91. Руки

Впервые я тогда заметил дрожь свою.

Холодно было - как будто я замерзну, отдам последнее и все - ничего у меня не останется.

Многократное выпускание семени, а потом охлаждение запечатлело в мозгах программу - она сигналила - приготовься - будет холод потом.

Женщина, имеющая двух детей - это она  первая сказала про мои руки.

Я держал нежно ее груди в подъезде.

Она приехала из поселка Строитель к своему брату.

Я заприметил ее в полупустом троллейбусе - что-то позвало - ну, конечно, событие нам совместное предстояло - сидение в беседке, а потом - стояние в подъезде.

Я заговорил с ней о незначащем - разном - в котором был смысл бытовых устремлений.

И в синеющем вечере мы пошли рядом - вечер сгустился до ночи, когда мы все о чем-то говорили, сидя в беседке.

Чувствовалось, что собеседница постельно-надежна, с ней хотелось.

Она все ждала, когда кончится моя дрожь (у меня просто лязгали зубы от холода и страсти), и я приступлю.

И я приступил: в темном удобное подъезде в два часа ночи я начал ее разворачивать, как дорогу для путешествия.

Я подсунул под тонкие трусики руки - и стянул их чуть-чуть.

Чтоб окончательно взвиться.

Она мне говорила, что от моих рук веет какой-то невероятной силой.

Она начинала колыхаться внутри, как знамя в весенних ветрах под солнцем.

Молодела… Забывала о детях, о жизни в криминальном районе.

Я ничего особенного не сделал с ней - посдавливал, погладил и отпустил.

Она нехотя шагнула вверх по ступенькам.