Дас ист фантастиш унд гут

Когда устаёшь от серенького, вялотекущего фашизма - лайт современной России, когда не можешь скачать даже коротенький видос, так как путиноидная мусорская мразь вновь отключила мобильный интернет, вот тогда и обращаешься поневоле к колоссальным фигурам прежних правителей, а ими были лишь двое : Пётр Великий и товарищ Сталин. Как ты к ним ни относись и не оценивай результатов их правления, но грандиозный вклад, резкие изменения, кардинальные перемены, не всегда к лучшему, конечно, затмевают убожество гнилой и подлой путинщины, безыдейной, тупой, основанной лишь на жажде власти нынешних карликов и ублюдков, уверен, донельзя довольных рабским состоянием подвластного им недонародца, чем русские и стали в том числе и по милости упомянутых выше ( см. выше, курсив мой) великих королей древности, как их именовал мудак Толкиен. Перечитав массу исследований о Петре и Сталине, время от времени возвращаюсь к уже прочитанному, так как считаю, что трёхтомник Массы и книга Валишевского, а также Монтефиоре превосходят руссиш швайн, никогда и не имевших своих историков в точном смысле этого слова, не назовёшь же историками придворных холуёв и фальсификаторов, где ублюдок Мидинский занимает почётное место лжеца и негодяя, будучи по - жизни в пристяжи гнилой мусорской хевры, и захватившей власть в России четверть века тому назад. Впрочем, мы, русские, ещё и не такую мразь сумели пережить, возьми ты опричнину сумасшедшего Грозного, военщину того же Петра или мусорской беспредел Сталина, как нас только ни гнобили, ни убивали разными способами и методами, а русские всё живы, являя величайший образец выживаемости, а что для элементарного выживания, как и евреям, кстати, пришлось поступиться честью, совестью, самим Богом, душой и так дальше, став в результате истинными нелюдями, унтерменшами, как весьма точно назвали таких недочеловеком педантичные немцы, так на это насрать, как правильно говорил товарищ Сталин : главное, товарищи, это результат. Вот и результат налицо в виде уё... ой огромной страны, абсолютно некомфортной для просто проживания, набитой стадами двуногих выб... ов, лишь внешне схожих с людьми, не имеющих никакого будущего, погрязших в средневековом дерьме и замшелых настолько, что любой уже чурка бешеный превосходит руссиш швайн как образованием, так и профессиональными навыками буквально во всём, что не мешает русским привычно чваниться и гордиться. Только вот непонятно чем. Эти скоты готовы праздновать столетней давности иллюзорные победы, приводящие нас всегда к ещё большему убожеству и рабству, дальнейшему укреплению упыриной власти из нас же самих, озадаченной, убеждён, лишь парочкой вопросов : удержать власть - кормилицу и сделать жизнь руссиш швайн ещё хуже и гаже. Причём, что ужасает особенно, много хуже и много гаже. Штоп, понимаешь, копейки считали, чтобы с голодухи выли, чтобы своим мясом тюрьмы и каторги набивали, чтобы подыхали солдатами и в самом конце жизни наконец всё же понимали, что всё это кровавое говно было напрасным.

- Аллес умзонст, аллес умзонст.

Мой верный товарищ Кротов всё же действительно свихнулся окончательно. Он погрузился в мрачные сетования, отравляя своим пессимизмом обычную для нашего самоубийственного отряда атмосферу полнейшей обезбашенности и чисто российского пох... ма, так как малейшего смысла в наших поисках окатуев и дальнейшем бестолковом шарахании по руинам прежнего мира не было и быть не могло. Многие вернулись в первобытность, пожирая себе подобных, отдельные попытались наладить хоть какую жизнь, хотя они и не знали и никогда не видели жизни, но привычка сбиваться в стадо, где тёплый бок соседа дарует призрачное ощущение хоть какой безопасности, никуда не делась, и лишь мы безостановочно передвигались среди горящих осколков прежнего мира, живя день до вечера и убивая всех на своём пути. Особенно нам нравилось уничтожать остатки прежнего народа, русские, вроде, именовали их раньше. Особое удовольствие для Чикатило, Розенберга и Освальда доставляли жалкие стенания казнимых, как они ползали и пресмыкались, облизывая нечистыми языками эсээсманские сапоги Кротова, вымаливая жизнь, но получая горячую, но справедливую пулю в свои разномастные головы. Садистически настроенный Чикатило не удовлетворялся пулей, называя такой вид смерти для ублюдков подарком судьбы, ему нравилось пытать своих жертв до смерти, он радовался и наслаждался воплями замученных, а прекращал их жизнь точным движением свинореза, вскрывая глотки бывших русских. И лишь Дита фон Тиз по бабьему своему милосердию загоняла их толпами в заброшенные, полуразрушенные дома, позволяя Поху поджечь их, но и они поддались влиянию Чикатило, так как слушали крики сжигаемых заживо с блаженными улыбками и нескрываемой радостью в глазах, загадочно и жутко мерцающих в ставшей постоянной ночи ядерной зимы.

- Ничего не кончено, - пытался я воодушевить своего соратника, хлопая его по плечу, - пока есть на планете хоть один русский, Кротов, нам есть чем развлечься.

И вот тогда он визжал и бросался с МП - 40 у живота на обнаруженных русских, убивая их толпами и массами. Как говорится, собакам - собачья смерть.