Система Вечного Целомудрия Глава 1. Система вечного целомудрия?

Оригинал - автор: 云墨, название: 伪娘云墨的带锁生活. Перевод с китайского - Осирис.

Глава 1 Система вечного целомудрия?

Ночь окутала лестничный пролет непроглядной тьмой. Шаги девушки были такими легкими, словно перышко бесшумно падало на пол. На ней была черная форма JK в стиле матроски, короткая юбка открывала длинные, белоснежные ноги, а подол слегка колыхался при каждом шаге, точно призрачный танец теней в темноте. Она осторожно ступала по лестнице, стараясь не потревожить спящий звуковой датчик света. Добравшись до третьего этажа, девушка остановилась у двери, рядом с которой приютился аккуратный обувной шкафчик. На его полках ровными рядами стояли несколько пар обуви, каждая из которых, казалось, молчаливо рассказывала историю своего владельца.

На верхней полке красовались изящные туфли к униформе, их лакированная поверхность едва улавливала слабый свет коридора, отбрасывая тусклые блики. Нижняя полка была отдана под коллекцию лаковых туфель на высоком каблуке — разноцветных, но особенно выделялась пара черных с красной подошвой. Девушка протянула руку и бережно взяла одну из туфель. Кончики ее пальцев скользнули по гладкой поверхности, лаская ее с почти чувственной нежностью. Обувь была ухоженной, от нее исходил тонкий аромат кожи, смешанный с чем-то неуловимо соблазнительным. Она поднесла туфлю к лицу, вдохнула глубже, закрыв глаза, словно растворяясь в этом едва уловимом удовольствии. Но не успела волна возбуждения захлестнуть ее тело, как порыв был безжалостно задушен холодным, серебристо-белым поясом целомудрия, сковывавшим ее плоть.

«Черт… Надо было не надевать эту штуку перед выходом», — пробормотала она, ее голос был тонким, почти как комариное жужжание, с ноткой досады.

Она приподняла подол юбки, обнажая гладкую, лишенную волос кожу, обработанную лазерной эпиляцией. Маленькая металлическая крышка, впивающаяся в плоть, выглядела как изощренное, но жестокое произведение искусства. Из крошечного отверстия в 'области клитора' сочилась прозрачная, похотливая влага. Когда юбка задралась выше, тонкая серебристая нить, тянущаяся от клитора, прилипла к ткани, поблескивая в тусклом свете. Девушка — или, точнее, маленькая сисси, называющая себя «Юньмо» — нетерпеливо схватила туфлю на каблуке и легонько пнула ею свои набухшие от месячного воздержания яички, которые с начала летних каникул томились в мучительной агонии.

«Сучка Юньмо, так возбуждаешься, когда твои никчемные яйца пинают каблуком? Не можешь даже встать, жалкая запертая сучка, твой бесполезный отросток годится только для вечного заточения в поясе целомудрия», — шептала она, унижая себя с мазохистским наслаждением, в котором сквозило тайное ликование. Ее запертый член, словно тоже чувствовал унижение, дернулся в металлической клетке, но лишь бессильно уперся в холодную поверхность.

В этот момент из туфли неожиданно выпал предмет — тонкое серебряное кольцо с ромбовидным розовым камнем, слабо мерцавшим в темноте.

«Хм, что это? » — Юньмо с любопытством подняла кольцо, вертя его в пальцах.

«Почему в туфле было кольцо? »

Она примерила его на средний палец левой руки — размер оказался идеальным, словно кольцо создавали специально для нее. Подняв руку, она полюбовалась им при свете луны, льющемся с открытой террасы, и уголки ее губ тронула легкая улыбка.

Но тут снизу донеслись четкие, уверенные шаги — «тап-тап», ритмичные и тяжелые. Сердце Юньмо екнуло: кто-то возвращался. Она поспешно вернула туфлю на место, оправила юбку, стараясь придать себе невозмутимый вид, и направилась вниз. В спешке она совсем забыла про кольцо, а на ее пальце розовый камень мигнул едва заметным светом, словно запуская некий таинственный ритуал.

«Фух, хорошо, что это всего лишь сосед со второго этажа. Если бы это была Лань Юй, мне бы пришлось несладко», — бормотала Юньмо, спускаясь по лестнице, все еще чувствуя, как бешено колотится сердце.

Лань Юй была ее однокурсницей, студенткой той же специальности, с которой их свел общий интерес к косплею. Как и родители Юньмо, родители Лань Юй постоянно работали за границей, зарабатывая деньги.

Впервые увидев Лань Юй, Юньмо была поражена ее холодной, почти аристократической красотой. В тот момент что-то мягкое и уязвимое в глубине ее души дрогнуло. Она искала любой повод быть рядом, но не решалась открыть свои чувства. Со временем они стали близкими друзьями, но Юньмо продолжала прятать свою влюбленность в глубине сердца.

Легкий ветерок пронесся по лестнице, задрав черную плиссированную юбку и обнажив ее голую попку. Она торопливо прижала подол руками, щеки вспыхнули румянцем. Под юбкой не было ни защитных шортиков, ни даже самых тоненьких трусиков — только серебристая клетка целомудрия, сковывающая ее плоть, не оставляя ни малейшей свободы. Если бы кто-то раздвинул ее персиковые ягодицы, то увидел бы прозрачную анальную пробку, растягивающую нежные розовые стенки, излучающие соблазнительное, почти постыдное тепло. Если бы кто-то застал ее в таком виде, завтрашние заголовки в соцсетях кричали бы: «Сисси-извращенка разгуливает без белья».

В темном углу улицы Юньмо достала телефон и, включив вспышку, сделала несколько снимков — подол юбки приподнят, пояс целомудрия то появляется, то исчезает в кадре, создавая запретную, но притягательную эстетику. Удовлетворенная, она полюбовалась снимками, прежде чем неохотно отправиться домой. В своей комнате она сбросила одежду и встала перед большим зеркалом во весь рост. Отражение показывало Юньмо с утонченным, почти невинным макияжем: светло-розовые линзы придавали взгляду мягкую томность, белый парик струился до талии, а чокер на шее почти скрывал едва заметный кадык. Ее белоснежное, лишенное волос тело, тонкая талия и округлые бедра могли бы принадлежать юной красавице, если бы не плоская грудь и запертый в металлической клетке член между ног.

«Эх, почему у меня нет груди? Я же делаю упражнения для увеличения, мажу кремы, а толку ноль», — Юньмо с досадой сжала свою плоскую грудь, нахмурив брови. Ее рука невольно скользнула к анальной пробке.

«М-м… четыре сантиметра — это все-таки толстовато. В следующий раз не буду такую брать», — пробормотала она, осторожно двигая пробку, чтобы ослабить напряжение в тугом отверстии. Но вместо облегчения ее тело отозвалось сладкими стонами, эхом разнесшимися по тихой комнате.

«Ух… фух, наконец-то вышла. Это было на волосок от смерти. Больше так не буду», — выдохнула она, опустившись на колени перед зеркалом. Ее чистое личико прижималось к холодному полу, а ягодицы вызывающе возвышались. Одна рука все еще сжимала только что извлеченную пробку.

Подняв взгляд, она посмотрела на свое отражение — развратное, но притягательное. Член снова дернулся в клетке, тщетно пытаясь вырваться. «Если бы только нашлась хозяйка, что отымела бы меня прямо перед зеркалом… о-о, как же Юньмо хочется, чтобы её трахнули в похотливую киску... »

Спустя несколько секунд она, словно очнувшись, аккуратно поставила пробку вертикально на пол и вприпрыжку подбежала к столу за телефоном. Вернувшись к зеркалу, она восстановила позу и сделала еще несколько фото и короткое видео.

«Вот так правильно, такое горячее тело надо показать фанатам», — голая Юньмо улеглась на кровать, привычно отредактировала снимки и выложила их в твиттер вместе с кадрами, сделанными ранее. Не прошло и пары минут, как комментарии и личные сообщения взорвались восторгами и негодованием.

«Где это ты так оголяешься?! Хочу случайно встретить Юньюнь и накачать ее сливочным кремом, как пышку! »

«Юньюнь на коленях так и просится, чтобы её взяли сзади, хех, как же сладко! »

«Тьфу… кучка извращенцев», — Юньмо с улыбкой ответила нескольким знакомым фанатам.

«Какое шикарное кольцо, Юньюнь, ты его недавно купила? »

«Ой! Как я вообще притащила тебя домой? Я что, совсем глупая? » — Юньмо вдруг вспомнила про кольцо, которое невзначай надела, и принялась внимательно его разглядывать. Чем дольше она смотрела, тем больше оно ей нравилось.

«Но почему оно выпало из туфли?.. Неужели… это Лань Юй носила его на ноге?! » Дыхание Юньмо участилось, стало тяжелым, почти хриплым.

«Ох… надо будет тихонько вернуть его завтра вечером…» — она легонько хлопнула себя по голове, призывая себя к здравомыслию, и направилась в ванную.

После душа Юньмо сняла парик, обнажив свои черные волосы до плеч. Она стояла совершенно голая, если не считать металлического пояса целомудрия, сковывавшего ее плоть, который она никак не могла снять. Вернувшись к кровати, она медленно провела руками по холодной поверхности пояса.

«Так хочется его снять… столько времени с этой штукой, уже кажется, что все там испортилось. Ничего не чувствую… вдруг, когда сниму, на меня даже обычный поясе не налезет? » — бормотала она, прекрасно понимая, что снять его невозможно.

Полгода назад, поддавшись импульсу, она запустила в твиттере челлендж с поясом целомудрия, следуя модному тренду. Ее извращенные фанаты так активно лайкали, комментировали и ретвитили, что пост набрал больше откликов, чем все ее предыдущие записи вместе взятые. К концу дня она «заработала» семь месяцев ношения пояса. В порыве энтузиазма Юньмо даже купила металлический сейф с таймером и, записав видео, заперла туда ключ. Теперь, вспоминая это, она мечтала вернуться в прошлое и отвесить себе пару пощечин: Зачем, ну зачем она купила именно металлический? Это не оставило ей ни единого шанса схитрить!

Раздраженно выключив настольную лампу, она погрузила комнату во тьму. Через несколько минут раздалось тихое дыхание, Юньмо погрузилась в глубокий сон. В темноте кольцо на ее пальце бесшумно растаяло, словно жидкость, стекая к поясу целомудрия и сливаясь с ним в единое целое. Сердцевина замка исчезла, а поверхность превратилась в гладкий, бесшовный кусок металла, будто он изначально был таким — нерушимым, вечным, намертво запирающим нижнюю часть её тела. Остался лишь розовый драгоценный камень, украшающий центр пояса, излучающий зловещее свечение.

В момент, когда кольцо слилось с пояском, тело Юньмо ощутило легкую дрожь, но глубокий сон скрыл от нее это чувство. В ее сновидении возник странный мир: вокруг парили тысячи розовых огоньков, похожих на светлячков, окружая ее со всех сторон. Невидимая сила приподняла ее тело, и в воздухе перед ней появилось зеркало. В отражении была она — но иная, совершенная: грудь слегка округлилась, талия стала еще тоньше, изгибы бедер — соблазнительнее, а пояс целомудрия на ее теле мерцал зловещим розовым сиянием, словно нашептывая о ее скрытых желаниях.

"Что за сон…" — смутно подумала Юньмо, пытаясь коснуться своего отражения, но пальцы прошли сквозь образ, будто хватая пустоту. В этот момент мягкий, но звонкий голос раздался у нее в ушах:

«Привязка завершена. Добро пожаловать в “Систему вечного целомудрия”, мисс Юньмо». Голос, казалось, доносился отовсюду, с легкой насмешкой, от которой сердце Юньмо бешено заколотилось.

«Кто? Кто это говорит? » — в панике она оглядывалась в своем сне, но видела лишь бесконечную тьму и розовые искры. Голос не ответил, лишь оставил загадочную фразу, растворяясь в пустоте:

«Наслаждайся жизнью, твоя “хозяйка” может быть совсем рядом, ожидая тебя».

Юньмо резко проснулась, её спина была вся в холодном поту.

«Розовый свет…» — растерянно пробормотала она, садясь на кровати. Внезапно она ощутила странную тяжесть внизу живота. Опустив взгляд, она увидела, что пояс целомудрия все еще на месте, но его поверхность стала пугающе гладкой, почти зеркальной, с едва уловимым сиянием.

«Странно… вчера он точно не был таким блестящим. Что... что происходит?! Где замочная скважина? Где шарнир? Как он стал монолитным? » — в панике она ощупывала пояс, скользя пальцами по гладкому металлу в поисках хоть малейшей трещины. Но вскоре ее руки бессильно опустились: пояс выглядел как цельная скульптура, словно изначально был отлит без единого шва, превратившись в вечный оковы, намертво сковывающие ее тело. Хуже того, металлическое кольцо у основания будто срослось с кожей, словно неведомая сила спаяла их воедино, лишив всякой надежды на освобождение. Когда ее кончики её пальцев коснулись розового камня в центре, по телу пробежала легкая, но острая, как ток, боль. Юньмо вскрикнула:

«Ах! » — и отдернула руку, сердце колотилось, как бешеное.

[Динь! Обнаружена попытка носителя Юньмо освободиться от контроля пояса целомудрия. Наказание: одно прерывание оргазма.]

«Прерывание? Какой еще носитель? Это что, не сон?! Я… а-а-а!!! » — не успела она осознать, как ее анальное отверстие внезапно растянула невидимая сила, словно огромный предмет без предупреждения вторгся в ее тело, растягивая его до предела.

Юньмо обмякла, глаза закатились, ноги подкосились, и она рухнула на колени на холодный пол. Она судорожно сжала бедра, опираясь дрожащими руками о землю, чтобы удержать сотрясающееся тело.

«Ах~~~ нет… помедленнее… а-а-а-а-а~~» — ее лицо пылало жарким румянцем, маленький язычок высунулся изо рта, и она издавала невнятные, похотливые стоны. Если смотреть сзади, ее анальное отверстие, казалось, растягивалось невидимой силой, розовые нежные стенки сжимались и разжимались, словно откликаясь на какой-то неведомый раздражитель. Это призрачное вторжение вызывало в ней смесь страха и возбуждения, а тело полностью предавало ее волю, подчиняясь инстинктам.

В тот момент, когда Юньмо была на грани оргазма, стимуляция внезапно исчезла, оставив ее в мучительной пустоте. Она судорожно сжала бедра, но оргазм так и не наступил. Когда наконец жаркое чувство отступило, Юньмо обессиленно рухнула на пол, тяжело дыша. Мелкие капли пота выступили на ее лбу. Она опустила взгляд на свой пах: розовый камень в центре пояса целомудрия мерцал слабым светом.

«Что, черт возьми, происходит…» — пробормотала она дрожащим голосом.

В этот момент в ее голове снова раздался четкий сигнал:

[Динь! Носитель Юньмо успешно активировала «Систему вечного целомудрия». Текущая задача: публичное обнажение на улице, сделать не менее трех фотографий и загрузить их на социальную платформу. Награда: чувствительность +1. Наказание за провал: три случайных прерывания оргазма.]

«Система вечного целомудрия? Задача? » — Юньмо в панике хлопнула себя по щекам, пытаясь привести мысли в порядок. Она поднялась, пошатываясь, подошла к большому зеркалу и еще раз внимательно осмотрела свое тело. Кольцо бесследно исчезло, а пояс на ее теле приобрел зловещую, почти сверхъестественную красоту, словно проклятие, от которого невозможно избавиться.

Она попыталась глубоко дышать, чтобы успокоиться, но слова, всплывшие в ее сознании, жгли, как клеймо. Юньмо взглянула на пояс целомудрия, затем на телефон, и в ее душе смешались противоречивые чувства: страх, любопытство и странное, необъяснимое возбуждение.