно!

Что греха таить: меня испугали эти цветы. Неужели он собрался мстить? Но я ведь не сделала ничего, чтобы получить его ненависть. С другой стороны, просто так тратиться на цветы Виктор не стал бы, я почти уверена в этом. Добровольский что-то задумал. Какой же злопамятный кретин. Я мрачно усмехнулась.

Всего через полчаса я уже была в университете и сидела в лекционной аудитории, ожидая преподавателя по социологии вместе с Никой и Кирой. Вид у второй был подавленный, что, впрочем, неудивительно. Студенты еще подтягивались.В такой хмурый день мало кто хотел идти на лекцию, замещая это здоровым сном в тёплой постели. Поэтому свободных мест было предостаточно, особенно в первых рядах, где обычно сидели мы с одногруппницами.

В аудиторию задорным вихрем влетел Виктор. Я быстро сделала вид, будто мне пришло сообщение. Не хотелось встречаться с ним взглядом. Трусиха.

— Воу-воу, Бергер, после вчерашнего ты еще держишься на ногах? — громко прокомментировал он и озарил нас своей совершенной улыбкой.

Добровольский, как всегда, был красив и ухожен и всем своим видом показывал это. Кажется, что даже дождь ему не помеха. Виктор был одет в черные джинсы и такие же по цвету кроссовки, на плечи его был небрежно накинут темно-бордовый бомбер, под которым красовалась белая футболка. В правой руке он держал рюкзак. Волосы парня слегка взмокли, будто недавно был в душе.

— Закройся, Добровольский, — ответила Кира.

— Это маловероятно, — он захохотал, его гиперактивный настрой похоже раздражал всех в округе, — тем более учитывая то, что я сегодня сижу с вами, — добавил Виктор и невозмутимо занял пустое место рядом со мной.

— Иди нахрен, — изрекла девушка с фиолетовым цветом на кончиках волос. Она угрюмо уткнулась в телефон.

Добровольский пропустил ее реплику мимо ушей и полностью переключился на меня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Как тебе мой снисходительный жест сегодня утром? — промурлыкал он, держа своё смазливое лицо непростительно близко. От него исходил тонкий запах мужского шампуня и мятной жвачки.

— Снисходительный? — я хохотнула, — Я не понимаю, чего ты добиваешься?

Я ожидала этого. Значит снизошёл ты ко мне? Хорошо. Что же все-таки у тебя на уме?

— Ну вы же, девушки, любите цветы, — Виктор очень внимательно смотрел на меня. Его взгляд давил. Добровольский говорил о цветах очень громко. Похоже его не заботило то, что кто-то мог подхватить его слова и превратить в «интересный» слух. Мне стало неловко.

Я закатила глаза. Он серьёзно? Виктор похоже издевался надо мной.

— При чём здесь это? — я приподняла бровь.

Он намерено говорит громко, хочет показать, что плевал на остальных? Или это часть какого-нибудь злополучного плана?

— Я просто хочу, чтобы тебе было приятно, — всё также чётко произнесли его губы. Добровольский не сводил с меня глаз.

Я почувствовала, что мои щёки приобрели слегка розовый оттенок.

Лицо Виктора выражало полное довольствие собой. Как же он бесит меня. Зачем играет на публику? От вопросов Киры и Ники мне уже точно не отвертеться. Хочет гласности? Но зачем? Мне так сильно не хотелось ввязываться в его игры. Переживаний было и так достаточно.

— Чего бы ты там не спланировал, этому не быть, — негромко, но чётко произнесла я, — давай просто забудем всё? — добавила с невозмутимым лицом.

— Да, — обрадовался он, — забудем всё и начнем с чистого листа… — лицо Добровольского озарила лучезарная улыбка.

Я сдавленно выдохнула.

В этот момент в аудиторию зашёл преподаватель по социологии и началась лекция.

В течении пары я делала вид, что очень увлечена повествованием мужчины, стоящего у доски, что Виктору не удавалось вставить и слова. А после окончания парень зачем-то подошёл к преподавателю. И я с Кирой и Никой постарались быстрее уйти.

***

Я медленно пересекла парковку перед университетом и теперь шла по сырому тротуару в сторону своей квартиры. Дождь, который лил целый день, уже закончился, но оставил после себя сырость и тёмные тучи. Я глубоко дышала, наслаждаясь свежестью.

Сегодняшний день пролетел довольно быстро. Он был не так плох, как я ожидала. После первой пары я Добровольского больше не встречала, потому что лекций больше не было. Но за то я получила большую дозу вопросов от Балтийской с Бергер. Я постаралась рассказать им необходимый минимум. Меньше знают, крепче спят. Разумеется, что никто из них не дал мне достойного совета. Ника предположила, что Виктору я и правда понравилась, но мы с Бергер посмеялись с её слов. Это за гранью фантазии.

А что касается Каффа, то его сегодня не было в университете. По крайней мере, я его не видела. Скорее всего отлёживается дома после вчерашней вечеринки у Марии. Другие варианты мне казались невозможными.

Мне оставался один квартал до дома, когда рядим с тротуаром на небольшом парковочном месте остановилась машина. Я не обратила внимание на это.

— Скарлетт, — позвал голос.

Я обернулась. На меня спокойно смотрел Виктор. Он сидел в белом Порше с открытым окном.

— Садись, подвезу, — улыбнувшись, произнес он с насмешкой.

— Мне осталось пройти пол квартала, — невозмутимо ответила я и снова начала свой путь.

— Подожди, — я услышала нотки озорства в его голосе, — что ты делаешь сегодня вечером?

Я остановилось и посмотрела на Добровольского с подозрением.

— Пишу эссе по праву, — монотонно произнесла я. На самом деле, эссе было закончено в день, когда его задали.

— А завтра? — лицо парня светилось весельем.

— А завтра подготовка к семинару на среду, — я посмотрела на него выжидающе. Теперь мне хотелось поиздеваться над ним. Чего бы он там не задумал, этому не бывать.

— Какая занятая девочка, — усмехнулся Добровольский, — не боишься всю жизнь за учебой просидеть?

Меня это немного взбесило.

— Думаю, до этого не дойдёт, — улыбнулась я, — но спасибо за заботу, — благодарность прозвучала довольно фальшиво.

— Всё для тебя, — развёл руками Виктор и завёл машину.

Я снова пошла по тротуару. Порше стояло заведённое на мести вплоть до того момента, пока я не завернула в свой двор.

Глава 23 или Ты мне противен...

Я отстала от девчонок, потому что помогала с тетрадями преподавателю по философии, и теперь шла в кафе на обед сама.

Ещё из далека в коридоре я заметила большую тучную фигуру ректора.

— Здравствуйте, — вежливо произнесла я.

Ох уж, эти правила приличия. Я его даже в близи никогда не видела, а он меня и вовсе. Ректор Кафф был высоким большим мужчиной лет сорока пяти, волосы были с изрядной проседью, хотя для его возраста рановато, а вот глаза были живые тёмные с насмешкой.

Мужчина просто кивнул мне. Когда я уже прошла мимо, то услышала оклик.

— Ты ведь Скарлетт? — внезапно живо спросил ректор, — Юридический факультет, первый курс? — его тон был официальным.

Я так сильно удивилась, что не могла вымолвить и слова, поэтому лишь кивнула.

— Ты ведь с Кристианом участвовала в недавнем конкурсе по вокалу? — продолжал Кафф.

У меня перехватило дыхание, я внезапно вспомнила события того дня и поняла, что пою как жена ректора. Мне стало страшно. Я снова кивнула.

— О, ну хочу тебя поздравить с первым местом на конкурсе, вы большие молодцы, прославляете наш университет, — ректор Кафф широко улыбнулся и похлопал меня по плечу.

Я была шокирована. И видимо моё удивление ярко отобразилось на лице.

— Ты не знала? Наст… Анастасия Павловна не сказала вам ещё? Ну думаю, она сделает это в ближайшее время, — мужчина довольно хмыкнул.

— Спасибо, — наконец, произнесла я.

— Пожалуйста, до встречи, — и крупный мужчина снова возобновил свой ход.

Я тоже быстро поплелась дальше, хотела обдумать это. Да, тут, в прямом смысле, весь университет держится на фамилии «Кафф» — плохая новость, а ректор, вроде бы, неплохой мужчина, в отличии от своего сына — хорошая новость. Хотя поведение Каффа старшего можно предвидеть, было бы странно если бы отец не интересовался делами сына. Я решила, что, в принципе, в произошедшем не было ничего удивительного.

И следующее. Мы заняли первое место? Мы напряжённые, злые, взволнованные и первое место? Возможно, это сыграло нам на руку, ведь песня и должна была вызывать подобные эмоции. Но всё же, это очень удивительно.

И действительно, сегодня был день занятий по вокалу. Кристиана я не видела весь день. Что, впрочем, понятно, так как лекций сегодня нет в расписании. Но на вокал он пришёл, значит он все-таки был в университете. Прогулял всего лишь один день? Теряешь хватку, Кафф!

Он вошёл в кабинет, когда я уже сидела на своём привычном месте. Кафф с первого взгляда показался мне каким-то понурым и помятым. Его лицо не выражало эмоций вовсе. На нем были светлые вываренные джинсы, зауженные к низу, чёрная балахонистая толстовка, рукава которой были закатаны до локтей, отрывая многочисленные тёмные картинки на руках, и вансы. На худом запястье красовались тёмные часы. Я успела заметить на его длинных пальцах несколько серебряных колец. Кафф почти сразу посмотрел на меня. Спокойный, но настороженный. Его глаза прокатились по моему лицу, шеи, плечам и вернулись назад. Кровь прилила к щекам. Он уверенно шёл мимо меня, но взгляд не отводил. Его походка была легкая, будто бы Кристиан ходил на носочках. Когда тело Каффа оказалось довольно близко, меня коснулся его запах. Такой же, как и в последний день нашей встречи, разве что без ноток дыма. Это слегка отрезвило меня.

— Здравствуй, группа, — в аудитории появилась Анастасия Павловна. Она оглядела нас, — пока ещё не начали занятие, хочу сказать кое о чем! Недавно был вокальный конкурс и в номинации «Дуэт» наши ребята заняли первое место — это Скарлетт и Кристиан. Давайте поздравим их.

Многие захлопали. Анастасия Павловна подошла к моей парте и положила на неё нечто похожее на диплом. И ещё один такой же попросила передать Крису на последний ряд. Ректор не обманул.

Когда урок был окончен, студенты сразу повалили к выходу. Я как обычно задержалась, пока пыталась разобраться с множеством тетрадей в своей сумке, которая была явно мала для такого их количества. Анастасия Павловна позвала меня. Я подошла к женщине в очках. Последний студент покинул аудиторию.

— Скай, я хотела сказать тебе, что очень благодарна за твою помощь, ты ведь и правда была не обязана выступать в тот день… — зеленые глаза смотрели спокойно и доброжелательно. Я удивилась.

— Не за что меня благодарить, — улыбнулась я, — ведь это даже мне плюсом вылилось, это я вам должна говорить: «Спасибо».

— Я рада, что все так вышло, — весело произнесла брюнетка и потрепала меня по плечу.

— Я тоже, до свидания, — ещё раз улыбнулась я и направилась к выходу.

— До скорого…

Я вышла из аудитории. Анастасия Павловна могла быть очень милой, если хотела. На самом деле, она мне нравилась, скорее даже не она, а её характер. Да, он был скверным, тяжелым, но женщина всегда добивалась того, что хотела. Именно это и привлекало меня в ней. Я завернула за угол, и затем вынуждена была прервать свои размышления. Парень стоял, опершись спиной о стену. Его фигура была слегка сгорблена, а голова опущена. Услышав мои шаги он поднял её и встряхнул, чтобы волосы перестали скрывать глаза. Я уже стала узнавать его из далека. Эту темную фигуру сложно было не запомнить. Что Кристиан здесь делает? Я, наконец, поравнялась с ним.

— Кто тебя задержал? — раздраженно произнес он.

Мне стало не по себе. Он ждал меня? Я так сильно удивилась, что не поняла его вопроса.

— Что? — переспросила я.

— Кто. Тебя. Задержал. — громко проговорил он, поднимая на меня свои черные глаза и поправляя чёлку. — Ты что оглохла? — злобно добавил Кафф.

— Я говорила с Анастасией Павловной, — робко ответила я, его напор сбил меня. Только через пару секунд я поняла, что могу не отвечать на его вопросы. А он, и вовсе, не имеет никакого права спрашивать меня.

Кафф усмехнулся, похоже ему понравился мой тон. Естественно.

— Не очень хорошая для тебя компания, — с хриплым смехом произнес Кристиан и оттолкнулся от стены. Этот коридор был сравнительно узок.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мои мысли уже пришли в порядок и я была готова сказать ему пару ласковых.

— Не твоё дело, тебе не кажется? — вспылила я. Нервным жестом поправила маленькую сумку, которая весела через плечо.

Он окинул меня надменным взглядом.

— Ты ведь ничего не вообразила себе? — внезапно угрожающе спросил Кристиан. Он внимательно смотрел на меня с высоты своего роста.

Похоже, Кристиан перешёл к сути дела. Я? Вообразила? Он специально хочет взбесить меня, вывести из равновесия. У него почти получается. Почему-то я вспомнила, как Кафф себя вёл тогда, на экране телевизора, такой спокойный и учтивый. Интересно, если бы он был таким и правда, то произвёл бы на меня хорошее впечатление?

Я засмеялась.

— Что я могла вообразить? — весело спросила я, — То, что ты невменяемый? То, что куришь? Или ещё что? — в моем голосе была насмешка. Я прямо смотрела на него.

— Заткнись, — он делает шаг ко мне, — ты — никто, чтобы обвинять меня, — его черные глаза из тени чёлки выглядят устрашающе, а губы искривлены в презрительной усмешке. Я снова почувствовала его запах, совсем такой же, как в тот день.

— Ты отвратителен, Кафф, то, что было в воскресенье — это… — от злости я не смогла подобрать слов, — просто никогда не трогай меня, ты мне противен…

Когда я столкнулась с его взглядом, то сердце ушло в пятки. Пожалела о сказанном. Внезапно я поняла, что мы одни в коридоре университета и не факт, что кто-то есть поблизости. Мне захотелось спрятаться. Его глаза были слишком решительны, слишком непредсказуемы. Я машинально попыталась скрестить руки на груди, словно сжималась рядом с объектом опасности. Но не успела я и подумать об этом, как его сильные руки схватили мои запястья, меня толкнули к холодной стене. Кристиану хватало и одной руки, чтобы сдерживать две мои над головой. Его тело прижимало меня, колено скользнуло между моих ног. Я могла закричать, но свободная рука Костова помешала мне это сделать. Где-то в глубине сознания я понимала, он не настолько идиот, чтобы делать это в университете, он лишь пугает меня. Но я не могла справиться с паникой и страхом. Я понимала насколько никчемна, пыталась вырваться. Когда первая волна злобы испарилась, я еле сдержала слезы. Что делать? Я смотрела в пол и дёргала руки со всех сил. Кристиан убрал руку и я почувствовала, как онемели мои губы, его холодные пальцы прошлись по моему подбородку. Я задрожала. Кафф поднял мою голову и посмотрел в глаза, затем сильнее надавил на мои запястья. Я резко вдохнула. Он смотрел на мою реакцию, будто наслаждался, впитывал её. На лице Кристиана отобразилась довольная ухмылка. Я покраснела. Ещё пару сантиметров к моему лицу и тёмный взгляд. Теперь он слегка сдвинул своё колено, по моему телу, словно рой пчёл, разлетелись тысячи мурашек. Я дернула плечами. Ещё немного наклонился и посмотрел на мои губы.

— Ты уверена, что противен? — он облизал пухлые губы и улыбнулся, его горячие дыхание обдало моё лицо, — а пульс на твоей шеи говорит другое. — Кафф провёл все теми же холодными пальцами по моей шеи до ключицы, — Совсем маленькая и глупенькая Скарлетт, я умею обращаться с такими как ты. Я понимаю твоё тело… — он накрыл мои губы своими. Я резко отвела голову в право и его влажные губы оказались на моей шеи.

— Это страх, — резко выдохнула я и дернула руками, — мой пульс говорит о том, что я боюсь, — его хватка видимо уже ослабла и я вырвалась, и почти побежала вон из университета.

Глава 24 или Было уже наплевать...

Я буквально летела домой, мне скорее хотелось оказаться в одиночестве, оставить каждое живое существо далеко за пределами своей квартиры. Я ощущала себя скверно — это мягко сказано. Было чувство, будто меня обмакнули в грязь, втоптали мою личность в пол и высмеяли. А худшее то, что я чувствовала стыд за это. Трясущимися руками открыв дверь, я ввалилась в квартиру. Когда мои ноги пересекли порог, как по команде, в носу защипало, а глаза налились прозрачной жидкостью. Скинув кроссовки, я скатилась по стене на пол. И теперь тряслись не только руки, а затрясло меня всю.

Боже, какая же я слабая. Чертовски слабая. Я не представляю из себя ничего! Как легко обычный человек смог простым движением удерживать меня. Он не прилагая больших усилий, лишил меня воли. Так может поступить любой более-менее крепкий человек. Я это знала всегда, но понимание пришло только сейчас. Я бессильна, зависима, малоопытна. Моя вера в справедливость — это, не что иное, как глупость. Мне всегда казалось, что я на правильном пути, что двигаюсь к своей цели, что становлюсь личностью и вот-вот мама сможет мной гордиться. Я хотела стать для неё крепкой опорой, хотела дать ей свою заботу и поддержку, но мои мечты теперь кажутся такими крохотными в сравнении с примитивным человеческим страхом. Я со своими маленькими желаниями выгляжу глупо в этом гигантском мире. Внезапно мне становится смешно, слезы текут и соленые капли смачивают губы, растянутые в усмешке. Я ничего не могу! Я не могу постоять за себя, не смогу защитить близкого, а значит не сумею добиться желаемого. Помочь мне некому. Я одна. Такая наивная, все люди такие наивные, думают, что чего-то стоят и всегда думают, что лучше остальных. Но это не так, все мы обычные, каждый из нас! И мне стыдно от того, что я только сейчас поняла это, что чьи-то холодные руки заставили меня понять это, понять насколько ничтожна. Снова смех вырывается из груди. А ведь для Кристиана его поступок ничего не значит, он живёт в другом мире, с другими приоритетами, а чужие эмоции для него не существуют. Зная это, становиться ещё хуже, хуже от того, что какой-то самовлюблённый напыщенней кретин может так просто влезть в чужую жизнь и в корне изменить её идеалы. Ненавижу! Чертов Кристиан Кафф… Для него это была лишь секунда, а для меня много дней в переживаниях. И это трогает меня. Моя слабость задевает меня. Я не могу терпеть подобное. Потому что такие ситуации показывают меня, показывают мою слабость, а видеть её никому не позволено. Особенно ему!

Я решительно подорвалась с пола, взглянула на часы, я просидела почти час на полу. Я решительно засунула свои ноги снова в кроссовки. Пусть всё катится. Я взяла из сумки кошелек и кинула его в карман. И быстро выскочила из квартиры. Погода испортилась, на улице посерело и дул сильный ветер. Полы моего пальто метало из стороны в сторону, но я не собиралась его застегивать. Я шумно вздыхала запах свежего, сырого воздуха и пыталась отчистить себя от чего-то. Я сильная! Должна быть ей. Для мамы, для дяди, для всех. Я хочу себя видеть сильной. И никто не помешает мне. Никто кроме меня не сделает мою жизнь лучше.

Впервые за все время я пожалела, что живу рядом с университетом. Я стояла на выезде из двора и смотрела по сторонам. Быстрым шагом направилась в противоположенную сторону. Не хочу видеть никого!

Моя улица была чуть отдалена от центра, но все же была обильна усыпана различными магазинчиками, кафе, ресторанами и тому подобным. Сейчас я жалела, что не могу пройтись по тихой безлюдной улице. Прохожие шли по сырому серому асфальту, к их ботинкам липли опавшие листья, вокруг них шелестели ветки голых деревьев, загорались огни окон ресторанов и витрин магазинов, ехали машины, а люди всё шли и шли. И я шла, спокойно наблюдая за обыденной вечерней суматохой. Ветер трепал мои волосы, заставлял мои глаза слезиться, метал мой шарф, но этот его напор был целебным, он словно очищал меня от гнетущего одиночества и огорчения, будил от глупых страданий и самоунижений. Когда мой мозг снова включился, я уже прошла большое расстояние. Я снова начала ощущать себя, своё тело. Что со мной происходит? Мне не к чему жаловаться на жизнь. Многие люди были бы счастливы оказаться на моем месте. Это был нервный срыв? Пожалуй, я просто выдумываю, просто девочка-подросток хочет внимания, вот и всё. Хватит себя жалеть. Я вдохнула холодный воздух, пошевелила пальцами рук и ног. Черт! Я очень замёрзла. О чем я вообще думаю? Посмотрела по сторонам. В животе закололо. Мне нужно согреться и поесть. Последний раз я ела утром. На мои глаза попалось маленькое кафе на перекрёстке улиц, оно было укутано несколькими метрами разноцветных фонариков, у входа стояла пара железных витиеватых подставок под горшки с цветами, цветов уже давно не было, поэтому остались лишь эти поставки. Мне было настолько холодно, что я решила не выбирать и сразу вошла в это кафе. Оно было немного больше, чем показалось сначала, но почти пустым. Почти все было деревянным, кроме нескольких больших, искусственно состаренных, кресел. Прилавок был похож больше на барную стойку. Но, по всей видимости, это заведение имело особенный стиль. Пахло кофе и ванилью.

Я села за дальний стол. Заказала круассан с шоколадом и чай с лимоном. В тепле пальцы моих рук начали краснеть, я с интересом наблюдала за этим процессом. Я сидела там какое-то время. Мне стало лучше.

— О, Скарлетт, следишь за мной? — громкий голос разбил в пух и прах тихую уютную атмосферу в заведении. Я будто снова почувствовала злобный порыв ветра, разбивающий тот тонкий щит спокойствия, который с трудом построила пару минут назад.

Я подняла отсутствующие глаза на говорившего. Черные джинсы, фирменная футболка и бомбер, немного выше — довольное лицо. Добровольский. Почему-то мне сейчас было все равно на его появление, похоже я исчерпала лимит эмоций на сегодня. Когда наши взгляды встретились, я заметила в глазах парня удивление и что-то ещё. Интересно, что он увидел, глядя на меня? Растрепанные волосы, отекшее лицо, искусанные губы? А может он заметил мои недавние чувства — стресс, самоунижение, одиночество? Я с трудом удержалась от смеха. Виктор мог увидеть лишь меня, лишь, легка потрепанную ветром, меня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он с грохотом отодвинул стул и сел за мой стол. Добровольский намерено вторгался в мой мир. Почему меня не могут оставить в покое? Я ведь одна. По жизни одна. Почему же я не могу насладиться собственным одиночеством? Я молча следила за его действиями. В руках Виктор держал чашку кофе на вынос, которую, видимо, только что приобрел в данном кафе. Я так задумалась, что даже не заметила этого.

— Что ты здесь делаешь? — спросил парень, его светло-карие глаза пристально вглядывались в мое лицо.

— Сижу, — отстранено ответила я, смотря на чашку чая и свои порозовевшие руки.

— Это я вижу, — как-то раздраженно произнес Виктор, — ты ждёшь кого-нибудь? — добавил настороженно.

Я была замершая и уставшая, мне не хотелось говорить. Мне казалось, словно я нахожусь в полусонном состоянии, словно слежу за собой со стороны. Он может просто уйти? Просто подождать до завтра, например? Когда я приду в себя, соберу все части своего рассудка воедино и накрою сверху крепкой броней из уверенности и силы. Но не сейчас. Похоже я снова выпала из реальности.

Причиной резкого выхода из анабиоза послужила теплая рука, которая неожиданно схватила мою собственную. За этим последовало:

— Боже, твои руки совсем холодные, — произнес Добровольский с тенью некого шока в голосе.

Похоже я сделала преждевременные выводы о своих эмоциях. Они ещё есть и их навалом. Я испытала колоссальный прилив злобы. Это происходит опять! Опять демонстрация превосходства. Почему все считают, что у них есть право трогать меня? Ведь в нормальном обществе соблюдаются хотя бы интуитивные правила личного пространства, это так? Я же не попала в параллельную вселенную с другими нормами? На мне явно проклятье, благодаря которому люди так и норовят потереть об меня свои грязные ручонки. Я выдернула свою руку так быстро, как только могла.

— Что тебе надо?! — почти заорала я. Мне было уже плевать на то, что Виктор подумает, пусть хоть меня за последнюю истеричку примет.

— Ничего, — как-то удивлённо отозвался Добровольский, — у тебя все в порядке?

— Все отлично, — без энтузиазма ответила я, — ещё вопросы? — я сжимала горячую чашку холодными руками и мрачно сверлила его взглядом.

— Да, — на лице парня я заметила тень улыбки, — я нравлюсь тебе?

Я еле удержалась, чтобы не дать ему в рожу. Мне только издевательств Виктора сейчас не хватало.

Я резко переполнялась со стула и приблизила своё лицо к его.

— Что тебе надо, Виктор?! — раздраженно проговорила я, — как видишь, я не в настроении любезничать с тобой!

Парень ухмыльнулся и задумался. Он посмотрел в темное окно, затем на свои часы.

— Без десяти десять. — констатировал Виктор. — На улице холодно, подвезти тебя — вот, что мне надо, — немного мрачно закончил Добровольский.

Я взглянула в окно, ветер все ещё рвал макушки деревьев и клонил их к земле. Мурашки пробежали по моей спине.

— Я не собиралась домой, — не отводя взгляда от улицы, произнесла я.

— Уже поздно, поехали, — с неким нажимом сказал Добровольский. Похоже, что я раздражала его.

— Спешишь? Так иди, — я все так же заворожено пялилась на картину, находившуюся за стеклом.

Виктор молчал. Я немного удивлённо взглянула на него. Лицо Добровольского выглядело потерянно и зло. Я проследила за его взглядом, парень смотрел на мои руки. Что он так рассматривает? Снова норовит схватить? Но тут на мои глаза попалось кое-что странное. Я перестала сжимать чашку с чаем и закатала рукав на правой руке. Четыре желтоватых следа уже прослеживались на коже. Я затаила дыхание и повернула руку, увидела ещё один побольше, затем взялась за левую, похожая картина. Синяки украшали мои запястья желтыми кляксами, уже завтра их ждёт участь стать синими. Эти следы снова вызвали во мне эмоции, испытанные мною пару часов назад в квартире — злость, разочарование и ненависть. Это словно было напоминанием о моей слабости. Я взметнула взгляд на Добровольского. Он стиснув зубы разглядывал меня.

— Это что такое? — будто прошипел Виктор.

— Руки, — спокойно сказала я, хотя сердце в груди билось с бешеной силой. Было ощущение будто меня поймали за каким-то постыдным делом. — Ладно, поехали.., — добавила я и встала из-за стола.

Ему уж точно знать обо мне всё не обязательно. Я не знаю почему согласилась ехать с ним. Может потому, что хотела так заткнуть парня, может потому, что очень устала и замёрзла, а может потому, что было уже наплевать.

Глава 25 или Не отказывайтесь...

С каждым днём на улице становилось все холоднее и холоднее. Листьев не осталось даже на земле, что уж там говорить о деревьях. Вечера в Москве постепенно сулили лишь мороз и ветер. Время шло. Осень сменилась ленивой зимой — наступил декабрь.

Всё шагало своим чередом, но была одна неприятность — снега не было, был лишь мороз и ветер. Из-за этой несуразицы город выглядел необычайно серо и угрюмо, даже грустнее, чем осенью, во время долгих ливней. Хмурые люди с замиранием сердца ждали белых хлопьев, но последние явно всех подводили.

Что касается меня, так мне было откровенно всё равно. Какая разница, что идти в направлении к университету по замершему асфальту, стуча каблуками, или же прокладывать себе путь по снегу, чувствуя хруст снежинок под ногами. Но моего нейтралитета мало кто передерживался, ведь с наступлением зимы близился и замечательный праздник.

В университете царила предпраздничная и предсессионная суматоха. Студенты носились от преподавателя к преподавателю, пытаясь закрыть долги, другие бегали с охапками мишуры и плакатами, развешивая их повсюду, а те, которым было абсолютно не важно учебное их положение, продолжали не ходить на занятия. И Кира с Никой не исключения, они тоже относились к некоторым вышеперечисленным типам студентов, разве что появлялись на парах.

Ещё с недавних пор к нам частенько присоединялся Виктор, то он садился рядом на лекциях, то «случайно» встречал нас в коридоре, иногда и вовсе обедал с нами в кафе. Мне это не мешало и ладно. За то девочки были очень довольны, ведь по мимо Добровольского с ним за компанию к нам подходили и некоторые его друзья. Кроме Кристиана, хоть они с Виктором и были приятелями, рядом с нами он не появлялся. А я его игнорировала, хотя это грубо сказано, просто не смотрела в его сторону, делала вид, что его не существует. Из-за этого детского притворства я даже не знала, обращает ли на меня внимание Кафф, потому что просто не видела. Чуть позже Кристиан перестал ходить в университет, но по многочисленным обсуждениям я поняла, что он уехал «по работе» в Лондон. И слава богу.

***

Я проснулась довольно поздно. Сегодня суббота. За окном все так же было уныло и серо. Но я прибывала в хорошем расположении духа, так так предвкушала спокойные уютные выходные.

Кухню освещал белый дневной свет, бивший из окна, в этой комнате было довольно холодно. Я решила заварить чай с мятой в миниатюрном чайничке, подаренным мамой три года назад, как раз, на Новый год. Так же, на завтрак сделала оладьи, я их не очень люблю, но с малиновым варением вполне сносно. Когда еда была готова, я отнесла всё на кофейный столик в гостиную. Из спальни взяла одеяло и книжку и уютно расположилась на диване. День обещал быть мирным и домашним.

От прочтения второй главы книги меня отвлёк жужжащий звук. Я замотала головой и поспешно стала искать в складках одеяла телефон, мне звонили. Номер не определён. Я ответила.

— Добрый день, — раздался мужской голос в трубке. Затем тишина, явно ждали ответа.

— Добрый, — засуетилась я.

— Прошу прощения, а с кем я говорю? — очень официально выразился мужчина.

— Эм… это Скарлетт Романова, — не совсем уверенно ответила я. Мне всегда казалось моё имя смешным. И мы с моими друзьями часто шутили о любви моей мамы к роману «Унесённые ветром».

— Ох, значит все верно, спешу представиться, моё имя Борис Коновалов, — голос на том конце на секунду замолчал. Похоже он ждал, что я узнаю его, но имя мне было не знакомо. Мужчина, закашлявшись, продолжал. — Может вы слышали о Рите Лин? — добавил он.

Я была далеко не фанатка отечественной музыки и вряд-ли нашлась бы и пара песен в моем плейлисте на русском языке, но имя этой девушки я слышала, так как телевидение и интернет у меня всё же были. К тому же певица была довольно запоминающаяся, у неё был низковатый грудной голос, что отличало её творчество от любого другого.

— Слышала, — рассеяно отвечала я.

— Хорошо, я являюсь продюсером данной особы, — продолжал Борис, — хоть это и не совсем входит в мои обязанности, но я хотел бы попросить вас на короткий срок стать одной из бэк-вокалисток Риты.

Я почти начала говорить, как Коновалов перебил меня.

— Можно мне объяснить? Дело в том, что я был одним из судей того октябрьского конкурса, ваш голос произвёл на меня хорошее впечатление. А позже заболела вокалистка из команды Риты и я сразу вспомнил о вас, так как ваш тембр чертовски подходит нам. Я прошу вашу помощь лишь на один концерт (День рождение Риты) и, разумеется, за хорошую плату. Конечно же, всё официально! — Коновалов замолк.

Теперь я поняла, что этот человек был на взводе и даже переживал. Пару секунд я переваривала услышанное. Промелькнула мысль о розыгрыше или мошенничестве, но голос у этого «Бориса» был чертовски убедительный.

— Я не уверена, что смогу вам помочь... — Всё же отозвалась я, но опять не успела договорить.

— Прошу вас, Скарлетт, не отказывайтесь! — уж очень расстроенно заговорил он, — Давайте встретимся и обсудим всё, это не займёт много времени…

— Вы же понимаете, слишком резкое предложение... — я все никак не могла обдумать хорошо его слова.

— Да-да, всё понимаю, поэтому и предлагаю побеседовать, давайте увидимся где-нибудь рядом с вашим университетом, например, в «Чайном Доме». Завтра в 12 часов дня, вас устроит? — протараторил Борис и замолк.

Я, помолчав, согласилась.

Чайный дом — довольно людное место, особенно в середине дня, так что, не думаю, что что-то может случиться. К тому же мужчина был таким расстроенным, что мне и правда захотелось помочь. Но это было не главным.

Конечно, от меня не ускользнули слова: «За хорошую плату.» Хоть я и не могла материально помочь здоровью мамы, так как всё возможное уже давно сделал дядя, но мне захотелось просто порадовать её и подарить ей нечто прекрасное на Новый год, ведь он мог оказаться последним. Эта идея прочно засела у меня в голове. Тем более, по словам Коновалова это займёт не много времени, а значит не повредит моей учебе. Из-за последней я и не пыталась начать работать, потому что дядя Саша с мамой строго запретили мне даже пытаться. «Если поступила учиться? Значит учись!» — твердили они. А если я буду постоянно уставать и отвлекаться, то, по их словам, это не учеба. Я не совсем была солидарна с ними, но тактично молчала. Расстраивать маму не входило в мои планы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

«И вообще, что-то новое не помешает в моей жизни», — с этими мыслями я стала исследовать википедию по запросам: «Борис Коновалов» и «Рита Лин».

***

Днем следующего дня я вошла в заведение «Чайный дом» закутанная в серый шелковый шарф и чёрное тёплое пальто. Ветер на улице не унимался и продолжал гонять прохожих по тротуарам туда и обратно. Он весело трепал прически и сдувал головные уборы, чем вызывал всеобщее негодование. Но моё приподнятое настроение не могли испортить даже собственные потрепанные волосы. Я перебирая их пальцами, пошла в сторону седого, но все ещё привлекательного мужчины, который сидел за столиком у окна и сковано махал мне рукой. Последние подозрения канули в небытие, так как лицо Бориса Яковлевича полностью совпадало с изображениями, данными на новостных сайтах. Значит вся история была правдивой.

Я почувствовала лёгкий страх, ведь мне придется говорить с самим Коноваловым. После прочтения о нем различной информации, я уже точно могла применить слово «самим», так как по многим статьям было понятно, что «ни счесть» всех достоинств данного человека.

Мужчина был красив и статен, его лицо уже коснулись возрастные морщины, а волосы и вовсе были почти седые, хотя густоты своей не растеряли, к тому же, были пострижены довольно модно. Все черты лица были правильные, глаза светло голубые. Одет он был в кремового цвета приталенный тонкий свитер и синие джинсы. Хотя вид Борис имел немного неуверенный.

Разговор в этот день у нас был занимательный, но не долгий. Информацию я получила практически ту же: У Риты Лин день рождения 21 декабря, круглая дата, в честь чего состоится большое празднование, где будет много отечественных звёзд. О чем не забыл упомянуть Борис Яковлевич, чтобы сильнее завлечь меня в работу. Разумеется, сама Рита там будет выступать для чего требуются две вокалистки (в наличии у них была пока только одна). Я должна стать второй и выступить на этом самом празднике. Борис Яковлевич не забыл упомянуть, что обычно они так сумбурно дела не делают, просто обстоятельства таковы.

Мы договорились о встрече и репетиции в понедельник в 6 часов вечера, специально после пар. Коновалов дал мне список песен и адрес, какого-то ресторана в центре, где должно было проходить само мероприятие и, соответственно, репетиции.

Глава 26 или Они такие странные...

В понедельник, то есть на следующий день, погода не изменилась. Мороз и ветер буйствовали с прежней силой, разве что изредка из-за облаков высовывалось солнце, словно стараясь приободрить город.

Я стояла у парадного входа в университет и ждала Нику, которая попросила меня об этом. Только сейчас поняла насколько это была глупая мысль, поскольку холод был не выносимый. Чтобы спрятаться от ветра, я зашла за колонну и напряжённо высматривала Балтийскую. Первая пара — лекция по философии, начнётся уже совсем скоро.

— Какого хуя ты вчера ушёл? — донёсся до меня знакомый мужской голос. Он явно был на взводе.

— Потому что мне было скучно, — раздраженно отвечал другой человек. Похоже его я тоже знала.

По звукам два парня шли в моем направлении и препирались. Меня из-за колонны не было видно.

— Скучно? Витя, ты с ума сошёл? — свирепо парировал первый.

И тут мой встревоженный мозг, наконец, узнал обладателей голосов. Дыхание перехватило. Кафф и Добровольский. Паника накатила совсем внезапно. Что мне делать? Они вот-вот повернут за колонну и столкнуться со мной. Кристиана я не видела уже много недель, и перспектива увидеть его меня не радовала. Я вспомнила тот ужасный день, когда руки Каффа до синяков сжимали мои.

— Крис, хватит нести чушь, — отозвался Виктор. Звуки шагов приближались.

— Ты теперь ведёшь себя иначе, — более спокойно, но с какой-то издевкой произнес Кристиан. Похоже сегодня его первый полный день в Москве после долгого отсутствия, но он уже успел выплеснуть в атмосферу огромное облако негативной энергии.

— Ты тоже, — в унисон темноглазому сказал Добровольский с некой мрачностью в голосе. А затем чуть не сбил меня с ног. Потому что именно в этот момент они шагнули в мою сторону.

— Оу, Скарлетт, — удивлённо произнес Виктор и улыбнулся мне, — привет, красотка, — добавил он, когда осмотрел меня придирчивым взглядом.

Кристиан остановился рядом с ним и, казалось, больше не шевелился. Я надеялась, что он пройдёт мимо или отойдёт подальше, но Кафф стоял, как статуя, почти передо мной. Я старалась ровно дышать, чтобы сохранять спокойный вид.

— Красотка? — я улыбнулась, — на морозе мозги застудил? — старалась вести себя естественно.

Почему Кафф продолжает стоять? Любопытство взяло верх и я все-таки посмотрела на него. Всё внутри содрогнулось. Кристиан смело, но как-то отсутствующе смотрел прямо на меня. Он будто был слегка сбит с толку. В моей голове закрутился вихрь картинок-воспоминаний, на которых мы точно так же буравили друг друга взглядом. Тогда я пыталась выдержать напор его тёмных глаз или вовсе побороть Кафф. Тогда мы выясняли, кто из нас сильнее! Но теперь это было не к чему, ведь битва давно разыграна и каждый из нас знает ответ. Сильнее был он, Кристиан. Это было очевидно, поэтому сейчас я даже не стала пытаться, просто потупила свой взгляд и пожелала оказаться как можно дальше от этого человека.

— Хм… А ты переживаешь за моё здоровье? — многозначительно улыбнулся Виктор. Я перевела на него взгляд, смотреть на этого парня было гораздо проще.

— Конечно, Добровольский, сплю и вижу, чтобы ты не забывал надевать шапку, — с усмешкой ответила я.

Виктор засмеялся, оголив свои идеально ровные зубы. Он выглядел сегодня довольно неплохо, хотя по краснеющему носу заметно, что немного замёрз.

— Так и есть, — произнёс Виктор, внимательно разглядывая меня.

Я чувствовала себя неловко от присутствия Кристиана. Он будто давил на меня. Я не могла понять, почему Кафф не уходит, а просто стоит и молчит. Снова посмотрела на него. И поняла, что Крис всё это время продолжал буравить меня взглядом. От этой мысли я содрогнулась, мои плечи дернулись и я качнулась назад, будто на секунду потеряла управление собственным телом. Это уже ни в какие рамки не шло, даже со всеми моими тараканами в голове, так реагировать было слишком, вокруг же люди. Свои эмоции надо держать под контролем. Я решила списать всё на дрожь из-за холода и, достав руки из карманов, скрестила их на груди.

— Как же сегодня холодно, — пролепетала я под пристальным взором Добровольского.

— Очень, — настороженно согласился он, — ты вообще зачем тут стоишь? Иди внутрь…

— Я жду Нику, — поспешно ответила я, радуясь, что смогла правильно объяснить свои внезапные порывы и не вызвать подозрений.

Виктор закатил глаза.

— В помещении подождёшь, — заявил он.

— Нет, — твёрдо сказала я, серьезно смотря на парня.

Добровольский улыбнулся.

— Ладно, увидимся позже, — дружелюбно попрощался парень и слегка подтолкнул Криса к двери. Кафф медленно зашевелился, словно просыпаясь, и они оба скрылись из виду.

Хоть он и ушёл, но это лицо все ещё стояло будто передо мной. Бледный цвет, легкая синева под глазами, впалые скулы — Кафф явно потерпел изменения. И эти перемены были вызваны не только стрессом или сбитым режимом дня, а ещё и профессиональной рукой парикмахера. Да, Кристиан остриг чёлку и поменял прическу. Теперь его не скрывала от меня мрачная завеса, он был открыт. Черные волосы парня были подняты вверх и теперь слегка торчали причудливым беспорядком. Может поэтому я и заметила некоторые признаки недосыпа и усталости, которые раньше не так бросались в глаза. Новая причёска Каффу шла, по крайней мере, мне нравилась, ведь я теперь в полной мере могла видеть его лицо, а значит улавливать мимику и мелкие эмоции. Не то, чтобы мне это было нужно, но так было проще. Туманный образ Каффа разбила Ника, которая уже успела подойти. И мы сразу вошли в двери.

***

Было 17:53, когда меня пропустили в Golden. Учтивый мужчина во фраке проводил меня в большой, дорого обставленный, зал. Стены и потолок были отделаны в викторианском стиле, на полу паркет. Обстановка в данном заведении меня не удивила, я и представляла нечто подобное, к тому же у меня был интернет, в котором всегда можно найти информацию.

В зале было несколько человек, но моё внимание сразу же захватил главный объект всеобщей работы — это девушка. Она стояла на сцене и явно руководила процессом. Данное создание выглядело весьма необычно — бледно-розовые длинные волосы, чёрная помада на губах, большое количество колец в носу, под правым глазом маленькая татуировка. Тело её, казалось, обтягивает миллион различных кожаных ремней, черных верёвочек и тесемочек. Я так до конца и не могла рассмотреть её образ.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Рад встречи, — произнёс знакомый голос. Я вздрогнула и обернулась. Борис Яковлевич стоял чуть поодаль, поэтому я его не сразу заметила.

— Здравствуйте, — поприветствовала его я.

— Рита, подойди, — сказал Коновалов, — знакомься, это вокалистка, о которой я тебе говорил, Скарлетт.

Девушка подошла к краю сцены и присела на корточки, её блестящие глаза без стеснения блуждали по мне. Я получила возможность рассмотреть её поближе. Рита имела большие голубые глаза и высокие скулы, немного сплюснутый нос и тонкие, но умело накрашенные, губы. Внешность необычная, но очень притягательная. Татуировка оказалась в форме фламинго.

— Ну привет, Скарлетт, — произнесла она хриплым голосом, — рада знакомству, — добавила Лин будто с неким призрением, но по её лицу мало, что можно было понять. Рита протянула мне руку с длинными черными ногтями и обилием колец.

— Взаимно, — произнесла я и дотронулась до её холодной руки.

— Ну давай, покажи, что можешь, зайка, — проговорила певица, когда уже уходила в центр сцены. Меня смутило ее обращение.

Я с интересом следила за девушкой, она поражала меня. Неформальные люди — это не такое уж и новшество в нашем обществе, но именно эта особа казалась мне особенно необычной. Может именно в этом и был секрет популярности Риты Лин.

Борис кивнул.

Я поднялась по ступенькам и почувствовала дрожь в коленях. Рита всучила мне микрофон и лист с текстом. Лин выглядела невозмутимый и уверенной, это можно было заметить даже по ее походке на высоких каблуках. Я пробежалась глазами по строкам, они были знакомы мне, что слегка вселило в меня уверенность.

— Несколько раз поем припев, — скомандовала она и в воздухе показала класс, видимо оповещая звукорежиссера.

Заиграл знакомый ритм, который быстро набирал темп и девушка сразу запела припев одной из самых популярных ее песен. Я заметила, что в живую слушать работы Риты гораздо приятнее. Она исполнила сначала припев сама, потом показала мне, что пора вступать. И на следующем я уже подпевала ей, первый раз получился немного робкий, затем мы пели ещё раз и ещё.

Лин остановила музыку очень резко, я не успела ничего понять. Певица спрыгнула со сцены и направилась куда-то в сторону выхода. Я с открытым ртом смотрела ей в след, потому что еще не закончила петь. Мои глаза стали искать Коновалова, один он производил впечатление вменяемого человека. Борис Яковлевич всё еще был в зале, я ощутила прилив спокойствия. Медленно спустилась со сцены и подошла к нему.

Выражение на лице продюсера заинтересовало меня. Похоже он был доволен. Я молча переводила взгляд с него и на уходящую Риту.

— Ты молодец, Скай, завтра в такое же время, — с видом триумфа произнёс Борис.

Я посмотрела на него из-под природных бровей.

— Я же говорил, что ты подойдёшь, — сказал мужчина будто не только мне.

Я немного шокированная покинула ресторан. Мои ноги буквально на автомате несли меня к остановке.

Реакция Лин была странной, точнее ее отсутствие, ведь Рита просто ушла. Но раз Борис Яковлевич не видит в этом ничего странного, значит обыденное дело. Интересно, всё они такие странные — эти звезды?

Глава 27 или Какая же ты...

Я жутко нервничала! Мы со всей командой находились в комнате ожидания. Время начала концерта все приближалось. Рита выглядела очень уверенной и спокойной.

— Скарлетт, милая, не переживай, всё под контролем, — она положила руку мне на плечо и взглянула в глаза.

Я постаралась прислушаться к словам девушки, но продолжала мерить шагами комнату.

Лин со смиренным удовольствием наблюдала за мной. Она будто наслаждалась моим беспокойством, хоть и делала вид, что хочет помочь. И наслаждение это было не злым, нет. Оно было добродушным и снисходительным. Словно мать, наблюдает за первыми шагами своего ребёнка. Рита, смотря на меня, будто ностальгировала о своём прошлом, о своих переживаниях и терзаниях.

За те несколько репетиций, что у нас были, Лин раскрыла себя с более приятной стороны. Мне казалось, что она мне симпатизирует, хотя от этой девушки можно было ожидать всё, что угодно. Она была ребёнком и взрослой женщиной одновременно, опытным человеком и совсем профаном. Рита могла выражаться сдержанно и компетентно, а могла, пиная мебель, громко сквернословить. Одним словом человек — палитра. Палитра включающая в себя гремучую смесь красок и образов.

Настало время выступления. Зал был переполнен. Меня больше всего волновал и одновременно вдохновлял тот факт, что мы делаем это не для обычных зрителей, а для людей, которые уже давно испытали на себе все тягости и радости создания настоящего шоу. Для настоящих артистов.

***

— Ну вот, а ты переживала, — улыбаясь, сказал мне Борис Яковлевич, когда концерт закончился и началась вечеринка, посвященная дню рождения Риты.

— Похоже зря, — кивнула ему я. Давно я не испытывала такого азарта при выступлениях.

— Скай, тебя должна видеть моя подруга Лола, — радостно сообщила Лин. Она была в возбужденном состоянии и всюду сеяла веселье. Ее настроение успокаивало меня, ведь атмосфера данного общества давила.

В этот вечер Рита познакомила меня с большим количеством человек. Некоторые поражали меня, другие вызвали негатив. Но чувствовала я себя комфортно, пожалуй, только с обычными людьми, которых тоже было немало.

Одним существенным недостатком были вспышки, они были повсюду, фотокамеры сопровождали буквально каждый твой шаг. Я думаю, это связано с тем, что папарацци боялись упустить любую деталь, каждую мелочь, за которую можно зацепиться и раздуть скандал. Поэтому фотографировали без разбора всех и вся.

Я разговаривала с гримером Авророй, когда виновница торжества подошла с очередной суперзвездой к нам. Мне показалось, что она отчаянно хочет перезнакомить меня со всеми, независимо от их положения и статуса.

— Скай, хочу познакомить тебя с очень талантливым и интересным человеком, по совместительству моим другом Крисом, — Лин немного выпила и была веселее прежнего. Ее розовые волосы слегка взлохматились.

Я подняла глаза и посмотрела. Почти на две головы выше миниатюрной Риты возвышался Кафф. Его глаза немного расширились. Повисло неловкое молчание. Кристиан выглядел слегка потрепанным, но кажется, это только шло на пользу его стилю, длинная безразмерная футболка, оголяющая ключицы, черные рваные на коленях джинсы, кроссовки. На плечи небрежно накинута синяя джинсовая куртка с порезами, она не скрывает его руки забитые темными картинками, которые в тусклом свете выглядят пугающе.

— Мы знакомы, — сухо сообщил он.

— Правда? — радостно сказала девушка, — да вы ж мои маленькие, — промурлыкала она и крепче схватилась за Каффа. Она не уловила его изменившееся настроение.

— Правда, — с неудовольствием произнесла я.

— Эта девчонка просто бомба, согласись! Ты видел, что она на сцене вытворяла? — слова лились из певцы со скоростью пулемета.

Я решила не дослушивать эту тираду и перебила.

— Простите, кажется, меня Лола искала, — произнесла я и направилась в толпу.

Да, так бесхитростно я избавилась от нежелательной беседы. А что мне было делать? В красках описать наши с Кристианом «чудесные» отношения? Нет, это точно не подходящее решение.

Я медленно шла по залу, обходя небольшие компании людей. Знаменитости — певцы, актёры, художники, писатели, спортсмены, журналисты, чем вы живёте? Какова ваша жизнь? Время словно остановилось. Я осознала свое окружение. Огромный зал, полный светских личностей, что я здесь делаю? Мои ноги привели меня к столу с напитками, не успела я выбрать жидкость, как ко мне подлетел официант с дежурной улыбкой и готовностью исполнить «любое» мое желание. Он выяснил мои предпочтения и быстро вывел идеальную формулу коктейля. Вот это ваша жизнь? Не успел и подумать о чем-то, как это материализуется прямо перед тобой?..

***

Я была с Авророй. Мы танцевали и говорили о мероприятии. Наша беседа прервалась, когда я заметила небольшую толпу, которая со временем росла. Моя спутница решила узнать, что происходит и потащила меня ближе.

— Да ты ничего не стоишь, жалкий щенок, деньги твоего отца не закроют меня, — донёсся до меня мужской голос сквозь музыку. Услышала звук удара. Неприятное ощущение появилось в животе. Ненавижу драки! Я, наконец, выбилась из толпы и увидела происходящее.

— Заткнись, — свирепо заорал Кристиан и его кулак оказался впечатан в живот противника. Два парня словно висели друг на друге, каждый пытался побороть второго.

Все будто наслаждались фееричным шоу, стояли и смотрели, тыкая пальцами. Набежало уже много людей. Миллионы вспышек фотоаппаратов сияли с разных сторон. Многие снимали. Я метала взгляды, неужели никто не остановит это? Драка была уже не простой, у парня текла кровь изо рта, а у Кафф рассечена бровь.

-…репортаж получиться просто прекрасный…- услышала я откуда-то справа.

— А где твоя мать? Она бросила тебя в детстве, заранее зная какой ты бесталанный? — эти слова полоснули мне по ушам. Что несёт это человек? Сердце застучало быстрее. И не только у меня. Кристиан с диким рыком скинул с себя руки противника и за воротник прижал его к стене, со всей силы впечатал ему кулак в лицо. Я услышала визги девушек, стоящих рядом со мной. Снова кулак в скулу. Всё словно в замедленной съёмке. Ещё кулак. Я смотрю по сторонам. Кулак. Никто явно не собирается это остановить. Мои глаза широко раскрыты, в них страх. Да он же убьёт его.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я, расталкивая толпу, бегу к Каффу. Что же он делает? Он может убить человека на глазах у всех!

Рука снова занесена для удара. Я всем своим весом вешаюсь на неё.

— Кристиан, остановись! — ору во все горло. Рука замирает. Парень у стены стонет, ему досталось.

Вижу в глазах Кристиана решимость.

— Кристиан, пожалуйста, не надо! — кричу я. Он молчит, будто полностью обратился в злость и ненависть.

Хватаю его лицо в ладони. Кровь из раны течет по его лицу и по моим рукам.

— Посмотри на меня, — я поворачиваю его искаженное лицо в свою сторону, он возвышается надо мной, — Кристиан, смотри на меня, — шепчу я, — успокойся, видишь, вокруг люди, — стараюсь сделать голос более успокаивающим, но он дрожит.

Кафф поднимает глаза поверх меня. Переводит взгляд на парня, который уже успел скатиться по стене на пол. Вижу снова злость. Кристиан хватает мои запястья и одергивает руки от своего лица. И резко кинувшись в толпу, уходит. Я молча смотрю на свои руки в его крови и на людей, которым уже хватило ума начать помогать пострадавшему. Некоторые разочарованно разглядывали меня. Я тоже поспешила скрыться.

***

— Боже, Скай, спасибо тебе большое, если бы не ты, то я не знаю, что бы сотворил Крис, — я встретила Риту, когда выходила во внутренний дворик ресторана. Она приобняла меня и побежала разбираться с толпой.

Я глубоко вздохнула, пытаясь восстановить дыхание. Я чувствовала, как жаркий воздух обволакивает моё тело, мне душно и дурно. На улице стало немного легче. Дворик был чудно украшен гирляндами одного цвета.

Из моего рта повалил пар, но холода я не чувствовала. Я ощущала лишь духоту и липкую кровь Каффа на своих руках. Достав из сумочки салфетки, стала старательно тереть пальцы. Я сосредоточилась на этом процессе, чтобы другие мысли не лезли в голову. Но в этот момент меня сильно дернули за предплечье, и я оказалась в менее освещённой части двора.

Я быстро освободила руку и отошла. Чёрные глаза мрачно сверлили меня взглядом. Фигура Кристиана плохо выделялась в темноте. Чёрная балахонистая футболка и подтеки крови на лице делали его и вовсе похожим на демона, готового к самым кровожадным действиям. И я бы испугалась, если бы видела его впервые.

— Зачем ты это сделала? — гулкий, хриплый голос с некой угрозой. Темные глаза сузились.

— Сделала что? — настороженно спросила я. Духота все ещё витала вокруг меня, поэтому я продолжала дышать полной грудью.

— Не прикидывайся идиоткой, зачем ты остановила меня?! — Кафф все еще был на взводе.

Я смотрела ему в глаза и не знала, что ответить. Просто смотрела и всё. В мою голову напрочь отказывались идти разумные мысли. Тишина с моей стороны явно бесила Кристиана.

— Отвечай! — заорал он и сделал шаг ко мне. Парень был совсем близко, его глаза злобно всматривались в моё лицо. Словно пытаясь вытянуть по крупицам из меня любую информацию.

Я попятилась назад и прижалась к колонне. Почему-то мне стало страшно. Кафф осмотрел меня с ног до головы и снова подошёл. Он упёрся ладонью в колонну слева от моей головы.

— Просто ответь на вопрос, Скарлетт, — с полу рычанием, выговаривая каждое слово, сказал он уже более спокойно. Его горячее дыхание коснулось моего лица.

Я опустила голову и волосы закрыли меня. Я начала чувствовать холод.

— Останови я тебя позже…- произнесла я, смотря на салфетку в своих руках. И замолчала, я не могла сформировать нормального объяснения, по крайней мере, в данный момент.

— И что бы было? — его хриплый голос раздался ближе, чем я предполагала, так как я все ещё стояла с опущенной головой. Пробежала дрожь.

— Ничего, я просто не люблю насилие, — быстро произнесла я.

— Вранье… — прокомментировал он над самой мочкой моего уха, — посмотри мне в глаза и скажи правду. Убери волосы, ты всегда за ними прячешься, — раздражение в его голосе начинало нарастать.

Я не двигалась. Я чувствовала стыд, не перед ним, а словно перед самой собой. Зачем же я ему помогла? Его рука коснулась моего лба, затем он медленно пропустил свои пальцы через мои волосы, убирая их с лица. Кафф, не отрывая руки, всё вёл, касаясь моего уха, а затем и шеи. Он приподнял мой подбородок и взглянул в глаза.

— Можешь не врать хотя бы сейчас? — спросил темноволосый.

— Ты избил человека! Только представь все эти заголовки газет и журналов, — изрекла я и почувствовала себя совсем плохо, опустошенно. Словно сказала что-то лишнее.

Он держал свою руку у меня на шее, и я чувствовала, как мой собственный пульс отдаёт ему в ладонь.

— Я не нуждаюсь ни в чьей помощи, — глаза Кристиана блестели раздражением. Его негодование передалось мне.

— Сегодня нуждался, — зло парировала я.

— Хватит лезть в мою жизнь! — яростно произнес он, — как это у тебя получается? — внезапно очень измученным голосом сказал Кафф.

— Поверь мне, я бы хотела не оказываться рядом с тобой, — честно произнесла я.

Его глаза резко метнулись к моему лицу. Что-то в моих словах задело его. Он оторвал руку от моей шеи и оперся справа от меня на колонну. Я оказалась словно в ловушке. Его лицо было буквально в нескольких сантиметрах от моего. Я схватилась за его правую руку, пытаясь убрать её, чтобы пройти, но та словно вросла в камень.

— А рядом с кем бы ты хотела быть? Может Виктор хорошая кандидатура? — злобно прорычал Кристиан почти мне в губы. Вся его фигура пылала негодованием, я заметила вздувшиеся вены на его руках.

Меня поразил и испугал его вопрос, потому что он звучал… Звучал, как ревность.

— Кристиан, ты в своём уме? Причём здесь он? — я с трудом формулировала предложения. Кристиан буквально давил на меня.

Кафф засмеялся.

— Думаешь, я не вижу?! Все не видят?! То, как вы мило беседуете, шутите и находитесь всегда рядом?! — слова злым потоком лились из его рта.

Волна раздражения прошлась холодными мурашками по моей спине.

— Почему тебя это волнует? Какая, к черту, разница кто находится рядом со мной? — почти заорала я ему в ответ.

Кристиан долго смотрел на меня. И снова с иронией хмыкнул.

— Рядом с тобой… Место рядом с тобой. Что это? Кто вообще его достоин? Скажи, Скарлетт! — в его голосе слышалась издевка, спокойствие и какая-то непонятная тоска.

Я в недоумении смотрела на него. Я не понимала, что он хочет, не понимала смысла его вопросов, не понимали ничего.

Я подняла на Каффа глаза и облизнула нижнюю губу в раздумье. Честно произнесла:

— Я не понимаю, Кристиан.

Его рука резко метнулась к моему лицу, он снова взял меня за подбородок. Слегка коснулся своим большим пальцем моей нижней губы и провёл по ней.

— Боже, остановись, перестань это делать, — он говорил сбивчиво на выдохе. И смотрел.

— Что? — меня бросило в дрожь, и окутал неясный страх.

— Делать эти свои штучки…

Я с потрясением смотрела на него и начинала понимать. Пару секунд мы буравили друг друга взглядом.

— Мне не делать так? — спросила я и подняла на него взгляд, приподняла брови и медленно облизнула губы.

Оказывается я страха не испытывала до этого самого момента. Лицо Каффа изменилось, стало сосредоточенным и плотоядным.

— Какая же ты… — он не закончил фразу. Его рука обвилась вокруг моей талии, и в одно усилие, и в одно мгновение его губы смяли мои.

Глава 28 или Вспышка...

Вспышка. Одна вспышка. Сладкий туман сразу рассеялся. Меня словно вырвали из теплых сновидений и окунули в холодную воду. Я открыла глаза, когда горячие губы перестали терзать меня.

— Черт! — раздался взбешенный голос Кристиана. Он секунду смотрел мне в глаза, слегка уловимое разочарование отразилось на его лице.

Я не сразу поняла что происходит, но когда перевела взгляд с Каффа на человека позади, то ответ появился сам собой. Нас поймал репортер. Я растеряно смотрела на мужчину с фотоаппаратом в руках.

— Как же вы все заебали, нигде нет покоя! — злобно парировал кареглазый. Я почувствовала, как напряглось его тело. Руки парня ловко соскользнула с моей талии, он схватил меня за руку.

Я еще не успела подумать о решении проблемы, как меня уже повели обратно в ресторан. Причем довольно грубо.

— Вы сами себя еще не бесите, хреновы папарацци? — едко кинул Кристиан и слегка пихнул репортера, проходя мимо. Но мужчина явно не растерялся, он кинулся за нами в след.

— Крис, а это ваша девушка? Поэтому она решила спасти вас из той драки? А давно вы вместе?

Мы с Каффом пробирались через толпу, в помещении было людно и душно, нормальное освещение уже полностью преобразилось в неоновые украшения и разноцветные прожекторы. А вопросы все сыпались нам вдогонку. Я заметила, что к этому мужчине стали подтягиваться другие журналисты.

— Отвали, кретин, — рявкнул на него Кристиан, когда злосчастный журналист уже почти догнал нас. Кафф вытащил телефон, его пальцы быстро забегали по клавиатуре. Мы приближались к выходу.

— Куда мы идем? — встревожено спросила я, уже понимая, что вляпалась в скандал на уровне прессы. Эта суматоха совсем выбила у меня почву из-под ног.

— Надо уйти отсюда, они не отвяжутся, — проговорил темноволосый, не глядя на меня. Мы уже вышли в главные двери и оказались на крыльце.

— Нам уйти? Вместе? — переспросила я, недоверчиво смотря на его затылок, так как лица я не наблюдала. Услышала звук подъезжающего авто.

— Садись в машину, быстрее, — властным тоном произнес Кафф и открыл передо мной дверь. Я не сопротивлялась, но и не подчинялась. Он усадил меня почти силком. Сам залез следом. Заревел мотор автомобиля и мы быстро поехали прочь.

Я отодвинулась, как можно дальше, от Кристиана, потому что была раздражена его наглостью и некомпетентностью. Нужно успокоиться и спокойно оценить сложившееся положение. Что это вообще за машина? Я кинула настороженный взгляд на человека за рулем. Кристиан уловил это.

— Это агент, он помогает мне в подобных ситуациях, — невозмутимо изрек он, до того, как я успела спросить. Таким тоном, обычно, разговаривают с детьми.

Я осознавала происходящее. Я еду в машине с неизвестным мужчиной и Кристианом (человеком, который уже давно не вызывал у меня доверия) в неизвестном направлении.

— Куда мы едем? — я пыталась говорить спокойно, чтобы не выглядеть испуганной. Кинула взгляд в окно. Мимо мелькали яркие витрины магазинов, высокие фонари и темные деревья.

— Черт, нужно сказать Лин, что нас не будет, — мой спутник достал телефон и стал что-то печатать длинными пальцами.

Я перевела глаза на его запястье, выпирающая кость при каждом движении слегка двигалась под тонкой кожей. Его худые руки изящно перебирали буквы на плоской клавиатуре, под полупрозрачной кожей были заметны голубые венки, словно ветви голого дерева, укрощающие его кисти. У меня перехватило дыхание. Он завораживающий. Я совсем отвлеклась.

Мне столько хотелось сказать, но я испытывала замешательство. Мне хотелось прояснить всё, но наличие в авто постороннего человека сбивало меня.

— Я вляпалась в большую историю, да? — мрачно произнесла я.

— Ну, на неделю как минимум, — равнодушно изрек Кафф, он на меня не смотрел, а вглядывался в окно, хотя ничто там не могло привлечь его внимание. Кристиан выглядел спокойным и задумчивым.

— На неделю? — переспросила я. Я искала его взгляда, пыталась прочитать всё на этом безучастном лице. Его смиренное выражение подогревало во мне негодование. Ведь внутри сейчас бушевала буря из эмоций, а черноволосый равнодушно пялился в окно.

— Примерно неделю о тебе будут трезвонить почти все средства массовой информации, а потом станет немного лучше… — пояснил Кристиан и усмехнулся. Да Кафф не иначе, как смеется.

— Ты издеваешься надо мной?! — вспылила я. Ведет себя так, будто его это не касается, будто мы оказались в подобной ситуации по моей вине.

— Нет, Скарлетт, я не издеваюсь, ты выбрала этот путь, когда первый раз стала на одну сцену с Лин, — заявил парень и устало прикрыл глаза.

— Так во всем виновата Рита? — разозлилась я и кинула на него возмущенный взгляд. С чего это он переводит стрелки? Наглец.

— Да черт бы тебя побрал, причем тут Рита? Хоть с кем бы из присутствующих на этом вечере ты вышла на сцену, ты уже автоматически часть этой жизни, — заключил парень и недовольно взглянул в мою сторону.

На секунду я застыла в раздумье. Ведь первым из тех людей, с кем я вышла на сцену, был сам Кристиан. Он словно тоже понял это, когда наши глаза встретились. От этой интересной мысли меня отвлек свет, которого стало слишком много, так как мы въехали в помещение.

Чёрт, этот идиот так и не сказал куда мы ехали!

— Где мы? — с тревогой спросила я. В этот момент мотор перестал работать, машина остановилась и водитель вышел из нее.

— У меня дома, — спокойно пояснил Кристиан и тоже покинул авто.

Я в замешательстве сидела на заднем сидении и смотрела ему в след. Мы находились на подземной стоянке, но это не о чем мне не говорило. Паника постепенно захватывала мое тело и разум. Мне хотелось, чтобы меня отвезли в мою квартиру, но сидеть одной в машине стало страшно, я выскочила из нее.

— Я хочу домой! — крикнула я Каффу, который уже был на полпути к лифту.

Темноволосый медленно остановился и лениво повернулся ко мне, словно раздумывая, отвечать ли на мою реплику.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я попыталась сделать свой взгляд более уверенным и властным. Парень не спеша направился ко мне. Его лицо было равнодушное, но черные глаза изучающие. Кареглазый остановился в шаге от меня и оперся боком о машину.

— Хочешь уйти? — негромко спросил он, — и оставить все как есть? Оставить всё недосказанным, расплывчатым? Ты не меньше меня хочешь ясности, ведь так? — Кристиан ухмыльнулся, смотря мне в глаза, его рука потянулась к пряди моих волос. Я вздрогнула и качнулась назад, — не уходи и мы разберемся с этим… — так и не дотронувшись до меня, сказал он. Его глаза слегка потускнели.

Глава 29 или Довольствуюсь малым...

Двери лифта закрылись. Я отстранённо смотрела перед собой. Меня обуял страх. Я понимала, что наше с Кристианом общение уже давно вышло за рамки нормального, оно было странным, больным. И нужно было что-то решить, либо закончить это раз и навсегда, либо изменить. А что из этого будет худшим для меня, что покалечит и сдавит меня, я не знаю. Мне было страшно от того, что именно сейчас нам предстоит расправиться с этим, что итоги этого разговора будут преследовать меня.

Нужно ли мне это? Ведь я только свыклась со своей долей, только приняла свою жизнь, как этот человек вновь принёс беспокойство, страхи и боль. Мне и так есть с чем бороться. Каждый день.

А что думает он? Я слегка повернула голову и взглянула на профиль парня. Кристиан стоял слегка сгорбленно, вид был измотанный и задумчивый. Что скажет мне он? Кристиан так страстно целовал меня во дворике того ресторана, так смотрел. Я вспыхнула при воспоминании об этом. Разумеется, что-то он испытывал ко мне, но что? Страсть и желание обладать? Вполне возможно. Мужчины могут спутать это с симпатией — известный факт. Такая мысль меня расстроила.

Двери лифта раскрылись. Кристиан вежливо пропустил меня вперёд. Он направился к квартире, которая была прямо перед нами. Ключ в замке щелкнул, и открылся вход в полумрак. Кафф вошёл следом за мной и щёлкнул выключатель. Помещение озарило белым светом и я, наконец, увидела квартиру Кристиана.

Гостиная была совмещена с кухней, их разделяла лишь небольшая стойка с высокими стульями. Немалое удивление вызвало наличие белого цвета везде, абсолютно всё было белым. Но огромный шок пробудило то, что квартира была необжитой. Пустая, тихая, спящая. Ничего не говорило о наличии человека в этом доме. Вещей не было ни на полке, ни на столе, ни на диване. Пустота. Лишь унылая светлая мебель и ничего больше.

— Она новая, — заметив мой взгляд, произнёс Кристиан.

Он прошёл в глубь комнаты и положил свою куртку на диван. Но не услышав от меня ответа, видимо решил пояснить:

— Квартира новая, я купил ее в начале учебного года, когда вернулся в Россию.

Я последовала за Каффом.

— Но уже прошло почти полгода, — не громко произнесла я.

— И что с того? — раздраженно спросил парень.

Я промолчала. Наверное, людям не приятно, когда говорят, что их дом не уютный или намекают на это.

Кристиан по хозяйски прошёл на кухню.

— Я почти тут не живу, — холодно добавил он.

Я села на белоснежный диван с короткой спинкой. Передо мной был столик и чуть дальше большой декоративный камин. За моей спиной кухня. Я услышала звон стаканов. Через секунду на столик опустились два бокала вина. Алый цвет напитка в прозрачном сосуде ярко контрастировал с царившей повсюду белоснежной роскошью. Этот темный цвет сочетался в этой комнате, пожалуй, только с Кристианом.

— Спасибо, не надо, — бесстрастно произнесла я.

Кристиан сел рядом со мной на диван и слегка повернулся ко мне. Его чёрные глаза заинтересованно смотрели.

— Ты боишься пить рядом со мной? — осведомился Кафф, играя бокалом в руке.

Кровь хлынула к щекам. Почему-то его вопрос выбил меня из колеи, хотя и не это было главной причиной.

— Нет, — я усмехнулась, пытаясь скрыть смущение, — но нашему с тобой диалогу мое опьянение никак не поможет.

— А меня? — с любопытством спросил Кристиан, сделав глоток.

Я смотрела, как бурые капли остаются на нижней губе Каффа, как он слегка касаясь языком, слизывает их.

— Что тебя? — нервозно задала вопрос я, сосредоточившись на его глазах.

— Меня боишься? — повторил он, всматриваясь в мое лицо.

— Нет, — ответила я. Но это была лишь отчасти правда. Сейчас я не боялась Кристиана, но порой он был, действительно, пугающим.

— Неужели мои поступки не пугали тебя? — Кафф слегка наклонился ко мне и приподнял бровь.

— Ты ничего мне не сделаешь, — спокойно сказала я, смотря прямо в его глаза.

— Ты не можешь быть уверена, даже я иногда не уверен, — мрачно заявил парень. На бледном лице отразилась насмешка.

У меня перехватило дыхание.

— Вот видишь, — он усмехнулся, — я помню, тогда, в университете твой пульс был быстрым из-за страха, ты сама сказала мне об этом.

— Кристиан, мы пришли сюда, чтобы ты пересказывал мне мои же эмоции? — я приподняла бровь и взглянула на парня. Мой вопрос одновременно был и ответом. Я не умышленно, но согласилась с его словами о моем страхе. И Кафф уловил это.

Глаза Кристиана вспыхнули и он резко сжал зубы. Я увидела, как заходили желваки на его скулах.

— Ты назвала меня по имени и у меня перехватило дыхание, — внезапно медленно выговорил парень. Его голос был довольно низким.

Пару секунд я вдумывалась в услышанное, пока смысл фразы не запечатлелся в моем разуме окончательно. «Перехватило дыхание». Как бы я не боролась с собой, но сдержать удивление мне не удалось. Глаза округлились и норовили выпасть из глазниц к чертям.

— Дыхательные пути сдавило и стало сложно дышать, — хриплый голос продолжал, — что это? — спросил Кристиан, слегка приблизившись, — похоже на болезнь, — ещё на сантиметр ближе, — Скарлетт…

Я резко вздохнула. Мое имя именно в его устах звучало слишком сокровенно, слишком лично, как будто, непристойно. Рой холодных мурашек покрыл мое тело. Разумеется, Кристиан этого и добивался. Он заметил мою реакцию.

— Тяжело, правда? — Кафф усмехнулся, изучая меня своими острыми, как иглы, глазами. Парень будто ставил на мне опыты, пытался предугадать мои действия, увидеть реакцию.

И мне тяжело было противостоять ему, ведь Кристиан и правда читал меня. Он слишком близко, его взгляд слишком проницательный, сложно скрыть себя. И пора уже отплатить хоть долей правды, на его правду.

— Да, — согласилась я. Призналась, что Кафф действует на меня, оправдала его ожидания. Впервые.

— И забавно… — добавил он и поднёс свой напиток к губам.

Повисла пауза. Кристиан выглядел задумчиво и печально. Его взгляд был прикован к пустой каминной полке.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Мне не хватает этого, — негромко произнёс он, — последнее время эти эмоции для меня словно подпитка, я не могу избавится от этой зависимости, её силу я сполна ощутил в последний свой визит в Лондон, пару недель назад, — его губы медленно шевелились, четко произнося эти слова.

Я увлечённо следила за мимикой лица парня и слушала его голос, такой сбивчивый и хрипловатый. Неужели это и правда Кристиан? Тот человек, у которого есть все основания ненавидеть меня, в чем он собственно и преуспел в последнее время. Я не могла поверить его словам. Кажется, я просто что-то недопоняла.

— О каких эмоциях идёт речь? — сухо спросила я.

Чёрные глаза метнулись ко мне, на лице Кристиана появилось явное раздражение. Парня бесило то, что я заставляла его говорить, хотя это давалось ему с большим трудом. Он поставил свой бокал на столик.

— Вот эти эмоции…

Его лицо резко приблизилось, две руки оперлись о диван с двух сторон от меня. Кристиан на секунду замер прямо передо мной, давая пламени в его чёрных глазах распалиться ещё сильнее и накрыл мои губы своими. Внутри меня все замерло. Сердце пропустило удар. Я стала отклоняться назад, но Кафф только воспользовался этим. Я оказалась в полулежащем положении, прижатая губами и телом Кристиана. По коже прошёлся электрический разряд от ощущения его тела рядом. Парень, почувствовав мою беспомощность, стал ещё более настырным. Я чувствовала запах вина и хвои, эти ароматы будоражили меня. Его горячий язык необычно контрастировал с холодными от напитка губами. Я упивалась эмоциями. Волны мурашек разливались по моему телу. Внезапно я почувствовала руку Кристиана, которая медленно, но уверенно проникала под мою майку, прохладные длинные пальцы слегка касались горячей кожи, отдаваясь пульсацией во всем моем теле. Нет. Это уже слишком. Не отрываясь от Каффа, я поймала его руку и сдавила её, давая понять, что дальше заходить не стоит. В этот момент я почувствовала резкую боль и вкус крови. Я вскрикнула.

— Ты что творишь?! — злобно простонала я, возмущённо смотря на него.

— Что хочу, — невозмутимо произнёс он, рассматривая меня вблизи.

Я раздраженно взирала на лицо Каффа, готовая отвесить пощечину, хотя бы за кровоточащую рану на губе.

— Мало ли, как сложится наша сегодняшняя беседа, и когда я в следующий раз смогу поцеловать тебя, так что довольствуюсь малым, — невозмутимо ответил Кристиан на мой укоризненный взгляд.

Меня поразили его слова. Хотя дело было даже не в их смысле, а в уверенности Каффаа, что поступок может быть оправдан в будущем, что разговор может привести к полному краху и, что этот поцелуй может оказаться последним…

Глава 30 или Всегда сильной...

Он питается эмоциями от меня, я для него как подзарядка. Это знание будоражило внутри меня доселе не известные мне чувства. Я задумалась, пытаясь проанализировать слова Кристиана.

А что он значит для меня? Кафф приносил столько негативных эмоций в мою жизнь. Но все ли они настолько плохи? Я вспомнила его руки на своём теле, его пылающие глаза и бурю ощущений, которую они вызывали. Да, Кристиан заставлял меня чувствовать, именно это тянуло меня к нему, это мешало спать ночью, это заставляло жить. Ведь эмоции — это настоящая жизнь, со всеми её горестями и радостями. И внезапно я осознала, что хочу прожить её на полную катушку.

Я взглянула на, сидевшего рядом, парня и встретила чёрные, как вечная ночь, заинтересованные глаза.

— Всё, что происходит, выбивает меня из колеи, — задумчиво произнесла я, — но отсутствие этого делает только хуже, — призналась честно.

Лицо Каффа преобразилось всего на секунду, затем он поборол выразительную эмоцию. Кристиан обрадовался, парень почувствовал облегчение, ведь я его поняла. Какое-то время он помолчал, потом повернулся ко мне и слегка приблизился. Я невольно взглянула на его шею и почувствовала свежий, дразнящий, еловый запах, который так и манил. Мне захотелось прикоснуться к Кристиану, дотронуться до кожи, очертить четкую линию ключиц и подбородка.

— Я всё решил, — меня отрезвил хриплый полушёпот пухлых губ.

— Что именно? — я усмехнулась. Его слова звучали убедительно, но не стоит черноглазому сильно обольщаться.

— Теперь ты моя, — уверенно произнёс Кафф, без смущения рассматривая меня с ног до головы.

Сердце в сотый раз за сегодня пропустило удар. Так и до больничной койки недалеко.

Я его? Принадлежу ему? Я не верила услышанному. Быстро же Кристиан перевернул мои слова в свою пользу. Я никому не принадлежу, ему стоит это понять. Но почему же мне так приятно это слышать? Почему вызывает такой трепет каждое его чертово слово? Чертов Кристиан Кафф!

— Я принадлежу только самой себе, — стараясь держать себя под контролем, медленно заверила я. К щекам прилила кровь.

— Нет, мне, — так же спокойно пояснил Кристиан. Его темные глаза, обрамлённые густыми ресницами уверенно смотрели на меня, будто пытаясь загипнотизировать.

— Нет, Кристиан, — я вложила всю силу убеждения в эту фразу.

— Ты сама сказала, — Кафф откинулся на спинку дивана, ухмылка застыла на его лице. Парень вальяжно сделал глоток из бокала.

— Я лишь сказала, что тоже чувствую что-то! — наконец, вспылила я. Так и знала, с ним нужно держать ухо востро.

Громкий звенящий звук заставил меня вздрогнуть. Кристиан с размаху поставил пустой сосуд на стол и обернулся. Его лицо было серьёзным.

— Это всё уже не важно, — произнёс сухо он, — главное, что мы решили попробовать, верно? Или я не прав? — парень почти угрожающе смотрел на меня.

— Верно, — ответила чуть позже, чем следовало бы, — и… не делай так, — я кивнула в сторону столика.

Кафф явно не понял, что именно я имею в виду. Он пару секунд смотрел на бокалы, потом кинул на меня немного удивленный взгляд.

— Я напугал тебя, — произнёс он, его губы тронула легкая улыбка.

— Тебе весело? — меня взбесила его реакция. Она неправильная, ведь я и правда испугалась.

— Ты такая восприимчивая, — усмехнулся Кафф.

Я с огромным трудом поборола дикое желание врезать ему. В моих глазах горела такая злость, что, удивительно, как от Криса не осталась лишь горстка пепла. Парень явно наслаждался моей реакцией. Кафф улыбнулся, демонстрируя милую щербинку между зубов, и потянулся к моему лицу, длинными пальцами схватил прядь волос.

— Ты всегда была такой холодной, — хрипло произнес Кристиан и слегка потянул локон, — всегда сильной… — начал накручивать его на палец, — и независимой, — аккуратно заправил за ухо.

Миллионы мурашек бежали по моему телу, но я не желала раскисать.

— Так и есть, — перебила я его речь. Никто не смеет брать под вопрос мой характер.

— Но лишь стук стакана способен напугать тебя, Скарлетт, — лицо Кристиана похолодело. Было ощущение, будто в своих рассуждениях он забрался слишком далеко, даже для самого себя. Я заметила горечь в его взгляде. И машинально воскресила в памяти воспоминания того дня, когда Кафф так крепко прижимал меня к стене в коридоре университета, и холодный пот выступил на моей спине. Мне захотелось поскорее отогнать неприятное чувство. Я посмотрела на дисплей своего телефона первый раз за долгое время.

— Уже 2:23, мне пора, — сорвалось с моих губ.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 31 или Не могу думать...

Но было уже поздно. Процесс запущен. Я так резко встала, что даже в глазах потемнело. Мне захотелось поскорее убраться отсюда, уйти, сбежать, забыться. Неприятные воспоминания накатили неожиданной волной. Дыхание перехватило. Казалось, что те мерзкие чувства — неуверенность, беспомощность и жалость к себе со стопроцентной концентрацией заполнили воздух вокруг меня. Хочу оказаться одной. Я нервным движением расправила топ и готова уже была сделать шаг. О каких нормальных отношениях может идти речь? Опомнись, Скарлетт! Это же Кристиан, мать его, Кафф! Человек, который подорвал твою уверенность. Само его существование говорит о твоём несовершенстве.

Парень слева стремительно поднялся и перегородил мне путь. Его высокая фигура возвышалась надо мной. Я застыла, смотря в одну точку. В горле сформировался ком, а в груди боль. Нормальные люди так реагируют? Навряд-ли. Со мной что-то не так. Это точно. И я убедилась в этом, когда мужские руки легли на мою талию, удерживая. Да меня ведь колотит. Всё тело дрожит, а переносицу сводит.

— Тссс… Скарлетт, ты чего? — прошептал мне в ухо мужской голос, когда большие руки обняли мои плечи, — успокойся, ты вся дрожишь и совсем холодная…

Кристиан легким движением руки подхватил мой жакет, не выпуская меня из объятий, и накинул его мне на плечи. Ещё секунду он обнимал меня, затем отстранился и стремительно взглянул в глаза. На его лице я прочитала замешательство.

— Так, смотри на меня внимательно, считай до десяти и делай глубокие вдохи и выдохи, ну же…- скомандовал кареглазый.

Я последовала совету. Один. Два…

Сработало. Неприятные мысли стали отступать. Разум слегка прояснился. Что это было? Так плохо я себя уже давно не чувствовала. Минуту мы простояли в таком положении.

— И часто у тебя панические атаки? — бесстрастно спросил Кристиан, рассматривая меня.

— Ты о чем? — осведомилась я, искренне не понимая его вопрос.

— Панические атаки, Скай, — мне показалось, в голосе Каффа проскользнуло раздражение. И, разумеется, мне это не понравилось.

— У меня их нет, — строго отчеканила я, смотря на бледное лицо парня. Он хочет меня напугать.

— Она только что была, — уверенно произнёс певец.

Кафф сейчас серьёзно? Этот парень определенно что-то путает. Но тень удивления все же скользнула по моему лицу.

— Это не паническая атака, — смело заявила я. Так если каждую слезинку или порыв гнева за паническое расстройство считать, то я уже давно должна быть в больнице.

— О нет, это именно она, не тебе со мной спорить о том, как это обычно происходит, — уж сильно злобно произнёс Кафф.

Не может такого быть! Я не настолько умственно-отсталая, чтобы не отличить обычные негативные эмоции от панической атаки. Или настолько? И, если это то, что оно есть, то я сейчас предстала перед Каффом психически больной. Боже, а что если это и правда так? Откуда мне знать, что именно я испытываю. Неужели, я все это время прибывала в панических атаках. Нужно успокоиться, сейчас я с этим не разберусь, буду решать проблемы по мере их поступления.

— Все со мной нормально, — произнесли мои губы, но уже не так уверенно.

— Не сомневаюсь, — как-то мрачно произнёс Кристиан и приподнял одну бровь, словно недоумевая своим же мыслям. Он какое-то время рассматривал меня.

Его руки схватили меня покрепче, а губы оказались у шеи.

— Останься со мной сегодня, — тихо произнёс он с такими чарующими нотками хрипоты в голосе.

Мне показалось, что только от звука его голоса я уже могу впасть в безрассудство. Как быстро черноволосый прыгает от темы к теме. И как он прытко свыкся с мыслью, что я только что сходила с ума у него на глазах. Но тело реагировало отдельно от моих мыслей — мои ноги предательски подкосились. Крепись, Скарлетт. Кристиан аккуратно убрал мои волосы на одну сторону, касаясь горячей кожи прохладами подушечками пальцев. Я почувствовала дыхание на своей шеи, а затем и влажные губы. Кафф слегка касаясь, провёл ими до уха. Я глубоко задышала. Кровь заструилась по моим венам.

— Нет, я устала и надо многое обдумать… — я с трудом заставила себя сопротивляться сладостным пыткам.

— Обдумай здесь, — просто бросил парень, не отрываясь от моей шеи.

— Я не могу думать рядом с тобой, — честно призналась я.

Кафф усмехнулся, но издеваться над моей кожей перестал, оставив после себя разбегающиеся мурашки.

— Это будет тяжелая ночь в одиночестве, — холодно произнёс он, — как и все предыдущие, — добавил с не менее безразличным лицом.

— Как и ближайшие последующие, — хмыкнула я, ожидая реакции.

Хотя смысл сказанного парнем был довольно интересен. Когда он последний раз с кем-то спал? Во всех смыслах данного вопроса…

Кристиан застонал.

— Ты так меня бесишь, — произнесли его губы. В чёрных глазах заиграли огоньки.

— Как и ты меня, — я смотрела на него снизу вверх, но это не делало мой взгляд менее уверенным.

Он скрипнув зубами, сменил тему.

— Я отвезу тебя домой, — выдал Кафф. Ему данные слова явно не приносили особого восторга.

— Ты выпил, — опомнилась я, глядя в сторону злополучных стаканов, один из которых навёл меня на неожиданное неприятное открытие о моем психическом состоянии.

Парень закатил глаза.

— Водитель будет за рулем, а я рядом с тобой, думаешь так просто от меня отделаться? — он сверкнул глазами.

— Я надеялась, — вздохнула я, будто разочарованно.

Крис злобно втянул в себя воздух. Желваки задвигались под полупрозрачной кожей.

— Не выводи меня… — сквозь сжатые зубы проговорил черноволосый.

— Иначе что? — я уверенно улыбнулась, смотря ему в глаза.

— Иначе сегодня ты точно отсюда не уйдёшь, — прорычал он, приближаясь слишком близко.

Я вспыхнула изнутри, но виду не подала.

— Я так не думаю, — сердце бешено стучало у меня в груди, но я все не останавливалась. В этой провокации было что-то настолько сладостное и интригующие, что я просто не могла остановиться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Никого это не интересует, — произнёс он, резко отвернулся от меня, подобрал свою куртку и направился к двери. Он будто сам себе не доверял, будто боялся сорваться, поэтому ушёл, пока мог.

Я следом.

Глава 32 или И я целую...

В машине было тихо и спокойно. Если не смотреть в окно, то и вовсе казалось, что мы ни мчимся на большой скорости сквозь ночной город, а стоим на месте. Я даже могла наслаждаться этим моментом, если бы не мысли, которые еле умещались в моей голове, они ютились там, то и дело, всплывая причудливо-пугающими картинами.

Я попыталась сосредоточиться на дороге. Не помогло. Мимо проплывали неосвещённые окна в перемешку с подсвеченными витринами, нечастые голые деревья, с успевшим осесть к середине ночи инеем. Все это наводило лишь уныние, взгляду не на что было упасть, поэтому я снова возвращалась к своим терзаниям.

Я вспомнила о начале сентября, когда я только приехала в Москву, только поступила в университет. В это время мне позвонили из больницы и сказали, что курс лекарств, которые принимает мама больше не помогает ее организму, теперь прийдется использовать более сильные препараты. Я помню свой шок и тот кошмарный вечер, когда я словно онемела, словно отключилась от мира и попала в свою собственную ватную вселенную надрыва. Тогда я в первые почувствовала такое жуткое одиночество, липкую беспомощность, которая своими цепкими клешнями тянула меня на дно.

Мое сердце снова сжалось. Не понимаю, как я выбралась тогда. После сегодняшнего дня, я смотрела на подобное своё состояние иначе. Я кинула взгляд на сидевшего рядом парня, в полутьме он выглядел завораживающе. Его глаза были прикованы к окну.

Я вспомнила, как впервый раз увидела его. В объятиях Марии. Мне стало неприятно от этих воспоминаний. Кристиан хочет отношений? Но ведь он так просто сменил Марию на другую девушку на вечеринке у Виктора. Кристиан непостоянен, вспыльчив, скрытен. Я снова ощутила замешательство. Мы не знаем друг друга. Для него может оказаться нормой менять девушек, как перчатки.

Я бросила хмурый взгляд на Каффа. На этот раз он уловил это.

— Что такое? — его чёрные глаза с интересом скользнули по моему лицу.

— Помнишь нашу первую встречу? — спросила я. Этот вопрос вырвался сам собой, я не успела отредактировать его у себя в голове. Мне стало стыдно. Надеюсь, он не звучал сильно романтизировано.

Мне показалось, что Кристиан хихикнул. Черт!

— Помню, — ответил темноволосый парень, но веселье уже исчезло с его лица. Он внимательно смотрел на меня.

— Что ты помнишь? — я сделала свой голос максимально серьёзным, мне хотелось выяснить больше подробностей о мировоззрении Кристиана.

— Помню, как ты вынесла мне мозг и прожгла во мне дыру своим злобным взглядом, — саркастично произнесли его губы, а брови надменно искривились, — но я думаю, что ты хочешь узнать нечто другое, — продолжил Кафф, — а именно о Марии? Можешь не переживать, я к ней ничего не чувствовал и не чувствую, она липла ко мне ещё тогда, когда я посещал отца в России…

— Я и не переживаю, — перебила его я. Мне не понравилось, с каким тоном произнёс это Кристиан. Я уж точно не одна из тех дамочек, которые будут устраивать истерики, расследовать или контролировать.

Если ты со мной — значит я тебе нужна, если не только со мной — значит ты не нужен мне. Такого подхода я придерживалась. Но, тем не менее, поинтересовалась у него, да! Но не потому, что я видела в Марии конкурентку. Нет. Я не собиралась ни с кем соперничать, просто хотела понять, есть ли смысл всего этого, стоит ли мне начинать подобные отношения, если для него девушка может оказаться лишь добычей.

Глаза Кристиана немного сощурились.

— Хорошо, что ты не переживаешь… — с какой-то издёвкой сказал он.

Мне хотелось многое ему сказать, поговорить с ним, но мы все ещё не были близки и я не решилась.

Весь остальной путь мы ехали молча.

Мне казалось, что в своей квартире я не была вечность, но вот мы свернули в мой двор и остановились. Водитель открыл мне дверь, от чего мне стало неловко, но спокойное лицо Кристиана вселило в меня уверенность.

Он смотрел прямо на меня. Взгляд был какой-то вымученный, даже больной.

— А могла бы остаться у меня… — произнесли его губы, — но нет, мы слишком гордые и правильные, — с тенью злобы закончил Кафф.

И, разумеется, меня в сотый раз взбесили его слова.

— Думаешь, я гордая и правильная? — переспросила спокойно я, уверенно рассматривая его. Но внутри меня сражались эмоции. Злость и трепет.

— Да, — Кристиан подошёл ко мне ближе и оперся о закрытую дверь машины с двух сторон от меня. Я оказалась в ловушке.

Победителем в поединке со злостью стал трепет. Огонь разгорался. Я ходила по острию.

Лицо Кристиана приближалось к моему. Всё ближе и ближе. Темные глаза изучали мои. Сердце ускоряло темп. Я слегка втягиваю воздух через полуоткрытый рот. Вот-вот и губы Каффа почти накрывают мои. Какая-то доля сантиметра… Я резко поворачиваю своё лицо влево и приближаюсь к его уху.

— Да, я гордая и правильная, — произношу тихо я, а затем начинаю смеяться.

Его рука не менее резко сдавливает мое запястье, синяка в этот раз не должно быть, но хватка ощутимая. Я теряюсь.

— Не выёбуйся и просто поцелуй меня!..

И я целую.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 33 или Обычная...

Человек стоял на балконе, опасно облокотившись о перегородку. На улице была глубокая ночь. В руках его светился красный огонёк, который он то и дело подносил к сухим губам. Зимние ночи были морозные, но безветренные. Это не мешало парню быть по пояс голым. Чёрные джинсы держались на выпирающих костях таза, бледный в полутьме торс изредка вздымался, когда парень глубоко затягивался. Лицо его ничего не выражало, но глаза… В них можно было увидеть нечто особое. В них томилась дикая усталость, безразличие, насмешка над самим собой. Он спокойно смотрел вниз, на ночную Москву, и думал. И мысли эти лишь усугубляли иронию в его глазах. Человек сделал последнюю тягу и взглянул на остатки сигареты в своей руке. Огонёк продолжал светиться и тлеть. Такой маленький и опасный одновременно. Как легко он может воспылать и стать причиной смерти множества людей и, так же, легко погаснуть, кануть во тьме пепельницы. Парень поднёс его к своему запястью, кожа на котором была так тонка и светла, что казалось не прикрывает вены вовсе. Приблизил максимально и замер, смотря на эту картину, его рука чувствовала легкий жар.

Через секунду лицо парня исказила усмешка и он затушил окурок о чёрную пепельницу. Он уже давно не ребёнок и не занимается подобной ерундой. Парень втянул в себя холодный воздух и посмотрел наверх, в темное беззвёздное небо. Сегодня ему в пору было радоваться, но он чувствовал себя ещё хуже, чем обычно.

Его спасение почти принадлежало ему. Как давно он хотел этого и как долго не понимал. «Но была ли она спасением?» — думал Кристиан. Или сгубит его окончательно? Он не знал.

До сегодняшнего дня эта девушка была для него идеальна. Умная, красивая, смелая — обычная… Кафф видел таких тысячи, подобные ей ходят по улице каждый день, посещают магазины и кафе, постоянно попадаются у него на пути. Но его тянуло к ней и Кристиан не понимал почему, она ведь не похожа на него, она не такая, начиная от её бытовой жизни и закачивая пальчиками на ногах. Что Каффа привлекло в ней?

Кристиан думал, что просто сошёл с ума, что его больной мозг просто захотел кого-то навсегда. Просто захотел чего-то нормального, вменяемого. В какой-то момент темноволосый даже поверил в это, поверил, что он стал обычным, что ему достаточно просто девушки. Да — забавной, да — острой на язык, но, тем не менее, обычной. Так Кристиан ещё никогда не ошибался! Но именно сейчас он понял в чем секстет.

На его лице появилась ироничная улыбка. «Обычная… Очень смешно. Размечтался, Кристиан.»

Именно сегодня она развеяла его мифы о своей идеальности. Он видел своё отражение в ее глазах, когда девушка задыхалась, не имеющая возможности справиться со своими эмоциями, он чувствовал ее трясущиеся руки на своих плечах, когда она пыталась хоть за что-то уцепиться и восстановить реальность в своем разуме, он ловил на себе стеклянный взгляд ее голубых глаз с расширенными зрачками полными паники и страха. Нет, она была необычная.

Много знакомого увидел Кристиан в том моменте, она была словно отражением его матери, той, которую он помнил, со всеми побочными эффектами. А также он видел в ней и себя самого. Кафф знал как это! Знал на собственной шкуре!

Глупо было полагать, что его потянет к чему-то иному, вокруг него всегда крутились скорбь и сумасшествие. Он нёс это бремя на протяжении всей жизни. И тут появилась она, такая спокойная, такая сдержанная, уверенная. Она бесила его! Почему эта девушка такая обычная, счастливая, живая? А он, Кристиан, нет!

Но когда девушка показала в себе то единственное качество его матери, которое не было омрачено ее смертью — голос, он и вовсе возненавидел юную певицу. Она словно издевалась над ним. А позже Кафф понял, что не может без этих издевательств.

На секунду он тогда подумал, что она сможет лечить его, давать ему немного своего счастья, латать этими кусочками гниющие дыры его мира. Но нет. Она была изрезана не меньше него. Пока не ясно чем, но изнеможенна также. И Кристиан понял, что он — есть он, и жизнь даёт ему подобное. Но Кафф не откажется от этого, просто уже не сможет, она его! Такая хрупкая и маленькая. Со своими русыми волосами, слишком милым личиком и острым взглядом. В ее силах разбить его, но он не откажется от неё, ни в этот раз!

Кристиан понял, что скурил уже несколько сигарет подряд. Он кинул последний окурок в пепельницу и направился обратно в квартиру. В пустую, тихую, одинокую без неё…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 34 или Дышу свежим воздухом...

Я чувствовала себя усталой и сонной, когда мой взгляд упёрся в потолок спальни ровно в семь часов утра. Я поспала от силы три часа. Но нет смысла проклинать вчерашний день, ведь я знала, на что шла, когда соглашалась выступать на дне рождении Лин. Конечно, дальнейшие события я не могла предугадать, но, тем не менее, позднее возвращение имело место быть. Воспоминания свалились на меня тяжелым весом. Но я была очень уставшей, чтобы снова об этом думать. Я на автомате поплелась на кухню, дабы сделать себе чаю покрепче.

7:21

Неизвестный номер:

Я заеду за тобой.

Я чуть не поперхнулась кашей, которую старалась запихнуть в себя, когда увидела это сообщение. Разумеется, я понимала от кого оно. Кристиан. Мне стало ещё хуже, чем было. Мало того, что я переживала насчёт зачета по праву, который будет у меня через 40 минут, так ещё и эти странные чувства в животе от воспоминания о Каффе. Вчера все казалось проще. А сейчас я не представляла, как все это будет выглядеть. Боже, зачем я согласилась? Для меня сейчас главное справиться с учебной, зачем я добавляю себе проблем?

Руки у меня предательски задрожали. Не понимаю, почему я себя так плохо чувствую, алкоголя вчера выпила мало, а затем и вовсе не пила. Похоже на эмоциональное истощение, которое я так часто испытываю после встречи с ним. Мне нужна вся моя концентрация, чтобы находиться рядом, это отнимает много сил. Я слишком неуверенная сейчас, чтобы видеть его. Прошло слишком мало времени, я не успела все обдумать и восстановиться.

7:23

Я:

Мне идти три минуты.

Я наносила немного тона на своё лицо, когда пришёл ответ.

7:40

Кристиан:

Я заеду за тобой!

7:40

Я:

Нет.

7:41

Кристиан:

Твоё мнение не спрашивали.

7:41

Я:

Твоё тоже!

7:42

Кристиан:

Я возле твоего дома.

7:42

Я:

Ты серьёзно?!

7:42

Кристиан:

Нет, но я уже подъезжаю, через пять минут буду.

7:43

Я:

Езжай к университету.

7:45

Кристиан:

Можешь выходить.

Я скривилась. Через пять минут будет. А если я не готова? Если сплю? На секунду задумалась. Хотя кого я обманываю, пропустить зачёт — это выше моих сил. Я слишком дорожу учебой.

На улице было морозно и серо. Чёрный Range Rover стоял напротив моего подъезда. Я остановилась на крыльце и взглядом хмуро просканировала его. Через пару секунд тонированное окно опустилось. Моему взору предстало лицо Кристиана, он приподняв бровь смотрел на меня.

— Долго собираешься там стоять? — притворно учтиво спросил он, оценивающе пробегаясь по мне темными глазами.

— Я дышу свежим воздухом, это мое обычное занятие по утрам, ты не знал? А хотя откуда, ты ничего обо мне не знаешь, — фыркнула я.

— То есть предпочитаешь машины с откидным верхом, чтобы подышать? Хорошо, буду знать, — произнёс Кристиан совсем спокойным тоном.

Я стиснула зубы.

Кафф как всегда был одет во что-то темное, волосы небрежно уложены, лицо бледное, сонное. Он был уверен и сдержан. Его вид заставил меня встрепенуться. Кристиан имеет какую-то власть надо мной. И я молила всех богов, чтобы он никогда не узнал этого. А вот настроение похоже у него было хорошее. Его смех спустя пару секунд доказал это.

— Скарлетт, мы можем опоздать, — с нескрываемым весельем произнёс черноволосый парень. От озвучки своего имени его голосом, я снова поежилась.

Я еще какое-то время посверлила взглядом водителя чёрной машины, взвешивая все за и против. Но дисплей моего телефона принял решение за меня, ведь время поджимало. Я подошла к авто и Кристиан изнутри открыл мне дверь. Я села на сидение рядом.

— Умничка, больше выделываешься, — хрипло прокомментировал Кафф.

Кровь прилила к моему лицу. Злость накатила неожиданно. Еле удержала свою правую руку от удара по его наглой физиономии.

— Я сейчас выйду! — внезапно чувственно произнесла я.

Кристиан завёл машину и теперь с интересом и насмешкой разглядывал мое лицо.

— И лишишься прекрасной возможности получить зачёт по праву? — парень приподнял бровь. Такой же сдержано-властный голос.

— У меня автомат. Раз такое дело, могу попросить преподавателя поставить мне его в другой день, — я медленно втягивала в себя воздух, чтобы восстановить самоконтроль.

На самом деле, лучше получить зачёт сегодня, хоть у меня и автомат. Если бы его можно было перенести, то я бы сегодня не поднималась в такую рань, дабы посетить университет. Но Кристиана позлить дело святое.

— Кто бы сомневался, — хмыкнул парень.

— И откуда ты знаешь, что у меня зачёт по праву? Смотрел расписание моей группы? — я, прищурив глаза, уставилась на него.

Кристиан изобразил на своём лице глубокую разочарованность.

— Мы учимся на одном потоке, это не сложно.

Машина тронулась с места.

— И номер я тебе свой не давала, — мрачно продолжила я.

— Я сын ректора. Не забывай, — торжествующе произнёс парень.

С секунду я буравила его взглядом. Черт, я совсем об этом забыла. Внезапно мне стало страшно. Что ещё он мог узнать обо мне? Я старалась вспомнить, какую именно информацию помещают в личное дело университета.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 35 или Получил...

— Нельзя читать личные дела студентов без позволения, — строго отчеканила я и кинула на Каффа злой взгляд.

Кристиан уверенно вёл машину, смотря прямо перед собой. До университета оставалось совсем немного. На мгновение мне показалось, будто он чем-то обеспокоен, но его тёмные глаза ловко перехватили мой взор и быстро сбили меня с мысли. В дневном свете парень выглядел неестественно, такой мрачный и угрюмый. А возможно, мое воображение разыгралось.

— Мне нужен был твой номер, — твёрдо ответил Кристиан, изучая меня.

— И что с того? — произнесла я, совсем потерявшись под его напористым взором.

— Я получил его, — властно закончил он.

Меня ответ Каффа настолько озадачил, что я замолчала, совершенно не зная, что ему сказать. Он поступил плохо, когда взял мое личное дело, я это знала, но убедить его в этом не могла, аргументы все испарились. Что со мной? Совсем на меня не похоже. Этот наглый парень выжимает из меня все соки и, по всей видимости, остатки ума. Я зло уставилась в окно.

— Почему ты молчишь? — прозвучал хриплый голос.

Вопрос Кристиана заставил меня поёжиться.

— Я не молчу, — не смотря на него, произнесла я, — что у тебя сегодня? — спросила более небрежно.

— Социология — экзамен, — нейтрально отозвался Кафф.

— Переживаешь? — зачем-то осведомилась я.

Затем услышала, как он усмехнулся.

— Я похож на человека, который переживает? — в его хрипловатом голосе была насмешка.

Я измерила его взглядом и закатила глаза. «Какой самоуверенный».

Кафф припарковался рядом с главным корпусом.

— А вот ты выглядишь нервной, — тонко добавил Кристиан, — хотя у тебя автомат и сдавать ничего не надо, — подытожил он.

Я резко вздохнула. Интересно, как много он замечает? Кровь прилила к моим щекам.

— Я не спрашивала твоего мнения.

Кристиан окончательно опустил руки с руля и повернулся ко мне. Он оперся правой рукой о край моего сидения и наклонился ближе, чем необходимо.

— Или это я тебя нервирую? -- произнесли его губы, — Скарлетт, — спустя секунду добавил Кафф.

По спине побежали мурашки. Я смотрела на него, будто заворожённая. Соберись, Скай!

— Именно, — сухо сказала я, — никаких нервов не хватит, чтобы удержаться и не врезать тебе, — закончила с вызовом.

Парень хрипло засмеялся. Но его лицо все ещё было довольно близко. Его карие глаза детально изучали мои розовые щёки. От чего я ещё больше смущалась.

— Я хочу, чтобы ты чувствовала себя спокойно, — так же хрипло сказал Кристиан.

Мое сердце застучало быстрее. О каком спокойствии может идти речь. И вообще, что он имеет в виду?

— Ты этому не способствуешь, — на выдохе произнесла я. И Кафф улыбнулся, оголяя щербинку между зубов.

— Ты все ещё не поцеловала меня, хотя я имею права претендовать на это, — пошёл в наступление он.

— Если заканчиваешь первый семестр на юридическом факультете — это не значит, что ты в курсе всех прав, на которые можешь претендовать, — отчеканила я, с любопытством его рассматривая. Холодок продолжал гулять по моей спине.

Кристиан разочарованно закатил глаза. Затем прижался своими губами к моим так крепко, что я оказалась прижатой к сидению. Мои руки метнулись к его груди, чтобы оттолкнуть, но так этого и не сделали. Губы Каффа были горячими и влажными, они с таким упоением сминали мои, что я потерялась в обилии ощущений. Я замерла на месте, хотя если бы и хотела, то не смогла бы пошевелиться, ведь парень дикой хваткой держал меня. Под его напором я почувствовала, как он нуждался во мне, вспомнила его лицо вчера, когда Кристиан говорил о том, что хочет быть рядом. У меня перехватило дыхание. Мои руки, покоившиеся на его груди, перебрались на шею и я прижала его к себе ближе. Правую руку запустила в чёрные густые волосы Каффа, а левую оставила на шее, слегка царапая ногтями его кожу. Я слегка прикусила верхнюю губу парня. Дыхание Кристиана стало сбивчивым. Осознание этого так сильно понравилось мне. Но…

Который час? Ведь зачёт!

Я с большим усилием оторвалась от Каффа.

— Кристиан, у тебя экзамен, — хрипло произнесла я, смотря ему в глаза. Мы соприкасались лбами и тяжело дышали.

— Можешь испортить момент, — негромко произнёс он и нахмурится, а потом усмехнулся.

Я отстранилась. Кристиан перестал нависать надо мной и сел ровно, затем глянул на свои часы. Я на экран телефона, время еще было.

— Ладно, пошли, — властно произнёс он и взял с заднего сидения джинсовую куртку с подкладкой. Затем открыл дверь.

Меня взбесил его тон и я пообещала себе, что в ближайшее время обломаю его самоуверенность. Я вышла из авто.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 36 или "Мило"...

— Мне на третий этаж, — произнёс Кафф, когда мы вошли в главный корпус.

Поскольку шла сессия, студентов было мало, ведь расписание экзаменов и зачётов у всех разное. Лишь у турникетов стоял одинокий охранник, который со скукой осмотрел нас.

Так странно было находиться рядом с Каффом в университете. Я незаметно озиралась по сторонам, боясь встретить знакомых. Удивительно быть с человеком, которого ты буквально терпеть не могла ещё пару месяцев назад. Я, конечно, сейчас тоже не в восторге от его поведения, но это уже совершенно не то. Я подняла голову на Кристиана. Он выглядел спокойным. Кафедра социологии на третьем этаже, точно.

— Хорошо, удачи, — произнесла я.

Кристиан придирчиво осмотрел меня.

— Не уходи из университета, экзамен не займёт много времени, — строго произнёс Кафф и направился к лестницам.

Я почувствовала злость и неловкость. Сукин сын. Опять сделал меня. За кого он себя принимает? Думает, что может командовать, как хочет? Разговаривает со мной точно, как с ребёнком. Я смотрела ему вслед и сильно злилась. И тридцати минут вместе не провели, а я уже взбешена до предела. Резко развернулась на каблуках и быстро пошла к лекционным аудиториям, где должен был проходить зачёт. Чертов Кафф!

***

Зачётка с подписью преподавателя по праву уже лежала в моей сумке, когда я шла в сторону главного холла университета. Людей в коридорах было все так же мало. Зачёт мне поставили быстро, поэтому я находилась в раздумье, что делать с наказом Кристиана, который, мягко сказать, мне не нравился. Пока в планах было лишь оказаться у выхода. Разумеется, Кристиан преувеличил, когда сказал, что экзамен займёт мало времени, если, конечно, у него не автомат, в чем я сомневаюсь.

— Скарлетт, — окликнул меня голос, когда я проходила мимо лестницы.

Я подняла голову. Мне махал Виктор Добровольский. Его лицо было растянуто в улыбке, он выглядел очень довольным. Я сразу вспомнила, что они с Кристианом в одной группе. Значит у Виктора сегодня тоже экзамен.

— Привет, — произнесла я и направилась к нему. Может у него узнаю, как дела у Каффа.

— Привет, — очень добродушно произнёс парень, — у тебя тоже экзамен?

— Нет. Зачёт по праву, — кратко ответила я.

— Ужас, ненавижу этого преподавателя, а у меня социология, — хмыкнул Виктор.

— И как? — спросила я, стараясь не показывать большой заинтересованности.

— Не очень ее люблю, но у меня автомат, — произнёс Добровольский с плохо скрываемой гордостью.

— Понятно, а принимает она как? — спросила я, пытаясь выяснить хоть какую-то информацию о Кристиане.

Парень задумался, а потом поднял глаза поверх моей головы.

— Ну что? Сдал? — внезапно произнёс Виктор, игнорируя мой вопрос.

— Сдал, — произнёс хриплый голос рядом с моим ухом.

Я закрыла глаза. Черт! Мурашки заструились по моей спине. Я почувствовала легкий испуг, будто меня застукали за чем-то неприличным. Хоть я ничего и не сделала, но испытала чувство вины. Было ясно, что я и Виктор, болтающие в коридоре — это не то, что хотел бы видеть Кафф.

— Какая оценка? — спокойно спросил Добровольский, смотря на Каффа, который возвышался прямо за моей спиной. И по ощущениям довольно близко.

В этот момент у меня наконец-то хватило духа повернуться. Кристиан опустил на меня глаза. На лице не читалось никаких эмоций. Но вот в чёрных зрачках его я четко разглядела злость. Мне стало дурно. Я отступила на шаг в сторону, чтобы Кристиан не стоял за мной, а был рядом, справа.

— Крис, оценка, — громко напомнил Добровольский, следя за нашими манипуляциями.

Мы с Кристианом синхронно посмотрели на Виктора. На секунду на лице Каффа отобразилась неприязнь, но он быстро с ней справился.

— Пять, — ответил он Добровольскому, — ты уже поставила зачёт? Или что ты тут делаешь? — обратился он уже ко мне, ставя акцент на последнем вопросе. У меня перехватило дыхание. Грубовато однако. Я не знала, как реагировать. Кафф меня бесил своей властностью, но и вселял страх, ведь сложно предугадать его реакцию.

Виктор внимательно на меня смотрел.

— Поставила! — немного зло произнесла я, мне не хотелось, чтобы Кристиан понимал, что у меня сдают нервы. Я ничего плохого не сделала.

— Хорошо, тогда пошли, — сказал Кристиан, буравя меня чёрными глазами. Он был рассержен.

Я кинула на него не менее тяжелый взгляд.

— Ладно, Виктор, до встречи, — произнесла я и посмотрела на Добровольского.

Кристиан пожал ему руку и они обменялись какими-то странными взглядами.

Мы направились к выходу.

— Что ты с ним делала в холле? — резко спросил Кафф, когда мы пересекли порог университета.

Утро было прохладным.

— Кристиан, не говори со мной в таком тоне, будто я что-то натворила, я его встретила случайно, — сразу отозвалась я, чтобы злость в нем не разгоралась сильнее. Он ревнует.

— Вы так «мило» беседовали, уверена, что случайно? — язвительно произнёс Кафф, презрительно смотря на меня. Я знала, что этот черноволосый парень уже ревновал меня, он говорил об этом вчера, но не думала, что такое может произойти вскоре вновь.

У него паранойя.

— Да, мы учимся на одном потоке, в одном университете, такие встречи происходят постоянно, — я спокойно дышала через нос. Кто-то из нас должен рассуждать здраво. Боже, меня ревнует Кристиан Кафф. Этот мрачный, всегда уверенный и властный, гордый и самолюбивый Кафф.

Мы подошли к машине.

Кристиан внезапно остановился и подошёл вплотную. Дыхание перехватило.

— Скарлетт, просто пойми, это очень тяжело — видеть тебя, воркующую с кем-то другим, к тому же это ещё и Виктор. Он к тебе неровно дышит, — быстро изолгал Кристиан, смотря мне прямо в глаза, — я сейчас очень стараюсь рассуждать объективно и не раздражаться, — вкрадчиво добавил он. Его голос звучал спокойно, но я понимала, это лишь иллюзия. Ревнует, потому что я нужна ему? Или потому что я должна принадлежать только ему?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

На мгновение во мне вспыхнула искра злости. Мне захотелось доказать Кристиану его неправоту, объяснить, что мне придется общаться с лицами мужского пола помимо него. Но оценив его слова, я поняла, что он признаётся мне и пытается решить проблему, ему это трудно даётся.

— Всё хорошо, это просто мой однокурсник, мне придется видеться с ним и с другими, ты должен понимать это, — произнесла я, спокойно смотря Каффу в глаза.

Он кивнул. Затем открыл мне дверь машины.

— Я хочу позавтракать… — произнёс Кафф, когда мы выехали на дорогу.

Глава 37 или Что есть, то есть...

Сегодня у меня должен быть последний экзамен и сессия официально закончится. Особых переживаний нет, ведь по социологии у меня автомат. Сессионное время пролетело незаметно.

Я шла по морозной, слегка припорошенной снегом улице к университету, чтобы получить свою последнюю запись в зачетку. До Нового года оставались считанные дни и я напрочь не хотела думать о том, где и как буду его праздновать. Хотя я вру сама себе! Разумеется, уже всё решено. Было бы странно не встречать Новый год с Кристианом, ведь мы встречаемся и оба остаёмся на это время в Москве. К тому же, он постоянно твердит об этом. Но я чувствую смятение, мы вместе всего ничего, а уже такие планы и такой праздник вдвоём. Ещё мне было очень плохо из-за того, что не могу отметить Новый год с мамой. Я постоянно думала об этом. Она была очень далеко и было невозможно оказаться рядом. Но мою душу грел подарок, который я отправила ей. В Москве я купила оригинальную картину одного художника, точнее художницы, последние пару лет мама очень любила ее произведения. Они вдохновляли её и радовали, а я радовалась всему, что мотивирует маму жить. Художница была мало известна, поэтому стоимость ее работы была терпимой. Да, подарок не самый полезный в быту, но должен был порадовать моего самого родного в мире человека.

Сегодня Кристиан не заехал за мной, потому что у него предновогодние съёмки в какой-то передаче. Но он обещал забрать меня из университета, чтобы увидеться. В течении сессии мы встречались почти каждый день, правда ненадолго. Его постоянно дергали на работу. Я видела, что Кафф переживает из-за этого, боясь моей реакции, но я молчала. Ведь это его жизнь, его увлечение, а люди, имеющие страсть, вдвойне прекрасны. Мы часто, но мало сидели в кафе, пили чай или кофе и болтали, это было действительно хорошо, если бы я вообще могла есть или пить, всю неделю в меня не лезла еда, а сон мой стал невыносимо чутким и тяжелым.

Я увидела заострённые пики крыши главного корпуса университета, когда подходила, и у меня перед глазами возникло воспоминание.

***

Тяжелая рука легла на мое плечо. Мой желудок в панике сжался. А вторая, обитая чёрными татуировками, опёрлась о стену с другой стороны. Чёрные глаза смотрели прямо в душу. Такие яркие и смелые, что их не спутаешь с другими.

— Боже, Скарлетт, что с тобой не так? — произнёс хриплый грубый голос. Его сухие губы медленно двигались, а на бледном лице прослеживалось, тщательно скрываемое, напряжение.

Я непонимающе рассматривала его. Внутри все похолодело. Действие этого парня на меня просто удивительно.

— О чем ты говоришь? — тише, чем надо произнесла я. У меня элементарно не хватило воздуха в легких.

Он что, злиться?

— Ты определённо издеваешься надо мной! — в голосе скользило раздражение, — что на тебе? — выдохнул темноглазый.

Я опустила глаза вниз. Джинсы, белая майка и пиджак. Что не так? Ещё раз оглядела себя. Вырез на майке? Но он не такой глубокий. Я усмехнулась. Чертов Кристиан Кафф… А с виду весь такой непробиваемый и уверенный. А тебя может разволновать лишь мой небольшой вырез. Я смотря ему в глаза, коснулась рукой своей шеи и слегка провела по ней. Я веселилась и волновалась одновременно. Обожаю те редкие минуты, когда я имею власть над ним.

Не успела предпринять ещё что-то. И без того маленькое расстояние между нами было безжалостно сокращено. Темноволосый парень впился в меня поцелуем. И разум мой померк.

Неподалёку прозвучал сдавленный кашель. Я в панике отстранилась от Каффа. Мы ведь были в университете, в коридоре. Ну да, в середине сессии людей почти не было, но тем не менее.

В двух метрах от нас стоял тучный мужчина и с интересом наблюдал. Ректор Кафф. Я испытала ужас, мое сердце ушло в пятки. Какой позор! Как глупо с моей стороны заигрывать с Кристианом в университете, от него же можно всё, что угодно ожидать.

— Привет, — произнёс небрежно парень. И мне стало ещё хуже. Они же отец и сын. Черт! Целоваться с сыном ректора. Я идиотка!

— Привет, — отозвался мужчина, на его лице играла насмешка, а темные живые глаза путешествовали то по мне, то по Кристиану.

Я поздоровалась.

— Мы со Скарлетт уже знакомы, но ты не хотел бы познакомить нас официально, Крис? — произнёс ректор со смехом в голосе.

Всё внутри меня оборвалось. Конечно не хотел бы. Мы вместе всего ничего. Какая ужасная ситуация.

Кристиан буравил отца взглядом какое-то время. Я чувствовала себя полнейшей дурой, которая позволила такому произойти.

— Скарлетт, это мой отец, — произнёс монотонно парень, — папа, это моя девушка Скарлетт, — Кристиан очень ярко выразил слова «моя девушка», что мне стало плохо. Он таким образом издевается или что? Парень сжал мое запястье, которое всё это время держал. Но я не поняла, что это значит. Сердце стучало у меня в висках.

На секунду на лице Каффа старшего изобразилось удивление. И я окончательно ничего не поняла. Он так удивился, что Кристиан сказал: «Моя девушка»?

— Приятно познакомиться, — произнёс мужчина и теперь в его голосе была серьёзность и даже доброжелательность.

Я выдавила из себя подобие улыбки.

— Ещё увидимся, — кинул ректор напоследок и двинулся по коридору.

***

Тогда Кристиан сказал мне, что никогда прежде не знакомил отца с девушками. А затем я выяснила, что темноглазый почти ненавидит своего папу. Это известие меня удивило и расстроило. Неужели у Каффа нет никого, кто бы вызывал в нем хорошие эмоции?

Кафф старший был очень алчным и неверным человеком, эмоциональное здоровье матери Кристиана было подорвано во многом из-за него. И после её смерти ректор быстро нашёл себе новую молодую жену, с которой у них были «неправильные» отношения. Это всё кратко изложил мне Кристиан и дал понять, что больше обсуждать данную тему не хочет. Я и не настаивала, когда понадобится, тогда мне и прийдется дать собственную характеристику этому человеку. Именно отец заставил Кристиана вернуться в Россию, заставил поступать в его университет, он это сделал после того, как узнал, что карьера сына идёт в гору и ему показалось более выгодным, если Кристиан будет прославлять его в родной стране. Прославлять университет и привлекать новых студентов и спонсоров. Или Кафф старший обещал дать интервью и опубликовать данные о психологической нестабильности Кристиана в подростковом возрасте. Последнее мне Кристиан сказал очень размыто. Версия певца мне казалось очень жестокой, почему-то я не видела в ректоре настолько пропащего человека.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я прошла через турникет и направилась на социологию.

***

11:22

Кристиан:

Я на главном входе.

Звук моих шагов гулко отзывался в пустом коридоре, пока я направлялась к выходу из университета.

Кафф стоял в холле. Он оперся о колонну и глядел в свой телефон. Его волосы были уложены в причудливом беспорядке. Прическа была более аккуратна, ведь он только со съёмок, стилист постарался. На Кристиане были чёрные классические брюки и пальто, которое было расстегнуто. У меня перехватило дыхание. Завораживает. Каждый раз.

Он посмотрел на меня, синева под его глазами исчезла и парень выглядел довольно свежим и выспавшимся. Ну конечно, постарались не только над его прической, но и над лицом.

— Привет, — произнёс Кафф и улыбнулся.

— Выглядишь лучше, чем обычно, — засмеялась я, рассматривая его.

Кристиан свёл брови и непонимающе уставился на меня. Я указала на своём лице область под глазами.

— От тебя доброго слова не дождёшься, — заявил он, когда понял, что я имею ввиду.

— Не заслужил значит, — на моем лице играла улыбка.

— Ничего нового, — спокойно произнёс Кристиан и, дёрнув меня за рукав пальто, привлёк к себе, — ненавидишь меня, — добавил он.

— Что есть, то есть, — хрипло произнесла я, смотря прямо в его чёрные глаза.

Мое пальто тоже было ещё расстегнуто, поэтому его руки с поразительной ловкостью оказались на моей талии. И внезапно я заподозрила, что мое платье слишком тонкое для того, чтобы в нем находиться рядом с Кристианом. Кожу приятно покалывало под его длинными пальцами, а я пыталась здраво мыслить. Он поцеловал меня, сначала так нежно и невинно, что я даже удивилась, но потом похоже тоже решил, что мое платье слишком тонкое.

Я решила больше не совершать ошибок и не целоваться там, где возможно встретить кого-то. Я отстранилась от Каффа. Он с мрачным видом закатил глаза. Я усмехнулась.

— Как социология? — решил осведомиться Кристиан.

— Отлично, люблю автоматы, — произнесла я, — а так бы пришлось понервничать, преподаватель очень тяжёлый. Не понимаю, как ты получил пять на экзамене, это очень сложно.

— Это легко, если знаешь социологию, — произнёс Кристиан с непроницаемым лицом.

Я цокнула. Кристиан много пропускал пар. И мне не верилось, что он учит что-то во время гастролей. Всем мужикам лишь бы выставить себя в лучшем виде.

— Он и правда знает социологию, в детстве Кристиан очень любил читать, и такие книги, как социология или зарубежная история были в нашем доме настольными книгами, — сначала я услышала голос, а потом увидела человека. Потолок в холле подпирался множеством колонн по периметру, поэтому мы не сразу заметили слегка лысоватого мужчину лет сорока пяти.

— Да, но сейчас у нас, благо, нет ничего нашего, — сухо сказал Кристиан.

Меня передернуло.

Глаза ректора сразу померкли и он стал выглядеть расстроенным.

— У нас всё ещё есть наш дом, Кристиан, — спокойно произнёс мужчина.

— Он твой, — хладнокровно отвечал парень, все ещё придерживая меня за талию. Я чувствовала себя лишней.

— Я не хочу, чтобы ты так думал, — уже без эмоций произнёс Кафф старший.

— Я тоже много чего не хочу, — заявил темноволосый, грозно взирая на отца.

— Так не может продолжаться и дальше, просто подумай над этим, Крис. Я приглашаю тебя и Скарлетт встречать Новый год к нам, это было бы хорошим началом нашего общения, — чётко проговаривая каждое слово, произнёс ректор, — просто подумай.

Глава 38 или С наступающим...

***

— Что ты думаешь насчёт нового года? — наконец, спросила я, поднося чашку к губам. Мне захотелось зажмурить глаза, потому что я ожидала плохой реакции.

Краем глаза я заметила, как Кристиан сжал зубы. На его бледном лице заиграли желваки, а шея напряглась. Он сидел рядом со мной, довольно близко. Меня немного смущало это расстояние, хотя оно было приличным.

— А что я должен думать? По-моему, мы все решили, — немного иронично произнёс Кафф, стараясь сохранить спокойное выражение на лице.

Мне было страшно говорить на эту тему с ним, но раз уж начала, то буду идти до конца.

— Я о предложении твоего отца, — спокойно произнесла я и посмотрела в окно. Мы сидели в одном из кафе возле университета. Наш столик находился в дальнем углу у окна. Сейчас было мало посетителей, поэтому мы были почти в одиночестве.

— Нет, — прозвучал его хриплый голос.

Я взглянула на парня. Мне было сложно на него смотреть, он был слишком близко. Но я продолжила, несмотря на смущение.

— Почему?

— Чем ты слушала, когда я говорил о том, какое дерьмо он постоянно творит?! — Кристиан зло сверкнул глазами.

Пусть охладит свой пыл.

— Я всё прекрасно услышала! — раздраженно сказала я, — просто пойми, возможно, это лишь твоя версия. Что если он действительно хочет возобновить отношения? Анастасия Павловна говорила…

— Вообще не общайся с этой стервой, — резко перебил меня он со злобой.

— Так, в первую очередь, она мой преподаватель, как ты себе это представляешь? А во вторую, я сама решу с кем мне общаться, хорошо? — со стальными нотками в голосе произнесла я.

— Не ставь мне условия, — произнёс Кафф, смотря прямо на меня.

— Не указывай мне, что делать, — я ответила тяжёлым взглядом.

Мы пару секунд буравили друг друга глазами. Никто не собирался сдаваться, и каждый из нас это понимал. Поэтому он через время вздохнул, а я приподняла брови.

— Может он хочет реабилитироваться в твоих глазах, — снова заговорила я, — просто пойми, было бы хорошо, если бы ты имел близкого человека.

Я замерла. Надеюсь, Кристиан правильно воспримет мои слова.

Его лицо было каменным, а губы ухмылялись. Опасное выражение.

— Скарлетт, я не одинокий. Ты что пытаешься жалеть меня? — в его хриплом голосе слышалась насмешка и упрёк. Меня передернуло.

Я судорожно соображала.

— Ты что больной, чтобы тебя жалеть? — небрежно произнесла я, взывая ко всем богам, чтобы он поверил моим словам, — наличие родителей — это норма, это поддержка и кров. Я хочу, чтобы ты всё это имел, потому что это важно. Ты сам говорил о том, что хочешь быть обычным, и вот наличие родителей это очень обычно, — закончила я. И сердце мое сжалось. Как скоро я стану необычной? Необычной, которая не имеет родителей? Не хочу об этом думать!

***

Я протирала пыль на полках с книгами, когда на мой телефон поступил входящий звонок. На дисплее отобразилось имя: Коновалов Борис Яковлевич. Я бросила тряпку в ведерко и села на диван. Завтра 31 декабря, праздник, не может же продюсер Лин звонить насчёт работы. Я ответила.

— Скарлетт, привет, — послышалось в трубке, — это Борис Коновалов, узнала?

— Конечно, здравствуйте, — произнесла я.

— Перейду сразу к делу, — начал мужчина, — не поверишь, но у нас опять кошмарные обстоятельства, вокалистка Риты улетела в Америку на праздники, а Лин срочно захотелось перезаписать песню из нового альбома, который должен выйти вот буквально после Нового года. И у нас время есть до праздника. Пожалуйста, не могла бы ты приехать в студию и помочь нам с записью? Это не займёт много времени! Разумеется, будет плата.

— Когда? — осведомилась я.

— Завтра утром, — последовал ответ.

Я задумалась. На завтра, разумеется, есть планы, но они на вечер. А утром мне нечем заняться. Тем более я даже буду рада повидаться с Ритой. После нашего знакомства она стала меня в некотором роде вдохновлять.

Я согласилась.

***

— С наступающим, милая, — взвизгнула Лин и обрушилась на меня с объятиями.

Внешность девушки все также привлекала внимание. Цвет волос из бледно-розового стал насыщенно-фиолетовым. Татуировка в виде фламинго под глазом теперь была заклеена пурпурным пластырем с изображением леденцов. Накрашена Лин также ярко — тёмные губы, ярко выраженные голубые глаза. Одета в короткую чёрную теннисную юбку и топ. На ногах чулки и кеды.

— С наступающим, — ответила я и тоже обняла в ответ.

Почти сразу мы приступили к записи. Это и правда не заняло много времени. Я уже было подумала, что обойдётся без вопросов, но оказалась не права. Рита завела разговор.

— Так ты с Кристианом? — она с интересом рассматривала меня. А я удивлялась, как она может перескакивать с образа глупенькой девушки до всё подмечающей женщины.

— Да, — произнесла я, хотя такой ответ все ещё был нов для меня.

— Когда я вас пыталась познакомить, вы явно не жаловали друг друга, — размеренно говорила фиолетововолосая, — а тут я прочитала в журнале, что вы покинули мою вечеринку вместе, забавно.

— Да, очень забавно, — согласилась я, этот серьёзный, словно подозревающий, тон Лин мне не нравился.

— Я давно знаю Кристиана, мы часто пересекались в Лондоне, и мне странно видеть его в подобных отношениях, — говорила Рита все так же неторопливо.

К чему она ведёт?

— Что значит в «подобных»? — решила уточнить я.

— Крис тяжелый человек и отношения у него всегда были непростые, — ее тон стал более мягким, — я просто хочу, чтобы ты была осторожнее.

— Меня напрягают твои слова, — не тая, сказала я певице, — говори, как есть.

— Ничего, то, как вёл себя и с кем был Крис в Лондоне, остаётся в Лондоне. Я думаю, что ты и без меня знаешь, что Кафф не паинька, — закончила она. И наш разговор был прерван Борисом Яковлевичем, который вошёл в комнату отдыха.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 39 или У меня паранойя?..

***

«Ты не понимаешь, у меня очень больная семья! Абсолютно двинутая!» — крутились у меня в голове слова Кристиана, когда мы подъезжали к красивому многоэтажному дому в элитном районе Москвы. Дыхание перехватило. Ох, зря, Скарлетт, ты всё это затеяла!

Нас встретил сам ректор. Его квартира находилась на третьем этаже. Он пригласил войти и добродушно обнял нас. Мы оказались в огромной комнате с высокими потолками, обставленной дорого и стильно, но как по мне, немного вычурно. Возле большого окна стояла красивая ёлка, украшенная на европейский манер, рядом был овальный стол, за которым уже сидела добрая половина гостей.

На зов Каффа старшего прилетела его жена. Женщина лет тридцати пяти, ее можно было назвать красивой, если бы не кидались в глаза сильно накаченные губы, грудь, выжженные светлые волосы и много макияжа. Седой мужчина представил её. Алина.

Я заметила, как Кристиан скривился завидев женщину, но сквозь зубы поздоровался. Нас представили гостям и усадили за стол. Две женщины, которые очень сильно по «типу» напоминали жену ректора, и по совместительству её подруги, сидели прямо напротив. Они тут же начали вести с Кристианом беседу, причём всячески пытаясь улыбнуться, поправить волосы или одежду, мерзко смеялись с каждого его слова. Вечер обещал быть «приятным».

Спустя четверть часа пришла Анастасия Павловна и мне стало немного легче. Она единственная была мне знакома. И в этом момент казалась какой-то родной. Ее чёрные волосы ровным глянцем обрамляли лицо и красиво рассыпались по плечам. Она была одета в меру красиво и элегантно. Не сравнить с навязчивыми нарядами двух подружек хозяйки дома. И ещё брюнетка имела много схожих черт с ректором и тут я поняла, что они действительно брат и сестра. Анастасия Павловна — тетя Кристиана. Почему-то мне это показалось уливительным.

Анастасия Павловна села на стул рядом с Каффом младшим и приветливо поздоровалась с нами. Кристиан мало уделил ей внимания. Мне показалось, что её глаза сверкнули легким раздражением.

Наконец-то все оказались за столом. Беседа старалась быть непринуждённой, но казалось, притянута за уши. Расслабиться в подобной компании было тяжело.

— Я чувствую себя в каком-то цирке, — шепнул Кристиан мне на ухо. И его дыхание разлилось по моему телу. Я вздрогнула. Эта хрипотца… Она всегда будет сводить меня с ума.

Смысл слов парня был правдив, мне казалось, что я чувствовала себя ещё хуже чем в цирке.

— Не все так плохо, — произнесла я. Кого я обманываю?!

Кафф мрачно взглянул мне в глаза.

— Ты только посмотри на этих куриц, — опять заговорил он, кивнув в сторону двух барышень, — и это хорошее общество, в круге которого наша «семья» должна праздновать Новый год?

Я цокнула, хотя мне и показался забавным комментарий Кристиана. Внезапно я почувствовала, как Кафф напрягся.

— Что такое? — быстро прошептала я.

— Ничего, — так же резко ответил он и отстранился.

Я случайно посмотрела вниз и заметила, что рука Анастасии Павловны медленно выскальзывает из-под скатерти очень близко с ногой Каффа, а затем снова ложится на стол.

Я нахмурилась. Это может оказаться случайностью.

Шло обсуждение дел университета, когда решили принести другие салаты.

Анастасия Павловна вызвалась помочь. Я решила тоже встать, но она почему-то остановилась возле нас и положила мне руку на плечо, намерено останавливая.

— Крис, помочь не хочешь? — пропела женщина.

— Нет, — последовал простой ответ.

— Ну, Кристиан, ну что ты! Настя тебя совсем ребёнком развлекала, нянчилась с тобой. Помоги дамам, — совсем не в тему произнёс ректор.

Лицо Кристиана напряглось. Но он все же встал. Я почувствовала себя настолько виноватой, что захотелось провалиться сквозь землю.

Алина раз принесла поднос, затем второй. Хозяин дома о чем-то спорил с женщиной в красном. Но меня это не интересовало. Криса всё не было. Я решительно поднялась со своего места. Что происходит?

На кухне кроме Алины никого не было. Рядом с холодильником была ещё одна дверь. Я любезно осведомилась о её предназначении. Подсобка. Я открыла и увидела что-то вроде кухонного гарнитура, возле которого стоял Кристиан и совсем близко Анастасия Павловна, её рука лежала на его предплечье. Кафф был явно раздражён или даже зол. На лице брюнетки играла полуулыбка.

— Оу, это ты, Скай, — мягко произнесла она, — мы уже идём, — женщина убрала руку.

Кристиан двинулся в мою сторону, его лицо ничего не выражало. Я определённо ничего не понимаю.

Я взяла тарелку с салатом. Кафф последовал моему примеру. И мы вернулись в зал.

— Что происходит? — стараясь говорить спокойно, осведомилась я.

— Ничего, просто моя чудо-семейка, ты же хотела прочувствовать ее! Так это побочные эффекты! — прошипел он.

И я почувствовала себя виноватой и одновременно злой. Да что он себе позволяет? Что эта Настя себе позволяет? Или у меня паранойя?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 40 или Что творилось в этом доме?..

Поговорить с Кристианом мне не удалось. Гостей было очень много, со всех сторон на нас глядели глаза, изучали. Иногда казалось, что все здесь собрались только ради молодого Каффа, им будто хотелось посмотреть на то «чудо», которое воспитал ректор крупнейшего университета в России, хотелось лично оценить «звезду», ребенка одной из самых талантливых женщин на планете. Но хоть именно это всех и интересовало, за столом продолжалась светская беседа.

— А сколько вы уже вместе? — внезапно вставила не в тему женщина в ярко-красном платье. Люд быстро забыл об обсуждаемой теме и устремил свои взгляды на нас.

Я все еще была на взводе, поэтому было тяжело сформулировать ответ.

— Совсем немного, — произнесла я, стараясь быть дружелюбной. А то вы не знаете! Как будто о наших отношениях не кричали все газеты еще неделю назад.

— О, правда? Смотритесь уже довольно гармонично, — заметила другая женщина. Меня аж передернуло от ее комментария.

— Мы в курсе, — четко произнес Кристиан, без стеснения рассматривая каждого из гостей.

Заметив недружелюбность младшего Каффа, беседу возобновили. Спустя время мужская часть стола удалилась на лоджию, чтобы испробовать какие-то "заморские" сигары, которые привез один из друзей главы семейства. Кристиана потянули за собой. И тут я почувствовала себя еще хуже, мало того, что затащила Кристиана в этот бедлам, также меня мучила недосказанность и неясность. Меня, откровенно говоря, бесила Анастасия Павловна, а болтовня Алины и ее подружек убивала мой мозг. Таких глупых поступков я еще не совершала. Но мне правда хотелось помочь Кристиану, помирить его с отцом. Пока я думала, женщины что-то активно обсуждали. Из размышлений меня вывел негромкий голос Насти.

— Ну что, Скай, как тебе Кристиан? По-моему неплох.

Кровь прилила к лицу от злости.

— В каком смысле как? — я старалась иметь ясную и трезвую голову, но напряжение, скопившееся за весь день готово было вырваться на ружу.

— Не будь занудой, милая. В том самом смысле, — последовал ответ. Зеленые глаза смеялись, глядя на меня.

Я резко встала из-за стола. Стул с грохотом отодвинулся. Этого не может быть! Просто невозможно! Она ведь его тетя. Они просто не могли… Это противоречит всем нормам. Абсурд. Мысли роились у меня в голове, а дыхание сбилось. Все за столом смотрели на меня. Я не обратила на них внимание и быстрым шагом направилась на балкон. Я должна выяснить всё раз и навсегда.

Когда я пересекла порог, то наткнулась на толпу мужчин. Кажется, они уже собирались возвращаться в гостиную.

— Скарлетт, — удивился Кафф, затем, посмотрев мне в глаза, он напрягся.

— Нужно поговорить, — сквозь зубы прошипела я.

— Мы как раз уходили, — произнес ректор, внимательно следя за разворачивающейся картиной.

Как только лоджия опустела, поток моих мыслей вырвался наружу.

— Какого черта, Кристиан?! Что вообще происходит?! — кричала я.

— Успокойся, — он взял меня за плечи, — что стряслось?

Его черные глаза с опаской скользили по моему лицу. Испугался?

— Почему твоя тетя намекает мне, что вы с ней… с ней… были вместе?! — я не могла подобрать слов, — почему она касается тебя? Почему пытается задеть? Это не нормально! — я злобно высвободила плечи из его хватки.

— Какая же сука, не могла держать свой язык за зубами! Любит всё портить, — гневно всплеснул руками Кафф. Я заметила, как его лицо побледнело.

— Так это правда?! — почти истерические нотки прослеживались в моем голосе. Я смотрела прямо ему в глаза. Мне хотелось услышать ответ.

— Я сейчас всё объясню, — произнесли его сухие губы.

— Боже мой, — мне захотелось плакать. Что творилось в этом доме? Что было с ним, с этим черноволосым парнем? И что творится сейчас?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 41 или Я это верх самоконтроля...

— Я еще подростком толком не был, когда потерял мать. На тот момент я имел нестабильную психику… — Кристиан тяжело вздохнул, ему было сложно говорить об этом, — я почти ничего не понимал, мне хотелось освободиться от этого мира. И Настя… Как сейчас можно понять, с головой у нее тоже были проблемы. Она начала приходить ко мне, сначала я не совсем понимал ее намерений. А когда понял, мне было уже всё равно… — Кафф перевел дух, ему словно стыдно, — она давала мне забытье… — еле слышно закончил он, опустил голову и потер переносицу.

Я смотрела на черноволосого во все глаза. Боже мой, это не возможно! Эта женщина окончательно разрушила его восприятие мира. Неужели, это и правда произошло с ним? С человеком, который сейчас со мной! Мой близкий.

Я отшатнулась на назад. Кристиан поднял на меня свой темный взгляд. Он смотрел изучающе и хмуро, но в напряжении его тела прослеживалась готовность преградить мне путь, если потребуется. Он думает, я хочу убежать?

— Не молчи, Скарлетт, — наконец, выговорил парень. Краем уха я услышала громкий шум в гостиной, затем бой курантов. Вот и Новый год.

— Я… я не знала, не могла и представить… подобное… — промямлила я. Дышать становилось тяжелее.

— Прости, что не сказал раньше… — тихо произнес он.

— Прости, что привела тебя сюда, в этот дом, — я внезапно ринулась к двери, — давай уйдем, давай уйдем прямо сейчас!

Меня била легкая лихорадка.

Он ухватил меня за руку и прижал к себе. Сердце сжалось.

— Успокойся, хорошо? Сейчас со мной все нормально, — прошептал он мне на ухо. Горячее дыхание опалило мою шею, — конечно, мы уйдем.

Мы вошли в светлую гостиную, где празднование шло полным ходом. Гости распивали шампанское и поздравляли друг друга. Я направилась вон из дома, впопыхах натягивая пальто.

— Вы куда? — нас успел поймать ректор. Он пристально осмотрел моё лицо.

— Нам уже пора, — весьма спокойно ответил Кристиан, накидывая куртку на плечи.

— Праздник только начался, — не совсем уверенно произнес мужчина.

— Спасибо за вечер, — сухо ответила я, стоя в дверях.

Мы выскользнули из квартиры с таким рвением, словно это была клетка, в которой нас держали насильно. На меня давили стальные прутья из лжи, ненависти и лицемерия.

Я не могла выразить в эту минуту своё сожаление. О, как я была глупа, предполагая счастливое примирение семейства! Как мало я знаю Кристина! А его семью и подавно. Если их можно назвать семьей. Меня обволакивала паника. Она появилась не из-за моего идиотского поступка или жалости к Кристиану, а потому что я осознала существование подобной мерзости. Я узнала не из желтой газеты, прогнившей передачи телеканала или желчных соседей, узнала от близкого человека. Подобные вещи здесь, рядом со мной! Рядом с дорогими мне людьми. Всё мое тело передернуло.

— Ты считаешь меня чокнутым? — спросил хрипло Кристиан, когда мы уже сидели в машине.

Я задумалась. Кристиан спятивший? Если да, то ни намного больше меня. А если нет, то тогда я — это верх самоконтроля и чистого разума. Последнее явно противоречило моим недавним наблюдениям за собой.

Я привстала со своего места рядом с водителем и пристально посмотрела на Кристиана.

Он такой далекий от меня. Слишком странный, слишком другой. Совсем не то, что меня окружало всю жизнь. А еще он изранен. И эти плоды его детства пожинать мне. Ведь все это не пройдет мимо него, оно в нем и навсегда останется там, всю его жизнь будет влиять и давить.

Я пристально глядела в его черные глаза, затем глубоко вздохнула.

— Еще долго собираешься пялиться на меня? — с вызовом спросил он, в голосе послышались нотки хрипотцы.

— Сколько мне угодно, — произнесла я, теперь оценивающе осматривая его.

— Целуй, — произнес Кристиан, смотря на мои губы.

Я усмехнулась и слегка наклонилась к парню.

— Нет, — я засмеялась.

— Ты так сильно достала меня! — раздраженно произнес Кафф.

Его рука оказалась на моем затылке и придавила меня к себе. Я не могла больше себя держать и рухнула на Кристиана. Он быстро поднял мою голову, а его губы нашли мои. Мое сердце стучало от испуга. Поза была настолько неудобной, что я попыталась отстраниться. Но его руки обвились вокруг меня, что было невозможно пошевелиться. Поцелуи были настолько жадные и подавляющие, что я забыла о неудобстве, но уже успела испугаться этой напористости. Он почувствовал мою слабину и притянул меня к себе еще ближе. Я начала задыхаться, мои ноги в обуви чуть не оказались на сидении.

— Кристиан, — выдохнула я.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 42 или Лучше молчи...

Мы ехали по ночному городу. Машин было в разы меньше, чем обычно.

— Куда мы едем?! — спросила раздраженно я. Мое сердце все еще громко билось от страстных поцелуев, но мозг уже начинал воспринимать действительность.

— Ко мне, — спокойно произнес черноволосый. Он смотрел прямо на дорогу, сосредоточенно сжимая в руках руль. Было ощущение, будто Кристиан быстрее оправился от наших поцелуев, нежели я.

— Почему? — настойчиво продолжала я спрашивать. Меня бесило то, что решение было принято без моего участия. А ещё подливало масло в огонь его спокойствие после наших объятий. Неужели он не испытывает и доли того, что чувствую я?

— Потому что я так хочу, — заявил Кристиан. Я заметила, как он слегка стиснул руль. Кафф ехал довольно быстро, наслаждаясь малозагруженными дорогами города.

— Кафф! — крикнула я.

Кристиан повернулся и удивлённо посмотрел на меня.

— Что? — спросил он. По его голосу было сложно понять, что парень чувствует.

— Ты ведь выпил, — заявила я, вспоминая те несколько бокалов шампанского, которые были потреблены за столом.

— И что? — в его речи скользнула нотка смеха, а глаза заблестели.

— Это нарушение закона! — выпалила я. Студентка юридического, как никак.

— Что с того?! — он скосил на меня раздражённый взгляд.

— Как что?! Ты можешь кого-то сбить! — у меня в голове стали всплывать картины того, чем подобное происшествие могло бы обернуться.

— Посмотри на меня! Я невменяем? — прошипел он сквозь зубы, не отводя ледяной взгляд от дороги.

— Да, — пролепетала я, чувствуя, как холодок галопом несётся вдоль моего позвоночника.

— Боже, Скарлетт, ну что ты несешь?! — по голосу Кристиана было ясно, что ещё чуть-чуть и он взорвется.

— Несу, что хочу! Это противозаконно. И вообще, я не соглашалась ехать к тебе, — меня уже было не остановить. Я не хотела ругаться, но хотела доказать правоту.

— Никому не интересно, что ты там думаешь! — рявкнул Кафф. Я довела его до предела. Его руки и лицо были белые, как снег.

— Останови машину! — заорала я. Последние его слова взбесили меня так сильно, что я решила немедленно покинуть авто. Иначе дело закончится дракой.

— Мы уже приехали, — раздраженно кинул он и со свистом затормозил. Меня на месте удержал ремень безопасности. Идиот самовлюбленный. Я могла влететь в стекло.

Мы действительно уже находились на подземной стоянке его дома.

— Какого хрена, Кафф?! Почему ты меня никогда не слушаешь?! Делаешь только то, что тебе вздумается! Я могла удариться о панель сейчас! — внезапно заорала я. Меня так задевала его бесцеремонность. Еще никто так не злоупотреблял своей властью со мной. Мне уже надоело постоянно соглашаться с его решениями. И пусть ведёт себя осторожнее. Кретин. Если у него было сложное детство, я в этом не виновата и не обязана сглаживать углы.

— Ты меня достала! Постоянно споришь со мной! Сколько можно трепать мне нервы? Куда мне было ехать? К тебе? Но ты же больше не дашь мне сесть за руль! — тоже заорал он, смотря мне прямо в глаза.

Меня это так злило, что я больше не могла находиться с ним в закрытом пространстве. Я выскочила наружу. Постояла пару секунд переводя дух, а затем пошла. Куда? Не знаю, но мне хотелось просто уйти отсюда. Я знаю, что вела себя, как ребенок. Но ярость так сильно бушевала во мне, что я боялась натворить чего-то большего, чем просто уйти.

Я не слышала, как хлопнула дверь машины, но я почувствовала, как меня схватили довольно больно за предплечье. Чудом я сдержалась, чтобы не ударить со всей силы в ответ.

— Скарлетт, успокойся, — заявил хриплый голос, — пожалуйста…

Я повернулась к парню. Мое тело щипало от переполняемой злости. Но я постаралась присмотреться к его лицу. Кажется Кристиан немного одумался.

— Хорошо, я неправ, что не спросил тебя, куда ты хочешь ехать, — произнёс он, всё ещё держа меня за предплечье, — но сейчас ночь, я выпил, ты ведь меня не пустишь за руль снова? — спросил Кафф, смотря мне в глаза.

Я долго молчала, буравя черноволосого взглядом. Затем шумно выдохнула.

— Нет, не пущу, — выдавила из себя я. Злость постепенно уходила, от неё оставалась лишь усталость.

— Ну вот, давай поднимемся ко мне, сейчас Новый год, праздник, а у нас тут снова выяснение отношений, — Кристиан говорил спокойно и вдумчиво.

Мне стало стыдно от того, что посланником разума в нашем диалоге выступил он, а не я.

Через пару минут мы, наконец, пересекли порог его квартиры, казалось, что я здесь не была целую вечность. Она выглядела точно так же, как и в прошлый раз, тихая, забытая и безлюдная.

Я присела на диван и слегка расслабилась. Чувствовала себя странно и слегка смущенно. Кристиан загремел на кухне и я почувствовала дежавю.

— У меня есть шампанское, из еды только сыр, я почти не ем дома…

«Как и не живешь», — захотелось добавить мне.

Я еле поборола желание отказаться от шампанского. Сейчас действительно Новый год, время праздника и мне не помешает слегка расслабиться.

Я встала, чтобы помочь Кристиану, но он уже шёл ко мне.

Напиток был сладким и игристым. Он освежал и притуплял неприятные эмоции.

— Ну и ночка… — прокомментировал Кристиан. Он встал с дивана и включил декоративный камин. В комнате сразу стало уютнее, повеяло новогодней атмосферой.

— Да-а, — протянула я, смотря на нарисованные языки пламени, — мне так стыдно, что я повела тебя туда…

— Ты хотела, как лучше, — проговорил Кафф, разглядывая меня, — только мою семью уже ничего не сделает лучше…

Я смотрела перед собой, не зная, что сказать.

— Когда ты все узнала, — продолжил он, — у тебя было такое выражение, что мне показалось, что ты вот-вот сбежишь. Услышанное для тебя было не просто удивлением, а чём-то за гранью реальности.

— Так и есть, — отозвалась я, — мне кажется, что более разных людей, чем мы с тобой, не существует. Слишком разные понятия, характеры, мысли. Нам нужны те, кто бы сглаживал углы, шел на компромисс и направлял.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Что значит нужны? — слишком громко раздался его голос.

Я посмотрела на него. Глаза зло блестели.

— Ты хочешь сказать, что заведомо знаешь, что мы не будем вместе?! — хриплый голос Кристиана отозвался эхом в моей голове.

Я стушевалась. Действительно, почему я так сказала?

— Я не знаю, что хочу сказать, слова вырвались сами собой, — правдиво ответила я, но уже предвкушала ссору.

— Лучше молчи, — резко заявил Кристиан и вскочил с дивана.

Я тоже встала.

— Ты мне не приказывай, — свирепо посоветовала я, — я высказала то, что было у меня в голове! Или я и правда с тобой должна молчать?

Ну почему? Почему всё так? Бесконечные препирания и ссоры, сколько можно?

Кристиан пошёл на кухню, я за ним. Мне хотелось видеть его глаза.

Парень полез в холодильник.

— Ты слишком своенравна, — произнёс он, доставая вторую бутылку шампанского и сосредоточено смотря на меня.

Я стояла рядом с холодильником, опершись о столешницу.

— Да, это так и что с того? — во мне бушевала буря, которая начиналась всякий раз, когда этот парень начинал мной командовать.

— То, что ты меня бесишь, — внезапно агрессивно заявил он и приблизился, — то, что я не могу тебя контролировать, — он поставил бутылку на стол и ещё сделал шаг, — то, что я не понимаю тебя и не знаю, о чем ты думаешь…

Его лицо было в паре сантиметров от моего. Пылающие глаза прожигали насквозь. Сердце громко билось. Я испугалась и прижалась к столешнице.

Он опустил свои руки по обе стороны от меня.

— О чем ты думаешь сейчас? — Кафф испытывающее рассматривал моё лицо.

— Я боюсь, — произнесла я, голос внезапно охрип.

— Ты уверена? — Кристиан уже не был зол, он скорее мурчал.

Его левая рука легла на мою талию, а лицо он спрятал у меня на шеи.

— Отвечай, — потребовал он и медленно коснулся губами моей коже. Мурашки заструились по моему телу. Кафф их заметил. Он засмеялся и провёл пальцами едва касаясь шеи, наблюдая, как новая волна проходит по моей коже.

— Я уже ни в чем не уверена, — мой голос был ниже чем обычно и даже заставил Кристиана взглянуть мне в глаза.

Глава 43 или Посмотри на меня...

Он около секунды смотрел мне в глаза. И я наблюдала, как медленно его зрачки расширяются, и взгляд становится более безумным.

Кристиан со своими татуировками, с чёрными глазами и волосами, идеально одетый, излучающий потрясающий еловый аромат, был в эту секунду, как демон. Демон съедающий меня изнутри, чарующий и готовый на всё. От этого зрелища мой инстинкт самосохранения отключился, как и мой разум. Не выдержав, я сама потянулась за поцелуем, обвивая его шею своими руками. Кафф хмыкнул и поддался. Его губы были влажными и прохладными. Чувствовался легкий вкус алкоголя.

Снисходительное поведение Каффа зажгло во мне злость и раздражение. Я с яростью прикусила ему нижнюю губу. Парень застонал и резко подхватил меня под колени, усадил на столешницу. Моё сердце билось так быстро, что готово было вырваться из груди. Мои пальцы перебирали черные густые волосы, а его руки гуляли по моему телу.

— Ты же давно хочешь меня… — произнёс хриплым голосом Кристиан, — зачем было издеваться?

Он через каждое слово прижимался губами к моей шее, оставляя красную дорожку.

— Потому что в жизни не всё можно получить так просто, Кафф, — произнесла я, опираясь о столешницу руками, слегка отдаляясь от него. Смотрела исподлобья, стараясь дать себе время на размышления.

Кристиан с высоты своего роста посмотрел на меня, в его глазах блеснуло нечто опасное. Ему не понравились мои слова и то, что я посмела разорвать желанный контакт.

Он резко схватил меня за поясницу и притянул к себе. И тут я, наконец, почувствовала, как сильно он хочет меня. У меня перехватило дыхание и потянуло внизу живота ещё сильнее. Я испытала такую бурю эмоций, что не смогла ничего сказать. В этот момент я почувствовала себя тряпичной куклой, с которой можно делать всё, что угодно. На автомате приподняла лицо, а на мои губы уже накинулись с большим желанием.

Левая рука Каффа крепко за талию прижимала меня к себе, а вторая схватила мою правую руку за запястье, словно пытаясь удержать. Было ощущение, что черноволосый делает это непроизвольно, будто не контролирует. Хватка была настолько сильной, что с большой вероятностью образуются синяки. Но я не чувствовала боли, лишь хотела освободиться от хватки, чтобы выплеснуть эмоции, прижать его к себе ещё ближе.

— Не вырвешься, — хрипло заявил Кристиан. От чего запустил бурю мурашек по моей спине.

Его голос был настолько сбивчив и горяч, что я не могла поверить в реальность. Кристиан Кафф нуждается во мне так сильно, что не может совладать со своими эмоциями. Мысль об этом заглушала всё остальное в моей голове.

Пока Кристиан прижимал мою правую руку к кухонному шкафчику, левой я тронула край его рубашки и проникла под неё. Я коснулась плоского живота и почувствовала, как мышцы сократились под моим прикосновением. Кристиан шумно выдохнул и на секунду замер. Кажется, мирился с мыслью, что я проявила инициативу. Теперь я почувствовала, что хватка ослабла, и поспешила освободить руку. Я проникла под его свободную рубашку двумя руками и медленно провела снизу вверх, затем аккуратно коснулась плеч и сжала их. Его кожа была настолько мягкой и горячей, что с каждой секундой мне хотелось его еще больше. Кристиан поднял руки, и я стянула с него одеяние.

Моему взору предстал на половину голый Кафф. Его сухое, жилистое тело, украшенное множеством чёрных рисунков, буквально погрузило меня в транс. Я изучала торс парня в полутьме кухни. Кристиан выглядел, как дорогой экспонат, который требует изучения, непознанный, затерянный, но вызывающий странную бурю ощущений, огромное желание получить его и понять. Но мне не дали насладиться зрелищем полностью.

— Ещё насмотришься, — услышала я насмешливый голос Каффа. И смутилась.

Но времени мне не дали на раздумье. Замок оказался расстёгнутым буквально за секунду, и так уже давно задранное платье улетело в неизвестном направлении. Что касается моего белья, то не буду лукавить, я подготовилась. На мне был кружевной полупрозрачный чёрный бюстгальтер и трусики в тон, а на ногах чулки, обычно я зимой чулки не ношу. Теперь ступор обуял моего партнера. Его глаза с расширенными зрачками вызывали во мне дикий восторг. Я решила его чуть отрезвить и придвинулась ближе, обхватила тело Каффа ногами крепче. Кристиан с порывом притянул меня к себе.

— Подготовилась? — прошептал он мне на ухо, запускай рой мурашек. Я смутилась снова.

— Да, Кафф, чулки специально для тебя, — прошептала я с нотками смеха, за которыми старалась скрыть смущение.

Кристиан почти зарычал мне в губы и подхватил меня под пятую точку. Я вздрогнула. Мы прошли гостиную, затем я услышала звук открывающейся двери, а через секунду почувствовала под собой прохладную кровать. Всю комнату в полутьме я рассмотреть не могла, да меня это особо не интересовало.

— Если чулки для меня, то оставим их, — прошептал он, затем я почувствовала свободу в груди.

Бюстгальтер расстегнули и откинули в сторону. На правом соске я ощутила прикосновение горячих губ, на левом крепкую хватку. Я вздрогнула всем телом и слегка прогнулась в спине. Кристиан, оставляя на шее поцелуи, вновь вернулся к моим губам. Правая рука заскользила по талии, затем ниже и слегка отодвинула ткань белья. Я тяжело задышала. Меня коснулся сначала один палец, через секунду другой. Теперь я вовсе перестала дышать.

— Интересно, ты всегда была такая влажная после того, как я пошепчу тебе на ухо? — промурлыкал он мне в губы. Я пальцы его начали медленно двигаться.

— Какой же ты болтливый, — рявкнула я, наконец, совладав с собой.

Кристиан хмыкнул и потянулся к моим губам, слегка прикусив нижнюю, потянул. Я застонала. Кафф дышал часто и сбивчиво, но все ещё был в штанах, в отличие от меня.

— Ты такая красивая, когда хочешь меня, — заявил Кафф между поцелуями.

— Да заткнись ты уже, — пролепетала я, запуская руки в его волосы и прижимая к себе.

Он слегка опустился, продолжая вводить в меня свои пальцы раз за разом, снова поймал губами мой сосок. От неожиданности я вскрикнула и прогнулась в спине. Я уже чувствовала необычайное возбуждение. От каждого прикосновения начинала стонать. Громче и громче. Ещё пару движений либо его губ, либо пальцев и я кану в забытьё. Но Кафф остановился и пристально посмотрел на меня. Я непроизвольно захныкала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Мне продолжать? — спросил он. Голос был хитрым и самоуверенным.

— Да, — выдавила я, ёрзая по постели.

Я услышала звук расстегивающихся штанов и встрепенулась, слегка приподнялась на руках. Меня повалили на кровать снова и нависли надо мной. Я осталась в одних чулках.

Его губы яростно прикусили мою шею, и я почувствовала головку его члена в себе.

— Чего ты хочешь? — спросил Кристиан, нависая надо мной. Его черные волосы взлохматились, а глаза блестели в темноте.

— Тебя, — прошептала я, чувствуя себя уязвимой, но не могла молчать.

— Скарлетт, посмотри на меня, — хрипло произнёс он. Ему тоже было сложно сдерживаться, но Кристиану в сладость издеваться надо мной.

Я открыла глаза.

— Скарлетт, попроси, — он хитро рассматривал меня. Чертов Кафф!

— Какой же ты… — яростно начала я. Затем просто резко закинула на него ноги и притянула к себе, из-за чего Кафф вошёл в меня полностью так резко, что из глаз посыпались искры, и я закричала.

Кристиан втянул в себя воздух и на секунду застыл, рассматривая меня.

— Никогда бы не подумал, что ты такая крикунья, — заявил он, прижимая меня к постели. Но все еще не двигаясь. Сукин сын!

— Кристиан, ну пожалуйста… — захныкала я.

Кафф усмехнулся, с некоторой силой развел мне ноги и начал двигаться. Сначала медленно, а затем поймал удобный темп.

Я стонала и выгибалась, но мне было мало, я хотела больше и больше с каждой секундой.

— Быстрее… — между стонами непроизвольно выкрикнула я.

Кристиан зарычал. И тут я испугалась. Он вышел из меня и (не знаю, как у него получилось), но Кафф резко крутанул меня, заставив перевернуться и стать на четвереньки. Не успела я понять, что произошло, как в меня вошли со звериным рыком и стали покрывать мою спину укусами-поцелуями. Теперь Кристиан двигался с таким бешеным темпом, что крики я даже не пыталась сдержать. Мои ноги и руки забыли свои функции напрочь. Еще пара невероятно сильных и резких толчков и я испытала такой фейерверк эмоций, что мой разум отключился. Я почувствовала на себе тело Кристиана.

Глава 44 или Ты всегда была моей...

***

Солнце светило слишком ярко, оно будто специально хотело разбудить двух обитателей просторной спальни. Хотя солнечным лучам трудно было промахнуться мимо окна во всю стену.

Кристиан лежал прямо напротив яркого света, поэтому проснулся раньше. Его взору предстала спящая девушка. Ее золотистые волосы были небрежно рассыпаны по подушке и переливались на солнце, завитые к празднику локоны все ещё держались на красивых волосах. Лицо Романовой было безмятежным и спокойным. Скарлетт тихо и размеренно дышала. Ее грудная клетка медленно вздымалась, заставляя легкое одеяло слегка колыхаться.

Взгляд Каффа прошёлся по её лицу, скользнул к уху, затем к тонкой шее и изящным ключицам. Парень не мог поверить, что Скарлетт лежит рядом, безмятежно спит, тихонько дышит. Она существует рядом с ним! «Невероятно!» — думал Кристиан. Скай выглядела просто очаровательно.

Кафф не мог сдержаться. Ему нужно убедиться, что это не миф и не видение. Он тянется длинными пальцами к безмятежному лицу девушки. Кристиан видит свою руку в лучах солнца и подушечками пальцев прикасается к коже Скарлетт.

Романова более глубоко вздыхает, но не просыпается. Кристиан улыбается. Она выглядит как ребёнок, такой милый и спокойный. Парень поворачивает свою руку тыльной стороной и смотрит на различие между светлой кожей Скарлетт и его смуглой. Они разные. Как всегда. Кристиан касается снова. Чувствуя, какая она гладкая и нежная.

На этот раз светловолосая открывает глаза, слегка хлопает ресницами, привыкая к свету, и фокусирует взгляд на брюнете.

⁃ Доброе утро, — произносит она хриплым голосом.

⁃ Доброе, — тихо отвечает Кафф.

⁃ Ты что, трогаешь меня во сне? — спрашивает Скарлетт, приподнимая одну бровь.

⁃ Да, — спокойно отвечает Кристиан, — могу себе позволить, — с нотками смеха добавляет он.

Девушка ухмыляется.

⁃ И давно ли? — следует вопрос.

⁃ С момента твоего рождения, — серьезно заявляет Кафф, заправляя за ухо Скарлетт выбившуюся прядь.

⁃ И что это значит? — заинтересованно спросила девушка.

⁃ То, что ты всегда была моей, — внятно произнёс певец, глядя прямо в глаза Романовой.

Скарлетт испытала странные ощущения. Светловолосая даже открыла рот, чтобы возразить. Заявить, что кроме самой себя, она больше никому не принадлежит. Но потом передумала и снова его закрыла. С каких пор такие приторные фразы вызывают в ней бурю эмоций?

Кафф улыбнулся. Он навис над девушкой так стремительно, что та не успела отреагировать. Его нога скользнула между ее. Правая рука парня схватила Скарлетт за талию и притянула к себе. Сухие, но горячие губы прижались к губам девушки. Она потерялась.

Но спустя пару секунд собралась с мыслями, Романова ловко выставила руку между их губами так, что Кафф не сразу понял, что произошло.

⁃ Не-а, Кристиан, сначала чистим зубы, — произнесла она.

Кристиан непонимающе уставился на девушку.

⁃ Ты серьёзно? — приподнял бровь он.

Светловолосая молча кивнула. В глазах играли веселые искорки.

⁃ Угораздило связаться с занудой, — процедил брюнет, гневно рассматривая лежащую рядом девушку. И с грустью осознавая, что она под одеялом абсолютно голая.

Она усмехнулась и отвернулась от него, чтобы встать с постели.

Он резко схватил Скарлетт за талию и вернул ее снова в кровать. Теперь Романова лежала к нему спиной.

⁃ Я просто не могу тебя отпустить.

Кристиан крепко прижал ее к себе. От осознания оголенности друг друга, оба пропустили удар сердца.

⁃ Кристиа-а-ан, — протянула девушка, пытаясь вывернуться.

Но ее быстро подавили под себя. Скай напрасно пыталась вырваться.

⁃ Тогда будем без поцелуев, Скай… — сумбурно прошептал он ей на ухо, от чего по телу девушки прошёлся разряд.

Кончиками пальцев он коснулся шеи Скарлетт и провёл рукой до середины спины. Это действие вызвало громкий вздох. Кафф улыбнулся. Затем он слегка провел по талии и положил руку на плоский женский живот. По телу студентки расплылся жар. Кристиан протянул руку слегка вверх и коснулся набухшего соска. Снова тяжелый вздох, но возражений не было. Пока он с особой аккуратностью ласкал грудь, его нога снова успела проникнуть между расслабленных ног Скай. Пока Кафф использовал лишь одну руку, Скарлетт уже испытывала бешеное желание, но старалась не выдать себя, что получалось очень плохо. Левая рука Кристиана скользнула между кроватью и талией девушки, чтобы взять торчащие соски девушки на себя. Романова продолжала лежать к Кристиану спиной, но его умелые руки и так справлялись. Правая ретировалась к бедру и прошлась от него до колена и обратно. Романова сдавленно застонала. Теперь он слегка сжал внутреннюю часть бедра. Снова стон. Он довольно резко развёл колени Скарлетт своей ногой и теперь она полулежала на животе. Его рука снова прошлась по ноге и затем коснулась промежности девушки. Студентка сдавленно застонала. Она давно была влажной и готовой к нему. Кристиан пару раз провёл пальцами по ее лону, давая ей возможность привыкнуть к собственному телу. Стоны Романовой терялись где-то в недрах подушки. Ещё и ещё пару движений его длинных пальцев заставляли узел внутри живота Скарлетт сжиматься сильнее. Затем Кристиан, наконец, одним движением вошел в неё. Хрупкое женское тело в его руках содрогнулось. Пару движений и Кафф добавил второй палец. Он резко дернул своей ногой, заставляя студентку расставить ноги сильнее.

⁃ Шире, Скарлетт, — властно заявил брюнет. И девушка вскрикнула от очередного его толчка.

Ещё пару движений пальцами и они куда-то внезапно делись. Романова даже подняла голову от удивления. Но не успела она разобраться, как в неё вошло что-то намного больше, чем два пальца. Она громко вскрикнула, уже не прячась в подушку. Ноги ей и правда пришлось расставить ещё сильнее.

Скарлетт секунду сжималась, привыкая к инородному объекту, затем прогнулась в спине.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

⁃ Умница, — поглаживая ее по ягодицам, произнёс Кафф, — кажется, тебе нравится без поцелуев…

Он вышел и медленно-медленно снова вошёл в девушку. Романова издала тихий стон. Кристиан повторил.

⁃ Быстрее, — рявкнула Романова и, выпятив попу, сама насаживалась на член парня.

Кристиан задавлено вдохнул.

⁃ Успокойся, иначе я за себя не отвечаю, — довольно серьезно прошипел брюнет сквозь зубы, держа девушку за талию.

⁃ Я сказала: «Быстрее!» — крикнула светловолосая и слегка качнувшись, снова насадилась на него во всю длину. Обоюдный стон.

У Каффа возникла красная пелена перед глазами и он крепко схватил Романову за бёдра. Кристиан от действий Скай будто потерял рассудок, он стал толчок за толчком входить в желанное тело. Он словно уже не заботился о ней, только хотел ее. А Скарлетт, в свою очередь извивалась и визжала под ним, она расставляла ноги всё сильнее и упивалась невероятными эмоциями. Романова никогда бы не поверила, что в эту минуту она действительно была собой. Раз за разом, действие за действием. Всё сильнее, всё глубже, всё громче. И девушка взорвалась в диком фейверке, ее тело дрожало, перед глазами кружились звезды, а Кристиан тем временем догнал ее и почувствовал такие эмоции, которые вероятно никогда ни с кем не испытывал. Кафф краем сознания понял, что упадет прям на девушку, поэтому слегка качнулся влево и упал обессиленный.

Глава 45 или На жертвы идёшь?..

Я сидела в знакомой квартире и рассматривала золотистые завитки на шкафчике кухонного гарнитура. В руках была чашка чая с тремя кусочками лимона, а в голове был дурман тихой, тонкой, слегка тягучей радости. Я вспоминала вчерашний день — первое января. Весь день я провела с Кристианом. И было так хорошо, что даже страшно.

Но теперь я оказалась дома, хотя Кафф вечером уговаривал меня остаться, но я решила ехать к себе, все мои вещи здесь, пока вся моя жизнь ещё здесь — в квартире моего дяди.

Это утро второго января и я безумно счастлива. Честно, правда-правда, не вру, я пыталась мыслить здраво, не ожидать ничего, пыталась успокоиться и снять розовые очки, но не смогла. Теперь сижу на своей кухне и улыбаюсь. Глупая девчонка.

Единственное, что совсем чуть-чуть омрачало мое настроение — это то, что увижу я Кристиана только вечером, ведь ему пора работать. Но меня позвали Кира и Ника в кафе, дабы поздравить друг друга с Новым годом, посидеть и поболтать. И мне было есть, что им рассказать.

***

Я быстро проникла в тёплое помещение, хотелось спрятаться от мороза. Стоя на пороге, я осмотрела кафе. Здесь я была впервые, всюду деревянная полированная мебель, низкие диванчики, вокруг оконных рам весят фонарики, на столах интересные деревянные фигурки зверей, пахнет кофе и ванилью. Уютно и атмосферно.

Окинув место взглядом, девчонок я не увидела, направилась вдоль зала, попутно расстёгивая пальто и стягивая шарф.

Так как по ясным причинам чувствовала душевный подъем, я даже принарядилась. Надела бежевое платье до середины бедра и сапожки на небольшом каблучке.

Я повернула и увидела компанию, сидящую за уютным столом в глубине кафе. Но воодушевление мое сразу померкло. За столом сидели трое. Кира, Ника и Виктор. Не то, чтобы я не хотела видеть Добровольского, просто вспоминая, как на него реагирует Кристиан, я сразу воспринимала Виктора как потенциальную угрозу балансу моей личной вселенной.

Кира по виду была самой собой, задорной и расслабленной. Фиолетовые пряди обрамляли миловидное, но хитрое лицо, губы выражали ухмылку, а глаза смотрели на Виктора. Ника улыбалась, задорно поправляя взъерошенное каре. Она была немного странной, обычно эльфийка выглядела более задумчивой, но сегодня похоже особенный день. Виктор первый заметил меня, его карий взгляд сразу встретился с моим. Красивый. Просто и лаконично. Красивый Добровольский. Даже слишком симпатичный. Знаете, такая кукольная, слишком идеальная красота, которая даже пугает. И что он тут вообще делает?!

Хоть я и была неприятно удивлена, но улыбнулась и подошла к ним. Поздоровалась. Бергер и Балтийская сидели рядом, поэтому мне пришлось занять место рядом с Виктором, напротив девушек.

⁃ Какими судьбами, Виктор? — наигранно весело спросила я. Сначала посмотрела на него, а потом многозначительно на девчонок. Мол, откуда он тут?

⁃ Он увязался за мной, ничего не могла сделать, — ответила своим высоким голосом Кира. Тон у неё был жалостливый и смеющийся одновременно.

⁃ А ты не рада меня видеть? — наигранно грустно спросил Добровольский.

Я спокойно посмотрела на него.

⁃ Бесконечно рада, — не выражая особых эмоций произнесла я.

Виктор же внимательно меня рассматривал. На лице его играла некая насмешка.

⁃ Как Кристиан? — улыбаясь во все тридцать два спросил он.

У меня перехватило дыхание. Я, конечно, хотела рассказать Кире и Нике о наших с Каффом отношениях и хотела это сделать сегодня, но не думала, что это произойдёт так сразу. На секунду я стушевалась.

⁃ Хорошо, — только лишь ответила я.

⁃ Что-о-о?! — удивленно произнесла Кира и во все глаза уставилась на меня. Её фиолетовые кончики волос рассыпались по плечам.

⁃ Я хотела вам сегодня сказать, что мы с Кристианом вместе, — произнесла я, стараясь выглядеть бесстрастной.

⁃ Чего? — удивилась Ника, — ты же его терпеть не могла…

⁃ А теперь смогла, — пошутила я.

Девушки удивлённо смотрели на меня и друг на друга.

⁃ На жертвы идёшь? — спросил Добровольский, буравя меня взглядом.

⁃ Я Кристиана не терплю, это была шутка, — улыбаясь пояснила я, но пристально рассматривала своё окружение. Похоже все были озадачены.

⁃ Уверена? — в голосе Виктора веселья уже не было. Странный парень. Насколько я знала Кристиан и Виктор друзья. Почему же он задаёт такие двусмысленные вопросы?

⁃ Абсолютно, Виктор, — я уверенно осмотрела его.

⁃ Так забавно, как в книжке, — произнесла Кира, — «От ненависти до любви», — как говорится, — процитировала она с улыбкой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 46 или Дыши!..

В метро было не людно. Я мчалась в огромном железном гиганте глубоко под землёй. И думала о Каффе, он напрочь не хотел выходить из моей головы ни на минуту. Тем более и ехала я к нему.

Вечер в компании Киры, Ники и Добровольского прошёл чуть ниже среднего. Всё было хорошо, но присутствие Виктора всё время нервировало меня. В его компании сложно было говорить, я постоянно ловила себя на мысли, что нужно фильтровать речь и подбирать темы. При нем не скажешь ничего личного, женского, сокровенного. Не то, чтобы я собиралась слишком много говорить Бергер и Балтийской, но всё же разговор клеился с трудом.

Я знала, Кристиан дома, он написал мне об этом. Мне захотелось увидеть его. Я решила ничего не говорить, просто приехать. Тем более Кафф предлагал меня забрать, но девочки уговорили посидеть ещё и я отказалась. Если хотел забрать, значит, хотел видеть.

Мне снова вспомнился сегодняшний вечер. Добровольский всегда вызывал во мне противоречивые эмоции, никогда ему не доверяла, но, что греха таить, я чувствовала его отношение ко мне. Не знаю, что именно он испытывал, но это явно происходило в положительном ключе. Из-за этого я не могла его понять. Всем известно, что человек, которому ты нравишься, вызывает в тебе благосклонные эмоции. Поэтому я не могла расслабиться в его обществе. Мне казалось, что Добровольский плохой человек и хороший одновременно. К тому же, я ничего не знала о нем, кроме того, что поведала Кира. Не то, чтобы я хотела узнать Виктора, нет, просто хочется обладать информацией о человеке, который так настойчиво желает находиться в твоём окружении. Мне хотелось задать вопрос Каффу, ведь они хорошие друзья, по крайней мере, были. Но подходящего момента не подворачивалось, да и Кристиан может воспринять всё не так. И ещё странный момент, Кафф не упоминает Добровольского никогда. Хотя, насколько мне известно, они были не разлей вода в те моменты, когда Кристиан бывал в Москве.

Я зашла в лифт и нажала кнопку нужного этажа. Дверь в подъезд была открыта, рабочие заносили мебель в квартиру на первом этаже, поэтому мне не пришлось звонить в домофон. Двери лифта открылись, и я оказалась на знакомой площадке. Увидела нужную квартиру и двинулась к ней. Время было далеко не позднее, поэтому Кристиан точно не спит. Когда я подошла к двери, она была неплотно прикрыта. Мне это не понравилось. Он совсем с ума сошел?

Я решила не стучать. Вошла в знакомую квартиру. Я слегка разозлилась от того, что Кафф ведет себя так беспечно. Как можно забыть закрыть дверь? Поэтому я с порога решила ему об этом сказать.

— Кристиан, почему у тебя… — начала я и повернула в сторону гостиной, к белому дивану. И буквально застыла на месте.

На диване сидел Кристиан, он слегка откинулся на спинку. На его голове беспорядок был больше чем обычно. И главным потрясением для меня стала девушка, которая нависала над ним, она, то ли сидела у него на коленях, то ли стояла сама на коленях между его ног, но, что контакт был тесным, точно. Длинные черные волосы, начесанные у корней, полностью забитая татуировками рука, лаковый короткий топ, хищный взгляд. Они оба повернулись на мой голос. Лицо Кристиана вытянулось. А девушка заинтересовалась.

Я еще пару секунд просто пялилась на эту картину, не имея возможности что-то сказать. Сердце из моей груди переползло в голову и просто ухало у меня в ушах с невероятной силой.

— Скарлетт… — произнес он, смотря на меня. Кафф резко отстранил девушку и вскочил.

Я постепенно приходила в себя и медленно пятилась назад. Нет-нет-нет. Этого не может быть.

Когда Кристиан начал бежать, я уже выскочила из дверей его квартиры. Я услышала высокий женский голос:

— Крис, это кто? — черноволосая крикнула ему вдогонку.

Кафф нёсся за мной, я видела это, стоя в лифте, ожидая, когда двери закроются. Его лицо было злым.

— Скай, остановись, стой! — орал он, — я всё тебе объясню…

Я молча смотрела ему в глаза и мотала головой. Нет, Кристиан, больше ты мне ничего не объяснишь. Хватит с меня этой жизни. Существовать нормально не получится, можно даже не пытаться. Пусть всё идет так, как хочет. С меня хватит.

Каффу оставалось два шага до лифта, когда двери закрылись.

Я ударила себя кулаком в грудь. Дыши, тупая идиотка, дыши!

Я хваталась за стенки лифта, стараясь удержать себя на ногах. Ярость и отчаяние застилали мне глаза. Наворачивались горячие слезы, которые я пыталась смахнуть, не хотела осознавать, что плачу. Разочарование и бессилие накрывали меня волной снова и снова.

Двери открылись, и я, собрав все силы в кулак, вылетела из лифта. Где-то на лестнице я слышала громкий стук ног, кто-то бежал. Нет. Я не хочу его видеть. Не при каких условиях. Я пулей выпорхнула из подъезда и направилась в противоположенную от метро сторону. Лучше потрачу кучу денег на такси из незнакомого мне места, чем встречусь с ним. Каблуки стучали по сухому асфальту, мороз щипал руки и лицо, но я не чувствовала. Лишь бежала и боролась с собой, боролась с рыданиями. Я не буду плакать, не буду. Нет причин для слез, их просто нет. Ты ведь сама знала, что так и будет, ты знала, на что идешь. Зачем теперь реветь? Из-за собственной глупости? Только если так, только если скорбеть по утраченным мозгам.

Моё желание исполнилось. Приступы рыданий прошли, но они сменились чем-то более опасным. Меня начало трусить, а воздух, который я вдыхала, будто бы не доходил до легких.

Боже, какая идиотка. Знала же, что он абсолютная противоположность хорошему человеку. Он испорчен, в нем нет ни капли совести и сострадания. Повелась на слова, растаяла от красивой речи. Глупая слабая я.

Мимо меня мелькал город. Улица была довольно оживленной, несмотря на холодную погоду, люди шли по аллеям, наслаждаясь свечением города, украшенного к новому году.

Больше воздуха, еще и еще. Я глубоко выдыхала, но, казалось, сейчас задохнусь. Несмотря на дрожь, я развязала шарф и распахнула пальто. Вдох, выдох.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Для чего люди живут? Чтобы страдать? Постоянно натыкаться на трудности? Скорбеть? Если задуматься, то жизнь бессмысленна. Ты рождаешься, борешься и умираешь. Зачем?

Внезапно я ощутила дежавю, вспомнила, как так же в конце осени шла по улице и задыхалась. Когда шаг за шагом менялись мои идеалы, рушилось сознание. Я резко остановилась, осознание пришло не сразу. Невероятно, потрясающе! Это ведь было тоже по его вине. Именно Кафф убивает меня, играет с моей жизнью и отравляет мои мысли. Я возобновила шаг. Не представляю, как выглядела со стороны, заплаканная, растрепанная, с трясущимися руками. Ненавижу его!

А хотя он даже не виноват, это я, всё я! Глупая маленькая идиотка. Хотелось верить в красивые сказки, что любовь меняет людей, что ради меня прекрасный принц может побороться со своими демонами. Ха-ха. Никто не меняется, Скарлетт, никто! Каждый человек эгоист, зачем ему всегда давить на себя, если можно просто замаскировать свое эго на время. Я откинула волосы с лица, они так и норовили прилипнуть к влажной коже. Ну ничего, вот я и поплатилась за свою глупость. Держи жизненный урок. Забей, хватит мечтать о чем-то прекрасном, чистом и теплом. Кругом лишь разочарование и эгоизм. Привыкай.

Холодные мурашки волнами расходились по моему телу, но застегивать пальто я не стремилась. Разумом я понимала всё, осознавала свое положение, но с телом творилось что-то неясное, я будто не до конца могла подчинить его себе. Ноги и руки онемели, и когда я сжимала кулаки, казалось, что на пальцы натянуты толстые варежки. И помимо всего этого у меня в глазах темнело от удушения. Или это было самовнушение? Я внезапно запаниковала. Что происходит?

— Самый свежий и вкусный кофе только у нас! Девушка, держите флаер! С ним двадцать процентов скидка! — в мои уши вихрем ворвался громкий голос парня — промоутера, он дефилировал по тротуару в костюме чашки кофе и со стопкой листов в руках.

«Чашка кофе» сунула мне в руку листок. Я вовремя не среагировала и уронила его. Или просто нервные окончания моей руки вовремя не дали сигнал моему мозгу, чтобы я сжала пальцы. Амеба.

— Ничего страшного! — таким же громким голосом произнес парень и пнул ногой листок, а затем сунул мне новый.

Я стояла посреди тротуара с цветным флаером в пальцах и взирала на него. Это меня отвлекло и дыхание стабилизировалось. Мне сейчас необходима встряска, может выпить эспрессо, двойной. Я вошла в дверь кафе. Но оказалось, что это просто небольшой ларек с кофе, внутри была лишь маленькая стойка с тремя высокими стульями. Кажется, место не пользовалось популярностью, потому что помимо бариста в помещении никого не было. «Святослав», как гласил его бейджик, оживился.

Я заказала свой кофе, оплатила и села за стойку, на самый дальний от бариста стул. Дыхание пришло в норму и от недавнего потрясения остались лишь подтеки под глазами и дрожь в теле. Смотря в переднюю камеру телефона, я вытирала влажной салфеткой глаза. Внезапно агрегат завибрировал и я увидела на экране «Кристиан». Отключить его к чертям. Снова звонок. Отключить. Опять вызов. Я еще раз сбросила и набрала маму. Всунув наушники в уши, я стала ожидать ответа. Кафф снова попытался связаться со мной, но я благополучно его проигнорировала, зато смогла заметить, как мне маяковал Святослав, указывая на готовый кофе. Я забрала напиток и села на место.

— Привет, Скарлетт, как настроение? — услышала я мягкий голос на том конце.

— Привет, мам, хорошо, — энергично заявила я.

Глава 47 или Прекрасная новость...

Шарли значит.

Я барабанила пальцами по столу. Передо мной стоял ноутбук с открытой страницей Википедии, имеющей название «Кафф, Кристиан Константинович». В частности моим вниманием завладела раскладка «Личная жизнь». В статье было сказано, что в Лондоне, когда вышел первый официальный сингл Кристиана, он познакомился с зарекомендовавшей себя кантри-певицей - Шарли и у них завязались отношения. Девушка была немного старше парня, но во всех интервью заявляла, что это нисколько не мешает их отношениям. Затем по неизвестным причинам Каффу пришлось вернуться на родину, поэтому нынешнее положение его личной жизни неизвестно.

Хоть я и винила себя во всех своих бедах. Я все равно оставалась девушкой. Поэтому не могла не поинтересоваться личностью певицы.

Да, именно Шарли была той, кого я видела в квартире Каффа. Судя по источникам, она была довольно популярной девушкой. А затем я припомнила, что уже видела ее и, возможно, слушала ее музыку. Мне стало неприятно от осознания этого. Я чувствовала себя обманутой и использованной. Похоже, у Каффа всё это время была девушка в Англии, а я служила лишь развлечением на короткий срок. Он просто искал себе веселье на то время, пока не решит свои проблемы с отцом и не укатит обратно в Лондон. В моей голове ютилось столько мыслей, столько мерзких событий, что меня буквально трусило каждый раз, когда я заходила в своих раздумьях слишком далеко. Если этот мерзкий идиот и Шарли всё это время встречались, то получается, он обманывал и её тоже. Хотя, черт их разберет, что у них там на вершине Олимпа считается нормой.

А у Кристиана хороший вкус. Красивая, интересная, обучалась в одной из лучших школ искусств Великобритании. Глаз алмаз у него!

Когда я увидела эту девушку, она мне сразу напомнила Риту Лин. Такая же экстравагантная, уверенная, спокойная. Что-то в них прослеживается общее, разве что, Шарли была моложе. Но у этих двоих явно течет по венам одинаковый раствор. И, скорее всего, называется он - шоу бизнес.

Через день мне написала Лин. Через день после известных событий, разумеется. И, что греха таить, это сообщение было очень вовремя. В тот момент я уже загналась до такой степени, что не могла понять, какое время суток. Меня попеременно бросало в жар, в холод, единственным отрезвляющим средством на пару минут послужил звонок мамы, но после этого мне стало еще хуже.

Прочитав сообщение певицы, я опять почувствовала ее детский восторг и взрослую убедительность.

«Скарлетт, привет! Знаешь, зачем я тебе пишу? Потому что я — эгоистка. Это мне так Борис Яковлевич сказал. Я с этой сукой, Мартой, совсем разругалась! Она натуральная идиотка. Не могу я с ней работать и всё, она вечно берет не в той тональности. Мягко говоря, я ее выгнала. Борис Яковлевич очень разозлился и сказал, что замену ей искать не будет. Дорогая, выручи меня. Хотя бы первое время. Я знаю, что у тебя сейчас нет учебы. Помоги, пожалуйста. У меня начинается тур по стране и на этих праздничных выходных, как раз буду выступать не далеко от Москвы. Всего пару концертов. Умоляю!»

Я читала это сумбурное сообщение и не верила своим глазам. Меня опять зовут выступать. Это так… так странно! Именно в этот раз я даже не раздумывала. Потому что мой мозг требовал событий и динамики. Потому что, если я останусь до начала семестра одна, сидя и пялясь в одну точку, то сойду с ума наедине со своими мыслями. И я буквально была бешено рада, что смогу завалить свои дни работой, и не буду думать об этом ублюдке. Который, к слову, звонил мне почти каждый час. Это я узнала, когда включила телефон.

Я сразу же ответила Лин, что с радостью смогу ей помочь. Тем более, я видела еще коммерческую сторону этой авантюры. Такими темпами я смогу быстрее накопить денег на билет в Швейцарию, смогу увидеть маму. Мне было действительно плохо. Каждая минута моей жизни разочаровывала и заставляла страдать. Она убивает меня.

Рита очень обрадовалась, узнав, что я согласна на ее предложение. Но что-то мне подсказывало, что она и так знала, что я не откажусь. Лин была очень хитрой женщиной.

Надеясь завалить себя работой, я нисколечко не ошиблась. Потому что, когда Рита сказала о «паре концертов», то она имела в виду шесть за восемь дней. Я очень испугалась и при этом почувствовала невероятное паническое возбуждение. Я представила, что у меня просто не будет времени думать. Это была прекрасная новость.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 48 или Мне тебя привели...

Темноволосый парень снова входит в квартиру. Он чувствует дикое отчаяние и липкую ненависть к себе. Ему так противно, что буквально каждая клеточка тела испытывает нервную дрожь. Двери за его спиной захлопываются с такой силой, что стоящая ваза на комоде начинает вибрировать. Как же Кристиан зол, ярость тихой рысью подбирается к его горлу и он готов орать так громко, как только могут его связки. Кафф всё испортил. В очередной раз в своей жизни он уничтожил свои же жалкие попытки на счастье.

Но нет! Он так просто не успокоится. Кристиан летит к кофейному столику и хватает свой телефон. Парень яростно бегает своими длинными худыми пальцами по экрану. Так же резко прикладывает аппарат к уху.

За всеми этими манипуляциями спокойно следит симпатичная брюнетка. Она расслабленно восседает на светлом диване, на ее лице играет подобие ухмылки, но девушка не улыбается в открытую.

— Это та причина, из-за которой ты так мало пробыл в Лондоне в прошлый раз? — негромко осведомляется Шарли, — мы с тобой так и не встретились тогда, — нотка детской обиды скользнула в ее голосе.

Кристиан испытывал такую бурю эмоций, что слова брюнетки просто пролетели мимо его ушей. Парень снова и снова набирал знакомый номер. От ярости и разочарования он сильно сжимал зубы, желваки ходили на его лице. Не менее крепко Кафф сдавливал в руках телефон. Мышцы его руки напряглись, перекатываясь под бледной оливковой кожей, заставляя разноцветные тату играть новыми красками.

Темноволосый парень был в спортивных штанах и черной длинной майке, совершенно босой. Его угольного цвета волосы были взъерошены, потому что он без конца запускал в них свои пальцы, пытаясь совладать с собой. Кристиан ходил по комнате, в попытках дозвониться до Скарлетт. В этот момент парень походил на дикого демона, злого, необузданного и потерянного. Шарли неосознанно залюбовалась им. Она чувствовала неподдельный трепет от его перемещений, от почти осязаемой ярости, от горячности, от него самого, ведь это был Кристиан. Её Кристиан. А принадлежал ли он когда-нибудь ей?

В один прекрасный вечер их продюсеры приняли решение, что их с Каффом отношения были бы прекрасным пиар ходом. И Шарли, и самому Крису нужна была новая аудитория, новая площадка для работы. И, вуаля, образовалась звездная пара! По этой причине они часто виделись, а потом просто стали спать. Дико, страстно и бесхитростно. Черноглазый, казалось, никогда не придавал особого смысла их встречам, но певица похоже вкладывала иную подоплеку.

Всё было хорошо, по мнению Шарли. Пока его мерзкий папаша не заманил Кристиана сюда, в Россию. Причем неизвестно каким методом, ведь Кафф всегда был поглощен работой, поглощен желанием добиться высот в своей области. И у него действительно дела шли хорошо, он сумел зарекомендовать себя и английской, и русской аудитории. В Великобритании у него больше шансов, парень там ближе к своей мечте. Это понимала Шарли, понимал Кристиан, отец его это тоже понимал. Кафф буйная натура, упертая и властная, поэтому как он так легко подчинился Каффу старшему оставалось загадкой. Хотя его отец может не такой и мерзкий, ведь это именно он пригласил ее в Москву, он напомнил продюсеру Каффа о том, что Шарли и Кристиан должны были записать совместный сингл, это всё он.

Кафф, не преставая, набирал Романову. Это уже начинало походить на маниакальный приступ. Шарли и раньше замечала за Каффом что-то вроде эмоциональных срывов, но он никогда из-за самой певицы так не переживал. Она почувствовала раздражение и досаду.

— Крис, успокойся, забудь ты о ней, — громко произнесла брюнетка, — подумай лучше о нашем с тобой сингле. Куда испарился твой профессионализм?

Слова наконец-то долетели до сознания Кристиана. Он остановился. Легкий английский акцент в ее голосе взбесил его. Лучше уже говорила бы по-английски и не выделывалась. Хоть её родители и беженцы из России, но нормально разговаривать своего ребенка так и не научили.

— Не указывай мне, — холодно заявил он, — что ты вообще здесь забыла?! Кто тебя просил лезть ко мне с поцелуями?! — яростно всматриваясь в собеседницу, спросил парень.

У девушки перехватило дыхание от этого, возвышающегося над ней, худощавого Криса. Такого мрачного и злого. Она резво встала с дивана и подошла к нему.

— Твой отец, кажется, он держит тебя на коротком поводке, — спокойно произнесла она и усмехнулась. Огонек горел в глазах Шарли. Брюнетка потянула руку к бледному лицу парня.

— Какая же ты сука, — сквозь зубы прошипел Кафф и схватил ее за запястье. Ему стало так мерзко от ее тянущихся рук. Она сама была ему омерзительна.

«Что же сейчас твориться в голове у Скарлетт?» — думал он. Черноглазому хотелось кинуть всё и ехать к ней. Но на его пути стояла крашенная певичка. В голове сидел сегодняшний диалог с отцом. А на кону была его жизнь. Его репутация.

— Да, сука, — согласилась Шарли, — но ты сам меня выбрал, — усмехнулась она.

— Я не выбирал, мне тебя привели… — презрительно кинул Кафф.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 49 или Шаг...

Я окинула последний раз взглядом свою квартиру. Надеюсь, ничего не забыла. Огромная гостиная была пуста и безжизненна, слишком большая для меня одной. Я стояла у двери и держала небольшую дорожную сумку в руках. На секунду задумалась о том, что еще недавно также пялилась на квартиру Кристиана и удивлялась ее унылости, а сама то не лучше. Я горько усмехнулась. Когда снова начинала думать о нем, то чья-то хищная рука сжимала сердце у меня в груди и она же, казалось, стучала ржавой арматурой по моим ребрам, хотелось сжаться в комок и упасть на холодный пол. Но я устояла.

В сумке было всё самое необходимое. Концертным костюмом меня должны были обеспечить на месте. Пора отправляться в маленький, но все же, концертный тур. Я вернусь аж только к началу семестра, проведу все праздники вне Москвы. И я мучительно радовалась этому, наслаждалась, что смогу убить свои мысли. Шаг через порог.

***

Парень гнал сквозь город. Казалось, что с каждой минутой скорость его машины увеличивалась в два раза. Водителя темноволосый отпустил домой, ведь Кристиан просто не смог бы тащиться с ним через Москву соблюдая все правила дорожного движения. Кафф спешил, так, как никогда в своей жизни. Он смог вырваться из трясины этого лицемерного болота только через полтора дня после ее ухода. Черноглазый уже ненавидел свою деятельность, свое окружение, свою жизнь. За это время он уже миллионы раз желал быть обычным парнем. Иметь нормальную семью, нормальную девушку, нормальную бывшую девушку и, в конце концов, обычные проблемы.

Но, к сожалению, нет! Его окружают властная эгоистичная певичка, от которой зависит его работа, чокнутый шантажист отец, ищущий во всем себе выгоду, не менее алчный продюсер и лучший друг, который хочет твою девушку. К-к-комбо! А та самая любимая девушка склонна к психологическим расстройствам и сама не подозревает об этом, что пугало Кристиана больше всего остального. Что с ней могло произойти за это время? Пока Кристиана сдерживало его «чудесное» окружение, пока он отшивал Шарли, пока ездил на встречу с отцом, пока беседовал с продюсером на студии, пока сидел в осаде репортеров там же. Кристиан горько усмехнулся. «Чтобы вы все сдохли!» — думал он.

Бледные длинные пальцы сжали кожаный руль. Костяшки рук были рассечены, кое-где посинели, и виднелась запекшаяся кровь. Так он вымещал злость, по-другому он не умел. Если под руку не подворачивалась чья-нибудь подходящая рожа, то кулак Кристиана любезно приветствовал стену.

«Не выделывайся, Кристиан, к тебе приехала твоя невеста, вам нужно записать песню. Эта коллаборация принесет тебе миллионы, от которых пятьдесят процентов ты любезно переведешь мне, на совершенствование музыкального класса, разумеется!»

В голове у Каффа младшего всплывали фразы его недавних диалогов с отцом.

«У меня остались все справки из клиник, все документы по приводу в полицию, даже то дело о хранении наркотиков, которое я тогда выкупил. Ты ведь не хочешь, чтобы твои маленькие миленькие фанатки узнали, что ты не такой белый и пушистый, как они думают? И тогда твоя мечта о карьере, точнее мечта твоей покойной матери, канет в лета!»

Кристиан действительно ненавидел его.

«Я могу либо поднять тебя на высочайший уровень, либо погубить. Делай, что тебе говорят! Я позвал Шарли из Лондона, чтобы помочь выбраться из изоляции, куда сам тебя засунул, а ты по малолетству вляпался по полной. Раскрой свой потенциал.»

Изоляцией, в которую вляпался Кристиан, была Скарлетт Романова. У Каффа чуть рвотный рефлекс не появился, когда он вспомнил, как его отец радушно приветствовал их на Новый Год совсем недавно.

«Крис, дорогой, песня и клип с Шарли будут успехом! Я не знал, как повлиять на тебя, но твой отец смог. Он хочет для тебя лишь лучшего! Я уже посмотрел пару текстов певицы и еще кое-что листал, покажу скоро свои наработки по поводу содержания песни. Если ты не хочешь, чтобы твоя карьера умерла, ты должен двигаться, искать новые пути. Тебе бы стоило вернуться обратно в Лондон», — так высказался Стив, англичанин, продюсировавший Кристиана уже пару лет в Лондоне.

«Я твой спасательный круг, милый», — слова Шарли.

Все эти воспоминания кружились в туманном сознании Каффа. А стрелка спидометра ползла вверх. Он несся по дорогам мегаполиса, лавируя между машин, будто не замечая их. Черноволосый хотел к ней, хотел видеть ее золотые волосы, смотреть в чистые голубые глаза, слышать звонкий смех. Или даже заметить ее морщинку между бровями, когда она хмурится, как всегда переживая о чем-то, он был готов даже на ее злость, всё, что угодно, лишь бы рядом.

Кристиан заметил знакомый въезд и оказался во дворе многоэтажного дома, который находился рядом с университетом. Он подошел к подъезду и начал звонить в квартиру. Первые гудки прошли безрезультатно. Вторые тоже. Черноволосый не знал, сколько он простоял под этой дверью. Но в какой-то момент на пороге появилась пожилая женщина.

— Кого ждем-с? — спросила она с подозрением.

Кристиан подробно описал Скарлетт и сказал, из какой она квартиры.

— Так она уехала час назад, соседка моя. Сказала, надолго… — промямлила она и прошла мимо черноволосого парня. Этот мрачный тип вызывал у бабушки неприятные чувства.

Кафф попытался выяснить еще что-то, но она открестилась от него и ушла.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 50 или Прости...

Прошло уже три концерта. Я старалась снова выстроить свой обрушенный мир, но моя психологическая и физическая суть сопротивлялась этому. Моя душа и ум не понимали смысла в исцелении, не хотели покоя, не нуждались во внутренней тишине. Чувствовать умиротворенность, ощущать гармонию, зачем? Чтобы снова нарваться на остриё, поджидающее тебя в самый неожиданный момент! Теперь так я видела жизнь — пугающая череда хаотичных происшествий.

Только репетиции днем и концерты вечером заставляли меня двигаться дальше. Я делала, что любила. Пускай моя деятельность заберет всё мое время. Завоюет последние мои мысли. Я согласна на всё.

Вокруг меня постоянно кружило огромное количество людей, со всеми нужно было общаться, со всеми сходиться. Мне это не нравилось, но нравилось петь. Я готова была терпеть каждого человека в команде, готова испытывать массу неудобств, только дайте мне работать.

— Что случилось? — почти сразу спросила Рита, увидев меня. Певица слегка сменила образ, теперь ее волосы из розовых стали блекло голубыми.

— Ничего особенного, — сразу ответила я, — обычные около подростковые проблемы, — добавила с улыбкой.

Лин хмуро измерила меня своими огромными голубыми глазами. В её нависшем взгляде читалось беспокойство, раздражение и тихая злость.

— Я тебя предупреждала, — холодно произнесла она. Моя улыбка явно не произвела на нее никакого впечатления.

— Я знаю, — медленно произнесла я и выдохнула.

Рита больше ничего не стала мне говорить. После этого короткого диалога она больше ни разу не упоминала Кристиана, мою задумчивость или что-то связанное с этой ситуацией. Я была благодарна голубоволосой за это.

После этих трех концертов Лин решила устроить вечеринку для своих. Она хотела дать возможность команде отдохнуть и запастись силами на грядущий огромный концертный тур. Также девушка пригласила своих друзей, живущих в Подмосковье.

— Останься, — попросила певица, когда я уже накинула на плечо сумку и взяла свой концертный костюм под мышку.

— У меня нет сил, я оставила все свои эмоции на сцене, — грустно улыбнулась я, имея огромное желание поскорее оказаться в отеле.

— О да, я это заметила, ты выкладываешься даже слишком хорошо, — хмыкнула Лин, — все равно побудь здесь, тебе надо расслабиться, — добавила она. А я невольно залюбовалась ее маленькой татуировкой на лице в виде фламинго.

Апатия так сильно въелась в меня, что в этот момент я поняла, мне плевать, где я, с кем я, чем увеличена. Главное — это вернуться на сцену в ближайшее время. Даже отель не выглядел таким привлекательным, одиночество, пожалуй, было даже хуже громкой вечеринки.

— Выпью коктейль, — произнесла я и повесила свои вещи на вешалку в гримерке снова. Лин стрельнула в меня подведенными глазками и улыбнулась.

Все-таки, несмотря даже на мою апатию, я пожалела, что осталась там в тот вечер.

— Скарлетт, — тяжелая рука легла на мое плечо.

Тело содрогнулось. Липкое мерзкое чувство появилось у меня в животе. Я обернулась и поспешила отойти подальше. Отвратительные невоспитанные люди! Почему они всегда меня трогают? Вытирают об меня свои противные влажные руки. Ненавижу!

— О, сама пьешь? — удивленно рассматривая у меня в руке коктейль, сказал Виктор.

Я пораженно смотрела на него. Что он тут делает? У этого парня явно талант появляться в неподходящих местах. Хотя чему я удивляюсь? Кто еще может так бесцеремонно класть на меня руки? Только он.

По моему телу пробежала дрожь снова. Потому что я вспомнила еще одного человека, который тоже не мелочился в прикосновениях. На секунду в моем горле появился комок. Но я быстро с ним справилась.

— Ты… Ого, не ожидала тебя здесь увидеть, — слегка шокировано произнесла я, — все пьют… — добавила спокойнее.

— Но не в одиночестве, — хмыкнул Добровольский и еще раз пробежался по мне своими темными глазами. На нем была белая футболка, черные зауженные джинсы и кроссовки. Виктор не изменял своему стилю.

Под его пронзительным взглядом я поняла, как сильно устала. Интересно, как я выглядела? Грим давно стерся, являя на свет мои синяки под глазами, прическа опала, а на мне были джинсы и футболка. Я плохо вписывалась в эту гремящую яркую атмосферу клуба.

— Что ты тут делаешь? — спросила я, проигнорировав его последнюю реплику.

— Я с друзьями на базе отдыха сейчас. На все праздники приехали, — произнес Добровольский, на его лице я все еще замечала некую задумчивость.

— Неожижанная встреча, а я… я… — мой голос дрогнул. Я поняла, что мне тоже придется объяснять мое нахождение здесь. Мне не хотелось ничего говорить.

— Я был на концерте, Скай, — спокойно произнес Виктор, карие глаза блеснули. Это «Скай» резануло ухо.

Я смотрела на него непонимающе. Он видел выступление? Краем сознания я надеялась, что он просто случайно оказался этом клубе, который арендовала Лин. Мне хотелось, чтобы Виктор просто включил свой шарм и хитрость и пробрался на закрытую вечеринку. Но похоже его появление было неслучайным.

— Ты потрясающая, — произнес он, смотря мне в глаза. У меня перехватило дыхание.

— О, Виктор, знала, что ты придешь, — появилась Лин. Она окинула нас взглядом.

— Выступление великолепно, — произнес он, не отводя взгляд от меня, и слегка наклонился, поцеловал Лин в щеку в качестве приветствия.

— Знаю, — смех, — совсем забыла, что вы со Скарлетт знакомы, очень хорошо, а то она слегка хандрит, — добавила Рита не к месту.

Я готова была убить ее. Слишком болтливая певичка.

— Правда, а что случилось? — удивленно спросил он, взглянув на Лин. Виктор это сделал слегка наигранно, он явно уже заметил, что что-то не так.

— Ничего, — произнесла я быстро.

— Лучше выпейте за мой тур, ведь он только начинается! — певица улыбнулась во все тридцать два и подняла бокал выше. Она стукнулась со всеми по очереди.

— Я не знал, что ты в команде Риты, — произнес Добровольский, когда мы вышли на лоджию. В помещении было слишком темно и громко.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я не знала, что вы знакомы, — также ответила я.

Хотя учитывая его дружбу с Кристианом, неудивительно. Виктор из обеспеченной семьи, похоже, он с детства вертится в этих кругах.

— Что случилось? — резко перешел к расспросам парень.

— Почему ты решил, что что-то случилось? — начала бой я. Не хочу говорить об этом, тем более с Виктором.

— Я вижу, — кивнул кареглазый в мою сторону. Какой проницательный! Надо же!

— Ничего необычного, типичные человеческие проблемы, — я слегка улыбнулась, как делала всегда, когда хотела отвязаться.

— Расскажи, — от этого парня так просто не отделаешься.

— Не хочу, — холодно заверила я.

— Я буду компетентен и объективен, — Добровольский улыбнулся, оголяя свои идеальные зубы.

Я молчала. Зачем с ним говорить? Ты ему слово, он тебе два. Я чувствовала раздражение.

— Поругались с Крисом? — произнес свое предположение Виктор. Закончить разговор не получится.

— Предположим, — туманно сказала я, наблюдая за реакцией кареглазого.

— Что он сделал? — довольно холодно поинтересовался Добровольский.

— Ничего, это уже не важно, он просто оказался тем, кем я считала его изначально, — спокойно произнесла я. Больше ничего ему не скажу.

Мы с Виктором будто играли в гляделки. Кто кого смутит, перехитрит и, в конечном итоге, выиграет.

— Мудаком? — приподнял бровь парень.

— Я не хочу говорить на эту тему, — твердо заверила я. Мне никогда не нравились люди, которые негативно высказывались о своих прошлых вторых половинках. И я не собиралась это делать.

На какое-то время между нами повисло молчание. Добровольский без стеснения изучал мое уставшее лицо.

— А о чем ты хочешь поговорить? — спокойно спросил он.

— Твои друзья не станут тебя искать? — ответила вопросом на вопрос я.

— Думаю, нет, им и так весело, — усмехнулся темноволосый, — мне кажется, ты пьешь больше, чем обычно, — зачем-то заметил парень.

— Это не так, — хмыкнула я.

— Дай попробовать, — Добровольский резко поймал губами трубочку, которая была в стакане в моих руках.

Его лицо оказалось так близко, я почувствовала запах его парфюма. Он сделал пару глотков, затем посмотрел мне в глаза и шумно выдохнул. Кажется, Виктор не ожидал увидеть меня так близко. В его дыхании был запах алкоголя и мяты, которая была в моем коктейле. Парень медленно выпустил трубочку из своего рта.

— Прости, Скарлетт, я просто не могу, — вымученно произнес Добровольский.

Он так яростно прильнул своими губами к моим, что я чуть не выронила стакан.

Я всегда твердила, что люди не меняются. В этот раз снова убедилась в этом. Вечеринка, алкоголь, Виктор. Эта ситуация повторила историю прошлого. В сентябре, когда я решила выбраться гулять с друзьями, Добровольский прижал меня в темной комнате без моего согласия. Впрочем, как и в этот раз. Разве после подобных событий можно верить в изменчивость людей?

Голодные приятные губы мягко и страстно сминали мои. Я испытала долю удивления. Мой мозг словно отключился, а осязание набрало свой темп. Было неплохо.

Затем Добровольский оторвался от меня и шокировано уставился в глаза. Я спокойно созерцала его лицо. Через секунду он резко убрал от меня руки и отошел на шаг. Мне показалось, что парня бросило в краску.

— Прости, прости меня… Я идиот, такого больше не повторится, — Виктор сделал еще шаг назад, — Боже… — его голос был сбивчивым и неуверенным.

Добровольский резко развернулся и ушел. Я, молча, смотрела ему вслед. Смутился, покраснел, убежал? Это точно Виктор? Устроил побег, как последний неопытный мальчишка.

Я почувствовала целое ничего. Его губы были приятные и нежные, не более. Но имелся один забавный факт — я отвлеклась. Возможно, ощущения притупляла апатия, но то, что моя голова в этот момент была избавлена от мыслей — это точно. Меня позабавила эта ситуация. Холодный воздух ворвался в мои легкие, когда я глубоко вздохнула. Ночное небо радовало лишь парой звезд, на которые мне и пришлось настойчиво таращится, пока допивала свой коктейль. Хоть эмоции почти не трогали меня, усталость в ногах я чувствовала, поэтому направилась в отель.

Через десять минут после моего прихода принесли ужин — это Лин позаботилась, по вечерам всегда приносили еду. Мы сменили уже три отеля, но в каждом исправно следовали приказу певицы. Рите казалось, что я похудела. Её забота умиляла меня, хоть и была слегка навязчивой.

Мои глаза отрешенно смотрели на овощное рагу с мясом. Я набрала знакомый номер.

— Привет, — послышался сухой, но бодрый голос на том конце.

— Привет, не спишь? — спросила я, ковыряясь вилкой в помидоре.

— Нет, мне только что сделали процедуру, — негромко ответила мама, — ты сегодня поздновато, как концерт?! — весело добавила она.

— Все прошло отлично, только Рита еще устроила вечеринку, — слегка усмехнувшись, произнесла я.

— И как ты провела время? — мама оживилась. Я чувствовала, что она хочет, чтобы у меня было больше времени веселиться и гулять. Моя родительница не особо была рада, когда узнала, что я буду работать все праздники.

— Нормально, но я была там недолго, очень устала после концерта, — залепетала я и постаралась сменить тему, — как ты себя чувствуешь?

Мы с мамой в основном обходили эту тему стороной. Ведь мало, что можно сказать о здоровье, которое может меняться только в одну сторону, в худшую. У моей матери кистозный фиброз. Это наследственное заболевание, поражающее железы внешней секреции, тяжелое нарушение функций органов дыхания. Просто говоря, в ее легких собирается слизь, в которой могут развиваться миллионы вирусов. Каждый день таблетки, капельницы и процедуры. С такой болезнью долго не живут, а на донорские легкие надеяться не приходится, ведь мама не молода, они попросту будут не приняты ее телом.

На мой вопрос какое-то время не реагировали.

— Нормально, — спокойно выдохнула она, — таблетки по расписанию и жилет, ты же знаешь, милая.

— А как настроение? — осторожно спросила я.

Опять молчание. Похоже, сегодня маме не нравились мои темы для разговора.

— Сносно, — немного хохотнула моя родительница, — я бы хотела тебя увидеть, — это слезы в голосе?

— Я тоже, мам, очень сильно.

Глава 51 или Пойму ли я?..

Сияющие голубые глаза смотрели с фотографии прямиком на парня. Сердце колотилось у него в груди. Он испытал сначала испуг, затем боль, а после уже злость. Эта сука Лин, увезла Скарлетт подальше от него! Это она не дала решить проблему на корню, она лишила его спокойствия и сна.

Кристиан рассматривал фотографию в социальной сети своей подруги Риты. Она выложила селфи со своей вокалисткой. На изображении Лин обнимала Скарлетт за шею и целовала ее в висок. Романову явно застали врасплох, по ее лицу было видно удивление и стеснение. Она смущенно улыбалась. В глазах сиял азарт, а лицо слегка блестело.

Рита Лин украла Скарлетт у Каффа. Похитила! Он уже четыре дня не мог связаться с Романовой, он писал, звонил, говорил с ее друзьями, но она будто испарилась. Кафф кинул взгляд на часы — 04:32 утра. Кристиан не может нормально спать всю неделю. У него была ломка, он отчаянно нуждался в ней, как в части своей жизни. Неосознанно, но парень уже принял ее, впустил в свой мир, откуда девушка так легко и изящно испарилась.

Но Кристиан знал себя. Он с самого начала не видел их совместного будущего. Что если Скарлетт счастлива без него? Что если она рада избавиться от балласта в его лице? Романова так радостно улыбается на фотографии, она довольна жизнью. Плевать! Он нуждается в ней прямо сейчас. Теперь Кафф видит их будущее и отчетливо!

Он еще успеет съездить к ней. Кристиану нужно лишь узнать местоположение команды Лин. Съемки их с Шарли клипа назначены аж на 15:00. Он содрогнулся, Каффу было плохо от самого себя и от своего окружения.

Парень написал менеджеру Риты, похоже, он единственный был в сети в такую рань.

Кафф снова решил сам сесть за руль.

***

Мы должны были сегодня переехать в другой город, в новый отель рядом с конгресс холлом. Выезд в 9:30, потом репетиция на месте до вечера.

На часах 7:09, я спокойно сушила волосы, хотелось спать, но здоровый сон не шел. Я всю ночь металась по постели в попытках найти идеальную позу, но, в итоге, лишь получила краткие сбивчивые путешествия в страну Морфея.

Зазвонил телефон, принадлежащий отелю. Я положила фен на тумбу и подошла. Мне сообщили, что пришел посетитель, который яро настаивал на встрече. По голосу администратора, я поняла, что он не хило так ей докучал.

Я глянула в зеркало: пушистые волосы, бледное не накрашенное лицо, припухшие глаза. Плевать, выскочу на пару минут. Я натянула джинсы и футболку и спустилась в холл.

Он стоял, держась за стойку руками, голова была опущена, плечи сгорблены. У меня сразу же перехватило дыхание, я не видела его лица, но понимала, что это Кафф. На нем были черные узкие джинсы, темное укороченное пальто, под которым белая расстегнутая на треть рубашка небрежно струилась по телу. Стиль Кристиана никогда не блистал яркими красками, но сейчас он выглядел особенно мрачно.

Я остановилась и замерла, не могла пошевелиться. От его худой высокой фигуры внутри все сжалось, а по спине пробежал холод, словно этот парень принес с собой в этот холл мороз и ветер. Кафф медленно поднял голову и посмотрел на меня. Черные волосы упали на глаза, слегка прикрывая их. Пронзительные карие очи вымучено взглянули на меня. От этого усталого тяжелого взгляда мои ноги почти подкосились. Мне стало страшно. Кафф выглядел пугающе, бледное лицо, огромные синие тени, засевшие под воспаленными глазницами, мрачный взгляд. Он был словно предвестник смерти. От этой аналогии мне стало дурно.

Кристиан секунду рассматривал меня, будто только проснулся. А я не могла сделать и шагу, была парализована от его присутствия.

— Скарлетт, — хрипло произнес он и двинулся ко мне. Я стояла в немом ужасе.

Его волосы откинулись назад, а тело выпрямилось, я видела его оголенные ключицы под воротником, его тянущиеся руки, его быстрый шаг. Кафф обнял меня так крепко, будто это было самым важным в его жизни. Я ощутила запах хвои и табака. Он был одновременно теплым и прохладным, был таким близким. Теперь я испытывала всю палитру эмоций, мне захотелось рыдать прям там, у него на плече. Я была в миллиметре от того, чтобы не забиться в истерике. Кристиан крепко прижимал меня за плечи к себе.

— Скай, прости меня, я не хотел сделать тебе больно, Шарли явилась так негаданно… — начал сбивчиво шептать он.

Я приложила титанические усилия, чтобы отодвинуться. С его появлением оголилась рана, перестала действовать та психологическая анестезия, формулу которой я подбирала все эти дни. Обезболивающие в виде апатии перестало быть эффективным.

— Отпусти, — холодно произнесла я. Опыт актерства, который я отрабатывала в диалогах с мамой, пригодился сейчас сполна.

— Скарлетт, — Кристиан отшатнулся от меня, — просто послушай, она сама налетела на… — он не смог завершить мысль.

— Ничего не говори, Кристиан, меня не интересуют твои оправдания. Я видела всё своими глазами. Я знаю твою девушку, знаю тебя. Вы одного поля ягоды, меня не интересует роль развлечения в вашей игре, — быстро, но уверенно проговорила я, — мог не приезжать сюда, — добавила сухо. С каждым словом моё сердце начинало стучать всё быстрее, я понимала, что каждая фраза всё дальше отдаляла меня от Кристиана. Сейчас он уйдет и бросит меня. А я останусь здесь навсегда, такая холодная и бесчувственная. Но я останусь собой, без него, без его объятий, без его эмоций, но собой! Сохраню своё самоуважение.

— Послушай меня, — тонкие пальцы сомкнулись на моих плечах, — моей вины здесь нет…

— Убери руки, — злобно посоветовала, глядя в пламенные глаза, — это ситуация и есть ты — это очевидно, там, где Кристиан Кафф, всегда будут появляться непонятные девушки, постоянные тусовки, трава, а я не готова мериться с твоими прихотями.

Я вывернулась так стремительно, что самой стало больно. Мне с трудом удавалось сдерживать в себе горечь и злость.

— Эй, Кафф, — услышала я звенящий голос.

В холле в такую рань никого не было, но Рита шла уверенно к нам уже при полном параде. Клетчатая короткая юбка, розовый топ, туфли на каблуках, макияж. Я мрачно следила за ее движением. Кристиану пришлось обернуться на звук обуви.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Какого черта ты тут забыл?! — внезапно агрессивно начала Лин.

— Я приехал к Скай, дай нам нормально договорить, — еле сдерживая рык, Кафф пытался контролировать свои эмоции.

— Ты лишь вредишь ей, посмотри на Скарлетт, она не хочет тебя видеть, — махнув в мою сторону, заявила она своим самым серьезным, даже злым, голосом.

— Рита, мы со Скарлетт разберемся сами, — огрызнулся парень, злобно смотря на нее сверху вниз, затем обратился ко мне, — так вот, как ты обо мне всегда думала, что я испорчен?

Я смотрела ему прямо в глаза, яростно, неистово, ненавидяще. Как в первый день нашей с ним встречи в парке университета. Чертов Кристиан Кафф. Парень хмыкнул, будто сам удостоверился в своих мыслях. Что-то нахлынуло на него, это было видно по темным глазам.

— Да, — холодно произнесла я, что было последней каплей. Буря эмоций отразилась на его лице. А Лин внезапно оттеснила парня и подошла ко мне, обняла за плечи. В этот момент она была как надоедливая кошка, которая вертится перед ногами, отвлекая.

— Ты как? Он ничего не сделал? — спросила она.

— Со мной все в порядке, — проговорила я, не отрывая взгляда от темноволосого существа. Чувствовала, что начиналась разворачиваться сцена. Администратор из-за стойки напряженно смотрела на нас.

— Мне нужно объяснить… — без эмоций произнесли сухие губы Кристиана.

— Кафф, ты достаточно сделал. Если ты не уберешься, мне придется вызвать охрану, — четко произнесла Рита, даже не отрывая от меня обеспокоенного взгляда. Она заправила мне волосы за ухо.

— Ты уверенна? — почти одними губами спросил Кристиан, глядя мне в глаза, его бровь приподнялась, а взгляд стал вызывающим. Я видела, что внутри него происходит какой-то ужасный процесс.

— Уезжай, — тихо произнесла я.

Он, молча, смотрел на меня. А я направилась в свою комнату, чувствуя, как с каждым шагом внутри меня что-то рушиться. Мое тело и разум страдают и за собой, прямо на полу этого холла, я оставляю кровавый след разбитого внутреннего мира. Рита увязалась за мной.

— Всё хорошо, можешь не сопровождать, — довольно грубо прозвучал мой голос, но, думаю, Рита поймет.

Но пойму ли я себя?

Слезы подступали к горлу, но я убеждала себя, что сделала всё правильно. Он чертова публичная личность, Скарлетт! Где одна Шарли, там и две, и три. Ты не изменишь сферу его деятельности, не изменишь его. Единственная защита от медленной тянущейся боли - это получить ее всю сразу!

Глава 52 или Метр за метром...

Завтра первый день в университете. Начало второго семестра. Ничего грандиозного, но я чувствовала, будто это начало нового этапа моей жизни. Совсем не хотела появляться там. Тем более Борис Яковлевич так искренне сказал, что со мной приятно работать, и он «рад был бы наблюдать меня с микрофоном хоть до конца своих дней».

Я считала Коновалова хорошим продюсером, поэтому его мнение особенно мне польстило, ведь я, действительно, чувствовала себя просто прекрасно на сцене, каждая клеточка моего тела находилась в гармонии, в полной своей завершенности. Мало того, еще мне заплатили хорошие деньги, от чего я испытывала больший восторг. «Так вот какого это, получать награду за то, что обожаешь?» — подумала я тогда.

Возвращаться в университет мне не хотелось еще и по другим причинам. Во-первых, не желала видеть Кристиана, я даже не могла себе представить эту встречу, просто старалась не думать об этом. Во-вторых, я сказала девочкам о том, что мы с Каффом встречаемся. На тот момент мне казалось, что это правильное решение, ведь Кира и Ника были самыми близкими моими знакомыми в Москве, но теперь понимаю, что это было опрометчиво. Я всегда мало с кем делилась своей личной жизнью, потому что не люблю слухи, обсуждения, пересказы. В этот раз надо было поступить так же, но ничего уже не вернешь. Мне не хотелось выглядеть «очередной» девушкой Кристиана, с которой он игрался. Хотя учитывая, что парень писал Кире и Нике почти каждый день, желая найти меня, узнать хоть какую-то информацию, я не представляю, что они подумали про наши с ним отношения. Не хочу смотреть им в глаза, не хочу объяснять его поведение.

А еще не самой большой, но все-таки проблемой был Виктор. Что мне делать с ним? Тем не менее, об инциденте с этим парнем я думала в последнюю очередь.

Я ступила на твердый перрон вокзала, позади меня стояла электричка. Лин хотела отправить меня на машине, но я решила, что на другом виде транспорта будет быстрее. Я вертела головой, ища указатель на ближайшую станцию метро.

— Скарлетт, — услышала я. Мне на секунду стало дурно, не весть что прокралось мне в разум.

Я сразу обернулась на зов, но в толпе людей сначала не заметила, как ко мне, сияя смущенной улыбкой, направлялся Виктор. На нем были узкие рваные джинсы, кроссовки и кожаная куртка с подкладкой.

— Добровольский, — удивленно произнесла я. Его появление с одной стороны успокоило меня, с другой испугало.

— Что за фамильярность? — парень приподнял бровь и осмотрел меня. Его рука потянулась мне за спину, чтобы схватить мой чемодан на колесиках. Я вывернулась и не позволила ему дотянуться. Что он себе позволяет?

— Ты что тут забыл? — скептически поинтересовалась я. Только явился, но уже ручонки к моим вещам тянет. Меня всегда аж передергивает от таких некомпетентных людей.

— Захотел встретить тебя, — без капли стеснения заверил Виктор, сияя слишком идеальной улыбкой. На секунду мне даже стало неловко стоять тут, на перроне, с этой моделью на минималках, ловить на себе завистливые взгляды девушек, ещё сглазят меня ни с того, ни с сего.

— Зачем? — я прищурилась.

— Лин сказала, что ты решила ехать на электричке, — он издал смешок, — решил помочь с багажом, — добавил более серьезно.

— Вы обсуждали меня? — спросила я, решив пропустить его насмешку мимо ушей.

— Просто речь зашла, — деликатно извернулся Добровольский, — так, Скай, давай сюда чемодан, — настойчиво потребовал он. Парень наклонился, чтобы ухватить его и оказался непростительно близко, я почувствовала его дыхание у себя на щеке. Темноволосый на секунду застыл, от него пахло чем-то сладким, но он смог взять себя в руки и отобрать у меня чемодан.

Я испытала в этот момент небольшую неловкость, не более.

— Бесплатное такси до дома, о чем еще можно мечтать? — спросил Добровольский, когда мы шли вдоль перрона к его машине.

— О чашке кофе, о здоровье, о счастье, — серьёзно начала перечислять я.

Виктор на секунду остановился и внимательно взглянул мне в глаза. Кукольное лицо застыло в задумчивости.

— Это был риторический вопрос, — пояснил он и снова возобновил шаг.

Проблема под кодовым названием «Виктор» стала актуальна быстрее, чем я рассчитывала.

— Спасибо, — сказала я, когда мы сели в его авто.

— Рад помочь, — произнёс брюнет.

Меня уже ничего не удивляло и не восхищало. Разумеется, Добровольский ездил на супернавороченной тачке. Я даже на минуту взбесилась. Что за жизнь такая пошла? Возле меня появится хоть один обычный человек? Все либо гениальны, талантливы, красивы, богаты, либо всё вместе! Сколько можно? Они хотят понизить мою самооценку.

В машине повисло и молчание. Мы плавно двигались по городу, и я тихо радовалась, что электричка приехала не в час пик.

— Скарлетт, на счет того раза, — внезапно прервал тишину Виктор.

— Нет… — испугалась я, мне совсем не хотелось говорить на эту тему. Но меня перебили.

— Подожди, я понимаю, что ты не хочешь сейчас слышать никаких признаний или чего-то подобного, ты думаешь, что это все усложнит, но я лишь хочу сказать, что побуду здесь, — размерено произнося каждое слово, говорил Добровольский. Он внимательно следил за дорогой.

— Где? — непонимающе посмотрела на него я.

— Рядом с тобой, — парень повернулся и улыбнулся мне. У меня перехватило дыхание. «Чудесно!» Я вляпалась.

— Вот сейчас ты вообще не усложнил! — взвыла я, уже не скрывая свои эмоции. Отчаяние и раздражённость.

— Конкретного я же ничего не сказал, верно, красотка? — подмигнул мне Добровольский и с самодовольным видом продолжил пялиться на дорогу.

Я цокнула. После этого Виктор больше не пытался касаться этой темы.

Меня мутило от одной мысли, что я снова возвращаюсь в свои старые будни, что снова буду по вечерам сидеть в пустой квартире, что снова останусь один на один с собой. Единственной надеждой для меня было одно — учеба. Я хотела завалить себя дополнительными материалами, практиками, чем угодно, лишь бы не оставаться наедине со своими мыслями. Но с другой стороны, я чувствовал отторжение от нудных лекций, бессмысленных дополнительных дисциплин и преподавателей с комплексом власти.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Метр за метром, я была все ближе к университету, паника внутри меня увеличивалась с каждым шагом. Страх и дурное предвкушение обуяли меня. Я боялась видеть его, Кристиана, ощущать его тяжёлый чёрный взгляд, осязать тягучую властную ауру, рассматривать худощавое тело. Меня начинало трясти. Но крохотной частью своего мозга я понимала, что он не придёт. Кафф — звезда, учитывая, что к нему недавно явилась его девушка-певица, у них там достаточно дел. Он снимает клип, пишет песни, зажимается с Шарли. И мои ожидания действительно оправдались, его не было.

Кира и Ника уже имели представление о событиях моей жизни, но от них отвертеться все равно не получилось. Мне устроили допрос с пристрастием, в котором я особо себя не проявила, отвечала вскользь и общими фразами. Думаю, из этого разговора они вынесли только то, что шоу-бизнес и отношения — вещи плохо совместимые. И этот их вывод меня вполне устраивал.

Виктор был необычайно вежлив и обходителен. И, к моему удивлению, в меру навязчив. Я ожидала, что после нашего краткого разговора в машине, он будет проводить каждую свободную минуту в моей компании, но он проявил себя достойно.

На второй день Кафф тоже не пришел. Время прошло почти также, как и в первый, разве, что студенческое возбуждение сменилось на более спокойную атмосферу. И в третий день его не было. Я стала ходить в университет со спокойной душой, только иногда меня посещали тревожные мысли, которые я стремилась отогнать. Но это только университет.

Был еще сон, который приходил ко мне с трудом. Я решила взять себя в руки и работать над этим. Я купила себе супер плотный тональный крем — на этом мои махинации перестали быть действенными. Расслабляющие настойки на ночь мало помогали, как и заливание их в себя шло с трудом. Да и еда с маленьким удовольствием воспринималось организмом. Я пыталась не зацикливаться на этом и просто стараться.

Шло время. Январь закончился. Но несмотря на мои действия, меня все же посетила одна истерика. В тот день я споткнулась в ванной и упала на кафель. Ничего не сломала, получила лишь большой синяк на ноге, но в тот момент мой набитый подавленными эмоциями разум просто не выдержал и лопнул по швам. Я зарыдала в голос так сильно и надрывно, что от этого напряжения у меня лопнула вена в глазу. Слезы горячими струйками катились по моим щекам, согревая меня. Я сидела голая, мокрая на холодном кафеле, измазанном в крови от моей разбитой коленки и плакала. В то мгновение мне было безумно плохо и больно, но ещё я испытывала удовлетворение, словно подтверждение своим мыслям: «Ты так долго не сможешь, Скарлетт, какой бы сильной ты не была!» Сколько можно?! Почему я чувствую себя так дерьмово? Почему вообще должна это чувствовать? Разве ради этого создан человек?

Я всегда придерживалась мнения, что не нужно жаловаться на свою жизнь, что многие мечтают заполучить такие же возможности, которые есть у тебя. Есть люди, которым в сотни, в тысячи раз хуже, чем тебе и они справляются, они могут. И ты сможешь. Но перерывы между моими «срывами» на саможалость становились всё короче, а эмоции все острее. Разве я должна переживать болезнь мамы? Разве я обязана жить с мыслью, что вот-вот похороню человека, ради которого жила всю жизнь? Что я сделала такого, за что переношу эти испытания? Я рыдала и думала о том, что, возможно, упустила единственного человека, с которым могла бы быть счастливой, который вызывал во мне миллионы потрясающихся эмоций, того, кто понимал меня. Похоже я упустила всё.

Я перестала плакать через час и пошла заваривать себе те самые успокаивающие травы. На таблетки я старалась не переходить.

Виктор постоянно желал встречать меня с утра и провожать, но я, отшучиваясь, отказывалась. Иногда он угадывал время и вылавливал меня, когда я шла из дома. Изначально планом Добровольского было — меня подвозить, но я заверила, что он дольше у меня во дворе парковаться будет, чем мы будем ехать. Ведь я жила совсем близко.

Спустя двадцать дней я, наконец, испытала то, что давно боялась. Я стояла на главном входе в университет, ждала Киру и Нику. Когда увидела подъезжающий черный Рендж Ровер. Он блестел на холодном февральском солнце и выглядел масштабно. Его трудно было не заметить. Авто припарковалось рядом со входом. Задняя дверь открылась и из машины вышел парень, от вида которого я потеряла возможность нормально дышать. Кристиан Кафф был одет в длинное черное пальто с коротким стоячим воротником, которое было полностью расстегнуто. Из-под него выглядывала белоснежная на треть расстегнутая рубашка, заправленная в черные зауженные брюки со стрелками. На ногах парня красовались начищенные туфли, на шее под воротником рубашки болтался расстегнутый галстук-бабочка, который добавлял вид некой небрежности его образу. Такой а-ля «на скорую руку собравшийся, аристократ». Волосы Каффа чуть больше отросли и рассыпчатыми уложенными прядями струились вниз. Он легко пропустил пару свои прядей сквозь пальцы и откинул их назад. Я глубоко вздохнула. Теперь увидела его лицо, бледное, мрачное, не капли эмоций, холодный вид, небольшое призрение. Глубокие синяки под глазами никуда не исчезли, но они только добавляли пикантности его виду. Крепко сжатые губы, но широко расправленные плечи.

Ещё кое-что задело мой взгляд. Новое тату на шее. Длинный обвивающий вокруг его горла стебель розы, полностью пронизанный шипами. Он слой за слоем обматывался вокруг бледной шее Кристиана, будто бы сжимая.

Кафф неспешной походкой направился ко входу, на его пути, как раз, должна была быть я. Он поднял глаза и посмотрел мне в лицо. Ничего во взгляде — пустота. Еще пара его шагов. Полы пальто слегка колыхал зимний ветер. Он был словно замедленный кадр из фильма. Лишь одного взгляда он удостоил меня и легко поднялся по ступенькам. Прошел мимо, в каких-то десяти сантиметрах от меня. В это мгновение я заметила продолжение его татуировки за ухом — невероятно тонкая, изящная красная розочка. На меня налетел его легкий аромат парфюма и сигарет. В этот момент, когда он прошел мимо, у меня в душе все рухнуло окончательно. Мне захотелось сжаться в комок и спрятаться в дальний угол своей квартиры, никогда не покидать её. Никогда не видеть Кристиана.

Глава 52 или Метр за метром... (Часть 2)

Весь день я ходила, как громом пораженная, пугалась каждого резкого движения и звука. Я ждала его, готовилась столкнуться с ним в любой момент, на любой паре, даже на той, где его, в принципе, не могло быть. Кира и Ника заметили мое поведение, но ни одна ничего не сказала, они уже привыкли к переменчивости моего настроения.

Может Кафф приезжал к отцу? Что если он забирал документы? Вопросы крутились у меня в голове. Мысль о том, что Кристиан может покинуть университет, заставляла меня радоваться и переживать одновременно. Если бы он ушел из моей жизни, мне было бы проще забыть всё, что между нами было. Но это значило еще то, что я бы больше никогда не увидела Каффа. Никогда. В горле предательски пересохло, а желудок свернулся в трубочку.

Виктор, разумеется, очень не вовремя заметил моё состояние. Я хотела побыстрее оказаться дома, в одиночестве, убраться из-под чужих взглядов. Пыталась поспешно попрощаться со всеми после пар, но Добровольский увязался за мной.

— У тебя такой вид, будто демона увидела, — осведомил он, идя рядом. Парень без труда успевал, хотя я прибавляла шагу.

— Почти, — горько усмехнулась я. Как он, однако, точно попал. Кафф будто исчадье ада, губящее мою жизнь.

— Как поднять тебе настроение? — с легкостью в голосе спросил Виктор.

— Ты умеешь стирать память? Хотя, проще стереть уже всю меня! — рассуждала я со смехом. Да, в этой попытке пошутить была доля жалобы, но ничего не могла с собой поделать. Темноволосый внимательно смотрел на мой профиль.

— Очень смешно, Скарлетт, — раздраженно произнес он, — хватит хандрить, а то я тебя к психотерапевту запишу, — серьезно добавил парень.

— Спасибо, но я сама себе психотерапевт, — хмыкнула я. До моей квартиры оставалось совсем чуть-чуть.

— Тебе надо развеяться, — произнес Добровольский то и дело, смотря на меня, — зачем ты взяла две конференции на себя? Это слишком много!

Я промолчала. Не говорить же, что эти выступления для меня, как спасательные круги. Готовясь к ним, я теряюсь, прячусь от своих мыслей. Учеба спасает меня.

— У меня в пятницу День Рождения, я хочу, чтобы ты была там, Кира и Ника тоже приглашены, — внезапно серьезно заговорил Виктор, останавливаясь возле моего двора. Он смотрел прямо мне в лицо, будто пытался просканировать мои мысли своим взглядом.

Я глубоко вздохнула и устремила свои глаза вверх. Небо было облачным, солнца не видно уже давно.

День Рождения. Забавный человеческий праздник. Чем День Смерти отличается от Дня Рождения? Вероятно ничем.

— Хорошо, — просто согласилась я. Сколько можно убегать от каждой мелочи? Хуже чем сейчас уже не будет. А если такое и возможно, то с судьбой не поспоришь. Надоело.

Вечером этого же дня у меня произошла переписка с Лин, после того, как она прислала мне очень объемное сообщение в стихах.

22:41

Я:

Что это? Очень красиво.

22:41

Рита:

Написала новую песню.

22:42

Я:

Она потрясающая, когда записывать будем?

Я:

Шучу

22:44

Рита:

Ты приедешь в следующий вторник.

22:44

Я:

Рита, я пошутила

22:45

Рита:

А я нет, мне нужен вокалист на второй голос.

22:45

Я:

Вы никого не нашли?

22:50

Рита:

Нашли, но она средняя.

22:50

Я:

я приеду

22:51

Рита:

я знаю

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 53 или Как ты?...

Когда я открыла глаза утром, то уже знала, что больше не смогу уснуть. Сильное чувство тревоги окутало мое тело. Я чувствовала мерзкий тягучий страх прямо на дне моего желудка, меня мутило, в правом виске пульсировала боль. Я поднялась на локтях и осмотрела свою спальню. Ни то, чтобы я ее давно не видела, всего лишь желала поймать момент. Установить эту секунду, когда я боюсь.

«Что заставляет меня переживать?» — спросила себя я. Мне хотелось осознанно подойти к решению проблемы. Я размышляла. «Что-то должно произойти плохое сегодня?» — продолжала внутренний диалог. «Ничего. Экзамена нет. Выступления перед огромной публикой нет. Кристиан? Возможно. Но он всего лишь человек! Разве простой обитатель мира должен вызывать в тебя тревогу? Нет!» Я сделала десять вдохов и выдохов, стало немного легче. Этот миниатюрный результат слегка приободрил меня. Но не настолько, чтобы запихнуть в себя хоть что-то на завтрак.

Я чувствовала себя плохо все утро и с таким же состоянием вошла в аудиторию. Первая пара — политология с Павлом Петровичем. Как только я переступила порог кабинета вслед за Бергер и Балтийской, мой взгляд сразу метнулся к верхним рядам — это уже стало привычкой за полгода. И в этот раз мои глаза нашли, что искали. Кристиан сидел совсем далеко с парой каких-то парней. Кафф откинулся на спинку стула и вальяжно что-то говорил, его белоснежная рубашка была слегка расстегнута. Я поспешила отвести взгляд, чтобы не встречаться с ним глазами. Сердце забилось чуть быстрее. Я сагитировала одногруппниц сесть ближе к преподавателю, чем обычно. Не знаю, видел он меня или нет, думает Кафф обо мне или нет. Неважно. Его присутствие мешало мне. Я не была готова видеть его здесь, в мою голову вбилась мысль, что Кристиан заберет документы, он должен был это сделать.

Я сидела, как в вакууме, мало обращая внимание на что-то. Прошло уже сорок минут лекции, когда в аудиторию зашла замдекана, пухлая светловолосая женщина. Она подошла к преподавателю и негромко произнесла, но, так как на лекциях у Павла Петровича всегда было тихо, ее услышали почти все.

— Можно забрать Романову с конца лекции, — ее голос был слегка напряженным.

Статный мужчина осмотрел ее и кивнул.

— Скарлетт, идем, бери вещи, — тихо говорила она, будто находилась в чьей-то спальне и боялась разбудить.

Я опомнилась и торопливо засобиралась. Мне стало дурно, почему-то я не хотела с ней идти даже из любопытства.

— Выходите и перезвоните, — сказала Арина Андреевна и замялась, когда я спускалась с ряда, — матери…

Я остановилась прямо посередине аудитории и зависла. Кровь отхлынула от лица, а сердце забилось где-то в ушах. Стало холодно. Кому перезвонить? Зачем?!

— Скарлетт, можете идти, — кивнул мне Павел Петрович, который видимо подумал, что я жду его разрешения, но я ничего не ждала.

Зачем-то заместитель декана порекомендовала мне зайти к ректору. Не знаю, как я добрела, но уже сидела в приёмной у ректора. Кроме меня здесь никого не было. Серый тканевый диван, кофейный стол, дверь с табличкой «ректор». Зачем я здесь? Зачем Каффу старшему вызывать меня к себе? Тем более в такой момент.

Я позвонила маме, но трубку она не взяла. Паника диким штормом накрывала меня с головой.

Я набрала номер клиники. Мне сказали, что у мамы случился приступ и она в реанимации, но ее положение стабилизировалось. Они пообещали перезвонить мне в течении дня. Зачем они вообще звонили в деканат? Я сидела пялилась в одну точку, у меня в голове была пустота. Я не испытывала спокойствия, но и лихорадка улеглась. Моей тело и разум просто существовали.

Через какое-то время в приемную зашёл Кристиан, он двигался легко, не замечая ничего вокруг. Судя по его быстрому шагу и хозяйскому поведению, он ходил сюда, как к себе домой. Он направлялся прямиком к двери ректора, заметил меня, только когда коснулся ручки. Кафф застыл и повернулся ко мне. Его изучающий хмурый взгляд прошёлся по моему лицу. Видимо парень удивился. Но особого впечатления он на меня не произвёл.

— Почему ты мне ничего не говорила? — прорезал гнетущую тишину его хриплый голос. Сложно было догадаться, что он чувствовал.

— А чтобы ты сделал? — вскинула голову я и взглянула точно в его чёрные очи.

Он на секунду прикрыл глаза и глубоко вздохнул. Я увидела, как заходили желваки под его кожей. Кристиан сделал шаг ко мне. Он грозно возвышался надо мной и внимательно осматривал. Я, в свою очередь, тоже с вскинутым подбородком смотрела на парня снизу вверх. Кафф кинул своё пальто на диван рядом со мной и присел на корточки напротив. Теперь он был ниже, Кристиан держал свои руки по обе стороны от моих колен, был совсем близко, но не касался меня.

Я глядела на его бледное лицо вблизи, видела венки под глазами, видела сухие губы, видела чёрные глаза. Из-за того, что руки Каффа были так близко к моим коленям, я обратила внимание и на них. Это было зря. Ничего не выдавало Кффа, ничего! Он был холоден, спокоен, расчётлив и свеж, казалось, парень все держал под контролем. И эта его отрешенность удивила меня в первый день. Но его руки… кровавое месиво, сбитые костяшки, фиолетовые синяки, запекшаяся кровь. Его руки выдавали Каффа с головой. Нет у этого парня спокойствия и не будет, наверное, никогда.

Мне стало страшно.

— Как она? — прозвучал хриплый голос.

— В реанимации, состояние стабилизировалось, — слегка сбивчиво произнесла я. Откуда он знает?

— Как ты? — спросил парень, его глаза метались по моему лицу.

— Я разберусь, Кристиан, — уверенно сказала я. Мне не нужна его жалость, тем более сейчас, когда все расставлено на свои места. Каждый занимает место, которое для него уготовано.

Он на секунду замолчал. Я смотрела в пол, всё же Кафф был слишком близко, чтобы мой воспалённый разум мог спокойно воспринимать его. Кристиан внезапно схватил меня за руку. Я взметнула взгляд к его лицу. Черные глаза прожигали меня. Его кожа по сравнению с моей была горячей. Я поняла, насколько холодные мои руки. На рефлексе дернула ладонь, чтобы освободиться, но хватка была сильнее. Кафф взял мою руку в две свои, слегка потёр кончики моих пальцев, чтобы согреть, затем немного потянул запястье и прикоснулся губами к моей коже, выдыхая горячий воздух из лёгких, согревая мою ладонь. Его глаза сверлили меня, а я никак не могла отреагировать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Зачем тебя позвали к отцу? — тихо спросил он, все ещё дыша на мою ладонь. Его сухие губы слегка задевали мои пальцы. Я не двигалась, будто не дышала.

— Я не знаю, — честно ответила я, смотря на Каффа младшего, как заворожённая.

— Не относись серьезно к тому, что он скажет, хорошо? — с небольшим придыханием спросил Кристиан уже почти шёпотом.

— Я разберусь, — повторила я. Что значат все его действия? Что он хочет от меня?

Не успела я ответить на свои же вопросы, как дверь открылась и из своего кабинета выглянул ректор. Он внимательно осмотрел нас. Я аккуратно вытащила свою руку из хватки Каффа. Кристиан не сопротивлялся и легко меня отпустил, затем встал и взял своё пальто.

— Можешь проходить, Скарлетт, — вежливо произнёс ректор.

Я оказалась в его кабинете вслед за мужчиной. Кристиан остался в приемной. Константин Кафф указал мне на стул напротив массивного стола. Я села. Ректор тоже занял свое место. Карие глаза сверлили меня. Я не видела отца Кристиана с нового года.

— Я узнал о твоей маме, — произнёс Кафф, следя за моей реакцией, — весь университет и я в частности, сочувствуем тебе.

Я сухо кивнула. Хитрые карие глаза изучали каждое моё движение.

— Знаешь, я подумал и решил, что могу пойти тебе на встречу, — мужчина сделал паузу, — я могу подписать тебе академический отпуск на год, ты можешь поехать к матери в Швейцарию и быть с ней, — закончил он.

Я удивленно уставилась на него. Ректор предлагает мне бросить учебу на целый год? Эта идея никогда не приходила мне в голову.

Кафф старший выжидающе меня рассматривал, затем продолжил.

— Скарлетт, твой отъезд был бы хорошим решением не только этой проблемы. Кристиану было бы намного проще, будь ты далеко, — вежливый голос стучал у меня в ушах. Так вот чего он хочет! Избавить своего сына от меня! Только Кристиан смог отделаться от меня раньше.

Мне стало так скверно. В ту минуту мне показалось, что весь мир настроен против меня. Я лишаюсь даже учебы. Ректор, хозяин моего университета, глава, хочет вытурить меня.

Я подняла тяжелый взгляд на Каффа.

— Я подумаю, — слетело с моих губ.

Я попыталась встать, но была мягко схвачена за руку, лежащую на столе. Мерзость.

— Я понимаю, но прими правильное решение, — сухо порекомендовал мужчина.

— До свидания, — холодно произнесла я и покинула неприятное место.

Меня мелко трусило, но я воспылала твёрдым намерением оказаться у себя в квартире в ближайшие десять минут.

Как только за мной закрылась дверь кабинета, я заметила Кристиана, он так и не покинул приемную. Завидев меня, парень поднялся с дивана и направился в мою сторону. Я попыталась отойти как можно дальше. Хватит с меня прикосновений от их семейства на сегодня . Парень, заметив мою реакцию, остановился.

— Что он сказал тебе?! — с нотками ярости в голосе, спросил он.

— Посочувствовал, — ответила я, исподлобья смотря на темноволосого, — мне пора, — сухо добавила и вылетела из приёмной.

Глава 54 или Давай...

Я быстро стянула сапоги с ног и пошла прямиком на кухню, по пути снимая с себя верхнюю одежду. Мне жутко хотелось чаю. Горячего, отрезвляющего, согревающего. Легкий февральский мороз слегка пощипал мой нос, щеки и кончики пальцев, хотя основную дрожь я приобрела по другой причине. Приступ матери совсем подкосил меня. Страх теперь не отступал, он был моим верным спутником повсюду, куда бы я не шла — дом, университет, кафе. А дрожь не переставая сотрясала моё тело, теперь её отсутствие вызывало во мне большее беспокойство, чем её наличие.

Чайник закипел, и я поспешила залить цветные пахучие травы горячей водой. Заглянув в холодильник, лимона я не нашла. Я испытала дикое раздражение, от чего у меня аж заболела голова. Да сколько можно?! Мне пришлось сделать пару вдохов и выдохов, чтобы совладать с собой. Этот день сделать хуже уже ничего не может! Я просто схватила чашку с чаем и села у окна. Взору моему открывался серый городской вид, поток машин под мутным хмурым небом. Я даже слегка обрадовалась, что нахожусь здесь, в квартире, с горячей кружкой в руках, а не там, рядом с бесконечным потоком автомобилей, мерзнущая на резком ветру.

Я набрала номер маминой клиники, не могла больше ждать. Ответили мне на немецком, мне удалось скомкано объяснить, что хочу поговорить с русскоговорящим сотрудником (с которым имела дело ранее). Мою просьбу выполнили. Ну ещё бы! Эта клиника невероятно дорогая, дядя Саша регулярно перечисляет на счёт учреждения немалые деньги. Они обязаны предоставлять равноценные услуги! Завалив сотрудника вопросами, я, наконец, выяснила всю интересующую меня информацию. Мою маму перевели из реанимации обратно в палату, её состояние находится в норме, она спит под капельницей и связаться со мной сможет только завтра. Я медленно выпустила воздух из лёгких. На какую-то сотую долю мне стало легче, но я боялась расслабляться, боялась, что если потеряю бдительность, то обязательно случится нечто ужасное, то, после чего мне не оправиться.

Я поставила себе ещё один пункт, с которым намеревалась расправиться сегодня. Мне больше не хотелось ничего откладывать. Постоянные нерешённые проблемы тянули меня на дно, портили психику. Буду решать их так, чтобы в будущем испытывать меньшее давление на мозг. Если это возможно, конечно.

Я потёрла переносицу и сделала пару глотков ароматного напитка. «Как я могла забыть купить лимон?» — промелькнуло у меня в голове снова. Со стуком поставила чашку на стол.

Итак, трудность — что делать с предложением ректора? Константин Кафф более не внушал мне доверия, но над его идеей я задумалась всерьёз. Что, если это может решить хотя бы малюсенькую часть моей бесконечной проблемы? Я просто буду с мамой до конца. Всё.

С самой родительницей я советоваться не собиралась. Мне было известно, что она скажет: «Нет, Скарлетт, никакого года бездельничества, тебе нужно учиться, без знаний сейчас никуда! Пожалуйста, будь благоразумна и получи высшее образование! Ты ведь умница, не бросай университет!» Таковым всегда было мнение моей матери, а переубедить её было невозможно, она была ещё более упёртой, чем я. И мне пришлось решиться на сложный шаг, к которому прибегала в крайних случаях — позвонить дяде Саше. Да, я действительно нуждалась во взрослом совете! Никто не говорит, что я этим самым советом воспользуюсь, но иное мнение мне было необходимо. Дядя был очень занятой человек, генеральный директор сети турфирм, слишком много вопросов решалось через него, от чего иногда Саша не отлипал от телефонной трубки часами. Его занятость не была единственной причиной, почему мы мало общались, просто как-то не срослось, люди мы были такие — закрытые.

— Дядь Саш, привет, — начала я разговор по мобильному.

— Скарлетт, привет, давно не общались. Тебе звонили из клиники? Как ты? — спросил брат мамы. Его вопросы были довольно заботливыми, но сказаны слишком быстро.

— Да, маму перевели в палату, состояние стабилизировалось, — отчеканила я, уже как мантру.

— Хорошо, — облегченно изрёк мужчина.

— Дядь, я звоню, чтобы попросить совет, — быстро проговорила я до того, как успела повиснуть неловкая пауза.

— Конечно, помогу, чем смогу, — кажется, я слегка удивила Сашу.

— Когда в университете узнали о том, что мама болеет, мне предложили взять академический отпуск на год, чтобы побыть с ней, — произнесла я, уже ожидая ответ.

— А как ты потом в университет вернёшься? — спросил дядя.

— Год в отлучке, а потом снова на второй семестр первого курса, — пояснила я, мой голос был нейтральным.

На пару мгновений повисло молчание.

— Майя не одобрит этого, она будет сопротивляться, тем более, за ней смотрят самые квалифицированные врачи, просто коротая дни возле её постели, ты мало чем поможешь, — начал Саша.

Я согласилась.

— И даже, если я смогу выбить для тебя визу на год, что маловероятно, чем ты там собираешься заниматься? Ты ведь плохо знаешь немецкий и французский, — мамин брат перевёл дух, — Скай, я понимаю, болезнь твоей мамы очень и очень давит на тебя, ты хочешь ей помочь, но, как по мне, академический отпуск будет неправильным решением, — закончил мужчина.

Я чуть помолчала, а затем подала голос.

— Ты прав, я просто рассматриваю все варианты, — без энтузиазма заявила я.

Дядя Саша слегка приуменьшил мои возможности в Швейцарии, так как английским я владела и могла бы проявить смекалку, чтобы найти работу, и визу бы он сделал с малыми потерями, но в целом мужчина был прав — помочь я мало чем могла.

— Давай я организую тебе «вылазку» в Швейцарию на майских праздниках? — с наигранным энтузиазмом спросил мамин брат.

— Давай, — произнесла я, — спасибо за совет, дядь Саш, я пошла готовиться к истории, до скорого, — добавила спокойно, чтобы снова не появилась звенящая тишина.

— Доброго вечера, Скай, — немного грустно произнёс мужчина и отключился.

Кружка опустела и я поспешила её сполоснуть. Мне действительно нужно было готовиться к истории, ведь я вызвалась на конференцию по этому предмету. Не скажу, что это моя любимая дисциплина, но она была одной из немногих, по которым предлагали выступления и я взялась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 55 или Сможешь без меня?..

«Чуть-чуть расслабиться — это не преступление», — думала я, входя в знакомый огромный дом и вручая его хозяину таинственный свёрток. Но, на самом деле, не был он таким таинственным, каким бы мне хотелось. Ведь у владельца дома день рождения и это всего лишь подарок. А в крафтовой упаковке спряталась всего-навсего очередная белая футболка. Примечательно в ней было только то, что она от, очень любимого Виктором, бренда, логотип которого благополучно красовался на левой части груди.

Я смотрела на Добровольского, на большое количество людей за его спиной и не могла поверить, что сейчас обычная суббота и я, как обычная молодая девушка, пришла на вечеринку.

— Спасибо огромное, Скай, не думал, что ты запомнишь, — улыбался Виктор, он потянулся ко мне и слегка обнял. Я всё ещё не могла привыкнуть к его «Скай». Мне не нравилось, как это звучит из его уст.

Добровольский проводил меня вглубь дома. Здесь уже играла музыка, был приглушен свет, стояли закуски и напитки, основная часть гостей уже была в сборе. Я медленно обводила взглядом пространство, ища за что уцепиться, точнее за кого, ведь мне нужна была компания на нынешний вечер. У колонок стояли мои одногруппники, симпатичные парни, но с маленьким количеством словарного запаса, чуть дальше фан-клуб Виктора, трое девушек, которые яро интересовались его персоной, за барной стойкой я заметила Марию, если бы ни её красные губы, то вовсе не обратила бы внимание. Она последнее время стала более смирной, в университете я её почти не замечаю, девушка больше не высказывается на противоречивые темы, не красит губы яркой помадой (кроме сегодняшнего вечера, разумеется), и не вешается на Кристиана. На диване, рядом с огромным аквариумом, сидели Кира, Ника и ещё пара человек, к ним то я и направилась.

— Скарлетт, ты опоздала, — укоризненно произнесла Кира в шутку.

— И что же? С меня штрафной стаканчик? — решила я продолжать веселый настрой.

Добровольский кинул на меня удивленный взгляд, мой серьезный тон заставил его усомниться в шутке сказанного.

— Конечно штрафной, — сразу согласилась Бергер и, ткнув в бок сидящего рядом парня, быстро организовала мне емкость с алкоголем.

— Давайте тогда за здоровье Виктора, раз уж у него День Рождения, — хмыкнула Ника, откидывая назад короткие волосы и рассматривая сок в своём стакане. Мне нравится, как Балтийская себя ведёт в компании выпивающих людей, чувствует себя абсолютно уверенно, даже иногда больше веселится, чем остальные.

— Кстати, да, кто тут именинник? — ухмыляясь, спросил темноволосый хозяин дома.

— Всех благ, дорогой мой, — улыбаясь, сказала Бергер и подняла стакан с коктейлем вверх. Фиолетовые пряди ее волос красиво рассыпались по плечам.

Каждый поддержал девушку, и мы дружно чокнулись бокалами. Я сделала глоток. Коктейль был слабенький. Спасибо парню, сидящему справа от Киры, который так оперативно мне его создал. Мой взгляд упал на Добровольского, который почему-то медлил с поглощением напитка, через секунду я нашла разгадку его задумчивости. Виктор просто пристально куда-то смотрел, а затем отсалютовал бокалом в направление своего взгляда. Я проследовала по его взору и наткнулась на чёрные глаза. Выше, на втором этаже, опираясь локтями на деревянные перила стоял Кристиан Кафф, в руках он держал бокал с коричневой жидкостью и пристально смотрел на меня. Большая чёрная футболка с белым крестом посередине свисала с худощавого тела, резко контрастируя с обтягивающими джинсами. Светлые кроссовки на ногах парня словно светились в полутьме второго этажа. Бокал с виски висел в расслабленной руке Кристиана прямо у всех над головами. Пальцы были такие тонкие и изящные, что казалось, будто прозрачный хрусталь сейчас выскользнет и упадёт прямиком в толпу. Но Каффа явно сейчас заботило что-то иное, нежели хрупкий бокал.

В кутерьме своей жизни я совсем не подумала, что сегодня увижу Кристиана. И в данный момент, стоя под его пронзительным взглядом, понимаю, что его появление было очевидным. Похоже мой мозг начинает отмирать от избыточного стресса.

Судя по напряжению в воздухе, у Виктора и Кристиана произошёл только что молчаливый диалог. Похоже Кафф тоже поднял бокал за здоровье Добровольского.

Я не стала долго смотреть на худощавого парня, его резкий взгляд смущал меня. Я просто перевела глаза на своих друзей и сделала ещё один глоток своего пойла. Так этот вечер и продолжался. Мы пили, Виктор уходил и приходил, он ведь хозяин вечеринки, ему требовалось уделить внимание всем гостям, но ни для кого не было тайной, что парень проводил больше времени с нашей компанией, что греха таить, со мной. Я не смотрела более на перила, потому что чувствовала прожигающий, как горящий уголь, взгляд. Бокал за бокалом, тосты и музыка. Я почувствовала себя легкой и веселой, мне стало намного спокойнее. В этом непринуждённом состоянии, мне пришлось всё-таки окинуть взглядом второй этаж, но Кристиана там больше не было, я одновременно расслабилась и напряглась. Теперь у меня не было ограничений для взора, но ведь Кафф мог быть где угодно, даже за моей спиной. Спустя пару приятных на вкус алкогольных смесей, я совсем чуть-чуть потеряла бдительность. В центре холла уже образовалась танцплощадка, куда меня благополучно затянула Кира. Я стала танцевать под медленную, но ритмичную музыку. Мне было правда хорошо, я чувствовала легкость и приятную пустоту сознания. Я не была пьяна, лишь слегка расслаблена, алкоголь расширил сосуды и голова перестала болеть, лишь в этот момент до меня дошло, что я мучалась от частой головной боли, которая так вошла в привычку, что перестала быть заметной. Впервые за долгое время почувствовала себя действительно неплохо. Я так сильно увлеклась движениями в такт звучной мелодии, что даже потеряла Киру из зоны видимости. Но в ту самую минуту меня это мало интересовало.

Я танцевала и танцевала, поэтому ни сразу поняла, что кто-то положил руки мне на талию. Мне понадобилась секунда, чтобы развернуться и упереться взглядом в поплывшие глаза Добровольского. Я отрезвела моментально, этот парень был слишком близко, он давил на меня, заполонял собой всё пространство. Я поспешила отойти от Виктора подальше. Именинник продолжал двигаться уже без моего участия и я поняла, что хозяин дома пьянее, чем мне показалось сначала. Он махал руками слишком интенсивно, что даже задел одного из гостей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Так, Добровольский, полегче, — поспешила на помощь я.

— Т-с-с, Скарлетт, ты мне мешаешь, — пьяно улыбаясь, Виктор приставил к губам палец.

— Виктор, я тебя спасаю, вон некоторые уже на телефон снимают твой танец призыва демона, — проговорила я, скептически рассматривая парня.

— Я лишь танцую, — парень слишком резко махнул руками и, наконец, потерял равновесие. Если бы ни человек, который его подхватил сзади, то Добровольский бы точно упал на пол.

Я подскочила к Виктору. Никогда не любила подобные ситуации. Нужно было решать проблему. Похоже во мне говорил алкоголь, так как решать почему-то понадобилось именно мне.

— Виктор, мне кажется, тебе лучше отдохнуть немного, — промямлила я, рассматривая пьяное лицо вблизи. Затем подняла голову и уперлась взглядом во мрак, в темноту глаз Каффа. Именно он поймал моего друга.

— Солидарен во мнении, — проговорил хрипло Кристиан, окатывая меня взором, — Витя, тебе лучше прилечь.

Черноглазый взял Добровольского под руку, я попыталась схватить его же за вторую, но от меня похоже было мало толку.

— Что с ним? — подскочила к нам Ника. Но она более внимательно рассматривала меня и Кристиана, нежели Виктора.

— Перепил, все хорошо, — отозвался Кафф с невозмутимым лицом, будто не заметил такого к себе интереса.

Кристиан пытался помочь Виктору забраться по лестнице в спальню. Я пыталась ловить хозяина дома со спины, поэтому шла прямо за парнями по деревянной лестнице.

— Скарлетт, поцелуй меня, — замычал весело Виктор, чувствуя, как я в очередной раз пихаю его в спину.

— Нет, Виктор, ты пьян, — хмыкнула я с легким отвращением в голосе.

— Крис, твоя девушка не хочет меня целовать, даже в честь моего Дня Рождения, — жалобно произнёс Добровольский.

— И она права, в честь твоего Дня Рождения я могу дать тебе только по лицу, — спокойно произнёс Кафф, но в его голосе слышались крохотные нотки смеха.

— Вот всегда ты так, — хмыкнул с улыбкой Виктор.

Наконец, мы оказались в плохо освещённой комнате. Кристиан поволок тело на кровать и легко его уложил. Со стороны именинника уже не было никаких признаков жизни. Он благополучно засопел.

Я направилась к двери. Но холодные пальцы внезапно скользнули по моему запястью, удерживая. От такого краткого прикосновения мурашки заструились по моей руке.

— Даже Виктор подсознательно считает тебя моей девушкой, — глухо произнесли сухие губы. На фоне этих слов играла гулкая музыка с нижнего этажа.

— Тут если углубляться, то половину присутствующих можно таковыми назвать, — произнесла спокойно я, намекая, что видела Марию. А уж Кристиану приходилось с ней «тесно» общаться.

— Глупости! — резко заявил парень.

— Конечно глупости, ведь ты сейчас занят, — хмыкнула я, слегка оборачиваясь к нему.

— Я расстался с Шарли, — не менее холодно заверил Кафф. Он стоял уже напротив меня, преграждая мне путь к двери.

— И что мне делать с этой информацией? — приподняла брови я. Мой взгляд скользил по худому телу так надменно, что я сама поразилась своей выдержке.

— Я и не был с ней, мы разбежались ещё в Лондоне, а мой отец раздул из этого всю последующую историю! — Кристиан даже махнул руками, желая доказать мне что-то.

— Я могу только порадоваться тому, что теперь в твоей жизни наступила ясность, — мило улыбнулась я. Но в этом жесте не было ничего доброжелательного.

— Черт, как же ты меня бесишь, — Каффа буквально затрясло. Я заметила, как он схватился за свои запястья и начал мять руки, будто они у него чесались.

От того рассудительного и спокойного Кристиана, которого я наблюдала совсем недавно в университете, не осталось и следа. Я выводила его.

— Я знаю, не представляю, как мы вообще пережили эти несколько месяцев вместе, — холодно продолжала я, делая вид, что не замечаю его нервозность.

— Да всё ты прекрасно знаешь, — ухмыляясь, прохрипел он.

Я нахмурилась и перестала стремиться покинуть комнату, отошла и устало присела на кресло у окна.

— Кристиан, — произнесла измученно я, нотки льда испарились из моего голоса, — ты совсем ничего не понял? Мы расстались даже не из-за Шарли. Да, она была толчком, но дело в другом. Посмотри на свою жизнь, я не обвиняю тебя, но ты популярная личность, творческая и эмоциональная, и история Шарли лишь одна из немногих. Подобные вещи всегда будут происходить с тобой. Сейчас отец тянется за твоими нынешними и будущими деньгами, потом кто-то ещё — это аксиома. И девушки, как Шарли, будут уходить и приходить. Они всегда будут желать, крутиться рядом с тобой. Ты перенасыщен. Да, знаю, я тоже! Но другим. Просто поняла, что не выдержу этого, я не хочу оказываться в таких положениях раз за разом, я не хочу ждать тебя с концерта и думать, не повисла ли на тебе в этот момент какая-нибудь особо напористая фифа. Я не хочу, чтобы ты прятался в забытье от проблем или от перенасыщения, желая получить новые эмоции. Мне не нужно это. Я просто рационально оценила шансы наших отношений и благодарна, что появилась Шарли и я все поняла окончательно. Прости, Кристиан, но страдания — это не то, чего не хватает в моей жизни! — почти выкрикнула я последние слова своего монолога. Что-то билось у меня в груди, желая вырваться на волю. В носу защипало, предвещая волну слез, но я держалась. Мне даже стало чуточку легче, когда я высказала ему всё.

— Искать новые ощущения? Ты считаешь это моей нормой? Похоже, ты тоже не поняла меня за это время. Ты для меня и есть ощущение, за дни с тобой я даже ни разу не курил, — произнёс Кристиан сдержанно, он стоял близко к моему креслу, собираясь вот-вот опереться на подлокотник рукой.

— Это всё, что ты мне можешь ответить на мою тираду? — хмыкнула я, — не курил и ладно. Я сказала всё, что хотела, — мне пришлось встать с кресла, чтобы отойти от парня, он, поглощенный своими эмоциями, приблизился слишком близко. Я направилась к двери.

— Стой, значит тебе не нужно всё это? Тебе будет лучше без меня? И ты сможешь без меня, верно? — яростно проговорил Кафф, делая акцент на слове «сможешь».

Я была уже у самого выхода, скрепя сердце посмотрела на него. Его вопросы почему-то напугали меня. Смогу ли я без него? И почему он спрашивает именно это? Странная формулировка.

— Да, — наконец, вымолвила тихо я и ринулась к двери.

— Вынужден тебя огорчить, я вот без тебя уже не смогу, — тоже негромко произнёс Кафф, все ещё стоя у кресла.

Я в недоумении посмотрела на него. Грустно покачала головой. Это жест получился сам собой, я словно удивлялась его безумным словам. Похоже мои глаза и видели в нем настоящего безумца. Я молча вышла.

Глава 55 или Сможешь без меня?.. (Часть 2)

Когда я спустилась вниз к гостям, моё веселье окончательно испарилось. Но я решила остаться на празднике. Сколько можно бежать домой и прятаться?

— Всё хорошо? — беспокойно спросила Ника, завидев меня.

— Нормально, — я постаралась улыбнуться.

— Возьми, — Балтийская протянула мне стакан с жидкостью, у неё их почему-то было два.

Я вопросительно взглянула на эльфийку.

— Бергер попросила подержать, думаю она не обидется, — улыбнулась Ника.

Я выпила. Как и ожидалось, в бокале был алкоголь. Причём, весьма кстати. Я искоса посмотрела на подругу. Балтийская почему-то вызывала во мне более приятные чувства, чем Кира. Хотя я ни с кем из них особо тесно не общалась. Последив пару минут за тем, как Бергер отрывается на танцполе, я заговорила.

— Что ты думаешь обо всём этом? — вырвалось у меня. Похоже, мне надоело всё держать в себе.

Ника немного повернула ко мне голову, половина её лица была скрыта от меня торчащим в разные стороны каре. Я увидела приподнятую бровь. Видимо эльфийка удивилась.

— О тебе и Кристиане? — спросила осторожно Балтийская.

Да, Ника была умна и чертовски проницательна, хоть и не стремилась на каждом шагу это демонстрировать. Девушка не стала делать вид, что не понимает моего вопроса. Я должна ценить это.

— Да, — коротко ответила я.

Балтийская вскользь взглянула мне в глаза.

— Я думаю, быть с Кристианом очень сложно. Он необычный человек, с необычной деятельностью, — произнесла она. Ника смотрела на разноцветный прожектор отстранённым взглядом. В темноте холла её кожа была прозрачно-бледной.

Я молча стояла подле подруги и слушала. Мне хотелось знать мнение другого человека, слишком долго я держала всё в себе и оценивала лишь со своей точки зрения. Пришло время узнать иные мысли.

— Я могу ошибаться, но думаю, что Кафф заинтересован в тебе. И, похоже, взаимно. Но здоровый ли этот обоюдный интерес, Скарлетт? — Балтийская, наконец-то, сфокусировала на мне свои расширенные зрачки.

— Я понимаю, о чем ты говоришь, — кивнула я.

Меня шокировали слова Ники. Неужели так заметны наши с Кристианом проблемы? Может мы и здоровы физически, но не эмоционально. И, вероятно, это видно. Некоторым. Я вздохнула.

— Решать тебе, стоит ли это того, — Балтийская отвела от меня свои светло-карие глаза. От её пронизывающего взгляда внутри у меня похолодело. Замечание Ники ещё больше запутало меня. Я смотрела в свой бокал и размышляла.

— Кристиан, — удивленный голос подруги вывел меня из мыслительного процесса.

— Что? — среагировала я и обернулась.

В эту самую секунду к нам подошёл Кафф, держа в руках бокал. Его отросшие прямые волосы спадали на лоб, и ему пришлось слегка поправить их.

— О чем разговор? — спросил он, приподнимая бровь. Парень стал совсем близко ко мне. Непростительно близко.

— О том, что… — начала Ника.

— Если ничего интересного, то я заберу Скай, думаю, ты не против, — кинул он Балтийской и поставил на столик свой стакан. Затем выхватил из моих рук напиток и отдал его Нике.

— Эм… — сорвалось с моих губ, но меня уже подхватили под локоть и повели в сторону небольшой толпы людей. Которая, к слову, редела, потому что началась медленная мелодия.

Длинные пальцы обхватили моё предплечье и слегка сдавили, вызывая дискомфорт.

— Знакомая песня, правда? — проговорил Кристиан, когда мы оказались на импровизированном танцполе.

Я непонимающе пялилась на него. Рука Каффа уже покоилась на моей талии, а другая схватила мои пальцы. Я стояла и вслушивалась в музыку. Это была песня, которую мы исполняли с Кристианом на конкурсе. Это было около полугода назад, но, кажется, утекла целая жизнь. Я постаралась собраться с мыслями.

— Знакомая, — спокойно кивнула я, — что ты делаешь, Кристиан?

— Приглашаю тебя на танец, — произнёс парень. До этого момента я целомудренно была от него на расстоянии десяти сантиметров, но теперь Кафф притянул меня к себе. Я почувствовала, как рука черноволосого скользнула чуть ниже талии и снова замерла.

— Ты скорее заставляешь меня танцевать, — буркнула я, опаляя дыханием его шею. Ведь я находилась совсем близко. Поднять голову, чтобы увидеть его лицо, было слишком рискованно. В полутьме получилось разглядеть его новую татуировку вокруг шеи. Мне не показалось, его горло сдавливали шипы розы. Я вздрогнула.

— Тебе виднее, — прошептал Кристиан мне в макушку. Так по-свойски, будто мы всегда это делали, вот так танцевали на глазах половины потока.

Я поняла, насколько давно не была рядом с ним, не чувствовала его запах, не ощущала тёплое тело рядом.

— Ты повёл себя грубо, — снова выдохнула я. Мне было видно, как рассыпаются мурашки по его шее, стоит только тёплому воздуху из моих легких коснуться бледной кожи.

— Мне захотелось, — тихо, но уверенно произнёс Кафф. Трудно говорить, когда не видишь лица, но, пожалуй, в нашем случае это улучшает ситуацию.

— Захотелось быть невоспитанным? — стараясь не выдать ни капли эмоций, сказала я. Намекая на ситуацию с Никой, он перебил её и отобрал мой бокал.

— Захотелось тебя рядом, как хочется каждую минуту моей жизни, — четко произнесли его губы рядом с моим ухом.

И я застыла. Просто стала, как вкопанная, прямо посреди танца.

Кристиан слегка отстранился и взглянул мне в глаза. Он секунду меня разглядывал, а затем рассмеялся своим хриплым заразительным смехом.

— Ты хоть представляешь, как приятно хоть иногда вывести тебя из равновесия? — весело проговорил Кристиан.

Я сделала маленький шаг назад. Каждое его слово трепетало во мне загнанной птицей, отзывалось в каждой клеточке тела.

— Ты же понимаешь, что так просто это не происходит? — хрипло спросила я, смотря в глаза.

Лицо Каффа вновь стало серьезным.

— Я подожду, — четко произносят его сухие губы.

— Не надо, — мотаю головой я, - пожалуйста.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он убьёт меня. Снова. Ещё пару шагов назад. Разворачиваюсь и ухожу.

Я схватила куртку и направилась к выходу из дома. У меня было твёрдое намерение покинуть сие мероприятие. На сегодня хватит геройствовать, пора домой. Я лишь всё усугубила.

Ночь была промозглая и унылая, как и моё настроение. Меня рвало на куски от мыслей. Буквально недавно я чувствовала, что каждой клеткой своего тела хочу быть с Кристианом, но мне хотелось отрицать это. Он не тот, кто мне нужен. Но всё было гораздо проще, когда парень находился вдали, с другой. Теперь хуже. Взгляд Каффа, его действия будто кричали: «Иди сюда и останься рядом. Это приказ!»

По телу пробежала привычная дрожь. Какая же я слабая! Пара слов, несколько действий и я готова сдаться, смириться и легко забыть о своих проблемах, а затем впустить в свою жизнь их ещё больше. Ведь Кристиан — это проблема. Моя проблема. Я вздохнула. Пора ехать домой. Бежать. Прятаться. То, что я так люблю делать.

Я достала телефон с четким намерением вызвать такси, но меня отвлёк свет фар и звук трения шин об асфальт. Из автомобиля вышел непримечательный мужчина, гостеприимно открыл дверь пассажирского места и уставился на меня. Я приподняла бровь в недоумении.

— Добрый вечер, Кристиан попросил отвести вас домой, — осведомил меня водитель.

Я удивилась ещё сильнее и непроизвольно обернулась назад, взглянула на дом, ведь именно там я оставила Каффа. Но взгляд мой встретился с темной фигурой. Кристиан, как тень, стоял у стены и хмуро наблюдал за мной. Он был там всё это время?

— Садись в машину, не бойся, с тобой я не поеду, — спокойно проговорил он. Его голос контрастировал со звуком басов, доносящихся из дома.

— Спасибо, не надо, — быстро произнесла я.

— Садись, я не хочу, чтобы ты ехала с посторонним человеком, — приказным тоном заявил Кристиан.

Я нерешительно посмотрела на водителя. Теперь он казался мне смутно знакомым. Мне уже приходилось с ним ездить. Секунду я колебалась, но все же направилась к авто.

— Доброй ночи, — на мгновение обернулась я.

— Доброй ночи, Скарлетт, — произнёс Кафф, когда я почти закрыла дверь. Моё сердце в сотый раз пропустило удар.

Глава 56 или Доброе утро...

Следующим утром я вновь набрала маму. Теперь мы созванивались всё чаще, я и полдня не могла прожить, не услышав её хриплый голос и сдавленное дыхание. И всегда мучительно наслаждалась её дивным спокойствием в общении. Она смирилась. Давно.

Все выходные я подбирала материал для презентаций и пила чай с ромашкой. На этот раз я не забыла запастись лимоном, чему безмерно радовалась. Помимо дополнительных занятий, я также готовилась к будущей неделе и повторяла материал.

В воскресенье я успела съездить в студию к Лин и записать её новую песню. Рита сама участвовала в технической части и заставила меня сначала записать вокал самой, чтобы в случае чего, вырезать нужный момент. Она так долго заставляла меня распеваться и несколько раз перезаписывать, что я к концу процесса чувствовала себя выжатым лимоном. Но ничего не поделаешь, Лин — профессионал.

В понедельник утром я проснулась почти без тревожности, но побоялась этому радоваться. Погода за окном была вполне терпимой. Сквозь небольшие облака прорывалось солнце. Начало марта — весна. Собравшись, я покинула квартиру. Только дверь подъезда захлопнулась за мной и я даже успела пройти пару метров, как заметила чёрную блестящую машину на подъездной дорожке. Облокотившись на которую, стоял парень в длинном пальто. Угольные волосы спадали на лицо, пока он смотрел в низ, на свои чёрные грубые сапоги со шнуровкой. Я удивленно разглядывала Кристиана.

— Доброе утро, — хрипло произнёс Кафф, смахивая волосы со лба и приподнимая уголок губ в кривой улыбке.

— Доброе, — поспешила ответить я, все ещё шокированная увиденным.

— Садись в машину, — парень мотнул головой в сторону авто. Голос был спокойный.

— Зачем? — задала вопрос я, зная ответ.

— Я подвезу тебя, — заявил Кафф, так и не двинувшись с места.

— Ты помог мне один раз — я благодарна, этого достаточно, спасибо, — я смерила его строгим взглядом и направилась к университету.

— Скай, садись в машину, на улице холодно, — с неким нажимом в голосе, попросил брюнет.

— Спасибо, но мне идти всего пять метров, — уходя, ответила я. Разумеется, слегка преувеличила.

Я услышала, как за моей спиной завёлся мотор. Поспешила вздохнуть с облегчением. Что это ещё за утренние встречи? У Кристиана обострение после пятницы?

Но Рендж Ровер не спешил ехать к университету, он притормозил возле меня.

— Скай, — протяжно произнёс брюнет в открытое окно.

Я втянула в себя воздух и взглянула на парня.

— Увидимся на лекции, Кристиан.

Кафф хмыкнул, прибавил газу и выехал из моего двора.

Но встретиться нам довелось ещё до лекции. Наступил большой обеденный перерыв и мы с Бергер и Балтийской решили пойти в кафе, прилегающее к главному корпусу. К нашей компании. как всегда, присоединился Добровольский.

— О чём задумалась? — спросил Виктор, пока мы стояли в очереди.

— О бескрайней вселенной. А что? У тебя есть идеи для размышления? — приподняла бровь я.

— Конечно, — усмехнулся Добровольский, — можешь подумать о том, какой я благородный парень и пропускаю девушек вперед.

Не успела я ответить, как Виктор жестом показал Кире и Нике на место прямо перед собой. Они изначально находились за его спиной. Девушки, смеясь, подошли ко мне. Я закатила глаза и улыбнулась.

Мне захотелось взять салат и капучино с малиновым сиропом. Своему желанию я и последовала, ведь последнее время редко проявлялись подобные требования организма. Расплатившись, направилась к свободному столику, чтобы занять его.

— Почему малиновый сироп? — прозвучал знакомый голос довольно близко.

Я вздрогнула и повернулась. Рядом со мной уже шёл Кристиан, возвышаясь на целую голову.

— Захотелось, — мрачно произнесла я и ускорила шаг к столу. Кафф не отставал.

Я пристально его осмотрела. Темное пальто было расстёгнуто, являя на свет белую водолазку, которая облегала худощавое тело парня. Как ни крути, но Кафф выглядел дорого. Одежда скрывала все его тату, от чего Кристиан походил на модель с обложки журнала мод. Ну конечно, его в любой момент могли словить папарацци. И, боже упаси, на нем будет пальто не от Роберто Кавалли! Это скандал!

— Объясни, это ведь не сложно, — хмыкнул парень, изучая меня.

Не успела я ответить, как услышала голос Киры, которая нагнала меня. Она сразу заметила Каффа.

— Э-э, привет, — удивленно произнесла она. У моих подруг появилась тенденция терять дар речи при виде Кристиана.

Хотя я могла их понять, это ведь только у меня психологические проблемы уровня Билли Миллигана, связанные с Каффом, для всех остальных он популярная личность.

— Привет, — хмыкнул Кристиан, — я вот тут интересовался у Скарлетт, могу ли я сесть с вами, ты ведь не против, Кира? — промурлыкал он, медленно переводя глаза с меня на Бергер и делая взгляд слегка томным. Хитрый засранец.

— Думаю, не против, — поспешила ответить моя подруга.

Бергер не находилась в поле моей видимости, поэтому я не сумела дать ей знак, что не стоит соглашаться. Мы дошли до столика, и Кристиан любезно пропустил нас вперёд и сел рядом со мной. К тому моменту нас догнали Виктор с Никой. Ребята сели напротив с интересом рассматривали нашу немногочисленную компанию. Повисла неловкая пауза.

— Значит малина — это просто так? — снова заговорил Кафф. Его голос был таким невозмутимым, будто мы не мои предпочтения в еде обсуждаем, а погоду за окном. Мне стало неловко. В эту минуту я поняла, что толком не была с Кристианом в обычной компании.

— Вы о чем? — вмешалась Кира с нотками веселья в голосе.

— Спрашиваю Скарлетт, почему она взяла малиновый сироп к кофе, — со смехом в глазах, но серьезностью в голосе заговорил Кафф. Он перевёл взгляд с меня на неё. Этот парень издевается надо мной!

— Действительно, почему? — спросил настороженно Добровольский, похоже он был удивлён такому внезапному всплеску активности со стороны Кристиана.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Боже, — вздохнула я, — захотелось чего-то свежего, малина показалась подходящей, — раздраженно закончила.

— Да ты не нервничай, тебе надо было не кофе, а успокаивающий чай с травами брать, — улыбнулся черноглазый, оголяя щербинку между зубов. Он приободряюще сжал моё плечо, запуская волну мурашек по телу. Козел самовлюбленный! Знал бы, насколько прав!

Я злобно стрельнула в него взглядом. Отвернулась и поймала на себе пару взоров с другой стороны кафе. Компания, с которой раньше проводили время Кристиан и Виктор, с интересом смотрели на меня. Интересно, что они думают? Сначала Добровольский отделился и стал подходить к нам, затем Кафф. Считают меня ведьмой, не иначе! Я чуть не рассеялась в слух. Мне бы их проблемы…

И далее, я не могла отвертеться от Кристиана целый день, он как тень следовал за нами, но если и отделялся, то внезапно всплывал там, где его абсолютно не ждали. Девочки даже радовались подобным переменам. Мне вообще казалось, что все веселились. Кроме меня. Когда последняя пара подходила к концу, я сказала Бергер и Балтийской, что спешу домой и после пары сразу ушла. Я не имела завышенную самооценку, но что-то мне подсказывало, что если не поспешу, то домой пойду не одна. И даже не вдвоём…

***

На следующий день погода ещё больше разгулялась и радовала меня солнечными лучами. Я по привычке взглянула на календарь и помрачнела. Начало марта, до мая и моей поездки к маме ещё как минимум два месяца. «Нужно просто ждать», — решила я, собралась и вышла из квартиры. Но, каково было моё удивление, когда я обнаружила на подъездной дорожке Кристиана Каффа снова.

— Доброе утро, — слегка улыбнулся брюнет.

— Доброе, — ответила я. От моего взора не ускользали его синяки под глазами и опухшие пальцы рук. Кафф, что ты такое?!

— Садись в машину? — прозвучал хриплый голос. По интонации было не ясно вопрос это или приказ.

— Нет, — по новой начала я.

— Скай, хватит, садись давай, — в его взгляде мелькнуло раздражение.

— Кафф, сегодня на улице тепло, — уже обходя машину, проговорила я с легкой издевкой.

Прозвучал стук двери, затем завёлся мотор.

— Не будь такой упрямой стервой, — с усмешкой кинул парень мне с водительского сидения, когда проезжал мимо.

— Езжай восвояси, Кафф, — ответила я со злостью. Ещё жизни учить начал.

***

На следующий день всё повторилось, потом ещё и ещё. Уже в четверг он ждал меня с двумя стаканчиками кофе с ароматом апельсина. (Я случайно обронила в разговоре, что люблю цитрусовые). Я отказалась и жидкости полетели в урну у моего подъезда, причём оба напитка. В пятницу произошло тоже самое.

В субботу через 15 минут после моего пробуждения раздался звонок в дверь. Я поплелась открывать. В этот день на пороге снова был Кристиан. У меня голова закружилась. Я и так думаю о нем постоянно, так он теперь всю мою жизни решил поработить?

— Крутая пижама, — хрипло заметил брюнет, только завидев меня.

На мне были короткие шелковые шорты и майка на тонких бретельках — подарок мамы на восьмое марта в прошлом году. Я была сонная, поэтому совсем забыла натянуть халат.

— Что ты тут забыл? — тоже хрипло спросила я, пытаясь хоть немного спрятаться за дверь.

— Тебя, — произнес Кафф. Судя по его взгляду, он не ожидал увидеть меня именно в таком обличии.

На улице теплело, поэтому Кристиан был в кожаной косухе с подкладкой и массивных ботинках. Цвет его лица оставлял желать лучшего, хотя о чем это я. Сама заснула лишь под утро.

— Кристиан! — взвизгнула я, раздражённая сложившейся ситуацией.

— В такой пижаме ты должна по моей квартире расхаживать, в не здесь, — хмыкнул черноглазый, с явным сожалением в голосе.

Я попыталась закрыть дверь.

— Ладно-ладно, я принёс кофе, — запротестовал парень, мешая мне запереться. В руках у него была подставка с напитками.

— Я пью только чай с травами для успокоения нервов, — ехидно заметила я, — и предпочтительно в одиночестве, — также добавила.

— Не пустишь меня? — спросил черноволосый, облокачиваясь на дверной проём.

— Издеваешься что ли? Конечно нет! — уже еле сдерживая злость, почти крикнула я.

— Я понял, — хмыкнул Кафф и направился к лифту.

Я закрыла дверь и взглянула в окно. Через пару минут он вышел из подъезда, выкинул в ту самую урну оба кофе и сел в машину. Идиот! Крышки от этих стаканов будут тысячу лет разолгаться! А он их каждый день выкидывает! От злости я пнула мягкий пуфик у столика. Но что всё-таки бесило меня больше?

В воскресенье, почти в это же время, пришёл курьер и принёс мне чай с травами в пакетике и, если бы это было всё… Он принёс электрический чайник, маленький элегантный заварник и новую кружку с принтом апельсина и лимона. Я потеряла дар речи. Даже не смогла отказаться.

Глава 56 или Доброе утро... (Часть 2)

В понедельник утром я проснулась и открыла новостную страницу в своём телефоне. Последнее время подобное действие успокаивало меня. Пока я листала ленту, наткнулась на знакомую фамилию. Мой мозг уже настолько был заточен на получении любой информации об этом человеке, что я не смогла пройти мимо. «Кристиан Кафф в прямом эфире нашего радио совсем скоро», — гласил заголовок. Я прошла по ссылке и прочитала о том, что Кафф в 8:00 сегодня выйдет в эфир какого-то молодежного радио. Я усмехнулась. Вот и закончит он штурм моей квартиры. О чем я и говорила. Творчество, оно лишь поманит пальчиком и ты должен бежать, ибо испарится безвозвратно.

Я спокойно собралась на учебу и покинула свою квартиру. Уж сегодня чёрный Рэндж Ровер в своём дворе увидеть я никак не собиралась, а темноволосого парня со стаканчиками кофе рядом с ним, тем более.

— Привет, — от удивления я даже первая поздоровалась.

— Доброе утро, Скарлетт, — осмотрел меня Кафф и улыбнулся. Слегка устало улыбнулся.

Я взглянула на дисплей своего телефона, чтобы точно узнать время. 7:55 гласил экран. У Кристиана через пять минут прямой эфир на радио. Что он тут делает?

— Едем в университет? — спросил спокойно он, глядя прямо в глаза.

— Едем, — повторила я, завороженно следя за ним.

Может я что-то напутала и у Кристиан нет эфира сегодня? Или прямое включение заранее записано? В любом случае я была настолько поражена, что не сразу поняла на что согласилась, а когда поняла, стало поздно.

Кристиан отдал мне кофе и открыл дверь авто. Я молча проследовала по приглашению. Мотор завёлся. Кафф с усмешкой посмотрел на меня.

— Что изменилось? — поспешил осведомиться он.

В машине пахло елью с нотками ванили и немного дымом.

— Травы твои помогли. Нервы успокоили, — попыталась сострить я. Не говорить же, что поразилась отсутствием его на работе.

— Всегда рад помочь, — кинул Кристиан с издевкой и выехал из моего двора.

— Мне уже не поможешь, — чуть улыбнулась я. Улыбка была скорее вымученной.

— Я знаю, — уже без доли шутки ответил Кафф. Парень внимательно следил за дорогой.

Может я что-то не так поняла? Как Кристиан может быть здесь? Я снова посмотрела на телефон.

— Кто тебе пишет с утра пораньше? — услышала я хрипловатый голос. Видимо Кристиан оценил мой интерес к девайсу по своему.

— Не думаю, что тебя должно это беспокоить, — сравнительно спокойно ответила я, на меня постепенно накатывали волны злости.

— Я сам решу, что меня должно беспокоить, хорошо? — уверенно спросил Кристиан. Я заметила, как тонкие разбитые пальцы сжали руль.

— Хорошо, только пусть твоё беспокойство не мешает мне жить, — я кинула на Каффа злобный взгляд. Ревность? Ну и прекрасно.

— С каких пор ты стала такой циничной? — с раздражением произнёс он, поворачивает голову в мою сторону. Мы уже подъезжали.

— Как только с тобой познакомилась! — почти вскрикнула я. Черноволосый парень меня дико бесил, это всё из-за него! Много что в моей жизни из-за этих угольных волос, из-за чёрных глаз, из-за щербинки между зубов. Ненавижу!

Автомобиль припарковался. А Кристиан внезапно приблизился ко мне.

— Отлично, ведь это значит, что мы идеально друг другу подходим, — уверенно произнёс он, всматриваясь в мои глаза.

Я моментально уперлась руками ему в грудь. Нельзя подпускать этого парня слишком близко. В одну секунду я увидела в глазах Каффа злость и скорбь.

— Не значит это ничего! — максимально четко высказалась я и вышла из машины. Нужно бежать дальше от него! Моё кофе с ароматом апельсина так и осталось стоять в авто.

Уже на паре я вбила в поисковик радио, на котором должен был появиться Кристиан. И наткнулась на комментарий: «Кристиан Кафф опоздал на свой радио эфир.» Я подняла глаза от телефона и застыла на месте. Из-за меня. Из-за меня он не явился вовремя. Эта мысль не укладывалась у меня в голове. Определенно я что-то упускаю, Кафф не может пропускать работу из-за меня. В университете его не было целый день. Даже на лекции не появился. С горем пополам, я сумела отшить Добровольского, когда он так яро пытался меня проводить.

***

А вот во вторник произошло кое-что совсем новое. Проснулась я не от звонка будильника, а от звуков оповещений, приходящих на мой телефон один за другим. Сначала я не поняла, что происходит. Большое количество людей кидали мне заявки в друзья, подписывались, писали всякую всячину. Из-за этого сумбура я никак не могла проснуться. Спустя какое-то время я откопала среди прочего одну единственную важную отметку и прошла по ней. Она привела меня прямиком на страницу Риты Лин. И тогда всё разрешилось, раз и навсегда.

«Мои дорогие, хочу представить вам замечательную песню в исполнении моей протеже Скарлетт, она нереально одаренный человек. Эта девушка отдаёт всю себя в каждой строчке этой песни, вы поймёте это, когда послушаете.

Слова, музыка: Рита Лин

Вокал: Скарлетт Романова»

Именно так выглядела запись на её стене, и далее в каждой социальной сети, которая была доступна Лин. И на каждой платформе.

Я включила песню и ошеломлённая стала читать комментарии под ней. Рита обманула меня. Это был её план! Поэтому она заставила меня записывать песню целиком. Она подставила меня! Или нет? Я испытывала настолько смешанные чувства, что не сразу сообразила позвонить ей.

— Детка! — услышала я радостный голос Риты, когда наконец сообразила набрать её, — звонишь, чтобы поблагодарить меня?!

— Да, нет, не знаю… Рита, что ты натворила?! — вопила я в трубку то ли радостным, то ли плачущим голосом, — что мне теперь делать?

— Я даю тебе аудиторию, детка, делай то, что любишь, а я помогу тебе, — более спокойно, но не менее радостно ответила Лин, — ты читала, что пишут? Они уже любят тебя!

— Боже, Рита, ты нечто нереальное! — с придыханием произнесла я. Моя голова шла кругом.

— Я знаю, Скай, — проговорила она. Я чувствовала её улыбку на губах.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

***

— Доброе утро, звезда моя, — произнёс улыбающийся Кристиан, когда я вышла из подъезда. Его бледное лицо так сияло, что впервые в жизни пропали синие круги под глазами.

— Ты знаешь? — нервно спросила я.

Моё сердце атаковали волны радости и страха. Я всё ещё не понимала, что с этим делать, но знала, что меня ждут перемены.

— Весь интернет знает, — произнёс Кафф, сверху вниз смотря на меня, — я давно не слышал чего-то более искреннего и проникновенного, — добавил с таким воодушевлением, что у меня защемило в груди.

— Спасибо, — произнесла я, подходя ближе, — что мне теперь делать? — спросила почти умоляюще и подняла взгляд на него.

— Просто живи, — произнесли его губы. А в глубине бездонных глаз вспыхнул чёрный огонь.

Глава 57 или Огонь и вода...

Шли дни. Кристиан продолжал встречать меня каждый день и провожать. Я была сильно поражена его поведением, ведь даже когда мы встречались, Кафф часто был занят и уходил от меня. А сейчас этот черноволосый парень буквально весь учебный день был рядом. Хоть на словах я и противилась его вниманию, но интуитивно понимала, не устою. Он — мои эмоции, он то, что разукрашивает мою жизнь. Время уже не вернуть назад, и эти чувства уже не впихнуть снова вглубь души, они выбрались и заполонили собой всё вокруг.

— Почему ты всегда называешь меня Кристианом? — спросил Кафф однажды. В его голосе проскользнул неподдельный интерес.

— А как мне тебя называть? — произнесла я, приподнимая бровь.

Мы шли на лекцию вместе с Бергер и Балтийской. Они сильно нас обогнали и были впереди. Последнее время девочки часто оказывались дальше от нас, чем требовалось. И я прекрасно понимала, что это не совпадение.

— Все называют меня Крисом, — проговорил Кафф. Его жгучие глаза рассматривали мой профиль. Он вообще слишком часто смотрел на меня, от чего мне становилось в обществе неловко. Люди с искренним любопытством следили за его вниманием.

— Но твоё имя Кристиан, поэтому я произношу так. Я называю действительность, — пояснила серьезно я, вглядываясь в спины подруг, намеренно не реагируя на взгляд Каффа.

— А что? Хочешь, чтобы я говорила: «Крис»? — немного вальяжно спросила я и всё-таки посмотрела на черноволосого парня.

— Повтори ещё, из твоих уст, Скай, моё имя звучит потрясающе, — игриво и немного томно произнёс Кафф.

Меня позабавил его ответ, но еще вызвал волну легких мурашек по спине. Как только Кристиан переходил на этот свой хриплый голос, у меня внутри всё переворачивалось. Но я решила продолжить игру.

Я оглядела брюнета из-под опущенных ресниц, чуть приподняла бровь, немного приблизилась.

— Крис, — произнесла тихим голосом, — достаточно потрясающе? — добавила затем с ухмылкой.

В одно мгновение я увидела вспышку в глазах собеседника. И почувствовала тот знакомый холод, бегущий по спине.

— Более чем… — кинул Кафф. И за этим последовала хватка за руку и резкий толчок в другой коридор. Пара вот-вот начнется, поэтому почти все студенты разошлись по аудиториям.

Я оказалась плотно прижата к стене. Кристиан навис надо мной, его челка упала ему на глаза, и парень резким движением смахнул ее. Приятный свежий аромат Каффа моментально окутал меня. Под этим сверлящим взглядом я буквально задыхалась.

— Ты ведь понимаешь, что провоцируешь меня? — жадно изучая мое лицо, прошептал он.

— Разве? — наигранно удивленно спросила я, — кажется, ты не так всё понял, Крис, — добавила лукаво.

Я рассматривала его лицо с чистой бледной кожей, чуть пухлые губы, черные, как бездна, глаза, с невозможно густыми ресницами вокруг, четко очерченные скулы. Он меня завораживал сейчас, как и всегда.

Кристиан глубоко вздохнул, прикрывая глаза, а когда открыл, в них пылал огонь. Его губы накрыли мои слишком резко. Он целовал меня так, будто мечтал об этом всю жизнь, с таким жаром, желанием, надеждой. Его рука оказалась у меня на талии, под расстегнутым кардиганом. А когда понял, что я не сопротивляюсь, то углубил поцелуй. Я и не собиралась ему противостоять. Я знала, что не смогу. Его губы были настолько желанными, руки настолько крепкие, что я сдалась. В какой-то момент Кристиан оторвался от меня, посмотрел в глаза, а через секунду просто прижал к себе, крепко и властно. Его действие удивило меня, но понравилось, и я сомкнула руки на его шее, цепляясь за него, как за спасательный круг.

На лекцию мы опоздали, но преподаватель запустил нас, видимо не хотел отчитывать сына ректора.

Мы сели рядом, что ни для кого уже не было особенностью.

Худая рука с тату скользнула на мое колено и слегка сжала. Жар прилил к моим щекам, и я кинула гневный взгляд на Каффа, затем схватила его за прохладные пальцы и постаралась убрать. Но мне это не удалось.

— Кристиан, перестань, — зашипела я ему на ухо. В аудитории было довольно тихо, поэтому я старалась действовать осторожно.

Он повернул голову в мою сторону и слегка улыбнулся. Это расстояние уже было не свойственно нам. Мы были совсем близко. Я почувствовала, как запылали мои щеки, то ли от смущения, то ли от его горячего дыхания. Хорошо, что мы сели подальше от преподавателя. Думаю, наши действия не остались незамеченными для окружающих.

— Сегодня будет небольшая вечеринка, устроенная фондом, с которым сотрудничает мой продюсер, пошли со мной, — прошептал черноволосый, пока я приходила в себя. Мой взгляд скользнул по его профилю.

— Хорошо, — слегка сумбурно ответила я, понимая, что нет смысла отказываться. Уже бессмысленно.

***

Я чувствовала слабый дискомфорт по поводу «небольшой вечеринки», так как подозревала, что у нас с Кристианом разные понятия слова «небольшая». Я надела платье футляр и туфли на среднем каблуке, посчитала, что нужно выглядеть прилично. Давно меня что-то так не беспокоило. Постоянными моими источниками волнения были мама и Кристиан, поэтому для меня стало странным испытывать эту эмоцию по отношению к чему-то другому.

Я долго смотрела на себя в зеркало — уложенные светлые волосы, голубые глаза, замаскированные синяки под ними, и весь образ в целом. Я впервые за очень долгое время подумала, что жива, что моя жизнь больше не стоит на одном месте, она движется.

В этот раз Кафф был с водителем. Интересно, Кристиан собирается пить или у звезд так заведено, приезжать на мероприятие не за рулем? Мы оказались возле стильного места — окна во всю высоту стен, неоновые вывески, интересная подсветка. Хоть оно и именовалось, как бар, на типичную алкогольную забегаловку не тянуло от слова «совсем». Когда мы вышли из машины, Кристиан невзначай упомянул, что бар снят весь. На этом моменте я поняла, что не прогадала с нарядом. Сам Кафф был одет в укороченные классические брюки со свисающими подтяжками и белую рубашку. Мы были почти в одном стиле. Внутри, несмотря на неоновые фразы на стенах и элементах декора, было достаточно освещено и уютно. Хотя стиль явно создавался с замыслом современно-минималистичным. Люди стояли то тут, то там, но их было немного, было похоже больше на светскую встречу, чем на вечеринку. Кое-где я заметила плакаты, на которых было изображено то, что, собственно, являлось целью благотворительности — больницы, детские дома и сады. Музыка звучала ненавязчивая, но и не медленная. Несколько девушек были в совсем открытых нарядах, еще несколько в классических костюмах, пару мужчин в смокингах, один в рваных джинсах, парень рядом с ним в спортивном костюме со стразами. Русский шоу-бизнес эпатировал, как мог.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— О, Кристиан, привет, — радостно залепетала какая-то женщина. Она, как раз, была в деловом костюме. Ее выжженные светлые волосы рассыпались по плечам, обрамляя немолодое лицо.

— Привет, — улыбнулся он, — Скарлетт, это Светлана, Светлана, это Скарлетт, — без энтузиазма представил Кафф.

— Оу, приятно познакомиться, — у женщины на секунду пропал дар речи, и глаза удивленно выкатились, стоящие рядом люди прислушались. Она посмотрела на Кристиана, но тот беззаботно улыбался ей.

— Взаимно, — ответила я. Что так удивило эту даму? Наши с Кристианом отношения? Так в прессе уже давно гуляют наши совместные фото.

— А ты не видела Григория? — насмешливо спросил Кафф, слегка приобнимая меня. Большие глаза Светланы проследили за его рукой.

— Он где-то здесь, сейчас подойдет, — сглотнув, произнесла она, искоса рассматривая меня.

Кристиан кивнул и двинулся вглубь помещения, увлекая меня за собой. Тем самым показывая женщине, что больше не намерен говорить.

— Странная реакция, — прокомментировала я, намекая на интерес ко мне Светланы. Компания, к которой вернулась женщина, провожала нас с Кристианом взглядом.

— Не обращай внимания, ты же теперь знаменитость, — проговорил черноволосый парень. В его голосе были нотки веселья, но я чувствовала серьезный подтекст во фразе.

Я приподняла бровь, показывая свое удивление.

Песня, которую я записала, внезапным образом стала вирусной в интернете, то есть она была везде и постоянно. Хоть я и долгое время отрицала ее популярность, но позже уже просто не могла это делать, меня закидывали различными комментариями, писали в каждой социальной сети, а моя электронная почта чуть не сломалась от количества писем. Трек стал вирусом. Я знала концепцию таких ситуаций — быстро взлетает, также быстро падает. Я сама много раз слушала подобные произведения, не зная даже, кто поет, меня просто цепляла мелодия, причем ненадолго. Долго велись дискуссии с Лин и Кристианом, каждый из них видел в этом шанс. И когда Кафф сказал, что я знаменита, то испытала огромное удивление. Я и не могла подумать, что некоторые люди могут знать меня, как я выгляжу и кто я такая.

Но все же, у меня в мыслях сидели сомнения, вероятно реакция Светланы была просто интересом к девушке Кристиана Каффа.

— Огонь и вода… — негромко напел строчки из моей песни Кристиан. И заливисто засмеялся.

— Кто это тут заставляет моего подопечного веселиться? — Григорий подошел к нам внезапно. Это был коренастый полноватый мужчина, хоть он и казался тяжелым на подъем, что-то в манерах говорило о его прожженности и хитрости.

— Привет, — поздоровался Кристиан, тоже удивленный резким появлением, — Скарлетт, это Гриша — мой продюсер, Гриша, это Скарлетт…

— Да-да, наслышан, — перебил его мужчина, очень заинтересованно рассматривая меня, — такая красотка, а голос то какой, — он издал звук, как будто собирался съесть что-то очень аппетитное.

— Благодарю, — вежливо кивнула я. Снова возвращаясь к размышлениям о своей песни. Гриша тоже знает меня? Интересно, а много ли особ этого творческого общества ведут разговоры обо мне.

Спустя пять минут нашей беседы, которую мы изо всех сил пытались сделать светской, Григорий от нас удалился. Почему-то в его компании я чувствовала себя неловко. Мне в голову сразу пришло сравнение Григория с Борисом Яковлевичем, продюсером Лин, он был иным человеком, более радушным и спокойным.

— Он такой… — начала я о Грише.

— Скользкий, — закончил Кафф. Я пристально взглянула на него и кивнула. Может не такие мы и разные с Кристианом.

— Да, зато какой пробивной, у меня порой ощущение, что за добрую часть того, что я имею, нужно благодарить этого мужчину с залысинами, — задумчиво добавил парень.

Я была категорически не согласна с Кристианом. И поспешила забыть, что три секунды назад увидела в нас с Кафф сходство. Григорий ухватил себе лакомый кусочек в виде этого черноглазого парня, а не просто взял мальчишку на попечение из милости душевной.

— Не могу с тобой согласиться, — внесла свою лепту я. И поймала на себе изучающий взгляд, и по глазам заметила, что Крис уже понял мои мысли. Он понимал, что я буду на его стороне, даже если он сам на противоположенной.

— Я знаю, что ты думаешь, и ты права, — его рука легла на мою талию, слегка надавила и привлекла к себе.

Мы прошли еще глубже в зал. Я молчаливо оглядывала округу — аккуратные столы с закусками и выпивкой, блестящие стенды с благотворительными лозунгами, импозантные гости. Внезапно мои глаза наткнулись на кое-что яркое, даже более яркое, чем неоновая вывеска данного заведения, а, именно, я увидела розовые волосы, а затем и острый взгляд их обладательницы. Глазные яблоки Риты Лин чуть не вывалились, глядя на меня. Как и у меня самой. Девушка сразу же закончила разговор и ринулась к нам, преодолевая метр за метром, она придирчиво рассматривала Кристиана.

— Рита… — проговорила я на выдохе.

— Явились голубки, — произнесла певица и остановилась ближе, чем следовало. Но спустя секунду, на ее лице всё-таки появилась усмешка, и я чуть-чуть расслабилась.

— Привет, Лин, — вклинился Кафф, широко улыбаясь.

— Всё-таки воссоединилась ты с этим засранцем, — прокомментировала она.

Я смущенно улыбнулась.

— Ну, зачем ты так? — ответил Кафф, довольная усмешка не сползала с его лица.

— Говорю как есть, — слегка скривилась Рита, — как парень для Скарлетт, ты слабоват.

Я нахмурилась, открыла рот, чтобы ответить, но мне не дали.

— Не могу не согласиться, но если ты так её защищаешь, почему же не станешь ее продюсером? Она как раз ищет, — свысока глядя на Лин, проговорил Кристиан.

Рита резко перевела взгляд с Каффа на меня.

— Кстати, Скай, хотела с тобой серьезно поговорить…

— Хорошо, что вспомнили о моем существовании, — съязвила я. Сборище эгоистов вокруг меня.

— Не бунтуй, это я должна обижаться, за то, что ты сошлась с эти оболтусом, — раздраженно заявила розововолосая девушка.

Я открыла рот, чтобы ответить, но не нашла оправданий и закрыла его. Похоже, из-за того, что мы с Кристианом снова вместе, у меня от счастья мозг атрофировался, и говорить я нормально не могу.

— Значит, ты должна искупить свою вину, — заметив мои метания, кинулась в атаку Рита.

— Что? — переспросила я, взирая на нахальную певицу.

— Не ведись на это, — проговорил Кафф с насмешкой.

— Скарлетт, я обижусь, — почти заскулила Лин. Я «обожаю» ее перепады настроения.

— Я слушаю тебя, — серьезно ответила я своей наставнице. Всё же за мной и правда был прокол.

— Спой сегодня свою песню, — негромко произнесла девушка, ее голос стал еще более умоляющим.

— Рита, я не исполняла ее в живую никогда, я вообще все еще в шоке, что она моя. А ты меня заставляешь выступать? — я со страхом рассматривала певицу. Что-то защемило в груди, когда я подумала об исполнении песни.

— Давай, Скарлетт, я буду тебе аккомпанировать на гитаре, сделаем акустическую версию. Будем на сцене вдвоем, как в старые, добрые, — она снова кинула грозный взгляд на Каффа, намекая на наши зимние каникулы, когда мы были в туре, и я «отлично» справлялась без Кристиана. Парень хмыкнул.

Я задумалась, рассматривая маленькое тату в виде фламинго под глазом моей собеседницы.

— Хорошо, — наконец-то, ответила.

И Рита резко кинулась мне на шею. Она крепко обняла меня, и со щенячьим восторгом кинулась к организаторам.

Выступление в этот вечер прошло успешно. Рита была рядом со мной на небольшой сцене, а Кристиан внизу в зале, на его бледном лице была подбадривающая улыбка, и я чувствовала, что он наслаждается. Чем именно? Мне оставалось только гадать. Я иронично вспомнила мое первое выступление перед ним, там, в сырой каморке-гримерке Дома Детского Творчества, где я боялась Кристиана во всех смыслах, хотя не знала об этом. Тогда он мешал мне петь, теперь же вдохновляет, и я была благодарна.

— Хороший был вечер, — произнес Кафф, когда мы ехали домой.

— Да, — согласилась я.

— Рита любит тебя, — заметил парень, смотря в окно.

— Знаю, я тоже люблю ее, но не понимаю, почему я ей так нравлюсь? Талантливых людей полно… — негромко проговорила я, переводя взгляд с летящих огней за окном на Каффа.

— Она испытывает, что-то вроде материнско-наставнических чувств к тебе, — серьезно проговорил Кристиан.

— Я осознаю это, но все же не понимаю причины, — не унималась я. Мне не подвластно было искусство располагать к себе людей, поэтому я так удивлялась Рите.

— Я думаю, она видит в тебе себя, ту, которой была лет десять назад, — пояснил черноволосый, заставляя меня вспомнить о том, что Лин намного старше меня.

Перед моими глазами встал образ Риты. Хоть она и носила очень яркую одежду и вела себя иногда, как ребенок, она все же была женщиной, которая уже долго в шоу-бизнесе и имеет представление о нем. Я задумчиво уставилась в окно. Спустя пару секунд рука парня легла на мое колено, сжимая.

— Рита хочет направить тебя, она видит потенциал и желает, чтобы ты не набивала те же шишки, что и сама Лин, — продолжил диалог Кафф.

Я всё так же отстраненно взглянула на Кристиана. В авто царил полумрак, мы сидели на заднем сидении с поднятой перегородкой, поэтому водитель не мог нас слышать. Мимо окон проносились частые фонари улиц, освещая бледное, но такое любимое лицо. Его рука еще раз сжала мое колено, затем медленно поползла вверх.

— Хватит уже о Рите, — тихо произнес он, переводя взгляд на мои губы. Я осознала, что невольно приоткрыла их. В глазах Кристиана была бесконечная вселенная, которая постепенно затягивала меня. Вторая рука парня легла на мою талию, удерживая. Я почувствовала, что совсем обмякла. Я видела и понимала, что Кристиан чувствует эту податливость, он не дурак, он замечает, как я плавлюсь от его взгляда, от его рук, даже от его легких вздохов. Дорогая машина плыла по городу бесшумно, оставляя нас совсем одних, в тишине. Кафф слегка поддается вперед к моим губам, но на мгновение замирает, рассматривая. Я тянусь к нему, но Кристиан немного отодвигается. Его зрачков не видно на черной радужке глаз, а вот мои видимо расширились слишком сильно.

— Ты сводишь меня с ума, — прохрипела я, глядя на человека рядом.

— Ты меня уже свела, — ответил он, и все-таки прикоснулся к моим губам. И я снова и снова чувствовала его. Совсем забыла, какой Кристиан настойчивый и властный.

Глава 58 или Что ты выберешь, Скай?..

Колеса скрипнули на подъездной дорожке, черная машина остановилась во дворе моего дома. Сидя на кожаном сидении салона, я понимала, что с минуты на минуту мне придется расстаться с Кристианом. Осознание этого вызывало у меня сильную тревогу. Кафф изящно вышел из авто и направился в мою сторону, по всей видимости хотел открыть дверь и мне, но я успела раньше. Из-за чего получила в свой адрес раздраженное цоканье. Парень в длинном пальто закатил глаза. Он без стеснения обнял меня. Торчащие черные волосы ерошил сильный ветер.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — спросил Кафф, когда я спрятала лицо у него на груди. Я вдыхала чудесный еловый запах с нотками табака. Пора отучать этого парня от пагубной привычки.

Я не поняла его вопроса.

— Вечер был отличный, — произнесла я. Мне было слегка тоскливо.

— Но… — произнес Кристиан, хватая меня за подбородок.

— Но у меня ощущение, что если закончилось хорошее, то неизбежно должно начаться что-то плохое, — произнесла я вслух то, что таилось у меня на душе месяцы.

— Хорошее только начинается, — проговорил Кристиан, обнимая меня крепче.

Я не поверила его словам, просто промолчала. Я знала, если попрошу его пойти со мной, он пойдет. Но по какой-то причине не просила. А лишь стояла в его объятьях и не двигалась с места.

— Если хочешь, я могу не уходить, — произнес он, но поймав мой настороженный взгляд, добавил, — просто побуду с тобой.

Я какое-то время молчала, не могла представить, что снова останусь одна в большой квартире, снова в одиночестве.

— Хочу.

Кристиан кивнул, а затем махнул водителю и тот завел мотор.

Когда мы оказались в моей квартире, я увидела ее по новому, заметила, как сильно она контрастировала с жильем Кристиана. В гостиной дяди было слишком много деталей: торшеры, картины, различные подсвечники, Саша обставил ее стильно, но вычурно. В доме Каффа же был чистый минимализм и пустота, будто человек в этом жилище отсутствовал. Я поежилась, мне на мгновение стало стыдно.

Скинув пальто и туфли, я почувствовала себя более спокойно, Кристиан последовал моему примеру. Я чувствовала, что парень тоже заметил этот необычайный контраст наших квартир.

— Может глинтвейн? — спросила я, рассматривая высокую худощавую фигуру. Мне хотелось, чтобы Кафф чувствовал себя хорошо рядом со мной.

— Ты замерзла? — спросил он и сразу подошел ко мне, хватая за руку. Черноволосый с интересом пощупал мои пальцы, проверяя их температуру. Они действительно оказались холодными.

— Немного, — произнесла я, направляясь на кухню, увлекая Каффа за собой.

Я подошла к шкафчику и достала оттуда набор специй для глинтвейна. Кристиан стал в дверях, облокотившись о дверной косяк, и наблюдал за мной. Я не сразу заметила его пристальный взгляд.

— Что?

— Ты так гармонично смотришься, — прокомментировал парень.

— Выгляжу гармонично на фоне кухонной плиты? — спросила я, ожидая услышать что-то в этом роде и от него.

— Гармонично рядом со мной, — задумчиво произнес Кафф, тонкими пальцами слегка ероша волосы.

На секунду я застыла, испытывая смешанные эмоции. А он продолжил.

— Я сейчас скажу очень плохую вещь, тебе не понравится, — пристально рассматривая меня, произнес парень хрипловатым голосом.

Я остановила свои действия и повернулась к нему, затем облокотилась на столешницу, скрестив руки на груди.

— Ну-ка, — произнесла я.

Кристиан оттолкнувшись от косяка направился ко мне. Он тоже оперся о стол напротив и зеркально скрестил руки.

— У меня дикое желание запереть тебя и никуда не отпускать, чтобы ты была только рядом со мной и дарила свою улыбку, свое тепло, себя только мне, — хрипло проговорил парень, а в черных глазах бушевал ураган.

Мне показалось, что от этих слов мои ноги подкосились, я еле удержалась и сохранила бесстрастное выражение лица, затем усмехнулась. Каких огромных усилий мне это стоило. Знал бы этот парень, какую власть надо мной имеет.

Он тоже слегка грустно усмехнулся.

— Не смейся, Скай, ты не понимаешь, это реальное желание, а не романтичный лепет, — произнес он, переводя взгляд в пол.

И я знала — знала, что это правда. Ведь это Кристиан, со всеми своими тараканами, со всеми трагедиями и происшествиями, только он так может выражать свои чувства, больше никто.

Я подошла к нему.

— Знаю, я не жду, что наши отношения будут здоровыми, Крис. Мы доказали невозможность этого, но мы будем бороться! Я буду бороться с тобой, ты со мной, — прошептала, понимая, насколько клишировано это звучит, но я не могла выразиться иначе.

Я увидела прояснение в его глазах и чуть-чуть успокоилась.

Через время глинтвейн был сварен, и я отпила немного. Кристиан снова заговорил.

— А если один из нас подавит другого?

Я подняла на него глаза.

— Кто? Ты? — я улыбнулась, нарочно делая пренебрежительный голос.

Кристиан окинул меня взглядом.

— Я на твоем месте так легко бы это не воспринимал, — хриплый голос снова заполнил мою кухню.

Он подошел ко мне, опуская руки по бокам от столешницы и глядя в глаза.

— И что ты мне сделаешь? — усмехнулась я, накручивая прядь своих волос на палец. Мне было весело.

— Ты меня ни так уж и хорошо знаешь, Скарлетт, — медленно приближался ко мне Кафф. Его потрескавшиеся губы были на уровне моих глаз.

— Мне не страшно, — продолжала заигрывать я, изучая темный взгляд.

— Так легко пустила к себе в дом, — мурлыкал он, его рука прошлась от талии вниз по бедру.

Я сглотнула.

— После того, как жестко динамила меня все это время, — его бархатный голос становился более низким с каждым словом.

Я мягко уперлась ему в грудь одной рукой.

— Я не мог ни думать о тебе, каждую минуту, хотеть тебя, — безумный взгляд остановился на моем лице.

— Смахивает на помешательство, — уже без веселья произнесла я.

Черные глаза поймали мои.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Это оно и есть.

Я вздрогнула. Сухие губы резко прижались к моим. Действие было настолько стремительно, что немного напугало меня. Я чувствовала каждый миллиметр, каждую трещинку его губ, ощущала горячий язык, который без стеснения проник в мой рот. Руки Кристиана плавно двигались по талии, не успела я привыкнуть к этим ощущениям, как меня резко развернули лицом к столешнице.

Платье стремительным движением оказалось задрано до талии. Кафф длинными изящными пальцами провел по моему бедру, аккуратно цепляя колготки и весьма ловко стягивая их вниз, до колен. Я попыталась поднять ногу, чтобы и вовсе избавиться от данного элемента одежды, но он меня остановил.

- Оставь так, - властным голосом произнес Кристиан.

Чуть царапая мягкую кожу ногтями, он стянул кружевные трусики, так же до колен. Я внезапно ощутила себя чертовски уязвимой, почти голая, развернутая спиной, меня словно лишили нескольких органов чувств и заставили ощущать только Кристиана, только его руки, пальцы, кожу. Шершавая ладонь прошлась по внутренней стороне бедра, ощупывая, изучая, запоминая, подушечки пальцев скользнули к сокровенному. Я резко втянула воздух.

- Обожаю тебя, - прошептал он, медленно массируя пальцами. Параллельно с этим Кристиан припал к моей шее, сначала целуя, а затем прикусывая кожу. Я ловила губами воздух. Снова укус, а затем словно заживляющая дорожка языком. Я глухо застонала. Какой контраст ощущений, я чувствовала смятение из-за неудобного положения, но также огромное возбуждение по той же причине.

Его пальцы всё грубее и грубее надавливали внутри меня, вызывая стоны. Я понимала, еще чуть-чуть и кончу в таком унизительном положении на столешнице. А Кафф был еще даже не раздет. Я перехватила его руку и развернулась, он этого не ожидал, поэтому мне удалось избежать мгновенного сопротивления. Я резко стянула подтяжки с его плеч, спутывая руки, когда он смог вырваться, я уже полностью расстегнула белую рубашку и припала губами к его разгоряченной коже, задевая языком сосок. Кафф вздрогнул и резко схватил меня за промежность, теперь спереди. У нас словно была негласная борьба. Я громко вскрикнула, он резко стал двигать пальцами, мне пришлось цепляться за его плечи, чтобы не свалиться от накатывающего наслаждения. Кристиан подался ко мне, показывая свое возбуждение. Одной рукой парень доводил меня до исступления, другой схватил за затылок и притянул к себе для влажного поцелуя. Я мало что контролировала, что мне не нравилось. Я попыталась собрать рассудок в кучу. Перестала хватать его за острые плечи и перешла на ремень брюк. Я расстегнула их, пока Кристиан был отвлечен. Почувствовала, как платье было быстро расстегнуто и спущено до талии, теперь оно только на талии, разве что, и было. Он прикусил мой сосок, чем сразу отвлек от штанов, я громко застонала, хватая его за затылок. Я постаралась стянуть платье вместе с колготками, платье мне помогли снять, а вот колготки…

- Оставь так, - снова заявил он.

- Зачем? - задыхаясь, недоумевала я.

- Что ты выберешь? Это или быть связанной?

Я удивленно ойкнула. Никто не стал ждать, пока я приду в себя. Меня снова развернули спиной и наклонили над столешницей. Колготки мешали нормальному функционированию ног, на последних я и так с трудом держалась. Кристиан приспустил штаны и уперся мне в бедро.

- Что ты выберешь, Скай? – хрипло мурлыкал он мне в ухо. А я сгорала от такого нетерпения, что мысли разом вылетели у меня из головы. Я лишь потерлась о него телом. После чего словила громкий вздох. Кафф мягко, но требовательно схватил за волосы и потянул.

- Что ты выберешь, Скай? – снова потребовал ответа Кристиан.

- К-колготки, - запинаясь, выпалила я.

- Умница, - с этими словами он резко вошел в меня. От чего я не сдерживаясь вскрикнула. Пару быстрых движений и остановка.

- Раз уж ты сегодня такая податливая, - снова зазвучал хриплый голос у моего уха, - тогда попроси.

- Что? – удивилась я. Что он хочет от меня? В моей голове была лишь пустота и желание.

- Давай же, Скарлетт, это не трудно, попроси, - вальяжно шептал он.

- Крис, - взмолилась я. Мое тело ломило от нетерпения.

- Ну же, Скарлетт, - он совсем не двигался во мне. Застыл, как статуя.

- Кристиан, пожалуйста…- я буквально горела и старалась сама возобновить движения.

- Пожалуйста что? – властно требовал он. И от этих ноток в его голосе, я хотела еще сильнее.

- Возьми меня! – злобно потребовала я и тут же получила отдачу. Кристиан двигался так неистово, так ненасытно, что я теряла голову. Он уже совсем не сдерживался, упирая меня в эту столешницу, что я была почти в бреду. Сильные резкие движения. Мои стоны. Еще и еще. Его рык. И мои ноги просто перестали держать. Волна дикого наслаждения захлестнула меня и Кристиана.

Глава 59 или Давай не будем мешать...

— Мне кажется или ты расстроен? — спросила я темноволосого парня, сидящего на моей кровати. Кафф сидел слегка сгорбившись, черные пряди немного спадали на лицо.

— Совсем чуть-чуть из-за того, что ты уезжаешь, — произнес Кристиан, — но я рад, что ты увидишь маму.

Я ходила по комнате, собирая вещи.

— Я уезжаю ненадолго, все будет хорошо, — успокаивающе произнесла я и подошла к нему, запуская пальцы в его густые волосы, чтобы убрать непослушные пряди.

— Я знаю, — был ответ. Но мы оба с трудом верили в эти слова. Парень обнял меня за ноги, слегка надавливая, заставляя сесть рядом.

Я еще раз окинула взглядом Каффа. Он был в моей комнате, в моей квартире и это казалось таким привычным, что я сразу же испытала новую волну тоски, хотя даже еще не покинула его.

Спустя несколько часов я уже сидела в самолете, затем в такси. Мысленно я благодарила дядю Сашу за такую возможность увидеть маму. Смена улиц, домов, людей. После отель и мамина палата.

У меня защемило в груди, когда я увидела это худое, искалеченное лечением тело. Мама улыбалась, но сияние ее счастья омрачали огромные круги под глазами. Я включила свой типичный режим общения — веселье, радость, счастье. Я сидела у нее час за часом, не замечая время, будто в трансе пыталась насладиться ее голосом, движениями, мимикой.

— Скай, поезжай в отель, отдохни, ты после перелета. У нас с тобой еще будет время поговорить, — произнесла она хриплым голосом. Я сразу воспротивилась, но мама смогла меня убедить. И следующей моей остановкой оказался снова отель.

Но на следующий день вернулась я к ней уже не одна.

***

— Шарли реальный шанс, Крис, ты отказываешься от много, — заявил тучный мужчина, сидя за дубовым столом.

— Я уже отказался! — свирепо заявил темноволосый, он сидел напротив Григория и изучал его злым взглядом.

— Прислушивайся к моим советам, они всегда тебя приводили к успеху, — самоуверенно заявил продюсер, он встал и подошел к Каффу, затем положил руку парню на плечо.

— Я больше не буду связываться с Шарли, не при каких условиях! — Кристиан дернул плечом, освобождаясь от ладони.

— Мальчонка, я не хочу, чтобы ты рушил то, что я так упорно создавал, — уже более зло сообщил Григорий, в хитром взгляде мужчины загоралась ярость.

— Ты не создал меня, Гриша, — уверенно ответил Кафф и тоже встал.

— Что у тебя есть кроме меня? — с небольшой усмешкой спросил продюсер, он смотрел на темноволосого свысока, хотя и был на добрые двадцать сантиметров ниже.

Эти слова окончательно воспламенили нервы Кристина, теперь он понял, почему Григорий вызвал его к себе, мужчина желал, чтобы Кафф для пиара снова воссоединился с Шарли. Хоть желание продюсера и было невыполнимым, оно было действительно продюсерским, но остальные слова окончательно убедили Каффа в продажности и тщеславии Гришы.

— Мне это надоело, я больше не хочу иметь с тобой никаких дел! — рявкнул черноволосый и направился к двери.

— Расторгаешь контракт? — со смехом спросил продюсер.

— Да, пришли ко мне адвоката! — произнес Кафф и хлопнул дверью.

***

Я уже надела джинсы и блузку, когда мне позвонили с ресепшна.

— Вас ожидают в вестибюле на первом этаже, — прозвучал женский голос.

— Кто? — спросила удивленно я.

— Сказал, что вы знаете, — пояснила девушка.

— Я вас поняла, спасибо, — ответила я и повесила трубку.

Странное волнующее чувство засело внизу живота. Это не может быть он, просто не может. Я попыталась отогнать от себя слишком оптимистичные мысли, а то будет еще большее пессимистичное разочарование. Спустившись на первый этаж, я стала судорожно его осматривать, пока не встретила темный взгляд.

— Кристиан… — выдохнула я. В этот момент я почувствовала себя такой счастливой. В голове промелькнула мысль: «Вот ради чего стоит жить».

Я ничего не сказала о Каффе маме. Мы так давно не виделись, что мне хотелось обсуждать что-то совсем повседневное — университет, пары, новых подруг, город. Я не хотела сразу загружать маму более серьезными вещами, ведь для нее я была еще ребенком, только-только выпорхнувшим из-под материнского крыла.

— Привет, Скарлетт, — произнес он своим хриплым голосом и улыбнулся. И я растаяла. Снова. Он принадлежал мне, он мой!

Я еле сдержалась, чтобы уж совсем по-девчачьи не побежать к Кристиану на встречу. Быстро подошла и обняла. Еловый запах заковал меня в свои цепи, теперь я словно была прикована к его владельцу.

От одной мысли, что я смогу познакомить его с мамой мне стало тепло.

Не успела я и подумать о решении проблемы, как Кристиан сообщил, что уже забронировал номер в этом отеле на двоих. Мне пришлось перенести вещи в нашу общую комнату. Я спешила, потому что хотела быстрее увидеть маму. Во всей этой кутерьме, я все же успела заметить некое изменение в Кристиане, он словно стал более задумчивым и хмурым. Кафф в целом не славился эмоциональностью, но сейчас был совсем мрачен.

— Ты мне кажешься каким-то выжатым, все хорошо? — аккуратно спросила его я.

Меня одарили темным апатичным взглядом. Кафф медленно подошел ко мне и положил руки на талию. Мои глаза сразу задержались на алых губах парня.

— Всё хорошо, поверь мне, просто перелет вымотал, — произнес Кристиан и ласково коснулся моего подбородка. Я, молча, кивнула. От касания его прохладных рук, у меня затуманивался разум.

Но долго мы в отеле не пробыли, меня яростно тянуло быстрее оказаться с мамой. Я так хотела, чтобы она увидела Кристиана, что совсем забыла о том, что Кафф не совсем походил на обычного парня, много тату, странная одежда. Определенно не идеал маминого воображения.

— Доброе утро, — произнесла я, когда вошла в палату. По всем признакам мама была недавно на процедуре. Я подошла к ней, тихо шурша одноразовым халатом для посетителей.

— Доброе утро, солнышко, — улыбнулась она.

— Я хочу тебя кое с кем познакомить, — расцвела я в ответ.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

В глазах Майи блеснуло понимание. Меня это насторожило.

— Я это предчувствовала, — совсем тихо на выдохе произнесла женщина.

Я прищурилась, изучая родное лицо. Выдержав паузу, все же решила позвать Каффа. Я отошла к двери и махнула ему рукой через маленькое окошко.

Кристиан вошел в палату, тоже шурша халатом. Я внимательно наблюдала за реакцией мамы. И не зря. Её глаза на секунду расширились, но Майя быстро совладала с собой. Хоть одноразовый халат и скрывал большую часть тела, татуировку на шеи Каффа она скрыть не смог. Роза с шипами все еще украшала кожу парня.

— Доброе утро, — произнес хрипло Кристиан.

— Мама, это Кристиан, Кристиан, это моя мама — Майя, — произнесла я, чувствуя себя максимально неловко. Я совсем не знала, что говорить и как себя вести.

— Рад, наконец, познакомиться с вами, — миролюбиво произнес Кафф и улыбнулся.

— Взаимно, Кристиан, — спокойно произнесла мама, — я бы пожала руку или обняла тебя, но давайте не будем экспериментировать, — закончила она и рассмеялась. Майя на пороге смерти, но шутит о своей болезни. Я даже не удивлена.

— Как вы себя чувствуете? — пытался быть вежливым Кафф.

— Хорошо, — солгала она, — к сожалению Скарлетт утаила много информации, — мама многозначительно на меня посмотрела, — чем ты занимаешься, Кристиан?

— Он учится в моем университете.

— Я выступаю.

Одновременно произнесли мы. Я кинула взгляд на Кристиана, он на меня. Боже, мы совсем не подготовились.

— Понятно, — мама засмеялась, — ты поешь?

У нас завязался разговор, прошло около часа, прежде чем прибор рядом с маминой кроватью начал издавать частые звуки. Я кинулась к маме. Она в одночасье перестала говорить и лишь смотрела на меня, хлопая ресницами. Через пару минут в палату влетела медсестра, за ней пара врачей.

— Что происходит?! — громко спросила я. Моя паника была почти осязаемой.

— Уведите их, — грозно кинул один из врачей, подкатывая к маме один из приборов.

— Готовьте реанимацию, — крикнул другой.

Я почувствовала сильную хватку у себя на локте, Кристиан попытался меня увести. Но я не двигалась с места, пока медсестра не начала меня выпихивать из палаты.

- Скай, давай не будем мешать, умоляю, — наконец услышала я хриплый голос и повиновалась ему.

Кафф почти вытащил меня в коридор. Я почувствовала, что тело сковала дрожь.

— Что с ней, боже?! Что с ней?! — причитала я, всё сильнее сдавливая руку Каффа, за которую хваталась, как за спасательный круг.

— Ш-ш, я не знаю, милая, давай просто не будем мешать, — он обхватил меня руками, стараясь сдержать или меня, или мою дрожь.

Из груди стали вырываться всхлипывания. Из палаты выкатили маму, окруженную огромным количеством приборов. Я рванулась, но Кафф смог меня удержать.

Эти четыре часа моей жизни показались мне адом. Полное неведение и страх.

— Я думала, что не смогу это вынести и просто умру, — хрипло произнесла я, сжимая бумажный стаканчик чая в руках.

— Я понимаю, — произнесли его сухие губы, и большая рука легла мне на колено.

— Почему это всё происходит? Почему так сложно? — спросила я скорее риторически. Глаза защипало, пришлось опустить голову.

— Всё обошлось, сейчас всё хорошо, — произнес Кафф, обнимая меня за плечи. Он уперся губами мне в висок.

— В этот раз, да… — прошептала я, стараясь спрятать слезы в голосе.

Мы сидели в коридоре больницы, после маминого осложнения.

— Мне сложно оставлять ее, — снова зашептала я, — но… я не смогу опекать ее вечно, и чувствую себя дико виноватой!

— Ш-ш, ты права, не вини себя, прошу тебя, — Кафф поднял мое лицо и вытер слезы.

Мама выкарабкалась. Это всё, что важно сейчас.

И майские каникулы прошли.

Глава 60 или Хотел отдать тебе...

— Детка, ты обязана там быть, тем более я уже внесла тебя в списки, не благодари, — протараторила Лин в трубку. Она говорила о главной музыкальной премии страны. У меня перехватило дыхание.

— Знаешь, Рита, я уже ничему не удивляюсь, спасибо, — произнесла я, стараясь сделать голос спокойным. Но буря во мне бушевала.

О выступлении на таком мероприятии я даже мечтать не могла. Но Лин похоже взяла на себя обязанности моего продюсера. К тому же моя песня действительно была вирусной и маркетологи Премии не могли упустить такую возможность.

Прогуливать учебу не мое, но даже я со своим комплексом отличницы понимала, что отказываться от участия в таком мероприятии как минимум глупо. Мне пришлось написать пару заявлений в деканат по поводу моих грядущих прогулов из-за репетиций и выступления.

***

— Крис? — произнесла я, кидая хмурый взгляд на темноволосого.

— Да-да, — опомнился тот, продолжая следить за дорогой.

— С тобой все хорошо? — решила задать вопрос.

Кристиан в своей обычной манере заехал за мной перед парами. И мы уже почти подъезжали к главному входу в университет.

Я говорила ему о том, как не люблю пару по философии. Но, кажется, парень пропустил мои многочисленные доводы против этого предмета мимо ушей. Он снова был задумчив.

— Со мной все прекрасно, — он прижал меня к себе и поцеловал в лоб. Мы уже припарковались.

— Я так не думаю, — холодно заявила я.

— Ты думаешь неправильно, золотце мое, — Кристиан сразу вышел из машины, чтобы открыть дверь мне.

— Понимаешь, что зря так сказал? — спросила я, пытаясь не выходить из себя. Да, у Каффа бывают заскоки.

— Да, уже каюсь, прости, — проговорил он, когда мы направились к университету.

— Я бдительно слежу, — холодно произнесла я.

— Я знаю, — улыбнулся он и обнял меня так крепко, что у меня дыхание перехватило.

Я решила, что позже выясню, почему он так ведёт себя.

Внезапно я стала довольно популярна в университете, особенно в деканате. Когда там узнали, где я выступаю, то меня негласно провозгласили самой любимой студенткой.

Многие оборачивались или шептались, когда я шла. Такое было и раньше, но тогда я удостаивалась такого внимания из-за отношений с Каффом. Теперь же людям была интересна я.

— Сложно, когда твоя девушка суперзвезда, боюсь, уведут — прошептал Кристиан, пока мы шли к главному входу.

На горизонте внезапно возник Виктор.

— А вот и потенциальная угроза, — закончил Кристиан и чуть ближе прижал меня к себе.

— Утро доброе, — произнёс Добровольский, как всегда одетый с иголочки.

— Доброе, — одновременно кивнули мы.

— Скарлетт, почему ты все ещё ходишь на пары? Разве айдолы должны учиться? — произнес ехидно Виктор.

Его замечание вызвало у меня улыбку.

— Ты прав, не представляешь как сложно бороться со звёздной болезнью, — я картинно приложила руку ко лбу и прикрыла глаза.

— Я тебя научу, — усмехнулся Кристиан.

— Так ты меня и заразил, — заявила я. Кафф улыбнулся на мое замечание.

На секунду показалось, что Добровольского передернуло. Скоро подошли Кира и Ника и мы направились во внутрь.

Мы с Кристианом слегка отстали от нашей компании. Я всматривалась в величественный и мрачный дизайн главного холла, когда мой взгляд встретился со смешливыми зелеными глазами. Как только я приметила эту знакомую стройную фигуру, внутри меня всё похолодело. Анастасия Павловна, как изящная рысь, словно кралась нам на встречу. Я почувствовала, как Кафф рядом напрягся.

- Кристиан, — она слабо кивнула, на губах играла легкая усмешка, — оу, Скай, слушала твою песню, — на долю секунды, женщина замолчала, — рада, что ты добиваешься успеха.

Я холодно кивнула. Анастасия Павловна как ветер пролетела мимо нас, всё с той же пренебрежительной усмешкой на алых губах.

— Ненавижу эту стерву! — не выдержала я, когда мы отошли на приличное расстояние.

Но не услышала ответа от своего спутника. Я замедлила шаг и взглянула на него. Лицо Кристиана было напряженным и задумчивым. Похоже, он не услышал моих слов.

— Кафф, что с тобой?! — мне пришлось дернуть парня за руку, чтобы он очнулся.

Кристиан поморгал и устремил свои темные очи на меня, затем оживленно улыбнулся.

— Скай, тебе не надо обращать на нее внимания, она не стоит этого, поверь мне, — парень приобнял меня за талию.

Я, молча, кивнула и постаралась быстрее избавиться от неприятных эмоций. Хотя день только начинался, ведь впереди «моя любимая» философия.

На паре было довольно тихо, ведь преподаватель любил жесткую дисциплину. Тем не менее, это не помешало мне получить сообщение от Риты Лин. Девушка приглашала нас с Кристианом сегодня в кафе. «Поболтать по душам», — как она выразилась. Я сначала посчитала её предложение странным, хотя вспомнив то, с кем общаюсь, то тут же отмела все сомнения. Пришлось переслать сообщение Кристиану, чтобы не вступать с ним в словесный диалог. Так как философ пристально нас всех осматривал, пока рассказывал тему.

Кафф поднял свои темные глаза от телефона и, молча, кивнул. По бледному лицу сложно было понять, что именно он думает о предложении Риты.

***

Я с интересом наблюдала за паром, который плясал над моей чашкой с кофе, распространяя вокруг себя приятный аромат. В кофейни было довольно тихо, что радовало. Но эту умиротворенность перебил женский голос.

— Ты слышала, что я сказала? Я буду твоим продюсером! — Рита два раза щелкнула пальцами перед моим лицом, — что ты с ней, засранец, сделал? Она раньше была адекватнее, — обратилась Лин уже к Кристиану.

— Любил и боготворил, — как само собой разумеющееся произнес Кафф и смахнул черные пряди с лица.

Я удивленно вскинула бровь и уставилась на него. Рита засмеялась.

— Когда это ты меня боготворил? — решила уточнить я, вступая в их забавное представление.

— Ты еще не видела алтарь со свечами и твоими фото у меня в шкафу, — с таким же невозмутимым лицом продолжил Кафф.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я, наконец, засмеялась. Кристиан улыбнулся и коснулся моей щеки. Приятные мурашки пробежали у меня по позвоночнику. И я всё же решила ответить Рите.

— Лин, это просто удивительно, я так тебе благодарна, — рассеяно произнесла я, — а как же Борис Яковлевич?

Рита откинула назад свои розовые волосы и усмехнулась.

— Он продюсирует меня, я тебя, всё просто.

— Спасибо большое, ты — чудо! — просияла я, пересев на диванчик в ней, обняла. Мои эмоции были искренними, но помимо них во мне был огромный рой сомнений. И он жужжал и бился, в стремлении вылететь наружу.

— Но я вас позвала не просто так, — выбравшись из моих объятий, продолжила деловым тоном Лин.

— Слушаем, — кивнул Кристиан, похоже, он был очень рад тому, что Рита решила меня продюсировать, хотя старательно скрывал.

— Я тут кое-что принесла, — девушка достала из сумочки листы, — это песни, я их написала уже давно для тебя, Скарлетт, думаю, они тебе подходят!

— Боже, — я широко открыла глаза. Рита пододвинула ко мне бумаги.

Пока я рассматривала первую страницу, поняла, что у Лин с Кристианом проходил какой-то безмолвный диалог.

— Кафф! — наконец-то зло произнесла розововолосая.

Кристиан закатил глаза и вздохнул, затем потянулся через стол и накрыл мою руку своей прохладной.

— Скарлетт, на самом деле, я тоже давно хотел тебе кое-что отдать, — парень полез в свой рюкзак и вынул оттуда кожаный блокнот. Я ранее видела его у Каффа, но никогда не заглядывала вовнутрь. Не хотела нарушать личное пространство.

Кристиан протянул мне подарок. На ощупь эта вещь была еще прекрасней, чем визуально.

— Открой, — кивнул темноволосый.

Я незамедлительно последовала совету. Блокнот оказался вообще без линовки, обычные искусственно состаренные желтоватые листы. На первой странице были невероятно ровным каллиграфическим почерком выведены строфы стихотворения.

Я пробежалась глазами и вырвала пару строк из контекста:

«Ты стоишь, не идёшь за мною,

Лишь шире глаза открою

и ускорю шаг.

Чёрны крылья, но светлы волосы,

Длинные вен полосы.

Засекаешь время!

Невероятно тяжкое бремя —

ждать!..»

— Здесь есть песни и стихи, давно хотел отдать тебе, надеюсь, споешь их, — хриплый голос отвлек меня от чтения.

— Кристиан, — я посмотрела ему в глаза, — ты это написал, зачем отдавать мне?

— Писалось всё для тебя, Скай, — усмехнулся он, снова касаясь моей руки. Меня передернуло, в носу защипало. Сентиментальность моя здесь в самый раз.

— Сейчас разревусь от милости, — внезапно заявила Рита.

Я вспыхнула. Совсем забыла о ней.

— Чтобы не случилось, я рядом, — произнес Кристиан. Я немного удивилась, что Крис совсем не чуждается Риты. Но мне было очень приятно это слышать.

— И я, — произнесла Лин, — всегда поддержу тебя на этом непростом пути.

— Спасибо, — будто бы в сотый раз за вечер произнесла я.

Уже шестидесятая глава. Так далеко забрались. Я вижу каждый ваш просмотр и безмерно ценю. Спасибо. Мне бы было интересно узнать ваше мнение о книге, очень хотелось бы почитать комментарии. ***

Глава 60 или Хотел отдать тебе... (Часть 2)

Вечер в кафе оказался чертовски приятным. К тому же позже я узнала, что эти двое хотят от меня альбом. Настоящий музыкальный альбом со щепетильно подобранными песнями. Именно поэтому Кристиан и Рита, «почти» не сговариваясь, залезли в свои творческие закрома и преподнесли мне в дар сие чудесные произведения.

Распрощавшись с Лин, мы поехали домой. Я любезно пригласила Кристиана остаться на ночь, но не только с целью побыть с ним вдвоем, а еще и поговорить. Меня настораживала его частая задумчивость, меланхолия и отчужденность. Кафф с готовностью согласился.

Когда мы уже поужинали, я решила всё же начать необходимый разговор.

— Крис, — позвала я, пока загружала посудомоечную машину.

— Да, — темноволосый парень сидел за стойкой и невозмутимо меня разглядывал.

— Что с тобой происходит? — задала вопрос я, заканчивая свои дела, затем подняла на него голову.

Брови над темными глазами сдвинулись.

— О чем ты говоришь? — в хрипловатом голосе промелькнуло еле ощутимое раздражение.

— О том, как ты ведешь себя, часто теряешься в своих мыслях, бываешь слишком грустен. Расскажи мне, — попросила я, подходя к стойке. Мои глаза пытались поймать его взгляд, но Кристиан этого не хотел. Его определенно что-то гложет.

— Я думаю, что ты неправильно истолковала мое поведение, милая, — снисходительным тоном начал Кристиан и встал со стула, чтобы подойти ко мне.

— Перестань, пожалуйста, так со мной разговаривать, а то я непременно разозлюсь, — спокойно ответила я и продолжила, — во-первых, я не маленькая глупая девочка, которую нужно поучать, во-вторых, я не первый день тебя знаю, Кафф, даже для всех твоих странностей, ты сейчас слишком меланхоличен, требую объяснений.

Кристиан облокотился о стойку рядом со мной. Его пальцы легко смахнули с моего лица выпавшую прядь. Я старалась не вестись на его уловку.

— По-твоему у меня много странностей, Скарлетт? — улыбаясь, спросил хрипло он.

— Не уходи от темы, — хмыкнула я, хватая его худую руку за запястье, чтобы пресечь очередные попытки дотронуться до меня.

Парень насмешливо оценил мою хватку, но не стал сопротивляться. Он втянул в себя воздух.

— Что ты хочешь знать?

— Всё! Причины твоих переживаний! Кристиан, мы с тобой вместе, ты не должен что-либо от меня скрывать, — мрачно пояснила я.

— Я разорвал контракт с Григорием, — произнесли его сухие губы и Кафф отрешенно взглянул на меня.

— Почему это произошло? — я старалась быть спокойной. Но в душе уже жутко переживала за Кристиана.

— Не важно, главное, что всё кончено, — заявил парень и смахнул черные пряди со лба. Я чувствовала его нервозность.

— Будь честен, — попросила я. Мне хотелось быть более мягкой и понимающей.

Кафф освободил свою руку из моей и стал хрустеть пальцами. Это был плохой знак.

— Он предложил мне вернуться к Шарли, сказал, что для меня это будет выгодно! Заявил, что своими поспешными решениями я рушу его многолетний труд над моей карьерой! — последние слова Кафф будто выплюнул, он уже отошел от меня и гневно мерил шагами кухню. Бледные пальцы сжимались и разжимались.

Я быстро подошла к нему и взялась за предплечье, чтобы остановить. Мне хотелось, чтобы он успокоился. Парень замедлил шаг, а затем захватил меня в крепкие объятия, что было весьма неожиданно.

— Ты жалеешь? — спустя минуту тишины, промолвила я. Этот вопрос стоял у меня поперек горла, и я не могла молчать.

Кафф резко отпрянул, оставляя свои ладони у меня на плечах, и сильно сжимая их.

— Романова, ответь мне, ты ненормальная?! — свирепо почти прокричал он.

— Ответишь на вопрос? — невозмутимо продолжила я. Мне эта информация была необходима.

— Черт! Конечно, нет! Конечно, я не жалею! — Кафф слегка встряхнул меня.

Я попыталась его обнять, хотя чувствовала небольшую боль в плечах. И он поддался, снова заключая меня в объятия.

— Это ничего, Кристиан, потеря продюсера не так уж и страшна, к тому же Григорий тебя не ценил. Я видела его всего один раз и сразу это заметила, — прошептала я ему на ухо.

Темноволосый слегка отстранился и с насмешкой посмотрел мне в глаза.

— Это ты меня сейчас успокаиваешь или что? — спросил он, — если да, то умоляю — не надо! Я просто зол и всё. А с этой проблемой я разберусь, уверяю тебя!

Кажется, мои слова позабавили его. Но эта веселость в голосе Каффа не сильно меня впечатлила.

— Просто знай, что я здесь, рядом, — я помахала ему ладошкой и улыбнулась.

«Я рушу карьеру Кристиану», — было у меня в голове.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 61 или Ты ездил к нему?..

На улице уже во всю палило солнце, согревая крыши машин и запекая внутри них людей. Время приближало к нам лето. А еще вот-вот должна была состояться премия, которую я так сильно ждала. Ждала не только потому что хотела выступить на признанной сцене, а еще потому что хотела, чтобы она быстрей прошла.

Совмещение репетиций и университета давалось мне тяжело. Я не могла перестать учиться, мой комплекс отличницы просто не давал мне спокойно жить. Если я изучаю что-то, то должна делать это на все сто процентов! Я всё время думала о том, что премия пройдет и будет легче. Эта мысль всё роилась и роилась в моей голове, пока я не осознала. А что легче? Рита, признанная певица, проявила ко мне интерес, согласилась продюсировать меня, о какой легкости я думаю? Я приняла ее предложение, я шагнула на этот путь, значит должна решать!

«Что ты хочешь, Скарлетт?» — задавала я себе вопрос. Хочешь быть юристом или певицей? Оба пути шатки. Ни на одном из них нет гарантии абсолютного успеха! В жизни вообще нет никаких гарантий. Слишком часто я загоняла себя, слишком много думала и тратила энергии. Сейчас нужно выбрать и идти до конца.

Да, это было в моих мыслях, но не в действиях. Я всё тянула с решением, и просто старалась преуспевать на обоих поприщах. А еще я начинала злиться на саму себя. Корила за то, что такая безвольная и слабохарактерная. Хоть Кристиан всегда был рядом, я чувствовала себя одинокой.

Что касается Каффа, он уверял меня, что проблемы нет, что он держит всё под контролем. Но с поиском нового продюсера было не всё так гладко. Григорий пустил пару слухов в нужных кругах, и Кристиана стали плохо воспринимать. Мало кто готов был встретиться с Каффом, а если встреча и назначалась, то затем откладывалась на неопределенный срок. Я видела, как он бесился, чувствовала его внутренний страх, но он отважно всё от меня скрывал. Я ценила его желание уберечь меня, но в итоге страдала от этого.

В эти моменты я ощущала себя слишком молодой и не опытной. Понимала, что теряюсь в собственной жизни. Мне хотелось спросить совета, хотелось, чтобы кто-то наставил на путь истинный. Но мало людей имели опыт в таких делах, а дать совет тем более не могли. Как бы это выглядело: «Ой, знаете, я в метре от большой популярности, но вообще я юрист. Парень у меня почти мировая звезда, у него тоже небольшие проблемы, кстати, он — юрист. Мы вместе учимся. Что мне делать, не подскажите?» Полнейший бред.

Хоть я и любила мечтать, но в жизни была рациональной. И в данный момент не знала: погнаться за мечтой или двигаться к стабильности.

Мягкая рука коснулась моего лица. Я потянулась для поцелуя, и жаркие губы накрыли мои. Сначала Кристиан двигался мягко и сдержано, но чувствуя, что я не отстраняюсь, углубил поцелуй. Вызывая во мне бурю эмоций. Правая рука парня поползла под расстегнутое тонкое пальто, распространяя по телу приятную дрожь.

Кафф сегодня был в серой футболке, поверх которой он надел черный пиджак с закатанными по локоть рукавами. Его татуировки красиво сочетались с темной вещью.

Внезапно я услышала стук. Открыв глаза, я отстранилась и огляделась. Мы с Кристианом только что подъехали к университету и сидели в машине.

— Что это? — спросила хрипло я, не заметив источник звука.

Кафф мрачно кивнул мне за спину. Я обернулась и заметила улыбающегося Виктора, который стоял перед пассажирской дверью и стучал в окно. Заметив меня, Добровольский помахал рукой. Я криво улыбнулась ему.

— Кретин, — с недовольством проговорил Кристиан, — не находись с ним наедине, — добавил он, всё еще находясь довольно близко.

— Крис, ты же знаешь… — раздраженно начала я.

— Да-да, ты сама решишь, что тебе делать, — закатил глаза Кафф, его черные глаза мрачно меня сверлили.

— Именно, — утвердительно кивнула я и чмокнула его в губы, — удачного дня!

— И тебе, солнце, — хрипло произнес он.

Я взяла свой маленький рюкзак с заднего сидения и вышла из машины. Добровольский любезно открыл мне дверь. Я почти почувствовала недовольство Каффа.

Из-за большого количества работы, Кристиан перестал ходить в университет. Он постоянно прибывал на каких-то встречах, собраниях, светских мероприятиях. Ему нужно было, как можно больше знакомиться и общаться, быть на публике. Только это помогало в поиске дельного продюсера. Кафф старался развеять слухи, которые посеял про него Григорий.

— Привет, — снова улыбнулась я Добровольскому. Этот парень только что настойчиво стучал к нам в машину — навряд ли такую ситуацию можно было создать случайно.

— Доброе утро, — ослепительно улыбнулся он. Зауженные джинсы, кожаная куртка поверх белоснежной футболки — как всегда безупречно.

— Я уже подумал, что вы не отлепитесь друг от друга, — произнес парень, его голос особо ничего не выражал, скорее был даже веселым.

Но мне не понравилось его замечание.

— Я тоже так подумала, — холодно заявила я. Такие высказывания мне не свойственны, но думаю тут идеальный момент.

Виктор видимо решил больше не ступать на этот скользкий путь, и далее в разговоре поднимал только нейтральные темы и был милым. Пройдя буквально пару метров, мы сразу увидели Бергер и Балтийскую. Девушки поджидали нас у дверей.

Я уже не могла остановить стремительный поток своей жизни. Вихрь событий закрутил меня и унес далеко вперед. Назад дороги уже не было.

Прошла премия. Одна из лучших студий заказала мой альбом. Я подобрала песни, мы с Ритой и Кристианом написали музыку для них. И главное… Я решила покинуть университет. Ожидала жесткого разговора с мамой.

У Кристина всё было плохо. Я даже однажды заговорила с Лин на эту тему.

— Рита, ты ведь знаешь всю эту тему, скажи, как дела у Криса? Он почти не говорит со мной об этом, — начала я.

Лин вздохнула.

— Не буду врать, дела обстоят плачевно, я говорила с Борисом по этому поводу, да и сам Кафф с ним говорил. У Бори сейчас слишком много проектов, он не может взять на себя еще и Кристиана. К тому же с той непростой аурой, которая сейчас царит вокруг Криса. А я… — Лин улыбнулась, — я совсем еще неопытна в этом деле, я хочу посветить всю свою работу тебе. Но Боря активно ищет среди коллег подходящую кандидатуру для Криса.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я глядела на это миловидное лицо и думала о Каффе. Сложно заниматься любимым делом, когда близкий человек медленно теряет всё в этом же деле.

Я уже была дома, когда Кристиан написал мне, что собирается заехать в университет. На мой вопрос ответил, что приедет и всё расскажет.

Было около восьми часов вечера, когда я услышала щелчок ключа в замке. Я встала из-за компьютера, чтобы встретить Кристиана, у меня было дурное предчувствие.

Кафф был хмурым и взвинченным. На нем были черные рваные джинсы, белая футболка и спортивная кофта, которую он в этот момент вешал в шкаф. Я подошла к нему, но обнимать не стала, не могла понять, какое у него было настроение.

— Как дела? — кротко спросила я.

Черные глаза взметнулись на меня.

— Два часа бессмысленных баталий, — проговорил он и разулся. Его движения были нервными и усталыми.

— Ты ездил к нему? — продолжала я диалог, опершись о стену.

— Да, — парень подошел ко мне и внимательно посмотрел, — обнимешь? — спокойно спросил он.

На моем лице появилась полуулыбка, и я обняла его, спрятав свое лицо на шеи. Всё же дурное чувство не покидало меня.

— И что он сказал тебе? — мне хотелось скорее выяснить масштаб проблемы.

— Сказал, что пожалею о том, что забираю документы, — произнес хриплый голос у меня над ухом.

— Я понимаю, Крис, что такой подход не для тебя, но ты сказал ему о сложившейся ситуации? Что если не уйдешь из университета, то потеряешь карьеру? — спросила я и слегка отпрянула.

— Поверь мне, я говорил максимально рационально, ему плевать на мои проблемы, — хмыкнул Кафф. Внешне он был спокоен, но я чувствовала его напряжение.

— Разве ректор не понимает, что потеряв карьеру, от тебя пользы университету и ему самому не будет? — моё раздражение постепенно набирало обороты, мне хотелось самой оказаться в кабинете Каффа старшего и всё ему доступно объяснить. Но во мне говорили лишь эмоции.

Кристиан вздохнул.

— Я сразу сказал, что он кретин, Скай, — раздраженно заявил Кристиан и прошел в гостиную.

— Что теперь будет? — я присела на краешек дивана. Мне хотелось утешить Кристиана.

— Всё образуется, обещаю. Сосредоточься на себе, — произнесли его сухие губы, и Кристиан обняв меня за плечи, притянул к себе.

У меня перед глазами встала картина, на которой Кристиан с отцом громко спорят и ссорятся. Ректор Кафф даже не пытается понять своего сына и лишь требует что-то. Неприятное чувство затаилось в животе. Всю грядущую ночь я ворочалась и часто просыпалась. Мне снилось лицо ректора, сначала добродушное и веселое, а затем застывшее в злобной гримасе.

— Тише, милая, — услышала я сквозь сон и почувствовала тяжелую руку на талии, затем меня притянули к себе.

Мне стало так тепло и приятно, похоже, я дрожала во сне. Немного полежав, я открыла глаза и поняла, что уже расцвело. Серый свет бил в окно и освещал мою комнату, стол для компьютера, комод, мягкий пушистый ковер на полу. Я слегка повернулась, чтобы рассмотреть Кристиана. Сейчас его бледное лицо было безмятежным и расслабленным, не обремененным проблемами. Тату в виде шипов розы на шеи завораживала и пугала меня. Стебель цветка медленно затягивался на мужской шеи, темными прутьями обвивая ее. Никогда в жизни не сделала бы себе подобную татуировку. Она абсолютно не вязалась с моей жизнью, моим стилем, моим пониманием красоты, как и сам Кристиан когда-то.

Я вздохнула, поняла, что больше не усну и решила приготовить на завтрак Каффу что-нибудь вкусненькое. Пусть такая мелочь порадует его после вчерашнего неприятного разговора.

Я аккуратно высвободилась из крепких объятий и направилась в ванную. Спустя пару рутинных действий, я, наконец, добралась до кухни. Вкуснее блинов в голову ничего не лезло, поэтому взялась именно за них.

Кристиан часто оставался у меня дома. Официально мы еще не жили вместе, но без общества друг друга уже не могли. Иногда я оставалась у него в квартире, но чаще мы были у меня. Кафф говорил, что эта квартира пропитана мной и ему здесь приятно и уютно. Да и порой я просто не могла отправить Криса обратно в его нелюдимый дом, просто не могла представить его там, в одиночестве, наедине со своими мыслями. Особенно сейчас, когда навалилось столько проблем. А вот себя в одиночестве я еще меньше могла представить…

Мой телефон стал слишком часто вибрировать, чем быстро обратил на себя мое внимание. Благо блинчики были уже готовы, я собиралась идти будить Кристиана. На дисплеи отобразилось много сообщений от Риты и еще от нескольких знакомых. Я лишь уловила ссылку на сайт и прошла по ней. То, что я увидела, заставило меня схватиться за столешницу, а позже вовсе присесть на стул.

Ссылка была на статью. Статью о Кристиане Каффе.

Глава 61 или Ты ездил к нему?.. (Часть 2)

«Кристиан Кафф психопат?» — гласило название статьи.

«… со слов отца Криса — Константина Каффа, мальчик с детства имел проблемы с самоконтролем, часто злился и причинял боль себе или окружающим. Однажды Кристиан осколком стекла, которое ранее разбил, проткнул себе руку…»

Я со слезами на глазах всматривалась в дисплей телефона. Осколки стекла в виде тату на его руке — не просто так. Я часто обращала внимание, что тату шершавое, теперь стало ясно — под ней таится шрам.

«Молодой Кафф проходил множество лечений, но его состояние не становилось стабильным. Тогда отец отправил парня на учебу в Лондон. Константин Кафф делал всё возможное для выздоровления сына. Но Крис вскоре бросил учебу и занялся музыкой. Сейчас ректор московского ВУЗа не совсем уверен в психологическом здоровье парня. Мужчина даже сказал нашему корреспонденту по секрету, что считает Каффа младшего опасным.»

Я шокировано уставилась перед собой. Ни разу не упомянули причину нестабильности Криса — смерть матери, которую довел до сумасшествия старший Кафф. «Считает опасным», — было у меня в голове. Этот мужик головой о кафедральную тумбу ударился, что ли? Он в своем уме? Выставил Кристиана совершенно невменяемым. Что теперь будет?

«Интересно, что скажет на это девушка Каффа — молодая певица Скарлетт. По последним данным пара проживает вместе. Но совсем недавно Скарлетт Романова забрала документы из университета. Является ли это совпадением? А может невменяемый Кафф потребовал от девушки, покинуть ВУЗ?»

Слезы уже не могли таиться внутри меня, горячие струи хлынули по щекам. Что за несправедливость? За что нам это?!

«Слова ректора подтверждают события, произошедшие в декабре прошлого года, когда Кристиан избил какого-то бедолагу прямо на вечеринке своей подруги — Риты Лин. И также множество случаев его перепалок с папарацци.»

«Возможно, в психологической нестабильности виноваты наркотики, так как отец парня заявил, что Кристиан еще с подросткового возраста имел склонность к общению с «плохими компаниями».»

Я читала урывками. Информация с трудом укладывалась у меня в голове. Я схватила со стола салфетку и промокнула глаза. Ко мне пришло осознание того, что в моей комнате сейчас спит Кристиан и не о чем не подозревает. Я машинально встала и направилась в спальню. Не знаю, что было у меня на уме, я будто хотела защитить его.

Влетев в комнату, я застыла перед кроватью. Кристиан сидел в одних серых домашних штанах, облокотившись о колени руками и наклонив голову, его пальцы были пропущены через волосы, сжимая их. Спина сгорблена, кости позвоночника выпирают через бледную кожу.

Эта поза испугала меня. Она была словно частью фильма ужасов. Светлая кожа, черные волосы, неестественное положение тела на фоне плохо освещенной спальни.

Я сделала маленький шаг в его сторону. Руки Каффа были так напряжены, что я боялась подойти ближе.

— Кристиан, — робко позвала я. Мой голос внезапно оказался хриплым, напоминая мне о недавних плохо сдерживаемых слезах.

Я еще немного приблизилась и увидела, что рядом с парнем лежит телефон. Он уже всё видел! Сначала я не обратила внимания, но теперь заметила, как телефон Каффа неистово вибрировал, принимая в себя множество сообщений. Видел не только он, видели все. У меня сжалось сердце. Мне стало жаль Кристина так сильно, что снова навернулись слезы.

Он же совсем еще молод, но уже пережил столько, сколько и многие люди за всю жизнь не видели. Почему же на Кристиана столько всего сыпется? Только он сумел забыть свои проблемы с гневом, только перестал скорбеть по матери, и сразу всё появилось вновь. Вновь человек, предавший его в детстве, предал снова.

Я присела на краешек кровати.

— Крис, — прошептала в тишину.

— Что я ему сделал? Что, черт, я ему сделал?! — внезапно взревел Кафф. Голос был еще более хриплым после сна. Он резко оторвал свои руки от волос.

— Крис, — я постаралась его утешить.

— А они? Они все сразу готовы поверить любой чепухе! — орал Кристиан, указав в сторону телефона. Черноволосый вскочил с кровати и начал метаться по комнате. Я заметила, как проявились прожилки в глазах Каффа.

— Кристиан, солнце, — снова взмолилась я и протянула к нему руку. Но он не замечал меня. Мне почти не приходилось видеть Кристиана в таком гневе.

— Ненавижу это всё! Ненавижу его! — гримаса боли и ненависти была на его лице. Черные глаза светились безумием. Парень метался из стороны в сторону.

— Я понимаю тебя… — я привстала с кровати, желая поймать Каффа в объятия, но он отстранил меня.

Парень в очередной раз подлетел к стене и внезапно со всей силы ударил по ней кулаком.

— Чтобы он сдох! — изрек Крис.

У меня перехватило дыхание. Я заметила красные ссадины на его правой руке.

— Кристиан, успокойся! — закричала я, вскакивая с кровати. Сердце стучало у меня в ушах. Ужас сковал мое тело.

Черноволосый, резко развернувшись, быстро направился ко мне. Страх обуял меня еще сильнее. Я застыла как статуя.

— И они все идиоты! — заявил Кафф, в его глазах горел огонь. Он пролетел мимо меня и схватил с кровати свой телефон. Не успела я опомниться, как Кристиан с силой швырнул его на пол. Громкий удар выбил меня из колеи. Теперь слезы текли от страха, а не от грусти.

— Успокойся, мать твою! — заорала я, хватая его за руку. Я так злилась, потому что ненавидела страх, ненавидела ощущать это чувство до глубины души. И на подсознательном уровне хотела искоренить его.

Парень ловко увернулся и уцепился за запястья, сковывая мои движения. Я со всей силы дергала руками. Но толку было мало. Кафф толкнул меня на кровать, но я так сильно злилась, что сразу вскочила и кинулась к нему. Кристиан снова грубо уложил меня и придавил своим телом, запястья так и не отпустил.

— Ты ведь тоже считаешь меня невменяемым? — прошептал он, глядя мне в глаза. Его взгляд готов был испепелить меня. Но красная пелена стояла у меня перед глазами от ярости. В этот момент я была не намного адекватнее Каффа.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Если ты сейчас же не успокоишься, то да! — выплюнула эти слова ему в лицо. Мое тело била дрожь.

— Как ты вообще оказалась рядом со мной? — злобно шептал Кристиан. Он будто не в себе.

— Подумай, что ты делаешь! — снова заорала я, всё еще пытаясь выбраться.

Кафф лежал на мне, без особых усилий сдерживая. Какое-то время он внимательно на меня смотрел, а затем его взгляд прояснился. Он моргнул и резко скатился с меня в сторону.

— Боже, Скарлетт, прости! — горячо зашептал он, отодвигаясь от меня как можно дальше, — прости, пожалуйста, я не хотел! Ты не заслуживаешь этого!

Я моментально успокоилась, хотя меня еще потряхивало. Я видела его скованные движения и снова вспомнила о психологических проблемах Каффа. Желание защищать снова возникло у меня в груди.

Я быстро пододвинулась к нему. Парень будто по инерции отстранился, но я не отступала.

— Ш-ш, я всё понимаю, — прошептала я, дотрагиваясь до его руки. Мне казалось, будто я приручаю загнанного в угол олененка. Такого маленького, одинокого, потерявшего маму. Где-то глубоко внутри, Кристиан таким и был.

Затем я обняла его и поцеловала в губы. Дрожь Криса тоже почти прошла. Он лег мне на колени и я запустила пальцы в его густые волосы. Пока я перебирала черные пряди, Кафф мирно дышал. Мы так сидели еще долго. Не знаю, сколько времени прошло, но Кристаин внезапно вкочил.

Я сидела на белоснежных простынях и просто наблюдала за парнем. Кристиан быстро перемещался по квартире, он уже вышел из ванной и сейчас натягивал на себя футболку. Вид имел растрепанный и мрачный, но спокойный.

— Куда ты собираешься? — подала голос я. Кафф так быстро встал с постели и ушел в душ, что я и рта раскрыть не успела. Только он был на грани помешательства, но уже спокойно мерил шагами мою комнату. Меня уже мутило от частоты смены его настроений. Если честно то, статья и реакция Кристиана на нее погрузили меня в дикий шок. На долю секунды я сама засомневалась во вменяемости Каффа. И в это мгновение я почувствовала себя одинокой снова.

Черные глаза взглянули на меня, в них не было эмоций, только спокойствие. Парень задумался, словно размышлял, стоит отвечать нам мой вопрос или нет. Затем всё же заговорил.

— Я думаю, мне лучше дать интервью. Чем раньше ситуация для публики прояснится, тем скорее закончится шумиха вокруг этой истории. Мне на почту уже поступила масса предложений, я выбрал самый лучший вариант. Это программа на телевидении с хорошей репутацией и неплохим охватом зрителей.

Кристиан говорил чертовски профессионально. Даже слишком хладнокровно, будто это всё происходило не с ним.

Я чувствовала, что совсем не контролирую ситуацию. Кафф в один момент теряет самообладание и буквально нуждается во мне, а уже в следующий спокойно рассуждает о проблеме и собирается ехать ее решать. Что если ему потребуется моя помощь, вдруг случится такой же приступ ярости, как сегодня, а рядом будут только те, кто захочет нажиться на этом или, что еще хуже, попадется под горячую руку Криса. Я ужаснулась. Кажется, Кристиан не совсем понимает ситуацию.

— Что ты собрался им говорить? — спросила я, настороженно его разглядывая.

— Правду. Скажу, где отец был прав, где соврал, — произнес парень, выходя из спальни, — и сам совру…

— О чем? — сразу отреагировала я, идя следом за ним.

Парень остановился и посмотрел на меня.

— Скажу, что посещаю психотерапевта, — ответил Кафф. Темные волосы спадали на глаза, прикрывая их.

— Почему бы вовсе об этом не говорить? — спросила я, скрещивая руки на груди.

— Потому что люди любят людей, которые борются со своими внутренними демонами, — хрипло пояснил Крис, всё также напряженно меня рассматривая.

Мне стало мерзко от его ответа. Да, Кафф в разбирается в этих аспектах популярности.

— И зачем тебе посещать психотерапевта? Для профилактики? — я прищурилась.

— Да, ты права, для профилактики, — проворил он, внимательно наблюдая за каждым моим движением.

— Знаешь, Крис, — я опустила глаза, моя напористость сменилась смятением, — тебе и правда было бы неплохо проконсультироваться с ним.

Неконтролируемая ярость Кристиана напугала меня, я не хотела молчать по этому поводу.

Прохладные пальцы Каффа дотронулись до моего подбородка, приподнимая его. Я снова ощутила эту разницу в росте.

— Прости меня, — произнес он. Я глядела в его черные глаза и не видела там ничего, кроме спокойствия.

— Кристиан, — снова начала я, дотрагиваясь до его руки.

— Я подумаю, — парень перебил меня, отвернулся и возобновил шаг.

Мне не понравился его ответ, но я решила поговорить на эту тему с ним позже.

— Куда ты торопишься? Может, позавтракаешь? — спросила я. Его спешка мешала мне всё обдумать.

— Прости, надо спешить, но я чувствую этот идеальный запах блинов, — я, наконец-то, услышала в его голосе теплоту, — я хочу заехать домой, надеть костюм, а затем сразу поеду в студию.

— Мне стоит поехать с тобой, — произнесла я.

— Нет, — быстро произнес Кафф, останавливаясь перед выходом.

— Это не вопрос, — холодно ответила я. Хоть голос мой звучал уверенно, но я сама всё еще была в раздумье. Единственное, в чем я знала наверняка, это то, что нельзя отпускать его одного.

— Скарлетт, тебе нельзя ехать сейчас со мной… — заговорил парень.

— Кристиан, вдруг повториться такая же ситуация, как была утром, что тогда? — быстро залепетала я, напряжение слой за слоем скапливалось во мне.

— Солнце мое, — произнес Кафф, — ты же понимаешь, что эта история теперь будет долго обсуждаться в СМИ? И если ты поедешь со мной на студию, то к тебе в любом случае пристанут, и будут задавать вопросы. А это нам не на руку. Нельзя сразу выливать на публику такой шквал информации. Пойми, от тебя будут требовать интервью, и рано или поздно тебе придется его дать. И правильнее будет обдумано подойти к этому. Так что сейчас тебе лучше не ехать со мной. Популярность — штука сложная. Поэтому тебе нужно будет вступить в игру в правильный момент, поверь, я знаю, о чем говорю.

Его монолог всё больше загонял меня в отчаяние. Что Кристиан хочет?

— А насчет моего приступа не парься, одна проблема — один инцидент. Я уже справился с этим, — закончил Кафф, уже стоя в обуви.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — прошептала я, подходя к нему.

Он положил руки мне на талию и горько усмехнулся. Я встала на носочки, чтобы поцеловать его, и внезапно встретила горячие объятья. Меня прижали к стене. Его губы яростно истязали мои, затем Крис резко перешел на мою шею, углубляясь всё дальше в декольте. Его поцелуи были прерывистыми и частыми, слегка болезненными.

Как быстро начались эти объятия, так быстро и закончились.

— Скоро увидимся, — произнес он и затем покинул квартиру.

Я пару секунд глядела на закрытую дверь. Мои пальцы невольно коснулись шеи. Я опустила глаза ниже и заметила в области груди много красных отметин. Чёртов Кристиан Кафф…

Глава 62 или Лучше не бегать от правды...

Мне пришлось, есть свои блины в одиночестве. Я сделала чай покрепче и уставилась в экран телефона, пролистывая комментарии и добивая себя негативом людей в отношении Кристиана. Когда мне стало совсем дурно, телефон зазвонил. Это была Рита.

— Доброе утро, радость моя, — услышала я. Голос Лин был сбивчивым и сухим.

— Не соглашусь, пожалуй, — хмыкнула в ответ я, — день не задался.

— Знаю, — проговорила певица, — не хочешь позавтракать со мной в Чайном Доме?

Девушка говорила о заведении недалеко от моего университета, а, следовательно, и дома.

Я окинула взглядом стопку блинов, которую ела пару минут назад.

— Я уже позавтракала, ты хочешь поговорить? — спросила я, понимая, что именно в этом всё дело.

— Да, собирайся, я возьму тебе кофе, — закончила разговор девушка.

Я насторожилась, но всё-таки поплелась в комнату, чтобы одеться. Кристиан не выходил у меня из головы, я надеялась, что Рита скажет что-то хорошее касательно его проблемы.

В Чайном Доме было немноголюдно. Студентов уже не было в университете, поэтому столики пустовали. Рита сидела у окна, когда я ее заметила, то почувствовала дежавю. Именно здесь я впервые встретила Бориса Яковлевича, нынешнего продюсера Риты. Он тогда предложил мне работу, которая кардинально поменяла мою жизнь.

— Даже не накрасилась для меня, детка, — прокомментировала Рита. Она была менее расстроенной, чем я предполагала.

— Нет настроения, — пояснила я, присаживаясь за столик.

Лин пододвинула ко мне чашку с напитком. Я взглянула на жидкость.

— Это чай? — спросила я, ожидая увидеть обещанный кофе.

— Да, с молоком, в Англии любят такой, — произнесла Рита, отпивая немного из своей чашки.

Я хмыкнула. Мне в этот момент было всё равно, что пить.

— Рита, всё плохо, да? — спросила я. Внезапно почувствовала, как на меня нахлынули эмоции. В носу защипало. Я поспешила отпить чай, чтобы отвлечь себя. Лин ничего не заметила.

— Тут как посмотреть, — негромко отозвалась она, отщипывая кусочек от круассана, лежащего перед ней.

— Скажи, как есть, — взмолилась я. Вдали от Кристиана я ощущала эту проблему иначе. Рядом с ним я понимала, что должна поддерживать его. А теперь же чувствовала сама необходимость в поддержке.

— Давай сначала обсудим кое-что другое, — спокойно произнесла Лин и проницательно взглянула на меня.

Ее розовые волосы обрамляли идеально накрашенное лицо и спускались дальше, до пояса. Сегодня Рита выглядела менее вызывающе, чем обычно. Черная водолазка, джинсовая короткая юбка, берцы. По меркам Лин, она выглядела почти как монахиня.

— Я слушаю, — я откинула волосы с лица, стараясь сосредоточится.

— Я решила сделать перерыв на год в своей карьере, — произнесла девушка, серьезно смотря мне в глаза.

Я аж поперхнулась. Мои брови поползли на лоб. Рита хочет оставить сцену? Для меня это было странным, ведь дела Лин шли хорошо. Причем не только в России.

— Почему ты так решила? — я постаралась утихомирить свои эмоции.

— Я решила уделить всё это время тебе, сейчас мне это интересно больше всего, — деловито пояснила розововолосая.

Я ощутила груз ответственности, который только что свалился на меня. На секунду я даже забыла о Кристиане.

— Только из-за этого, Рита? — промолвила я. Мне словно хотелось вразумить ее.

— Нет, не только из-за этого, — тут же ответила она, чем сбила меня с толку окончательно.

— Тогда в чем причина?

— Помнишь лейбл Инфинити? Я должна была упоминать, что сотрудничала с ним, — девушка не стала дожидаться моего ответа и продолжила, — они предложили контракт.

— Какой контракт? — я непонимающе пялилась на своего продюсера.

— Тебе, Скарлетт, они предложили тебе контракт на год. Сотрудничество и продвижение. Геолокация — Лондон, Великобритания, — Рита ослепительно улыбнулась. Она отодвинула чашку в сторону и взяла меня за руку.

Я открыла рот, чтобы сказать, но сразу же закрыла. Что это всё значит? Рита хочет увести меня в Англию? Я, быстро моргая, смотрела на светящуюся от радости девушку. Что мне делать? Я не могу оставить…его.

— Рита… — я глубоко вдохнула, — ты же понимаешь, что я не могу…

— Т-с-с, — собеседница подняла руку перед моим лицом, — я не договорила. Пока я вела переговоры с Инфинити сегодня утром, они осведомились у меня о делах Каффа. Лейбл хотел возобновить отношения с Кристианом, ведь он в свое время набирал популярность в определенных кругах. Мне пришлось сообщить им о недавнем сливе, таить это было глупо. Дослушай, Скай. И знаешь, какой ответ я получила? Они обрадовались. В Британии сейчас тренд на реабилитации, срывы и перевоспитания. Инфинити решили, что скандал в прессе будет прекрасным стартом для возобновления отношений. Я понимаю, грязно и неприятно. Но, к сожалению, часто это так и работает, — закончила она.

Я внимательно слушала речь Лин и открывала рот на каждом ее слове, но продюсер не давала мне перебить.

— То есть, Инфинити предлагает контракт мне и Крису? — наконец, заговорила я.

— Да, тебя это должно освежить, после случившегося, — Рита просияла мне в ответ.

— Чего именно? — спросила я, уже чувствуя, как каждая клеточка моего тела наполняется облегчением.

— Нужно поговорить с Каффом, — мимо ушей пропуская мой вопрос, произнесла Лин. На ее лицо отображались радость и самодовольство. Я же готова была ее расцеловать.

— Он поехал на интервью, — ответила я, с трудом сдерживая эмоции.

Рита прищурилась, в глазах ее засиял огонёк.

— В Крисе определенно есть предрасположенность к шоу-бизнесу, — ухмыльнулась она, — ладно, подождем с объяснениями.

— Думаешь, он поступил правильно? — меня всё еще шокировал факт того, что Кафф решил рассказать всё на всю страну.

— Да, он верно сделал, лучше не бегать от правды, — красноречиво изрекла моя подруга.

Я немного отпила из кружки. Сантиметр за сантиметром мое тело расслаблялось, волны спокойствия разливались внутри меня. Мне сложно было поверить, что все мои проблемы за один короткий миг решились. Но это было так! Вездесущая морщинка между моих бровей распрямилась. Рита с улыбкой смотрела на меня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Может по магазинам? — соскочило с ее губ.

Я вздрогнула и скептически на нее посмотрела. Ох, не рано ли я расслабилась?

— Скарлетт, а в чем ты собралась в Лондоне ходить, а? Вылет не за горами, — прокомментировала моя спутница. Лин ерзала на стуле, готовая уже пуститься в пляс или хотя бы по магазинам.

Я опустила голову и взглянула на свои руки, собираясь с мыслями, а затем кивнула.

Мы, оставив наш стол, вышли на улицу. На парковке стояла единственная машина — огромный черный джип. Я остановилась и покосилась на подругу. Та осмотрела меня и весело закивала головой. Я хмыкнула. Ну, разумеется, именно этот транспорт принадлежит Рите. Почему я вообще удивляюсь? Розововолосая подбежала к машине, на фоне которой выглядела как игрушечная куколка, такая же маленькая и яркая. Она нацелилась на заднее сидение, и я поняла, что она с водителем. Я усмехнулась, никак не могла привыкнуть к тому, что Кафф иногда ездит с водителем, а вот к сопровождающему Лин тем более. Всё же для меня такие нюансы еще чужды.

Мы обосновались в салоне.

— Владислав, нас в торговый центр, — отчеканила Рита и закрыла перегородку.

Тут я осознала, что кроме кафе я с певицей никуда не выбиралась. Ладно я, но Риту то могут узнать. Я задумалась над тем, что уже совсем не считаю Лин «звездой», а воспринимаю ее, как близкого человека. От осознания этого у меня на душе потеплело.

— Лин, не боишься, что тебя узнают? — я окинула девушку взглядом.

Рита хмыкнула. Обернулась, нащупала за сидением какую-то сумку и запустила туда руку. Я заинтересовано ее разглядывала. Чуть поковырявшись в ней, девушка извлекла огромные черные очки и нацепила их на лицо.

Я улыбнулась.

— Мы же в помещении будем, — напомнила я, стараясь не смеяться. С этим аксессуаром моя спутница еще больше внимания привлечет. Лин хмыкнула и снова запустила руку в сумку. Теперь достала оттуда две пары имиджевых очков, одну из них сунула мне. Я сразу же нацепила их на нос.

Рита с улыбкой рассматривала меня, продолжая искать что-то в сумке.

— Тебе идут очки, — произнесла она, — вот держи еще, — певица извлекла бедую кепку и отдала ее мне, — девушек за головной убор в помещении не бьют же? — осведомилась Лин.

Я взяла вещь в руки, заметив на внутренней стороне гравировку внушительного бренда, и нацепила на голову.

Рита теперь совсем развеселилась.

— Вот, хип-хоп очкарик, теперь тебя точно никто не узнает, — добавила она, повязывая на собственной голове бандану.

— Н-да, — протянула я, сдерживая смех, — ты не перестаешь меня удивлять, Рита.

— Ты меня тоже, — обрадовала продюсер.

Время я провела с Лин прекрасно. Меня почти ничего не беспокоило, и я могла наслаждаться обычной прогулкой с подругой по магазинам. Вкусы у нас с девушкой абсолютно не совпадали, но мы героически терпели дефиле друг друга.

Мы уже сидели в небольшом ресторанчике на последнем этаже торгового центра, когда мне пришло сообщение от Кристиана. Там говорилось, что парень уже закончил все свои дела. Я написала ему, что у меня хорошие новости и сообщила, где я. Кафф пообещал приехать в ближайшие сорок минут.

— Хочешь сама рассказать ему? — спросила подруга, — а остальные подробности обсудим уже в офисе.

Меня снова обуяли радость и восторг. Мне действительно захотелось рассказать обо всём самой. Желание успокоить и одновременно обрадовать Кристиана вселяло в меня эйфорию.

— Да, это было бы прекрасно, — кивнула я.

Так мы и решили. Рита расправилась со своим заказом и, всучив сумки с вещами своему водителю-охраннику, покинула ресторан. Она специально ушла раньше прихода Каффа. Я тепло с ней попрощалась.

Глава 63 или Скай - небо...

Я с нетерпением ждала Кристиана, но он всё равно появился внезапно. Парень вышел прямо из-за моей спины. Он и правда переоделся в костюм, укороченные зауженные брюки и пиджак в тон по верх белой футболки. В руках Кафф держал небольшой букет из белых роз в фиолетовой окантовке.

— Девушка, вы тут одна? — хрипло спросил он, подсаживаясь ко мне. Я четко различала на его лице веселье. Настроение Каффа менялось как сумасшедшее сегодня.

Я решила ему подыграть.

— Скоро придет мой парень, — холодно проговорила я, — он не будет рад увидеть меня в вашей компании.

— Боится конкуренции? — хмыкнул Кристиан. А еще тот он актер.

— Он вне конкуренции, — безразличным тоном заметила я и сделала скучающий вид.

— Правда? — Кафф изогнул бровь, — почему же?

— Потому что у него раздвоение личности, Кристиан, — наконец засмеялась я. Сцена получалась забавная, но мне хотелось поскорее сообщить парню новости. Кафф тоже засмеялся и вручил мне цветы. Я перегнулась через стол, чтобы поцеловать.

— Я хочу с тобой поговорить, — уже серьезно начала я.

— Я тоже, но ты первая, — кивнул Кристиан. Такой свежий, спокойный, идеальный, сидит прямо передо мной. И весь мой. Сердце застучало быстрее.

— Я разговаривала сегодня с Ритой, — возобновила речь я.

Кафф вскинул бровь.

И я всё ему рассказала, абсолютно всё. По мере повествования лицо Каффа почти не менялось, лишь в глубине черных глаз трепыхалось нечто. Когда я закончила, парень заговорил.

— Я знаю, — таким будничным тоном, что мне захотелось ему врезать. Я ведь сообщила по истине удивительную новость.

— Откуда? — воззрилась на него я.

— Милая, такие вещи через посредников не решаются, — деловитым тоном заявил он, — мне уже пришло письмо на почту.

— Да иди ты, зачем тогда меня так долго слушал, — вскинулась я.

Кристиан засмеялся и схватил меня за руку.

— Мне нравилось, как постепенно зарождается восторг в твоих глазах, — с лукавой ухмылкой на губах произнес он.

— Пошел ты, — я выдернула руку из хватки и уставилась в сторону.

Кафф снова хрипло засмеялся. К этому моменту подошел светловолосый официант и предложил сделать заказ. Официант с интересом рассматривал Каффа, а потом меня. Узнал? Похоже на то. Но блондин ничего нам по этому поводу не сказал. Мы заказали основной обед ресторана.

— Ладно, не вредничай, всё ведь хорошо, теперь все хорошо, — замурлыкал Крис, улыбаясь мне. Я долго не обижалась и быстро оттаяла. Да и повод был достойный. Решение наших проблем.

— Не могу поверить, — проговорила я.

Кристиан встал и пересел на диванчик рядом со мной, приобнял за талию и уткнулся носом мне в шею.

— Поверь, — тихо прошептал он, запуская мурашки по моей шее и спине.

Я задохнулась от горячего дыхания, опаляющего мою кожу. Мы немного так посидели.

— Тебя что-то беспокоит? — участливо спросил Кафф.

— Да, меня всё беспокоит, — поделилась я, — для тебя это не в новинку. Но для меня переезд в другую страну, контракт с Инфинити и много всего сопутствующего вводят в ступор! — запустила пальцы в волосы, убирая их с лица.

— Ничего не бойся, Скарлетт, — он всё еще обнимал меня за талию, — у тебя есть я, а со мной ты можешь быть спокойна, я поддержу тебя и объясню все нюансы как никто другой, — с абсолютно уверенным тоном произнес парень.

Я искренне ему улыбнулась.

— Как прошло интервью? — спохватилась я. Внезапно утренняя проблема стала такой далекой.

— Как я и рассчитывал, — спокойно заверил Крис.

Нам принесли заказ. И мы, обсуждая посещенную Кристианом студию, принялись за обед.

— Хотел тебе кое-что подарить, — аккуратно заявил Кафф. Я насторожилась, сюрпризы пугали меня.

Черноволосый парень достал маленькую коробочку из кармана пиджака. Я уставилась на нее.

— Когда ее увидел, сразу подумал о тебе, — спокойно пояснил мой собеседник. Первая реакция была — отказаться. Но я вспомнила, что мы с Кристианом уже давно не чужие люди и вероятно нормально получать от парня подарки.

Я открыла аккуратную маленькую упаковку. Там оказалась серебряная цепочка с подвеской в виде облачка. Такая милая и изящная, она очень сильно контрастировала с парнем с черными глазами и всего в татуировках, сидящим рядом со мной.

— Скай — небо, — спокойным голосом сказал Кафф. У меня перехватило дыхание. Никогда не видела Кристиана таким. Такая странная и мила отсылка будоражила мою душу. Такой очаровательный подарок казался слишком романтичным для Криса. Я раньше не замечала за собой склонность к подобным сентиментальным штучкам, но сейчас поняла насколько я всё же девушка.

Кафф выжидающе смотрел на меня, а когда заметил мой удивленный и восхищенный взгляд, кажется, немного успокоился. А когда я смущенно поблагодарила его, совсем растаял и поспешил застегнуть цепочку у меня на шее.

Спустя пару минут перед нами возник водитель Каффа — Владимир. Лицо его было слегка встревожено.

— Что случилось? — сразу же отреагировал Крис.

— Я не смог вам дозвониться, Кристиан. Информация о вашем со Скарлетт нахождении здесь просочилось в СМИ и у главного входа уже собираются поклонники и папарацци, — быстро отчитался высокий мужчина.

— Много? — лицо моего парня было бесстрастным. А я же прибывала в недоумении.

— Очень, — хмуро кивнул бугай.

— Черт, — выругался Кристиан, — я оплачу счет, а ты бери Скарлетт и ее покупки. Уже продумал выход? — он поднялся с места.

— Да, через подземную стоянку, там уже стоит машина, — сухо заявил водитель.

Кристиан направился прямиком к официанту. Который вероятно нас и спалил в какой-либо социальной сети. Мне не нравилось быть слабым звеном в этой быстро спланированной операции, но выхода у меня не было.

— Слишком много, что нас могут просто затоптать? — проявила чудеса дедукции я.

Владимир, собирая мои пакеты, слабо кивнул. Когда мы отошли от столика, к нам вернулся Кристиан. Мы быстро спускались по эскалатору и направлялись глубже вниз, на подземную стоянку. Уже стоя на последних ступенях, я заметила огромную толпу людей. Они роились возле левого главного входа, перед раздвижными дверьми.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Засекли, — буркнул водитель, пытаясь прикрыть нас собой. Они реагировали быстро. Выход был с двух сторон, основная толпа была слева.

— Я выйду с покупками сюда, а вы вправо, быстро, — командовал Владимир, явно бывавший в таких ситуациях не раз. Да и Кафф был собран.

Я натянула пониже кепку, доставшуюся от Риты. Мы делали всё быстро. Доехав до конца на эскалаторе, рванули вправо. Владимир влево, загораживая на нас обзор своей спиной и пакетами с моей новой одеждой. Мы побежали. Толпа не успела сориентироваться, но скоро рванула за нами. Мы ускорились и забежали за колонну, которые на стоянки были почти повсюду. Машин было много, что было нам на руку. Мы ринулись вперед, уходя от толпы, Кристиан сжимал мою руку так сильно, что сводило пальцы, но внимание я не обращала. Гомонящие люди уже настигали. Мы почти вылетели на дорогу, по которой авто выезжали из торгового центра. Внезапно в поле нашего зрения попало желтое такси. Кристиан эмоционально застучал в окно двери, ведь машина была на ходу. Нам повезло, что в районе торгового центра нельзя развивать большую скорость. Водитель притормозил и Кристиан, открыв дверь, пихнул меня внутрь, залез следом.

— Мы вас всех очень любим, но вас слишком много, — весело крикнул Кафф в окно, а затем водителю, — быстрее отсюда.

Нам сегодня везло, так как водитель не стал спорить и ускорился. Словно по велению судьбы пробка при выезде тоже уменьшилась и мы без приключений выехали.

— Вы что же, ребята, блогеры какие-то? — таксист поглядывал на нас через зеркало заднего вида.

Я, наконец, не выдержав, расхохоталась. Дети шпионов, ей богу. Мне удалось стянуть белую кепку с головы. Кристиан тоже давился от смеха.

— Тебя я где-то видел, — водитель ткнул пальцем в Кристиана.

— Можем песню вам на два голоса исполнить, — иронично проговорил Кафф.

— Вы что же артисты? Фотографию для внучки сделаете? — поинтересовался новоявленный собеседник.

— Сделаем, — с улыбкой кивнула я, даже не обращая внимания на грубоватость таксиста. Эмоции я, конечно, получила незабываемые сегодня. Отмечу этот день красным в календаре.

***

Собирать вещи было действительно сложно, ведь это не путешествие, а переезд. Хотелось взять всё и ничего одновременно. А еще сложнее было звонить дяде Саше и рассказывать о происходящем. Он до сих пор не знал, что я забрала документы из университета, а всё остальное и вовсе для него было шоком. Некоторые его слова казались мне странными, но я почувствовала, что дядя был искренне рад таким изменениям в моей жизни. Мужчина даже предложил помочь с оформлением визы, но я вежливо отказалась, с легкой руки Лин у нас уже было всё готово. В конце разговора он чувственно выразил надежду в том, что я знаю, что делаю. Я поспешила заверить его в этом.

Я решила оставить в квартире кое-какие вещи по типу посуды, лампы и всякой подобной всячины. Брат мамы не возражал. Одежды и прочего оказалось у меня предостаточно, поэтому я тщательно всё перебирала и около сорока процентов нарочно отсеяла. На сборы у нас было немного времени, поэтому я рада, что у меня уже был загранпаспорт и остальные необходимые документы. Визу Рита оформила рабочую на срок контракта.

Я решила, на последок, встретиться с Кирой, Никой и Виктором. Не могу назвать их друзьями, но все же, это были те люди, с которыми я проводила много времени и получила большое количество положительных эмоций. Именно они сопровождали мою жизнь на протяжении этого года в Москве. И да, Виктор тоже входил в их число, совсем не хотелось уехать не попрощавшись. Разумеется, Кристиану я не сказала о том, что хочу увидеть еще и Добровольского. К тому же Кафф, сославшись на решение дел, со мной не поехал. Хоть они с Виктором и были друзьями, Кристиан видимо не мог спокойно к нему относиться, зная, что Добровольский заинтересован мной. Разговаривать на эту тему я с ним не хотела, потому что имя Виктора из моих уст действовала на Каффа, как красная тряпка на быка. Я решила, что в скором времени Крис перебесится и возобновит общение.

— Привет, звезда, — радостно поздоровалась Кира. Ника улыбнулась и обняла меня.

— Так что же, уезжаешь? — заломила бровь эльфийка.

— Да, — кивнула я, — нам предложили контракт, — выдохнула. Девочки уже кратко знали причину моего отъезда.

— Ты умница, — Балтийская участливо улыбнулась.

Подошел Виктор с небольшим опозданием.

— Огонь и вода, — на ходу напел он строчки из песни, написанной Лин для меня. Парень улыбался во все тридцать два и явно чувствовал себя в своей тарелки. Люблю его оптимизм.

Я засмеялась.

— И что же, никогда теперь не вспомнишь о нас? — с усмешкой спросил Добровольский, присаживаясь за столик. Мы сидели в нашем кафе возле университета. Это уже стало каким-то ритуальным местом.

— Конечно, вспомню, — искренне отозвалась я, — вы как будто меня на войну провожаете. Еще сто раз увидимся, — заверила собеседников.

— А компания у тебя для войны подходящая? — сверкая глазами, спросил Виктор. Парень явно намека на Кристиана. А вот эта черта его характера мне не нравилась.

— Да, — кивнула я и улыбнулась, — просто хотела вам рассказать эту новость, — перевела тему я, даже не сглаживая углы.

— И правильно сделала, Скай, — поддержала меня Ника, — мы очень ценим это!

Вот с кем, а с эльфийкой я прощаться не хотела. Она очень интересная девушка и мне жаль, что, увязнув в своих эмоциях и проблемах, я так и не сумела узнать ее ближе.

Мы хорошо провели время, разговаривая ни о чем. Вспоминали смешные моменты из университета, вечеринки и учебу. Рассуждали о том, как часто будем видится. Я чувствовала себя словно на выпускном в школе, где все обещают, что будут собираться постоянно, но в итоге увидятся от силы пару раз. И то случайно, где-нибудь в магазине. Может быть, я была права, что никого к себе близко так и не подпустила.

Виктор вызвался меня отвезти. Я попыталась избавиться от его компании, но парень настоял. Хоть Кафф и просил ему написать, когда освобожусь, чтобы он прислал водителя. Я подумала, что это не столь необходимо.

— Уже всё решила? — спросил Добровольский, когда мы были уже возле моего дома. Ехать совсем близко.

— Да, — уверено кивнула в ответ.

— Я горжусь тобой, Скарлетт, — внезапно горячо заверил парень.

— Спасибо, — опасливо ответила я.

— Мне грустно, что я тебя так просто упускаю, — грустно хмыкнул он.

— Виктор, — начала я.

— Это так и не спорь, но это уже мое дело, — словно сам себе сказал Добровольский, а затем улыбнулся, — так что ждите, приеду в гости.

Я хмыкнула. Виктор воплощение позитива. Он наклонился и поцеловал меня в щеку. Я даже не успела отреагировать, а парень продолжил.

— Был в магазине игрушек с сестрой и кое-что увидел, — быстро заговорил Добровольский.

С заднего сидения он достал огромную подушку в виде облака. Я ошалело глядела на это чудо.

— Скай — небо, — пояснил он, — на память, держи, — Виктор протянул мне громадину.

Я чуть не рассмеялась. Кажется, Добровольский на несколько дней опоздал со своей оригинальностью.

— Спасибо, не нужно, — сдерживая улыбку, произнесла я.

— Нет, нужно, возьми, разве она тебе не нравится? — со смехом спросил он.

Я, наконец, засмеялась и взяла подарок, про себя решив, что оставлю его в квартире дяди Саши.

— Пока, — попрощалась я, выходя из машины.

— До скорого, — широко улыбаясь, кивнул Добровольский.

Глава 64 или Вспомни...

Подушку я действительно решила оставить в квартире дяди. Я ценила милый подарок Виктора и его внимание, но волновать Кристиана не хотела.

Перелет прошел без происшествий, но мы очень вымотались и устали. Приехали в прежнюю квартиру Кристиана, где он раньше жил, до того, как отец решил вернуть его в Москву. Квартира очень походила на ту, что была у него в России. Очень светлая и обставлена в минималистичном стиле. Но было в ней что-то уютное, вероятно дело в том, что тут остались некоторые вещи Костова. Здесь он жил, а не существовал.

Теперь мы и правда жили вместе. Уже официально. Я могла строить планы, выбирать предметы интерьера, покупать кухонную утварь. Эти мысли грели меня. Мне очень нравилось окно во всю стену в гостиной, оттуда разворачивался прекрасный вид на ночной город. Это безумно вдохновляло меня.

Мы прилетели вечером и сразу легли спать. Утром нам нужно было в Инфинити на подписание контракта и заполнение прочих документов. Это заняло много времени, поэтому нас освободили только ближе к вечеру. После решения всех вопросов Кристиан пригласил меня в одно место. Ресторанчик на крыше высотки, с видом на лондонский мост. Он сказал, что уже бывал там и это место его очень вдохновляет. Меня очень заинтересовали слова Костова, мне всегда было интересно, что находится в голове у Криса. Он по прежнему для меня был загадкой.

— Я не могу поверить, что ты со мной, — хрипло произнес Кристиан, когда мы уже сели за стол. Перед нами разворачивалась такая панорама, что в первый момент у меня перехватило дыхание. Обожаю высоту.

Костов сегодня был в костюме, но он снял пиджак и остался в строгих зауженных штанах и белоснежной рубашке, ворот которой был слегка расстегнут, оголяя татуировку. Манжеты рукавов закатаны до локтей, подчеркивая изящные руки.

— Почему? — я рассматривала знакомые черты.

— Я редко проявляю свои чувства… — спустя минуту заговорил Кристиан, — Ты просто такая спокойная, уверенная, тонкая, совсем не похожа на меня. Не могу поверить, что ты позволила мне быть с тобой. Это не укладывается в моей голове. Мне нравится наблюдать, как ты над чем-то размышляешь, просчитываешь только тебе ведомые шаги, держишь лицо при любых обстоятельствах. Мне нравится, как ты своими тонкими маленькими пальчиками готовишь завтрак или касаешься моей руки. Я каждый раз думаю, не может быть, не может быть, что она хочет касаться меня, быть со мной и поддерживать. Ты такая хрупкая, что иногда я не верю, что ты смогла пережить такое количество событий в своей жизни. Я восхищаюсь тобой, Скарлетт. Ты не представляешь, как сильно важна для меня.

Он встал и снова присел передо мной на корточки.

— Я люблю тебя. Очень сильно, Скай, до дрожи, — уверенным тоном проговорил Кристиан, смотря на меня снизу вверх. А я терялась в омуте его черных глаз. И каждое его слово отдавалось в моей груди.

— Я тебя люблю, — на выдохе произнесла я. И наклонила голову, чтобы поцеловать Кристиана. Моего и только. Таких признаний Костов мне еще не делал. В этот момент миллионы бабочек танцевали в моем животе, и мне хотелось пуститься в пляс вместе с ними.

Это чарующее место и слова черноволосого парня заставляли меня чувствовать себя поистине счастливой. В это мгновение я испытывала настоящую жизнь. Жила и пела.

Мы сидели еще долго в этом потрясающем заведении и говорили обо всё на свете. Выпили вина за наш контракт, за новый для меня город, за нашу жизнь. Я видела, что Кристиан был счастлив, и это еще больше радовало меня

Когда мы вернулись домой, решили выпить кофе. Мне очень хотелось впервые воспользоваться кофемашиной, которая была в этой квартире. Я и Кристиан расположились на диване перед панорамным окном. Костов немного помолчал, мне показалось, что что-то его тревожило.

— Помнишь, когда мы были в Швейцарии? — внезапно с волнением проговорил парень.

— Да, — я немного напряглась. Впервые вижу, как Костов волнуется.

— Я не хочу тебе это говорить, но нужно! Это я делаю для тебя в первую очередь, — будто самому себе проговорил Крис.

— Что? — с нетерпением спросила я.

— Когда мы были в Швейцарии, и у твоей мамы произошел приступ, — черноволосый замялся, — она умерла в тот день, — выпалил он.

Я увидела, как лицо парня исказила боль.

— О чем ты говоришь? Я видела ее и общалась с ней, — паника еще не успела накрыть меня, мне хотелось выяснить причины таких слов.

— Нет, Скай, ты не видела, твой разум заместил дурные сведения своими, — хрипло проговорил он. Парень был напряжен, словно готовый к прыжку лев. А я совсем ничего не понимала.

— Что? Что за бред? — мои руки стало потряхивать. Я ведь помню всё! Помню свое облегчение.

Кристиан забрал чашку с кофе из моих рук и стал крепко прижимать меня к себе.

— Я больше не видел смысла тянуть, солнце, тебе нужно знать! Я не мог смотреть на то, как ты говоришь о маме, прости! — сбивчиво говорил Кристиан.

Сердце сдавило каким-то спазмом. Я не могла дышать.

— Смотри на меня, Скарлетт, ш-ш, — успокаивающе провел рукой он по моей спине.

— Нет-нет, это бред, — я выбралась из объятий и кинулась к телефону. Первым желанием было позвонить матери.

— Вспомни, просто вспомни, — взмолился он.

В этот момент я забыла как дышать. Я не могу. Я не могла забыть. Это невозможно. Зачем он меня обманывает? Зачем это Кристиану? Какой-то огромный обман! Она жива, я помню это, точно помню! В тот самый день моя мама выкарабкалась. Она выжила, как всегда выжила. Я помню…

— Тише, милая, — Костов снова попытался меня обнять.

— Ты, — зло ткнула в него пальцем, — ты, отойди, — я схватила телефон.

— Милая, вспомни, ты ни разу не созвонилась с ней, почему? — почти жалобно произнёс Костов.

— Нет, я звонила, звонила… — быстро зашептала я, продолжая терзать гаджет.

— Скарлетт, — с каким-то отчаянием просил Кристиан, он тянул ко мне руки.

— Я была там, я помню, — повторяла и повторяла.

Я набрала номер и услышала гудки. Кристиан молча ждал. Его чёрные глаза с мольбой осматривали меня. Гудки все шли и шли. Наконец, они прекратились, никто не взял трубку. Я набрала маму снова. Неконтролируемые спазмы постепенно сковывали тело, я безуспешно подавляла дрожь.

— Тише, солнце, — снова вымолвили сухие губы.

— Но ты же там был. Был со мной и видел, что она жива, — захрипела я, оседая на диван.

И тут меня словно отрубило.

Перед глазами больница. Грустное лицо врача, его тихие слова сочувствия и крик, мой, громкий и безумный. Мои горячие слёзы. Я даже не дрожу, нет, это словно землетрясение. Я вспоминаю, как падаю, кричу, зову свою мать и рыдаю. Громко, неистово. Я словно сторонний наблюдатель самой себя. Словно призрак. Потом укол чего-то в руку и резкая тьма.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вспоминаю утро. Смутный рассказ Кристиана, и несколько врачей возвышающихся надо мной. Опять срыв. Рыдания и боль в груди. Я помню бледные руки Костова, пытающегося меня успокоить, его сумбурный шепот. Но с моей стороны нет реакции, лишь дикая всепоглощающая дыра в груди. Пустота, которую могут заполнить лишь собственные крики. Я одна, на этот раз навсегда. Я потеряла ее, мое солнце, мой мир. Маленькая глупая девочка — одна.

Вот почему так быстро прошли майские выходные. Буквально пролетели. Вот почему! У меня был сильный срыв. Некоторые части мозаики складывались воедино. Это причина странных фраз Кристиана и Риты: «в таком положении», «при таком случае», «в твоей ситуации», «мы всегда рядом». Но я не обращала внимания. И я действительно не помню ни одного звонка маме после приезда. Мой мозг сам заставлял меня находиться в неведении.

— Врач сказал, что разум отвергает плохую информацию, что нужно время и консультации, — видимо заметив прояснение в моих глазах, проговорил черноволосый парень. Я видела опаску в его движениях. Его рука аккуратно коснулась моего плеча. Я молчала. Кристиан подошёл ближе и обнял.

— Я больна. Боже, Кристиан, сколько же ты натерпелся? — прохрипела я, в носу снова защипало. Я причиняю страдания единственному человеку, что находится со мной.

— Успокойся, Скарлетт, я ничего не терпел, ничего нет ужасного, тебе просто нужна консультация и внимание врача, — он гладил меня по спине, а затем поцеловал в висок.

— Как такое могло произойти? Я не понимаю, — шептала я. Мое сознание никак не могло переварить происходящее, а сердце все ещё переживало утрату, которая произошла давно, а осознание пришло только сейчас.

— Мы сделаем это вместе. Это поможет, обещаю, я рядом.

Глава 65 или Что за игры?..

Кристиан обещал мне записаться к психотерапевту, и он сделал это. Мы сделали. Костов нашел лучший в Лондоне центр по психологической помощи. Я получила сеансы, так необходимые мне.

Мне сложно было смириться с утратой. Я трудилась над собой каждый день. Мне казалось, что если я так быстро смирюсь с потерей, то память о маме растает вместе с моей скорбью. Но сеанс за сеансом облегчали мои страдания. Поддержка Кристиана помогала мне чувствовать себя нужной, любимой, не одинокой. Посещение центра уже не казалось таким странным, наоборот это было естественно и необходимо.

Мы совместно с Инфинити разработали англоязычный альбом и первую дебютную песню, так же решили после первого английского сингла выпустить уже почти готовый русскоязычный альбом. Ведь основная моя аудитория пока что находилась в России. В планах была совместная песня с Крисом. Инфинити разработали впечатляющий план по моему продвижению и он страшил, но больше вдохновлял.

Прошло три месяца нашего пребывания в Лондоне. Я совсем освоилась и активно участвовала в своей работе и повседневной жизни.

— Сегодня был трудный день, — проговорил Кристиан. Он сегодня припозднился с конференции. Мы вместе поужинали корейской едой, и теперь парень разгуливал по спальне с голым торсом в поисках своих домашних штанов.

— О, правда? — я состроила слегка обиженное лицо. У меня были сегодня другие планы.

Кристиан на мгновение остановил свою деятельность и удивленно взглянул на меня. Для меня было не свойственно вести себя как типичная обиженная девочка и уж тем более так наигранно выражать эмоции. Такая перемена привлекла его внимание.

— Правда, — кивнул парень, продолжая меня досконально рассматривать, — а тебя что-то беспокоит? — вскинул бровь он. Тату на его коже на секунду отвлекли меня. Костов не перестает меня завораживать.

— Нет-нет, ничего, — так же наиграно пролепетала я и усердно захлопала ресницами. Меня сложившаяся ситуация крайне занимала.

— Скарлетт, что за игры? — Костов сделал пару шагов ко мне. Черный взгляд из-под челки вызвал мурашки на затылке.

Я улыбнулась.

— У нас с Лин произошел небольшой поход по магазинам, — кротко проговорила я. Кристиан уже давно разгадал мои намерения и теперь тоже веселился.

— И? — хмыкнул парень.

— Вот, — я развязала шелковый халат, который всё это время был на мне. И взору Костова престало изысканное черное белье. Аккуратный лиф из прозрачного кружева и тонкие трусики с подтяжками.

Кристиан в ступоре замер. Огонь в темных глазах зажегся незамедлительно.

— Но если ты сегодня устал, то… — я со скучающим видом запахнула халат назад.

Кристиан в два счета оказался рядом со мной, хватая мои руки за запястья и не давая одеться.

— Издеваешься надо мной? — лукаво спросил он. В голосе проявились знакомые нотки хрипотцы.

— Конечно, это святое дело, Костов, — смотрела я на него снизу вверх. Я позволила своему голосу быть уверенным и настойчивым.

— Доиграешься, Романова, — пожирая меня глазами, серьезно заверил Кристиан.

— А я что по-твоему добиваюсь? — хмыкнула я, делая шаг назад.

Кристиан с легким рыком притянул меня к себе. Он секунду рассматривал меня, а затем медленно спустил халат с моих плеч. Парень аккуратно вел рукой по шее, спине и, наконец, остановился на моей пятой точке. Ловко ощупал ее, явно хотел изучить мое новое бельё тщательнее.

— А ты разве не устал, родной мой? — с выдохом изрекла я, ощущая возбуждение Кристиана. Он коснулся губами моей щеки и опустился на шею.

— Чего ты добиваешься, Скай, хочешь не спать до самого утра? — хрипло спросил парень у самого моего уха.

Я тихо ойкнула.

— Мне завтра на работу, — прохрипела я, теряясь в его ласках.

— Вот и помолчи, — властно заявил Кристиан, опрокидывая меня на кровать и накрывая мои губы своими.

— А знаешь, ты сегодня провинилась, — проговорил парень. В его руках оказался пояс от моего халата.

— Может не надо? — тихо спросила я, уже понимая, к чему всё идёт.

Костов примотал мои руки к изголовью кровати.

— Издеваться будешь? — проскулила я, теряясь от желания.

— Тебе еще и рот заткнуть, милая? — промурлыкал он, припадая к моим губам.

Я замолчала.

— Умница, — удовлетворенно прокомментировал Крис.

От шее Кристиан вел дорожку поцелуев ниже, к груди. Парень поймал губами мой сосок прямо через ткань лифа, принялся ласкать. Я застонала и выгнулась в спине. Лаская мою грудь, Костов ловко стянул с меня трусики, оставляя резинки от подтяжек. Он настойчиво раздвину мои ноги, и я почувствовала шершавые пальцы на внутренней стороне бедра. А Кристиан уже опять навис над моей шеей, прикусил мочку уха. Я застонала. Его пальцы медленно вошли в меня. А черные глаза смотрели точно в мои, ловя каждый мой вздох. Движения внутри меня стали чуть резче. Костов снова припал к груди.

Я резко выгнулась, не имея возможности справиться с собой из-за того, что завязаны руки.

— Лежи смирно, — скомандовал хриплый голос у уха. Я почувствовала настойчивые поцелуи и легкие укусы на шеи. Движения мужских пальцев ускорились.

— Кристиан, — выкрикнула я, — я больше… больше не могу…

И я, громко застонав, упала в омут наслаждения. Рассудок помутился, и я чувствовала лишь властные пальцы внутри себя. Костов немного подождал пока я приду в себя. Он тонкими пальцами рисовал узоры на моей коже.

— На колени, спиной ко мне, — скомандовал он чуть погодя. Мое тело совершенно не хотело двигаться, но я понимала, теперь Кристиану нужна разрядка. Я кое-как прокрутила руки в импровизированных оковах и пододвинулась к стене у изголовья кровати, села на колени. Ноги трусились и категорически отказывались мне подчиняться.

— Скарлетт, сколько раз я должен повторять? — Костов слегка оттянул мои волосы и проговорил это мне в ухо. Мурашки снова пробежались по моей спине. Я поспешила исправиться, хотя усталость владела мной. Я встала на колени и отодвинулась немного назад, прогибаясь в спине. Я двигалась до тех пор, пока моя попа не уперлась в нечто твердое.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Люблю, когда ты такая покладистая, — промурлыкал он, водя членом у меня между ног.

— Ты трахнешь меня сегодня или нет? — откинув голову назад, прохрипела я. В этот момент в меня резко вошли во всю длину. Я громко закричала.

— Я сказал, покладистая, Скарлетт, — рыкнул Кристиан.

Он больше не мог сдерживаться и просто вдалбливался в меня. Я не имела возможности контролировать стоны, не могла даже прикрыть рот рукой. Просто извивалась под ним, с каждым толчком получая невероятное наслаждение. Напряжение нарастало всё больше и больше. Внутри меня творилось безумие. Пока, наконец, Кристиан не толкнулся в меня последний раз, и мое сознание рассыпалось миллионами звезд. Костов свалился справа от меня. Кроме привязанных рук меня, казалось, не держит в этом мире ничего. Через полминуты Кристиан с трудом отвязал меня от кровати, и я упала рядом с ним. Немного отдышавшись, Кристиан нежно притянул меня к себе.

— Я так сильно люблю тебя, — прошептал он.

Эпилог.

Время текло неумолимо быстро, мне казалось, что я только пересекла границу Великобритании и начала заниматься музыкой, как пролетели уже два года. Лейбл Инфинити очень помог в становлении моей карьеры и по согласию обоих сторон контракт был продлен. Наша с Кристианом пара постоянно мелькала в прессе, часто и в желтой, но там порой писали такие небылицы, что мы с Каффом пару раз умирали со смеху.

За это время я с успехом выпустила мини альбом для русской аудитории и полноценный альбом с англоязычными песнями, теперь готовился к выходу второй, с которым я должна была ехать в мировой тур. Это событие было очень важным для меня, ведь это новая ступень в моем развитии. Не каждый человек способен на такое.

Еще эти пару лет я серьезно думала над одной темой. Решение данного вопроса не выходило у меня из головы, и я решилась. Решилась поступать в консерваторию. Я знала, что для моей карьеры это вовсе не обязательно и предполагала, что будет сложно совмещать с моей загруженной работой. Но моя мама очень хотела, чтобы у меня было высшее образование, и я знала, не смотря ни на что, я воплощу это в жизнь. Это была моя память о ней, мой последний подарок, моя вечная любовь.

Я шла в офис Инфинити с этой новостью, как на расстрел, но на мое удивление они пошли мне на встречу. Мы решили, что после мирового тура я могу идти на учебу, и около года мне не нужно будет надолго уезжать из Лондона. А затем учебное заведение и само пойдет мне на встречу.

Из России через какое-то время птичка на хвосте принесла, что Виктор пошел в разнос после нашего отъезда, бесконечно устраивал вечеринки и часто менял девушек. Эти сведения немного опечалили меня, я надеялась, что не моя вина в таких переменах. Но вскоре я узнала, что этот хаос в его жизни закончился, и он стал ухаживать за Никой. Да, за нашей милой и серьезной эльфийкой. Этот факт нас очень обрадовал, но и озадачил. Ника никогда не была сторонницей различных тусовок, а алкоголь и другие увеселительные средства и вовсе обходила стороной. Для кандидаток для роли девушки Виктора подходила больше Кира, его подруга детства, да и огонек всегда между ними был. Но, тем не менее, Добровольский настойчиво ухаживал за Никой и отгонял всех потенциальных ухажеров.

После того, как Кафф немного остыл по отношению к Добровольскому, он возобновил общение, как ни как полжизни друг друга знают. В действительности Виктор не сделал ничего плохого Кристиану, и со временем мой парень это осознал. К тому же теперь у моего бывшего однокурсника была Ника.

Я разобралась со своими психологическими проблемами, хотя часто посещала психотерапевта вместе с Кристианом. Эти сеансы очень помогали в жизни, особенно в нашей работе, когда всегда нужно быть собранным и спокойным.

Отец Кристиана развелся с женой, и она отсудила у него большую часть его состояния. Константин Кафф хотел наладить отношения с Крисом, но не вышло. Певец был не приклонен.

Рита создала продюсерский центр и взяла к себе на попечение несколько юных талантов. Она собиралась взять их в наш тур, на разогрев.

Однажды, прямо перед началом тура, Виктор сказал Кристиану, что они с Никой скоро будут в Лондоне, отец Доброволького отправляет сына по юридическим делам фирмы. Я очень обрадовалась этой новости, хоть и была занята приготовлениями к выступлениям. И буквально через день дядя Саша сказал, что скоро приедет в Британию и хочет со мной увидеться. Я поняла, что разрывалась, работы было очень много, но видеть родных людей очень хотелось. Тогда Кристиан предложил устроить вечеринку в честь первого мирового тура и туда всех пригласить. Мне очень понравилась эта идея, я могла пригласить многих из Инфинити, Риту, друзей. Эта вечеринка даже могла бы стать очень выгодной для обеих сторон. Ведь знакомства не помешают всем.

На вечере не обошлось без моего выступления, дядя Саша так просил, что я не могла устоять. И когда я закончила петь последнюю строчку, ко мне подошел Кристиан. Я с удивлением на него посмотрела, но он невозмутимо стал на одно колено и… Сделал мне предложение. При всех. В тот момент меня затопило столько эмоций, счастье, восторг, чувство полета, грусть, что это не видит мама, и одно из чувств была злость.

«После вечеринки я его убью. Я ведь говорила, что не люблю, когда подобные вещи делают на публике. Но он всё равно сделал по-своему!» — думала я в тот момент, со счастливой улыбкой на губах и радостными слезами в уголках глаз.

«Чёртов Кристиан Кафф…»

Спасибо за прочтение этой истории, я вас очень сильно люблю*

Решила попробовать себя в романтическом фэнтези, приглашаю на мою новую книгу "Магия рода. У меня есть права", буду рада читателям*

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Конец