Запределье

1 глава

С горем пополам закончила обзорный доклад и настороженно окинула беглым взглядом немногочисленных присутствующих в зале, обеспокоенно ожидая неудобных вопросов от потенциальных инвесторов.

— Почему вы думаете, что вашей экспедиции повезёт? — раздражающим слух фальцетом воскликнул неопрятный толстяк в лоснящемся шерстяном костюме, исподтишка скользя маслянистыми глазками по моей фигуре. — Все предшественники бесславно пропали без вести.

— Раньше главный упор делался исключительно на военных… — вежливо начала объяснять заученный текст, но, как и следовало ожидать, первую фразу грубо прервали.

— Это вопрос национальной безопасности, — безапелляционно возразил пропахший нафталином и лысый, как коленка, старик.

— Но именно поэтому мирные намерения и ставились под сомнение! — попыталась сбивчиво объяснить, уже не слишком надеясь на удачу.

— Первую экспедицию в Запределье возглавлял учёный, этот, как его… — тучный инвестор с покрасневшим лицом нетерпеливо защёлкал короткими толстыми пальцами, безуспешно пытаясь вспомнить имя.

— Уильям Брэдли, — нехотя продолжила, даже спустя несколько лет ощущая внутреннюю дрожь при мучительных воспоминаниях о своём учителе, идейном вдохновителе и… тайной любви всей жизни. Долгие месяцы после его исчезновения мою душу раздирали в мелкие клочья болезненные размышления, например, а что, если бы я нашла в себе смелость и отправилась добровольцем в неизведанные земли в составе первой экспедиции? В минуты крайней слабости мне казалось, что даже смерть намного милосердней, чем пугающая неизвестность. Лучше горькая определённость, чем тысячи вопросов, роем диких жалящих пчёл, навсегда поселившихся в моей голове и планомерно лишающих рассудка.

— Ни один здравомыслящий человек не одобрит это безумие! — снова сорвался на высокий фальцет упитанный тип с косыми поросячьими глазками, презрительно отбрасывая в сторону стопку ярких буклетов разноцветным веером. — Ваш проект — это самоубийство в чистом виде!

С отвратительным скрежетом отодвинув хлипкий стул от испещрённого мелкими трещинами стола, мой единственный шанс на спасение демонстративно покинул аудиторию и хладнокровно хлопнул дверью настолько громко, что стёкла в окнах жалостно задребезжали. Его примеру мгновенно последовали остальные слушатели, напоминая панургово стадо.

Я в изнеможении опустилась на протёртое от времени кожаное кресло и тяжело вздохнула, из последних сил стараясь не расплакаться. Очередная попытка обернулась жутким провалом. Сколько их ещё будет? После трагического исчезновения четырёх экспедиций больше никого не привлекали мифические сокровища Запределья, а вдоль призрачной границы миров разместили многочисленные посты вооружённой до зубов охраны. Кроме того, ходили тревожные слухи, что в ближайшее время между мирами вырастет высокая непреодолимая стена. Интуиция настойчиво вопила о том, что тактика «холодной войны» ошибочна, но жалкие попытки вразумить окружающих снова ничего не дали. Иногда создавалось странное ощущение, что я упрямо бьюсь лбом в закрытую дверь, наивно надеясь, что рано или поздно она слетит с петель.

Даже после такого сокрушительного поражения я только отчаянно сжала вспотевшие ладони в кулаках и едва слышно пообещала самой себе:

— Уильям, я не сдамся!

— Что весьма глупо с твоей стороны, — пронзительную тишину пустого зала резко прервал жёсткий ответ моей лучшей подруги, помогавшей подготовить злополучный доклад. — Признай раз и навсегда, что он погиб!

— Тогда я сама отправлюсь его искать! — упрямо возразила, раздражённо прикусывая нижнюю губу. — Это единственный выход!

— Разумеется, — издевательски пропела рыжеволосая девушка, задумчиво крутя в птичьих лапках огромный пульт от древнего проектора. — Там, где не справились три экспедиции, только у тебя всё получится!

— Но… — я на мгновение даже растерялась, пытаясь придумать хоть один достойный довод. — У меня нет другого выхода!

— Чепуха! Забудь о проклятом Запределье и живи припеваючи, — отрезала Эсти, эмоционально жестикулируя ухоженными руками с ярко накрашенными ногтями. — Мир от этого не сдвинется!

— Уверена, что Уильям не бросил бы меня на произвол судьбы, окажись я на его месте, — ворчливо пробурчала себе под нос и слегка насупилась.

— Ты его всегда слишком идеализировала! — воскликнула подруга и неприятно рассмеялась. — Да он бы палец об палец ради тебя не ударил! И чем раньше ты забудешь о драгоценном Уильяме, тем лучше!

Слова рыжеволосой ведьмы разлились ядовитой кислотой где-то в желудке, а вдоль позвоночника прокатилась мерзкая волна жуткого холода, леденящего спину. Но я героически заставила себя глубоко вдохнуть полной грудью спёртого воздуха и мысленно досчитать до десяти, крепко сжав от напряжения челюсти. Может, всё к лучшему? Если даже близкий человек не понимает моих чувств и душевной боли, то меня больше ничего не держит на этой стороне мира. Собственных родителей я не знала, так как выросла в детском доме. А единственный мужчина, который с первого взгляда похитил девичье сердце, давным-давно сгинул по ту сторону границы. Чувствуя, как с треском рвётся последняя ниточка, связывающая меня со старой жизнью, с трудом глотнула образовавшийся ком в горле и начала составлять план дальнейших действий. Благодаря взломанной базе данных я прекрасно знала, где лучше пересечь границу между мирами, не столкнувшись с бдительными представителями вооружённой охраны. И, кто знает, возможно, на территорию Запределья намного проще пробраться незаметно в одиночестве, чем в компании группы учёных и военных? Я увлеклась опасным планом, с каждой секундой обраставшим новыми деталями, и больше не вслушивалась в обвинительную тираду Эсти. Я молча стянула с запылённого подоконника старый матерчатый рюкзак с мелодично дребезжащей коллекцией разноцветных брелоков и торопливо выскользнула из ненавистного зала, даже не попрощавшись с ни на шутку разъярённой подругой. Мне казалось, что моя решимость в любую секунду растает как снежинка в костре, поэтому в мрачном длинном коридоре института я неосознанно ускорила шаг и постепенно перешла на бег, мысленно обещая себе больше никогда не оглядываться назад ни при каких обстоятельствах. Вопреки препятствиям, я обязана поскорее спасти Уильяма и собственными глазами увидеть таинственное Запределье, чего бы мне это ни стоило. Я мрачно растянула губы в торжественной улыбке после решения выдвигаться в дорогу сегодня же вечером. Глупо бесконечно прятаться от жизни в неприступной башне и ждать чудесного спасения. Эпоха отважных рыцарей без страха и упрёка давно миновала, поэтому остаётся надеяться только на собственные силы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

2 глава

При тусклом свете двух полупрозрачных лун, окружённых пушистыми багрово-сизыми облаками, спонтанная идея отправиться в опасное путешествие в гордом одиночестве казалась… полным безумием. Даже едва различимый шелест таинственно мерцающей листвы от лёгкого ветерка, внезапный шорох в фиолетовых кустах или резкий хруст сухих веток под кроссовками в густой чаще вызывали внутреннюю дрожь, смешанную с приступом безудержной паники.

— Всё страньше и страньше, — процитировала любимую сказочную героиню, тоже отважно прыгнувшую в кроличью нору, и испуганно оглянулась по сторонам. Холодный ночной воздух пах свежей травой и чем-то отдалённо напоминающим продолговатый виноград «дамские пальчики». Кроме того, меня беспокоило навязчивое ощущение, что за каждым шагом пристально наблюдал кто-то страшный и большой. Присутствие неизвестного рядом нервировало до жути.

— Это безобидная зверушка или ушастая сова, — упрямо убеждала саму себя, ритмично передвигая одну ногу за другой. Хорошо бы для поднятия боевого духа вспомнить весёлую мелодию, но память почему-то услужливо подбрасывала только похоронный марш. Благодарю за помощь! Ноги раздражающе гудели от непривычной нагрузки, поэтому я с облегчением отбросила тяжёлый походный рюкзак в сторону и достала из кармана старый компас, устало опираясь о странно гладкий ствол бордового дерева. Стрелка начала хаотично крутиться как волчок и категорически отказывалась определять стороны света. Я тяжело вздохнула и вынула мобильный телефон с потрескавшимся экраном. Как и следовало ожидать, сигнала не наблюдалось, поэтому приложение с картой оказалось бесполезным. Похоже, в Запределье царили собственные законы, разобраться в которых предстояло в ближайшем будущем. Как же ориентироваться в этом лесу, если привычные методы катастрофически отказываются работать? Озадаченно нахмурившись, настороженно присмотрелась к ярко-бордовому мху, отчаянно стремясь разобраться, где расположен север, а где — юг. Везде. Дальше последовала безнадёжная попытка отыскать на звёздном небе Полярную звезду, которая в теории должна указывать на север. Но, обнаружив три совершенно одинаковые яркие точки в разных частях неба, раздражённо прикусила нижнюю губу, изобретая план получше. Без ориентиров я могла ходить кругами до бесконечности, поэтому неплохо бы найти какой-нибудь ручей или реку…

Я настолько глубоко погрузилась в мрачные размышления, что не сразу заметила, как тонкие, гибкие ветки дерева начали жадно обвивать мои ноги, бедра и талию. Взвизгнув, резко отскочила в сторону, ощущая неприятное жжение на коже и торопливо сбрасывая с себя отвратительно извивающиеся, как щупальца осьминога, розовые побеги.

— Ещё повезло, что ядовитая триффида не голодна, — услышала насмешливый высокий женский голос за спиной.

Слова незнакомого языка чудесным образом превращались в осмысленные фразы. Оглянувшись, увидела на лесной поляне двух страшных великанш с горящими в темноте глазами и грязно-зелёной кожей, испещрённой уродливыми шрамами. Грубые мускулистые тела исполинских женщин были частично прикрыты лоснящимися от жира звериными шкурами со скомканной шерстью. Но больше всего настораживали жуткие головные уборы зловещих незнакомок, похожие на высушенные черепушки чудовищных монстров с острыми зубами, навечно застывшими с яростным оскалом предсмертной агонии.

— А добыча сегодня ночью сама бежит прямо в руки! — от грохочущего рыка троллихи внутренности скрутило тугим узлом. — Только посмотри на этот удивительный цвет волос, не иначе как мы наткнулись на призрачную ведьму, лысый дракон меня побери!

«Это всего лишь дешёвая китайская краска!» — захотелось с надрывом выкрикнуть в своё оправдание, но я вовремя прикусила кончик языка, сохраняя молчание. Да и смысл орать о том, что я всю жизнь старалась замаскировать белёсый цвет прогорклой платины, бесящий до мозга костей?

— Вы ошибаетесь, — невнятно пробормотала и постаралась незаметно отступить от этих существ подальше. Осталось только дотянуться до охотничьего ножа, спрятанного за пазухой. Да, согласна, оружие, не слишком подходящее в борьбе с ужасными чудищами, но это лучше, чем ничего.

— Ты погляди на эту нежную кожу, любой повелитель предложит за неё целое состояние! — продолжала нахваливать мою внешность незнакомка, словно я была товаром на прилавке.

— Я не причиню вреда, — попробовала снова достучаться до воинственных великанш со слипшимися от грязи волосами и боевыми томагавками, но с таким же успехом можно было с размаху биться лбом о кирпичную стену.

— Крошки-дракошки! И какая хорошенькая! Даже среди ведьм это редкость, — с видом знатока поддакнула вторая неопрятная женщина и смачно причмокнула, напоминая безумного геолога, внезапно обнаружившего среди раскопок уникальный минерал.

— Я никуда с вами не пойду! — предупредила и крепко сжала вспотевшими пальцами острый кинжал, неумело замахнувшись. Правда, по сравнению с внушительными габаритами моих противниц «грозное» оружие выглядело не больше тонкой иголки, но другого способа защиты у меня не оказалось.

— Детка, делай что угодно, только не ори, мы находимся слишком близко к проклятым землям Обсидиановой империи, — впервые обратилась непосредственно ко мне наиболее уродливая великанша, злобно усмехнувшись. — Ты же не хочешь начать веселье раньше времени?

Липкий страх волной разлился по телу, мешая связно думать.

— Я закричу! — воскликнула, с ужасом чувствуя, как к горлу уверенно подступает тошнота.

— Слишком поздно, — раздался властный мужской голос, мгновенно заставивший глупое сердце сначала испуганно замереть, а потом забиться как сумасшедший раненый суслик. — Это моя добыча! Отдайте её мне!

Что они тут все, тайные поклонники Киплинга? В ответ смуглая великанша неожиданно подпрыгнула и больно схватила меня за плечи грязными ручищами с длинными когтями.

— Мы первые нашли призрачную ведьму, — угрожающе пророкотала мерзкая женщина. От невыносимого зловония глаза заслезились, а горло пересохло.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Неторопливой походкой из чащи вышел высокий, широкоплечий мужчина, больше всего напоминающий опасного и дикого хищника, готовящегося к стремительному рывку. Лунные блики загадочно играли на обнажённых мускулистых плечах и длинных распущенных волосах с тёмными вплетёнными бусинами, похожими на чёрный жемчуг. Смуглое узкое лицо с резким волевым подбородком можно назвать привлекательным из-за первобытной и необузданной красоты, от которой быстро закипала кровь в жилах, а дыхание становилось рваным.

3 глава

— Мы первые её нашли! — угрожающе прошипела безобразная троллиха, резко прижимая меня к своему грузному и зловонному телу. От стойкого отвращения я снова содрогнулась, отчаянно пытаясь вырваться из стальной хватки.

Пронзительные глаза загадочного незнакомца внезапно вспыхнули ослепляющим изумрудным пламенем, а за массивной спиной сгустился непроницаемый туман, напоминающий огромные крылья гигантской летучей мыши. Это было одновременно ужасающее и завораживающее зрелище, от которого вдоль позвоночника спустилась жаркая волна, а по телу пробежала косолапая толпа ополоумевших мурашек.

— Мы нашли эту куколку на нейтральной территории, — вступила в разговор вторая великанша и с гортанным рыком хищно потёрла грязные когтистые ручищи. — Но ты можешь принять участие в торгах завтра утром на невольничьем рынке наравне со всеми остальными!

— Я требую немедленно отдать мне ведьму по древнему праву в качестве избранницы! — громогласно пророкотал незнакомец, заставляя отвратительных великанш испуганно переглянуться. — Или вы предпочитаете поединок?

Ночной воздух стал таким плотным, хоть режь ножом. Мрачная угроза казалась осязаемой: даже уродливая женщина за спиной взвизгнула и наконец-то выпустила меня на свободу.

— Ты ещё пожалеешь об этом, обсидиановый змей! — заикаясь от панического страха, невнятно пробормотала уродливая великанша, напоследок сплюнув ядовитой слюной, с тихим шипением продырявившей ближайший кустарник.

— Не в этой жизни, — дерзко усмехнулся мужчина вслед бегущим с поля боя великаншам и неожиданно перевёл тяжёлый взгляд на меня. Сердце бешено заколотилось в груди, отзываясь в висках оглушающей барабанной дробью. — Ты идёшь со мной!

— Вот ещё! — проворчала себе под нос и смерила самоуверенного мужчину уничижительным взглядом. И сущие пустяки, что ради этого пришлось высоко задрать подбородок. — Никуда я с тобой не пойду!

— Предпочитаешь попасть на невольничий рынок? — иронично уточнил незнакомец и уверенно протянул ко мне широкую ладонь с длинными пальцами. — Я уже произнёс священную клятву, поэтому у нас нет выбора.

Услышанное всё больше походило на бредовый сон, только вот проснуться почему-то не получалось. На всякий случай не выпуская кинжал из вспотевших пальцев, проигнорировала его жест и нервно сглотнула ком в горле, подбирая правильные слова:

— Спасибо за то, что вы спасли меня от этих троллих… — разрозненные мысли в голове отчаянно путались, мешая сосредоточиться. — Я буду благодарна, если вы поможете мне добраться до ближайшего города или хотя бы деревни.

— Ты не поняла меня, — низким голосом с лёгкой хрипотцой ответил незнакомец, вызывая потаённую дрожь. — Я только что нарёк тебя избранницей перед свидетелями.

— И что же это значит? — подыграла мужчине, похожему на огромную гору из чёрного гранита.

— Что отныне ты моя невеста. Это была единственная возможность спасти твою никчёмную жизнь, — неохотно объяснил чужак, сверкая нефритовыми глазами.

— Но… я против! — испуганно воскликнула, с трудом веря ушам.

— Торги бы ты не пережила, за тебя началась бы драка между повелителями, — пояснил неожиданный спаситель настолько равнодушным тоном, что он показался искусственным. Словно речь шла о занудных биржевых котировках или ценах на нефть, а не о человеческой жизни.

— Нет уж! Меня не интересуют дурацкие традиции! — упрямо возразила, раздражённо фыркнув. — Приятно было познакомиться, но у меня ещё полно дел!

— Я тоже не в восторге, если это тебя хоть каплю утешит, — хищно усмехнулся он. — Кстати, меня зовут Морфеус.

— Ага, а меня — Нео, — рассмеялась, торопливо утирая выступившие слёзы. — И мне давно пора!

— Это твоё настоящее имя?

В выразительных глазах снова вспыхнуло изумрудное пламя, запускающее под кожу стаю раскалённых угольков.

— Меня зовут Ребекка, — едва слышно пролепетала от волнения, с трудом узнавая собственный голос. — Но это ничего не меняет.

— Ребекка, — протяжно повторил величественный мужчина, словно неторопливо пробуя моё имя на вкус. Горячая волна томительно медленно лизнула позвоночник, и дыхание сбилось. — Не бойся меня, я не причиню тебе вреда.

— Ещё чего! — искренне возмутилась, не отводя настороженного взгляда от Морфеуса, или как его там…

— Тогда убери свой нож, поранишься ещё ненароком, — издевательски рассмеялся несносный нахал. Вот сейчас и убила бы, если бы могла дотянуться, конечно.

А я совсем забыла, что всё ещё сжимала в руках холодное оружие, казавшееся игрушечным против этой груды железных мышц. Торопливо спрятав бесполезный кинжал, попыталась снова достучаться до непонятливого собеседника:

— У меня нет времени на всю эту мифическую белиберду с избранницами. Несколько лет назад здесь пропала группа людей, и мне нужно их поскорее найти.

Мужчина слегка склонил голову вбок, пристально наблюдая за мной с подозрительным любопытством, словно за каким-то экзотическим зверьком. И это было последней каплей!

— И я не диковинная игрушка, которую продают на рынке, — продолжала возмущаться вслух, окончательно теряя терпение. — И уж тем более никто не имеет права решать за меня…

Пугающая тьма воронкой снова начала клубиться за мощными плечами незнакомца, напоминая развевающийся мглой чернильный плащ. Очертания мужчины в сизом тумане постепенно становились размытыми, да и сам он начал быстро увеличиваться в размерах. Судорожно дёрнувшись от испуга, вскрикнула, не веря глазам, так как передо мной теперь стоял величественный дракон с широкими кожистыми крыльями и сверкающей обсидианом роскошной чешуёй словно в замедленной съёмке. В груди слащавым сиропом растёкся липкий страх, а ватные ноги намертво приросли к земле от этого зрелища. Все инстинкты настойчиво кричали о том, что нужно срочно бежать, но при этом я прекрасно понимала, что уже слишком поздно. Да и некуда. Огромный, как базальтовая скала, чёрный дракон жадно схватил меня страшными когтями и стремительно поднял в прохладный воздух, унося в неизвестном направлении. Клокочущая тьма густой пеленой накрыла меня с головой, а сознание уплыло, обречённо растворяясь в обсидиановой дымке.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

4 глава

Внезапное пробуждение сложно назвать приятным, так как я долго не могла разобраться, где нахожусь. Нежно-розовые тона просторной спальни больше всего напоминали буйную фантазию безумного мультипликатора, безнадёжно застрявшего в мире зефирных принцесс и злобных мачех. Массивные набалдашники в виде переплетённых змей надменно сияли кричащей позолотой, словно безвкусная мишура на облезлой новогодней ёлке утром после праздника. Возможно, предыдущая жизнь не подготовила меня к роскоши, поэтому окружение казалось чересчур нарядным и фальшивым, как внезапно выросшая третья рука или шестой палец.

И теперь меня раздражало решительно всё в громадной комнате, похожей по размерам на футбольный стадион, от необъятной кровати с пуховой периной и вышитым золотом бархатным палантином до вычурного зеркала, в резной раме которого издевательски подмигивали на солнечном свете драгоценные камни. Намного проще же праздно размышлять о цвете декоративных подушек или тяжёлых портьер, а не… о пугающем мужчине, неожиданно превратившемся на моих глазах в чёрного чешуйчатого монстра с исполинскими крыльями, заслоняющими небо. Да и некогда мне играть роль какой-то там невесты, ведь нужно срочно отыскать пропавшего Уильяма. Расстроенно закусив нижнюю губу, я задумалась о призрачных шансах встретить его живым и здоровым. Запределье с первого же взгляда показалось довольно жестоким миром с суровыми законами, непонятными традициями и… легендарными драконами, дьявол их побери! Для полного счастья не хватает радужных единорогов и крылатых фей. А ведь этот нахал мог запросто разодрать в мелкие клочья мощными когтищами. Внимательно осмотрев себя, неожиданно заметила на запястьях странные татуировки, похожие на экзотические браслеты. Таинственные символы переплетались завораживающими узорами, словно светящимися драгоценным обсидианом.

Осторожный стук в массивную дубовую дверь заставил вздрогнуть, теряя нить логических рассуждений. Как вор на месте преступления, испуганно оглянулась по сторонам и торопливо накинула белоснежный шёлковый халат на плечи, изо всех сил стараясь не строить гипотез о том, как я оказалась в этой кровати без одежды, с распущенными волосами.

— Кто там? — на всякий случай воскликнула, быстро затягивая ажурный поясок вокруг тонкой талии.

— Госпожа, я принесла ваш завтрак.

Через секунду на пороге комнаты появилась смуглая девушка с огромным подносом, основательно уставленным всевозможными блюдами.

— Спасибо, но я не голодна, — упрямо перекрестив на груди руки, гордо произнесла, исподтишка разглядывая стройную, как берёзка, служанку с угольно-чёрными кудряшками в изумрудном плаще до пола. Это было не совсем правдой, так как в последний раз я ела почти сутки назад, но пока у меня не было иного способа выразить протест против нелепого похищения и насильственного содержания в неволе.

— Господину это очень не понравится, — испуганно воскликнула незнакомка, слегка приоткрыв от удивления рот.

— Ну и пусть, — невозмутимо ответила и довольно усмехнулась. — А теперь немедленно унесите еду обратно на кухню и передайте вашему господину, что я категорически отказываюсь кушать.

К счастью, робкая служанка не посмела со мной спорить, а только послушно выскользнула с подносом за тяжёлую дверь. Обречённо проглотив голодную слюну, постаралась не принюхиваться к чудесному аромату, всё ещё соблазнительно витающему в воздухе, и снова огляделась в поисках одежды. Но ничего похожего на платяной шкаф здесь не наблюдалось. С разочарованием перебрав странное содержимое тумбочки и болезненно уколовшись об острие мерцающего кристалла, смачно выругалась вслух и засунула раненый кончик пальца себе в рот.

— Могла бы предупредить, что предпочитаешь питаться кровью, — услышала издевательский смешок за спиной. Резко вздрогнув, встретилась в отражении зеркала с пронзительным взглядом Морфеуса. Мог бы и постучаться!

— Я требую вернуть мне одежду и немедленно освободить, — бодро протараторила заранее приготовленную речь как по нотам, почти не заикаясь. Ну, разве что самую малость. Чтобы подтвердить серьёзность намерений, даже плавно развернулась к двери, расправив плечи.

— Иначе что? — с тихим злорадством усмехнулся наглец, обворожительно приподняв идеальную бровь.

На несколько мгновений пришлось задуматься, тщательно взвешивая немногочисленные варианты.

— Я скорее умру, чем стану вашей женой! — торжественно провозгласила, прищуриваясь и вспоминая навыки игры в покер. Разумеется, я блефовала, но замерший на пороге, как истукан, мужчина просто обязан был принять мою ложь за чистую монету. И устрашающая воронка тьмы, грозно клубящаяся за мощной спиной неандертальца, льстила моему актёрскому мастерству. Конечно, до уровня Одри Хепбёрн или Вивьен Ли предстояло ещё хорошенько поработать, но первые робкие шаги на театральном поприще…

Морфеус стремительно подскочил ко мне и сжал в огромных руках мои запястья, словно стальными тисками. От грубого прикосновения по коже поползло обжигающее пламя, взрывающее нервные окончания. Отчаянно пытаясь выбраться из его хватки, я ошарашенно уставилась на свои руки. Волшебные узоры татуировок теперь бешено плясали на светлой коже, настойчиво разрастаясь до локтей чернильными побегами.

— Отпустите меня! — рассерженно прошипела сквозь зубы и подняла голову.

Наши взгляды встретились, и я словно потонула в изумрудном огне, сжигающем всё на своём пути.

— Что вы себе позволяете?

— Теперь ты не умрёшь, — промурлыкал надменный варвар и самодовольно улыбнулся, мгновенно превращая мою кровь в раскалённую лаву. — Наши жизни связаны.

Как бы много я отдала, чтобы навсегда стереть счастливую ухмылку победителя с узкого смуглого лица, обрамлённого длинными смоляными локонами. Дыхание предательски сбилось, а лёгкие наполнились опьяняющим дымным ароматом с острыми нотками жжёного ладана и берёзовой смолы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

5 глава

— Наша свадьба состоится сегодня! — безапелляционно заявил самодовольный нахал, так и не выпуская затёкшие запястья. Жжение от обсидиановых рунических символов перешло в приятное покалывание, щекотавшее чувствительную кожу, словно мужчина ласково скользил горячими кончиками пальцев по поверхности тела.

От странных ощущений нервно сглотнула ком в горле, отчаянно пытаясь сосредоточиться и привести мысли в порядок. Но близость мужчины вместе со сладким дурманящим запахом жжёной травы, отдалённо напоминающей коноплю, затуманивала сознание. Ужасно хотелось расслабиться, сбросить груз многочисленных проблем и медленно плыть по волнам волшебного наслаждения в изумрудном сиянии, позабыв даже собственное имя или учителя.

— Я не выйду за вас замуж, — попыталась сбивчиво объяснить, с трудом сбрасывая сладостный морок. — Мне нужно поскорее найти друга, пропавшего здесь.

— Это вынужденная мера, — бархатистым голосом промурлыкал Морфеус, выпуская мои руки на волю и вызывая непонятное сожаление. Неужели мне нравились обжигающие прикосновения крылатого ящера-переростка?

— В противном случае невыполненная священная клятва начнёт пожирать нас изнутри. Кому, как не призрачной ведьме, об этом знать?

И как же мне надоели удивительные обычаи и непонятные загадки, которые никто не торопится растолковывать! Обитатели расчудесного Запределья словно сговорились! Тем не менее пора наконец-то прояснить хоть один вопрос, не вызывавший сомнений, по крайней мере, у меня.

— Боюсь, что произошла чудовищная ошибка, вы меня явно с кем-то перепутали! Я не ведьма, что бы это ни значило, — смело выпалила и вздохнула с облегчением, на всякий случай крепко сжимая руки в кулаки.

— Отрицание очевидного тебя не спасёт! — усмехнулась живая гора из стальных мышц, разворачиваясь широкой спиной ко мне. — Слуги помогут тебе подготовиться к церемонии.

— Но это правда! — с надрывом воскликнула вслед поспешно исчезающему за громадной дверью высокому неандертальцу.

Иногда у меня возникало ощущение, что последовательность бредовых событий, кружащихся безумной каруселью, происходила не со мной, а с какой-нибудь Мэри Энн или Белоснежкой из волшебной сказки. Я наивно мечтала в далёком детстве, как и большинство подруг в детдоме, благополучно выйти замуж за прекрасного принца, похожего на рок-звезду. Спустя годы место на золотом пьедестале торжественно занял блистательный Уильям, признанный гений с отличным чувством юмора. Часто перед сном, беспокойно ворочаясь с бока на бок, упоённо рисовала в воображении скромную свадьбу с трогательным обменом робких клятв о вечной любви только в присутствии священника и нескольких свидетелей. Но никогда суженый не превращался в страшного чешуйчатого монстра с массивными перепончатыми крыльями. Нервно измеряя беззвучными шагами просторную комнату, злорадно представляла, как в ответственный момент откажусь стать женой и оставлю ящера с носом. Или с хвостом. Но точно без крыльев. В общем, неважно. Единственный выход из создавшейся ситуации — это стремиться сорвать церемонию, чего бы мне это ни стоило. И начать можно хотя бы с…

Снова раздался робкий стук в дверь, напоминающий тихое шуршание мышки в норке. После лаконичного разрешения в огромную спальню впорхнула та же служанка в длинном развевающемся плаще.

— Госпожа, мне приказано приготовить вас к свадьбе, — глядя в каменный пол, неуверенно пролепетала служанка, словно опасаясь моей реакции.

В конце концов, если я застряла в кошмарном местечке надолго, то в моих же интересах обзавестись сообщниками. А кто лучше знает о слабостях и секретах господ? Верно, прислуга.

— Привет, — радостно воскликнула, растягивая губы в вежливой улыбке. — Меня зовут Ребекка, а вас?

— Гленна, — слегка заикаясь, ответила девушка тонким голоском, от неожиданности чуть не подпрыгнув.

— Приятно познакомиться! — воскликнула, протягивая ладонь вперёд для приветствия.

Внезапно служанка с тихим ужасом уставилась на мои татуировки, словно танцующие на обнажённом запястье. Так и не дождавшись ответного пожатия, смущённо отдёрнула вспотевшую кисть, пытаясь придумать нейтральную тему для разговора.

— Расскажите мне, пожалуйста, где мы находимся? — картинно развела руки и снова неловко улыбнулась.

— В столице Обсидиановой империи, — едва разборчиво пропищала девушка, испуганно оглянувшись по сторонам. — Это же всем известно!

— Я ничего не помню, — страдальчески воскликнула, покачав головой.

Обманывать было мучительно и неприятно, но почему-то казалось, что, узнав правду, служанка сочтёт меня умалишённой. Тем временем догадка быстрой молнией мелькнула в голове, превращаясь в твёрдое убеждение.

— И правит здесь… — выжидательно замерла, боясь услышать имя вчерашнего спасителя.

— Морфеус, Великий Змей, — почтительно произнесла девушка, подтверждая мои худшие опасения.

Волна колючих мурашек прокатилась по плечам и ударила по вискам. Волосы встали дыбом, а тело покрылось гусиной кожей.

— И… какие соседи у Обсидиановой империи? — с равнодушным видом уточнила, пытаясь унять внутреннюю дрожь и успокоить сбившееся дыхание. Шансы на чудесное спасение стремительно уменьшались с каждой секундой.

— На севере за Проклятым лесом с уродливыми троллями и их прожорливыми деревьями, — тоном опытной учительницы по географии охотно начала рассказ Гленна, — расположены плодородные поля и луга живописного Нефритового королевства, родины малахитовых драконов. На западе живут прекрасные русалки и гигантские морские змеи в Сапфировом океане. Рубиновое царство соседствует с юга, его обширные бесплодные земли покрыты огненными реками и бордовыми горами, а в чёрных небесах свободно парят кровавые драконы. И, наконец, солнечные змеи обитают на дальнем востоке среди пустынь и песчаных барханов в засушливом Янтарном княжестве.

Сердце испуганно сжалось и рухнуло вниз, заставляя замереть на месте. Да проще найти иголку в высоком стоге сена, чем пропавшую пару лет назад экспедицию на бескрайней территории Запределья! Неужели всё зря и следовало послушать совет подруги и забыть о запретных землях, словно о страшном кошмаре?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

6 глава

— От силы и настроения дракона зависит процветание целой страны, — увлечённо продолжала рассказывать словоохотливая Гленна, грубо возвращая меня с небес на бренную землю. — Посмотрите!

Красноречивым жестом молодая служанка резко отодвинула бархатную штору с витражного окна, демонстрируя захватывающий вид, от которого запестрило в глазах. С высоты птичьего полёта открывались стройные ряды дворцовых построек и сад с аккуратными дорожками, украшенный забавными скульптурами и фонтанчиками. Вдали виднелись угольно-чёрные холмы, пересекаемые бурной рекой с каскадными водопадами, и мрачные горы, стыдливо прячущие остроконечные вершины в пушистых облаках. Но суровый пейзаж казался настолько мёртвым и тусклым, словно из него высосали кровь и накачали промозглой сыростью.

— Поэтому жители Обсидиановой империи мечтали о королеве, но многие будут завидовать… — смуглая служанка замолчала, будто осознала, что случайно взболтнула лишнее.

Вежливо подождав логического продолжения в режущей слух тишине, нетерпеливо спросила:

— Чему?

— Каждая девушка хотела бы оказаться на вашем месте, — торопливо пробормотала камеристка, скользя тяжёлым взглядом по изрисованным светящимися чернилами запястьям. — Будьте крайне осторожны.

Только собиралась радостно предложить многочисленным кандидаткам занять почётное место рядом со звероящером, но вовремя прикусила кончик языка. Судя по словам Гленны, мне оказана великая честь, которой не принято пренебрегать в Запределье. Вот только почему даже при воспоминании о Морфеусе испуганное сердце начало биться настолько сильно, словно вот-вот вырвется на волю под глухой треск сломанных рёбер? Обсидиановый император казался воплощением грозной, неуправляемой стихии, такой, как буйный лесной пожар, с жадным чавканьем воспламеняющий многовековые деревья. Рядом с ним ощущала себя беспомощной и слабой, словно глупый слепой котёнок, недавно появившийся на свет. Кроме того, не покидало чувство, что окружающие принимают меня за кого-то другого. А что, если в разгар брачной церемонии на пороге появится та самая призрачная ведьма и публично объявит меня наглой самозванкой? Закинут ли меня в сырую темницу с крысами на веки вечные или сразу отрубят голову в лучших традициях Червонной королевы из любимой сказки? Гигантские кошки продолжали отчаянно скрести на душе острыми когтями, и чем скорее унесу отсюда ноги, тем лучше.

— Простите, я совсем заболталась, — воскликнула Гленна, трогательно прикрыв крошечной ладошкой рот, похожий на бантик. — У нас мало времени!

Притихшая служанка провела меня в светлую купальню с украшенными изящными фресками стенами и высокими окнами, которая оказалась смежной с покоями. В центре помещения с хаотично разбросанными на каменном полу подушками стояла огромная мраморная ванна, уже заполненная до краёв дымящейся жидкостью.

— Откуда здесь вода? — изумлённо спросила, не наблюдая привычной сантехники.

— Подземный источник, — охотно пояснила темноволосая девушка. — Но нам лучше поторопиться!

Обречённо вздохнув, скинула с плеч шелковистый халат и провела кончиками пальцев по поверхности прозрачной, как слеза, воды, отозвавшейся ласковой теплотой. С помощью Гленны осторожно залезла в купель, больше похожую на приличный бассейн. На пару мгновений захотелось полностью отгородиться от надоедливых, как мухи, мыслей и навалившихся грудой проблем. С блаженством прикрыв глаза, расслабила мышцы, слегка покачиваясь на волнах, и представила, что я не в средневековом замке из детских сказок, а на съёмной квартире, и в дверь скоро начнёт стучать ворчливая соседка по комнате. Но долго мечтать мне не позволила служанка, начав усердно тереть меня мыльными щётками, тихонько напевая себе под нос волшебную балладу о страшной троллихе, влюбившейся в обычного человека. После купанья девушка начала обильно натирать мою кожу розовым маслом с приторно-сладким ароматом, от которого закружилась голова. Потом пришла очередь причёски, камеристка долго охала и восхищалась, водя гребнем из слоновой кости по непослушным волосам. Знала бы, что розовый цвет произведёт на местных жителей невероятный фурор, обязательно захватила бы в путешествие ящик китайской краски. Можно даже открыть модный салон на границе с Проклятым лесом и назвать его «Прелестница для дракона» или «Шальная императрица». Размышляя о подобной чепухе, не заметила, как мы вернулись в спальню. В глаза сразу бросились разложенные на массивной кровати роскошные наряды, ярко сверкающие на солнечном свете драгоценными камнями. Чёрный, как смоль, блестящий шёлк с поразительной вышивкой приятно холодил чувствительную кожу, струясь по плавным контурам моей фигуры. В шикарном бальном платье и с длинными распущенными волосами, нежно-розовым каскадом спадающими на обнажённые плечи, в удивительной незнакомке с трудом узнавалась привычная Ребекка.

— Ну, привет, — едва слышно прошептала, но таинственная девушка в отражении зеркала только хитро усмехнулась, сверкая тёмно-янтарными глазами. — Кто же ты?

Я ожидала, что после мучительно длинных приготовлений расторопная Гленна проведёт меня по бесконечным коридорам, скупо освещённым светильниками, напоминающими люминесцентные грибы, в древнюю церковь или католический храм. На худой конец я даже представляла душный зал районного загса со штатной сотрудницей, с искусственной улыбкой тараторящей давно заученную речь. Но вместо этого мы оказались в таинственном саду, окутанном вечерними сумерками. Лёгкий ветер разрушил причёску, дерзко играя розовыми локонами. Но я ничего не замечала, так как всё внимание было сосредоточено исключительно на высокой мужской фигуре, терпеливо ожидающей меня около странного дерева со светящимися листьями, немного напоминающими плачущую иву или древо душ Эйвы из «Аватара». Просторная чёрная одежда совершенно не скрывала прекрасного мускулистого тела, украшенного длинными шрамами и запутанным рисунком мерцающих татуировок, таких же, как загадочные символы на моих запястьях. Кровь мгновенно превратилась в тягучий сироп, медленно циркулирующий по венам, время застыло, а свет погас. По телу разлилась предательская слабость, мешавшая немедленно убежать или хотя бы провалиться на месте.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

7 глава

Морфеус.

Заранее почувствовав приближение хрупкой и нежной девушки с развевающимися на ветру розовыми волосами, снова ощутил непреодолимое притяжение, настойчиво вытягивающее из меня жилы и хладнокровно скручивающее их в клубок. Чёрное, как смоль, шёлковое платье плотно обтягивало тонкую, как тростинка, талию, крутой изгиб бёдер и высокую полную грудь, коварно акцентируя внимание на соблазнительной ложбинке. Ткань резко контрастировала с белоснежной кожей, на которой зловеще плясали рунические символы. Да и сама Ребекка больше напоминала спустившуюся с небес богиню утренней зари, чем призрачную ведьму. Тонкая, как волосок, полупрозрачная нить, связавшая наши души после помолвки, снова болезненно натянулась струной, передавая противоречивые оттенки эмоций невесты. Панический страх, шок, желание поскорее сбежать, любопытство и едва уловимый намёк на чувство, которое ужасно хотелось на мгновение увидеть в глубоких, пронзительных глазах, похожих на золото-карий омут. Зачем? Ответа не было, но неистово мечтал увидеть хоть искру мучительного огня, сжигающего заживо душу с первой встречи.

«Гори всё чёрным пламенем!» — раздражённо фыркнул и поразился своей глупости, усилием воли укрепляя ментальную стену, чтобы скрыть несвоевременные фантазии и наивные мечты. После брачного ритуала наша связь станет значительно прочнее, поэтому лучше перестраховаться.

«Да и разве можно полюбить ужасного монстра, как я?» — горестные мысли продолжали наступать по всем фронтам, атакуя в самых болезненных местах. Замечал ли когда-нибудь в пустых глазах многочисленных подруг, лица которых сливались в равнодушную маску, хоть что-то, помимо прагматичного расчёта и жажды выгоды? Раньше меня это не тревожило. Никто из продажных девиц не залезал так глубоко под кожу, тупой иглой расковыривая старые раны.

«Идиот, ты женился бы на ней, даже если бы ведьма была горбатой, косой и полностью покрытой бородавками», — мрачно напомнил самому себе, крепко сжимая челюсти до хруста зубов. А правда была в том, что из-за древнего проклятия земли Обсидиановой империи медленно умирали. Да, огромная страна просуществует ещё не один десяток лет, но без вмешательства могущественной колдуньи жизнь превратилась в агонию. Краски постепенно тускнели, растворяясь в пустоте, а магия иссякла. В столице, построенной в центре сосредоточения силы, изменения не так бросались в глаза, но на окраинах империи тревожные признаки распада ужасали. Поэтому долгое время без устали искал спасительницу, позабыв покой и сон, и уже совсем потерял надежду, смирившись с жестокой судьбой. Пока случайно не встретил странное создание в чаще Проклятого леса. Чудесный аромат фиалок дурманил, пленил, мгновенно превращая кровь в раскалённую лаву, а мозги — в сладкий кисель. Непонятная, совсем не похожая на местных женщин. Она сверкала для меня, как драгоценный камень, ослепляла, лишала воли и опьяняла, как змеиное вино.

Некоторое время преследовал девушку, оставаясь незамеченным за многовековыми деревьями. Но издалека пожирал глазами, стараясь запомнить каждую деталь, например, забавную привычку размышлять вслух или прикусывать нижнюю губу. Новое, незнакомое чувство увлекало незаметно, шаг за шагом. Казалось, что я проснулся после долгого сна или наконец-то ощутил наступление весны.

Тем временем Ребекка плавной походкой подошла ближе, отважно встретившись со мной взглядом. Как равная. И снова стянула тугим жгутом крылья. Как назло, в ней не было ни капли отвратительного жеманства, пошлой лести и лицемерной лжи, которую презирал всем сердцем. Чувствуя, как края губ растягиваются в улыбке, жадно протянул к ней руки.

— Но я не… — упрямо воскликнула ведьма, когда древняя драконья магия с едва слышным шипением оживила руны от прикосновения наших рук. Сладостная волна торжества захлестнула с головой, а вокруг нас начал яростно клубиться густой чёрный туман, сплетающий наши судьбы воедино. По легендам именно рядом со священным древом обитали духи предков, только что скрепившие наш союз. Не выпуская изящные пальчики из ладоней, окинул голодным взглядом жену, стремясь сократить мучительное расстояние, крепко сжать хрупкое тело в объятиях и упоённо впиться в пухлые губы жадным поцелуем. От необузданного желания наброситься на неё и сделать своей закружилась голова, а в глазах потемнело. Вулканический огонь в венах настойчиво требовал немедленно овладеть призрачной ведьмой, невзирая на последствия. Но неимоверным усилием отогнал заманчивые видения, боясь навсегда потушить крошечную искру симпатии в её душе.

Только с тяжёлым вздохом достал древнее кольцо с сияющим посередине обсидианом в форме чёрного драконьего сердца.

— Если захочешь меня увидеть, надень его на безымянный палец правой руки, — хрипло прошипел, торопливо передавая магический перстень девушке. Это единственный способ не раздавить зародыш чувства, предоставив возможность решать самостоятельно. И, боясь передумать и поддаться искушению, развернулся и молниеносно покинул сад, словно сбегая от раздирающих острыми когтями сердце противоречивых желаний.

Я мчался от неё прочь, даже не замечая, как кости с треском ломались, а мышцы конвульсивно сокращались. Человеческая шкура лопалась пузырями, обнажая сияющую чёрным золотом чешую. За спиной всколыхнулись тяжёлые кожистые крылья, завершая превращение. Захотелось забыть обо всём на свете и воспарить, сливаясь в единое целое со свободным ветром, но меня отвлёк знакомый голос.

— Ты женился! — горько воскликнула Аурика, чуть ли не шипя от сдерживаемой злости.

Оглянувшись через плечо, удивлённо посмотрел на бывшую любовницу, с которой давно расстался. Расшитое золотом платье не скрывало роскошное тело, увешанное с ног до головы блестящими побрякушками.

— Я не намерен обсуждать мои поступки с кем бы то ни было, — пророкотал, ясно демонстрируя, что разговор окончен.

— Это ошибка, Морфеус! И я докажу это! — прокаркала девушка, сжимая кулачки настолько сильно, что костяшки побелели, а золотые браслеты на запястьях рассерженно зазвенели.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Делай что угодно, но не приближайся ко мне и моей жене, — скучающим тоном ответил и отвернулся.

— Крошки-дракошки! И почему ты сейчас не с ней?

Водянистые глаза Аурики внезапно вспыхнули нездоровым блеском, а полные губы растянулись в змеиной усмешке.

— Может, вспомним былые времена?

Ничего не ответив, расправил массивные крылья и неторопливо вспорхнул ввысь, равнодушно наблюдая, как темноволосая девушка стремительно превращается сначала в крошечную точку, а потом и вовсе исчезает на фоне леса.

8 глава

Ребекка

С неимоверным трудом освободившись из липких объятий страшного сна, резко вскочила с кровати, холодея от безысходного ужаса. Потом я испуганно оглянулась по сторонам и ошарашенно застыла на месте, успокаивая сбивчивое дыхание. В густых тенях просторной спальни словно пряталась уродливая ведьма из моего кошмара, медленно шевеля пальцами, похожими на оголённые кости. Яркие обрывки сновидения настойчиво крутились перед глазами, возвращая меня на безразмерное поле с поваленными деревьями вперемежку с тёмными полосами сожжённой травы, за которой неистово бушевало голодное пламя. Около огромного, как водонапорная башня, тела поверженного дракона, покрытого порезами и кровоподтёками, яростно причитала страшная женщина, крепко сжимая в скрюченных руках старинный клинок, инкрустированный бордовыми рубинами.

— Обсидиановый змей, только из-за тебя погибнет всё, что ты любишь, — злобный смех женщины напоминал грохот грома, от которого леденела кровь в жилах.

— Придумай месть получше! — парировал Морфеус со скучающим выражением лица и демонстративно зевнул, вежливо прикрыв огромной ладонью красиво очерченные губы.

— Даже если начнёт умирать твоя империя? Знай же, за то, что ты лишил жизни моего мужа, я прокляну целую страну! Магия утечёт бесследно, а обширные земли оскудеют.

— Фарран предал меня и хотел занять мой трон! — устало напомнил чёрный дракон, недовольно морщась. — Кроме того, это был честный поединок.

— Всё погибнет! — упрямо предсказала ужасная ведьма и хладнокровно перерезала острым кинжалом собственное горло.

И в темноте мрачной комнаты злобное предсказание ополоумевшей женщины словно кружилось смертоносным вихрем. Пытаясь избавиться от чудовищного наваждения, нервно покрутила в руках массивный перстень, подаренный накануне Морфеусом. Зловеще мерцающий камень снова напомнил оттенок чешуи потрясающего дракона с широкими, гордо расправленными крыльями. А ведь грозный повелитель Обсидиановой империи напоследок предупредил, что мне нужно только натянуть этот музейный экспонат на безымянный палец, но вот хотела ли я остаться наедине со своим… мужем? На мгновение мне отчётливо показалось, что после странного ритуала суровый император поцелует меня, и даже сейчас, при мимолётных мыслях об этом, жаркая волна прокатилась вдоль позвоночника, взрываясь чувственным и сладостным томлением внизу живота. Каково это — ощутить обжигающее прикосновение упругих губ к собственной коже? Вспоминая длинное смуглое лицо с сурово сдвинутыми бровями и пронзительными глазами, на дне которых мерцало дикое изумрудное сияние, крепко зажмурилась и постаралась поскорее отогнать пленительный образ упрямого неандертальца. Сложно отрицать очевидное: если бы я встретила Морфеуса при иных обстоятельствах, он бы произвёл сильное впечатление. Вот только воссоздавать эпизоды из «Игры престолов» в своей жизни не слишком хотелось. Но почему, погрузившись с головой в суматоху и приготовления к свадьбе, я ни разу даже не вспомнила о главной цели — Уильяме?

Тихое шуршание, напоминающее шелест скользящей по земле змеи, отвлекло меня от упоительного самобичевания. В тот же миг массивная дверь с жалобным скрипом распахнулась, и в проёме возникла тёмная фигура высокой незнакомки. Лунный свет скупо освещал сотни торчащих во все стороны косичек, похожих на дреды рэперов или Горгону Медузу.

— Кто вы и что здесь делаете? — настороженно прошептала, пытаясь лучше рассмотреть проскользнувшую в комнату подозрительную гостью в лёгком развевающемся плаще. В недавно покинутом мире с настолько яркой внешностью можно было смело выбирать карьеру актрисы или фотомодели.

— Твоё спасение! — хищно усмехнулась странная девица, резко вильнув широкими бёдрами. — Но зови меня Аурика. Я помогу тебе сбежать отсюда.

Предложение неожиданной гостьи показалось довольно заманчивым, но всё-таки стремление вызволить из заточения чуть-чуть настораживало.

— Зачем тебе это? — с любопытством уточнила, слегка прищурившись.

— Обсудим мои мотивы по дороге, — нетерпеливо отмахнулась от расспросов смуглая девушка, сверкая прозрачными, как коктейльный лёд, глазами. — Нам нужно успеть до смены караула, держи!

В протянутом свёртке лежал плащ из мягкой и тёплой ткани, обволакивающей, как шелковистый кокон. Торопливо накинув на плечи добротную одежду, незаметным движением засунула огромный перстень Морфеуса в карман, сама не понимая зачем. Правильно было бы вернуть подаренное кольцо мужу, но я не смогла расстаться с подарком дракона. Я окинула прощальным взглядом стены недавней темницы и поскорее бросилась вслед за смуглой девушкой по бесконечным коридорам, похожим на гигантский лабиринт. Возникло навязчивое ощущение, что замок дракона проектировал ополоумевший крот, а не архитектор, так как я сразу же потеряла счёт резким поворотам и переходам, освещённым чудными светильниками в форме поганок. Около двери древнего замка я испуганно указала на застывшие в неестественных позах тела стражников в блестящей кольчуге:

— Они мертвы? — от липкого страха тошнота подступила к горлу, а по вспотевшей спине острыми иголками прошёл ледяной холод.

— Нет, — равнодушно ответила спутница, надменно вздёргивая изящный подбородок. — Они спят и видят сны.

Мысленно пообещав себе поскорее отделаться от подозрительной помощницы, юркнула в таинственный сад навстречу новым приключениям. С фиолетовых гор спустилась ночная прохлада, осевшая росой на изумрудной траве. Вдали протяжно ухнула неизвестная птица, но я продолжала отчаянно нестись вслед за тёмным силуэтом, стараясь не вспоминать о драконе со сверкающей чёрным золотом чешуёй.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

9 глава

Удивительная природа Запределья поражала необузданной красотой и неожиданным сочетанием оттенков, от которых пестрило в глазах и захватывало дух. Здесь можно встретить и гигантские оранжевые тыквы высотой в холодильник, испещрённые ярко-жёлтыми прожилками, и голые деревья с острыми, как шипы, ветками и загадочно светящимися корнями. Но больше всего беспокоило пронзительное молчание спасительницы, изредка бросающей на меня жёсткие, колючие взгляды. На коротком привале, устроенном на берегу озера с мутно-зелёной водой и высоким каменным камышом, настойчиво повторила интересующий вопрос, задумчиво разглядывая сквозь густой туман небольшие островки, покрытые крошечными фиолетовыми цветочками:

— Почему ты помогла сбежать?

— После твоего исчезновения Морфеус снова станет моим! — злорадно усмехнулась Аурика и резко пнула мелкий камушек, похожий на кристалл лазурита. Водянистые глаза смуглой девушки с дредами внезапно загорелись злобой.

Чудовищное осознание, что по собственной глупости оказалась наедине с бывшей любовницей Обсидианового Змея, отозвалось бурей противоречивых чувств с горькими оттенками ядовитой ревности, накрывшей меня с головой. Представить эту яркую девушку в объятиях дракона казалось настолько мерзким и противоестественным, что по желудку словно разлилась желчь. Ещё и не к месту вспомнились валяющиеся на каменном полу стражники замка, случайно оказавшиеся на пути мегеры.

— Ты тоже убьёшь меня? — спросила, нервно сглатывая образовавшийся ком в горле.

Хотя нож исчез вместе с остальными вещами, я собралась, готовясь к неизбежной атаке и крепко сжимая во вспотевших пальцах тяжёлый перстень Морфеуса на крайний случай. Сложно выбирать между ополоумевшей мегерой и грозным драконом, но других вариантов судьба не подкинула.

— Даже не представляешь, как бы мне этого хотелось, — горестно бросила Аурика, словно выплёвывая слова с нескрываемой ненавистью. — Но верховный повелитель связал ваши жизни, поэтому тебя теперь практически невозможно убить.

— Тогда что ты хочешь сделать?

Тревога не отпускала из когтистых лап моё сердце, несмотря на её слова.

— Я не верю, что ты призрачная ведьма, — нагло заявила спутница. — Во-первых, эти твари давным-давно исчезли с лица земли, а во-вторых, цвет волос должен быть не розовым, а пепельно-белым! Очень сомневаюсь, что в тебе откроется какая-то сила.

— О чём ты говоришь? — вздрогнула, потеряв нить рассуждений.

Бессвязная речь Аурики больше напоминала бред умалишённого.

— Призрачные ведьмы обретают силу только после лишения девственности, — скучающим тоном пояснила спутница, комично разводя изящными руками. — И это ещё одно доказательство, что ты самозванка: не знаешь даже самых простых вещей!

С утверждением глупо спорить, так как я совершенно не разбиралась в законах и замысловатых традициях, но никто и не торопился поделиться полезной информацией.

— Если ты не планируешь меня убить, то чего же ты хочешь? — хладнокровно задала вопрос, не теряя бдительности.

— Я помогу тебе вернуться домой, чтобы Морфеус никогда тебя не нашёл, — воскликнула девушка, прищёлкнув тонкими пальцами. — Интуиция подсказывает мне, что лучшего убежища от разъярённого дракона сложно найти. Откуда ты?

На несколько минут я тяжело задумалась, придирчиво взвешивая варианты. Хотелось ли мне вернуться в привычный мир, где меня ждала предсказуемая работа в научно-исследовательском институте, дружелюбные коллеги, ворчливая соседка по комнате и… мучительное одиночество? Кроме того, даже поверхностных знаний о Запределье хватило бы на существенный прорыв: со временем между мирами ещё возможно наладить дипломатические отношения, торговлю, обмен опытом. Разрозненные факты о чудесных землях уже произвели бы сенсацию, и если по дороге домой получится собрать образцы растений, например, люминесцентные грибы или крошечный росточек разумного дерева, пытавшегося меня съесть… Несмотря на множество противоречий, между нами много общего. Я не хотела возвращаться домой без Уильяма, даже не собрав информации о пропавших без вести экспедициях.

— Несколько лет назад здесь пропала группа людей, — наконец решила открыть карты, взволнованно кусая обветренные губы. — Пришедшие за ними тоже исчезли. Я хочу знать, что с ними произошло.

— Ты слишком много на себя берёшь! — возмущённо воскликнула спутница, от негодования яростно притопнув.

— Иначе я немедленно вернусь в Обсидиановый замок, — невозмутимо парировала, слегка прищурившись.

Без карты местности и еды оставались высокие шансы рано или поздно оказаться в лапах троллей, драконов или кого похуже. Поэтому мне нужна любая помощь, даже если её приходится принять из рук врага, искренне желающего мне смерти.

— Я сомневаюсь, что Морфеус поблагодарит тебя за организацию побега.

— Так уж и быть, я доведу тебя до Несс, — сквозь зубы прошипела Аурика, нахмурившись.

— Кто это? — на всякий случай уточнила.

Крайне сложно доверять злобной твари с извивающимися на голове змеями хоть на мгновение, и, похоже, наша неприязнь была взаимной.

— Великая жрица, если кто-то знает о пропавших, то только она, — нехотя объяснила Аурика, поправляя торчащие в разные стороны косички.

К вечеру, когда тени удлинились и солнце уже собиралось спрятаться за вершинами фиолетовых гор, мы устроились на ночлег в сырой пещере. Вместо одеяла Аурика использовала длинные малахитовые листья со сладким шоколадным запахом, а для освещения сорвала несколько люминесцентных грибов, от которых скальные стены покрылись загадочно танцующими бликами. Ноги гудели от усталости. Разделив немногочисленные припасы вяленого мяса и полупрозрачных лепёшек пополам, мы настороженно застыли друг напротив друга, ожидая подвоха.

— Завтра придётся охотиться, — недовольно поджала губы надменная спутница, отбрасывая в сторону фляжку с водой.

— И долго нам добираться до жрицы? — предприняла вялую попытку поддержать беседу.

— К болоту Светлой Печали мы придём завтра вечером, — поморщившись, пробурчала себе под нос Аурика. — А дальше от нас уже ничего не зависит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Почему? — удивлённо воскликнула, не веря ушам.

— Великая Несс является не каждому, — мрачно произнесла Аурика. — Можно годами искать жрицу, а редкие счастливчики встречают её через пару часов.

— А кто она? — уточнила, обеспокоенно ёрзая на неудобном камне.

— А этого никто не знает, — пробормотала Аурика, зябко обхватывая себя руками. — Ко всем жрица приходит в разных обличьях, иногда в образе чудесных животных или давно погибших друзей. Никогда не знаешь заранее.

10 глава

Как только я сомкнула глаза в промозглой пещере, мне приснился роскошный зал с потрясающим куполом, виртуозно расписанным удивительными фресками со свободно парящими в небесах грациозными драконами. В центре на небольшом постаменте гордо возвышался величественный обсидиановый трон, словно спаянный из остроконечных кристаллов. И на нём сидел мрачный Морфеус, лениво облокотившись на ладонь. Заметив моё присутствие, смуглый мужчина резко сорвался с места и подскочил ко мне.

— Где ты? — воскликнул Обсидиановый Змей глубоким голосом. В изумрудных глазах, обрамлённых густыми ресницами, угадывалась искренняя тревога. Но в ответ я только отрицательно покачала головой и виновато отвела взгляд, упрямо поджав губы. Сновидение казалось настолько настоящим, что я даже ощущала опьяняющий аромат жжёной травы, от которого голова пошла кругом.

— Я найду тебя, где бы ты ни пряталась, — тем временем продолжал говорить Морфеус, проводя кончиками пальцев по моей скуле. Глупое сердце заколотилось как сумасшедшее и провалилось куда-то вниз, а дыхание предательски сбилось. За спиной разъярённого дракона клубилась голодная тьма обсидиановой воронкой.

— Тебе не скрыться от меня, Ребекка.

Даже собственное имя из его уст прозвучало слишком нежно, завораживающе. От бархатистого голоса по спине пробежала толпа ополоумевших мурашек. А потом сильные руки с натянутыми, как канаты, венами уверенно сомкнулись вокруг меня, заключая в плен. Сразу стало горячо, тесно и… ошеломляюще приятно. Грудь словно наполнилась тягучим сиропом, когда широкоплечий мужчина неторопливо наклонился ко мне, и наше дыхание смешалось. Другой рукой он приобнял мою талию и снова крепко впечатал в могучее тело, вызывая обжигающую волну, спускающуюся вдоль позвоночника и странным образом взрывающуюся внизу живота. И через мгновение Морфеус с хищным рыком приблизил губы к моему рту. Время как будто замедлилось, краски убранства великолепного дворца незаметно померкли. Всё растворялось, как дымный туман, из-за колдовской зелени глаз, на дне которых мерцали ярким светом болотные огоньки. Внезапно, как по волшебству, улетучились честолюбивые замыслы. Исчезла прошлая жизнь, и даже пропащий Уильям превратился в едва различимую тень. Больше не в силах сопротивляться немыслимому притяжению, слегка запрокинула голову, даже не замечая, как стремительно рушатся многочисленные преграды, как меня затягивает в бесконечный омут чувственного удовольствия, заставляющего с гортанным стоном таять от уверенного скольжения языка в мой рот. Дракон целовал меня требовательно, жадно, словно только он имел на это право. Как в последнюю секунду жизни. Казалось, что если Морфеус немедленно не выпьет меня без остатка, мы растаем, как восковые свечки в безжалостном пекле. Горячие ладони с длинными пальцами скользили по спине, рукам, груди, настойчиво дразнили, обещая неземное наслаждение. От одурманивающего вкуса с нотками жжёного ладана начала кружиться голова, а по телу волной разливалась тягучая, как горчичный мёд, слабость. В ответ я безропотно выгибалась дугой и вплелась пальцами в шелковистые локоны, позабыв обо всём на свете.

Резко оборвав поцелуй, в котором угадывался первобытный голод, смешанный с дикой, необузданной страстью, Морфеус прижал меня к широкой мускулистой груди и шёпотом соблазнительно промурлыкал на ухо:

— Ребекка, помоги найти тебя, надень обручальное кольцо!

— Нет! — с трудом произнесла и отчаянно отстранилась от массивного торса мужчины, упираясь ладонями в грудь. — У тебя нет власти надо мной!

И сон послушно лопнул, словно мыльный пузырь. Внезапно я проснулась в сырой пещере с разноцветными сталактитами, похожими на гигантские сосульки. Напротив меня мирно сопела сообщница побега, а рунические символы на запястьях словно полыхали буйным пламенем, танцуя в тусклом свете люминесцентных грибов.

— Драконья магия, — едва слышно выругалась под нос и нахмурилась. Меня терзали навязчивые подозрения, что таинственными татуировками самоуверенный неандерталец не только скрутил наши жизни в единую нить, но и получил прямой доступ в мои сны. Мог ли тогда и страшный ночной кошмар, увиденный накануне, оказаться обрывком из прошлого загадочного мужчины? Раздражённо фыркнув, неловко укуталась в покрывало из неизвестного растения, вспоминая упоительный поцелуй, полный страсти. Часть меня безумно хотела вернуться в сладостное сновидение и узнать продолжение, будоражащее кровь в жилах, но я только крепче сжала в руках огромный перстень Морфеуса, почему-то показавшийся раскалённым.

— Это всего лишь глупый морок, который скоро развеется, — бормотала под нос, пытаясь убедить в этом в первую очередь себя. Ведь не могла же я самозабвенно таять от грубых ласк самоуверенного нахала, взявшего меня в жены без согласия?

Чтобы прогнать непрошеные фантазии и горячие сцены, заманчиво клубящиеся в воспалённом воображении, вышла из пещеры и сладко потянулась на свежем воздухе. Огромное оранжевое солнце уже вышло на безоблачный небосвод, покрывая дикую растительность ровным тёплым светом. Над чудными цветами, трогательно вытянувшими крошечные треугольные головки вверх, весело порхали пушистые бабочки с фиолетовыми крыльями, как у летучей мыши. А ведь я могла бы полюбить чудесный мир, пестрящий буйными красками. На плоском булыжнике грелось в утренних лучах змееподобное существо с пурпурно-красной переливающейся чешуёй.

Мгновение — и резким взмахом Аурика, вышедшая из пещеры за мной, отсекла экзотической рептилии голову от извивающегося туловища.

— Вот и королевский завтрак подан! — плотоядно усмехнулась моя спутница, вытягивая длиннющий хвост змеи в разные стороны. — Огненная мурена!

— Она ядовитая? — осторожно уточнила, сохраняя внешнее спокойствие.

— Крошки-дракошки, конечно! И ужасно вкусная. Правда, сейчас тебе не страшен даже смертельный яд.

Колючий, как морской ёж, взгляд Аурики с завистью мазнул по разрисованным татуировками запястьям.

— Но мне пришлось бы весь день тащить парализованное тело к болотам.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Огненная мурена не атаковала, — возразила, недовольно хмурясь.

— Никогда не знаешь наверняка, — невозмутимо пожимая узкими плечами, ответила Аурика. — Собери хворост, а я займусь приготовлением еды.

Аурика была права, змеиное мясо оказалось на пробу сочным, нежным и удивительно вкусным. Я зажмурилась от удовольствия и вытерла кончики пальцев о бархатистые листья, напоминающие по форме крупный лопух. С редкими привалами к позднему вечеру мы благополучно добрались до покрытого густой тиной и лазурными кувшинками болота. От усталости глаза слипались, а мрачный пейзаж сливался в тёмное пятно.

— И куда дальше? — равнодушно озираясь по сторонам, нетерпеливо спросила.

— Дальше всё зависит только от желания жрицы! Можно бесконечно шататься по проклятым болотам и так и остаться ни с чем, — мрачно прокаркала спутница и достала из походной котомки остатки змеиного мяса с острыми специями и фиолетовой солью.

— Шикарная перспектива, — пробурчала себе под нос, но на споры сил уже не осталось.

Мы быстро поужинали и разместились спать на покрытом бурной растительностью берегу, плотно укутавшись всё теми же листьями. Положив руку под голову, долгое время не могла уснуть, одновременно боясь и ожидая встречи во сне с мужем. Или всему виной только расшалившееся воображение, не дающее покоя?

11 глава

— А ты любишь Морфеуса? — едва слышно пробормотала, ощущая возрастающую неловкость и подозрительное смущение даже произнося имя дракона.

— Я похожа на идиотку? — язвительно уточнила Аурика, презрительно фыркнув. — Но меня вполне устраивает роль императрицы.

— И ради этого ты готова на всё? — ошарашенно проронила, даже не подумав.

— Разумеется, — охотно объяснила неприятная спутница. — Я давно устранила конкуренток. И откуда только ты свалилась на мою голову!

От осознания печальной истины, что даже в сказочном Запределье процветают браки по расчёту, стало тоскливо. А ещё почему-то ощутила горькую обиду за обсидианового дракона, в изумрудных глазах которого иногда проскальзывала необъяснимая смесь печали и одиночества.

«Немедленно остановись», — мысленно приказала самой себе, до боли прикусив нижнюю губу. «Меньше всего на свете чешуйчатому монстру нужна жалость».

Так ничего не ответив Аурике, крепко зажмурилась и постаралась поскорее заснуть, пересчитывая про себя стадо баранов. Да я готова даже прокручивать в голове занудные теоремы, только чтобы не вспоминать дурманящий аромат жжёной травы, обволакивающий, словно шелковистый кокон.

Просторный зал с высокими потолками и виртуозно расписанными яркими рисунками драконов плафонами больше всего напоминал древнюю библиотеку. Удивительные книги и таинственные фолианты настойчиво притягивали новыми знаниями с многочисленных полок массивных шкафов, уходящих далеко ввысь. Я наугад достала первую попавшуюся книгу и с искренним восхищением провела кончиками пальцев по тиснёной золотом кожаной обложке с вкраплением драгоценных камней.

— Это хроника Обсидиановой империи, — скучающим тоном музейного экскурсовода пояснил Морфеус, чудесным образом оказавшийся за моей спиной.

Я вздрогнула от неожиданности и чуть не уронила массивный фолиант. Испуганно оглянувшись, снова безнадёжно утонула в изумрудном сиянии пронзительных глаз.

— Извини, я не хотела, — торопливо пробормотала, возвращая книгу на место.

— Не стоит, — довольно усмехнулся Морфеус, удовлетворённый произведённым эффектом.

Широкая улыбка от уха до уха на его лице напоминала Чеширского Кота из любимой сказки.

— Ты моя жена, и эта библиотека принадлежит тебе так же, как и мне. Впрочем, и весь замок. Скажи, где ты сейчас!

Я только отрицательно покачала головой, неуверенно отступая в сторону.

— Мне нужна твоя помощь, — неожиданно признался высокий, широкоплечий мужчина, сверкая малахитовыми глазами, обрамлёнными пушистыми ресницами. — После ужасного проклятия земли Обсидиановой империи погибают, а чёрные драконы постепенно вырождаются. Только призрачная ведьма может спасти всю страну.

— Не хочу тебя расстраивать, — с сожалением возразила и тяжело вздохнула. — Но я самый обычный человек. Произошла чудовищная ошибка, поэтому забери назад эти татуировки и отправляйся на поиски настоящей ведьмы. Хоть призрачной, хоть лунной, хоть… серо-буро-малиновой!

— Пожалуйста, помоги мне найти тебя, я обещаю, вместе мы во всём разберёмся, — невозмутимо парировал Морфеус и задорно усмехнулся, отчего на смуглых щеках с едва заметной щетиной появились соблазнительные ямочки, которые захотелось погладить.

— Сколько раз можно повторять одно и то же! — устало возразила, раздражённо нахохлившись. — Почему ты меня не слушаешь!

— Именно это я и хотел тебе сказать, — заявил наглый неандерталец, незаметно приближаясь ко мне настолько, что по коже пробежала целая стая ополоумевших бандерлогов, страдающих плоскостопием в запущенной стадии. — Ты забываешь, что теперь мы связаны брачными узами, поэтому скоро я тебя найду, и тогда…

Огромный, как великан, мужчина навис надо мной, и сильные руки снова сошлись прочным стальным кольцом. Невозможно сказать, кто из нас преодолел оставшееся расстояние, но, с наслаждением врезаясь в упругие горячие губы, ощутила смелость, смешанную с опьяняющей свободой, словно у меня внезапно выросли крылья за спиной, как у обсидианового дракона. Простонав от облегчения, вплелась пальцами в длинные локоны Морфеуса, безвольно выгибаясь навстречу, словно мечтая слиться с ним в единое целое. Остро чувствуя, как грубые ладони с длинными пальцами настойчиво проскальзывают под шелковистый плащ и нежно гладят мою спину, лопатки, рёбра, уверенно спускаясь ниже к талии, я захотела полностью раствориться в нахлынувших ощущениях, переполнявших помутневшее сознание. Чувствуя, как горячий язык плавно проникает сквозь мои губы, я прижалась к твёрдой, как камень, груди крепче, углубляя умопомрачительный поцелуй. Вдоль позвоночника словно прошла молния, а кровь в жилах превратилась в раскалённую лаву. Слишком сладко и горячо!

Я проснулась среди ночи и долго не могла прийти в себя после захватывающего дух сновидения, ощущая знакомое жжение в затёкших запястьях. Но наиболее странным казалось чудовищное осознание, что часть меня мечтала немедленно капитулировать под напором Обсидианового дракона. Призналась бы я, что нахожусь среди болот Светлой Печали? Даже древний перстень с почерневшим от времени мерцающим металлом словно умолял поскорее натянуть его на безымянный палец и совсем не задумываться о последствиях. Сбросив лёгкое травяное покрывало на прохладную землю, приняла решение отправиться в дорогу, стараясь хоть на секунду забыть о горящих изумрудным пламенем глазах, полных страсти. Две луны, мрачно сияющие на бескрайнем небосводе, покрывали таинственным светом сказочную осоку в густой дымке. Вскоре я нашла поблизости живописное растение, напоминающее зелёный бамбук, и отломила тонкий длинный ствол, планируя использовать как импровизированную трость. Я не знала, встречается ли в Запределье трясина, но рисковать собственной шкурой не хотелось. Продвигаясь по шуршащей прошлогодней траве, постаралась не разбудить мирно спящую спутницу. Возвращаться домой в ближайшее время я всё равно не планировала, да и доверять бывшей любовнице Морфеуса бессмысленно. Слишком много неприкрытой зависти и злости считывалось в каждом взгляде, невзначай брошенном в мою сторону. По дороге сюда я запоминала экзотические растения, плоды которых можно принимать в пищу, и постоянно задавала уточняющие вопросы. Теперь настало время применить новые знания на практике.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Первые лучи оранжевого солнца я встретила в дороге, постепенно удаляясь от Аурики. Пусть девушка и призналась, что не могла меня уничтожить, ничто не мешало покалечить или заманить в ловушку. Если ситуация выйдет из-под контроля и я попаду в новый переплёт, у меня останется свадебный подарок Обсидианового Змея. На небольшой опушке, обрамлённой каменной осокой, я увидела крошечную фигурку ребёнка, задумчиво перебирающего засушенные цветы в корзинке. Стараясь не спугнуть маленькую девочку в тёмном плаще, осторожно пробралась поближе. Образ крошки показался отдалённо знакомым, как и ярко-зелёные глаза, словно горящие на бледном худом лице странной незнакомки.

— Привет, — вежливо поздоровалась и растянула губы в дружеской улыбке. — Ты потерялась?

— Я или ты? — высоким детским голосом невозмутимо уточнила светловолосая девочка, внимательно рассматривая меня испытывающим взглядом, слишком серьёзным для ребёнка.

— Хороший вопрос, — смущённо призналась, почему-то чувствуя странную неловкость наедине с незнакомой девочкой. — Я ищу Великую жрицу, но никто точно не знает, где она скрывается.

— А где бы ты хотела, чтобы она находилась? — спросила крошка, отбрасывая пепельно-серый локон.

И я осознала, что малышка напоминает меня в далёком детстве: волна колючих мурашек пробежала по вспотевшей спине, а от моих фотографий отличались только глаза.

12 глава

— Кто ты? — испуганно воскликнула и нервно сглотнула ком в горле.

— Мне было любопытно встретиться лично, Ребекка, — невозмутимо произнесла маленькая девочка, небрежно откладывая в сторону пучок розовой травы. — Обитатели бескрайней империи часто зовут меня Великой Несс, но у меня много других имён. Что же привело тебя на болота Светлой Печали? Ты хочешь узнать прошлое или будущее? Или собственную судьбу? Но предупреждаю заранее, что по закону Всевидящих я имею право ответить только на один вопрос, поэтому выбирай разумно.

— Я хотела узнать о судьбе первой экспедиции, пропавшей здесь несколько лет назад, и об Уильяме, — уверенно проговорила давно заученный текст, словно лирическое стихотворение или математическую формулу.

— Слишком скучно, — с сожалением фыркнула удивительная девочка, комично разводя ладошками. — Пришельцы из другого мира живы и здоровы. Они организовали лагерь недалеко от Проклятого леса и вынашивают честолюбивые планы захватить власть в Обсидиановой империи. Глупцы! Драконы — это единственная сила, благодаря которой древнее проклятие окончательно не разрушило всё, что нас окружает!

— Проклятие? А как от него избавиться? — воскликнула, смутно вспоминая калейдоскоп из осколков тревожных сновидений.

— Ты уже использовала свой шанс, — объяснила белокурая девочка. — Я же тебя предупреждала. Следуй вдоль реки в обратном направлении от Аметистовых гор, до поселения повстанцев приблизительно день пути. Ты меня не спрашивала, но считай это прощальным подарком.

— Спасибо, — вежливо поблагодарила странное создание и слегка прищурилась. На долю секунды мне почудилось, что я вижу перед собой горбатого лешего с тонкими, как ветки, руками, доходящими до земли, острыми клыками, торчащими в стороны, и скрюченными короткими ногами. Но пугающее видение мгновенно рассеялось, и я снова оказалась в полном одиночестве. А о светловолосой незнакомке, так похожей на меня в детстве, напоминала только пара пучков высушенной травы, небрежно разбросанных на земле.

Недоумённо пожав плечами, повернула в указанном Великой Несс направлении, крепче сжимая в дрожащих ладонях импровизированный посох из местного бамбука. К счастью, бурную горную реку с порогами я обнаружила быстро и пошла по узкой тропинке, обрамлённой каменными глыбами. Не покидало навязчивое ощущение, что от моего внимания ускользает что-то крайне важное. Какого лысого чёрта? Впервые за несколько лет появилась реальная возможность отыскать Уильяма и пропавших без вести людей, почему же на душе продолжают скрести дикие кошки острыми когтями? Ещё меня беспокоила Аурика: пойдёт ли она по моим следам? А если добавить к списку возможных угроз мрачного повелителя и мужа по совместительству, положение дел казалось довольно скверным. Тревожные ощущения мучили меня на протяжении всей дороги до леса. Не давали покоя слова жрицы про захват власти и загадочное проклятие, нависшее над Обсидиановой империей, как дамоклов меч. На вечернем привале я с наслаждением ополоснула обгоревшее на солнце лицо ледяной речной водой и попыталась собрать разрозненные кусочки мозаики. Окружающий мир не выглядел погибающим вопреки заверениям крошечной девочки на мрачном болоте: скорее напротив, в густой зелени радостно чирикали забавные птицы с радужным оперением и пушистыми хвостами, несколько раз вдалеке мелькнули любопытные лупоглазые зверьки с длинными полупрозрачными ушами, а в мутной бирюзовой воде вовсю плескалась жирная рыба, которую было бы здорово поймать. Может, всё не настолько плохо?

— Ни с места! — внезапно раздался резкий мужской голос, и в тот же момент я ощутила холодное дуло пистолета, приставленного к правому виску.

— У меня нет оружия, — пробормотала, когда грязные руки второго незнакомца начали нагло скользить по моей фигуре, вызывая волну отвращения и тошноты.

— Это мы ещё посмотрим! — самодовольно усмехнулся первый нахал, грубо разворачивая меня лицом к себе. — Ребекка?

Не веря глазам, я испуганно застыла, широко раскрыв рот от удивления.

— Уильям? — изумлённо воскликнула после продолжительной паузы, растерянно уставившись на стоящего передо мной мужчину.

Когда-то гордо расправленные плечи теперь были сгорбленными, а властный взгляд показался липким, скользким и неприятным.

— Я уже не надеялась увидеть тебя снова, — неразборчиво произнесла, сглатывая ком в горле.

Тысячи раз я упоённо рисовала в воображении роковую встречу, но реальность показалась чересчур пресной, словно вместо полноценной картины мне подсунули невнятный набросок.

— Сколько с тобой пришло человек? Где расположен лагерь? — тем временем нетерпеливо засыпал меня вопросами бывший учитель, продолжая держать под прицелом.

— Я пришла сюда одна, — честно призналась, чуть ли не краснея от едва сдерживаемой злости. — После исчезновения последней экспедиции проект изучения Запределья заморозили.

— Совсем одна? — недоверчиво повторил Уильям, наконец-то опуская руку с пистолетом. — Хм, тогда тебе повезло, что вообще осталась жива. Пойдём с нами, я введу тебя в курс дела.

— А ты уверен, что ей можно доверять? — недовольно пробурчал бдительный напарник, брезгливо прищурившись. — Я слышал, эти твари способны менять внешность.

— Тогда они бы явились в облике Ким Кардашьян или Скарлетт Йоханссон, а не заурядной студентки. Расслабься, Пол! — невозмутимо парировал Уильям. — Что нового по ту сторону границы?

Тяжело вздохнув, кратко пересказала последние события. Ещё я упомянула о бедственном положении института и планах правительства огородить Запределье непроходимой стеной, при этом стараясь не морщиться от едкого запаха пота спутников.

— Это нам на руку! — со злорадством потирая ладони, усмехнулся Уильям и алчно сверкнул голубыми глазами. — Чем меньше людей узнает о сокровищах этого мира, тем лучше.

— Но почему? — дрожащим голосом воскликнула, с трудом угадывая в неопрятном мужчине с щетиной выдающегося учёного, которым я так восхищалась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Разве мог этот человек скрывать правду ради собственных интересов?

— Не придётся делиться, разумеется, — рассмеялся неприятный напарник. — Кто первый встал, того и тапки!

13 глава

Наверно, это всего лишь дурацкий розыгрыш! Через минуту Уильям Брэдли повернётся в мою сторону, весело рассмеётся собственной шутке и невозмутимо поздравит с 1 апреля, ехидно добавив, что у меня спина белая. Но прекрасный мужчина, напоминающий золотистыми кудрями греческого бога, продолжал продвигаться по Проклятому лесу, увлечённо рассказывая о грандиозных планах ополченцев. Исподтишка бросая настороженные взгляды на бывшего преподавателя, находила всё больше тревожных деталей не только во внешности, но и в поведении, речи, жестах и даже в тембре голоса. Повлияло ли на выдающегося учёного с мировым именем Запределье, или я раньше не замечала за блестящей оболочкой голодной алчности, угрюмой злости и чудовищной жестокости?

— В лаборатории мы работаем над химическим оружием, поражающим драконов, — хищно усмехнулся Уильям. — У Обсидиановой империи нет регулярной армии, поэтому без хвостатых рептилий они окажутся безоружными.

— Судьба сама приносит нам роскошный подарок на блюдечке с голубой каёмочкой! — азартно дополнил его товарищ, находящийся с другой стороны от меня, создавая неприятную иллюзию конвоя.

— А что дальше? — дрожащим голосом спросила, даже не представляя, что случится с чудесной страной, благополучие которой зависит от драконов.

Об этом рассказывала и словоохотливая служанка в замке, и Великая Жрица Несс.

— Потом мы займёмся соседними странами и построим светлое будущее на костях старого дряхлого мира! — охотно объяснил человек, которым я бездумно восхищалась всю сознательную жизнь.

— Но драконы не причинили никому вреда, — попробовала вяло возразить, ни капли не надеясь на успех.

— Ты не слишком изменилась, Бекка, — хрипло рассмеялся Уильям. — Такая же наивная, как и раньше! Вот увидишь хоть одного дракона и сразу поймёшь, что эту мерзость надо истребить.

Глупое сердце сжалось от ужаса при воспоминании о величественном драконе со сверкающей чёрным золотом чешуёй и мощными кожистыми крыльями. Из последних сил стараясь не выдавать мыслей, равнодушно кивнула, чувствуя предательскую дрожь в пальцах. В грудь словно вонзили тупой кол от мучительного осознания, что жизнь Морфеуса под угрозой, и если я не предупрежу его об опасности, погибнет целая империя, а может, и всё Запределье.

Больше я не спорила, а только рассеянно оглянулась по сторонам, поражаясь внутреннему убранству лагеря повстанцев, отдалённо напоминающему подземный бункер времён холодной войны. Мрачные помещения с каменными стенами навевали зелёную тоску вычурным однообразием и серостью. Сославшись на усталость после длительной дороги, попросила выделить мне место для ночлега, мечтая остаться в полном одиночестве. Наконец-то захлопнула дверь крошечной комнатки, похожей на келью, и медленно сползла по стене, содрогаясь от беззвучных всхлипываний.

Как я была глупа, отправившись в Запределье ради полного ничтожества! Неужели Уильям и его друзья вторглись на чужую землю только для того, чтобы хладнокровно уничтожить местных обитателей? И сильно ли я отличалась от захватчиков, когда нагло перешла границу миров и действовала только по своим правилам? Что теперь делать? Окончательно обессилев от рыданий, с трудом добралась до кровати, в изнеможении проваливаясь в милосердное забытьё.

С балкона высокой башни открывался восхитительный вид на ночной город, ярко сияющий тысячами огней, словно алмазами. Остроконечные крыши башен замка напоминали перевёрнутые сосульки, а вдали виднелись сверкающие обсидианом купола храмов, смешанных с низкими домишками, казавшимися издалека игрушечными.

— Тебе нравится?

От нежного бархатистого голоса Морфеуса в моей душе всё перевернулось.

— Очень, — честно призналась и нетерпеливо обернулась к величественному повелителю только для того, чтобы потонуть в колдовском сиянии изумрудных глаз. — Тебе и всем драконам империи угрожает смертельная опасность!

— Ничего нового, — грустно усмехнулся огромный, как скала, мужчина, пожимая массивными плечами. — Древнее проклятье медленно высасывает из нас силу.

— Нет же! — возразила, готовая взвыть от отчаяния. — Пришельцы из моего мира планируют захватить власть в империи.

— Твоего мира? — задумчиво повторил Морфеус и слегка прищурился, запуская рой колючих мурашек под мою кожу.

Я внутренне сжалась от болезненного предчувствия неминуемо надвигающейся катастрофы. Наконец-то грозный император узнает всю правду и полностью потеряет ко мне интерес. Но почему при этом меня не покидает мучительное ощущение, что я заживо отрезаю от себя по крошечному кусочку?

— Да, я родилась далеко отсюда, за границей между мирами. Но страшно даже не это. Штаб повстанцев заполнен оружием, которого достаточно, чтобы превратить Запределье в ядерную пустыню, пока они ищут способ уничтожить только драконов, — торопливо пробормотала, нервно прикусывая нижнюю губу и от волнения перескакивая с одной темы на другую. — Как видишь, я не призрачная ведьма, а всего лишь жалкая подделка. Даже розовый цвет волос — это дешёвая китайская краска. Прости меня, пожалуйста.

Окончательно запутавшись, испуганно застыла, словно ожидая приговора.

И теперь Морфеус расторгнет наш брак и возвратится к злобной мегере, брошенной на болоте. И, чёрт меня побери, из них получится ослепительно красивая пара. А я тем временем вернусь в привычный мир и забуду о сказочном Запределье, как о чудесном сне, ускользающем в предрассветных сумерках.

— Я знаю, — довольно усмехнулся Морфеус после мучительной паузы, пока я увлеклась самобичеванием. — Натуральный цвет твоих волос пепельно-белый. Призрачные ведьмы рождаются между мирами, именно поэтому они так редко встречаются. Доверься мне, пожалуйста. Вместе мы сможем всё исправить. Только ты и я.

— Но как? — невнятно пробормотала, беспомощно разводя руками.

— У тебя остался обсидиановый перстень?

Я утвердительно кивнула, заворожённо любуясь обаятельной улыбкой, чудесным образом осветившей красивое смуглое лицо.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Тогда ты знаешь, что делать, — промурлыкал Морфеус.

И в следующий миг резко обхватил тонкую талию накачанными руками, жадно притянул к своей груди и требовательно накрыл мой рот горячими губами.

14 глава

Волшебный сон разлетелся вдребезги на тысячи осколков от резкого толчка, вырывающего меня из сладостных объятий Морфея. Или Морфеуса. Испуганно распахнув опухшие от слёз глаза, с ужасом заметила рядом тёмную фигуру Уильяма. Он нетерпеливо тряс меня, до боли сжимая холодными, как лёд, пальцами плечо. Золотистые кудри, которыми я когда-то восхищалась, небрежно свисали на блестящий лоб неопрятными сальными прядями грязно-пшеничного цвета, а под белёсыми глазами плотно залегли фиолетовые тени.

— Подъём! Генерал штаба вызывает тебя на разговор, — приказным тоном сообщил бывший учитель, скользя по мне тяжёлым взглядом, заставившим внутренне содрогнуться.

Неприятное чувство отторжения многократно усиливалось термоядерной смесью перегара и чеснока, исходящего от мужчины.

— Среди ночи? — недоверчиво уточнила и брезгливо отпрыгнула как можно дальше, потирая лицо тыльной стороной руки. По ощущениям я проспала всего пару часов.

— Да, скорее всего, он тоже хочет узнать новости со Старого Света, — равнодушно ответил Уильям и слегка прищурился. — Только переоденься во что-нибудь приличное, сменная одежда во встроенном шкафу за твоей спиной.

— Хорошо, ты не подождёшь меня снаружи, пожалуйста? — смущённо попросила, вскакивая с жёсткой скрипящей кушетки.

— А зачем? — воскликнул бывший учитель, самодовольно усмехнувшись. — Разве ты не сохла по мне долгие месяцы? Помнится, мы любили посмеяться по этому поводу с коллегами за кружкой пива.

Желудок скрутило тугим узлом, а к горлу подступила тошнота, затрудняющая дыхание. Неужели я совсем недавно мечтала оказаться наедине с этим мерзким скользким типом?

— У меня есть… — торопливо пробормотала, испуганно шагая назад и упираясь спиной в холодную стену. — Муж.

— Не заметил на твоей руке обручального кольца, — издевательски рассмеялся вчерашний кумир. — И как же он тебя отпустил в Запределье?

— Я сбежала, — честно призналась, сокрушённо качнув головой. — И только сейчас поняла, что совершила большую ошибку.

— Теперь ты в другом мире, поэтому привыкай к новой жизни, — протяжно прогнусавил Уильям, всё-таки разворачиваясь к выходу. — У тебя пять минут на сборы.

Дождавшись, когда дверь с пронзительным скрипом наконец-то закроется, бросилась к платяному шкафу, выхватила первую попавшуюся тряпку и поспешно натянула на себя, оглядываясь в сторону выхода.

С трудом успевая за Уильямом по тёмным коридорам, скупо освещённым мигающими лампами, мы оказались в душном тесном кабинете, наполненном каким-то хламом, обклеенными скотчем коробками и запылёнными чемоданами. Окинув настороженным взглядом пожилого незнакомца, вальяжно развалившегося в чёрном кожаном кресле за массивным столом, интуитивно свела лопатки и выпрямила спину. Странная мысль о том, что мне мучительно неприятно находиться в компании соотечественников, досадно поразила. Даже общество Аурики не казалось настолько выматывающим. После короткого рассказа, напоминающего сухой доклад, в захламлённом помещении воцарилась гробовая тишина, которую только подчёркивало сиплое дыхание учёного рядом со мной.

— И что же нам делать с этой смазливой девчонкой? — недовольно проворчал начальник штаба повстанцев, грозно сдвигая на переносице кустистые брови.

— Я немедленно возьму её под своё покровительство, — невозмутимо выступил вперёд Уильям, почтительно склонив голову. — Мне давно нужна ассистентка в лабораторию.

— Мы возлагаем на твои разработки большие надежды, — гулким низким басом напомнил пожилой мужчина, стряхивая невидимую пылинку с рукава.

В ответ я только нервно сглотнула ком в горле, стараясь не проронить ни звука. Я прекрасно помнила, чем именно занимался бывший учитель, поэтому создавать химическое оружие точно не планировала. Больше всего я мечтала оказаться на чистом воздухе, подальше от двух пар маслянистых глаз, сияющих алчным огнём и жаждой наживы.

— Решено, все свободны! — резко воскликнул генерал, заставляя вздрогнуть от неожиданности.

На негнущихся ногах покинула ужасный кабинет, надеясь поскорее сбежать из этого кошмарного места.

— Кстати, а почему ты отправилась в Запределье в полном одиночестве? — спросил Уильям в коридоре, ставя жирный крест на моих надеждах.

— Я хотела узнать правду, но новую экспедицию отказались финансировать, — уклончиво ответила, отводя взгляд. — Доброй ночи.

Глупые фантазии о воссоединении с любовью всей жизни в свете последних событий казались полным бредом.

Я через силу растянула в улыбке губы на ответное пожелание и вежливо отказалась от обзорной экскурсии по штабу. Спёртый воздух под землёй с запахом плесени давил на грудь, словно стремился расплющить, а мысли отчаянно путались, возвращаясь к величественному императору со сверкающими нефритом глазами, однажды уже спасшему мне жизнь.

Тихонько прокравшись мимо игравших в карты на посту охранников, выбралась на долгожданную свободу, доставая по дороге увесистый перстень из кармана. Сквозь тёмную чащу густого леса медленно пробирались первые лучи утреннего солнца, окрашивая в тёплые цвета верхушки деревьев. Прохладный ветер ласково шептал тихие песни, рассыпая по плечам непослушные локоны.

— И где ты сейчас, Морфеус? — едва слышно прошептала себе под нос, задумчиво скользя кончиком пальца по обсидиану в форме драконьего сердца, тёмному, как уголь. Я отчётливо понимала, что если надену обручальное кольцо, то путей к отступлению больше не будет. Но что же оставалось? Военные корабли давно сожжены, как у древнего полководца. Но за дикую красоту сказочного Запределья сражение ещё не выиграно. Прихотливая судьба уже расставила фигуры на шахматной доске, осталось только решить, буду ли я безмолвной пешкой в чужой игре или…

Древнее кольцо словно само оказалось на безымянном пальце правой руки, идеально подходя по размеру. Чувствуя приятное жжение в запястьях, нетерпеливо оглянулась по сторонам, но вокруг ничего не изменилось. Только вдали за бирюзовой рекой появилась тёмная точка, которая стремительно увеличивалась в размерах.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

15 глава

Грациозный полёт чёрного, как космическая бездна, дракона в голубом безоблачном небе завораживал до внутренней дрожи, заставляя сердце биться барабанной дробью. Обсидиановая чешуя и мощные кожистые крылья ослепляли чудными переливами в тёплых лучах золотисто-оранжевого солнца. Потрясающая картина напоминала неосязаемый мираж или красочное сновидение, пропитанное волшебством и чудесными сказками.

Когда огромный, как скала, зверь изящно приземлился на лесную лужайку в облаке пыли и прошлогодней листвы, я радостно бросилась навстречу, не в силах противостоять непреодолимому притяжению, похожему на земную гравитацию. До мурашек хотелось провести кончиками пальцев по сияющей чёрным золотом коже и жадно вдохнуть одурманивающий аромат с острыми нотками жжёного ладана и берёзовой смолы, притягивающий, как сильнодействующий наркотик. Под желудком рассыпалась горсть раскалённого угля, а кровь превратилась в густой кисель, когда я крепко обхватила руками мощную шею дракона, прижимаясь щекой к горячей, сверкающей драгоценными камнями чешуе.

— Спасибо, что прилетел за мной, — с благодарностью всхлипнула, с удивлением осознавая, что скучала по его теплу, согревающему от макушки до пяток.

— Ребекка, немедленно отойди от этого чудовища! — прокричал визгливым тоном Уильям за моей спиной.

Испуганно оглянувшись, увидела выбегающего из бункера бывшего преподавателя с пистолетом в руках, дуло которого было направлено прямо на нас.

— Убери оружие, Уильям! — уверенно воскликнула, прижимаясь к Морфеусу и прислушиваясь к оглушительному сердцебиению. — Чудовище здесь только ты!

— Да ты совсем с ума сошла! — возмущённо выкрикнул бывший учёный и раздражённо притопнул армейским ботинком. — Пламя этого звероящера может превратить тебя в бифштекс за считанные секунды!

Обсидиановый дракон в ответ невозмутимо фыркнул и обернулся в сторону бывшего преподавателя, покровительственно закрывая меня огромным кожистым крылом.

— А ты продался с потрохами федералам, — горестно подвела итог, ловко вскарабкавшись на спину удивительного существа. — Прощай навсегда.

Исполинский дракон гордо расправил широкие крылья, резко оттолкнулся от земли и грациозно взмыл ввысь, оставляя за спиной застывшего в нелепой позе Уильяма посреди малахитовой чащи Проклятого леса. От сладостного волнения перехватило дыхание и пересохло в горле, когда остроконечные макушки многовековых сосен остались далеко внизу, сливаясь в бесформенную грязно-зелёную гущу. Прохладный ветер словно взбесился, игриво ударяя невидимыми кулаками то справа, то слева, заставляя крепче вцепиться в горячую обсидиановую чешую. На сумасшедшей скорости мы понеслись вместе с Морфеусом навстречу пугающей неизвестности, и я полностью доверяла свою жизнь повелителю империи. От стремительного полёта меня охватила пьянящая эйфория. Я с жадностью впитывала необузданную красоту Запределья, играющего всеми оттенками палитры сразу. Чудесные леса, пересечённые бирюзовыми стрелками рек, сменялись аккуратными деревушками со скоплением крошечных домиков, между которыми блестели морионом изящные купола соборов. Справа возвышались скалистые горы с заснеженными вершинами, а слева лениво раскинулось стальное море, напоминающее жидкую ртуть. Я ожидала, что мы направляемся в сторону Обсидианового дворца, гордо раскинувшегося впереди нас, но вместо этого дракон уверенно устремился к устью бирюзовой реки, постепенно снижая высоту. Когда мы успешно приземлились, я осторожно спрыгнула со спины дракона, разминая затёкшие ноги и с любопытством осматривая незнакомую местность. На краю опушки стоял симпатичный охотничий домик с покатой крышей, гостеприимной верандой и крошечными окнами, напоминающими леденцы.

— И почему мы здесь? — удивлённо спросила, нетерпеливо оглядываясь на Морфеуса, словно погрузившегося в чёрную дымку.

Мощные крылья постепенно исчезли, и даже обсидиановая чешуя медленно растворилась, превращаясь в смуглую человеческую кожу, под которой завораживающе бугрились сильные мышцы.

— Я подумал, что нам лучше поговорить наедине, — объяснил мужчина, уверенно протягивая мне широкую ладонь. — Это моё тайное убежище.

От прикосновения обжигающей руки я вздрогнула, ощущая ошеломительную волну тепла, плавно спускающуюся по спине вниз.

— И от кого ты здесь прячешься? — нервно спросила, чувствуя внутреннюю дрожь.

— Точно не от пришельцев из другого мира, — весело рассмеялся мужчина, словно запуская стаю раскалённых рыбок под кожу. — Идём, ты голодная.

В животе предательски заурчало, словно подтверждая слова Морфеуса. Сглотнув ком в горле, смущённо поплелась рядом с ним к открытой веранде, оплетённой вьющимися растениями с яркими цветами причудливой формы.

— Этот дом принадлежал когда-то матери, — погрузился в печальные воспоминания смуглый мужчина, сурово нахмурившись. — При жизни моих родителей мы часто сюда приезжали.

— Что с ними произошло? — настороженно спросила, чувствуя тысячи колючих иголок, словно вонзающихся в кожу.

— Их убил Фарран, мой бывший друг, во время дворцового переворота. Я отомстил предателю, но потом его жена прокляла всю страну, — сухо объяснил император, словно пересказывая страшный кошмар с уродливой ведьмой в главной роли.

— Прими мои соболезнования, — растерянно пробормотала, почему-то переживая боль от потери как свою собственную.

Морфеус благодарно кивнул, не проронив ни одного лишнего слова.

Больше я не задавала вопросов, с трудом переваривая полученную информацию. К счастью, в кладовых уютного деревянного домика нашлись и воздушные рисовые лепёшки, посыпанные пряными специями, и сочное мясо, тающее во рту, и экзотические овощи с приятной кислинкой. Когда огромная тарелка, стоящая перед моим носом, наполовину опустела, Морфеус наконец-то задал свой первый вопрос, грациозно наливая в тяжёлый бокал оранжевую жидкость, отдалённо напоминающую по вкусу сухое вино:

— Почему ты сбежала? Во дворце тебе ничего не угрожало, так как по нашим законам императрица неприкосновенна. Никто бы не осмелился противостоять твоей воле.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Даже ты? — робко спросила, остро ощущая, как полыхают от смущения огнём кончики ушей.

— Я такой страшный? — весело усмехнулся Морфеус, отчего на его щеках появились соблазнительные ямочки.

— Нет, — призналась, отрицательно покачав головой и для смелости торопливо отпив из бокала. — Почему ты считаешь, что именно я призрачная ведьма?

— Забавно, — заметил обсидиановый дракон глубоким бархатистым голосом, — что из всех окружающих только ты сомневаешься в своей сути. Но даже полуслепые троллихи сразу это заметили.

— Аурика тоже не считает, что я ведьма, — на одном дыхании выпалила, слишком поздно прикусив язык.

Почему я так и не научилась думать перед тем, как говорить?

— По крайней мере, становится понятно, каким образом тебе удалось сбежать, — мрачно проворчал в ответ мужчина, раздражённо барабаня пальцами по столу. — Но почему ты доверилась именно ей?

16 глава

Я раздражённо пожала плечами, продолжая злиться на саму себя за совершенную глупость и наивность. А ещё на меня внезапно нахлынула безрассудная ревность к прошлому, которое Морфеус и Аурика разделили в сладостных объятиях друг друга. Каково это — ощутить обжигающее прикосновение сильного, накачанного тела и горячих, страстных губ к коже наяву, а не в мечтах?

— Ты умеешь врываться в сновидения ко всем? — неловко произнесла и нервно сглотнула, отгоняя опасные воспоминания, взрывающиеся томлением внизу живота.

— Да, — загадочно усмехнулся удивительный мужчина, сверкая изумрудными глазами. — Но только с тобой это происходит само собой вне зависимости от моего желания из-за нашей связи, посмотри!

В доказательство слов величественный император прижал широкое запястье к моей руке, и узоры татуировок словно сплелись в единое целое, образуя законченный рисунок. Пламя таинственной магии сладко лизнуло кожу под дикий танец картинок.

— Красиво, — отстранённо заметила, почему-то расстроившись из-за случайно оброненной фразы.

— Очень, — охотно согласился Морфеус, и я буквально кожей почувствовала, что он смотрит не на татуировки.

Пришло осознание, что мужчина незаметно наклонился настолько близко, что наше дыхание смешалось, опьяняя ароматом жжёной травы.

— Каждый день после твоего исчезновения я искал тебя, Ребекка. И каждую ночь ты мне снилась, дразня и сводя с ума. Так близко и так далеко одновременно!

От неожиданного признания глупое сердце взорвалось в груди громким перестуком.

— Мне страшно, — призналась, безнадёжно утопая в малахитовом сиянии глаз, на дне которых заманчиво мерцали болотные огоньки.

— И чего же ты боишься, меня? — нежно промурлыкал обсидиановый дракон, проводя раскалёнными кончиками пальцев по моей скуле и запуская гигантскую стаю сумасшедших термитов мне под кожу.

— Нет, — помотала головой, остро ощущая, как вместо крови по венам разливается густой сироп от трепетных прикосновений грубых мозолистых рук к чувствительной коже. — Я боюсь, что ты ошибаешься, и я не призрачная ведьма.

— Мне нужна только ты! — упрямо прошипел Морфеус, жадно накрывая мои губы ртом.

Возможно ли, что красочные сны оказались только жалким подобием пламени, вспыхнувшего между нами? Обхватив руками шею императора, трепетно прижалась к мощной груди, млея от чувственного наслаждения. Мужчина водил широкими ладонями по спине, углубляя потрясающий поцелуй и яростно проникая удлинённым языком сквозь губы, при этом слегка задевая их острыми клыками. От терпкого вкуса с дурманящими нотками берёзовой смолы голова пошла кругом, и страх совсем растаял, а сомнения растворились. Словно состоящее из нервных окончаний тело отзывалось на близость Морфеуса настолько чутко, что захотелось закричать. Каждое прикосновение вызывало бурный ураган чувств, заставляя медленно плавиться в тесных объятиях, как восковая свеча. Казалось, что я мгновенно сгорела заживо, когда сильные руки крепким кольцом сжали тонкую талию. Неожиданно величественный дракон поднял меня и посадил на обеденный стол, словно я была не тяжелее пушинки. Инстинктивно обхватив его талию ногами, я продолжала тонуть в страсти, позабыв обо всём на свете. Хотелось жадно гладить ладонями тело, восхищаясь каждым рельефным изгибом. Особенно когда шершавые пальцы щёлкнули пряжкой ремня на моих брюках и спустились ниже, беспрепятственно проникая под бельё и заставляя тихо застонать в ответ. Между бёдер словно скрутило от ноющей нужды, а перед глазами потемнело от желания. Я судорожно свела ноги, сильнее прижимаясь к мужчине, когда горячие пальцы настойчиво дотронулись до самого потаённого места, словно выдавливая из горла жалостный всхлип. Слишком горячо и сладко, на грани выносимого. Нежно укусив за нижнюю губу, мужчина отстранился, заглядывая мне в глаза, словно пытался прочесть ответ на немой вопрос.

Не в силах противостоять притяжению, только потянулась к узкому лицу, обрамлённому локонами. Робко коснувшись мягких горячих губ, осторожно проскользнула языком в приоткрытый рот. На долю секунды мне показалось, что на меня нахлынула мощная лавина его эмоций: жгучее желание, безудержная страсть, зеркально отражающая мой собственный голод, ошеломительная радость и не до конца осознанное чувство на глубинном уровне, напоминающее… Но странное наваждение внезапно исчезло, как призрак. С гортанным рыком мужчина притянул меня к себе и подхватил, с лёгкостью поднимая на руки и бережно унося на второй этаж по крутой скрипучей лестнице.

С пинка растворив тяжёлую дубовую дверь, Морфеус торопливо зашёл в просторную комнату и осторожно поместил меня на шелковистое покрывало, нависая сверху. Над его головой снова клубилась голодная тёмная дымка, напоминающая смертоносный смерч. Лучи дневного солнца тускло освещали необычную спальню, с потолочных балок которой живописно спускались ампельные цветы с кроваво-алыми и нежно-розовыми бутонами, а все предметы мебели словно проросли огромными корнями в земляной пол.

— Моя, — угрожающе проревел властный мужчина, уверенно спускаясь жалящими поцелуями к обнажённой груди, набухшей от желания. — Теперь ты никуда не убежишь!

Ещё бы! Я могла только хрипло стонать и безвольно выгибаться, сходя с ума от одурманивающей близости. Губы впились в твёрдый, как камень, сосок, пока грубые пальцы скользили по трепещущему от восторга телу, нетерпеливо освобождая меня от оставшейся одежды.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

17 глава

Томительное желание стремительно скручивалось спиралевидными кольцами огня внизу живота, напоминая всепоглощающий смерч. Тело полыхало от сводящих с ума прикосновений горячего удлинённого языка обсидианового дракона к нежной, чувствительной коже.

— Морфеус! — умоляюще простонала, беспомощно вцепляясь дрожащими пальцами в распущенные шелковистые волосы с вплетённым чёрным жемчугом.

Голова закружилась, а губы пересохли, когда обжигающие пальцы мужчины неторопливо и уверенно заскользили по внутренней стороне обнажённого бедра.

— Громче, — обольстительным шёпотом прошелестел мужчина, продолжая опасное путешествие по моему телу и вызывая тихий гортанный стон.

Как могло быть настолько горячо и сладко одновременно? Я никогда в жизни не испытывала ничего подобного. Внезапно грубые пальцы сорвали трусы и небрежно отбросили в сторону, вдоль спины прошла сладостная дрожь, отзывающаяся новой волной тянущего удовольствия под желудком.

— Только моя! — хрипло повторил Морфеус, смелыми движениями начиная выводить мозолистой ладонью ошеломительные круги, настойчиво проскользнув сначала указательным, а потом и средним пальцами сквозь влажные складочки, в то время как большой палец продолжал нежно поглаживать наиболее чувствительное место. Ощущения от плавного скольжения были настолько интенсивными, что ноги свело мощной судорогой, а пульсация крови в ушах перебила гортанные стоны. Поддаваясь ритму, раскачивалась навстречу, окончательно утопая в безумии. Но когда Морфеус резко втянул набухший сосок себе в рот и слегка прикусил острыми клыками, ускоряя движения пальцев, мышечная дрожь охватила мои конечности, заставляя извиваться всем телом в остром предчувствии пика удовольствия. Очертания предметов в спальне растворились в гулком тумане космической бездны, когда упоительное наслаждение взрывной волной окатило меня с макушки до самых пяток.

— Ты готова? — промурлыкал мужчина и слегка отстранился только для того, чтобы сделать выпад вперёд, ощутимо упираясь твёрдой, как камень, плотью между бёдер. Даже от мимолётного соприкосновения разгорячённых тел в позвоночник ударила ослепительная молния, а сама я словно превратилась в оголённый нерв.

— Да! — с гортанным всхлипом прошептала, мечтая только о том, чтобы он больше не задавал глупых вопросов.

Я не знала, нужна ли я буду вообще властному императору после близости, особенно если неожиданно выяснится, что я обычный человек, но мне было всё равно. От обжигающих прикосновений обнажённой гладкой кожи хотелось полностью раствориться в соблазнительном мужчине, смело отдаваясь чувственным ощущениям, несмотря на пугающие последствия. Поэтому я широко расставила бёдра, выгибаясь навстречу полной неизвестности. Но даже после этого мужчина никуда не торопился. Удобно устроившись между моих коленок, Морфеус принялся с жадностью покрывать шею жалящими поцелуями, отзывавшимися неуправляемой цепной реакцией под кожей. Требовательно обхватив талию мужчины ногами, вздрогнула от мучительного напряжения, словно сгорая от томительного ожидания.

— Морфеус! — хрипло прорычала, ошарашенно ощущая, как наши тела постепенно сливаются в единое целое.

Лёгкое жжение от порванной девственной плевы медленно переросло в удивительную заполненность вместе с ошеломительным наслаждением. Как может быть настолько хорошо, остро и сладко? Первый толчок показался медленным и плавным, но безжалостно взрывающим нервные окончания. За ним сразу же последовали второй и третий. На мгновение показалось, что мы вместе с бешеной скоростью падаем в бескрайнюю пропасть наслаждения, окончательно забывая настоящее, прошлое и будущее.

— Открой глаза! — с придыханием прорычал мужчина с новым выпадом вперёд.

— Но что за… — удивлённо вскрикнула, выполнив просьбу.

Вокруг меня сияло странное серебристое свечение, струящееся по моему телу и загадочно мерцающее бриллиантовыми искорками. Но дракон так ничего и не ответил, жадно накрывая мой рот голодным поцелуем вместе с новым толчком. Каждое движение становилось быстрее, резче и отчаяннее. Словно мы одновременно сгорали заживо в диком драконьем пламени, от которого не было больше спасения. Ощущения от мужчины одновременно и снаружи, и внутри были настолько восхитительными, что, совершенно забыв обо всём, я неистово царапала острыми ногтями мощную мускулистую спину.

— Да! — задыхаясь, выкрикнула, сходя с ума от удивительной эйфории, захватившей меня целиком, и снова выгнулась дугой от потрясающего удовольствия, смело скользя пятками по телу императора.

Каждый толчок сопровождался нарастающим напряжением под желудком. Голова стала пустой и лёгкой, как воздушный шарик. Кровь в жилах превратилась в кипящую лаву. Снова и снова поднимала бёдра навстречу, остро ощущая, как скрытая пружина, скрученная кольцами до предела внутри меня, неожиданно распрямилась. Мощная волна упоительного удовольствия захлестнула меня целиком. Серебристое свечение в тот же момент смешалось с обсидиановой дымкой дракона, распадаясь на тысячи цветов в искрящемся водопаде ослепляющих красок.

Морфеус сделал ещё несколько толчков, показавшихся уже разрозненными и хаотичными, словно он тоже потерял контроль в поглотившем нас сумасшествии. На несколько мгновений мы застыли, с трудом восстанавливая сбившееся дыхание. А потом мужчина крепко прижал меня к широкой груди с бугрящимися мышцами, нежно целуя мои горящие щёки, пылающий лоб и растрёпанные волосы. Словно я действительно драгоценное сокровище, а он — огромный бесстрашный дракон, призванный защитить меня от опасностей жестокого мира. Непроизвольно улыбнувшись своим мыслям, обессиленно уткнулась в широкое плечо мужчины, жадно вдыхая опьяняющий аромат жжёной травы.

— Значит, это правда? — невнятно пробормотала, ощущая наступающую дрему. — И я ведьма?

— Спи, — бархатистым голосом произнёс мужчина, ещё крепче обнимая меня. — А я буду охранять твой сон.

— Но я хочу помочь… — упрямо возразила, чувствуя, как постепенно тяжелеют веки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Спи! — повторил обсидиановый дракон, ласково прикасаясь горячими губами к моему лбу.

18 глава

Испуганно дёрнувшись на грани пробуждения, очнулась, не в состоянии вспомнить даже крошечный отрывок красочного сновидения. Жар от равномерно поднимающейся груди согревал, как бушующий огонь, чудесным образом доходя до самого сердца. Осторожно потянувшись, медленно повернулась к лежащему рядом мужчине, снова поражаясь дикой и величественной красоте, от которой захватывало дух. Грозные черты лица императора показались нежнее и моложе. Холодная, как горный лёд, суровость потеплела, а резкость притупилась. Даже накачанное тело было спокойно и расслаблено, и Морфеус казался более соблазнительным, чем обычно. Если бы это было возможно. С трудом дыша от непривычного смятения, смахнула прядь чёрных, как смоль, волос с высокого лба, остро ощущая, что под кожу словно забросили горсть раскалённого песка. Нечто похожее на внутреннюю дрожь сокрушительной лавиной прокатилось по телу, спускаясь вниз, когда мужчина довольно усмехнулся и распахнул изумрудные глаза.

— Прости, я всего лишь…

Сумбурные мысли в голове катастрофически расползались по углам, как рыжие тараканы.

— Моя жена, и можешь делать всё, что захочешь, — продолжил оборванную фразу мужчина и ловко поймал запястье, медленно поднося обратно к смуглому лицу.

Погрузив тонкие пальцы в рот, Морфеус нежно прикусил их острыми клыками. Дыхание сбилось, а между бёдер лизнуло жарким пламенем.

— Тогда и ты только мой, — млея от восторга, крошечными фейерверками взрывающегося в груди от хищной ласки, хрипло прошептала я. — Я не потерплю рядом с тобой Аурику или другую любовницу.

— Справедливо, — охотно согласился Морфеус после того, как с сожалением выпустил мои пальцы, напоследок небрежно мазнув раскалённым языком. — Но и я превращу в пепел любого, с кем ты мне изменишь. Я до сих пор хочу вернуться в Проклятый лес и сжечь дотла того придурка из-за твоей детской влюблённости.

— Но как ты узнал? — растерянно воскликнула и густо покраснела, недоверчиво заглядывая в бездну малахитовых глаз, на дне которых теперь плясало пламя.

— Мы с тобой крепко связаны, Ребекка, поэтому я ощущаю все твои эмоции как свои, — кратко объяснил обсидиановый дракон и жадно притянул меня к себе, впиваясь в губы с каким-то животным остервенением.

Широкие ладони уверенно заскользили по дрожащему от возбуждения телу, посылая мощные разряды электричества по венам и словно взрывая нервные окончания. С гортанным стоном я прильнула к накачанной груди, углубляя сладостный поцелуй.

Только мой! Никому не отдам!

Морфеус с рыком, в порыве страсти, потянулся к плавным изгибам бёдер, усаживая меня на себя верхом, словно передавая полный контроль. Чувствуя внутреннюю дрожь от предвкушения, отпрянула назад и осторожно привстала, опираясь ладонями на плечи, принимая твёрдую плоть в себя и остро ощущая удивительную наполненность и целостность, словно мы созданы друг для друга. Я медленно заскользила по длине, наслаждаясь упоительным единением, в то время как сильные руки с натянутыми, как канаты, венами крепко сжимали тонкую талию, нетерпеливо ускоряя темп. Я поднималась и опускалась, чувствуя, как он выгибает бёдра навстречу, и мы снова и снова сливались в единое целое. Впервые в жизни чувствовала себя свободной, желанной и… совершенно счастливой. Изгибаясь в пояснице, я не могла сдержать громких стонов с каждым новым толчком. Очертания спальни постепенно поблёкли, расплываясь разноцветными пятнами, когда ноги свело судорогами, а внизу живота всё словно сжалось в узел, чтобы через секунду накрыть тело мощной волной удовольствия. Я обессиленно упала на широкую грудь мужчины, запоздало понимая, что он тоже дошёл до конца. Тело всё ещё пробивало мелкой дрожью, когда Морфеус притянул меня к себе, сминая в объятиях.

— Расскажи о призрачных ведьмах, пожалуйста, — попросила спустя некоторое время, думая о странном сиянии, снова окутывающем меня, как кокон.

— О них ходят легенды, но мало кто встречал хоть одну вживую, — загадочно промурлыкал мужчина. — Могу только предположить, что ты ничего не знаешь о своих родителях и никогда не болела: призрачная магия затягивает даже серьёзные порезы и раны. В некоторых мифах ведьмы приводили с того света людей и драконов, но я не верю в подобные сказки. Эта сила исцеляет смертельно больных и оживляет всё вокруг.

И правда, с момента пробуждения я постоянно ощущала в себе непривычную силу, неукротимую, свирепую и словно бурлящую, как ручей ранней весной.

— Жаль, что нельзя остаться с тобой в этой спальне навсегда, — продолжил он, ласково перебирая растрёпанные локоны и запуская толпу ополоумевших мурашек.

— Нам пора возвращаться в твой замок? — задумчиво переспросила, с наслаждением скользя ладошкой по накачанному плечу, словно выточенному из тёмного мрамора.

— В наш замок, — поправил Морфеус и обречённо вздохнул сквозь зубы. — Народ тоже хочет видеть императрицу.

— А как же проклятие? — упрямо уточнила, снова вспоминая ужасный кошмар со страшной ведьмой на пепелище. — Я хочу помочь, честно, но не знаю, как.

— Для этого нам нужно вернуться на место гибели Фаррана. Только освободив дух его жены, можно всё исправить, — охотно объяснил мужчина, с любопытством заглядывая мне в лицо. — Решила попробовать? Но почему?

— Ради тебя, — не задумываясь, пробормотала, чувствуя лёгкое головокружение от опьяняющего аромата жжёного ладана и интимной близости. — Ради нас и всего Запределья.

Запоздалое осознание чувств к Морфеусу накрыло лавиной, заставляя испуганно застыть от неожиданности. Я с первой встречи ощущала себя рядом с ним немного пьяной и с трудом могла связать даже пару слов. Да и думала я постоянно только о драконе с полыхающими изумрудным сиянием глазами, нервно крутя в дрожащих руках обручальное кольцо. Вот только признать очевидное категорически отказывалась, привычно цепляясь за древнюю привязанность к Уильяму. Но самое удивительное было ещё и в том, что, принимая любовь к императору, я должна была признать и свои чувства к этой стране, раскинувшейся огромной пёстрой картой на полсвета. И теперь мы вместе должны любой ценой спасти красоту Запределья и от чудовищного проклятия, и от алчных иноземных захватчиков. Спасти наш дом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

19 глава

Морфеус.

За десятки лет на уродливом поле, беспощадно выжженном драконьим пламенем и покрытом пеплом с угольно-чёрной сажей, так и не выросла молодая трава. До судьбоносной встречи нравилось сравнивать заколдованное место с собственным сердцем, одиноким, заброшенным и никому не нужным. За прошедшие годы положение вещей стало привычным, пока я не увидел в Проклятом лесу прекрасную, как утренний рассвет, незнакомку, за мгновение перевернувшую старый мир с ног на голову лёгким взмахом пушистых ресниц. Уже тогда стало ясно, что мне недостаточно обладать красивым телом, мне нужна её чистая душа, ярко сияющая во тьме, как путеводная звезда. Жадно притянул к себе за тонкую талию поразительную девушку, с наслаждением зарылся носом в шелковистые волосы. Потрясающий аромат диких фиалок опьянял, притягивал, полностью лишая рассудка. До внутренней дрожи захотелось обратиться в дракона и поскорее унести Ребекку подальше от бесплодной земли, отравленной проклятием. Наиболее соблазнительным вариантом казалось запереть жену и не выпускать из спальни, приковав к кровати. Неимоверным усилием воли отогнал эти мечты, мысленно обозвав себя эгоистом. Любая другая на её месте начала бы требовать немедленно обсыпать её с ног до головы рубинами, изумрудами или бриллиантами, а не бросилась бы спасать Обсидиановую империю от ужасного проклятия. И, даже увидев меня в истинном обличье, девушка не испугалась, а смело бросилась навстречу, принимая мою подлинную суть. И самым чудесным оказалось осознание, что она тоже испытывала ко мне чувства! Её манили не монархический титул и не огромные богатства, а именно я, из плоти и крови, несмотря на гигантскую пропасть между нами. Я знал достаточно о техногенном мире, из которого пришла Ребекка, чтобы понимать, насколько трудно ей здесь находиться. Но в её душе сложно не заметить царское благородство и самоотверженность, присущие настоящей императрице. Тяжело вздохнув, крепче прижал к себе хрупкую девушку, нежно обнимая узкие плечи. Время пришло.

— Крессида, я призываю тебя явиться сюда! — громко воскликнул в зияющей безнадёжностью темноте.

— Я давно слежу за вами, голубки, — раздался жуткий голос со всех сторон одновременно, а из густых теней начал медленно вырастать алый силуэт, отдалённо напоминающий женщину.

Отвратительные трупные пятна покрывали когда-то привлекательное лицо и тело, а из груди по-прежнему торчал ритуальный кинжал.

— Давно ты не приходил навестить старую знакомую. Неужели думаешь, что если влюбил в себя глупую девчонку, то все проблемы решены? Тебе всё равно не удержать истинную ведьму, рождённую на грани миров!

И почему призракам удаётся прочесть самые потаённые страхи в сердцах живых? С трудом сохраняя внешнюю невозмутимость, крепче прижал к себе драгоценную девушку, наслаждаясь её теплом.

— Ты умрёшь в полном одиночестве, как брошенный пёс! — продолжала злорадно причитать отвратительная ведьма, оглушая каркающим смехом. — И твои же друзья снова предадут тебя и захватят власть! А что же касается тебя… — злобная мегера с хищническим интересом подлетела к застывшей рядом Ребекке. — Призрачная, лучше поскорее возвращайся туда, откуда пришла! Тебе здесь не место! Вон отсюда! Вон!

По внутренней связи боль девушки захлестнула меня, доказывая, что ядовитые, как жало змеи, слова снова достигли цели.

— Кто бы говорил, Крессида, это тебе нечего делать среди живых! — мрачно усмехнулся в ответ жуткому призраку прошлого, интуитивно огораживая плотным кольцом драконьей магии своё сокровище и переключая внимание на себя.

— Да как ты смеешь! Это мы с Фарраном должны были управлять Обсидиановой империей, а не ты и эта девчонка! — раздражённо топнув, с пеной на губах выкрикнула уродливая женщина.

— Он ждёт тебя, — неожиданно вмешалась в разговор Ребекка и развернулась ко мне спиной, уверенно поднимая руки вверх.

Ослепительно белая магия жизни мгновенно заструилась по тонким пальцам, преображая всё вокруг.

— Мой Фарран, — горестно всхлипнула ведьма, и черты её лица впервые стали похожи на человеческие. — Любовь всей моей жизни.

— Вы ещё можете снова быть вместе, — очаровательно усмехнулась удивительная девушка. — Я помогу найти дорогу к нему!

— Пожалуйста, — взмолилась тёмная ведьма, упав на колени перед Ребеккой.

С изящных пальцев светлой колдуньи сорвались ослепительно белые лучи, поэтому я потянулся к тонким запястьям, подпитывая и поддерживая мощный поток силы жизни своей огненной магией и направляя его в горестно застывшую в центре пепелища призрачную женщину.

— И забери с собой всё, что принесла, — напоследок настойчиво напомнил я, заворожённо наблюдая, как бурлящий поток ударил прямо в грудь злобного призрака прошлого, и изуродованная смертью женщина пошатнулась, начиная медленно растворяться в лучах света.

— Я иду к тебе! — высоким голосом воскликнула Крессида и, в последний раз вспыхнув ярко-бордовым сиянием, навсегда исчезла в густом облаке теней.

Ребекка едва заметно вздрогнула и обессиленно пошатнулась, поэтому я поспешил поймать её, прижимая к древнему драконьему сердцу, безраздельно принадлежащему только ей.

— Это всё? Проклятие исчезло? — едва слышно пробормотала девушка, отдавшая слишком много магии для изгнания озлобленного призрака.

— Посмотри сама! — восторженно прошептал, радостно озираясь вокруг.

На глазах сквозь толщу земли пробивалась буйная растительность, пестрящая яркими красками и бодрящим ароматом свежести. Природа оживала, словно просыпаясь от зачарованного сна.

— Но откуда ты знала, что Фарран ждёт Крессиду?

— Это был блеф, — ответила Ребекка, от волнения накручивая розовый локон на изящный пальчик и густо краснея.

— Что? — озадаченно переспросил, не поняв значения последнего слова.

— Погибший муж был единственным слабым местом тёмной ведьмы, — торопливо пробормотала девушка, продолжая очаровательно смущаться. — Поэтому я и решила сказать ей, что он хочет её увидеть.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Но я не почувствовал в твоих словах ни капли фальши, — удивлённо воскликнул, так как пристально следил за эмоциями жены.

— Мне всего лишь захотелось, чтобы такое место существовало на самом деле, — забавно пробубнила себе под нос Ребекка, нервно покусывая пухлую нижнюю губу и словно запуская по жилам обжигающее желание.

— Даже если и не было, ты его создала, — неторопливо произнёс, запоздало ощущая, что на моих глазах произошло самое настоящее чудо.

Призрачная ведьма не только уничтожила ужасное проклятие, но и совершенно случайно создала где-то в этой вселенной новый мир, где разлучённые смертью души влюблённых могли воссоединиться.

— Ты потрясающая!

Но чудесное создание только недоверчиво пожало плечами, доверчиво подставляя ярко очерченные пухлые губы жадным поцелуям.

20 глава

Ребекка.

После избавления от древнего проклятия мы стремительно неслись домой, предвкушая заслуженный отдых. Бескрайние леса и поля чудесной страны на бешеной скорости сливались в тёмные пятна густого тумана в предрассветных сумерках. Край неба вдали медленно розовел, открывая тревожную картину с обтянутым сизым дымом Обсидиановым замком под оглушительные взрывы фугасных бомб. Над огненными руинами крепости беспокойно кружили встревоженные тёмные драконы, похожие на штурмовые самолёты. Не долетая до развалин, Морфеус пикировал, широко расправив тяжёлые крылья, и приземлился на круглой прибрежной равнине у подножья крутого холма.

— На замок напали? — взволнованно воскликнула, хоть и заранее знала ответ.

— Оставайся здесь, я сам разберусь, — спокойно произнёс величественный повелитель Обсидиановой империи, плавно спуская меня с широкой спины.

— Пожалуйста, возьми меня с собой, — отчаянно взмолилась, догадываясь, кто напал на столицу.

— Исключено, ты потеряла много сил в борьбе с ведьмой, — торопливо объяснил Морфеус и с сожалением покачал головой.

Отчасти он был прав, так как я еле стояла на ногах от усталости, но даже кратковременное расставание с императором по непонятным причинам казалось страшнее бубонной чумы.

— Но тебе пригодится моя помощь, — привела последний довод, не слишком надеясь на удачу.

— Что бы ни случилось, оставайся здесь, — невозмутимо давал наставления Обсидиановый змей, нехотя отворачиваясь к разворачивающейся на глазах трагедии. — Я вернусь за тобой, когда опасность минует.

— Пожалуйста, не улетай! — испуганно попросила, заламывая руки от отчаяния под новую канонаду взрывов различной громкости, окрасившую город в ярко-красное зарево.

— Это далеко не первое и не последнее сражение, — очаровательно усмехнулся Морфеус, сверкая изумрудными глазами. — Дождись меня, Ребекка.

И, изящно оттолкнувшись от земли, огромный дракон виртуозно взлетел высоко в небо, направляясь прямиком на поле боя. Не двигаясь с места, пристально следила за грациозным полётом, не находя покоя от гнетущего предчувствия надвигающейся беды. Ледяной ветер безжалостно хлестал со всех сторон сразу, проникая сквозь лёгкое полупрозрачное платье, найденное среди вещей погибших родителей Морфеуса. Я беспомощно обхватила руками озябшие плечи, медленно сходя с ума от беспокойства. Разобрать хоть что-то среди бесконечных взрывов в кошмарном аду уже не представлялось возможным. Я окончательно потеряла счёт времени, из последних сил отгоняя ужасные мысли. Когда багровое солнце наконец-то взошло среди сизого дыма, на меня нахлынула чужая боль от лопающейся кожи, сломанных костей и разорванных мышц. Голова закружилась, а в ушах пронзительно зазвенело. Я попыталась закричать, но из груди раздался только жалкий хрип. Татуировки с рунами на запястьях медленно бледнели и растворялись. Или это всего лишь слёзы, застилающие глаза? Глупое сердце словно разбилось вдребезги на тысячи осколков, мешая думать, двигаться, чувствовать. А потом всё утихло так же внезапно, как и началось, но воцарившаяся тишина казалась теперь ужасной и противоестественной.

— Морфеус! — беззвучно прошептала одними губами, торопливо сбрасывая с ног неудобные туфли.

Не видя ничего вокруг, побежала по крутому склону вдоль обрыва. Если и существовал хоть крошечный шанс спасти мужа, я попытаюсь. Или хотя бы разыскать его, снова прижаться щекой к широкой груди… Обрывочные мысли путались, а тело стало словно деревянным, но меня тянула вперёд странная нить, указывающая нужную дорогу. И я бежала, спотыкалась, падала, сдирала в кровь кожу об острые камни и колючие кустарники, но даже не замечала этого. В дымящейся от взрыва воронке лежало тело обсидианового дракона, покрытое уродливыми порезами от обломков и страшными ожогами.

— Пожалуйста! — отчаянно взвыла, как раненый зверь, и обессиленно упала перед Морфеусом на колени, торопливо поднося дрожащие ладони к обезображенной чешуе, перепачканной разводами алой крови. — Не покидай меня! Прошу тебя!

Из тонких пальцев выскользнули крошечные искры магии, казавшиеся жалкой тенью мощного потока призрачной силы. Душевная боль раздирала сердце на мелкие клочья. Бесполезно. И почему у меня не получалось колдовать, когда это на самом деле нужно?

— Я люблю тебя, — горестно всхлипнув, хрипло проревела, пытаясь придумать хоть что-то.

А ещё я проклинала себя за то, что так и не призналась в своих чувствах раньше.

— Ты страдаешь по несчастной зверушке, Бекка? — раздался до яростной дрожи знакомый голос ниже по каменистому склону. — Сложно было устроить ловушку для такой огромной твари.

— Уильям? — ошарашенно произнесла, не веря ушам, и обернулась.

Неторопливой походкой приближался измазанный копотью профессор с огромной винтовкой наперевес.

— Прочь отсюда! — опасно зашипела, как рассвирепевшая кошка, закрывая грудью тело дракона. — Иначе я…

— Детка, ты заигралась в Гарри Поттера, — издевательски рассмеялся Уильям. — Пора повзрослеть и посмотреть на вещи под другим углом!

— Тогда просвети меня, — процедила сквозь зубы с безотчётной злобой.

— Из генерала выйдет замечательный император, который не забудет ближайших соратников, — алчно скалясь, протараторил мужчина.

— Не проще ли договориться с драконами? — упрямо пробормотала, чувствуя, как чёрная пустота медленно затягивает мою душу.

Стоило ли жить после гибели Морфеуса?

— Не смеши, — выкрикнул Уильям, визгливо перебивая новые канонады взрывов. — Кому нужны эти тупые рептилии? Тупиковая ветвь эволюции, обречённая на гибель. Мы сделаем вместе контрольный выстрел и забудем произошедшее, как страшный сон. И спустя пару тысяч лет наши потомки будут скучающе рассматривать в естественноисторических музеях останки скелетов в окаменелостях.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

21 глава

Бывший учитель настолько увлёкся красочным описанием будущего, что не заметил тёмный женский силуэт с увесистым томагавком за спиной. С размаху вырубив незадачливого учёного, Аурика хищно усмехнулась и с силой пнула в сторону огнестрельное оружие.

— Ну и друзья же у тебя, — недовольно надула пухлые губки старая знакомая, тщательно обыскивая карманы валяющегося на склоне Уильяма. — И зря ты убежала от меня. Так и знала, что попадёшь в беду.

— Спасибо за помощь, — только и могла пробормотать в ответ и снова бросилась к распростёртому на земле Морфеусу.

— Слёзы не помогут, — с сожалением заметила смуглая девушка и подозрительно шмыгнула носом. — Только ты можешь спасти императора.

— Я пробовала, но ничего не получается, — отчаянно воскликнула, пытаясь пробудить призрачную магию, но добилась только жалких искр из пальцев.

— Разумеется, невозможно исцелить тело, пока не найдена его душа! — ворчливо пробубнила себе под нос Аурика, деловито рассматривая трофейную винтовку. — Пока я займусь нападающими, отправляйся на поиски.

— Но как? — недоверчиво переспросила, не совсем понимая слова бывшей сообщницы. — И где?

— И почему мне опять приходится объяснять очевидные вещи, — раздражённо фыркнула Аурика. — Ваши души связаны, поэтому только ты способна найти к нему дорогу и убедить вернуться! И чем скорее, тем лучше!

Вспомнилось странное ощущение, похожее на туго натянутую шёлковую нить, которая безошибочно привела меня к телу поверженного дракона. Возможно ли так же найти дорогу к душе Морфеуса? Я снова встала на колени и нежно обняла руками шею обсидианового змея, чувствуя внутреннюю дрожь.

— Иду за тобой, любимый, — чуть слышно пробормотала себе под нос и крепко зажмурилась, полностью сосредоточившись на нашей связи.

Едва заметная нить теперь казалась не толще волоска или паутинки. Боясь потерять последнюю надежду, отважно устремилась навстречу Морфеусу, явно ощущая, что с сумасшедшей скоростью лечу на дно ужасной пропасти. Мимо меня с угрожающим шумом проносились каменные стены пустых коридоров, заброшенные туннели, похожие на подземные шахты, бесконечные лестницы и запутанные лабиринты. Словно во сне я падала и падала, пока не очутилась в живописном лесу, наполненном благоуханием разноцветных цветов и чириканьем незнакомых птиц с ярким оперением. Узкая каменистая тропинка привела на аккуратную лужайку, окружённую многовековыми соснами, как неприступной стеной. В центре возвышалась круглая старинная беседка с изысканными мраморными колоннами, увитыми дикими растениями и плющом.

Я узнала Морфеуса в одном из мужчин, непринуждённо беседующих внутри, и глупое сердце сразу застучало где-то в висках. Живой и здоровый! До зуда под кожей захотелось броситься ему на шею и расплакаться от радости.

— Что тебя тревожит, Фарран? — между тем обеспокоенно спросил обсидиановый дракон у темноволосого незнакомца с золотистыми глазами.

— Крессида слишком честолюбива, — признался его собеседник, задумчиво крутя в руках изящную чёрную трость.

— И чего же хочет твоя невеста? Я могу поговорить с отцом, — обаятельно усмехнулся величественный змей с изумрудными глазами, на дне которых загадочно мерцали болотные огоньки.

Внезапное осознание, что я очутилась в далёких воспоминаниях, окатило меня с головой. Мужчина казался значительно моложе, особенно с растрёпанными волосами, небрежно стянутыми кожаным ремешком. Узнает ли меня Морфеус? И как уговорить его вернуться? Окончательно растерявшись, застыла на месте в густой тени кустарников, боясь даже пошевелиться.

— Тогда ей нужен пост верховного главнокомандующего как минимум, — грустно рассмеялся незнакомец в бордовой рубахе с повязками.

— И титул императора в придачу? Маловероятно, что отец согласится на подобное, — парировал тем временем мой муж с заметным сожалением в голосе.

— В этом-то всё и дело, — мрачно заключил его товарищ, ещё больше насупившись.

Во рту стало горько и сухо при воспоминании о предательстве.

— Вы любите друг друга, поэтому преодолеете препятствия, — попытался успокоить друга Морфеус и повернулся по направлению ко мне. — Но у нас гостья.

От тяжёлого взгляда обсидианового дракона кровь застыла в жилах, а очертания беседки поплыли. Сглотнув ком в горле, сжала дрожащие руки в кулаки и сделала робкий шаг вперёд.

— Нам надо поговорить, это очень важно, — торопливо пробормотала, нервно кусая обветренные губы.

— С вами произошла беда? — настороженно уточнил Морфеус, оценивающе осматривая разодранное в клочья платье и поцарапанную кожу, испачканную кровью. — Нужна помощь?

— Да, — честно призналась и неуверенно протянула руку к величественному дракону. — Очень.

— Это может быть ловушка, — резко встрял в разговор Фарран, предупредительно кашлянув.

— И настолько привлекательная, что я готов рискнуть, — весело рассмеялся Морфеус, отчего на его щеках снова появились соблазнительные ямочки. — На вас напали?

Мысли галопом промчались в голове, поднимая волну паники. Особенно когда перепачканная кисть полностью исчезла в широких ладонях с длинными пальцами. От ласкового прикосновения дыхание сразу сбилось, словно я пробежала вверх по лестнице, и сладостный аромат жжёной травы заполнил лёгкие.

— Откуда у вас этот перстень? — озадаченно спросил величественный мужчина и нахмурился, пристально рассматривая собственный подарок.

— Морфеус, — жалобно всхлипнула, сгорая заживо в изумрудном огне, — вернись ко мне, пожалуйста!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

22 глава

— Кто ты? — настороженно воскликнул обсидиановый змей, но так и не выпустил мою кисть.

— Твоя жена, — честно призналась, с наслаждением ощущая лёгкое жжение от проявляющихся на запястьях рунических символов. Неужели я скучала и по ним тоже?

— Она врёт, — снова вмешался в разговор неприятный мужчина в бордовой рубашке, буравя меня тяжёлым взглядом. — Причём довольно неумело. Крошки-дракошки! Никогда не слышал подобной чепухи!

— Нет, — озадаченно возразил Морфеус, заворожённо рассматривая моё лицо, волосы, руки. Он жадно пожирал меня глазами, словно я какой-то драгоценный клад или мифическое сокровище. — Я прекрасно чувствую её эмоции. Наши души связаны. И на её руке обручальное кольцо моей матери. Как такое возможно?

— К тому же ещё и воровка! — раздражённо фыркнул Фарран и презрительно прищурился. — Давай отведём её в темницу.

— Нет времени объяснять! — выпалила я и потянула величественного дракона за собой, ведь каждая минута промедления приближала к смерти нас обоих. Смешно, проще сдвинуть с места скалистую гору или каменную глыбу.

— Это же призрачная ведьма, я слышал, что эти твари затуманивают разум! — недовольно пробурчал тем временем его товарищ. — Тебе только кажется, что вы связаны. А перед тобой продажная девка…

— Не смей называть её так! — грозно воскликнул Морфеус и наклонился ко мне, словно закрывая своей спиной от друга. — Я не понимаю…

Я интуитивно чувствовала, как в песочных часах отведённого судьбой времени бесшумно проваливаются вниз последние песчинки. Поэтому вместо бессмысленных слов я встала на носочки и трепетно потянулась к полным губам, на ощупь оказавшимся горячими и мягкими. С гортанным стоном мужчина требовательно схватил меня за талию, углубляя восхитительный поцелуй. Млея от желания, обвила шею дракона руками. До мурашек и внутренней дрожи хотелось снова ощутить себя с ним целым. Пусть даже это произойдёт в последний раз в жизни! Неважно, если через мгновение мы сгорим, как спички, или мир перевернётся вверх тормашками. Мне были необходимы только ласки мускулистых рук и ошеломительные поцелуи, похожие на жалящие укусы. Как в первый и последний раз. Жадно водя руками по моей спине, Морфеус настойчиво проскользнул длинным языком в рот, с наслаждением пробуя на вкус. Он сгорал заживо даже быстрее, чем я, и стремительно падал вместе со мной в бескрайнюю пропасть под покровом призрачной магии. По венам гулял электрический ток, взрывающий нервные окончания. Я не знала, смогу ли вернуть нас домой или нет. Выживем или погибнем. Ничего не имело значения, кроме того, что мы снова вместе. В грубых движениях угадывалось необузданное, первобытное желание, которому невозможно противостоять. Крепко прильнув к мощной груди, я больше не замечала окружающего мира и только со страстным пылом отвечала на ласки.

— Ребекка, — соблазнительным голосом прошипел обсидиановый дракон мне в губы и обнял так крепко, что рёбра жалостно затрещали.

— Ты меня вспомнил! — радостно воскликнула я и широко распахнула глаза.

Мы снова оказались на крутом обрыве около лысого утёса. Призрачное сияние окутывало нас, как покрывалом, крепко связывая вместе.

— Ты вытащила меня, — удивлённо произнёс Морфеус и недоверчиво оглянулся по сторонам, не до конца доверяя ощущениям.

— Да. И сделаю это снова, — от переполняющего меня счастья захотелось разрыдаться. — Даже не думай больше бросать меня!

— Никогда, — с подозрительной лёгкостью согласился он и ещё крепче прижал меня к груди, будто боялся потерять. — С влюблённой ведьмой лучше не спорить. Это тоже твоя работа?

Повелитель указал на валяющегося на земле Уильяма без сознания. Я попыталась найти в душе хоть каплю прежней привязанности к бывшему преподавателю, но ощущала только разочарование и пустоту.

— Нет, — с сожалением призналась, так как хотелось бы оглушить псевдоучёного лично. — Это дело рук Аурики.

— Кто бы мог подумать, что вы поладите, — весело рассмеялся император и отстранился. — Но с его друзьями ещё не покончено.

Словно в ответ на плато грациозно приземлился чёрный дракон со сверкающей на солнце чешуёй и слегка подпалёнными в битве крыльями. Мощный змей почтительно опустил голову в поклоне и молниеносно перевоплотился в молодого парня с развевающимися на ветру волосами.

— Атака полностью отражена, Ваше Императорское Величество, — торопливо доложил миловидный юноша, которому на вид можно было дать лет девятнадцать от силы. — Морские змеи уже летят на помощь для тушения пожаров.

— Спасибо тебе, Кайл, — хитро усмехнулся Морфеус. — Но как о наших проблемах так скоро узнали в Сапфировом океане?

Незнакомец покраснел, как ошпаренный рак, и смущённо отвёл глаза, раскрывая себя с потрохами.

— Пожалуйста, передай при случае мою благодарность Терезе, — произнёс величественный мужчина, явно обрадовавшийся новостям. — Мы не останемся в долгу.

Когда молодой человек обратился драконом и растворился в кровавом закате, я рискнула задать вопрос:

— И кто же эта девушка?

— Возлюбленная Кайла, ставшая русалкой по трагической случайности, — с лёгкой грустью в голосе объяснил Морфеус.

Я буквально кожей ощутила печальную историю за его словами.

— А как превратиться в русалку? — удивлённо воскликнула, вспоминая любимую в детстве сказку Андерсена.

— Даже не думай об этом, — угрожающе пророкотал обсидиановый дракон и рывком притянул меня к накачанной груди, обхватив за плечи. — Ты только моя, Ребекка.

Мощная волна эмоций мужа нахлынула на меня водопадом, словно где-то внутри прорвало плотину. Я остро ощутила взрывчатую смесь всепоглощающей любви, слепой страсти и робкой надежды вместе с ужасным страхом меня потерять. Дыхание стало рваным, а глупое сердце подпрыгнуло к горлу.

— Даже не надейся от меня так просто избавиться, — торопливо пробормотала я и требовательно обвила могучую шею дракона руками. — Ты мой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

23 глава

Сверкающие ослепляющим лазуритом морские змеи, прилетевшие на помощь из Сапфирового океана, быстро потушили ужасные пожары после взрывов пенящимися струями воды. Но наибольшее впечатление произвели грациозные малахитовые драконы из Нефритового королевства, которые с размаху забрасывали на обгоревшие поля семена деревьев и кустарников, пропитанные удивительной силой. Поэтому через мгновение на угольно-чёрной земле, всё ещё покрытой золой и сажей, на глазах проросли новые побеги с разноцветными листьями, словно в волшебной сказке. Огромная стая обсидиановых змей с завидным рвением принялась восстанавливать разрушенный замок, величественные храмы, хозяйственные постройки и жилые дома, используя каменную магию. Сложно поверить, но к вечеру всё выглядело как раньше, будто утреннее нападение мне только приснилось в кошмаре.

— Потрясающе, — восхищённо воскликнула, неосознанно любуясь пейзажем в прощальных лучах заходящего солнца.

В моём мире на подобное чудо ушло бы много лет.

— Но что с нападающими?

— В темнице, — охотно ответил Морфеус и недовольно нахмурился от мрачных мыслей.

Сквозь прочную связь, ощущаемую в районе солнечного сплетения, я уловила жгучую ревность, вспыхнувшую, как сухой стог сена.

— И твой старый знакомый тоже. Теперь их ожидает суд.

— Поверь, Уильям не стоит переживаний, — тяжело вздохнула, поспешно переводя тему. — А лагерь в Проклятом лесу обыскали?

— Конечно, — усмехнулся император. — Нашли руководителя повстанцев и ещё несколько человек.

— Их опасно отпускать обратно в мой мир, — обеспокоенно пробормотала, сжимая руки в кулаки так сильно, что костяшки побелели. — Если хоть кто-то узнает о Запределье, нас никогда не оставят в покое.

— Не волнуйся, — весело рассмеялся обсидиановый дракон, завораживающе сверкая изумрудными глазами. — Теперь мы непобедимы. Кроме того, трещина между мирами появилась из-за проклятия, так как магические стены ослабли. Но уже невозможно не только проникнуть сюда извне, но и вернуться.

Ненадолго я задумалась, буду ли скучать по предыдущей жизни с предсказуемой работой в институте, ворчливыми коллегами, постоянно жалующимися на низкую зарплату или погоду в промежутках между перекурами и запивающими раздражение горьким кофе… Нет, только не в чудесном Запределье, ставшем моим домом. Конечно, иногда я буду с ностальгией вспоминать о лучшей подруге, которая предупреждала о гнилой сущности Уильяма. Но всё-таки я безумно рада, что не вняла здравым советам Эсти. Иначе как можно встретиться со своей судьбой в Проклятом лесу?

— Морфеус, — знакомый голос Аурики где-то сбоку прервал нашу беседу. — Я пришла к вам попрощаться.

— После похищения Ребекки и жестокого убийства стражников я бы мог немедленно казнить тебя, — угрожающе пророкотал муж и презрительно сузил глаза, в которых теперь полыхала безудержная ярость.

— Но потом она помогла мне вернуть тебя, — заступилась за девушку и упрямо сжала широкую горячую ладонь в руках, ощущая даже от лёгкого прикосновения толпу ополоумевших мурашек. — Пожалуйста, разреши ей уйти.

— И куда ты собралась? — без особенного интереса спросил Морфеус, обнимая меня за тонкую талию и покровительственно притягивая к себе.

— Хочу поискать счастье в Янтарном княжестве, — торопливо пробормотала Аурика и обречённо потупила взгляд.

Мне почему-то стало жаль бывшую соучастницу побега, вина за который лежала и на мне тоже. Ведь никто не тащил меня насильно и не шантажировал.

— Тогда я рекомендую поскорее покинуть территорию империи, пока я не передумал, — сменил гнев на милость обсидиановый змей, словно считывая мои эмоции.

— Спасибо.

Аурика низко поклонилась и ко всеобщему облегчению послушно растворилась в сгущающихся сумерках, оставив нас снова наедине.

— Мы можем пожалеть об этом поступке, — соблазнительно хриплым голосом прошептал мне на ухо Морфеус и нежно прикусил чувствительную мочку, вызывая пожар под желудком. В глазах потемнело, а голова стала лёгкой, как воздушный шарик. Захотелось немедленно оказаться в спальне в объятиях мужчины и больше ни о чём не думать. И чтобы нас никто не беспокоил целый месяц, а может, и год.

— Сомневаюсь, что Аурика вернётся в Обсидиановую империю, — едва слышно пробормотала, неизбежно растворяясь в ошеломительных ощущениях. — И мне хочется верить, что у неё всё получится на новом месте. Как у нас с тобой.

Больше я не смогла ничего произнести, так как могучий император впился в мои губы голодным поцелуем с животным остервенением, сносящим препятствия на пути, как сокрушительный ураган. Я только откинула голову и жадно водила ладонями по бугристым мышцам, не веря обретённому счастью. По жилам свободно гулял электрический ток, дразня и щекоча нервные окончания. Особенно когда горячий удлинённый язык проник в мой рот, словно подчиняя меня. Все связные мысли выскочили из головы, а сердце заколотилось ещё быстрее от опьяняющего аромата жжёной травы, так что даже кровь зашумела в ушах. Слишком жарко, как в жерле бушующего вулкана. Но я не могла больше сбежать от любимого дракона, поэтому с тихим стоном прижалась крепче к широкой груди, сгорая от страсти заживо. Однажды и навсегда.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Конец