Не ссы, Капустин

Среди множества нарисованных знаменитостей я, разумеется, отобрал только тех, кто мне нравится, как ни странно, но победителем оказалась прелестная носастая блондинка Пэрис Хилтон. Я не знаю кто или что это, слышал, конечно, о наследнице буржуинов Америки, сумевшей, словно Эжени Бушар, сделать себе имя, будучи ничтожной потаскушкой, а это само по себе достойно если не уважения, то хотя бы минимального внимания, ведь феномен так бесящих меня соцсетей и СМИ имеет место быть вне зависимости от моего презрения, так что стоит и мальца поизучать всю эту срань из говённых нолей и единиц, не стоящих сигареты или глотка воды в реальности.

- Слушай, - невероятно серьёзно, толково и дельно убеждал маленький медвежонок, более известный как Пох, застигнутую им блондинку, угрожая свинорезом, - поскольку Машка жадная свинья Шарапова пожадничала и не оплатила моему приятелю платные сайты с трансами, то ты может. А ?

- Х... й на ! - отрезала Хилтон, нисколько не пугаясь свинореза.

И тогда медведю ничего не оставалось, кроме как позвать меня. Я был строг. Суров. Решителен. Схватив Пэрис за шею, поставил её на колени и воткнул мой невероятно эрегированный член в рот её алчный, ненасытный.

- Соси, тварь, - страшно хрипел я, так и не оставив видео знаменитого на весь мир отсоса поганки в личном, как эрекция или холокост, архиве, - впроглот соси.

Наполнив её глотку чорной спермой фашизма, я позволил Поху завершить начатое.

- На, сука !

Медведь подпрыгнул и вонзил лезвие свинореза Хилтон в шею.

- Проверь матку, - приказал я ему, изображая виртуального Чарли Мэнсона. - Вскрой эту падлу, Пох, как консервную банку вскрой.

Он разрезал брюшину, но матки там не оказалось.

- Ампутировали ей матку - то, - говорил мне медведь, когда мы сваливали угонным рейсом в Пакистан, вышвырнув всех пассажиров из Восточной Европы за борт авиалайнера, особо выделив граждан проклятого Израиля, не выкинутых в атмосферу, но медленно расчленённых мною с Похом, - как поганке Анджелине Джоли сиськи. Отрезали на х... й.

- И это правильно, - голосом Горби говорил я, угощая медведя пиццей, - собакам - собачья смерть.

Мы приземлились в Джелалабаде и призвали на священный газават всех мух и черепах Азии.