Демон дома Нар-Шах. Книга 5. Старые страхи. Тематика: Секс книга

1

Анника никогда бы не призналась в этом никому, кроме Мейры (и, возможно, Диоры в те редкие моменты, когда они были приветливы друг с другом), но в том, чтобы просто заняться организацией бала, было что-то по-настоящему приятное. Вечеринки были хорошей возможностью отвлечься от гнетущей скуки Совета Леди или от рутины в цитадели Нар-Шах, когда она проводила исследования и бродила по Срединным мирам, сжигая бандитов вместе с Шагратом. Было приятно беспокоиться о чём-то более конечном и управляемом, чем вселенское противостояние порядка и хаоса.

Кроме того, это помогало ей отвлечься от гнетущего груза собственных чувств. Возможность отменить ежедневные встречи с Раймиром помогала Аннике сохранять столь необходимую дистанцию. Если ей повезёт, она сможет пережить эту вечеринку, ни разу не показав своему «супругу» свои уязвимые стороны. Если она правильно разыграет свои карты, то сможет держать Раймира на расстоянии до конца их проклятого контракта.

Этот план существовал до тех пор, пока она не вошла в кабинет Раймира и не уставилась в потолок. «Тебе нужно будет пожить где-нибудь в другом месте несколько дней. Каменщик сказал мне, что кабинет можно использовать, но спальню, очевидно, нет».

Раймир непонимающе уставился на неё, окружённый стопками бумаг, как барсук в своей норе. — Что?

— Твоя комната, — рассеянно сказала Анника. — В стене есть дыра, через которую видно небо. Создатель, через неё, наверное, мог бы пролезть убийца-акробат. Я понятия не имею, почему ты всё это время молчал. Полагаю, это было какое-то глубоко запрятанное стремление к самоистязанию или ещё какая-то хрень, но…

— Подожди, что? Раймир встал из-за стола. — Мои покои в полном порядке, нет необходимости…

Анника скрестила руки на груди.

- Ваш-Тар. Может, тебе и нравится спать под дождём, как корове, но если высшее общество придёт поглазеть на нас, то первым делом они спросят: «Анника, почему в спальне у твоего мужа дыра?»

- Это их не касается! — отрезал Раймир. Он выглядел сердитым, а не просто взволнованным. — Это и тебя не касается!

Анника не хотела разбираться с заскоками Раймира. Ей и так с трудом удалось заставить его пойти на встречу с портным. Сжав переносицу, Анника вздохнула:

- Мой дорогой вашар, я была бы только рада, если бы ты жил в ветхой, разваливающейся смертельной ловушке, если ты этого хочешь. Мне, конечно, нужно больше места. Но весь мир будет спрашивать, почему мой супруг…

— Отлично! - Раймир внезапно зашевелился, натянул перчатки и быстрыми, злыми движениями пристегнул меч к поясу. — Отлично, теперь ещё и ты! Раз моё мнение о том, где я живу, не имеет никакого значения, делай что хочешь, а я буду спать в казармах над Шагратом!

Затем он буквально протолкался мимо Анники и с грохотом спустился по каменной лестнице во внутренний двор.

Ошеломлённая Анника уставилась ему вслед. Несмотря на то, что Раймир был вспыльчивым и раздражительным, он не казался ей одним из тех, кто сдаётся из-за мелких неприятностей. Конечно, он мог огрызаться и отпускать язвительные комментарии, но закатывать истерику из-за дыры в стене?

Честно говоря, у Анники не было времени разбираться со всем этим. Если они хотели, чтобы этот фарс выглядел правдоподобно, им нужно было действовать быстро. Анника была не в том настроении, чтобы успокаивать Раймира, который был на грани срыва, в то время как сама едва сдерживалась. Вместо этого она разыскала Гор-Ка, главного каменщика цитадели Нар-Шах, и отдала распоряжение о начале работ. По крайней мере, ей не придётся объяснять трём сотням жеманных аристократок, почему её супруг спит на улице, как собака. Теперь ей нужно было разобраться с остальными пунктами списка.

Но дурное настроение Раймира не проходило в течение дня, и к вечеру половина замка уже обсуждала это. И у них хватало наглости бросать на Аннику косые взгляды, как будто она сделала что-то не так. «Он практически спит под дождём!» — хотелось крикнуть Аннике. Это было абсурдно. Вопреки своим угрозам, Раймир притащил спальный мешок в казармы, и это было всё же вероятно, лучше для него, чем его нынешнее жилище.

Когда наступило утро, а Раймир всё ещё рычал, отдавая приказы, как разъярённый загнанный в угол тигр, Анника впала в отчаяние. Она явно связалась с каким-то сумасшедшим. От всей этой нелепой ситуации она растерялась, и никакие переключения между задачами не помогали ей сосредоточиться. Во время обеда Анника сидела за маленьким, незаметным столиком, который она начала считать своим. Это была одна из многих таких ниш в цитадели Нар-Шах, откуда открывался хороший вид на внутренний двор и торговые лавки. В такие солнечные дни, как сегодня, это было хорошее место для чтения, когда ей хотелось выбраться из библиотеки. Именно поэтому она была здесь. Чтобы почитать. То, что со стола открывался вид на тренировочный двор, где Раймир в данный момент избивал своих агентов щитом, было простым совпадением.

- Проблемы в раю?

Голос Шаграда прозвучал приятным на слух рокотом, от которого в бёдрах Анники разгорался огонь, который она изо всех сил старалась не замечать. Не стоит давать Шаграду повод думать, что у него есть преимущество. У Шаграда и так было достаточно преимуществ: он был сверхъестественно сильным воином, который никогда не носил рубашку, а его мускулы могли бы сдвинуть небеса.

Кхм.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

2

— Я думала, что даже в доктрине Хаоса считается невежливым прерывать того, кто явно занят, — резко сказала Анника, изобразив совершенно неискреннюю улыбку.

Дашар лишь ухмыльнулся и прислонился к стене рядом с Анникой. Он скрестил руки на груди и принял непринуждённую позу. Со стороны казалось, что они просто дружески беседуют.

— Просто немного волнуюсь за тебя, вот и всё.

— О?

— Учитывая, что ты находишься на этой странице уже около 15 минут.

— Проклятый демон! — Анника захлопнула книгу. — Уходи. Я не в настроении выслушивать угрозы, замаскированные под шутки, рогатого.

Дашар усмехнулся.

— А, так сегодня «рогатый»? Даже не «здоровенный монстр»? Мы что, поссорились, Анника?

— Да, а теперь уходи.

— Что ты сделала с Раймиром? В прошлый раз он так топал, когда Предводитель Сонма натравил на него дракона.

Дашар и не думал уходить, конечно же.

— Я ничего не сделала Раймиру, и вообще, это тебя не касается, — огрызнулась Анника.

— Угу. Ты же знаешь, что каждый уважающий себя шпион, бард и агент разведки придёт на эту вечеринку, чтобы выяснить, что, чёрт возьми, происходит, верно?

— А я-то думала, что ты уже помочился на замок, чтобы пометить его как свой.

— Эффективность Доктрины Хаоса, матриарх, — Дашар широко ухмыльнулся. — Я перевербовал всех шпионов в твоём доме, и всё, что мне потребовалось сделать — это надеть штаны. Хотя нет. Несколько раз мне приходилось их снять.

— Не мог бы ты отвалить? — Анника указала на двор внизу. — Иди и побеспокой кого-нибудь другого.

— Серьёзно, что так взбесило Раймира? — спросил Дашар. — Потому что я в команде Нар-Шах, а вы двое — самое слабое звено в этой балладе. Назовём это профессиональным интересом. Сейчас вы не обманули бы и двенадцатилетнего ребёнка.

— Вот как? — протянула Анника. Надо признать, ей нравилось точить когти об этого грубияна. — Это та история, которую ты рассказываешь леди Ваш-Тар? «Мы все в команде Нар-Шах». Мы оба знаем, что рогатые верны только Хаосу. Ты бы позволил всем в этом замке сгореть заживо, если бы одна из твоих жриц сказала слово «надо».

Особенность словесных перепалок с Дашаром заключалась в том, что его, казалось, ничто не могло задеть. Каждый удар соскальзывал с его массивных плеч, на каждое язвительное замечание он отвечал ухмылкой. Это было весело. Или было бы, если бы Анника могла понять, какие выпады были остроумными, а какие — подготовкой Дашара к неизбежному удару в спину.

Смешок, низкий, как раскаты грома.

— Верность Доктрине — это верность хоть чему-то. Мы оба знаем, что высшие демоницы верны только самим себе. И, конечно же, тому матриарху покруче, который предложит им лучшие условия.

Анника взмахнула ресницами, глядя на Дашара.

— Забавно, что ты об этом упомянул. Несколько моих «подруг» делали очень заманчивые предложения, если я помогу им сшить из твоей шкуры корсаж.

Рука Дашара внезапно опустилась ей на шею. Со стороны это можно было принять за дружеский жест. Его огромные пальцы образовали свободный ошейник вокруг шеи Анники, а большой палец упирался ей в ключицу.

Демоническая улыбка была хищной и жадной.

— Осторожнее с такими шутками, Анника. Кто-нибудь может занервничать, решив, что ты говоришь серьёзно.

Его рука была тяжёлой, и от той непринуждённой силы, которая за ней стояла, у Анники онемели ноги. Но она давно уже не была неопытной девчонкой. Её собственная семья на пару с их вечными врагами Сонмом Ангелом выковал из неё безупречное оружие. Она ответила Дашару такой же голодной улыбкой и сказала:

— Не расслабляйся. Я всё ещё могу вскипятить тебе кровь в жилах, прежде чем ты успеешь свернуть мне шею. Так что мне совсем не грозит опасность.

Они долго смотрели друг другу в глаза. Никто не моргал.

Затем Дашар расхохотался, и его лицо озарилось искренним весельем. Он сжал пальцы на плечах Анники, но теперь жест и правда был дружеским.

— У тебя даже пульс не участился. Должен отдать тебе должное, матриарх, у тебя стальные яйца.

— Да, я в курсе, — ответила Анника, слегка расслабившись, когда напряжение спало. Судя по всему, она прошла какое-то испытание.

Дашар снова прислонился к стене, расслабившись.

- Знаешь, я думаю, у тебя получится. Ты хорошо притворяешься. Раймир в конечном итоге обречён.

Анника нахмурилась.

- Я делаю всё возможное, чтобы ему было комфортно, и я не понимаю, в чём ты меня обвиняешь.

— Нет, ты приучила его к прикосновениям, — поправил Дашар. Он приподнял бровь. — Не знаю, что ты с ним делаешь, но Жрица Тайного Пламени могла бы тобой гордиться. Хотя он по-прежнему ведёт себя так, будто хочет тебя придушить, и все это видят.

- Твоё ограниченное воображение не в состоянии представить, что я с ним сделала, — ухмыльнулась Анника. Было бы не в её духе признаваться, что она всего лишь делала Раймиру массаж спины и называла его хорошим мальчиком.

— Угу, — в голосе Дашара прозвучал оскорбительно скептический тон. — Я хочу сказать, что не уверен, что это поможет, если он будет вести себя как заложник, которому просто нравится сидеть у твоих коленей. На самом деле это может только усугубить ситуацию.

— Да, да, ты принял к сведению мои опасения. — Анника пренебрежительно махнула рукой. — Я полностью контролирую ситуацию. Проваливай.

Дашар лишь бросил на неё сомневающийся, покровительственный взгляд.

— Ш-ш-ш! — Анника сделала жест рукой, чтобы подчеркнуть свои слова.

— Не облажайся, Анника. Дашар постучал по скуле, пересечённой длинным шрамом. — Вся Бездна смотрит.

Затем он наконец ушёл, и эта гора с невероятными бицепсами неторопливо направилась в таверну.

Анника откинулась на спинку стула и покрутила локон. Чёртов рогатый демон. То, что он был прав, не означало, что совет не задел её за живое.

Держать Раймира на расстоянии не получится, если проклятый вашар будет без конца рычать от злости. Анника даже не знала, почему его так взбесило то, что ему заделали дыру в стене. Она могла только догадываться, но это не отменяло того факта, что проклятую дыру нужно было заделать. Если Анника спотыкалась о такие препятствия ещё до того, как начали прибывать высокопоставленные леди, это действительно не сулило ничего хорошего в будущем.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ей нужно было бы…

Фу.

Ей нужно было бы поговорить с ним по душам.

3

- Просыпайся.

Раймир моргнул и издал тихий, растерянный звук, который оказался гораздо милее, чем можно было ожидать. Воздух в солнечной комнате Раймира был тёплым и ароматным, и Аннике захотелось вздремнуть прямо здесь. Страна Снов — это царство чувств, и Раймир неделями отдыхал в этом месте, погружённый в блаженную дрёму. Аура покоя и умиротворения начала окутывать его, словно запах благовоний в церкви.

— Прости, что разбудила тебя, — сказала Анника. Она села на край кровати, положив руку на плечо Раймира. — Я хотела поговорить.

Анника увидела тот самый момент, когда Раймир вспомнил, что злится. Его брови нахмурились, а губы искривились в недовольной гримасе. Раймир не был магом и не мог осознано управлять Снами, но Анника чувствовала, как его раздражение сотрясает мир вокруг них, словно диссонирующая нота, висящая в воздухе.

— Тебе мало того, что ты выгнала меня из моих же покоев? — прорычал Раймир, садясь и сбрасывая руку Анники. — Ты даже не даёшь мне спокойно поспать?

Анника не повелась на провокацию.

- Похоже, что нет. Мы можем поговорить? Я хочу тебе кое-что показать.

— Нет. Оставь меня в покое.

- Пожалуйста?

Тот факт, что это заставило Раймира перестать дуться и согласиться, только укрепил Аннику в мысли, что её план хорош. Она повела Раймира по одному из многочисленных коридоров, отходящих от их «солярия», время от времени оглядываясь, чтобы полюбоваться на него. Изначально она в шутку одела Раймира в тонкие, шелестящие шёлковые брюки и больше ничего. Но увидев, как ткань нежно облегает изгиб его задницы и выпуклость его члена...Ну, Анника больше не спешила предлагать ему другую одежду для сна.

Они подошли к открытой двери, за которой была кромешная тьма. Анника велела Раймиру подождать здесь, а сама прошла дальше в глубину своих маленьких владений. Она могла просто открыть дверь, чтобы показать Раймиру комнату, но ей всегда нравилось устраивать эффектные появления. Оказавшись в центре залы, она позволила свету заполнить пространство.

Прошло несколько лет с тех пор, как Анника в последний раз посещала Звёздный павильон в физическом мире, и некоторые детали, вероятно, изменились. Но она была уверена, что сможет создать приемлемую имитацию. Судя по тому, что Раймир стоял с открытым ртом, ей это удалось.

Пол и колонны огромного восьмиугольного зала были сделаны из изысканного мрамора, какого-то неприлично дорогого и редкого сорта, насыщенного синего и фиолетового цветов. Одного этого цвета было бы достаточно, чтобы вызвать в воображении образ ночного неба, глубокого и тёмного, но сверкающие фрагменты золота и бриллиантов, вделанные в мрамор, заставляли весь зал сиять. Фрагменты были расположены в виде тщательно продуманных узоров, с математической точностью повторяющих созвездия на небе.

Высоко над ними вместо крыши возвышался невероятно прозрачный стеклянный купол, сквозь который открывался беспрепятственный вид на небо. Это было прекрасно во время восходов и закатов, но по-настоящему идеальным павильон был ночью. Анника приложила немало усилий, чтобы ночное небо выглядело убедительно реальным, ведь жутковатый свет Страны Снов был бы совсем не таким красивым.

Благодаря комбинированному эффекту создавалось впечатление, что посетители стоят среди звёздного поля, а небо и все созвездия находятся так близко, что до них можно дотронуться.

— Я... — Раймир нерешительно шагнул в комнату, широко раскрыв глаза.

- Это копия Звёздного павильона в Пандемониуме, — объяснила Анника, улыбаясь в ответ на явное удивление Раймира. — Он считается культурным достоянием, построенным во времена Чёрного века и сохранившимся до наших дней. Семьи устраивают дуэли, чтобы провести в нём свадьбу.

- Здесь так красиво... - Раймир прошел дальше, запрокинув голову, чтобы посмотреть на стеклянный купол над ними. «Что это такое?»

— Его построила матриарх Азшара Властелина, — сказала Анника. Она посмотрела на Раймира. — В подарок своему возлюбленному супругу-консорту Каллону.

Впервые с тех пор, как она вошла в комнату, Раймир оторвал взгляд от происходящего и посмотрел на Аннику.

- Каллон был шазаном, страстно любившим изучать движение звёзд. Семья матриарха Азшары потратила целое состояние, чтобы достать отражающий камень. Она называла Звёздный павильон физическим воплощением их любви, звёзды и серебряный хрусталь – тем, что сделало их теми, кто они есть, — Анника провела пальцем по узору созвездия Висуса, выгравированному на колонне сияющими золотыми линиями. - Он был до неприличия дорогим и, очевидно, дал ей право хвастаться до конца дней.

— Зачем ты мне это показываешь? — тон Раймира был настороженным, но любопытным. Он сделал шаг навстречу Аннике.

Тщательно подбирая слова, Анника сказала:

- Когда знать Верхних Островов или Пандемониума думает о консортах и их покровительницах, они представляют себе именно это. Это уровень… преданности. Или показухи. Или как там это ещё называют. Доказательство статуса, власти и одержимой страсти.

Она встретилась взглядом с Раймиром.

- Я не знаю, почему ты так привязан к дыре в своей крыше, и, полагаю, мне следовало спросить. Но починка не должна была стать проявлением силы или желания унизить.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

4

Несколько секунд Раймир яростно сжимал челюсти, а затем со вздохом отвел взгляд. Потёр затылок и пробормотал:

- У меня клаустрофобия.

- …что?..

Щеки Раймира залились румянцем, но он продолжил:

- В замкнутых, или тёмных пространствах у меня сводит все мышцы, и я чувствую сильную тревогу. Большую часть времени я нормально переношу нахождение в помещении, но мне и так трудно спать, а возможность чувствовать воздух… - свободной рукой он раздраженно указал на открывающийся перед ними вид. - Это помогало.

Анника открыла рот. Закрыла его. Снова открыла, чтобы спросить:

- Почему, во имя проклятого писания Изгнанницы, ты просто не попросил сделать тебе большое окно?

— Мы ведём войну за господство в Бездне! — отрезал Раймир, всё ещё краснея. — Я не собираюсь просить кого-то тратить деньги на оконные стёкла!

Это была самая глупая фраза, которую Анника когда-либо слышала, и она тут же начала прикидывать, какого размера окно можно прорубить в башне Раймира.

- Ты просто смешон, и всё из-за того, что ты не можешь просто сказать…

— Заткнись! — огрызнулся Раймир, скрестив руки на груди и нахмурившись. — Ты мне тоже ничего не рассказываешь!

- Ну, у тебя будет чёртово окно, и оно будет красивым, и тебе оно понравится! — чуть ли не выкрикнула Анника.

- Прекрасно!

- Прекрасно!

Это было всё равно что вырывать зубы. У дракона. У дракона, который ещё не уснул.

Перспектива драки внезапно растаяла, как парус без ветра, и они оба погрузились в раздражённое молчание, переминаясь с ноги на ногу. Удивительно, но первым молчание нарушил Раймир.

— Так… ты сделала всё это только для того, чтобы извиниться за то, что починила мою крышу без моего разрешения?

— Ну, и в качестве упражнения для памяти. Оказывается, воссоздание зданий с нуля — это ещё один из моих многочисленных талантов.

Раймир приподнял бровь.

— Хорошо, да, извинение или объяснение, называй как хочешь, — вздохнула Анника. — И у меня есть предложение. Мне не больше, чем тебе, нравится быть уязвимой, но для того, чтобы этот фарс удался, нам нужно быть… в какой-то степени честными друг с другом. Работать в команде. Поэтому я подумала, что будет полезно сказать это вслух: я обещаю не использовать твои слабости против тебя, если ты пообещаешь то же самое.

Раймир просто изучал её с тем же выражением лица, с каким он смотрел на стол с тактической картой в ставке командования.

- Тебе легко давать обещания, когда ты уже в выигрышном положении.

Анника закатила глаза, демонстрируя свою паранойю.

- Что ж, Ваш-Тар, я не так давно провела ритуал магии крови, который позволяет мне контролировать твои оргазмы так что… я не очень понимаю, как нам сравнять счёт.

— Ты обещаешь быть честной? — спросил Раймир, склонив голову набок.

- Да.

- Докажи это.

- Мать всех демоном…

— Почему ты обратилась к магии крови?

Вопрос, заданный прямо и без обиняков, вызвал ощутимую дрожь в окружающем их мире. Стены затряслись, пол слегка треснул, а звёзды над ними начали расплываться, когда Анника на мгновение потеряла контроль над собой из-за нахлынувших эмоций. Раймир внимательно наблюдал за происходящим.

— Это не… — Анника сглотнула так сильно, что почувствовала, как свело горло. — Я не могу тебе этого сказать.

— Как я и думал, — усмехнулся Раймир.

Аннике потребовалось мгновение, чтобы прийти в себя и восстановить контроль над Миражем. Её голос всё ещё предательски дрожал от эмоций, когда она сказала:

- Это не самое приятное воспоминание.

— А наблюдать за тем, как ты копаешься в моих худших воспоминаниях, было просто чудесно.

Мир вокруг них снова закачался, и Анника стиснула зубы. Эту череду вопросов нужно было прекратить. Хотя искушение заставить Раймира заткнуться было сильным и инстинктивным, делу это не помогло бы. Её голос был напряжённым, когда она сказала:

- Я не спрашивала тебя о деталях. Я собрала по кусочкам всё, что могла, а затем оставила всё как есть. Я не спрашивала, как они тебя пытали, что ещё они с тобой сделали или что-то ещё, потому что ясно, что одна мысль об этом тебя расстраивает!

Раймир подтянулся, словно готовился к драке. Анника действительно не была уверена, что сможет удержать завесу вокруг них, если это произойдёт, и чуть было не сказала об этом Раймиру. Но вместо того, чтобы закричать, Раймир проговорил:

- Что бы ни заставило тебя обратиться к магии крови, тебе также тяжело думать об этом, как мне к… тому, что со мной произошло?

Анника не стала бы так говорить, и всё же…

«Брат, брат, пожалуйста, о, Всетёмная, что ты делаешь, прекрати, ПРЕКРАТИ!» Пальцы в её сознании, чувство надругательства и предательства настолько сильное, что он едва могла сделать вдох.

- Да.

Слегка кивнув, Раймир отвернулся.

— Хорошо. Меня не устраивает этот ответ. Но - хорошо.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

5

- Если ты хочешь спросить о каком-то другом аспекте моего грязного прошлого, могу я предложить тебе сделать это, когда мы не будем находиться в ментальной конструкции, над которой я могу потерять контроль в любой момент? — поинтересовалась Анника, стиснув зубы.

— Отлично. — Раймир бросил на неё мрачный взгляд в ответ. — Судя по всему, портные подготовят мой «наряд» к завтрашнему дню. Так что мы оба можем быть несчастными.

— Ах, вот оно, «брак» во всей его красе. — Но теперь, когда Анника сосредоточила свою волю, контролировать Нереальность стало проще, а стены вокруг них снова стали прочными и надёжными.

Когда они возвращались в солярий Анники, Раймир как бы невзначай спросил:

- Тебе легко поддерживать комнату в том виде, в котором ты создала её в Не-Бытии?

— Хм? О да, в целом. Сомневаюсь, что смогла бы создать целый город, но несколько комнат — это вполне реально.

Раймир, упорно не глядя на неё, продолжил:

- Звёздный павильон был очень впечатляющим творением. Ты можешь оставить его себе, если это не доставит тебе особых хлопот.

Анника не смогла сдержать ухмылку.

- Я могла бы оставить его как памятник своему могуществу.

— Ты слишком скромна. — Тон Раймира был сухим и безразличным, но на губах у него играла лёгкая улыбка.

- О.

В жизни Раймира было несколько случаев, когда он не узнавал себя в зеркале. Все они были негативными. Он знал, как выглядел, когда был измождённым и голодным, с пустыми глазами и дрожащим телом. Он до боли хорошо помнил дикое, измученное существо, выползшее из Карадака, и несколько раз видел себя в муках ломки, с восковой кожей цвета трупа.

Мужчина, смотревший на него из зеркала прямо сейчас, был полной противоположностью этому образу. На его щеках играл румянец, в глазах светилась жизнь, и слой жира не давал костям выпирать. А одежда…

Все оттенки красного, золотого и чёрного, относительно простой дизайн, но материал и качество поражают воображение. Чёрные кожаные брюки были самым простым элементом наряда, но даже они были расшиты блестящими золотыми нитями, образующими замысловатый ромбовидный узор вдоль внешней стороны штанин.

Длинная алая туника доходила до середины бедра и была расшита таким же золотым ромбовидным узором. Высокий воротник придавал ей знакомый военный вид, который успокоил Раймира больше, чем он ожидал. Края туники были дополнительно расшиты стилизованными изображениями песчаннных василисков — существ, которые, согласно легендам, охраняли караваны путников в пустыне и указывали дорогу к оазисам.

Он узнал отсылку к традиционному искусству своей родины, которое украшало стены сотен маленьких деревушек. Поверх всего этого была накинута тёмно-бордовая накидка, которую можно было носить на одном плече, с подкладкой и каймой из чёрного как смоль волчьего меха.

Наряд был изысканным. Это была самая дорогая вещь, которую он когда-либо носил. Он выглядел как какой-то аристократ и сразу же забеспокоился, что испачкает его кровью и потом.

— Вашар? — голос Деймонда, главного портного, вывел его из задумчивости.

— Я… да, прости, — запинаясь, произнёс Раймир. — Это прекрасно, Деймонд. Ты проделал м-замечательную работу.

— Ну, не держи нас в напряжении, дружище! — раздался голос Анники.

Раймир осторожно вышел из-за массивного вращающегося зеркала в гардеробной. К огромному его облегчению в комнате были только Деймонд и Анника. У Анники отвисла челюсть, когда она увидела Раймира, и впервые за всё время, что Раймир её знал, она потеряла дар речи.

— Ах, чудесно! — проворковал Деймонд, подходя ближе, чтобы потрогать плечи. — О, вашар, выглядит превосходно. Мне ещё нужно кое-что подправить, и я вижу, что нужно кое-что изменить, прежде чем я смогу назвать это завершённым изделием, но я хотел, чтобы ты примерил его заранее.

— Я ценю это, — ответил Раймир. Он наконец успокоился настолько, что смог улыбнуться. — Это прекрасно, повелитель теней. Я, конечно, мало что понимаю в моде, но даже я вижу, что это нечто выдающееся.

— Вы слишком добры, вашар! — Деймонд начал болтать о швах, но Раймир ничего не понял в его речи. Вместо того чтоб слушать он посмотрел на Аннику, которая стояла неподвижно с благоговейным выражением лица и жадным блеском в глазах.

В последний раз, когда Анника так на него смотрела, они занимались любовью на столе.

— Леди Нар-Шах, у вас есть какие-нибудь предложения? — спросил Деймонд, явно не подозревая, что ему грозит стать свидетелем чего-то весьма неприглядного.

— Я… — Аннике пришлось откашляться. — Ничего подобного. Ты превзошёл самого себя.

— Хорошо, хорошо, твои собственные платья уже в работе. — Деймонд ещё несколько раз поправил наряд и сделал несколько пометок. — Я не хотел углубляться в дизайн без твоего одобрения. Если у тебя нет никаких предложений, я вернусь в свою мастерскую?

Анника кивнула, её голос звучал совершенно спокойно:

- Да, конечно. Как я и сказала, ты превзошёл самого себя.

Деймонд низко поклонился и толкнул вперёд манекен, на который был надет костюм Раймира. Дверь за его спиной закрылась с щелчком. Анника и Раймир застыли, не сводя друг с друга глаз.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

6

Наступила долгая пауза.

Когда они бросились друг на друга, их тела столкнулись с силой, достойной солдат на поле боя.

- Осторожно, ничего не порви! — прорычал Раймир, что было немного лицемерно, учитывая, что он схватил Аннику за подал платья и притянул к себе.

— Я порву всё, что мне, чёрт возьми, заблагорассудится, — огрызнулась Анника, и её голос потонул в крепком захвате Раймира. Одна рука Раймира сжимала её затылок, а другая шарила по её руке, пока не сомкнулась на запястье.

Из горла Раймира вырвался хриплый стон, колени его ослабли, и он чуть не рухнул на Аннику. Не отпуская платья Анники, он пробормотал:

- Я хочу трахнуть тебя прямо в этом.

— Э-э, я вам не помешаю?

Кайлан стоял в дверях с выражением растерянного недоверия на лице.

— Кайлан! — Раймир толкнул Аннику в грудь и прорычал себе под нос: — Отпусти, Нар-Шах! — демоница словно оцепенела.

Анника отпустила его, пробормотав ругательство на языке Бездны. Раймир, не теряя времени, сделал несколько больших шагов назад и поправил одежду. Он так сильно покраснел, что ему казалось, будто его щёки горят.

— Ты, как всегда, выбрал идеальное время, Кайлан. — Анника казалась совершенно спокойной и уравновешенной, особенно если учесть, что на её шее виднелся след от укуса.

— Я стараюсь. — Кайлан закрыл за собой дверь. — Поэтому мне не терпелось рассказать вам обоим о безумных слухах, которые я услышал на обратном пути из Миджара! Дикие истории, например, о том, что вы двое чуть ли не глотки друг другу рвали.

— Саварэй милосердная, — пробормотал Раймир, закрыв лицо руками. — Пожалуйста, сделай вид, что ты этого не видел.

- О, это отпечаталось у меня на сетчатке, как будто я смотрел на солнце, — ответил Кайлан, скрестив руки на груди. Он стоял у двери и смотрел на них обоих с непривычно сдержанным выражением лица. - Итак, это что-то новенькое.

— Да, мне нужно вернуться к работе, всегда есть чем заняться! — Слова слетали с его губ в полном беспорядке, в то время как Раймир подталкивал Аннику к двери, чтобы выпроводить демоницу и барда из комнаты. — Анника всё объяснит, мы поговорим позже. Я рад, что ты дома!

— Подожди, я не…

- Вспыльчивый наш…

Но было уже слишком поздно. Ему удалось вытолкать их обоих из комнаты, запереть за ними дверь и обеспечить себе столь необходимое уединение.

Солнечная Дева, что за фарс.

Раймир вернул свою новую одежду на место на манекене, потратив на непростительно много времени, на то, чтобы убедиться, что всё в цело. Затем он подождал у двери, пытаясь понять, действительно ли Кайлан и Анника ушли. Было тихо, и это было хорошим знаком. Он никогда не видел, чтобы кто-то из них молчал дольше минуты или двух. Открыв дверь, словно ожидая увидеть за ней что-то ужасное, он с огромным облегчением увидел, что всё чисто.

Теперь ему оставалось только избегать Кайлана до конца своих дней.

Так продолжалось до наступления темноты, когда в дверь кабинета Раймира постучали.

- Войдите!

— А ты здорово целуешься.

При одном воспоминании об этом у Раймира снова покраснели щёки.

— Привет, Кайлан.

Кайлан прислонился к двери с привычным выражением лица, которое говорило о том, что его развлекает всё и вся.

— О, хорошо, что я застал тебя, когда ты не висел на Огненной Бабочке, как осьминог.

- Я бы заплатил тебе, чтобы ты больше никогда об этом не упоминал, — в отчаянии предложил Раймир.

— Рогашка, я торговый принц, ты даже не видел столько золота, чтобы меня подкупить, — Кайлан ухмыльнулся от уха до уха. — А за возможность дёргать тебя за косички до скончания веков я готов заплатить любую цену.

Издав отчаянный возглас, Раймир провёл рукой по лицу.

— Ты ужасен.

— Я тоже по тебе скучал! — Кайлан отступил назад, придерживая дверь одной рукой. — Пойдём, я угощу тебя выпивкой, расскажу о Восточных Островах и поделюсь множеством полуправдивых историй, будет весело.

Кайлан явно не собирался принимать «нет» в качестве ответа. Раймир поднялся со своего места, стараясь придать лицу суровое выражение.

— Один ноль.

— Ты молодец, Рогашка.

Кайлан не стал терять времени и всю дорогу вниз по лестнице подробно рассказывал о том, как миниатюрные грифоны, созданные с помощью магии крови, заполонили скалы Восточных Островов.

— Их тысячи, и все они ярко-красные! Их даже не видно, когда они падают с неба…

Раймир уже сдерживал улыбку, когда они вышли во двор. В это время суток там почти никого не было, и единственным признаком жизни были огни таверны вдалеке. Позади него, рядом с Кайланом, раздался странный, смутно знакомый хлопающий звук, и…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

7

Мир вокруг был размытым, как будто он смотрел на него сквозь густой туман. Он узнал мозаичный потолок, созданный Анникой в Стране снов, — застывший вихрь сине-зелёных цветов. Всё казалось странным, замедленным, как будто он пытался пробраться сквозь грязь по пояс. Время, казалось, шло не так, как обычно, или вообще не шло.

Что же происходило?

— Хм. Извращенец.

Он резко сел на кровати и в панике оглядел комнату. Ничего необычного не было видно. Это была та же тёплая комната, та же стеклянная стена, выходящая на тихие джунгли. Анника стояла у изножья кровати, сжимая в кулаке тонкую золотую цепочку, прикреплённую к браслету на лодыжке Раймира. Единственным отличием было то, что на Аннике была мантия Пустынной Ведьмы.

- Варгфлек? — так Раймир в общих чертах описал тот беспорядочный шум, который слышал у себя в голове.

— Ты со мной, вашар? — спросила Анника, глядя на Раймира со странным выражением лица. Она провела большим пальцем по цепочке, переводя взгляд с неё на браслет на лодыжке Раймира.

Потерев глаз тыльной стороной ладони, Раймир промычал нечто утвердительное и свесил ноги с кровати.

— Прости, что разбудила тебя, — сказала Анника, не двигаясь с места у изножья кровати. — Я просто любовалась видом.

Закатив глаза, Раймир сказал:

- Да, мозаика хороша.

Почесав подбородок, он добавил:

- Почему ты так одета?

— Как именно?

— Как Пустынная Веьдма, — Раймир указал на длинный коричневый балахон с откинутым на спину капюшоном. Определённо – полная противоположность её обычного стиля. Ведьмы, с которыми он имел дело в Срединном Мире, не рисковали показывать мужчинам даже лиц, не то что голых загорелых бёдер.

— Хм? О, я решила попробовать кое-что новое. — Анника одарила его непривычно лучезарной улыбкой. — Кое-что интересное для тебя.

Раймир моргнул.

—…что?

— Это всё для тебя, — промурлыкала Анника, обходя кровать и усаживаясь рядом с Раймиром. — Сегодня всё под твоим контролем. Я хотела дать тебе возможность насладиться.

Его голос звучал на октаву выше, чем должен был, когда он повторил:

—…что?

— Разве ты не хочешь наказать меня за то, что я такая непослушная ведьма, вашар? — Анника произнесла это страстным шёпотом, наклонившись к Раймиру.

Жар, охвативший его, был сильным и, честно говоря, неожиданным. Он всегда отмахивался от шуток о том, что превращение ведьм и Стражей храма в какую-то грязную игру. Судя по всему, между его прошлым и Анникой было достаточно диссонанса, чтобы не испытать немедленного чувства вины и отвращения. Но он не для того прошёл весь этот путь, чтобы скатиться обратно в пучину мести. Он прижал ладонь к груди Анники, отстраняя её.

— Ладно, хватит. Что ты задумала?

— О чём ты? — Анника приподняла бровь. Всё тем же бархатным голосом она добавила: — Много всего интересного, вашар. Я никогда тебе не расскажу, сколько бы раз ты меня ни отшлёпал!

Раймир оттолкнул её ещё дальше.

— Дыхание Богини, что с тобой не так?!

Наклонив голову, Анника спросила:

— Слишком грубо?

Безразличным тоном Раймир ответил:

— Я встречал демонов Желания, которые не проявляли себя так откровенно.

Анника закатила глаза и откинулась на спинку стула, маска тлеющей похоти полностью исчезла.

— Что ж, прости, что пытаюсь сделать всё более интересным. Все такие критики. Может, ты предпочтёшь просто нагнуть меня? Кровать прямо под тобой.

Раймир покраснел.

— Что за… прекрати! Иди умойся холодной водой или сделай что-нибудь, чтобы успокоиться! Здесь происходит что-то странное!

— Странное?

— Последнее, что я помню, — это разговор с Кайланом в моём кабинете. — Раймир потёр затылок, пытаясь разобраться в происходящем. — Я что, упал с лестницы или что-то в этом роде?

— Ты помнишь, как разговаривал с Кайланом? — повторила Анника, и её взгляд внезапно стал более проницательным. — И это всё? Ты помнишь что-нибудь ещё из того дня?

— Да, это самое странное.

Он намеренно не упомянул, что потеря времени и размытые воспоминания были симптомами ломки от Чёрной воды. Он уже сталкивался с этим раньше, но никогда не терял сознание без предупреждения, никогда не терял сознание посреди бела дня. Если он начал «терять время», сам того не осознавая…

— Ты в порядке? — Анника протянула руку и обхватила его за шею. Раймир инстинктивно подался навстречу её руке и только потом удивлённо посмотрел на неё.

— В полном, — резко ответил Раймир. Он не станет беспокоиться, пока не убедится, что есть повод для беспокойства. — Просто задумался.

— Расскажи мне, как прошёл твой день, — настаивала Анника. — Что ты помнишь?

Он пожал плечами.

— Сделал утренние дела, провёл спец подготовку, провёл совещание, чтобы попытаться решить проблемы с поставками, которые возникли у нас в Изумрудных островах… на самом деле ничего примечательного, кроме визита к портным.

— Верно, — кивнула Анника. Её взгляд оставался настороженным, как будто она что-то искала на лице Раймира. — Визит к портному, где ты примерил свой новый модный наряд для Летнего Солнцестояния. Для бала.

— Да-да, единственное, о чём все хотят говорить — это бал, как будто мы не…

- На балу тебя представят как моего консорта», — Анника сделала акцент на последнем слове. - Милого, избалованного фаворита распутной богатой демоницы.

— Ну, когда ты так говоришь, это звучит неправдоподобно и нелепо.

Анника удивлённо рассмеялась.

— Мягко говоря.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

8

Раймир пожал плечами.

— Я же говорил тебе, что сделаю всё возможное, чтобы всё выглядело правдоподобно. Мы никогда не будем нормальными с точки зрения кого-либо, но и дом Нар-Шах тоже.

— Хм, — Анника смотрела на него скептически и испытующе.

— Что?

— Знаешь, раз уж мы заговорили о Кайлане, я читала его книгу о Шердахане.

— Шипы и Розы на Небесах? Ты и все остальные в Бездне.

— Нет-нет, ту, что про Героя семнадцати миров. - Анника снова улыбнулась своей странной солнечной улыбкой. — Я на той главе, где наш лихой герой Ричард Ярый Меч встречает тебя!

- Эта „книга“ изобилует дикими преувеличениями и откровенно нелепыми боевыми сценами, — сухо сказал Раймир.

— Значит, Ричард Ярый Меч не встретил тебя, пока ты избивал до полусмерти какого-то бедного глупого монашика?

- Этот «монашик» был одержим! - Раймир нахмурился. - Там был целый заговор ведьм и одержимых, должно быть, это напомнило тебе о доме.

Анника слегка улыбнулась и наклонила голову.

— Кажется, у тебя есть вполне определённое мнение о демонах, магии и обо всём что с ними связано. Что ещё я найду в этой книге?

- Город, который был полон решимости сожрать самого себя.

Анника продолжала настаивать.

— Ты был правой рукой Шахинары, а теперь вдруг решил, что я могу «расцвести твоей розой»? Что бы сказала начальница?

— Иди к чёрту! — рявкнул Раймир, сверкнув глазами. — Я не собираюсь выслушивать от тебя, из всех обитателей хреновой Бездны, нотации о том, что у меня в шкафу есть скелеты!

Анника открыла рот, но, казалось, передумала на середине фразы.

— А?

- Если ты настроена на ссору, то лучше проваливай, — приказал Раймир.

- Ты! - Голос Анники внезапно прогремел отовсюду вокруг них, как раскаты грома во время бури. - Беги и прячься, потому что я найду тебя всюду!

Раймир замер, переведя взгляд на «Аннику», сидевшую рядом с ним. Эта Анника поморщилась и сказала до боли знакомым голосом:

- Вот же хрень.

Его охватило головокружение, которое Раймир распознал как признак того, что он внезапно очнулся. Когда он снова открыл глаза, благополучно вернувшись в физический мир, он увидел Кайлана и Ричарда Ярого Меча.

Он быстро окинул взглядом помещение, задерживая взгляд лишь для того, чтобы оценить детали. Он был привязан к стулу в центре грубой однокомнатной хижины. На полу были нарисованы чёрные руны, окружавшие его неприятным напоминанием о ритуале кровавой магии. «Чёрная вода», - пронеслось у него в голове. Единственное, что было сильнее, чем кровь.

Ричард протёр глаза, прогоняя сон. Кайлан стоял на страже у двери с арбалетом наготове.

— Ты.

— Не волнуйся, мы тебе поможем, — сказал Кайлан низким и успокаивающим тоном. — Не паникуй.

— Э-э, Кайлан? - Ричард выглядел смущённым как никогда. — У нас проблема.

— Нам нужно идти? — спросил Кайлан, глядя на дверь.

— Я убью вас обоих! — прошипел Раймир, вырываясь из удерживающих его пут.

— Всё будет хорошо, Рогашка, мы тебя не бросим. — Кайлан имел наглость дружелюбно улыбнуться ему. — Я знаю, что ты под влиянием Бабочки или чего-то в этом роде, но...

— Кайлан! — вмешался Ричард, стиснув зубы. — Я не думаю, что он находится под контролем разума.

Улыбка исчезла с лица Кайлана.

— ...ну, чёрт возьми.

По всей видимости, последовательность событий была примерно такой: Кайлан был на Восточных Островах, когда ему сообщили, что Раймир был отравлен Чёрной водой. Даже на самом быстром корабле путь через Бездну и Лабиринт Странников занял полторы недели. Когда он добрался до крепости Нар-Шах, его встретили и вкратце обрисовали ситуацию: Раймир был жив, Анника спасла его, всё было хорошо. Затем, не прошло и недели, как Кайлан покинул Берег Шторма, он получил ещё одно краткое сообщение от одного из воронов Мейры: Раймир стал новым супругом Анники.

- В тот момент я подумал, что это какая-то кровавая магия в духе Бездны, — объяснил Кайлан, — потому что все новости с архипелага Нар-Шах становились всё более безумными. А потом, когда я ещё был в Шар-Наре, появилось официальное заявление, и я так и не получил никаких сообщений, которые убедили бы меня, что это не тщательно продуманная шутка.

К этому моменту Раймира уже развязали, и он с угрюмым видом жевал вяленого кролика.

— Мейра сделала всё возможное, чтобы слова «ритуал магии крови» никогда не покинули архипелага Нар-Шах. Она точно не станет отправлять ворона с правдой, привязанной к его лапе.

— Послушай, в этом есть смысл сейчас, но в тот момент я действовал вслепую, — Кайлан сидел напротив него, а его сверкающий зачарованный арбалет был взведён и заряжен. — И мы сталкивались с точно такой же ситуацией в Срединных Мирах раз десять.

— Когда-то в «Сладком Грехе» заправляли демоницы, — задумчиво произнёс Ричард.

— Ведьмы-чернокнижницы! – поправил Кайлан. Когда Раймир лишь нахмурился, он добавил: — Послушай, ты должен признать, что разница не велика.

— Значит, как только ты решил, что Анника использует магию крови, чтобы контролировать леди Ваш-Тар и меня, ты сразу же решил меня похитить? — спросил Раймир, скрестив руки на груди.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

9

— Спасти тебя, — настаивал Ричард. — И нет, между этими событиями было несколько этапов.

— Ричард всё ещё заканчивал дела в Пустошах, так что я встретился с ним там. Мы оба были очень довольны собой из-за того, как раскрыли масштабный заговор с целью контроля над разумом дома Ваш-Тар и твоей матери, — Кайлан имел любезность смутиться. — В свою защиту скажу, что это был более продуктивный материал, чем «Варшана снова пьёт винцо и ищет кого бы из гарнизона затащить в постель».

— Это было довольно мило, он был полон решимости спасти своего любимого трагического полудемона, — поддразнил Ричард, а затем добавил: — Ты, очевидно, не мой любимый. Прости.

Раймир потёр виски. Его ярость из-за того, что его похитили, уступила место явной и на удивление сильной заботе Кайлана о нём. В Гаванях у них с гномом почти не было возможности поговорить, потому что Кайлан всегда был рядом с Ричардом. Мысль о том, что Кайлан настолько проникся к нему симпатией, что рискнул собственной жизнью…

Раймир никогда не знал, как реагировать на проявления любви, когда они были направлены на него. Он всегда чувствовал, что не заслуживает этого.

— В общем, наш план состоял в том, что я наведаюсь на архипелаг Нар-Шах и осмотрюсь, прежде чем мы предпримем что-то радикальное, — объяснил Кайлан. — Я приезжаю, все ведут себя как обычно, обсуждают эту Ночь Красной Луны, как будто вся эта история с консортами не более безумна, чем самородки. Затем я вижу, как вы с Анникой пытаетесь облизать друг другу миндалины.

— Я сказал ей, чтобы она всё тебе объяснила!

— И, как последняя трусиха, она сплавила меня Мейре, — продолжил Кайлан. — У Мейры хватает наглости делать вид, что она «слишком занята, чтобы говорить прямо сейчас», и говорить, что мы «обсудим это завтра», хотя я точно знаю, что она просто снова идёт менять оттенок своих рыжих волос.

Нахмурившись, Раймир сказал:

— Я предельно ясно дал ей понять, что она должна рассказать правду своему ближайшему окружению.

— Зачем начинать трудный разговор сегодня, если можно отложить его на потом? — предложил Ричард. — Я восхищаюсь таким подходом к руководству.

— Чёрт возьми, — Раймир потёр переносицу. — Значит, в тот момент ты решил, что весь замок находится под какими-то чарами?

— Именно. Кайлан указал на Ричарда. — Мы заранее решили, что попытаемся вытащить тебя оттуда, несмотря ни на что, ведь ты, похоже, был в центре всего этого безумия. Поэтому я дождался ночи, оглушил тебя артефактом, и мы с Ричардом тайно спустили тебя с горы в эту живописную хижину.

— Как тебе удалось вывести меня из замка так, чтобы никто не заметил?

— С довольной ухмылкой Кайлан сказал: — Я завернул тебя в ковёр! Ты идеально в него вписался, как влитой.

— Твоя чушь сейчас ещё менее забавна, чем обычно, — огрызнулся Раймир.

— Не так нужно разговаривать со своими отважными спасителями, — сказал Ричард, покачав головой.

— А ты! — Раймир обратил свой гнев на Ричарда. — Как ты проник в мои мысли? Ты же не Сноходец.

— Я мог бы им стать!

— Кайлан уже наверняка придумал сотню историй на эту тему.

— Ладно, аргумент весомый, — Ричард широко взмахнул рукой. — Я знал одного Сноходца, парня по имени Эларин. У эльфов крови есть ритуал, который позволяет отправить человека в чужое сознание в Бездне. Мы решили использовать его на тебе, чтобы выяснить, под влиянием какого массового внушения все находятся, и, возможно, полностью избавить тебя от иллюзии.

— И это включало в себя предложение руки и сердца?

— Эй, эй, я застал тебя в шёлковых штанах прикованного к кровати!

— Я так много узнал о твоей сексуальной жизни, Рогашка, — задумчиво произнёс Кайлан. — Например, о том, что у тебя есть любовница.

— Послушайте, в снах Эларина было достаточно указать на те части иллюзии, которые не имели смысла, чтобы вывести его из этого состояния, — объяснил Ричард. — Я пытался указать на те части, которые казались, ну, знаешь маловероятными.

— Вы оба идиоты, — вздохнул Раймир. Через мгновение он добавил: — Но… спасибо, что попытались мне помочь. Я… ну, я ценю ваши намерения.

— Не за что! — Ричард улыбнулся той самой солнечной улыбкой, которая так не вязалась с лицом Анники. — Можешь передать своей новой жене, чтобы она нас не убивала.

Раймиру пришлось сделать глубокий вдох, прежде чем он смог ответить на это заявление хоть чем-то, кроме крика.

— Она не моя жена. Она действительно, действительно не моя жена.

— Я понимаю, мы с Алисией тоже не цеплялись за ярлыки, — сказал Ричард, многозначительно кивнув.

«Удивительно, — подумал Раймир, — как этот человек может так бесить».

— Ричард сказал, что Бабочка появилась в самом конце? — спросил Кайлан. — Или, по крайней мере, голос, который был похож на её голос? Она не звучала счастливой, и я немного обеспокоен тем, что она может пойти на крайние меры.

— Может, и так, — признал Раймир. — Я уверен, что она уже подняла тревогу. Как далеко от архипелага Нар-Шах мы находимся? Если мы сейчас вернёмся, то сможем уберечь всех от необходимости собирать поисковый отряд. — Он посмотрел на Кайлана. — Это может даже уберечь Диору от того, чтобы врезать тебе так сильно, что ты вылетишь с острова в настоящую Бездну.

Кайлан побледнел.

— Не смешно!

Первый тревожный сигнал прозвучал через несколько минут, когда они собрали свои вещи и вышли из хижины. Кайлан, выросший в городе, ничего не заметил. Но Ричард и Раймир выросли в сельской местности и сразу обратили внимание на полную тишину. Ни одно из ночных животных не издавало ни звука, как будто поблизости был хищник. Или несколько хищников.

— Чёрт, — вздохнул Ричард. — Ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным.

Именно тогда из-за деревьев, завывая и требуя крови, выбрался первый оживший труп.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

10

Ричард испуганно вскрикнул и бросил в труп огненный шар, который испепелил его, окутав облаком дыма и запахом горелого мяса.

— Фу! Мерзость! Я уже насмотрелся на такое на Перевале Костей!

— Бабочка нашла нас, — мрачно сказал Кайлан. — Это произошло быстрее, чем я ожидал. Здесь, под островом, мы вроде бы хорошо спрятались.

— Она может выследить меня. — Раймир вглядывался в лес, пытаясь разглядеть хоть какое-то движение.

— Что?!

— Это из-за татуировки? — спросил Ричард, разминая мышцы.

— Что за грёбаная татуировка? — прошипел Кайлан тоном, который указывал на то, что разговор ещё не окончен.

— Да, помимо прочего, — Раймир потёр запястье в том месте, где, как он знал, проходила одна из линий. — Она знает, где мы сейчас находимся, так что нам остаётся только ждать её прибытия и приказать ей отступить.

— Думаешь, она тебя послушает? — спросил Ричард, приподняв бровь.

— Это просто какое-то глупое недоразумение, всё будет хорошо, — Раймир сделал паузу. — Ричард, дай мне нож или что-нибудь в этом роде.

— Почему ты просто предполагаешь, что у меня есть…

— Ричард, дай мне нож, который, как я знаю, у тебя есть.

Раздражённо фыркнув, Ричард потянулся к своему поясу и вытащил кинжал.

— Хорошо, но не потеряй его! Мне его Алисия подарила.

Это был не меч, но Раймир предпочитал его кулачному бою.

Они ждали в напряжённой тишине, нарушаемой лишь слабым потрескиванием огня на кончике посоха Ричарда. Через мгновение Ричард прошептал:

— Интересно, сколько тел может быть похоронено в этой горе?

Кайлан издал отчаянный возглас:

— Зачем ты это спрашиваешь?

И тогда, конечно же, из-за деревьев вывалилась разношёрстная группа из двадцати демонических трупов в разной степени разложения.

Суровый климат Внешних Островов на протяжении тысячелетий убивал неосторожных или невезучих путешественников, не говоря уже о том количестве битв, которые выдержала крепость Нар-Шах за тысячи лет существования. Некоторые тела представляли собой лишь голые кости, скреплённые несколькими волокнистыми связками и фиолетовым свечением магии Анники. Большинство тел были более свежими, всё ещё покрытыми гниющей плотью и мышцами, но Раймир с облегчением заметил, что все они были мертвы по меньшей мере несколько лет.

Раймиру не хотелось думать, что с самого начала слухи были правдивы и правление Анники сопровождалось казнями и кровью.

Первые несколько трупов, упавших откуда-то сверху, с помёрзших и обугленных деревьев, были сражены стрелами Кайлана. Стрелы пробивали ветхую кожу и ломались о кости, скреплявшие трупы. Ещё четверых взметнула в небо магия Ричарда, и они с влажным стуком рухнули на землю, расколовшись, как перезрелые фрукты. Но остальные трупы всё ещё бежали к ним, и Раймир крепче сжал кинжал, прежде чем броситься в бой.

Это был не самый любимый его способ ведения боя — он предпочитал мечи, щиты и булавы, а не точные инструменты разбойника. Но, как и все Стражи Храма, он прошёл всестороннюю подготовку, и Раймир всегда был прилежным учеником. Ему нужно было держаться подальше от зубов и когтей и следить за теми, кто был достаточно сообразителен, чтобы владеть оружием. Быстрые удары по сухожилиям и плоти, скрепляющей их, вместо того чтобы целиться в вены или артерии, как при работе с живым существом, и ему нужно было бы...

Трупы бежали мимо него, словно вообще не замечая.

Раймир на несколько секунд растерялся, но потом вспомнил, чему его учили, и бросился в погоню за ближайшим из них. Когда он приблизился, стало ясно, что они на самом деле НЕ ВИДЕЛИ и не замечали его. Даже когда он схватил одного из них за гниющие волосы на затылке и вонзил нож ему в горло, тот лишь бездумно царапал когтями воздух в направлении Ричарда и Кайлана. Раймир перерезал то, что осталось от его позвоночника, и голова отделилась от остатков тела. Даже в свои последние секунды труп осматривал пространство, где стоял Раймир, как будто видел перед собой пустоту. Когда он превратился в груду костей, а Раймир бросился на следующего, результат был точно таким же.

— Раймир! Ты невидим для мёртвых! — со смехом выкрикнул Ричард, а затем обрушил волну магии на два трупа и превратил их в кровавое месиво.

Втроём они быстро расправились с ожившими телами. Раймир, в частности, двигался среди них, как убийца, незаметно и стремительно. Это было почти весело, совершенно не похоже на обычную жестокость битвы. Последнее тело представляло собой не более чем груду костей, и оно рухнуло на землю с грохотом, когда стрела Кайлана пробила ему рёбра и позвоночник.

Наступила тишина, пока они осматривали лес в поисках новых трупов, а затем Кайлан спросил:

— Рогашка? Не хочешь рассказать нам, что произошло?

— Понятия не имею, — ответил Раймир, опускаясь на колени, чтобы вытереть лезвие о траву. — Единственное, что я могу предположить, — это то, что метки могут обеспечивать своего рода защиту.

— Если эти штуки посылает Нар-Шах, то, возможно, ты на верном пути.

Ричард подошёл и протянул руку к запястью Раймира. Вздохнув, Раймир позволил ему осмотреть свою руку и запястье.

— Эта лиана, по сути, представляет собой большой и отвратительный знак «Собственность Анники Нар-Шах». Может быть, её приспешники думают, что ты один из них?

Раймир бросил на Ричарда равнодушный, скучающий взгляд, но прежде, чем он успел что-то ответить, из-за деревьев донёсся рёв.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

11

Из обугленного леса полного почерневших остовов деревьев, пошатываясь, вышли по меньшей мере два отряда оживших ангелов, над некоторыми из них всё ещё реяли потрёпанные штандарты покойного Императора Света. Вероятно, это были остатки вторжения, отбитого крепостью много десятков лет назад. А рядом с ними…

Раймир резко вдохнул и услышал, как Кайлан пробормотал: «Вот чёрт».

Три призрака, светящиеся неземным фиолетовым светом сквозь прорези для глаз в своих шлемах. Рядом с ними парили два магических чудовища, мерцающих той же фиолетовой энергией. А в центре всего этого — Анника.

Она была чудом и ужасом, окутанным потрескивающей пурпурно-белой магией и кровавым туманом. При виде неё Раймира охватил первобытный страх, такой же инстинктивный, как желание отступить перед рычащим медведем. Он видел десятки магов, которые выглядели почти так же, охваченные волной собственной силы и неудержимых желаний. Обычно за этим следовало «Безумие Бездны» - полное слияние с демонической сущностью и потеря разума, и на мгновение Раймир превратился в обычного зелёного мальчишку, который стоял в крепости Чёрных Песков и смотрел, как на него несётся волна демонов.

- У новоиспечённой жёнушки вспыльчивый характер и проблемы с магией крови! - Голос Ричарда вывел Раймира из оцепенения. Герой Семнадцати Миров был таким же неотъемлемым символом Карадака, как крики чаек или запах Нижнего Города, и он не мог существовать одновременно с Чёрным Песком. Это было два разных кошмара из прошлого Раймира, было бы слишком смешно, если бы они объединились в один.

— Она не МОЯ, что б его, ЖЁНУШКА! — рявкнул Раймир. Затем он закричал: — Анника! Прекрати! Это ошибка!

Анника резко повернула к нему голову, грациозная и смертоносная, как гадюка. В её взгляде читалось узнавание, и на мгновение Раймир почувствовал облегчение. Но на её лице застыла нечеловеческая ярость. Когда она открыла рот, Раймир испугался.

Это добром не кончится.

— Иди ко мне! — взревела Анника, и сила и ярость исказили её голос, сделав его низким и громоподобным. Когда Раймир, словно пригвожденный к месту, уставился на неё, Анника подняла руку. По её руке текла кровь из глубокого пореза на тыльной стороне ладони. Даже на расстоянии Раймир чувствовал медный привкус магии крови.

“Иди ко мне!”

Ноги Раймира двигались сами по себе, неся его навстречу надвигающейся волне трупов. У него даже не было сил сопротивляться, он был словно в тумане. Его мышцы расслабились, он почти обмяк, и только магия, окутывавшая его, позволяла ему держаться на ногах. Он был марионеткой на ниточках.

Когда он опустил взгляд, то увидел на своей коже яркие очертания чешуек, отливающих белизной. Это был змей, которого он впервые увидел. Он сиял золотом, пока магия Анники бурлила в нём.

«Это так красиво», — вяло подумал он.

- Раймир!

Позади него раздавались крики и звуки борьбы, но он словно находился во сне. Он не мог остановиться, не мог даже обернуться. Трупы расступались перед ним, как река, обтекающая возвышающийся камень. Когда он добрался до Анники, парящей возле неё Ужас Бездны – полупрозрачный чудовищно мощный дух - наклонился ближе, словно изучая его.

— Анника, — невнятно произнёс Раймир, чувствуя, как онемели его губы. — Тебе нужно...

— С тобой всё в порядке! — Анника едва могла дышать от облегчения и притянула Раймира к себе для страстного поцелуя. От этого у Раймира и без того подкашивались ноги, и он тихо ахнул, когда Анника впилась поцелуями в его губы и подбородок.

Это могло бы быть романтично, если бы Раймир не слышал крики Ричарда и Кайлана на заднем плане и не видел, как с шеи её жутковатого охранника свисают куски гниющей кожи. Он толкнул Аннику в грудь.

— Ты должна... должна остановиться. — Ему было трудно говорить, ни одна мышца не хотела двигаться без разрешения Анники. Несмотря на навязанное ему сверхъестественное спокойствие, нервы Раймира были на пределе.

- Я убью их за то, что они прикоснулись к тебе, за то, что они забрали тебя! - Голос Анники едва ли был похож на человеческий, и Раймир мог почувствовать силу её гнева. Татуировки на его теле засияли ярче, почти ослепляя, и Раймир отчётливо ощутил разум Анники, её собственнические инстинкты. Это было почти осязаемо, обволакивало его так же плотно, как Зов Чёрной Воды.

Было трудно думать, трудно делать что-то, кроме как обмякнуть в объятиях Анники, словно это было единственное безопасное место в мире. Но он слышал, как Ричард кряхтит от напряжения, слышал, как снова и снова щёлкает арбалет Кайлана. Трупы вокруг них стонали и скрипели, как и подобает ожившим трупам.

Ему нужно было что-то сделать, хоть что-нибудь, пока никто не пострадал.

Если бы он всё ещё принимал Воду, это было бы легко. Он всю жизнь готовился к подобным ситуациям, а теперь добровольно сделал себя таким же беспомощным, как любой смертный. Если бы он мог контролировать мышцы, Раймир, возможно, горько рассмеялся бы. Или просто закричал.

Он должен был попытаться. Даже если единственная Вода в его организме давно впиталась в землю, он всё равно должен был попытаться.

Раймир обмяк в объятиях Анники и положил голову ей на плечо. В последний раз он прошептал:

- Хватит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

12

— Ты в безопасности, — пробормотала Анника, проводя рукой по его волосам и глядя на него с... с чем-то очень похожим на искреннее обожание. — Я убью любого, кто попытается тебя забрать.

Откуда-то издалека он услышал крик Ричарда.

Раймир с трудом сделал глубокий вдох. Хорошо. Кто не рискует, тот не пьёт шампанского

Обращаться к силе текущей по венам по-прежнему было легко, это было так же естественно, как напевать в душе. Сосредоточься, вдохни, дотянись до Силы, которая поёт для тебя. На самом деле сделать что-то с её помощью было сложнее. Раньше использовать силы, дарованные Чёрной Водой, было так же легко, как думать, как дышать. Теперь это было похоже на попытку взобраться в гору, цепляясь за землю кончиками пальцев. Это причиняло боль, хотя раньше успокаивало.

Но Раймиру было не привыкать к боли и борьбе.

Анника успела заметить, что Раймир напрягся в её объятиях.

— Что...

Раймир применил «Очищение от магии», знаменитый приём Чёрных Паладинов, троекратно усилив его Чёрной водой, окутал им Аннику и стоявшего рядом с ней колдовского монстра. Это была вспышка ослепительно-белого света, словно на огонь надели одеяло, чтобы его потушить. Магия, кружившаяся вокруг Анники и пронизывавшая трупы, истаяла и умерла, как пламя без воздуха. Ужас Бездны издал крик, прежде чем полностью исчезнуть, а заключённый в нём дух был изгнан обратно в Страну Снов с нежностью кувалды. Всё, что от него осталось, — это груда костей и лохмотьев, останки того мёртвого демона, чьим телом он завладел.

Раймиру показалось, что кто-то запустил руку ему в грудь и изо всех сил попытался вырвать его сердце. Он судорожно вдохнул, захрипел и, когда хватка Анники ослабла, рухнул на землю. Перед глазами у него заплясали чёрные точки, грозя полностью его поглотить. У него болели кости, как будто он врезался во что-то с такой силой, что его скелет затрещал, и каждый сустав в его теле кричал от боли.

Анника опустилась на землю рядом с ним и схватилась за голову, словно в приступе мигрени.

- Что это было... что ты...

Отрезанные от сущности Анники, трупы на поле боя внезапно упали. Без духов, которые их оживляли, они превратились в груды костей. Они упали там, где стояли, и на ногах остались только один гниющий архидемон и другой Ужас Бездны. Какие бы духи ни были привязаны к ним Анникой, они были достаточно сильны, чтобы выжить в физическом мире без поддержки воли Госпожи.

Ему нужно было встать, нужно было помочь Ричарду и Кайлану, но... ноги его не слушались. Ни одна мышца Раймира не реагировала на его команды, изнеможение лишило его последних сил. Когда он попытался встать, перед глазами у него потемнело, и на мгновение Раймиру показалось, что он вот-вот потеряет сознание.

Анника уставилась на него, бледная, растерянная и явно всё ещё злая.

- Что ты сделал?!

Раймир мог только положить голову на красную траву и сосредоточиться на дыхании.

Время, казалось, замедлилось, и позже Раймир понял, что то терял сознание, то приходил в себя. Звуки боя то стихали, то возобновлялись, и то же самое происходило с раздражёнными ругательствами Анники. Лежа на земле, он наблюдал, как в поле его зрения время от времени вспыхивала магия Ричарда.

Послышалось бульканье — это был предсмертный хрип призрака.

А в следующее мгновение над ним уже стоял Кайлан.

— Вау, какая встреча, Огненная Бабочка….

— Я не знаю, что, по-твоему, ты делаешь, Кайлан, но ты не отнимешь его у меня. — Голос Анники звучал как раскаты грома, даже без поддержки магии.

С трудом перевернувшись на спину, Раймир прохрипел:

- Они думали, что спасают меня.

Саварэй, как же тяжело было сейчас говорить. Когда адреналин схлынул, Раймир почувствовал, как сильно он изранен.

- Они думали, что ты подчинила всех магией крови. Они спасали меня, - Он сделал прерывистый вдох и добавил: «Идиоты».

А потом он и вовсе отключился.

Когда он пришёл в себя, его левитировали. Раймир инстинктивно забился, встревоженный гулом магии вокруг себя.

— Тише, не вынуждай меня тебя уронить. — Голос Ричарда.

Саварэй милосердная, каждый сантиметр его тела болел. Раймир слабо застонал, пытаясь пошевелиться. Ему было трудно даже открыть глаза.

Ричард шёл рядом с ним, поддерживая заклинание, которое помогало ему парить в воздухе. Вдалеке виднелась крепость Нар-Шах, которая с каждым шагом становилась всё больше. Позади он слышал, как спорят Анника и Кайлан.

— Я подумал, что левитировать тебя будет проще, чем тащить на себе, учитывая, сколько ты весишь. - Ричард был как всегда весел, хотя Раймир видел, что один из трупов порвал ему плечо когтями. — Если, конечно, ты не можешь идти сам.

— Я могу, — тут же ответил Раймир. Затем он вскрикнул, потому что от одного лишь движения его ног колени взорвались от боли, а суставы стали такими же бесполезными и неподвижными, как заржавевшие дверные петли.

— Да, я так и думал. Прибереги силы для дыхания, демонюка.

Хмыкнув в знак согласия, Раймир позволил магии подхватить его. Она удерживала его в вертикальном положении, а носки его сапог парили в нескольких сантиметрах над землёй. Он знал, что Ричард искусен в телекинезе, но его степень самоконтроля произвела на Раймира неизгладимое впечатление. Очень легко оказать слишком сильное давление на левитируемый объект и раздавить его, даже того не желая. В Карадаге инструкторы, обучавшие учеников, поднимали в воздух куриные яйца, чтобы продемонстрировать свой контроль. Раймир был намного тяжелее яйца, но Ричард даже не поморщился.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

13

Было легко забыть, какой необузданной силой на самом деле обладал Ричард, скрывая её за лучезарной улыбкой и потоком дурацких шуток.

- Спасибо за «Очищение», — прокомментировал Ричард. — Выражение лица демоницы было бесценно.

Раймир лишь хмыкнул.

— Я не мог не заметить, что это, похоже, чуть не убило тебя. - Ричард не изменил своему непринуждённому тону. — Это немного настораживает.

— Я в порядке, — сказал Раймир, стараясь придать своему голосу больше уверенности. — Просто устал.

— Угу. В Карадаге я видел, как ты спамишь «Удар» и «Очищение» одно за другим, словно на маленьком антимагическом параде, и всё это время продолжаешь сражаться в полном доспехе. - Взгляд Ричарда мог быть на удивление проницательным, когда он полностью сосредотачивался на одном человеке. — От тебя больше не веет Чёрной Водой, Раймир.

— Это тебя не касается.

Ричард позволил ему резко упасть, а затем вернул в исходное положение.

— Аргх! Чёрт бы тебя побрал!

— Конечно, это не моё дело, но когда меня это останавливало? - Ричард склонил голову набок. — Что происходит, Раймир? Ты заболел?

— Нет! — отрезал Раймир и это прозвучало более оборонительно, чем он собирался. Через мгновение он вздохнул и добавил: — Я перестал принимать Воду.

Ричард помолчал, а потом сказал:

- Когда большинство людей выбирают по-настоящему затяжное самоубийство, они просто напиваются до смерти. Это гораздо веселее, чем ломка от Чёрной Воды, по крайней мере, так я слышал.

— Я не собираюсь умирать. — Раймир осторожно пошевелил пальцами. Даже от лёгкого сжатия руки задрожали, как у древнего старика, страдающего артритом. — Я больше не Страж Храма, и я... я не буду связан ни с Орденом, ни с Небесами.

— Хм, — по лицу Ричарда невозможно было ничего понять, оно выражало лишь подобие праздного любопытства. Они молча прошли ещё полмили вверх по склону, прежде чем он снова заговорил.

- Расскажи мне, как всё прошло, ладно? Мой брат, кажется, тоже сожалеет о своих клятвах, и о том, что они даны на всю жизнь. Знаешь, он всегда был более импульсивным из нас двоих.

Несмотря ни на что, Раймир весело фыркнул.

- Забавно, он говорит то же самое о тебе.

Он дал Ричарду возможность возмущённо фыркнуть, а затем продолжил:

- Я не собираюсь держать результаты в секрете. Если я смогу выжить, это изменит жизнь многих из нас.

— А ты?.. Я имею в виду, ты это переживёшь?

— Пока что. Это неприятно, но...

— Инквизиторы всё равно ненавидят всё приятное.

Раймир снова фыркнул. Он чувствовал, что начинает уплывать. Ему было трудно даже говорить.

Ричард заметил:

- Отдохни. Я разбужу тебя, если случится что-то интересное.

***

Их возвращение в Крепость вызвало немалый хаос, учитывая, что почти никто не знал о том, что он или Анника ушли. Раймир пытался сохранять бдительность и отвечать на вопросы, но он едва мог держаться прямо. Всего после нескольких раундов допросов со стороны различных дежурных офицеров Анника, наконец, рявкнула:

- Завтра! Мы разберемся со всем этим ЗАВТРА. Консорту нужен отдых!

Затем Анника обняла его за талию и почти на руках понесла вверх по лестнице.

— Конюшни в другой стороне, — пробормотал Раймир, сосредоточившись на том, чтобы переставлять ноги.

— Мы идём ко мне в спальню.

То, что Раймир даже не попытался возразить, свидетельствовало о его настоящем изнеможении.

Когда они добрались до комнаты Анники, Раймир позволил раздеть себя до нижнего белья. Он был слишком измотан и несчастен, чтобы делать что-то ещё, кроме как ворчать. Анника обращалась с ним бережно, проводя пальцами по каждому обнажённому сантиметру кожи Раймира, словно пытаясь убедиться, что Раймир действительно здесь.

Когда его благополучно уложили в постель, укутав в восхитительно тёплое одеяло, Раймир наконец сказал:

- Ты пришла за мной.

Анника прислонилась к изголовью кровати и просто наблюдала за ним.

— Да.

— Нам, наверное, стоит... - Ему с трудом удавалось держать глаза открытыми, но это было важно. — Наверное, стоит поговорить. В Тени?

Анника покачала головой.

- Не сегодня. Нам нужно слишком многое обсудить. - Её лицо слегка помрачнело, и она отвела взгляд. - И единственное, что мне сейчас хочется сделать — это наказать тебя.

Раймир фыркнул. Ещё месяц назад это заставило бы его насторожиться. Но он только что видел, как Анника укладывала его в постель, словно заботливая няня.

- О-о-о, страшная демоница.

За это он получил сердитый взгляд.

- Если бы ты не был при смерти, я бы всё равно это сделала.

Возможно, дело было в усталости или в нелепой череде событий, которые к этому привели, но Раймир лишь рассмеялся и сказал:

- Сделай это в Сумраке, раз уж так. Я иду спать.

Если Анника и ответила, то Раймир уже ускользнул.

Когда он пошевелился в Тени, в безопасности, на солнечной террасе, то с облегчением обнаружил, что совсем не испытывает боли и может легко двигаться, не напрягаясь. Он перевернулся, устроился поудобнее и продолжил дремать. Возможно, Сайлар всё-таки был прав.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

14

Спустя какое-то время он почувствовал, как вокруг него меняется Страна Снов. Анника что-то делала, должно быть...

— Для меня это прозвучало как вызов, вашар.

Он стоял на четвереньках, опираясь на плюшевые подушки, и...

В его заднице что-то было. Оно было длинным и достаточно толстым и двигалось. Каждый толчок дразняще задевал его простату, и, Солнечная! Из его дырочки капало что-то вроде тёплой смазки. Он был твёрд, так твёрд, что чувствовал, как его пульс бьётся в члене.

Раймир застонал, звук вырвался из его горла, и только тогда он понял, что его руки скованы. Такие же наручники, как на его лодыжке, были надеты на оба запястья и прикованы к полу, из-за чего он стоял на коленях. И, как он понял, из-за этого он не мог дотянуться до своего члена.

— Что... что...

— Мне кажется, тебе стало слишком комфортно, Раймир. - Анника возвышалась над ним, положив босые ноги ему на спину, словно Раймир был предметом мебели. Когда Раймир поднял на неё взгляд, в её глазах читалась мрачная жажда. — Думаю, тебе не помешает напомнить, с кем ты имеешь дело.

Что бы ни было внутри него, оно внезапно подалось вперёд, проникло ещё глубже и ударилось о какую-то точку внутри него, от чего Раймир застонал и вцепился в подушки. Он не мог удержаться и начал двигаться в такт этому удару, его бёдра двигались сами по себе.

— Это... ты не можешь... — Каждый раз, когда он пытался произнести хоть слово, что-то внутри него давало о себе знать, воздействуя на нервные окончания, и Раймир мог лишь стонать и беспомощно вскрикивать от удовольствия.

Был ли он когда-нибудь таким напряжённым, таким отчаявшимся за всю свою жизнь? Возможно ли вообще быть таким чувствительным в физическом мире? Каждый дуновение воздуха на его коже ощущался как прикосновение ласкающих его пальцев. Фальшивый член в нём, чем бы он ни был, двигался неустанно, не останавливаясь ни на мгновение.

- Я могу делать с тобой всё, что захочу. Ты – мой муж по законам Бездны.

Голос Анники звучал рокотом, лаской, и Раймир ощущал тяжесть её взгляда так же ясно, как и движение члена внутри себя.

- Ты МОЙ.

- В…вытащи это! - Он не мог заставить себя произнести эти слова, а от толчков в его дырочку и из неё ему хотелось рыдать от удовольствия. Ему нужно было кончить, он так сильно этого хотел... - Развяжи мне руки!

- Ты будешь мне приказывать? - Анника рассмеялась, и фаллос с силой вошёл в Раймира один, два, три раза, с каждым толчком задевая его простату.

Раймир тяжело дышал, его ноги так тряслись, что он едва мог стоять.

- О, о, о, пожалуйста...

— Ты кончишь вот так, нетронутый, — спокойно сказала Анника, как будто другого варианта и быть не могло. — Ты знаешь, что в тебе, Раймир?

Звуки, срывавшиеся с его губ, были жалкими, похотливыми. Солнечная, он был так наполнен, внутри так тепло и горячо и ХОРОШО. Всё, что он мог делать, — это хныкать и шире раздвигать ноги, выгибаясь навстречу каждому толчку.

- Моя магия, — промурлыкала Анника. — Мне пришлось смотреть, как Ричард обволакивает тебя своей магией, чтобы перенести в крепость Нар-Шах, и это после того, как я увидела, как он использует мой облик в мире твоих снов.

— Пожалуйста, пожалуйста, прикоснись ко мне, просто... — Раймир едва мог произнести эти слова, раскачиваясь и скуля, как течная сука. Когда он умоляюще посмотрел на Аннику, то увидел, что демоница ласкает себя.

- Поэтому я подумала, что было бы полезно напомнить тебе, кто спас тебе жизнь, с кем ты связан. - Анника поставила ногу на спину Раймира, а другую ногу отвела в сторону. Она неторопливо поглаживала себя, как будто ей больше нечем было заняться. - Чья магия глубоко, очень глубоко в тебе.

Магия (какая-то сила, магия, исключительный контроль, чёрт возьми, он даже не мог представить что ешё) проникала в него снова и снова, набирая обороты, пока Раймир не начал всхлипывать от желания. Он был беспомощен, в отчаянии, отдался наслаждению, как животное.

— Пожалуйста, — заскулил он, едва узнавая собственный голос, — пожалуйста, пожалуйста, мне нужно...

- Кому ты принадлежишь? - Анника говорила с придыханием, её темп ускорялся по мере того, как она поглаживала свои лепестки. - Кто владеет тобой, кто заставляет тебя плакать от того, как хорошо он тебя трахает?

— Ты! — вскрикнул Раймир. Он лежал лицом вниз на подушках, высоко задрав задницу, пока Анника трахала его магией. — Ты, Анника! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

- Кончи для меня, красавчик Раймир, — пророкотала Анника.

Оргазм потряс его до глубины души, все его тело охватило экстазом. Он понял, что стонет, — пронзительно, жалко и так отчаянно. Сперма брызнула ему на живот и грудь, покрыв его собственными выделениями, прежде чем они начали стекать на подушки под ним. Это было слишком, слишком хорошо, и его ноги внезапно подкосились.

Раймир рухнул на подушки. Член внутри него замедлился и перестал двигаться, но остался на месте. Он всё ещё был твёрдым и растягивал Раймира даже после оргазма, заставляя его тихо постанывать, пока его собственный член не стал мягким.

Анника хмыкнула, и внезапно на его спине оказалось что-то тёплое, влажное, и тяжёлое. Демоница потиралась о него, прерывисто и быстро вздыхая, она использовала его спину, чтобы стимулировать себя, и довольно скоро шумно выдохнула и замерла. Демоница кончила на него, понял Раймир, оставив на его спине ещё один знак обладания. Ему следовало бы возмутиться. Возможно, он так и сделает, когда снова сможет мыслить здраво.

— Думаю, — рассмеялась Анника, — что сделаю это ещё разок, прежде чем мы проснёмся. Отдыхай, дорогуша.

Свернувшись калачиком на подушках, Раймир просто заскулил.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

15

Аннику разбудил глухой стук, как будто кто-то уронил со стола мешок с овощами. Она перевернулась и увидела, что Раймир изо всех сил пытается доползти до двери, но его продвижение затрудняет то, что его конечности дрожат, как у новорожденного жеребёнка.

— И что же, по-твоему, ты делаешь? — спросила Анника, свесив ноги с постели и широко зевнув.

Раймир тяжело дышал и был вынужден прислониться к стене, чтобы не упасть.

— Не трогай меня!

Закатив глаза, Анника встала с кровати и подошла к Раймиру, провела пальцами по его мускулистой спине. Жаль, что ничто из Тени не переносится в физический мир. Ей бы хотелось увидеть спину Раймира, покрытую её следами.

Она решила отложить эту мысль на будущее.

— Перестань вести себя как идиот, ты даже ходить не можешь, — приказала Анника, наклоняясь, чтобы поднять его за руки.

Удар был небрежным и не слишком сильным. Он пришёлся не в подбородок Аннике, а в ключицу. Она и не такое выдерживала, просто по случайности. Но от этого удара у неё перед глазами всё поплыло, и она с раздражённым рыком оттолкнула Раймира ногой к стене.

— Я была очень терпелива к твоему бреду, учитывая, что у тебя хватило наглости лишить меня магии, — прорычала Анника, нависая над стонущим Раймиром. — Но продолжай бросать мне вызов, и ты увидишь, как…

Подождите. Это были не её мысли. Точнее, это были не её рациональные мысли. Как будто обычный поток демонических инстинктов внезапно поднялся волной, заглушая всё остальное. Собственничество, желание доминировать и заявлять права, потребность в том, чтобы Раймир был с ней, нравится ему это или нет — всё это оглушительным хором кричало в её голове.

Раймир, по крайней мере отчасти, понимал это, потому что его голос звучал мрачно, когда он сказал:

— Ты теряешь контроль.

— Пока нет, — ответила Анника, приглаживая волосы, чтобы скрыть дрожь в руках. — И у меня есть подозрение, что может помочь, хотя тебе это вряд ли понравится. С другой стороны, тебе вообще мало что нравится, так что…

— Я здесь не останусь, — прорычал Раймир. Даже от того, что он просто сидел, прислонившись к стене, его трясло, и Анника видела, как он измотан.

— Послушай, мне строго-настрого приказали явиться к Варшане, чтобы она хорошенько меня отчитала, как только я проснусь, — сказала Анника. — Как только я с этим разберусь, мы сможем поговорить о том, что давно пора было обсудить, хорошо? Но ты должен остаться здесь.

— Почему?

Анника перебрала в уме все возможные варианты лжи, каждый из которых был не менее постыдным, чем предыдущий, и в конце концов неохотно призналась:

— Потому что я думаю, что, если буду знать, что ты здесь, это меня успокоит.

Раймир лишь враждебно и молча смотрел на неё. Анника пыталась сформулировать убедительную угрозу? Просьбу? …когда Раймир проворчал:

— Тогда помоги мне вернуться в постель. И держи руки при себе.

— То есть ты хочешь, чтобы я левитировала…

— Ты знаешь, что я имею в виду.

Анника с большим трудом сдержалась и не закатила глаза. Вместо этого она опустилась на колени, обняла Раймира за талию и помогла ему вернуться в кровать.

— Я вернусь, как только смогу, — и, чёрт возьми, она ненавидела уязвимость в своём голосе, свою зависимость. — Останься.

Вернувшись в своё «гнездо» из одеял, Раймир в ответ лишь сверкнул глазами.

Огненая Свита Предательницы, Аннике следовало отшлёпать его, пока была возможность.

Когда она вошла в кабинет Варшаны, то увидела, что матриарх сидит за столом, обхватив голову руками.

— Ты выглядишь почти так же радостно, как Раймир вчера, — сказала Анника, усаживаясь на своё обычное место на кушетке.

Послышалось приглушённое фырканье, и Варшана подняла голову. Она тоже выглядела измотанной: глаза покраснели, кожа была бледной и покрытой пятнами. Анника задумалась, спала ли она вообще или ей пришлось разбираться с последствиями попытки Кайлана и Ричарда «спасти» её сына.

— Знаешь, что самое раздражающее в Кайлане? — спросила Варшана, не вставая из-за стола.

— У меня есть идеи, но я считаю, что твоя Марика в этом разбирается лучше.

— Для человека, который десять лет прожил в баре и зарабатывает на жизнь написанием непристойностей и дешёвых криминальных историй, он удивительно похож на моих родителей и учителей, когда читает мне нотации. — Варшана вздохнула и провела рукой по своим рыжим кудрям.

Анника помедлила, а затем сказала:

— Не буду ему уподобляться…

— Ногти на ногах Предательницы, серьёзно?

— Но всего этого можно было бы избежать, если бы ты просто рассказала Кайлану, что происходит, когда он пришёл к тебе в первый раз.

— Думаешь, я этого не знаю?! — простонала Варшана. — Поверь мне, я в курсе. Почти все из ближайшего окружения заходили ко мне, чтобы сказать это.

— Так почему же ты этого не сделала? — Анника говорила мягко. — Я знаю, что это тяжёлый разговор, но...

- Я хотела, чтобы хоть раз в жизни я не была той сукой, которая натравила на Раймира большую и злую орду демонов! — выпалила она. - Хоть раз в жизни!

Ошеломлённая Анника промолчала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

16

Варшана глубоко вздохнула.

- Я знаю, что облажалась! Но я не жалею об этом, потому что благодаря этому Раймир остался жив! И я знаю, что большинство людей, которые меня отчитывают, на моём месте поступили бы так же, если бы речь шла о ком-то, кто им дорог! Но никто в этом не признается, и они делают вид, что я какая-то тиранша, хотя сами бы так поступили! - Тише, словно подросток, на которого она всё ещё была временами похожа, она добавила: - Это несправедливо.

Было бы так легко надавить на неё, и от осознания этого Аннику бросило в дрожь. Она почти слышала, какие слова могла бы выбрать. «Никто из них не понимает тебя так, как я, Варшана. Никто из них не знает, каково это — быть такими, как мы. Власть тяжело нести. Я единственная, кому ты можешь доверять».

Она могла бы нанести удар, как гадюка, прямо сейчас, и Варшана стала бы её пешкой, и только её. Конечно, для этого нужно уметь управлять и действовать тонко. Но награда того стоит. Одна из самых влиятельных фигур на Южных Островах, имя которой у всех на устах, пляшет под дудку Анники. Если бы они были в Пандемониуме, если бы Варшана была каким-нибудь подающим надежды матриархом из Совета, Анника бы не колебалась.

Но…

— Ты в порядке, леди Ваш-Тар? — спросила Анника. Руины Храма Безмолвных Рун стонали и тряслись вокруг них, Чёрная Вода пульсировала в стенах, как вены под кожей. Впереди Лавина и Мейра добивали последних выживших. Позади них диковатый эльф Сойлар рылся в трупах в поисках зелий или мазей, которые могли бы помочь им продержаться до тех пор, пока они не доберутся до Ксаэля – проклятого эльфа крови, который умудрился нарушить все законы мироздания, создать прорыв в будущее и таким образом поместить их в это уродское пространство, в котором они увидели Гибель Бездны.

Варшана была последней, с кем Анника хотела бы оказаться в подобном месте. Постоянно игравшая в слабоумие (или не игравшая?!) старая демоница из тех матриархов, которых Анника всегда ненавидела. И Анника даже не знала радоваться ей или грустить от того, что в этой грёбаной петле времени она обнаружила парочку близких знакомых и одного очень подозрительного эльфа, с которым познакомится много позднее.

Будущее было дерьмовым, и Аннике не терпелось оставить его в прошлом.

— Просто запыхалась. - Варшана прислонилась к стене и смотрела сквозь щель в потолке на небо. Точнее, на Разрыв, тоннель прошивший миры от Небес до глубин Бездны, который медленно поглощал небо. — Я в порядке. Не ранена.

— Ты уверена? - Анника положила руку ей на плечо. Для так называемой Надежды Бездны, которой Варшану по какой-то нелепейшей случайности судьбы, только что объявили местные жрецы разрушающегося мира, она была слишком нервной и слишком дрожала. Она явно была скорее светской львицей, чем боевым магом, хотя кто-то научил её очень точно метать снаряды тёмной силы. — Если тебе нужно зелье или Чёрная Вода, Сайлар их ищет.

- Сайлара вырвало то ли реактивной Чёрной водой, то ли кровью, а может, и тем, и другим, когда он думал, что никто не видит, - голос Варшаны звучал неуверенно. - Вся правая щека Марики усыпана этими жуткими кристаллами. А Мейра…

Ей не нужно было продолжать. Мейра по-настоящему пугала. Если бы Анника не видела, как она двигается и говорит, она бы решила, что подруга мертва.

— Забавно, — продолжила Варшана, не отрывая мрачного взгляда от неба. — Я надеялась, что, если мы привлечём демонов Пустыни и закроем Брешь, я смогу отойти в сторону и люди перестанут смотреть на меня так, будто я знаю, что делать. — Она сглотнула и нервно рассмеялась. — Но, видя это, видя, что произойдёт, если этот Архонт Белокрылых придёт к власти...

Наконец она повернулась и посмотрела на Аннику. В её глазах горел решительный огонь, который, казалось, был слишком силён для её полноватого тела.

- Я собираюсь спасти их. Всех, кто в нас нуждается. Если это моя обязанность, то ладно. Я больше не буду от этого прятаться.

В следующее мгновение решимость покинула её, и она добавила:

- Но я не справлюсь в одиночку. Я знаю, что ты пришла только ради своего брата, но... ты мне поможешь?»

— Конечно, — сказала Анника, с удивлением обнаружив, что говорит искренне. — Конечно, я тебе помогу.

— Когда мы только вернулись в Бездну, я сказала тебе, что никто не будет благодарить тебя за твою работу, — сказала Анника, вставая с кушетки и подходя к Варшане. — Я не просто болтала. Быть лидером, хорошим лидером, — значит получать обвинения в том, в чём ты не можешь быть виновата. Она протянула руку и сжала плечо Варшаны. — Это значит, что люди предъявляют к тебе требования, которых не предъявляют к себе. Это, конечно, несправедливо, но... такова природа людей, будь то гномы, эльфы или демоны.

- Можешь засунуть свои высокие стандарты себе в задницу, — проворчала Варшана, украдкой протирая глаза.

Анника усмехнулась и прислонилась бедром к столу.

- Я знаю, что это утомительно, особенно потому, что они твои близкие. Но даже если в данный момент тебе так не кажется, они пытаются помочь, пытаются быть хорошими друзьями по-своему. Когда ты видишь, как кто-то близкий делает что-то рискованное, что-то, из-за чего его могут убить...

— Ты Раймиру скажи, — вздохнула Варшана и кивнула. — Не то чтобы я там, во дворе, перерезала глотки девственницам! Я не чудовище!

- Но ты обладаешь огромной властью. Поверь той, кто тоже обладает огромной властью: напоминание о том, что несёшь ответственность перед другими людьми, может пойти тебе на пользу, даже если тебе кажется, что ты проглотила гвоздь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

17

Варшана посмотрела на неё и слегка улыбнулась.

— Что? — спросила Анника.

— С каких это пор ты стала такой ответственной и разумной?

Анника прижала руку к груди.

— Я не потерплю подобных обвинений, леди Ваш-Тар, как бы сильно я тебя ни любила.

Остальная часть разговора, к счастью, была свободна от моральных терзаний. Анника вкратце пересказала их злоключения в горах и подытожила:

— Так что, хотя в ближайшие несколько дней он не будет работать по двадцать часов в сутки, как вы привыкли, думаю, наш вашар скоро встанет на ноги.

— Хорошо, — Варшана кивнула. — Тогда мы можем продолжить готовить вечеринку, но Анника? Обещай мне, что заставишь его остаться в постели и как следует поправиться.

— Почему бы тебе не попросить меня поймать в лассо кракена, раз уж я здесь? — проворчала Анника. Но, возможно, под давлением приказа Варшаны Раймир действительно прислушается к ней и сделает перерыв.

…а может, и нет. Когда Анника вернулась в свою комнату, её взору предстало возмутительное зрелище: Раймир сидел в постели, окружённый бумагами, а на коленях у него стояла подставка для письменных принадлежностей.

— Как, — спросила Анника, уперев руки в бока, — всё это сюда попало?

— Один из слуг постучал в дверь, чтобы узнать, не нужно ли мне что-нибудь, — спокойно сказал Раймир. Если бы не едва заметная ухмылка в уголках его губ, Анника решила бы, что он даже не осознаёт абсурдность ситуации. — После этого мне оставалось только попросить, чтобы мои вещи принесли сюда. Я уже разобрался с большей частью вчерашних дел…

— Ты должен отдыхать!

— Я должен быть в своём кабинете или на тренировочном поле, — ответил Раймир, нахмурившись. — Мои обязанности не отменяются из-за того, что я болен.

— Раймир, ты хоть представляешь, с каким количеством чепухи и мелочей приходится сталкиваться матриарху каждый день?

— Полагаю, между оргиями и ритуальными жертвоприношениями? — Раймир на мгновение прикусил перо, перелистывая бумаги.

— Ты знаешь, как я и все остальные, хоть сколько-нибудь здравомыслящие люди, справляемся с этим? — продолжила Анника, не удостоив комментарий Раймира вниманием. — Я делегирую. Я поручаю своим помощникам заниматься тем, что на самом деле не требует моего внимания.

— Бедные помощники, — язвительно пробормотал Раймир, не отрываясь от пера. — Должно быть, уровень самоубийств просто ужасающий.

— И это говорит человек, который не далее как два дня назад довёл своего агента до слёз! — отрезала Анника.

Это обеспечило ей гневный взгляд и полное внимание Раймира.

— Она держит свой клинок так, словно это какая-то драгоценность, которую она боится уронить. Либо я избавлю её от этой привычки сейчас, либо она погибнет в первом же бою, — он фыркнул. — В любом случае, ты обещала мне объяснение.

— О, теперь ты хочешь сделать перерыв.

— Анника!

Как бы весело ни было насмехаться над Раймиром, объяснение давно назрело. Анника расшнуровала римские сандалии и забралась в постель, устроившись у изголовья рядом с Раймиром. Пока Раймир возился с бумагами, которые Анника придавила коленом, демоница ловко убрала подставку для письма и чернильницу с дороги Раймира.

— Не отвлекайся.

— Ладно, — Раймир скрестил руки на груди. — Поговорим. Может, начнём с того, что ты применила ко мне магию крови?

Анника потянулась к прикроватной тумбочке, где в ящике аккуратно лежала стопка знакомых бумаг. Она протянула их Раймиру.

— Это все записи о ритуале привязки. Со временем просмотри их, и я объясню всё, что тебя интересует. А пока я могу вкратце изложить свою… теорию.

Раймир взял бумаги, но ничего не сказал, лишь пристально посмотрел на Аннику взглядом, способным прожечь камень.

— Несмотря на то, что этот ритуал начинается с дисбаланса сил и продолжает его создавать, он должен быть хотя бы отчасти добровольным для всех участников, — Анника сложила руки на коленях, чтобы не теребить кольца. — Таким образом, необходимо добровольное согласие человека, которого «перековывают».

Раймир прищурился.

— Это сексуальный ритуал.

— Ха! Мы с Варшаной говорили то же самое, но Сайлар настаивал, что это могут быть и платонические отношения, — Анника наклонила голову. — Ты определил, что это примет сексуальный оборот.

— Что?! Нет, я не… — когда Раймир покраснел, его щёки стали пунцовыми, а кончики ушей — розовыми. Краска разлилась по его груди, и Анника на мгновение отвлеклась, осознав, как сильно ей хочется прикоснуться к нему.

— О да, так и было. Не в силах сдержаться, — она потянулась к Раймиру. Когда Раймир отпрянул, сверкнув глазами, внутри Анники что-то яростно забурлило. — Неужели так сложно признать, что ты мог заметить моё немалое обаяние и привлекательность?

— Я… — Раймир прикусил губу, не поднимая глаз. Румянец стал ярче, кожа горела ещё сильнее. — Это было… неуместно.

Анника наклонилась к нему, не сводя глаз с его пульса. Завладеть, укусить, пососать и заставить его стонать…

— Стоп! — Раймир положил руку ей на грудь, заставив её остановиться. — Прекрати! Я, может, и стерпел это прошлой ночью...

- Терпеть — это интересный способ описать, что ты кончил так сильно, что сперма брызнула тебе на подбородок...

Раймир впился ногтями в свою ключицу.

- ...но ты либо объяснишься сейчас, либо…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

18

— Я устрою, чтобы тебя бросили в темницу, пока не удостоверюсь, что ты не представляешь опасности для всей Бездны.

Анника так сильно стиснула зубы, что у неё заныла челюсть. Раймир вёл себя совершенно разумно, она это понимала, но Анника едва сдерживалась, чтобы не подчинить его своей воле. Однако она контролировала ситуацию. Контролировала.

— Конечно, — Анника глубоко вздохнула и продолжила. — В любом случае. Сайлар предупредил меня, что мне нужно, чтобы ты в какой-то степени подчинялся мне. Я… ну, изначально я планировала запугать тебя, чтобы ты сотрудничал со мной, опасаясь того, что я могу сделать, а не того, что я реально сделаю.

— Но ты случайно сделала это невозможным, — вздохнул Раймир, понимая, к чему клонит Анника.

— Верно. Мой запасной план, предложенный нашим любимым бездомным эльфом-отступником, состоял в том, чтобы изменить ход твоих мыслей, пока ты не сдашься, — Анника вздёрнула подбородок, приглашая Раймира прокомментировать это.

Раймир молча слушал, и взгляд его был мрачен.

— И хотя это сработало и связало нас, и исцелило тебя, я беспокоюсь… — Анника сделала ещё один глубокий вдох. — Я просматривала записи, всё, что мы с Сайларом и Варшаной смогли найти о ритуале. Сайлар также подтвердил, что ритуал повлиял на меня. По-своему.

— В каком смысле?

Анника протянула руку и положила пальцы на запястье Раймира, но не сжала их.

— Тебе нравится, когда я беру всё под свой контроль, когда я делаю тебя беспомощным.

На щеках Раймира снова вспыхнул румянец, и он открыл рот, чтобы возразить.

Анника остановила его, прежде чем он успел начать.

— Ради всего святого, мы оба там были, мы знаем, что было сказано. Неужели ты не можешь хотя бы раз не спорить? — когда Раймир неохотно замолчал, Анника продолжила: — Мне это тоже нравится. Не так сильно, но… Я думала… Я думала, что это просто моя обычная любовь — заставлять красивых мужчин выкрикивать моё имя…

— Неужели?

— …но когда ты пропал, это было похоже на… — Аннике пришлось отвести взгляд. — Я бы убила любого, кто встал бы между нами. Любого. Ничто не имело значения, кроме того, что ты в безопасности и со мной.

— Ты использовала магию крови, — жёстко сказал Раймир. — Ты, наверное, была близка к демоническому безумию, тобой почти овладела Истинная сущность, но так и не…

— Я знаю, каково это — Безумие Бездны, Ваш-Тар! — рявкнула Анника. — Я сталкивалась с этим всю свою жизнь! Это было по-другому. — Она яростно крутила кольцо на большом пальце, просто чтобы занять руки. — Это была… я, но не я. Мои мысли, но сильнее, чем должны были быть.

Раймир резко хмыкнул и отвернулся от Анники. Затем он кивнул, как будто что-то подтвердилось.

— Всё казалось естественным? Как будто это было… правильно?

— Вот именно.

— Но ты всё ещё… — Раймир указал на неё, — …взволнована. Меня это никогда не тяготило, когда мы не были, э-э-э, близки.

Это будет непросто. С гримасой на лице Анника сказала:

— Да. У меня… есть идея на этот счёт.

Молчание было мучительным.

— Я подозреваю, что сочетание… — Чёрт, это было неприятно. Именно поэтому Анника никогда не заводила серьёзных разговоров о чём-то личном. — …наблюдения за тем, как другой маг уносит тебя, и того унижения, что ты забрал мою магию, привело все эти инстинкты в неистовство.

Раймир закатил глаза.

— Я переполнен сочувствием.

— Да пошёл ты! — рявкнула Анника, вскакивая с кровати и принимаясь яростно расхаживать по комнате. — Ты такой высокомерный придурок! Я думала, тебя, чёрт возьми, похитили небесные, а ты только и можешь, что отпускать язвительные комментарии и вести себя так, будто…

Раймир сидел на кровати и сжимал переносицу. Внезапно он понял, насколько измотан.

— Ты права.

Анника замерла.

— …что?

— Я просил тебя быть честной со мной, даже если это неприятно, и ты это сделала, — вздохнул Раймир. — Я ненавижу быть уязвимым, но… ты тоже. Я прошу прощения.

Анника растерянно моргнула и почувствовала, как из неё уходит боевой дух.

— А. Э-э. Тогда спасибо.

— У тебя есть идеи, как это исправить? — спросил Раймир.

Анника присела на край кровати, чтобы они могли поговорить лицом к лицу.

— Я надеюсь. Старые тексты, которые переводил Сайлар, касаются не только выполнения ритуала. Они упоминают культурные верования, примеры из прошлого и тому подобное. Фрагментарно, но полезно.

Чёрт возьми, она снова начала болтать…

— В трактате, о котором я думаю, говорится о том, что древние эльфы довольно мелодраматично называли «дисбалансом изменённой души». По сути, когда эта связь подвергается сильному напряжению, это может вызвать… симптомы, которые я испытываю. Желание восстановить иерархию. Это должно решить проблему.

Подняв брови до уровня волос, Раймир откашлялся и спросил:

— И что для этого нужно сделать?

— Как ни странно, твоё нынешнее полумёртвое состояние может сыграть нам на руку, ведь ты не собираешься вставать и куда-то идти, — Анника сделала паузу, наслаждаясь эффектом своих слов. — Моя идея: ты останешься здесь, в постели, со мной на несколько дней. Я буду командовать тобой, ты будешь мне подчиняться, и мы займёмся сексом на каждом предмете мебели, — Анника широко улыбнулась. — Гениально, не правда ли?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

19

К сожалению, Раймир выглядел скорее обеспокоенным, чем заинтригованным.

— Я не могу пренебрегать своими обязанностями, чтобы целыми днями лежать в постели и заниматься любовью. Бездна скоро будет уничтожена. Мы в разгаре войны.

— О, так завтра ты будешь на ногах и будешь размахивать мечом, да? Сможешь бодрствовать больше двух часов?

Раймир с гримасой на лице опустил взгляд.

— Ты понятия не имеешь, сработает ли это, а я понятия не имею, как вести себя покорно, услужливо или как там ещё ты от меня хочешь.

— Просто следуй моим приказам, дорогой, — сказала Анника, протягивая руку и касаясь запястья Раймира.

Но Раймир отдёрнул руку.

— Я не могу. Прости, но… — он выглядел несчастным. — Я не могу этого сделать. Я верю твоим словам, я хочу помочь, но я просто… не могу.

Он знал почему, и голос Анники зазвучал тише, когда она сказала:

— Потому что я использовала на тебе магию крови.

Раймир кивнул, стиснув зубы так сильно, что, должно быть, ему было больно. Он отказывался смотреть Аннике в глаза.

Анника ударила кулаком по одеялу. Что она могла сказать?

— О, Раймир, не глупи! Почему ты просто не можешь забыть все эти ужасные пытки? В конце концов, когда на меня наложили кровавую магию, я отреагировала совершенно спокойно: совершила братобийство и стала бесчувственной демоницей-матриархом, чтобы никто больше не смог меня тронуть!

У него было очень мало времени, чтобы что-то сказать.

— Но… — Раймир наконец поднял взгляд, опушенный ресницами. — Я могу сказать тебе всё, что я о тебе думаю.

— Ты готов это сделать? Сейчас? — Анника была озадачена. — Когда ты такой покладистый и милый, ты наиболее уязвим.

Раймир отвернулся.

— Всё это будет напрасно, если к тому времени, когда начнётся этот дурацкий Летний бал, ты совсем сойдёшь с ума. И ты права, я прикован к постели. Так что да. — Он сглотнул. — Я сделаю это.

Анника не могла точно описать чувство, которое она испытывала, но оно было как минимум предвкушающим.

— Что ж. Если ты уверен, то лучшего времени для начала и не найти.

Смиренно кивнув, Раймир расправил плечи и начал перечислять оскорбления:

— Ты – проклятая ведьма крови. Ты – высокомерная сука. Ты - опасна для самой себя и всех нас…

О да, определённо это было предвкушение.

Ему было радостно ускользнуть, и от этой мысли он почувствовал себя виноватым. Но это было правдой. У него болела голова, ломило кости, а в животе всё переворачивалось, когда он смотрел на Аннику. Мысль о том, чтобы стать кем-то другим, а не Раймиром Ваш-Тар, была невероятно притягательной, и Раймир закрыл глаза, почувствовав головокружение.

Когда он открыл глаза, всё было прекрасно.

— Моя героиня, — рассмеялся Раймир и потянул Аннику за руку, чтобы та придвинулась ближе. Анника подчинилась, растянулась рядом с Раймиром на кровати и обняла его за бёдра. Раймир довольно вздохнул, когда они устроились. — Что там было про «на каждом предмете мебели»?

Анника просто изучала его, слегка нахмурив брови от сосредоточенности.

— Хм, ты выглядишь более расслабленным, меньше страдаешь. Тебе лучше?

Раймир кивнул, вытягивая ноги.

— Да. Это даже лучше, чем Чёрная Вода.

Ах. Обычно он бы никогда не сказал этого вслух. Даже в таком состоянии он был ошеломлён. Лучше не думать об этом.

Но в глазах Анники читалось то самое выражение — искра любопытства и сосредоточенности, — которое означало, что она не собирается оставлять эту тему.

— Все храмовые Стражи делают это? Какого это - принимать Чёрную Воду?

— Каково это — владеть магией? — в конце концов, он не отказывался отвечать на вопрос, а просто отвлекал Аннику другим вопросом.

— Полагаю, это довольно приятно, — пожала плечами Анника. — Это как прилив энергии и ясности, и это определённо спасало меня несколько раз, когда я была на пределе. Но ничего настолько сильного, чтобы я сказала, что это вызывает привыкание. — Она провела большим пальцем по губам Раймира, словно заявляя на них свои права. — А что насчёт тебя?

Вот вам и перенаправление. Раймир даже слегка лизнул большой палец Анники, надеясь отвлечь её.

Зрачки демоницы расширились, и Анника пробормотала:

— Ты в таком состоянии способен манипулировать.

Раймир снова облизнул подушечку большого пальца Анники.

— Хочешь продолжу?

— Возможно.

Раймир ухмыльнулся, обнажив зубы.

— Но сначала ты расскажешь мне о Чёрной Воде.

Разочарованно вздохнув, Раймир уронил голову на подушку.

— Я никогда не говорил об этом ни с кем, кроме лругих Стражей. Я не люблю об этом говорить.

— Я в курсе, — Анника протянула руку и крепко схватила Раймира за подбородок. — Но дело не в том, что тебе нравится, верно? Дело в том, что ты должен быть хорошим мальчиком и делать то, что тебе говорят.

— Я… я не знаю, что ты хочешь от меня услышать. — Ему никогда не нравилось не знать, чего от него ждут. Но в этот раз он испытывал особую муку, от которой ему было не по себе.

Анника раздражённо сказала:

— Раймир. Я не ищу правильного ответа. Я хочу, чтобы ты сказал мне правду, какой бы она ни была, и это меня устроит.

Ну… Когда она так говорила… Раймир действительно очень хотел ей угодить.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

20

— В первый раз это ужасно, — начал он, запинаясь. Анника просто слушала, рассеянно поглаживая большим пальцем подбородок Раймира. — Когда ты принимаешь обет, проводится церемония, на которой тебе дают первую пробу. Там присутствуют все твои собратья-Стражи. Тебя заранее предупреждают, что будет больно, но к тому времени ты уже всю жизнь тренируешься сражаться. Ты думаешь, что это ничем не отличается от перелома кости или разрыва мышцы.

Он отвернулся от Анники, вспомнив стеклянные окна в часовне и то, как в них отражался свет свечей.

— Это совсем не то. Это чувство… я не знаю, как это описать. Подавляющее. Всё становится чёрным, и нет ничего, кроме боли. Когда ты просыпаешься, все тебя поздравляют, говорят, как хорошо ты справился, но ты можешь думать только об одном: «Богиня, неужели мне придётся делать это каждый день?» И ты понимаешь, что уже не тот, что что-то в тебе изменилось, и ты не можешь это объяснить.

— И это нормально? С этим сталкивается каждый Страж? — На лице Анники читался неподдельный интерес. Она всегда жаждала узнать всё, и, несмотря на обстоятельства, Раймир был рад её вниманию.

— Все мы, — согласился Раймир. — Но доза на следующий день, вторая доза…

Он вздохнул и придвинулся ближе к Аннике.

— Это блаженство, но не такое, как от алкоголя или наркотиков. Это очень спокойное, умиротворяющее, но очень сильное чувство. Ничего не пугает, ничего невозможного нет. Всё будет хорошо. Ты чувствуешь тепло, безопасность и любовь.

Анника провела пальцами по волосам Раймира.

— Как вы вообще что-то делаете в таком случае?

— Это проходит. После первых нескольких недель эйфория сменяется более привычным ощущением. Это похоже на развитие толерантности к алкоголю, я полагаю. Чувства никуда не деваются, но они где-то на заднем плане, а не затмевают всё остальное. Это приятно. Приятна сила, этот гул чего-то ещё, что… — Он разочарованно махнул рукой. — Прости. Я никогда не был так красноречив, как Кайлан или Марика. Я не знаю, как это описать.

— Ты прекрасно справляешься, — Анника осторожно почесала ему затылок ногтями. — Я знаю, что отказ от Чёрной Воды крайне неприятен для демонов, которые пристрастились к ней, и иногда может привести к летальному исходу. Однако, по словам Варшаны, все… люди умирают, когда их лишают дозы.

— Это общеизвестная истина, — вздохнул Раймир. — Конечно, такое ощущение, будто ты умираешь.

Анника не стала его останавливать, и он продолжил:

— В первые несколько дней без подпитки ты чувствуешь усталость, раздражительность, боль. Тебе сложнее использовать свои способности. Через две недели ты как будто постоянно болеешь. Тебе постоянно холодно, постоянно болит голова. Через месяц…

В его глазах невольно выступили слёзы, и Раймир поморщился. Умоляющим взглядом он покачал головой, глядя на Аннику.

Анника притянула Раймира к себе ещё крепче, так что Раймир мог вдыхать только аромат её кожи и шёлка. Одной рукой он обхватил её затылок, запуская пальцы в завитки волос.

— Продолжай, милый. Расскажи мне, что ты чувствуешь.

Благодаря команде стало легче, но голос Раймира звучал напряжённо, когда он сказал:

— Через месяц это превращается в пытку. Ты не можешь есть ничего, кроме самого простого бульона, но твой организм пожирает сам себя. Ты отчаянно хочешь пить, но вода кажется почти отвратительной, её текстура неправильная. Всё болит. Невозможно уснуть. Всё невозможно. Я могу думать только о Чёрной воде и…

Раймир резко сглотнул и сжал руку Анники так сильно, что той, должно быть, стало больно. С натянутым смехом он добавил:

— Излишне говорить, что большинство людей долго не протягивают после этого.

— Но ты справился.

Было так приятно говорить о чём угодно, кроме его воспоминаний о том, как он лежал на полу в своей комнате и тихо надеялся, что кто-нибудь просто заставит его принять Чёрную Воду и избавит от боли. Это позволило тёплой, обволакивающей мягкости вернуться в его разум.

— Это была распространённая тема для обсуждения среди многих Стражей. Что убивало бывших Стражей: потеря Связи или трудности, связанные с отказом от неё? Лавина сказала, что ангелы переживают нечто подобное, если пытаются отделиться от Источника. И что они тоже задаются этими вопросами. Когда Варшана завербовала меня, идея проверить это стала реальностью.

— Я бы сказала, что удивлена тем, что Варшана позволила тебе так рисковать, но тебе, похоже, нравятся самоистяззания. Надо думать, Лавина такая же, раз протянула здесь так… долго.

Мысли о Падшей вернули ему ощущение счастья, потому что теперь он мог не думать о Чёрной Воде. И потому что Анника смотрела на него. Анника гладила его по волосам как будто… Как будто любила его. Раймир моргнул.

— Она хочет, чтобы ты думала, что она стойкая, но на самом деле рыдает обняв подушку над каждым любовным романом, который ей удаётся достать.

— Любовным… романом? — Анника рассмеялась, довольная и смущённая. — Лавина Чёрное Крыло любит слезливые истории?

Раймир улыбнулся, прижавшись к шее Анники.

— Особенно любовные истории Кайлана.

Анника отстранилась и просто уставилась на него.

— Кайлан пишет любовные романы?!

— М-м-м. Разорванные корсажи, тайные личности, коварные бывшие женихи — всё это и многое другое, — Раймир ухмыльнулся. — Мне это не по вкусу. Мне пришлось прекратить чтение книги, которую мне дала Лавина, когда стражник, сочинявший любовные стихи от имени своего лучшего друга, понял, что тоже влюблён в героиню. Но Лавина уверяет меня, что у этой серии есть небольшая, но преданная аудитория.

— Мне кажется, что всё, во что я верила, перевернулось с ног на голову, — сказала Анника, изумлённо моргая.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

21

Улыбнувшись, Раймир протянул руку, чтобы убрать со лба Анники выбившуюся прядь.

— Помогло?

— Хмм?

— Заставила меня говорить о Чёрной Воде, хотя я этого не хотел, — объяснил Раймир. — Это помогло тебе справиться с последствиями ритуала?

Анника прищурилась, и её улыбка померкла. Раймир забеспокоился, что перешёл границы. Демоница болезненно относилась к потенциальным слабостям даже в идеальных обстоятельствах, а здесь всё было далеко от идеала.

Но затем Анника ухмыльнулась с довольным видом.

— Даже в таком состоянии ты очень сообразителен. Это потрясающе.

Его сердце наполнилось теплом.

— Мы можем поэкспериментировать, если хочешь. Ведь я могу оставаться таким ещё какое-то время.

Анника усмехнулась и наклонилась, чтобы поцеловать Раймира в лоб.

— Может быть, позже. А сейчас я хочу, чтобы ты больше отдыхал, как и положено моему консорту.

— Какие мы требовательные, — притворно пожаловался Раймир, устраиваясь поудобнее. Поспать ещё немного — это было бы здорово. Даже в этом изменённом состоянии он не мог полностью избавиться от усталости. С каждым днём ему становилось всё труднее использовать свои способности паладина.

Эта мысль почти сразу же улетучилась, слишком расстроенная, чтобы её можно было допустить. Он сонно улыбнулся Аннике.

— Не уйдёшь?

— Полагаю, меня можно убедить пролежать в постели весь день. — Она поплотнее укутала плечи Раймира в одеяло. — Отдыхай.

И Раймир сделал это, как ему было велено.

Когда он очнулся, Анника легонько трясла его за плечо. Прошло по меньшей мере несколько часов; многие свечи догорели до основания, а некоторые были заменены. Анника переоделась в свободный красный халат, а на ближайшем к ней столе лежало несколько стопок бумаг, которые она явно сортировала.

— Не то чтобы ты был недостаточно милым, когда спишь, свернувшись калачиком, но я подумала, что сегодня тебе, возможно, захочется поесть. — Анника положила руку ему на плечо и рассеянно начала выводить пальцем узоры.

— Я не милый, — возразил Раймир, моргая и глядя на Аннику, которая взяла его за подбородок.

— Ты будешь милым, если я так скажу, — произнесла Анника одновременно властно и дразняще.

Это заставило Раймира рассмеяться.

— Хорошо, но я должен предупредить тебя, что я ни черта не смыслю в том, как быть милым. Мне никогда не требовались эти навыки.

Анника наклонилась и поцеловала его с удивительной страстью. Прижавшись губами к губам Раймира, она спросила:

— У тебя в голове всё ещё пузырьки?

— Самые шумные.

— Отлично. — Она прикусила нижнюю губу Раймира, а затем отстранилась и указала на поднос, стоявший на прикроватной тумбочке. — Я попросила принести тебе еды. Ты говорил, что не можешь есть жирную пищу, так что дай мне знать, если это не подойдёт. Хотя я не уверена, что можно сделать еду ещё более пресной, не превратив её в вату.

На подносе дымилась тарелка с кашей, в которой плавали несколько ломтиков зелёного яблока. Раймир взял её, наслаждаясь теплом тарелки в своих вечно холодных руках.

— Нет, это идеально. Обычно на завтрак у меня каша, а в другие дни — какой-нибудь костный бульон, если ломка очень сильная.

— О! Подожди минутку. — Анника встала с кровати и подошла к полкам тянувшимся вдоль одной из стен. Среди того, что выглядело как ингредиенты для зелий, стояла маленькая железная шкатулка с замком. Она открыла её и достала небольшой стеклянный флакон. — Дай мне посмотреть на твою тарелку.

— Пожалуйста, не используй меня для своих экспериментов, — сказал Раймир, послушно протягивая миску. Он понюхал светло-коричневый порошок, которым Анника посыпала его кашу, и его глаза расширились от аромата. — Корица?

— В Карадак попасть гораздо проще, чем рассказывают. Хотя меня предупредили, что вам, Ваш-Тарам, приходится практически за эти дороги едва не своими первенцами. — Она ухмыльнулась. — Я не буду есть безвкусную еду, только потому что парочку порталов удерживают ангелы.

Раймир снова принюхался, наслаждаясь ароматом. Это был очень знакомый запах, тот сорт специй, который делали у него дома, но как и сказала Анника, те миры давно были закрыты для путешествий из Бездны. Но даже когда жил в пустыне, Раймир нечасто ел такие вещи, они слишком дорого стоили для обычных людей. В Карадаке Стражам Храма подавали её в священные дни, добавляя в жаркое и десерты. Она считалась особым угощением для праздников и торжественных случаев. Знать его мира была без ума от таких вещей; торговцы специями на рынке с таким же успехом могли бы торговать Чёрной Водой, учитывая, сколько монет они приносили.

Мысль о том, чтобы посыпать ей ничем не примечательную тарелку с кашей, казалась почти развратной. Раймир посмотрел на Аннику из-под ресниц.

— Ты меня балуешь.

Анника ухмыльнулась.

— Всё для моего милого котика.

Корица удивительным образом улучшила вкус каши, и Раймир проглотил её с аппетитом изголодавшегося человека. Когда он доел и его желудок приятно наполнился, он посмотрел на коробку, в которой Анника хранила корицу.

— Что ещё у тебя там есть?

— Восхитительные чудеса, которыми я поделюсь с тобой, только если ты будешь очень хорошо себя вести, — сказала Анника, не отрываясь от заметок, которые просматривала. Она сидела на кровати рядом с Раймиром, прислонившись к изголовью и вытянув ноги. Их плечи постоянно соприкасались, и, скорее всего, это было не случайно.

Плотный обед чудесным образом поднял ему настроение, и Раймир с ухмылкой уселся напротив Анники.

— Я сейчас веду себя очень хорошо. Что я получу?

Саварэй, как Анника смотрела на него. От голода и сосредоточенности в её серых глазах у Раймира закружилась голова.

— Ну, полагаю, это зависит от обстоятельств, — сказала Анника, поднося большой палец к нижней губе Раймира. — Ты готов ответить на несколько моих вопросов? На вопросы, на которые не ответит твоя более консервативная и рациональная сторона?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— О да, — рассмеялся Раймир, ёрзая на коленях у Анники. Эта идея казалась непристойной, как будто это был секрет, о котором не следовало говорить.

— Хороший мальчик, — промурлыкала Анника, и её ухмылка стала шире, когда Раймир довольно вздохнул. — Тебе это так нравится, не так ли? Когда тебе говорят, какой ты милый и послушный.

22

— Очень.

Раймир обхватил губами кончик большого пальца Анники и стал посасывать его.

— А тебе нравится, когда я прикасаюсь к тебе? Анника просунула большой палец глубже, а её свободная рука скользнула по бедру Раймира. — Когда я тебя ласкаю?

Раймир лишь застонал, уткнувшись в большой палец Анники, и слегка покачнул бёдрами как будто требуя прикосновений.

— Тогда почему, — она вытащила палец изо рта Раймира и постучала его по носу, как будто отчитывала собаку, — ты время от времени закатываешь истерику и ведёшь себя так, будто не можешь меня видеть?

Надув губы, Раймир попытался вернуть себе большой палец Анники. Потерпев неудачу, он вздохнул и сказал:

- Есть несколько причин, и все они против меня. Например, инстинкты.

- Инстинкты?

Раймир слегка сдвинулся, как бы захватывая своими бёдрами её голое колено и потёрся о него, чтобы привлечь внимание Анники. Судя по растущему щекотанию, которое она ощущала внизу живота, это сработало.

- Это как... когда тебя кусает животное? И даже потом, когда оно успокаивается и ты снова прикасаешься к нему, ты все равно помнишь этот укус где-то в глубине сознания. Интуиция подсказывает мне, что ты укусишь, как укусили другие.

— Интересные слова от человека, который хотел трахнуть меня порвав дорогущее платье, за которое я только что заплатила.

Анника положила руку на ягодицу Раймира и сжала её.

— Теперь ты понимаешь, почему я могла растеряться.

Раймир выгнулся, прижимаясь к руке Анники, желая, чтобы та сжала его сильнее и в другом месте. Когда Анника вознаградила его, разминая мышцу, Раймир застонал:

- Я... я глава тайной службы дома Варш-Шах, я был командиром храмовой стражи, и мне не должно нравиться, когда ты заставляешь меня умолять.

Шлепок стал неожиданностью, приятным покалыванием, от которого соски Раймира затвердели. Он застонал, и его стон перерос в вскрик, когда Анника шлёпнула его по другой половинке. Ему было трудно возбудиться, когда из-за синдрома Чёрной Воды он был совершенно истощён, но его член отчаянно пытался встать.

— О, ему это нравится, — рассмеялась Анника, глядя на Раймира так, словно была готова проглотить его целиком. — Значит, наш большой и сильный вашар любит подчиняться, но не хочет в этом признаваться?

— Да-а-а! — голос Раймира дрогнул, когда Анника наклонилась и прикусила его сосок, но не сильно, лишь слегка. — Да, да, о, мне легче, когда ты заставляешь меня, когда... ах, ах, пожалуйста... когда магия позволяет мне просто сдаться.

— У меня есть прекрасная идея, мой послушный котик, — пробормотала Анника, покусывая Раймира за ключицу. — Почему бы тебе не рассказать мне, что тебе нравится больше всего? А потом, когда ты будешь упираться, ныть и вести себя очень серьёзно, я могу повторить всё это для тебя.

— Ты очень плохая демоница, — «отчитал» её Раймир, обнимая Аннику за плечи и притягивая к себе на колени. Он чувствовал, что Анника тоже возбуждена. Он добился этого одними словами и своим бесхитростным извиванием. — А если я так сделаю, ты меня угостишь?

— Какое угощение ты бы хотел? - Зрачки Анникаа расширились, а радужка почти исчезла.

Раймир отодвинулся и приподнял Аннику за талию, чтобы та немного откинулась на кровати. Устроив её так, как ему было нужно, Раймир наклонился и легонько поцеловал Аннику в ямку на шее.

— Мне нравится, когда ты лишаешь меня сил, — пробормотал Раймир. Кожа Анники была такой тёплой и на вкус казалась чистой и солёной. Он провёл губами по груди Анники оттягивая в сторону шёлковый лиф халата. — Все остальные, кто делал это, причиняли мне боль, но с тобой мне так хорошо. Лучше, чем когда-либо.

— Продолжай, — голос Анники звучал хрипло, словно она с трудом сдерживалась, продолжала изображать обычное ровное мурлыканье.

— Мне нравится, когда ты говоришь мне, какой я хороший, какой я красивый, — выдохнул Раймир, уткнувшись в грудь Анники. Солнечная, он бы никогда не признался в этом при других обстоятельствах; от одной мысли о том, чтобы произнести эти слова вслух, он бы безумно покраснел. Он пососал сосок Анники сквозь ткань, наслаждаясь тем, как тот напрягся под его губами. — Мне нравится, когда ты заставляешь меня чувствовать себя твоим маленьким избалованным питомцем.

- Ты И ЕСТЬ МОЙ маленький питомец, — прорычала Анника, запуская пальцы в волосы Раймира. - Мне даже не нужно надевать на тебя ошейник, чтобы все это видели.

Прижавшись щекой к плоскому животу Анники, Раймир смог лишь простонать:

- Мне нравится, что ты всё время берёшь меня как раба.

— Пламя! — прошипела Анника, и даже сквозь ткань халата Раймир почувствовал как сильнее забилось её сердце.

— И мне нравится, когда ты заставляешь меня чувствовать себя немного… пристыженным, - Раймир развязал пояс, удерживавший халат, и полностью обнажил Аннику. Всё, что открылось его взгляду – высокая грудь, тугие соски, плоский живот и чуть раздвинутые бёдра - было абсолютно прекрасно. — Когда ты напоминаешь мне, что я не должен любить это, что мне не должно так нравится, что ты меня трахаешь, что настоящий мужчина не должен так хотеть, чтобы его наполнили, что Страж Храма не должен так мечтать встать на колени и целовать ноги демоницы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

23

— С таким бодрым язычком тебе просто повезло, что я первая демоница, которая тебя приметила. — Анника с наслаждением потянула его за волосы. — Ну что, вашар, хочешь получить своё угощение?

— Да, — простонал Раймир, облизывая губы при виде приоткрывшихся лепестков Анники. — Пожалуйста?

- Покажи мне, на что ты способен, — приказала Анника, и Раймиру не нужны были дальнейшие указания.

Он не делал этого уже много лет: в хаосе его жизни не оставалось времени ни на что, кроме выживания. Последним, кого он ублажал, была Шана – одна из Стражниц, с которой он был по одну сторону в Карадаке, и ирония ситуации заставила Раймира улыбнуться, обхватив губами мягкие складочки Анники. Он слегка подавился и несколько раз провёл языком, пытаясь затронуть их глубже.

— Не мучай себя если не хочешь, — выдохнула Анника, крепко сжимая пальцами простыни.

Отстранившись ровно настолько, чтобы прошептать: «Но я хочу », Раймир с энтузиазмом вернулся к своему занятию. Он всегда был прилежным учеником, и ему было очень приятно узнать, что заставляет Аннику дрожать. Когда он провёл языком по маленькому бугорку, демоница застонала. Когда он обхватил его губами, Анника выгнулась. А когда он начал перекатываться языком снизу вверх, Анника выгнула спину и запрокинула голову, обнажив беззащитное горло.

О, Раймиру это понравилось. Ему это очень понравилось.

Он устроил беспорядок, но ему было всё равно. Он с интересом проверял, как глубоко достанет его язык. Когда бёдра Анники начали двигаться, Раймир обхватил их руками, не давая ей насаживаться слишком глубоко. Он был уверен, что сможет доставить ей настоящее удовольствие, но хотел контролировать процесс. Он не позволил бы ей на самом деле сделать того, чего он не хотел.

— Я близко, — предупредила Анника. Её голос дрожал, а бёдра тряслись.

Раймир отстранился ровно настолько, чтобы прохрипеть:

- Я хочу чтобы ты кончила на моём языке, - а затем снова набросился на неё. От этих слов Анника застонала, как от удара, а её движения стали резкими и нескоординированными. Она сделала это всего через несколько секунд, что-то неразборчиво прохрипев, и запульсировав под его губами.

Это было прекрасно.

После этого Анника смотрела на него слегка затуманенным взглядом. Раймир демонстративно облизал губы, подбородок и пальцы, для верности слегка постанывая.

— Ты просто огненная буря, — рассмеялась Анника, всё ещё тяжело дыша.

- В следующий раз Буря будет внутри тебя, — пообещал Раймир, и резкий, отчаянный вдох Анники стал для него лучшей наградой.

За следующие два дня Анника узнала три вещи.

Во-первых, она была гением, чьи идеи были ниспосланы самой Предательницей. Было абсолютным блаженством ощущать, как Раймир прижимается к ней, обхватывая руками и ногами, словно моллюск, и смотрит на неё с обожанием. Это чувство было почти физическим, как будто кто-то приложил алоэ к ожогу. К наступлению ночи она почувствовала, как странные, острые грани её собственных эмоций возвращаются в привычное русло.

То, что Раймир всегда был под рукой, помогало. Также невероятно полезным было то, что Раймир таял в её объятиях, отзывчивый и страстный. Каждый раз, когда она хватала Раймира, впивалась зубами ему в горло или облизывала его пальцы, демон поощрительно стонал и прижимался к ней ещё сильнее. Анника пила его поцелуи, как изгнанница в пустыне пьёт воду. Она исследовала каждый сантиметр его тела, от шрамов, оставленных на его коже, до мерцающих линий магической печати, которые Анника то и дело не совсем случайно задевала. Раймир лишь выгибался от её прикосновений, как кошка, которую гладят по шёрстке.

Анника, как правило, не любила делить с кем-то одну комнату. Даже в детстве она очень трепетно относилась к своему личному пространству. Будучи совсем маленькой, она однажды так сильно швырнула деревянный брусок, что на лбу бедного раба, которому было поручено привести её к ужину, остался шрам. Хотя теперь она швыряла вещи только для драматического эффекта и никогда не бросала их в слуг, ей всё равно не нравилось, когда люди находились в её покоях дольше, чем это было необходимо. Это было слишком интимно и нарушало её привычный распорядок.

Поэтому она была удивлена тем, что ей нравилось, когда Раймир практически не слезал с неё целых два дня. Ещё одно доказательство того, что ритуал оказал на неё неожиданное влияние. Скорее всего, всё прошло так хорошо только потому, что Раймир всё это время был нечеловечески милым и покладистым.

(В глубине души Анника была готова признать, что некоторые идеи Раймира тоже могли быть нашёптаны ему Вселенской Шлюхой Предателя, но она, конечно же, не собиралась говорить ему об этом. Он стал бы совсем невозможен.)

Второе, что она узнала, — это то, что оргазм на самом деле не выводит Раймира из состояния эйфории. Раймир был слишком измотан, чтобы нормально трахаться, но не настолько, чтобы обхватить бёдрами плечи Анники и стонать, требуя её брать глубже. После этого Анника, облизывая пальцы, ждала, что Раймир вскочит, плюясь и рыча. Вместо этого он остался лежать на кровати бесформенной грудой, тихо постанывая.

- Вашар?

— Ммм? - Раймир открыл глаза, на его лице читались лишь сонливость и нежность.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

24

— Ты всё ещё остаёшься самой приятной версией себя?

— Думаю, да, — пробормотал Раймир и нежно взял Аннику за подбородок.

— Что ж, это хорошая новость, — Анника поцеловала его в бедро. — И это даёт мне время, прежде чем ты попытаешься оторвать мне голову.

Раймир рассмеялся и погладил подбородок Анники костяшками пальцев.

— Эта голова? Слишком идеальна, чтобы её оторвать. Но всё же приятно, что ты беспокоишься. Это значит, что ты не сможешь оставить меня в таком виде. Если бы Ричард и Кайлан увидели меня таким, это подтвердило бы все их опасения.

Анника вытянулась рядом с Раймиром, наслаждаясь тем, что тот прижимается к ней в ответ.

— Ты говорил, что в Карадаке была почти эпидемия магии крови?

Раймир нахмурился, но кивнул и ответил:

— Покров там был ужасно тонок. Демоны и духи стекались в этот регион, как животные к водопою.

— Учитывая все обстоятельства, этот город, пожалуй, худшее место, куда тебя могли отправить, — Анника убрала прядь тёмных волос со лба Раймира.

— Это было не идеально, — вздохнул Раймир. — Но Кашан был одним из самых густонаселённых городов Пустыни, и это было ещё до наплыва беженцев. Для работы с Песчанными Ведьмами требовались живые тела, а я не мог вернуться в башню Чёрного Песка. — Он посмотрел в сторону. — Хорошо это или плохо, но Кашан сделал меня тем, кто я есть.

Анника притянула его к себе, прижав голову Раймира к своему плечу.

— Ты расскажешь мне об этом? Когда придёшь в себя? — Она провела рукой по распущенным кудрям Раймира. — Я знаю, что сейчас ты счастлив. Мне бы не хотелось это прерывать.

Ответный взгляд Раймира был полон тепла и обожания.

— Для тебя — всё что угодно.

Третье и последнее, что узнала Анника, — это то, что к Раймиру действительно приходило огромное количество людей, чтобы побеспокоить его. К середине второго дня Анника отшила четырёх посыльных, Диору, двух лейтенантов, Кайлана Златопёра и трёх мелких приспешников, посланных интендантом. И это были только те, кому удалось выяснить, что Раймир сейчас находится в комнате Анники. Вокруг башни Раймира собралась целая группа потенциальных вредителей, которые выглядели растерянными и потерянными без его распоряжений.

Однако Аннике не удалось отвязаться от Марики. Подручная Варшаны заметила, что она пошла обедать, и последовала за ней в её комнату, протиснувшись мимо неё, как таран в женском обличье. К счастью, Раймир был одет, сидел, скрестив ноги, у изголовья кровати и выглядел вполне прилично.

— Ты в порядке? — Марика склонилась над ним, словно проверяя, не ранен ли он. Она бросила на Аннику убийственный взгляд через плечо. — Тебя никто не видел уже несколько дней. Кайлан говорит, что Анника не позволяет никому тебя видеть.

— А, так Кайлан теперь бегает и ябедничает на тебя? — фыркнула Анника. — Как всё изменилось.

— Я в порядке, Марика, — заверил её Раймир. Он улыбнулся ей. — Я клянусь. Я восстанавливаюсь, Анника заставляет меня отдыхать.

Марика прищурилась.

- Ты другой.

Раймир рассмеялся.

«Тебя не проведёшь, да? Я обещаю , что со мной всё в порядке. Это побочный эффект ритуала, не более того. К завтрашнему дню я буду в норме».

Она молчала, пристально глядя на него сверху вниз.

Совершенно раскрепостившись, Раймир добавил: «Если нет, то, обещаю, ты сможешь ударить Анникаа».

— Прошу прощения?!

Этого было достаточно, чтобы она улыбнулась.

- Хорошо, я тебя оставлю. Но мы обсудим это завтра, Раймир.

- Ты можешь рассказать мне обо всём, что я пропустил, — согласился Раймир.

Анника подождала, пока советница Варшаны благополучно выйдет из комнаты, и только потом сказала:

- Она не имела права меня толкать. Она толкается сильнее тебя.

Раймир не стал спорить, а просто рассмеялся и откинулся на руки.

- Что ж, наверное, так будет лучше. В конце концов, мне придётся вернуться в реальный мир.

- В реальный мир?

Пожав плечами, Раймир потянулся, чтобы поиграть с цепочками, украшавшими лиф платья Анники. В такие моменты он мог быть очень фамильярным.

— Вернуться в реальный мир, к работе, к моим реальным мыслям, как бы ты к ним не относилась. Это прекрасно — не беспокоиться ни о чём, - его улыбка окрасилась откровенной грустью. — Но это не я.

Такой уровень откровенности заставил её прижать Раймира к кровати и страстно поцеловать его. Прижавшись губами к губам Раймира, она прошептала:

- Я бы целовала тебя вечно, если бы ты этого хотел. Я бы придумала какое-нибудь оправдание для всех этих людишек, можешь не сомневаться.

Раймир посмотрел на неё снизу вверх — само воплощение влюблённого мужчины.

- Я знаю. Но в таком состоянии я бесполезен для матери, для Бездны… И для тебя, Анника. Ты это знаешь.

Анника провела пальцами по волосам Раймира, лениво размышляя о том, как бы они выглядели, будь они достаточно длинными, чтобы обернуть их вокруг её кулака.

- Бесполезный — слишком сильное слово. Мне несколько раз приходилось заставлять тебя прекратить работу.

Это вызвало взрыв смеха.

- Хотел бы я, чтобы ты это почувствовала, ты бы сразу поняла. - Прикрыв глаза, Раймир прильнул к Аннике. - Работа, которой я занимаюсь в эти дни, не требует от меня особых размышлений, и я знаю, что эти формы пройдут через множество рук, помимо моих. Но всё, что требует стратегии… меня слишком легко отвлекают мысли о тебе.

Все. Падшие. Бездны. Раймир только что сказал это на самом деле? У Анники на долгих десять секунд перехватило дыхание. Она вздохнула, прижавшись к щеке Раймира, и почувствовала что-то странное, похожее на отчаяние. Как она могла оставаться холодной и властной перед лицом такого? В пылу гнева, когда она отдавала Раймиру приказы, которые должны были сделать его милым и глупым, Анника полагала, что так им будет легче управлять. Вместо этого она обнаружила, что её захлестывают волна за волной безусловной привязанности, которая изматывает её так же, как океан стирает скалу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Это было чудесно. Это было ужасно.

— Не хмурься, — пробормотал Раймир, проводя пальцем по губам Анники. — Почему ты расстроена?

«Потому что нежные чувства смертельны», — хотела ответить Анника. Вместо этого она откинулась назад, опираясь на пятки и наслаждаясь ощущением тёплого, твёрдого тела Раймира под собой.

— Прежде чем я погрузила тебя в сон, ты был... очень расстроен из-за того, что я применила к тебе магию крови. Я беспокоюсь, что, когда ты придёшь в себя, тебе покажется, что это было пугающе похоже на то, что с тобой делали. В прошлом.

25

Раймир несколько раз открыл и закрыл рот, явно подбирая слова. Разочарованно хмыкнув, он откинулся головой на подушки.

— Это… я не могу сейчас это объяснить. Прости, — он постучал себя по лбу. — Это слишком сложно, и мои мысли просто улетают в сторону. Я могу попытаться, если ты…

— Нет, — сказала Анника, качая головой. — Я позволю тебе ещё немного насладиться отдыхом от реальности. Когда мне вернуть тебя обратно?

— Давай попробуем в Стране Снов! — сказал Раймир, на удивление быстро переходя от сдержанности к воодушевлению. — Мы не видели там последствий ритуала, и это даёт мне ощущение безопасности.

Анника моргнула и не смогла сдержать дрожь в голосе.

— Безопасности?

Раймир ухмыльнулся и потянул Аннику за цепочку на платье.

— Полной безопасности. Позволь мне показать, как я тебе благодарен. У нас ещё есть несколько часов.

Несмотря на то, что Раймир отвлёк её, Анника всё равно «проснулась» в Сумраке с чувством тревоги. Это станет проверкой её самоконтроля на всех уровнях. Она всё ещё помнила сокрушительную волну эмоций во время ритуала, когда Раймир обрушил на неё поток ужасов после того, как к нему вернулось чувство страха. Неужели всё будет так же плохо?

«Всё будет хорошо. Я - Анника из Дома Нар-Шах, потомок сотни поколений матриархов. Я проводила дни в Пандемониуме, общаясь с демоницами, которые убивали так же легко и безжалостно, как кто-то может прихлопнуть муху. Я прошла Небесный Свод и десятки Срединных миров. Какую бы гадость не придумал для меня Раймир после почти трёх дней чистого наркотического обожания, это будет далеко не самое худшее, что я когда-либо видела».

- Смотришься просто прекрасно.

Раймир сидел на своём обычном месте, среди мехов, и сонно щурился от солнечного света. Увидев Аннику, он просиял.

— Вот ты где.

— Ты уверен, что хочешь продолжить? Я всегда могу всё отложить до завтра, если ты предпочтёшь ещё одну спокойную ночь, — предложила Анника, присаживаясь рядом с ним.

— Нет, это всё равно что снять прилипшую к ране повязку, — решительно кивнул Раймир. — Лучше сорвать её одним движением и покончить с этим.

— Верно, — резко сказала Анника, протягивая руку. — Пожалуйста, возьми меня за руку.

Раймир положил свою руку на ладонь Анники и одарил её последней милой улыбкой.

— Когда будешь готова.

Более тщательная подготовка или какой-то ритуал могли бы немного успокоить нервы. Но вместо этого всё оказалось до боли просто. Её магия мягко потекла, как струйка воды, по руке и попала в татуировку Раймира. Линии вспыхнули ярким золотистым светом, и она со смирением наблюдала, как Раймир внезапно напрягся.

Мир вокруг них содрогнулся от мощного толчка, словно землетрясение сотрясло реальность, когда эмоции Раймира хлынули в Тень. Анника втянула в себя воздух и надавила на него своей волей, как если бы призывала демона или пробивалась сквозь лёд магией.

«Первое правило магии, дочь моя, заключается в том, что ты всегда должна контролировать её». Голос матери, руки, которые казались невероятно мягкими и нежными, направляли её во время первых попыток колдовства, когда она начала заниматься магией в нежном возрасте шести лет.

Нет. Нет, последнее, что ей сейчас было нужно, — это воспоминания о семье. Анника стиснула зубы и сосредоточилась на том, чтобы создать устойчивые стены, прочный пол, остров порядка посреди бушующего океана Хаоса, которым была Страна Снов. Хотя поток чувств Раймира (тысяча острых, колючих осколков стыда) всё ещё не утихал, мир вокруг них снова стал устойчивым и прочным.

— Ну, привет тебе... — Анника замолчала, заворожённо открыв глаза и увидев, что линии татуировки всё ещё светятся.

Раймир с любопытством уставился на неё, поворачивая руку так и эдак, чтобы рассмотреть со всех сторон. Выражение его лица было встревоженным, но нельзя было отрицать, что он был заинтригован.

— Прекрасно, не правда ли? — непринуждённо спросила Анника. — Как и всё, что я создаю.

Раймир не ответил и слегка откинулся назад, чтобы посмотреть на своё тело.

— Ты ведь впервые видишь её во всей красе, да? — продолжила Анника, которой не понравилось отсутствие ответа.

— Нет, — голос Раймира звучал ровно. — Я увидел это, когда ты применила ко мне магию крови.

Что ж. Это немного испортило настроение.

— Рада видеть, что ты такой же обаятельный и располагающий к себе, как и всегда.

Даже Аннике показалось, что веселье звучит наигранно, но она не знала, что ещё можно сделать.

— Пока ты хмуро пялишься на моё творение, я пойду...

Раймир обхватил её запястье удивительно сильными пальцами.

— Подожди. Просто... подожди.

Выражение его лица было суровым, почти сердитым, но что-то в его поджатых губах выдавало крайнюю степень отчаяния. Анника осторожно присела рядом с ним и внимательно посмотрела на него.

— Тебе лучше? — отрывисто спросил Раймир. Он не смотрел на Аннику, и его щёки пылали. Вся его поза говорила о том, что он хочет побыть один, но он не отпускал запястье Анникаа. — С побочными эффектами удалось справиться?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

26

Желание ответить что-нибудь остроумное возникло мгновенно. Но рука Раймира слегка дрогнула, и это движение было едва заметно на коже Анники. Поэтому она накрыла руку Раймира своей и сказала:

— Да, это очень помогло. Я… я хочу ещё раз поблагодарить тебя. Ты вернул мне контроль, и я знаю, что это было нелегко.

Раймир издал смешок, безрадостный и натянутый.

— Это было проще простого. Сложнее всего было вернуться.

— Есть ли… могу ли я чем-то помочь? — Пламя, это было унизительно — выставлять эту часть себя напоказ, как ребёнок, ожидающий похвалы за свой художественный проект.

Раймир повернулся, чтобы посмотреть на неё, и сжал челюсти так сильно, что, должно быть, ему было больно. По его лицу ничего нельзя было понять, кроме того, что он напряжён. И всё же углубления и завитки его татуировки слегка светились, угасая с яркостью заката. Он был прекрасен, несправедливо прекрасен.

— Ты многого от меня требуешь, — наконец сказал Раймир резким тоном. — И с каждым днём требуешь всё больше. Ты используешь на мне магию крови, а потом целыми днями носишься со мной, как с писаной торбой, и я должен просто…

Он резко покачал головой. В его глазах стояли слёзы, и Анника, честно говоря, не могла понять, какие чувства их вызвали.

Анника умела успокаивать, говорить ободряющие слова, которые ничего не значили. И всё же, когда ей действительно хотелось искренне успокоить кого-то, она чувствовала себя неуклюжим ребёнком.

— Я… я знаю, что это несправедливо, что это нечестно, но…

— Мне кажется, ты вскрыла меня и запустила пальцы в мой грёбаный мозг! — выпалил Раймир. — Ты завладела мной, а я ничем не владею!

Анника напряжённо и молча смотрела на него. Всё, о чём она могла думать, — это как Раймир смотрит на неё снизу вверх, и в уголках его глаз появляются морщинки от нежности. «Я слишком легко отвлекаюсь на мысли о тебе», — самое уязвимое место, какое только можно себе представить.

— Есть один секрет, который я могла бы тебе раскрыть, — и, чёрт возьми, её голос срывался. — Он… он касается вопроса, который ты задавал раньше.

Раймир прищурился, невольно заинтересовавшись.

— О?

Анника должна была двигаться, сделать это сейчас, иначе она никогда этого не сделает. Она вырвала руку из хватки Раймира и направилась к двери в другом конце комнаты. Глубоко вдохнув, она упёрлась в дверь ладонями и сосредоточилась на Сумраке за ней. Движение, цель, чистая воля — надеясь, что этого будет достаточно, чтобы не дать эмоциям захлестнуть её и лишить с таким трудом завоёванного контроля.

Всё сложилось так легко, словно какая-то часть её души всё это время ждала возможности воссоздать эту мрачную сцену. Вероятно, помогло то, что всё было таким знакомым, а детали семейного особняка вспоминались так же легко, как детская колыбельная. Она решила, что это будет застывшее мгновение. Этого должно быть достаточно для Раймира. При виде того, как её брат ходит и говорит, Анника потеряет контроль над собой.

Она отошла от двери, не глядя на Раймира.

— Сюда.

Раймир осторожно подошёл к ней.

— Что ты мне показываешь?

Анника почувствовала, как у неё перехватило дыхание, и сглотнула. Выпрямилась, посмотрела прямо перед собой, сохраняя спокойствие. Её мать всегда говорила, что это ключ к тому, чтобы не выдать себя на публике, когда тебя переполняют ужасные эмоции. Этого должно быть достаточно, чтобы она справилась. Она надеялась.

— Ту ночь, когда я вернула себе власть.

Она ждала вопросов, ждала, что Раймир скажет что-нибудь необдуманное. Но тот лишь кивнул.

— Веди.

Дверь распахнулась, и взору предстал изысканно обставленный коридор фамильного поместья Нар-Шах на окраине Пандемониума.

— Моя прапрапрабабушка спроектировала дом по образцу тогдашнего дворца Архезы. — Она произнесла эти слова машинально, мысленно возвращаясь в безопасное прошлое и стараясь не смотреть на бронзовую люстру, с которой она когда-то спрыгнула в порыве юношеского бунта. — Та Археза любила светлое дерево, узкие окна, ороланское стекло и колонны. Несколько поколений дом считался ужасно старомодным, но в последнее время в моде снова стали отсылки к эпохе Бури. Мы держали…

— Анника.

— В ту ночь не горели ни свечи, ни фонари, и широкий коридор был погружён во тьму.

По лицу Раймира ничего нельзя было понять, если бы он не стоял так близко.

— Дыши.

Когда она успела так напрячь спину? Когда она успела так часто задышать? Она моргнула, глядя на Раймира и стараясь не потерять равновесие при виде сына Варшаны, стоящего в доме её детства.

— Я дышу.

— Тогда дыши помедленнее. — Осторожно, словно имея дело с нервным дрейком, Раймир протянул руку и положил её на плечо Анники.

Её тяжесть на самом деле пугала — что-то реальное и незыблемое посреди кошмара из прошлого. Анника снова сглотнула и сделала несколько медленных вдохов.

— Это одно из поместий моей семьи.

— В Карласе. — Раймир немного неправильно произносил название города, и от этого становилось ещё тревожнее.

Анника почувствовала пугающую оторванность от течения времени и на мгновение засомневалась, когда она это сделала.

— Да. Полагаю, ты знаешь, что привело меня сюда?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Эпилог

Сцена, открывшаяся перед ними, была одновременно ужасной и до странности обыденной. Она увидела себя в более молодом возрасте, привязанной к столу и откровенно рыдающей. Над ней стоял её брат и ножом рассекал нежную кожу на внутренней стороне её локтя, выпуская алую струю. Это была магия крови, безошибочно узнаваемая, тёмная и ужасная. И всё же, если смотреть на это с точки зрения кого угодно, кроме перепуганного человека на столе, все скучные детали внезапно становились очевидными.

Наместник выглядел измождённым и убитым горем, несмотря на свою мрачную решимость. Анника на столе представляла собой перепачканную кровью бесформенную массу, которая пыталась что-то сказать несмотря на кляп. Если не считать зловещих символов на полу и стенах, вся комната явно прошла хорошую борку. Это была просто комната. Её брат был просто обычным демоном. А Анника была просто дурой, которая сама подожгла свою жизнь.

За её спиной Раймир громко ахнул.

— Это… о, Анника. Это твой… твой брат, не так ли?

— Он приказал рабам разбудить меня посреди ночи и стащить вниз по лестнице, — её голос звучал странно монотонно. — Ему не нравилось, что я не хочу подчиняться. Что я вернулась и порчу его так замечательно устроенную жизнь. Поэтому он откопал старый ритуал, который должен был всё исправить. Превратить меня в послушную марионетку, которая больше не будет мешать его планам.

Раймир не решался пройти мимо Анники, явно не желая заходить в комнату без необходимости. Он не убирал руку со спины Анники.

— Никто не знал, что он изучал запретную магию. Что он – маг крови.

— Он им не был, — и то, что должно было стать горьким смехом, прозвучало как сдавленное рыдание. — Всё моё детство он твердил мне, что тот, кто сильнее не причиняет боль другим ради власти, что мы должны использовать слова, а не грубую силу, чтобы изменить Бездну. А потом, когда он впал в отчаяние, он причинил боль мне.

— Что случилось? — голос Раймира был мягким, как спасательный круг.

— Я до крови натёрла запястья, — если присмотреться, то можно было заметить, что на коже молодой Анники уже начали появляться следы от верёвки. Ещё несколько рывков, и потечёт кровь. — Я была в ярости и напугана, и всё, о чём я могла думать, — это то, что всё это не имеет значения и…

— Тогда ты впервые применила магию крови, — в голосе Раймира слышались какие-то эмоции, несомненно, что-то важное. Но Анника могла смотреть только на лицо брата, всё ещё полное жизни и решимости. Её родной старший брат, о Пламя, она так по нему скучала…

— Я убила его, — прошептала Анника. — Я убила собственного брата. Последнего выжившего Нар-Шаха кроме меня.

Внезапно она почувствовала, как её прижимают к сильному плечу, и Раймир крепко обнял её.

— Выведи нас отсюда, — приказал Раймир своим «командирским» голосом. — Верни нас в реальный мир.

С тяжёлым вздохом Анника так и сделала, наконец ослабив железную хватку, которая удерживала их в Стране Снов, пока она сама разваливалась на части. Когда она открыла глаза и увидела свою спальню в крепости, она чуть не разрыдалась от облегчения.

Она была, как она смутно осознавала, в слезах. Её лицо было мокрым, а плечи дрожали. Когда это произошло? Когда Раймир крепко обнял её, Анника могла думать только о том, что её лицо, должно быть, такое же красное, как у Анники из её воспоминаний.

Однако Раймир был тёплым и надёжным. Его руки всегда были холодными, но широкая грудь излучала тепло, когда он прижимал Аннику к себе. Эти холодные руки успокаивающе гладили её по спине. Голос Раймира звучал так серьёзно, как Анника никогда раньше не слышала, когда он сказал:

— Спасибо, что показала мне это. За то, что сказала мне правду.

— За то, что я рассказала тебе, какой я человек? — чуть ли не выпалила Анника. Волна отвращения к себе заставила её с силой оттолкнуть Раймира. Но она этого не сделала. Притяжение тепла и любви было слишком сильным, чтобы сопротивляться, особенно сейчас.

Раймир лишь вздохнул и сказал всё тем же серьёзным и мягким тоном:

— Думаю, мы больше похожи, чем нам хотелось бы признавать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Конец