76. Аспид с Полуоттоптанным Хвостом

Я начал раздеваться под ее взглядом.

Я разделся, как сбросил кожу, и, почувствовав себя совсем незащищенным, лег под одеяло.

Я понял - почему татуировки наносят на тело - чтоб голым быть в латах - а так совсем никчемный.

Ее карий взгляд выразил удивление  - нечеловеческие молнии скакнули из ее глаз в мои:

- Вставай, уходи.

Ей что-то резали недавно, и было еще больно.

Фрида работала продавцом.

Фрида размашисто-ресторанно ходила на работу; одеваясь периферийно-броско, она шла, и все видели, что это может быть ****ь.

Витольд Евфратов был в светском времени.

Встал во весь свой рост, ощутил белизну, и неприкрытость своего тела - и начал натягивать носки.

Елкин мне сказал в "Нулевке" - смотри: ты можешь сейчас встать на сцену, и дать стих луженой глоткой, а можешь пойти к Фриде - она живет одна. Хочешь?

Я промолчал и, отправился к распределителю товара, напился на халяву на дне рождения Елкина и поперся.

И вроде в предыдущие встречи продавщица катетеров и скальпелей была непротив, чтобы "один из сыновей божиих познал дочь человеческую".

В этот раз дочь человеческая не позволила сыну божьему войти в нее.

Недозмею, т. е. нетатуированному беляку, что оставалось делать?

Во-первых, пугаться, что рассекут скальпелем и вставят катетер, чтоб спустить лишний жир - сперму, во-вторых, донакинуть тряпки - вот это было вообще унизительно - туда-сюда вхолостую одеваться - раздеваться, и в-третьих, чувствуя себя, как последняя рвань, как аспид с полуоттоптанным хвостом, убираться восвояси под листву, под дождь, шурша босотой сожаления, неприкаянностью.

Не дали мне совершить некоторые парадигматические движения тазом, чтоб проступила реальность - облекаемый и увлекаемый пустым светским временем, упраздненный и обесцененный, клубком я покатился, оббивая деревянные дома и заборы.