Омлет для собственного мужа. Серия: Порно на глазах у мужа

Омлет для собственного мужа

Сон уходил постепенно. Просыпаться так было всегда приятно. В этот момент в мире нет спешки мегаполиса, деловых задач, суеты звонков и сообщений. Она принадлежала только себе.

Ольга слегка приоткрыла глаза: в комнате полумрак от задернутых штор, дверь спальни закрыта, кровать рядом пуста. За дверью слышится звук включенного телевизора, это Свят смотрит свои любимые кулинарные программы каждую субботу. Он всегда встает в выходные раньше и старается ее не беспокоить. Это, казалось бы, приятное желание заботы с каждым днем почему-то сильнее раздражает.

Она сама не понимала, почему вдруг любая мелочь в поведении мужа начала отталкивать. Неизвестно, когда это произошло, но сегодня все стало максимально явным. Раздражало? Нет, не так. Её это уже бесило!

Он стал не просто идеально-удобным мужем, он стал для нее почти домашним атрибутом. Правильный, заботливый, безупречный, даже слишком безупречный.

Вот-вот он заглянет в комнату и, улыбаясь, скажет: «Зайка, ты встала? Сейчас сделаю завтрак!»

Об этом даже поговорить не с кем. Ведь внешне картинка более, чем идеальная. И да, Свят не домохозяин. Он руководитель крупной компании, высококлассный специалист, его уважают, им гордятся.

Ольга и сама всегда гордилась мужем: у него несколько высших образований, он сделал карьеру на госслужбе, потом ушел в бизнес и тоже смог многого добиться. Что не так? Что, мать его, с ними не так?!

В этом она могла признаться только себе: Святослав, как ей казалось, стал слишком удобным мужем. Он видел, что она устала, и предлагал помочь с мытьем посуды или с пылесосом. Утром он сам заправлял их кровать большим и тяжелым покрывалом. А при смене постельного белья поднимал ей тяжелый матрас, пока она разбиралась с огромной простыней. Если у нее не было настроения готовить, он предлагал доставку или выход в хороший ресторан.

Это все было слишком правильно. И, если бы ей кто-то такое рассказал, она убеждала бы в идеальности такого мужа. Но в ее семье это было как-то… чересчур слащаво, приторно, неестественно.

Двадцать лет назад она выбирала не такого парня в домашних тапочках, который влажной салфеткой протирал столешницу, едва увидев разводы.

Флешбэк. 20 лет назад.

Ветер бьет в лицо, фара мотоцикла выхватывает не дорогу, а то, что на нее похоже. Страшно!!! Ольга жмет сцепление, сбрасывает газ, останавливается и немного поворачивает голову назад. Святослав заглядывает ей в глаза и, вот гад, он смеется.

- Что, малышка, боишься? Бля, а у меня стоит. Твоя попка ощущает? Кайф, адреналин херачит! Сейчас смоемся и потом в подъезде я сделаю тебе хорошо. И не один раз!

- Ты больной? Свят, за нами гаишники гонятся? Они стреляли…

- Оль, они стреляли в воздух, - перебивает он ее и вжимается железным стояком между ягодиц.

- Блин, ты совсем придурок? Свят, мне страшно… я просто…. я села прокатиться… а попала в мотогонки.

- Да не будут они стрелять в нас. Они же видят, что салаги. Так, пугают, - Свят пытался успокоить не только словами, его рука проскочила под футболку, и ладонь поглаживала полушарие груди снизу.

- Да убери ты руки, ты не видишь? МНЕ СТРАШНО, - и слезы потекли из любимых глаз.

Вот этого он уже вынести не мог. Он был готов ко многому в жизни, золотой ложки при рождении не было. Бедность семьи на грани нищеты, драки пацанов 90-х, порой излишне жестокие, — все это он преодолеет, есть для кого. Но когда его девочка начинала плакать, Свят ощущал себя львом в клетке, бессильным и яростным.

Он молча перекинул ногу и сошел с мотоцикла, придерживая руль. Скользнул губами по виску Оли и, обхватив ее свободной рукой, сдвинул девушку. Сейчас она хотела его объятий и ласки, но поле, куда Ольга завезла их с перепугу, не было страховкой от ментов.

Вся компания на мотоциклах разъехалась по селу, за кем сейчас гонятся, неизвестно. Но сваливать пора.

Поэтому Свят молча сел на мотоцикл перед любимой, бросил ей: «Держись!» и поехал в сторону гаража друга Сани. Сегодня не нужно испытывать судьбу: им по 17, прав нет, шлемов тоже. Полный набор для приключений.

Сейчас бросят мот, и он оторвется. По-настоящему с Олей нельзя, она еще девочка. Но то, что они творят и без проникновения, сносит крышу напрочь.

Оля не просто горячая, она зажигалка та еще. Из нее получится охуенная любовница. Он это точно знает. Ему через месяц будет 18, но с общими девчонками он много чего попробовал. Еще богатый опыт получен на сборах и соревнованиях. На его спортивную фигуру и мышцы девчонки пищали и льнули. Хриплый голос, голубые глаза и хорошая речь (он любил много читать) добавляли шарма. Святу не просто не отказывали, ему себя предлагали. Сексуальный опыт был хороший и постоянно улучшался. Он, не доставая, перекуривал, и жарил партнершу дальше. Девки визжали от удовольствия.

Но с Олей он так не поступит. Эта девочка будет им испорчена только наедине, постепенно, с любовью, но очень грязно. Он видел, что ей нравится секс. Они попробуют все, что можно и …что нельзя.

Ольга – его будущая жена. Каким-то только ему известным чутьем он понял, такую больше не найти. Оля – его любовь, одержимость, джекпот по жизни. У этой девочки даже заебоны его вставляли. Она даже капризничала, истерила, обижалась так охеренно!

А как она кончала в подъезде…

Почему в подъезде? Да, блядь, больше негде.

У Ольги была своя комната, но это был херовый вариант. Во-первых, родители, а особенно мама Оли, недолюбливали Свята. Он из скромно обеспеченной семьи, поэтому для умницы-красавицы дочери предки видели совсем другую партию. Во-вторых, как можно расслабиться, когда мамаша каждые двадцать минут тащилась с каким-то тупым вопросом, будто специально.

А в квартире у Свята о радостях секса можно было только мечтать: народу до хера, и всегда кто-то дома, да и хата маленькая. Что-то снять он просто не мог себе позволить, денег тупо нет. Поэтому подъезд поздним вечером был самым реальным вариантом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вот и сегодня, бросив мотоцикл как попало, он пошел ее провожать до квартиры, привычным движением на первом этаже выключив свет во всем подъезде. Он всегда так делал, когда вечером шел к ней. На четвертом этаже на всякий случай потянулся и выкрутил слегка лампочку. Если кто-то запоздавший включит свет, то на этаже будет так же интимно темно. А шаги они услышат заранее.

Оля понимала, что происходит, это было не в первый раз. Но, продолжая игру, спросила:

- Свят, нафига свет выключил? Я домой, - и взялась за ручку двери.

- Моя малышка не хочет, чтобы я ее успокоил? – левой рукой он приобнял ее за талию, а правую опустил на бедро. Святославу нравилась эта игра, Оля умудрялась быть с ним и не навязываться. Она будто демонстрировала своим поведением «мне с тобой очень хорошо, но без тебя я тоже смогу». И это пиздец как заводило.

Пальцы парня приподнимали джинсовую юбку, сухие губы невесомо ласкали лицо девушки, а сам он в это время мелкими шажками подводил ее к стене. Когда отступать стало некуда, Ольга схватилась за его плечи и закинула голову от удовольствия. Руки этого парня доводили ее до исступления. У нее все плыло в голове, а между ног начинало тянуть. Когда пальцы Свята нырнули в трусики, девушка только охнула.

- Свя-ят! – через глубокий вздох протянула она его имя.

- Зайка, ты пиздец, какая мокрая! Бля, как меня вставляет! Олька, как я тебя хочу! Маленькая, я сдохну, пока до тебя дорвусь. Потрогай меня, погладь, - прошептал парень на ухо. – Когда мы с тобой по-настоящему сможем, я буду трахать тебя день и ночь.

- А мне так тоже нравиться, - улыбнулась девушка, - мне хорошо с тобой.

- Не переживай, маленькая, спектр услуг только расшириться, лизать я тебя так же буду, - Свят ухмыльнулся, вставляя второй палец. Оля задышала чаще и тихо-тихо застонала. Тут же она стала сама нетерпеливо насаживаться на пальцы.

Вот именно это и нравилось в сексе с любимой: она не играла, не ломалась, она получала удовольствие. В этот момент на ее лице в темноте летней ночи было видно сильное желание и не менее сильное удовольствие. Как это его возбуждало.

Он в свои почти восемнадцать, желая круглосуточно трахать все, что шевелится, понимал, что вот это единение души, сердца и тела нужно беречь. У него не было тупого желания получить целку, закрыть гештальт, забиться с пацанами. Свят точно знал, такого больше в жизни можно и не дождаться. Поэтому свою девочку он берег.

Да, у него был секс с другими. Но, блядь, он не изменял. Он хотел секса постоянно! КРУГЛОСУТОЧНО! Даже однажды взрослая баба была где-то в компании. Он ее трахал всю ночь, она утром встать не смогла с кровати, а он просто свалил домой. Но в его возрасте стояк является просто перманентным состоянием, и ты готов не трахать, а ебать, долго и жестко, по-животному. Только с Ольгой так пока нельзя. Имеем то, что имеем.

Девушка вцепилась пальцами в предплечье и зашипела от удовольствия. Он двигал пальцами все интенсивнее, губами оставлял влажные поцелуи на шее. Это была эрогенная зона Оли. Да, пиздец, у нее все тело было эрогенной зоной. Его девочка была такой отзывчивой и чувствительной, даже опытные бляди так не могли имитировать, как она искренне наслаждалась.

Тишину ночного подъезда нарушали вздохи Оли и хлюпающие звуки пальцев. Тяжесть внизу живота девушки нарастала, клитор был как оголенный нерв, когда Свят коснулся большим пальцем узелка между ног любимой, она всхлипнула и начала беспорядочно мотать головой, бормоча: «Свят, мой, мой, боже, да, да…люблю, мой, только мой, да»

Кончала она красиво, парень любовался, как Оля теряла связь с миром и в почти полубессознательном состоянии что-то шептала и дрожала в его руках. Эти секунды были для него самой сладкой пыткой и наградой, ради этого он готов был терпеть и дальше, пока она не созреет для полноценного секса. Да хер с ним, он подрочит, вспоминая, как девочка мечется во время оргазма. В этот момент он ощущал, какой зависимой и беззащитной она становится.

Свят не боялся ее распечатать, другого мужика у нее все равно не случиться, ответственность за секс он готов нести. Но он ждал, когда девушка сама будет готова, ведь ее встроенная настройка чувствительности когда-то победит.

Когда Оля начала приходить в себя, она прижалась головой к груди парня и сладко прошептала:

- Свят, как мне хорошо… ты не представляешь… - ее рука скользнула ему в спортивные брюки.

- Конечно, не представляю, зайка. Я просто сдохну сейчас о спермы в ушах. Подрочи мне немного, маленький, видишь какой кол стоит?

Оля скользнула рукой вниз по стволу и ласково погладила пальчиками яички. Парень напрягся, чуть сильнее сжал пальцы на талии девушки и зашипел сквозь губы.

Наше время

Дверь в спальню приоткрылась, и Ольга увидела лицо мужа.

- Зая, ты проснулась? – Свят подошел к кровати и ладонью нырнул под одеяло, он коснулся ее ступни и начал поглаживать пальцами нежную кожу.

Эта женщина его всегда сводила с ума. Она его бесила, возбуждала, раздражала, доводила до ярости, укрощала. Это был его персональный адище на земле. Он много раз хотел ее убить нахер. Но ни разу, ни разу, блядь, он не хотел с ней расстаться. Каждый раз, когда она в истерике кричала про развод и чемоданы, он терял контроль над собой. Он шел на любые уступки, только бы она осталась в его жизни.

К слову, Ольга всегда была очень мудрой и адекватной женщиной, и все уступки были закономерными. Это касалось позднего возвращения домой в состоянии охуительного опьянения, выходок его родственников, которые Оля очень терпеливо сносила, а потом взрывалась. Нет, ни разу жена не жестила без причины.

А мелкие гормональные психи он готов был терпеть и задабривать свою малышку жарким сексом и подарками. Секс жена обожала, как и двадцать лет назад. От его куни она выгибалась и стонала, как последняя шлюха.

Его Оля, которая не курила ни разу, не пила алкоголь, вся такая правильная и идеальная, была самой шикарной блядью в его постели. Она просто родилась для его члена и языка. Стыд в их сексе отсутствовал напрочь. Он просто счастливчик. Таких жен не бывает.

Его девочка любила вкусно готовить и украшать их дом. Она получила хорошее образование и сделала неплохую карьеру. Родила ему сына и создала все условия, чтобы Свят дома чувствовал себя просто охеренно.

А заебоны… Да похуй, ее заебоны, не хилые, кстати, ему нравились всегда.

Он долго служил в погонах, потом по выслуге вышел на пенсию и сделал себе имя и карьеру в бизнесе. Да что там сделал, он продолжает развиваться.

Никогда он не слышал ни слова упрека за пропущенные дни рождения и праздники, потому что служба звала. Ни разу она не предъявила претензии, что от него помощи дома совсем не было. Она уважала его стремление делать карьеру. Она приняла его хотелки.

Все его друзья и приятели были или разведены, или женаты далеко не первый раз. Такую службу мужа выдержать молодой и красивой женщине было очень сложно. Его жена была всегда с ним. Свят это очень ценил.

Еще он точно знал, что трахался много и часто, а любил и любит только одну. Другой жены в этой жизни у него не будет.

Ольга молча смотрела на мужа и думала, где они свернули не туда? Ну почему ее все это раздражает? Ведь был огонь и фейерверки. Ведь он классный мужик был всегда. Ну почему сейчас этот плюшевый мишка рядом с ней? Он ведь раньше был дерзкий, наглый, решительный. Среди мужчин – лидер, для женщин – мечта. А сейчас…

- Ольчик, я пошел завтрак делать. Тебя жду. Уже голодный. Может, сегодня по центру погуляем? – муж, пока говорил, раздвинул шторы, впустив солнечный свет в комнату, и пошел на кухню.

В центре гулять они любили. Потому что это был центр Петербурга. Свят когда-то в юности пообещал ей, что они уедут из родного села, и слово сдержал. Сначала он вывез любимую жить в областной центр, а потом организовал бизнес в культурной столице.

Он пахал, как проклятый, чтобы его семья могла себе позволить лучшие магазины и рестораны. Сын учился в университете, а Ольга руководила рекламной фирмой.

В подарок муж дарил только лучшее: яблочный телефон, шубу, машину, украшения. Отдыхали они на всех морях и океанах. Отели своей любимой он всегда выбирал только лучшие.

Ведь любая женщина скажет, что лучше этого не бывает. А Ольга думала… Ольга думала о другом мужчине.

Нет, она не влюбилась. Но она очень хотела именно любить, гореть, ей хотелось того дикого мустанга, который ее когда-то укротил. А получила она домашнего хомячка, покладистого и сговорчивого.

В бизнес-центрах Оля пересекалась с мужчинами богатыми, уверенными в себе, как ей казалось, альфа-самцами. Они очень галантно оказывали знаки внимания и давали понять, что не против продолжения.

Один из них не то, чтобы очень нравился, но привлекал, даже немного возбуждал. Это был один из партнеров компании, Федор. Он всегда ходил в джинсах и черных футболках. Его увлечение спортом явно демонстрировалось мышцами, которые эта футболка неприлично сексуально обтягивала.

Рядом с этим Федором уже полгода в голове витали крамольные мыли. И сейчас Ольга четко осознала: она хочет до безумия секса, какой у них с мужем был когда-то. Хочет ощущений мужика, самца, примата в период весеннего гона.

Хочет нежного занятия любовью, жесткого траха или убойного секса. У них было по-разному, все зависело от настроения. Иногда она набрасывалась на него утром и будила минетом или наездницей.

Между ней и Святом всегда искрило. Они занимались сексом во всех местах, где можно и где нельзя. Она любила делать ему минет. Он с ума сходил от картины сосущей сначала девушки, потом жены.

- Ты высасываешь меня, маленькая! Я от твоего вида кончаю. Как ты сосешь! – Свята всегда заводило ее желание экспериментов. Что только с его члена она не слизывала: сгущенку, взбитые сливки, сироп. Вся инициатива была за ней. Число «69» было любимым в их постели.

- Олька, пиздец, если бы не знал тебя, решил бы, что в блядушнике тренировалась на дивизии. Ты же еще девочкой творила не по-детски. Откуда ты мне такая охуенная?

Свят постепенно с возрастом и занятостью стал спокойнее в сексе и в жизни, а Ольга только вошла во вкус. Она начала сомневаться в муже. Он лишний раз не обнимал, как раньше. Целовал реже. Секс тоже был по заявкам. Она иногда начинала его ласкать, но чаще всего муж не заходил дальше, чем чмокнуть в грудь или слегка поиграть пальцами между ее ног.

Ей же хотелось его член, ласки и оргазмов.

И вот на фоне всех этих семейных странностей и неудовлетворенности на работе практически ежедневно присутствовал тестостероновый самец, который глазами ее уже не раз нагло оттрахал. Федор даже не скрывал интереса.

Когда-то такой же жгучий интерес она вызвала у мальчика, по которому сохли девочки всей параллели и из классов помладше.

Флешбэк. 22 года назад.

Он не просто выбирал девчонок и добивался, он позволял прошедшим отбор по внешности скрасить его юношеский секс. Он не встречался ни с кем, просто трах. В подъезде, в раздевалке на тренировках, в ванной на дне рождения.

Потом он увидел Олю. Нет, они не познакомились с ней. Она просто забежала в класс за журналом в красивом, облегающем спортивном костюме, и он увидел девочку из параллельного класса другими глазами. Они и раньше пересекались часто, бывали в одной компании. Свят видел ее красоту, но Оля была «хорошей» девочкой. А в 16 лет такие совсем не интересны. Потому что хочется плохих, доступных, согласных.

Рядом были те, что позволяли себя трахать в то время, когда он что-то кричал друзьям, бухающим в соседней комнате. И вошедший с зажигалкой друг не вызывал у шлюхи стыда.

С ним оказывались те, кого парни передают по рукам, рекламируя умения. И все в компании пацанов знают, кто лучше сосет, а кто согласится на «тройничок».

Но в тот день все пошло не так. Святослав увидел длинные стройные ноги, красивую упругую попку, узкую талию. Бах! И он понял: эта красивая, правильная, умная девочка должна быть только с ним.

Ольга взяла журнал и давно ушла, а Свят сидел и не понимал, что сейчас было! Он что, блядь, слепой был все это время? Она не просто красивая, она охуенная! Под партой в штанах стояла башня. Он хотел ее до рези в глазах. Но не просто трахаться, он хотел ее себе.

Свят был парадоксально интересным парнем: он был лучшим учеником на параллели среди парней, и распиздяем по поведению. Но про поведение не знали в школе. Все драки и истории с анашой были в другой жизни, обе эти жизни не пересекались. Он не позволял. В этом юном возрасте Святослав был уже очень продуманным.

Лидер по натуре, он не мог без мужского сообщества. Но точно знал, что его будущее не в этом селе. Его амбиции были далеко в городе и высоко по социальной и карьерной лестнице.

А к этой девочке пока никто не подойдет. Он вырастит ее для себя.

Потом были драки, много, больно. Он бился со всеми, кто хоть как-то претендовал на Олю. Сам не трогал и не подходил целый год, боялся сорваться. Он реально боялся ее изнасиловать. Бегал, как от чумы, и не подпускал никого.

Один раз дрался с другом. Тот сказал, что хочет предложить Ольге быть его девушкой.

- Хер ты угадал! Не подходи к ней! – Святослав пристально посмотрел на Алексея.

- Да с хуя ли! Она ни с кем! – друг не уступал. – Тебе, блядь, баб мало? Ты выебал всю округу! Девочку не трогай. Она мне нравится.

- Алекс, давай махаться? Решим вопрос по-мужски? Кто проиграет, тот свалит в закат. Но хорошо подумай, друг, я буду хуярить как камикадзе. Она моя!

Они дрались, молча, жестоко, в кровь. Это был его лучший друг на тот момент, а как жизнь покажет, на всю жизнь. Но Олю он не готов был уступить никому. Потом выпили и поклялись забыть этот инцидент ради дружбы.

Свят победил.

Наше время.

Рабочий день был просто сумасшедшим: звонки один за другим, партнеры решили все сегодня сделать по электронке заявки, да и сотрудники в офисе не отставали, задавали много важных для них, но тупых объективно вопросов.

Ольга села за свой стол, уставилась на два рабочих монитора и выдохнула. Все проходит, и это пройдет. Поверим Соломону.

Сейчас она сходит на обед и продолжит рекламные бои в северной столице. Внезапно телефон заиграл стандартную «яблочную» мелодию. На экране светилось имя Федора.

— Да, Федор, слушаю вас, - она искренне улыбалась собеседнику.

— Ольга, здравствуйте, мы с вами договаривались встретиться на этой неделе. Сегодня удобно? Время будет? - Федор поддержал ее улыбчивый тон, его голос звучал совсем не официально.

— Да, конечно. Я сейчас на обед, а потом буду в офисе до вечера. - Ольга сознательно флиртовала голосом.

— Оля, я тут рядом с вами, тоже еще не обедал. Давайте совместим приятное с полезным? - Федор пошел ва-банк.

У них не было разговоров на целый обед. Он должен был забрать документы, расписаться за них. Но раньше он просил за него «поставить закорючку» и, по возможности, передать эти документы с курьером, со знакомыми, даже захватить самой Ольге. А в выходной по созвону они пересекались на минуту для передачи папки.

Сейчас их обед означал для обоих нечто другое. И каждый это понимал. Повисла пауза. Ольга колебалась. С одной стороны, она осознавала важность шага. Федор бросил вызов, она думала. Но, с другой стороны, они ведь не в отель идут, а в ресторан. Там люди, ничего интимного, на улице день, еще и рабочий.

Ей становилось противно от каждой нелепой оправдывающей мысли.

— Ольга, у меня еще есть несколько вопросов по реализации последних проектов, — Федор откровенно лгал, но этим словно взял часть ответственности на себя, — а то у нас все на бегу, смогу спокойно уточнить нюансы, которые так и не понял.

Это последнее шитое белыми нитками оправдание кривым пазлом втиснулось в окончательное решение Оли.

— Хорошо, я спускаюсь, название ресторана «Кинза». Жду вас там.

В ресторане Оля не успела сесть за стол, как кто-то мягко со спины коснулся ее локтя. Хрипловатый шёпот колыхнул волосы около уха. Фёдор.

- Здравствуйте, Оля! Рад вас видеть, - мужчина был настолько близко, что ситуация становилась двусмысленной.

Ольга впервые почувствовала неловкость рядом с Фёдором. Ей нравилось его внимание, но сейчас, когда они были наедине, она хотела максимально отдалиться или уйти. Чужой мужчина был слишком интимен в общении, слишком явно демонстрировал свой сексуальный интерес.

Пока его флирт был эфемерным, было даже забавно и приятно. Что сейчас не так?

Он, бесспорно, сексуально интересен. Женщины в ресторане рассматривали его даже слишком явно.

- Ольга, мы можем поговорить откровенно? – Фёдор явно не привык долго ходить кругами. – Давайте сядем, закажем, и у меня к вам будет предложение.

После того, как официант принял заказ и забрав меню, отошёл от стола, мужчина продолжил:

- Оля, вы умная женщина, и все хорошо видите. Вы мне не просто нравитесь, я вас хочу, как женщину, как свою подругу, как любовницу. Мы взрослые люди. Я не предложил бы вам разовый вариант. Я хочу с вами встречаться. Но мне не двадцать лет, я не студент. Чтобы полгода водить вас по кафе и музеям. Мой день расписан по секундам. Я предлагаю вам попробовать отношения. Иногда мы можем ночевать у меня в коттедже. Возможно, чуть позже съедемся. Все букеты и подарки в процессе общения вы получите, но стоять под окном у меня времени нет. Я предложил. Решайте.

Это было, как ведро ледяной воды. Вот так романтика мегаполиса. Вроде бы ничего оскорбительного не сказал, все по существу. А с другой стороны, что она хотела? Её день тоже был весьма плотным по событиям. Может быть, так и нужно решать личные вопросы: честно, решительно?!

Фёдор ее не просто привлекает, он её возбуждает – это факт. Она просто не знала другого мужчины, кроме Свята. Отношения строятся постепенно. Нужно попытаться. Сначала она съедет от мужа. Всё должно быть честно. Да, она попробует новые отношения.

Мысли прыгали в голове хаотично. Она вынырнула из этого хаоса и ответила:

- Фёдор, я несколько обескуражена вашим напором. Мне приятна ваша откровенность и искренность, я не знаю, что вас сейчас сказать.

- А ничего сейчас говорить не нужно. Вы женщина, эти всё сказано. Вам нужно время, Оля, чтобы подумать и не жалеть потом. Я подожду, - Фёдор мягко улыбнулся, и положил свою ладонь поверх её.

Тут, на её счастье, официант принес блюда, руки пришлось убрать. Но ощущения она не могла описать. Вот мужчина, который в фантазиях доводил до мокрых трусиков, коснулся её! И… ничего.

Да нет же! Она помнила один постыдный случай, когда она ласкала себя под очень откровенный фильм, представляя, что это Фёдор её так же трахает и лижет, как и герой на экране. Кончила она ярко, со стонами.

Её возбуждала фантазия с этой бритой мужской головой между ног. Его сильные руки со стальными мышцами держали её бедра, не позволяя сомкнуться. Ольга четко ощущала его большие, немного грубоватые пальцы, поглаживающие нежную кожу.

Чёрт, чёрт, чёрт! Она не деревяшка, Свят раньше проводил по спине или шее, а Ольгу пробивало током, и она сама стаскивала с него штаны. Её чувствительность всегда зашкаливала, Свят кайфовал от этого. Что сейчас не так?

Обедали они практически молча, обмениваясь почти нейтральными репликами. Разговор не клеился.

Фёдор уже на крыльце ресторана попытался мазнуть губами по щеке, но она чуть отстранилась. Потом как-то скомканно попрощались, и Ольга пошла к себе в офис.

По пути она в панике анализировала произошедшее. Всё как она хотела. Вот же мужик, альфа-самец предложил отношения, коснулся её и всячески продемонстрировал интерес. Но его контакт в реальной жизни не коротил, как в фантазиях. Более того, она…ПЕРЕТЕРПЕЛА касание и попытку поцелуя.

Тело не отозвалось. Совсем. Никак. Даже наоборот, она неестественно напряглась.

Ольгу осенило: она себе всё придумала! Дорисовала мужчину, каким хотела его видеть. Нафантазировала их общение в сексе. Сама себя в этом убедила. И виртуально изменила мужу. А собралась ещё и не виртуально.

Слёзы встали в горле комом. Стало так мерзко и грязно. Она вдруг поняла, какую ерунду сотворила. Это ведь не игра. Да, у них со Святом всё сошло на нет. Бывает. Многие подруги разведены или в повторном браке. Любовь уходит у всех.

Но это не повод прыгать к первому встречному в постель. Она не хочет ни Фёдора, ни кого-либо другого. И от Свята она всё равно съедет. Лучше ничего, чем плюшевый мишка, в которого превратился её любимый дикий мустанг. И уж тем более не интересен любовник, который будет трахать её в выделенное время по записи в ежедневнике. А цветы и подарки присылать с курьером по запросу.

Может быть, со временем она встретит мужчину.

Всё! Решено. Ждать она больше не может, она сейчас поедет в компанию мужа и честно все расскажет.

Флешбэк. 20 лет назад.

Майская жара становилась невыносимой. Балконная дверь была открыта настежь, но это совсем не помогало. Оля сидела на диване в окружении нескольких десятков книг, некоторые из них были раскрыты. В одной руке у нее была тетрадь, в другой ручка.

Девушка готовилась к вступительным экзаменам в институт. В тетради собирала краткие пометки по вопросам, чтобы потом иметь возможность быстро повторить.

За экзамены в школе она не переживала. Учёба давалась ей легко. Очень помогала любовь к чтению. Читала Оля много и постоянно. Этим, кстати, они были похожи со Святом.

Их разговоры никогда не бывали однообразными. Оба с удовольствием делились начитанной информацией друг с другом. А когда Свят ночью на прогулке начал ей читать наизусть стихи Есенина и Маяковского, она была покорена.

Оля, естественно, знала, что Святослав лучший ученик из мальчишек в 11-х классах. Но стихи…

Он много знал о военной технике, исторических событиях, хорошо знал географию. Ольга, в свою очередь, рассказывала ему факты из биографии известных людей, размышляла о классической литературе. Он никогда её не перебивал, всегда внимательно слушал.

Они вообще никогда не скучали вместе. Им нравилось друг друга ласкать, они это делали много и часто. Но это не было единственным вариантом времяпровождения. Они говорили: о своих семьях, друзьях, планах в карьере, просмотренных фильмах.

Еще одной темой разговоров было их личное будущее. Святослав пообещал любимой самую лучшую жизнь. Ради этого они сейчас не вместе. Ольга сидит в компании книг, слушая крики играющих в мяч одноклассников под окном, а Свят на дополнительных занятиях в школе. Учитель по геометрии и алгебре занималась с ним углубленно для сдачи экзаменов в военный ВУЗ. После этого он поедет на тренировку в районный центр и вернется ужу поздно вечером.

Звонок в дверь вырвал девушку из размышлений. Она никого не ждала, родителям еще рано, подруги знают про подготовку к экзаменам.

Когда она открыла дверь, не успев опомниться, оказалась в сильных мужских руках. Свят притянул её к себе, одну руку положил на затылок и впился в губы. Поцелуй был диким, жадным, возбуждающим. Воздуха не хватало, но оторваться они не могли.

Когда их губы разомкнулись, оба тяжело дышали. Дыхание сбилось. Взгляд Святослава был тяжелым, вязким, похабным. Его глаза отражали всю похоть, что сейчас в нем скопилась.

- Маленькая, ты одна ведь? – запоздало уточнил парень, увидев утверждающий кивок, продолжил, - я больше не могу без тебя!

Он зашёл в квартиру, спиной закрыл дверь до щелчка, скинул кроссовки, сбросил большую спортивную сумку с плеча.

- Оленька, малышка, если я сейчас не увижу, как ты кончаешь и не почувствую твои пальчики на себе, я сдохну, - руки парня были везде, он мял ее грудь, проводил по шее, снимал трусики под легким сарафаном.

- Свят, я тоже соскучилась, я тоже тебя хочу, - девушка охнула от проникновения его пальцев, - только я хочу тебя по-настоящему.

Парень замер. Это что, блядь, сейчас было? Глюки? Прикол? Да ну, нах.

- Оля, мои нервы и член сейчас натянуты до предела. Маленькая, не шути так. – он уткнулся губами в лоб девушки, прикрыл глаза и попытался выровнять дыхание, - я пиздец как тебя люблю, и люблю, видимо, сильнее, чем, хочу. Иначе натянул бы уже во все щели и не раз.

- Но я серьезно, - девушка откинула голову, пытаясь поймать его взгляд, - я правда хочу тебя. Только боюсь, - последние слова она уже прошептала.

- Боишься чего? Что я после этого свалю? Что я не твой герой? – Святослав заметно раздражался, - институт не в селе, там пацаны поинтереснее?

- Ты что? – голос у Оли задрожал, - Я боли боюсь. Говорят, что в первый раз…- обида от несправедливых слов взяла верх и девушка зарыдала.

- Оля, Оленька, вот я еблан, Олечка, малышка, прости дебила, - парень целовал любимое лицо, большими пальцами вытирая слёзы, - девочка моя, я реально ревную. Пиздец ревную. Я хочу тебя, хочу до одури. Но так, на ходу мы первый раз не будем. Давай без проникновения. Я хочу кончить от твоей киски.

Святослав, беспорядочно целуя девушку, нежно повернул ее к себе спиной. Откинув волосы, поцеловал шею, девушка выгнулась от возбуждения. Он приспустил одним движением спортивные брюки и трусы. Член отпружинил, тяжело раскачиваясь. Задрав подол сарафана, парень нырнул пальцами во влажную промежность.

- Бля, ты потоп устроишь, маленькая, - Свят обхватил рукой член и проскользнул им между ягодиц вниз, - сдвинь ножки, Оля.

Он протиснулся во влажную тесноту бедер, касаясь таких желанных створочек головкой. От удовольствия он зашипел. Оля уперлась руками в стену.

Обхватив одной рукой девушку за талию спереди, другую он положил на ее бедро. Начал двигаться, медленно, с оттяжкой, хлюпая. Оля застонала и начала подмахивать попкой.

- Да, девочка моя, да, - он еле сдерживался, - скоро трахну до звездочек, за все накажу, сколько я ждал. Весь этот детский сад отработаешь, из койки не выпущу. Буду ебать, трахать и любить. Олька моя.

Он просунул руку между ног девушки и коснулся пальцем клитора, Оля всхлипнула, Свят начал растирать влагу, поймав ритм.

- Свят, я так долго не смогу, я сейчас…. Я кончу, еще, еще, трахни меня, - Ольга только в возбуждении любила грязные и пошлые словечки, они её заводили еще сильнее.

- Давай, моя грязная девочка, моя любимая, я трахаю свою малышку, свою маленькую шлюшку, - Свят и сам любил Ольгины игры. Эта правильная девочка обожала в сексе переходить грань и полностью слетала с тормозов.

Оля задрожала в его руках и начала беспорядочно шептать: «Да, да, еще, еще, Свяааат, Свят, да, да, да». Голова ее в это время беспорядочно моталась. Парень наслаждался оргазмом девушки, какая она у него красивая.

Еще минута движений и Свят тоже пришёл к финишу, он обхватил член и кончил на попку любимой. Лбом прижавшись к её затылку, он почти неосязаемо целовал волосы девушки.

- Оля, теперь не отвертишься, ты станешь моей полностью, ты моя девочка, порву за тебя.

- Свяаат, как же хорошо, класс, - Оля потерлась попкой об опадающий член юноши, - мой дикий, мой бешенный.

- Олька, ты прекращай, я же сейчас присуну, провоцируешь?

- Я люблю твой член, он такой твердый, такой большой.

- Больше, чем меня? – парень хмыкнул, - вот ты зараза моя. Всё маленькая, мне пора бежать, опаздываю, пойдем в ванную, в порядок себя приведем.

- Святик, уже? Я скучаю, я давно тебя не видела.

- Оль, мне тоже херово, малышка. Мы должны потерпеть, мне нужен бюджет, родители платно не потянут. А я обещал тебе, что жуликом не буду. Для карьеры вышка нужна. Еще физподготовку сдавать. Тренировки тоже нужны. Ольчик, потерпи, а? Малыш?

- Ладно, - девушка надула губки, - я подожду.

Они привели себя в порядок в ванной и Свят пошёл к выходу. Он сунул ноги в кроссовки, закинул сумку на плечо и, взявшись за ручку двери, другой рукой нетерпеливо приобнял девушку.

- Маленькая, ты никогда не пожалеешь. Я буду херачить, как вол. Но ты будешь жить хорошо, я все для тебя сделаю, - он невесомо провел по её губам языком, чуть прикусил нижнюю губу и, резко отстранившись, открыл дверь.

Наше время.

Ольга шла по коридорам компании, которую возглавлял Святослав. Она здесь бывала нечасто. Но хорошо ориентировалась. Ей сообщили, что Святослав Алексеевич в конференц-зале принимает результат проекта.

Чем ближе она подходила к цели, тем больше сомневалась, что разговаривать нужно сейчас и здесь. Ведь это личное, можно и позже. Но тут же сама себя одернула. Это «позже» никогда не наступит. Они вымотают молчанками друг другу нервы.

Святослав очень хороший, и она его по-прежнему хотела. Но вот эта пенсионная жизнь полудрузей, полусоседей ее достала. Он не обманул ее ни разу в жизни. Всё, что когда-то обещал, сделал. Он работал сутками, спал иногда по 2-3 часа. Он зарабатывал имя, статус, деньги для своей девочки. Сам Свят был очень непритязательным в жизни, даже аскетичным.

Во внерабочее время он носил простую одежду, которой у него, кстати, было немного. Единственное дорогое приобретение для себя за двадцать лет он сделал год назад, когда купил неприлично дорогой автомобиль.

Все остальные траты были для неё, для любимой жены, для его девочки.

Муж заслуживает найти себе под стать домашнюю матрёшку с тряпочками для уборки в руках.

- Какого чёрта? Я что вчера был не в голосе? – грубый металлический голос нарушил тишину коридора. От неожиданности она вздрогнула и остановилась. «Кто это тут такой громкий?», - подумала Ольга. Кому Свят позволяет так себя вести в компании?

- Вы, блядь, расслабились? Я плохо в прошлый раз объяснял? – ну, нет! Это был голос её Свята. Голос вожака, который она уже не слышала много лет. Таким голосом на завтрак не зовут, а посылают в пешее эротическое.

- Святослав Алексеевич, времени реально было мало…- кто-то смелый попытался возразить.

- Я не закончил, - припечатал муж, - мне неинтересны причины. Премию все с удовольствием получают. Мне по херу, когда это будет делаться, косяки исправляем вовремя. Следующие залеты будут исправлять уже другие руководители департаментов. Я доходчиво донес?

Слушая этот диалог, Ольга уже без шума, осторожно ступая, подошла к приоткрытой двери зала. Свят стоял во главе стола, без пиджака, рукава рубашки были закатаны до локтей. За большим столом сидело человек двадцать мужчин. Взгляд мужа скользил по каждому.

О, Боже! Что это был за взгляд! Это был он! Её дикий, любимый, старый Свят! Лидер! Парень, который видел только цель и не замечал препятствий! Тот, который дрался за нее каждый раз, как за собственную жизнь.

Это был самец! Он сейчас и близко не напоминал того плюшевого мишку, который ей в субботу готовил завтрак.

Внизу живота начало возбуждающе тянуть. На трусиках появилась влага. Как она его захотела. Ольга сделала шаг и ступила в просвет двери. Взгляд мужа попал на неё и мгновенно сменился.

- Оля? Как ты здесь? – и всем присутствующим, - мы закончили, все свободны.

Вот оно, вернулся милый медвежонок. Раздражение Ольги начало расти. Это что, она его делает таким? Ведь только что перед ней был мужчина, которого она готова была оседлать прямо в кабинете. Это на жену такая реакция? А без меня он здесь самец? Вот гад!

- Свят, я тут недалеко была, - соврала она, проходя в кабинет и уступая дорогу выходящим.

- Оль, ты обедала? Пойдем со мной? – взгляд Святослава стал мягким, губы растянулись в улыбку. Но жена уже этого не замечала. Она увидела и поняла то, что хотела. Вот теперь им точно нужно поговорить. До вечера она не дотерпит. Её колотил озноб возмущения.

- Да, давай пообедаем, мне нужно с тобой поговорить, - она ждала, пока Свят захватит пиджак и папку с документами. Он взял все в одну руку, а второй приобнял жену, и слегка поцеловал её в висок, проведя губами до скулы.

- Поговорить? Легко, мадам! – мужчина шагнул к двери, увлекая Ольгу с собой.

Пока супруги шли по бизнес-центру, Ольга обращала внимание на то, как все женщины глазеют на Свята, открыто, нагло, призывно. Ей это не понравилось, ревность кольнула неприятно в груди. Но мужчина словно не замечал никого, она спрашивал о чем-то жену, что-то ей говорил. Его взгляд был прикован к любимому лицу.

В ресторан они поехали на машине, Свят не повел её в ближайший ресторан, а выбрал их любимый, в двадцати минутах езды.

Когда девушка хостес среагировала на мужа и начала почти открыто флиртовать, у Ольги сорвало все тормоза.

- Свят, а я тебя как женщина совсем больше не интересую? - начала она, едва отошёл официант, подавший им меню.

Лицо Святослава окаменело.

- А вот сейчас, малыш, поподробнее. Сказать, что я прихуел, это ничего не сказать.

Сейчас перед Ольгой сидел совершенно чужой мужчина: от мягкой улыбки и нежности в глазах не осталось ровным счётом ничего, взгляд стал тёмным и колючим, челюсти стиснуты до напряжённых мышц.

- Ты же меня как женщину совсем не замечаешь, - начала она тихо, благо, в этом пафосном ресторане на берегу Невы столы располагались достаточно далеко друг от друга, - ты на меня смотришь как на соседку или почти друга. Я тебя уже не возбуждаю, и ты это спокойно демонстрируешь своим равнодушием.

По мере того, как Оля говорила, челюсть Свята вытягивалась от удивления и шока, в глазах появилось полное непонимание происходящего. Он так смотрел, словно жена говорила с ним на санскрите. Но Ольгу уже несло.

- Ты избегаешь меня касаться, не позволяешь мне тебя обнимать. Последние года три просто невыносимы. И в постели мы…

Ольга не договорила.

- Ты сейчас серьёзно, маленькая? - нарочито ласково проговорил муж, но его тон и взгляд не предвещали ничего хорошего, - давай по порядку. Я. ТЕБЯ. БЛЯДЬ. ЛЮБЛЮ. СУКА. БОЛЬШЕ. ЭТОЙ. ГРЁБАНОЙ. ЖИЗНИ.

- Но ты…

- Сейчас помолчи и слушай, - отчеканил Свят, - Всё, что я добиваюсь, я добиваюсь для тебя. Я всегда хотел и хочу, чтобы ты была со мной счастлива. Я не просто люблю тебя, Оля, я одержим, я дышу тобой. Я, блядь, иногда думаю, а если бы мы не были вместе? И мне становится хуёво, Оля, очень хуёво.

- Свят…

- Молчи, Оля. Я никогда не смотрел на тебя, как на соседку. Я смотрел на тебя, как на божество. Ты помнишь? Я нихуя не был мальчиком-одуванчиком. Но вокруг тебя ходил кругами, и не тронул, пока ты не захотела. И расскажи мне, что за эти двадцать лет я сделал, что твоя головушка придумала такую херь? Ты моя женщина, жена, я всегда пытаюсь дать тебе самое лучшее. Ты знаешь стоимость квартиры, в которой мы живем? Ты хоть одно наше жильё оформляла в банке? Знала ежемесячный платеж?

- Свят, я про это не спорю…

- Сейчас я говорю, униженная ты моя. Я никогда не знал твою зарплату, и не знал, куда ты её тратишь. Я не идеальный, понимаю, что тебе со мной было трудно, Оль, и моя работа, и выходки иногда. Но, маленький, каждый шаг в этой жизни я делаю с оглядкой на мою Олю: как ей будет, понравится ли ей, захочет ли она? А про соседку что за хуета? Три года она страдает… Оля, три года назад мы переехали сюда, я спал раз в неделю нормально. Мне нужно было вывезти всю нагрузку, чтобы вы с Санькой в этой ёбаной культурной столице жили комфортно.

- Свят..- Оля попыталась перебить, но мужа уже несло.

- Вы ни дня здесь не жили в нужде, как сотни тысяч приезжих. Вы жили в хорошем жилье, дни рождения отмечали в лучших ресторанах И, на секунду, даже не знали конечный счёт за вечер. Это была моя проблема. Вы перепробовали с первого дня все кухни мира во всех ебучих пафосных ресторанах, мы посетили все модные клубы, музеи и выставки. И они ни хера не бесплатные. И этот панорамный ресторан, где мы сейчас любуемся Невой, тоже не самый дешёвый, но, сука, нами любимый. И одежду, и бельё моей обиженной и прихуевшей девочке я покупаю в брендовых бутиках. Ольчик, твои трусики стоят от трёх тысяч. Не все женщины так наряжают свою попу.

Святослав говорил тихо, но очень жёстко. Это были голые факты, о которых она не думала. Но каждое его слово било в цель.

- И, Оленька, если я где-то не смог оправдать имидж великого трахаря, извини. Я живой человек, иногда устаю. А точнее заёбываюсь. А твою попку в дорогие трусы я наряжаю для себя. Именно потому, что ты мне как женщина интересна.

- Но, Свят, ты изменился. Мы раньше с тобой по-разному… - Ольга подбирала слова, - а теперь как будто я фарфоровая со мной обращаешься. Я тебя хочу, а ты …

- Оля, вспомни, когда у тебя было кровотечение, - Свят прищурился, наклонив голову, - твой гемоглобин упал до семидесяти, ты была зелёного цвета, теряла вес. Потом еще вскрылся этот гастрит. Я без тебя бегал поговорить с твоими врачами и много читал. Я тогда реально боялся тебя потерять. Мне впервые в жизни было охеренно страшно. Ты угасала на глазах. Я ночами вставал, уходил на кухню и плакал. Я правда не знал, как можно быть без тебя. Какой может быть жёсткий трах? Я тебя был готов хранить под стеклянным колпаком.

- Почему ты мне не сказал?

В это время официант принес блюда и расставлял их на столе. Повисла пауза. Они сидели глаза в глаза и дышали, как бегуны на финише.

- Когда рассказать, Оля? Мы три года здесь, нужно решать по бизнесу, по жилью, платная учёба Сани, твоё здоровье. Оля, я чуть с катушек не слетел за эти три года, чтобы всё самому потянуть, чтобы вас не коснулась нужда. Я хотел тебя оградить от этого дерьма. Ведь твои проблемы начались на нервной почве. Я себя винил, что позволил тебе нервничать.

- Нужно было разговаривать, а то я себе надумала. Я переживала. Еще ты стал клушей домашней, с тряпкой бегаешь по квартире. Я поэтому по сторонам мужиков начала чужих разглядывать, - слова вылетели, и Ольга сразу поняла весь ужас сказанного. Она замерла.

- Я не любитель бегать с тряпкой, и я ни хрена не домохозяйка по натуре. Я, малышка, только из-за тебя на всю эту херь подписался. Видел, что тебе плохо, поддерживал, как мог. Чтобы ты лишний раз отдохнула, - Свят замолчал, по изменяющемуся взгляду она поняла, что до него только сейчас дошли её последние слова.

- Свят, ничего не было…

- В смысле, мужиков разглядывать? Ты что? Ты? - в его взгляде пылала ярость.

-Выслушай меня, пожалуйста, - прошептала Ольга. Муж кивнул. – Ничего ни с кем не было. Просто ты настолько изменился в домохозяйку, что мне не хватало моего Свята. И просто…

Слова, как назло, не подбирались. Но по взгляду мужа было понятно, что нужно срочно выплывать.

- Свят, я не изменяла. Просто обратила внимание на мужчину, который был таким же, как ты раньше. Не плюшевый домашний мишка, - глаза мужа уже высекали огонь, - а просто мужик, наглый, решительный, тестостероновый. Мы ничего с ним не делали. Я поняла, что даже прикосновения другого мужчины не выдержу.

Вот теперь всё. Она поняла, что сказала глупость. Назвала своего мужа клушей и мишкой, и прорекламировала сексуальность и мужественность другого мужчины. Почему она такая косноязычная? Она же имела ввиду другое.

Взгляд Свята завис на её лице. Он молчал. Это было хуже всего. Ну, давай, закричи, обвини, выплесни ярость!

Муж, не отрывая взгляда от Ольги, протянул руку к пиджаку, взял и достал портмоне. Не глядя захватил пальцами несколько красных купюр и положил их на стол.

- Мишкой и клушей, родная, я был только с тобой. Больше этого позора никто не видел. Ради тебя я был готов на что угодно, пока ты самцов разглядывала. А я был готов клоуном стать, если тебе станет легче. Только ты это неверно истолковала, маленькая. Я нихера не терпила по жизни. Ты просто зажралась, Оленька.

- Свят, пожалуйста, - до неё только сейчас начало доходить, что она натворила. Этот дикий тигр именно в её руках становился плюшевым добрым медведем. Он не изменился, он просто подстроился под неё. Любя.

Муж резко встал и направился к выходу. Ольга попыталась схватить его ладонь, но он увернулся.

-Свят, подожди.

- Мне нужно ехать, - не поворачивая головы, сквозь зубы.

Свят ушёл. Ольга закрыла лицо руками. Слезы сами собой текли по щекам. Какая она дура! Что теперь делать? Зачем она приплела в их выяснение постороннего мужика?

Внезапно она ощутила прикосновение к плечу и подняла голову. Рядом стоял муж. Он вернулся!

- Пойдём выйдем на минуту, потом доешь. Мы сейчас вернёмся, - последнюю фразу уже официанту.

Святослав бросил пиджак на спинку стула, схватил Ольгу за локоть и увлёк за собой. Она не успевала за его широкими шагами. Оля даже не пыталась спрашивать. Во-первых, шок от произошедшего еще не прошёл, во-вторы, самое важное, что муж вернулся.

Он вёл ее в сторону туалета.

В этом безумно дорогом ресторане туалет был произведением искусства. Кабинки были просторными, с капитальными глухими перегородками, стены отделаны дорогой итальянской плиткой, из динамиков раздавалась классическая музыка. Половина жителей даже этого города не могли себе позволить такой ремонт дома.

Свят подтолкнул Ольгу в свободную кабинку и закрыл дверь.

- Ну, что, зая, тестостерона тебе не хватало? Мне тоже, маленькая, - Свят впился в её губы поцелуем. Диким, жёстким, наказывающим. Двумя руками он держал её лицо. Целовал он долго, вкусно, возбуждающе. Губы опухли, было немного больно. Но Ольга хотела ещё и ещё. Он посасывал её губы, кусал их, прихватывал зубами язык.

Тяжесть между ног нарастала, возбуждение зашкаливало. Грудь ныла от желания. А влажные поцелуи уже были на шее и ключице.

Свят очень хорошо знал свою жену и почувствовал, что она готова. Он сквозь блузку прикусил слегка сосок. Оля нетерпеливо застонала. Дрожь тела выдавала её дикое желание.

Отстранившись, он резко и грубовато повернул жену к себе спиной. Надавил на поясницу, заставляя опереться руками о стену. Двумя руками задрал юбку. Ольга только охнула. Погладил полушария ягодиц, грубо сжал их и плотно прижался стояком.

- Чулки кому надела? На работе тестостерон присматривать? – в голосе не было ни теплоты, ни нежности, голая похоть.

-Свят…, - она попыталась сказать, но муж грубо повернул ее голову в сторону и снова поцеловал.

- Лучше, блядь, молчи. Напизделась уже, - он рванул трусики, сознательно разрывая ткань, - Хочешь самца, получишь, милая. Я этого зверя только ради тебя держал.

Ольга плавилась под его пальцами. Где-бы Свят её не касался, это становилось эрогенной зоной. Он знал, где погладить, где ущипнуть, где пососать, где лизнуть. Он был для неё сейчас один сплошной секс.

Вот он – её любимый, её самец, её мужчина. Какой он шикарный! Что за глупость она себе придумала! Это не медвежонок, это бешенный тигр!

Свят резко вошёл в нее пальцем.

— Вот это ты хотела? Течёшь водопадом, - он добавил второй палец. Взгляд Ольги поплыл, она бессознательно стала глубже насаживаться на пальцы мужа.

Свят добавил палец на клитор и начал двигать им по кругу. Вторую руку он просунул по блузку и сдвинул с груди бюстгальтер. Слегка ущипнул набухший сосок и услышал всхлип жены. Провел рукой ко второй груди и оттянул немного набухшую горошину.

- Свяаааат, даааа, да, да, да, - Ольга от перевозбуждения схватила внизу руку мужа и стала регулировать движение кисти.

- Нихуя, родная, это мои правила, - мужчина завел руку жены за спину и придержал. А сам продолжал ритмично трахать ее пальцами.

Ещё несколько движений внутри, чуть сильнее нажим на заветный узелок, и Ольга забилась в оргазме.

Кончала он по-прежнему красиво, полностью отключаясь. Он крепче перехватил талию, поддерживая обмякшее тело.

- Я всё, как хорошо, - прошептала Оля.

- Нет, милая, не всё, - Свят рывком расстегнул брюки, одним движением стянул их с трусами и резко вошел сзади в мокрую плоть.

- Свят, я не смогу….

- Сможешь, - Святослав, крепко зафиксировав бёдра жены руками сразу начал грубые, животные движения. Он её жёстко трахал, натягивал. Влажные звуки секса, тяжелое дыхание, полубессознательное бормотание и стоны Оли, — это всё возбуждало ещё больше.

Каждым ударом он вбивался, вколачивался своим далеко не маленьким членом. Ольге казалось, что он везде внутри.

Свят, крепко держа её бедро одной рукой, второй стал пощипывать сосок жены. Он не просто её трахал, он вытрахивал всю дурь из этой любимой головушки. Всё дерьмо, что она там аккуратно разложила по файлам.

Почувствовав, что Ольга близка к финишу, он снова переместил палец на клитор. Жена уже не издавала членораздельных звуков, она только всхлипывала и стонала.

Второй оргазм накрыл еще сильнее, Оля превратилась в куклу на шарнирах. Она не контролировала своё тело, просто хаотично махала головой и двигала руками. Свят положил ладонь ей на лоб, чтобы жена не ударилась об плитку. Она всегда так кончала, красиво, без тормозов, теряя связь с реальностью.

Буквально через несколько движений Свят нагнал жену и рыком кончил, вжимаясь в любимое тело.

Несколько секунд они стояли кожа к коже, тяжело дыша, слушая стук сердца друг друга.

Потом Святослав отстранился, Оля повернулась к нему.

- Оль, ты этого хотела? – он с грустью посмотрел на жену. Она в ответ кивнула, - так я никуда не девался, могла бы сказать. Нехер было чужих мужиков разглядывать.

Он натянул боксеры и брюки. Ольга стояла, как портовая шлюха: блузка выбилась, юбка задрана до пояса, трусы порваны и валялись на полу, на ногах чулки и шпильки.

- Ты приведи себя в порядок, я за обед заплатил. Поезжай домой.

- А ты? Свят, ты куда?

- У меня дела, Оля, - он посмотрел на неё со вселенской тоской в глазах, - вот на хера тебе было нужно чужие хуи искать? Зачем ты, маленькая?

- Свят, я.. – но он уже не слушал, он вышел, прикрыв дверь обратно.

Неделю спустя

Напряжение поселилось в их квартире. Ощущения странные: не было скандалов и выяснения отношений. Святослав был предельно вежлив с женой, спокойно общался с сыном. Выполнял все свои обязанности. Но его словно не было в жизни Оли.

Вот теперь она поняла, что значит соседи. Он отстранился от нее. У обоих в жизни что-то происходило, но это было параллельно. Муж не задавал вопросов, не звал прогуляться или прокатиться ночью по центру, как раньше.

Разговоры были официально-деловые. А на попытки поговорить о личном Свят все своим поведением демонстрировал нежелание. Он либо вставал и уходил, либо переводил разговор, либо просто произносил: «Не надо, Оля». И ночевал теперь в гостиной.

Ольга извелась, размышляя над тем, куда она утянула их по собственной глупости. Ну, нет, она так легко не сдастся. Она заставит его поговорить. Пообещает, что больше не будет додумывать, а впредь всё станет выяснять только вместе.

Чем дальше затягивается конфликт, тем больше отдаляется муж от неё. Оля вспомнила взгляды женщин на Святослава: каждая из трусов готова была выпрыгнуть. А вдруг его захочет утешить какая-нибудь? Ведь он сейчас обижен. Если проявит минутную слабость? Даже думать об этот не хочется.

Чёрт! Это её мужчина! Её муж! Никакой другой рядом не будет.

Нужно начать прямо сейчас. А что начать? Он даже не разговаривает с ней о случившемся. Они поговорят обязательно. Позже. А пока… Она должна соблазнить собственного мужа.

В этот момент женщина поняла, как сильно его хочет: общаться, разговаривать, обнимать, молчать рядом и ощущать вкус его члена на языке. Почувствовать свою власть над этим нереальным мужчиной. Как она вообще могла посмотреть в сторону другого?

И тут Ольгу осенило.

Хотеть чужого проще. Ведь ты его додумываешь и хочешь именно образ. А с ней рядом родной мужчина, которого она любит со всеми его достоинствами и недостатками. Грубый и нежный. Галантный и хамоватый. Страстный, внимательный, начитанный, бешенный и безбашенный. Даже его мат, с которым она боролась все эти годы, возбуждает её во время секса.

Оля тихо засмеялась: вот это задачка, раскрутить собственного мужа на минет, когда он сопротивляется!

Услышав звуки в коридоре, она пошла с твёрдым намерением совратить любимого самым бесстыдным образом.

Когда она вошла в коридор из комнаты, Свят уже взялся за ручку входной двери.

- Свят, ты куда? – Оля мелкими шажками подходила к мужу.

- У меня дела, - он замер, но даже не обернулся.

- В выходной? А где Санька?

- Саня с друзьями до вечера уехали в Пушкин. Мне нужно встретиться, - он не поворачивался, но продолжал стоять, держась за дверную ручку.

- А со мной ты встретиться и поговорить не хочешь? Свят? – почти прошептала Ольга. Сейчас, глядя на напряженную спину мужа, она почувствовала, как любит его, как он ей дорог, как она его хочет.

- О чём, Оля?

- Свят, прости меня, - она произнесла это одними губами, голоса не хватало от спазма в горле.

Но он все равно услышал и резко обернулся. Оля никогда не извинялась за все годы. Всегда прощения просил он. В глазах мужа женщина увидела изумление и грусть. Она сложила руки в молитвенном жесте и продолжила медленно подходить. Она заговорила часто-часто, словно боясь, что он сейчас выйдет, не дослушав.

- Свят, я дура! Я не права! Я прошу, не отталкивай меня! Накричи, поговори! Мне плохо без тебя! Я не могу больше! Свят, я люблю тебя! Я никого не хочу! Не знаю, почему эта дурь в моей голове появилась! Я даже прикоснуться к другому мужчине не смогу. Ты прав, я, наверное, зажралась! Ну, накажи меня! Ну, сделай, что хочешь! – последняя фраза уже потерялась во всхлипе, слезы лились градом.

Мужчина стоял и растерянно смотрел на жену. Такой он её ещё не видел. И вдруг Ольга засмеялась.

- Оль, ты что? У тебя истерика.

- Нет, - улыбаясь сквозь слёзы проговорила она, - я опять нелогичная.

- Почему? – Свят удивлённо смотрел на жену.

- Я хотела соблазнить собственного мужа, а в итоге разревелась. Какая из меня теперь соблазнительница с красными глазами.

- Соблазнить? – протянул мягко Свят, хищно прищурив глаза, - Хорошая идея. Не останавливайся. Ты себя недооцениваешь. Я же должен тебя наказать? Сама предложила, я согласен.

- Да, а что ты сделаешь? – Ольга пристально вглядывалась в лицо мужа.

- Прощения, Оленька, искренне просят на коленях, - он наклонил голову и плотоядным взглядом пробежался по фигуре жены.

- Ты хочешь, чтобы я извинялась на коленях? – после слёз и смеха Ольга медленно соображала, она забыла, для чего пошла к мужу.

- Ну, ты можешь и просто наклониться. Но, боюсь, будет не очень удобно, - он характерно дёрнул бёдрами в её сторону.

В его глазах уже плясали черти. Но лицо оставалось непроницаемым. Тело Ольги начало расслабляться после напряженного диалога, между ног начало тянуть. Возбуждение нарастало.

- Я готова просить прощение так каждый день, - она смотрела в глаза мужу и медленно оседала перед ним на колени.

- А я не говорил, что одного раза хватит, - кадык у Свята предательски дернулся, голос захрипел.

Оля, не отрывая взгляда от глаз мужа, медленно расстёгивала ремень. Свят громко сглотнул. Движения женщины становились всё более уверенными и спокойными, она уже ощутила свою власть. Только взгляд и дыхание выдавали дикое возбуждение.

Оба молчали, но глазами друг другу говорили гораздо больше, чем могут уместить любые фразы.

Это был парадокс чувств, стоя перед мужем на коленях, она осознавала, насколько этот мужчина её боготворит и желает. Тем диким желанием, которое искрит во взгляде, проявляется в беспорядочных движениях его рук по её голове.

Она ни на секунду не почувствовала унижения от это позы. Наоборот, глядя на мужа снизу вверх, Ольга ощущала, что лёд в глазах мужа треснул. И теперь, помимо дикого желания и страсти, там была видна любовь.

- Что ты со мной делаешь, маленькая? – сбившимся голосом прошептал муж.

- Я тебя люблю, мой любимый господин, - Ольга четко ощутила, что эта игра заводит её не на шутку. Она же не хотела медвежонка? Значит правила игры будет задавать сама. Сейчас она хочет бешенного самца, доминанта.

Брови Свята от удивления поползли вверх. Они много что пробовали, но такого акцента еще не было.

Ольга, держа член в руке и по-прежнему не отрывая взгляд от глаз мужа, коснулась вытянутым языком головки. Тут же прихватила её нежно губами. Мужчина откинул голову и втянул с шумом воздух сквозь зубы.

- Ооооля, блядь, Ольга! Убью тебя когда-нибудь! Только посмей еще раз в сторону глянуть! – наклонился к ней и, приподняв подбородок ладонью, двинулся глубже в рот, - Ты моя! Уясни себе уже. Я пиздец как зол на тебя.

Женщина спокойно покружила еще языком по головке и, продолжая двигать по стволу рукой, отстранилась от члена. Страха и волнения больше не было. Она включилась в игру. Да, Свят, зол. Но он имеет на это право. И сейчас любящая жена позволит выплеснуть это зло, но на её условиях.

- Свят, я знаю. Это всё правильно. Так накажи меня. – в её голосе появились игривые нотки. – Сегодня минет будет по твоим правилам. Направляй так, как хочешь. Только честно.

Ольга демонстративной положила ладони на бёдра мужа и приоткрыла призывно губы.

- Оль, ты не понимаешь. Я сорвусь. Я злой и соскучился по тебе. Это будет жёстко. Я не могу так с тобой.

- Можешь. Я хочу понять, как тебе нравится. – она слегка прихватила губами головку члена, покачивающегося перед лицом.

- Оля, блядь, не испытывай меня. Это будет жёстко со слюнями. И не факт, что я смогу остановиться. Я тебя сейчас сожрать готов. У меня хер сейчас задымится. Ты хочешь, чтобы тебя как шлюху драли?

- Я хочу, чтобы меня именно любимый муж как шлюху драл и только сейчас. А завтра, возможно, будем в госпожу играть. – она снова начала дразнить мужа губами.

- Бляяя, Оля, сама нарвалась, - муж расстегивал рубашку, - расслабь горло и дыши носом.

Сильные руки легли на голову женщины, Свят начал двигать слегка бёдрами и одновременно насаживать на себя рот жены. Постепенно движения становились резче и глубже. Из глаз Ольги полились непроизвольно слёзы, слюни она тоже уже не могла контролировать.

Иногда он резко выходил из неё и давал глотнуть воздуха. Потом всё начиналось заново. Оля опустила одну руку с бедра мужа и начала себя ласкать: сначала грудь, потом ниже. Свят заметил и зарычал от удовольствия.

- Давай, моя девочка, давай. Со мной вместе.

Она подчинялась. Он её имел жестко и грубо. Но подчинялась она тем правилам, которые изначально обозначила сама. И опять парадоксально Ольга не чувствовала унижения от происходящего, а только возрастающее возбуждение.

Они со Святом смотрели друг другу в глаза. Это заводило каждого неимоверно. Оба видели: им хорошо, хорошо до головокружения.

Ольга кончила первая, её взгляд поплыл, она задрожала. Тут же Свят, продолжая вколачиваться, прохрипел:

- Проглотишь, малыш? – она кивнула, мужчина застонал, замерев без движения.

В коридоре повисла тишина. Несколько секунд было слышно только тяжёлое дыхание.

Мужчина подхватил под руки жену и, подняв с колен, прижал к себе. Он поглаживал её по спине и по голове. Целовал волосы, глаза, щеки и губы.

- Оль, ты как? Маленькая? – муж с тревогой заглянул в глаза. Он ожидал взрыва, скандала, истерики, бляха, чего угодно. У него снесло крышу, так сильно нажестить со своей девочкой…

- Свят, а почему мы так раньше не делали? – женщина смотрела на мужа с любовью. Он поперхнулся.

- Оля, я с тобой двадцать лет рядом. И не перестаю удивляться. За какие заслуги ты мне досталась? Тебе понравилось? – она кивнула. – Я позавтракать не смог, только кофе попил. А тут такое доброе утро!

- Хочешь всегда по выходным с утра на завтрак от любимой жены?

- Почему по выходным? В офис можешь подъезжать. Я освобожу время для доставки. Ты же хочешь порадовать любимого мужа?

- Я обязательно буду радовать мужа, - Оля улыбнулась, - сразу после его кулинарных передач в выходные. А в офисе по требованию. Персонально для любимого.

Конец