Укрощение айтишника. Часть 3. Глава 1

Рассказ фанфик на Вселенную цикла "Черная Богиня"

Поиск стеганографических паттернов в перехваченных снимках превратился в настоящую ментальную осаду. Я пробивался сквозь эти данные, шаг за шагом усложняя концепции. Простые идеи рушились одна за другой. Прямое побитовое сравнение не дало ничего — оригиналы никогда не светились в открытом доступе, это были абсолютно приватные кадры. Статистический анализ распределения цветов и прогон через глубокие нейросети тоже уперлись в глухую стену.

Лишь когда я изолировал тончайший пласт аномального цифрового шума и применил к нему тот самый ключ — сотканный из философских концепций Сестер, с помощью которого мы взломали их конфискованный сервер, — матрица пикселей наконец «поплыла».

Из хаоса точек начали проступать символы. Я подскочил на стуле, чувствуя, как сердце сделало тяжелый, болезненный кувырок. Это было послание. Послание мне.

«Денис, — ядовито мерцали буквы на мониторе, — мы и не сомневались, что ты сможешь взломать эту защиту. Ты молодец, мы в тебе не ошиблись. А теперь к делу. Ты помнишь, скотина, как лизал туфли жрицам? Кем ты себя возомнил теперь, урод? Твое единственное место — в грязи, под ногами Чёрной Богини. Покайся. И тогда, может быть, мы разрешим тебе, биомусору, слизать пыль с её каблуков».

Меня будто прошило высоковольтным разрядом. Воздух разом вышибло из легких.

Я перечитывал эти ядовитые строки снова и снова, не в силах оторвать взгляд. И с каждым новым кругом по жилам, смывая разум, расплывалась волна тошнотворного, липкого, постыдного возбуждения. Тьма, которую Светлана с таким трудом вытравливала из меня, взвилась со дна души, расправляя плечи. Чёрная Богиня звала своего раба обратно — в ту самую грязь, из которой меня так отчаянно пытались вытащить.

Дверь тихо скрипнула.

Стук собственного сердца оглушительно отдался в ушах. В судорожном паническом порыве мои пальцы вслепую ударили по клавишам — Ctrl+C, затем clear. Экран мгновенно очистился, смахнув ядовитый текст, но в глазах всё еще отпечатались эти горящие строчки: «... слизать пыль с её каблуков».

Я резко развернулся на кресле, пытаясь сжать ноги и скрыть непроизвольный, постыдный физиологический отклик собственного тела. В жилах бушевал дикий коктейль из адреналина, вины и темного, липкого жара.

В кабинет вошла Светлана.

Она сменила пеньюар на легкий домашний свитер оверсайз, который сползал с одного плеча, но в её походке всё равно оставалась та неторопливая, царственная грация, от которой у меня обычно замирало дыхание. В руках она держала две чашки, и по комнате тут же разлился аромат свежезаваренного чая с чабрецом.

Белая Богиня. Чистая, настоящая, спасительная.

И на фоне её светлого присутствия я почувствовал себя ещё более грязным, прогнившим насквозь червивым плодом.

— Денис? — Светлана остановилась в шаге от стола, вглядываясь в мое лицо. Её внимательные, серые глаза мгновенно сфокусировались на моих расширенных зрачках и испарине, выступившей на лбу. — Что произошло? На тебе лица нет.

— Н-ничего, — вытолкнул я, проклиная предательский хрип в собственном голосе. Я попытался улыбнуться, но губы лишь дернулись в судорожной гримасе. — Просто... очередной тупик. Перегрузил мозг.

Светлана медленно поставила чашки на край стола. Её взгляд скользнул по монитору с пустым мигающим курсором терминала, а затем снова вернулся ко мне. Она наклонилась, опираясь ладонями о подлокотники моего кресла, и оказалась совсем близко.

От неё пахло домашним теплом и жасмином. Этот чистый запах сейчас казался мне пыткой.

— Ты лжешь мне, — тихо, без гнева, но с проницательной, тяжелой уверенностью сказала она. Её ладонь легла мне на грудь, прямо туда, где под тканью футболки бешено колотилось сердце. — Пульс зашкаливает. Ты весь дрожишь. И твоя кожа... ты горячий, Денис.

Её пальцы случайно скользнули чуть ниже, и я буквально замер, не смея выдохнуть, в ужасе от того, что она нащупает следы моего незваного возбуждения. Если она поймет... если догадается, от чего именно меня так трясет — она посмотрит на меня с отвращением. Она поймет, что все её труды по превращению меня в человека были напрасны. Что внутри я всё тот же собачий биомусор, мечтающий упасть в грязь перед Кристиной и ее подргуами.

— Я просто переутомился, Госпожа, — прошептал я, опустив глаза и судорожно сжав пальцами края кресла. — Правда. Пакет оказался поврежден. Обычный бинарный мусор... Ничего ценного.

Светлана молчала несколько секунды, не снимая руки с моей груди. Я чувствовал, как её взгляд выжигает во мне дыру. Она знала меня слишком хорошо. Слишком глубоко понимала каждую микрореакцию моего тела, чтобы поверить в сказку про «переутомление».

Но сейчас, Белая Богиня решила не ломать меня через колено.

— Бинарный мусор, значит... — эхом повторила она. В её голосе проскользнула едва заметная, тревожная нотка. Она медленно выпрямилась, заправив прядь волос за ухо, но её глаза оставались холодными и наблюдательными. — Хорошо. На сегодня работы достаточно. Выключай терминал.

— Но я хотел ещё прогнать пару скриптов...

— Это не просьба, Денис, — в её тон вернулся тот самый мягкий, но нетерпящий возражений металл. — Выключай. Мы идем пить чай. А потом ты ляжешь спать.

— Есть, Госпожа, — выдохнул я.

Я тянулся к кнопке питания, чувствуя, как внутри нарастает глухой, панический ужас. Посылка Сестер сработала. Я не просто сжал в кулаке их ядовитый секрет — я впервые в жизни сознательно солгал Белой Богине. И этот зашифрованный текст, мерцающий в памяти, уже начал выжигать изнутри ту чистую броню, которую Светлана выковывала во мне столько месяцев.

Чёрная Богиня бросила свою тень. И я знал, что этой ночью я не смогу заснуть.