Амаранта Зимы

Амаранта Зимы

**ПРОЛОГ**

Клуб «Коршуны» дышал ночью. Тяжело, хрипло, как загнанный зверь. Басы вплавлялись в кости, пульсировали в такт сотням сердец, смешиваясь с терпким запахом дорогого виски, женских духов и липкого страха. Здесь продавали иллюзии, покупали души, играли в жизнь и проигрывали себя. Зеркальный шар дробил лица на тысячи ледяных осколков, и каждый осколок был чужой маской. Кроме одной.

Его.

Адам Вэйн стоял у барной стойки, и зал расступался перед ним, как море перед утёсом. Два метра выправки, белая рубашка, расстёгнутая на две пуговицы, и край татуировки, выжженной на коже поверх старого шрама: «Never again». Он был воплощением контроля. Холодный. Собранный. Неуязвимый. Хищник, замерший в терпеливом ожидании. Его пальцы лениво поглаживали гранёный стакан, но взгляд - острый, как лезвие конька, - сканировал зал. Он видел всё: лживые улыбки, алчные взгляды, дрожащие пальцы дилеров. Ни одна тень не ускользала от него.

Здесь, в его королевстве, он был Богом. И этот Бог смертельно скучал.

«Очередная пустая ночь, - пронеслось в голове. - Очередные маски, жаждущие его денег, его власти… его смерти».

- Босс, - из тени бесшумно шагнул Майкл, его верный человек. - Отец на связи. Срочно.

- Скажи ему, что я перезвоню, когда мне станет не лень. Или когда я умру. Смотря что наступит раньше.

Майкл нервно сглотнул, но голос его стал твёрже:

- Сэр… это не обсуждается. Говорят, вопрос жизни и смерти. Завтра в особняке. Экстренный совет.

- Значит, завтра, - отрезал Адам, и в голосе его звякнул металл, не терпящий возражений.

Он уже сделал шаг в сторону кабинета, когда взгляд его, скользнув по залу, вдруг наткнулся на неё.

На нечто иное.

Она сидела в самом тёмном углу, на границе света и мрака. Хрупкая фигурка в простом чёрном платье, но в каждой линии её тела чувствовалась сталь. Светлые волосы небрежно собраны в узел, открывая тонкую, беззащитную на вид шею. И на этой шее, на серебряной цепочке, мерцал крошечный кулон - белый цветок. Амарант. Она не смотрела на него. Она видела его. Насквозь. Её глаза - в них плескался лунный холод и недетская, пугающая мудрость - смотрели прямо в ту самую тёмную комнату его души, где был заперт напуганный мальчишка, которого никто не пожалел.

Адам почувствовал укол. Странный, забытый, почти болезненный. Что-то дрогнуло в самом основании его ледяного трона. Он махнул бармену:

- «Кристалл». Для девушки в углу. Лично от меня.

Бармен удивлённо вскинул бровь, но кивнул. Через минуту она подняла бокал, легко, едва заметно улыбнулась уголками губ… и медленно встала. Она не поблагодарила его издали. Она пошла к нему. Сквозь толпу, которая расступалась перед ней так же инстинктивно, как и перед ним. Она остановилась в опасной близости - слишком близко, чтобы быть случайностью. Её запах - снег, ветер и что-то неуловимо тёплое, почти родное - ударил в голову, лишая остатков равнодушия.

- Смело, - выдохнул он, не сводя с неё глаз. - Подходить к незнакомцу в его логове. Ты или очень храбрая, или очень глупая.

- О, ты вовсе не незнакомец для меня, Адам Вэйн, - её голос был тих, но в нём звенел хрустальный лёд. - Наследник «Коршунов». Человек, который коллекционирует чужие шрамы, чтобы не чувствовать собственных.

Адам усмехнулся, но усмешка вышла жёсткой, режущей:

- И что же ещё ты обо мне знаешь, мой маленький психоаналитик?

- Что ты панически боишься быть настоящим. Что внутри ты - тот самый испуганный мальчик, которого предали все, кому он доверял. - Она бесцеремонно забрала его стакан и, глядя ему прямо в глаза, медленно сделала глоток. - И что в кармане твоего пиджака лежит самый обычный камень, который ты носишь с собой уже больше десяти лет. Как талисман. Как напоминание. Как единственное, что ты не купил и не украл.

Адам замер. Сердце на мгновение пропустило удар. Он машинально сунул руку в карман и нащупал пальцами гладкий, прохладный камень. Тот самый. Его тайна, которую он не доверял никому. Откуда она могла знать?

- Как тебя зовут? - выдохнул он, и голос его сел, потеряв привычную стальную ноту. Контроль дал первую, крошечную трещину.

- Амаранта, - её улыбка была острой, как лезвие.

- Неувядающий цветок. Звучит как угроза.

- Умный мальчик, - прошептала она почти нежно.

Адам резко подался вперёд, сокращая расстояние до нуля. Он навис над ней, мышцы его рук напряглись, превращая его в хищника на грани броска.

- Знаешь, что бывает с цветами в моём клубе? Их срывают и топчут, пока не останется только пепел.

Она не отступила. Вместо этого она шагнула навстречу, прижимаясь к нему всем телом. Он чувствовал, как её грудь касается его груди, как её дыхание обжигает его губы, как её пульс - ровный, спокойный - бьётся в унисон с его сорвавшимся ритмом.

- Попробуй, рискни. Я цвету там, где остальные сгорают дотла.

- Ты ищешь смерти? - его голос превратился в хриплый рык.

- Я ищу игру без правил. Игру, где тебе заведомо не выиграть.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Детка, я никогда не проигрываю, - прорычал он, но в его голосе впервые прозвучало сомнение.

- Тогда почему ты уже проиграл? - бросила она ему в лицо, и в её глазах мелькнуло торжество.

Прежде чем он успел ответить, она развернулась и растворилась в толпе, как серебряная рыба в тёмной воде. Её последние слова упали в тишину, выжженные в его сознании:

- Увидимся, когда перестанешь считать ходы и начнёшь их делать.

Адам стоял посреди ревущей, беснующейся толпы, чувствуя, как адреналин огнём разливается по венам, как лёд внутри него тает, превращаясь в горячую, опасную воду. Он сжимал в кулаке холодный камень и знал: этот незнакомый цветок только что оставил на его душе первый ожог. И это было только начало.

**ГЛАВА 1**

**Два дня спустя. Квартира Амаранты. Утро.**

Солнце вяло пробивалось сквозь плотные шторы, но Амаранта уже не спала. Она сидела на широком подоконнике, подтянув колени к груди, и рассеянно вглядывалась в просыпающийся город за стеклом. В холодных пальцах дымилась чашка с чаем, но она не сделала ни глотка - её мысли были далеко, запертые в ту самую ночь, в тот самый клуб, в его глаза.

«Что я натворила?» - пронеслось в голове.

Она не должна была так рисковать. Не должна была вторгаться в его личное пространство, касаться камня, бросать ему вызов. Это было глупо, непрофессионально и смертельно опасно. Но когда она посмотрела в его глаза - в тот миг, когда зал расступился перед ней, - она увидела не монстра, не хищника, а человека, который до хруста сжимал челюсти, чтобы не закричать от собственного одиночества.

Телефон на подоконнике завибрировал. СМС от Марка:

«Ты вчера была в „Коршунах“. Что ты там забыла?»

Она усмехнулась. Марк - её ангел-хранитель, её совесть, единственный человек, которому она доверяла больше, чем себе. Она набрала коротко:

«Работала».

Ответ пришёл через минуту:

«Ты встретилась с Адамом Вэйном. Я видел записи с камер. Ты подошла к нему сама. Это не было работой».

Амаранта замерла. От Марка нельзя было спрятаться - он видел её насквозь, как рентген. Она ответила:

«Я собирала информацию».

«Ты смотрела на него так, будто он - твоё спасение. Амаранта, будь осторожна. Он - дьявол в человеческом обличье. Он уничтожит тебя».

Она отложила телефон и уставилась в одну точку на стене. Она знала, что Марк прав. Но он не знал главного: как сильно она устала быть тенью. Как отчаянно хотела, чтобы кто-то увидел её настоящую - без масок, без ролей, без игры. И в ту ночь, глядя в его ледяные глаза, она увидела в нём то же самое. Отражение собственной боли.

**Клуб «Коршуны». Тот же день. Кабинет Адама.**

Адам сидел в полумраке, закинув ноги на край дубового стола. На мониторе, на бесконечном повторе, крутилось видео с камер наблюдения. Вот она входит в зал. Вот её фигурка в тёмном углу. Вот она поднимает бокал, который он прислал. Вот она встаёт и идёт сквозь толпу - к нему.

Он нажал на паузу, всматриваясь в её лицо на экране. Светлые волосы, тонкая шея, тот самый кулон. И глаза - глаза, которые смотрели сквозь экран, сквозь время, сквозь его броню.

- Кто ты, чёрт возьми, такая? - прорычал он в пустоту кабинета. - Амаранта…

В дверь постучали. Вошёл Майкл с папкой в руках. Он выглядел встревоженным - Адам знал эту мину на его лице.

- Босс, я собрал всё, что смог. Но это почти ничего.

- Выкладывай, - голос был коротким, как удар хлыста.

Майкл открыл папку и начал читать, но в голосе его звучала неуверенность:

- Амаранта Винтер. Двадцать три года. Ни одного привода, ни одного штрафа. Сирота. Выросла в интернате на севере - закрытом, элитном, для одарённых детей. В семнадцать сбежала. Последние два года - здесь, в центре.

- И всё? - Адам нахмурился, пальцы его сжались в кулак. - А где она работает? Откуда у неё деньги? Кто её люди?

Майкл нервно сглотнул, и это движение сказало больше любых слов:

- Она - призрак, босс. Ни счетов в банке, ни кредитных карт, ни официального дохода. Её следы обрываются - как будто её просто не существует.

Адам медленно поднялся из кресла. Его фигура заслонила свет из окна, и комната погрузилась в тень.

- Значит, либо за ней стоит кто-то очень могущественный… либо она сама - ходячее оружие. Или и то, и другое вместе.

Майкл опустил глаза:

- Или и то, и другое.

Адам рассеянно сунул руку в карман пиджака. Пальцы нащупали гладкий, прохладный камень - тот самый, который он носил с собой уже пятнадцать лет. С тех пор, как нашёл его на пустынном берегу через неделю после смерти матери. Ни одна живая душа не знала об этом талисмане. Никто. Кроме этой девчонки.

- Что ещё? - спросил он, и голос его прозвучал ровнее, чем он чувствовал себя.

Майкл замялся, перелистнул страницу:

- Она дважды ужинала с доном Марчелло. В «Ла Скала». В закрытой VIP-зоне. Они сидели вдвоём, смеялись, общались как старые друзья.

Лицо Адама окаменело. Желваки заходили на скулах, и в глазах вспыхнул холодный, голодный огонь. Марчелло был его кровным врагом - человеком, который убил его дядю и годами пытался уничтожить бизнес отца. Если эта девушка связана с ним…

- Приведи её ко мне, - сказал он, и голос его прозвучал как выстрел.

- Босс, она может отказаться…

- Придёт, - перебил Адам, и в его голосе зазвенела сталь. - Передай ей: либо она приходит сама, либо я начинаю охоту. И тогда, если я найду её, разговор будет совсем другим. Ты понял меня, Майкл?

Майкл кивнул и бесшумно исчез за дверью.

**Квартира Амаранты. Вечер.**

Она медленно кружилась перед высоким зеркалом в чёрном платье, которое мягко облегало её фигуру, струилось по бёдрам, открывало плечи. Телефон на столике вибрировал - незнакомый номер. Она не брала трубку. Дождалась, пока звонок стих, и отправила короткое СМС:

«Приду, когда решу, что это стоит моего времени».

Ей нравилась эта игра. Нравилось чувство опасности, которое щекотало нервы, заставляя кровь бежать быстрее. Когда она думала о том, как дрогнули его пальцы, когда он нащупал в кармане камень, внутри неё разгорался огонь. Его броня дала трещину. Теперь её задача - проникнуть в самое сердце.

**Клуб «Коршуны». Ночь.**

Она скользнула через чёрный вход, бесшумная, как тень, и поднялась по узкой служебной лестнице. Ни один охранник не заметил её - она знала, где висят камеры и как обходить их. Тяжёлая дверь кабинета поддалась без звука.

Он стоял у панорамного окна, спиной к ней, вглядываясь в огни ночного города, раскинувшегося под ним. Фигура, вырезанная из чёрного мрамора - ни единого лишнего движения.

- Я знал, что ты придёшь, - произнёс он, не оборачиваясь.

- Ты ведь только этого и ждал, - её голос прозвенел, как натянутая струна, готовая лопнуть.

Он резко развернулся. В его глазах полыхал шторм - это было не просто любопытство, это была одержимость. Он подошёл к ней, сокращая расстояние с каждым шагом, и остановился в опасной близости.

- Ты встречалась с Марчелло.

- Я встречаюсь с людьми, которые мне платят, - ответила она, выдерживая его тяжёлый взгляд без единой дрожи. - Кстати, твоя охрана ужасна. Меня никто не заметил.

- Это потому, что ты - профессионал, - он усмехнулся, но улыбка не коснулась его глаз. - Скажи мне, сколько Марчелло заплатил тебе за мою голову? Или ты пришла предложить мне свои услуги?

Амаранта сделала шаг вперёд. Теперь они стояли в полушаге друг от друга - так близко, что она чувствовала тепло его тела. Она смотрела в его глаза, пытаясь заглянуть за ледяную стену.

- Я пришла не для этого, - сказала она тихо. - Я пришла, потому что хочу знать, что ты будешь делать дальше.

- Дальше? - переспросил он, и в голосе его мелькнула тень растерянности.

- Ты боишься, Адам, - ответила она, и каждое слово её упало в тишину, как капля кислоты на сталь. - Ты боишься, что если я увижу тебя настоящего - без масок - я уйду. Ты строишь стены, чтобы никто не мог причинить тебе боль. Но ты забываешь, что, строя эти стены, ты запираешь себя внутри.

Он шагнул вперёд, снова сокращая расстояние. Его дыхание коснулось её лица.

- Ты хочешь сказать, что знаешь меня лучше, чем я сам?

- Я не знаю тебя, - честно ответила она, и в голосе её не было игры. - Но я хочу узнать.

Она помедлила, словно принимая решение, которое могло стоить ей жизни. Затем посмотрела ему прямо в глаза.

- Я знаю кое-что, что тебе нужно услышать. Кто-то из твоей семьи продаёт информацию Марчелло.

Адам замер. Всё его тело напряглось, как стальная пружина. Лицо окаменело.

- Что ты сказала?

- Ты слышал, - ответила она спокойно, но внутри у неё всё дрожало. -Я знаю, что кто-то из твоих родных работает на твоего врага. Кто-то, кому ты доверяешь.

- Ты лжёшь, - сказал он, и его голос стал ледяным - таким холодным, что воздух между ними, казалось, застыл.

- Я не лгу, - ответила она, и в её голосе не дрогнула ни одна нота. - Я не стала бы рисковать своей жизнью, чтобы прийти сюда и сказать тебе это, если бы не была уверена.

Он смотрел на неё, и внутри него боролись ярость и сомнение. Она видела это по его глазам - по тому, как они метались между гневом и отчаянием.

- Докажи, - сказал он, и его голос сорвался на шёпот.

- Я не могу, - ответила она. - Не сейчас. У меня есть доказательства, но они неполные. Мне нужно больше времени.

- Ты играешь в опасную игру, Амаранта.

- Я знаю, - сказала она. - Но я не хочу, чтобы ты пострадал.

Он шагнул к ней вплотную, и теперь между ними не осталось ни миллиметра.

- Если это окажется ложью, - сказал он, и его голос был низким, как рык, - я убью тебя. Ты знаешь это?

- Я знаю, - прошептала она, не отводя взгляда. - Но я не лгу.

Адам смотрел на неё, и внутри него что-то дрогнуло - глухо, тяжело, как первый удар колокола. Он резко наклонился к ней и поцеловал. Жёстко, почти жестоко, вкладывая в этот поцелуй всю свою боль, всю свою ярость и отчаянную, запретную нежность. У неё перехватило дыхание.

Когда он оторвался, его глаза потемнели до черноты.

- Ты опасна, - сказал он хрипло. - Ты самая опасная женщина, которую я встречал.

- Я знаю, - ответила она, и на её губах мелькнула тень улыбки. - Но ты ведь любишь опасность?

**Крыша клуба «Коршуны».**

Она стояла на самом краю, глядя вниз на море огней - город раскинулся под ней, пульсирующий, живой, равнодушный. Холодный ветер трепал её волосы, но она, казалось, не замечала его. Внутри неё бушевала буря. Адам подошёл к ней, остановившись в двух шагах. Он не касался её, но его присутствие давило, заполняло пространство.

- Ты не ушла.

- Я знала, что ты выйдешь за мной, - ответила она, не оборачиваясь.

- Я не должен был.

- Но ты вышел.

Она медленно повернулась к нему. Ветер бросил прядь волос ей на лицо, и она убрала её дрожащей рукой.

- Ты боишься, - сказала она, глядя ему в глаза. - Не меня. Ты боишься, что я окажусь правой. Что кто-то из твоей семьи предал тебя. Что ты останешься совсем один.

Адам шагнул к ней, сокращая последнее расстояние. Его лицо было искажено болью, которую он так долго прятал.

- Если это правда, - сказал он, и в его голосе впервые дрогнула уязвимость, - я не знаю, что я сделаю.

- Ты справишься, - ответила она тихо. - Ты сильнее, чем думаешь.

- Откуда ты знаешь?

Она коснулась его лица - медленно, осторожно, словно прикасалась к оголённому нерву. Он не отстранился.

- Потому что я вижу тебя настоящего, - сказала она. - Ты - не чудовище. Ты просто человек, который слишком долго был один.

Он взял её лицо в свои ладони - грубо, почти отчаянно - и поцеловал. В этом поцелуе не было ни гнева, ни подозрений. Была только боль, страх и та запретная, хрупкая надежда, которую он похоронил в себе много лет назад.

- Ты сломаешь меня, - прошептал он, отрываясь от её губ.

- Я соберу тебя, - ответила она, и в голосе её прозвучала клятва.

Он взял её за руку - крепко, не отпуская - и повёл вниз, прочь из клуба. В свою квартиру.

**Квартира Адама.**

Дверь захлопнулась за ними, отсекая внешний мир. Он прижал её к стене - резко, собственнически, но в его руках чувствовалась дрожь. Его пальцы коснулись её лица, скользнули по скулам, по губам - словно он боялся, что она исчезнет, если он отпустит её.

- Если я сделаю это… - начал он, и голос его был низким, хриплым от напряжения.

- Если ты сделаешь это, я останусь, - перебила она, глядя ему в глаза. - Если не сделаешь - я всё равно останусь.

- Ты безумна, - прошептал он, и в его шёпоте звучало изумление.

- Я знаю, - ответила она.

Он впился в её губы поцелуем - жёстким, требовательным, почти голодным. Его пальцы вплелись в её волосы, запрокидывая её голову назад, и она почувствовала, как его язык скользнул в её рот, пробуя, исследуя, заставляя забыть, как дышать. Её руки скользнули по его груди, ощущая жесткую ткань рубашки и стальные мышцы под ней. Она расстегнула пуговицы - одну, вторую, третью, - чувствуя, как его дыхание становится глубже с каждым её движением. Он перехватил её запястья и прижал их к стене по обе стороны от её головы, не разрывая поцелуя. Его тело прижимало её к холодной поверхности, и она чувствовала каждую линию его фигуры, каждое напряжение мышц.

- Ты сводишь меня с ума, - выдохнул он ей в губы.

- Тогда сделай что-нибудь с этим, - прошептала она, и в голосе её прозвучал вызов.

Он оторвался от её губ и провёл губами по её шее - медленно, чувственно, сжигая её кожу своим дыханием. Она выгнулась навстречу, прижимаясь к нему теснее. Его пальцы скользнули по её спине, нащупывая молнию платья. Ткань зашуршала, и она почувствовала, как прохладный воздух коснулся её обнажённой кожи. Он отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть ей в глаза. Его взгляд скользнул по её лицу, по её губам, по её груди - и в нём было столько желания, что у неё перехватило дыхание.

- Ты такая красивая, - сказал он, и его голос сорвался на хрип. - Самая красивая женщина, которую я видел.

- Ты говоришь это всем девушкам? - выдохнула она, пытаясь сохранить хотя бы каплю самообладания.

- Ты первая, кому я говорю это, - ответил он, и в его глазах не было лжи.

Она не сдержала улыбку - но улыбка тут же исчезла, когда он подхватил её под бёдра и поднял. Её ноги обвили его талию, и она почувствовала, как его руки сжимают её, притягивая ближе. Он сделал несколько шагов, не разрывая зрительного контакта, и она чувствовала, как его дыхание касается её губ. Он опустил её на прохладные простыни, нависая сверху. Его тело накрыло её, и она ощутила тяжесть его веса, его тепло, его запах - виски, дорогой одеколон и что-то тёплое, сокровенное, что было только его. Он приподнялся на локтях, заглядывая в её глаза, и в его взгляде была такая тоска, что у неё сжалось сердце.

- Ты не боишься, что я сломаю тебя? - прошептал он.

- У тебя не получится. - ответила она, касаясь его лица.

Она скользнула пальцами по его груди, касаясь татуировок, шрамов, линий его тела, которые она хотела выучить наизусть. Он закрыл глаза от её прикосновений, и его дыхание сбилось. Она чувствовала, как его мышцы напрягаются под её пальцами, как его сердце бьётся быстрее. Он наклонился и поцеловал её шею, спускаясь к ключицам, к груди. Его губы были горячими, и она чувствовала, как её тело отвечает на каждое его прикосновение. Она запрокинула голову, вплетая пальцы в его волосы, и позволила себе забыть обо всём, кроме него. Он поднял голову и посмотрел на неё. В его глазах была такая уязвимость, что она почти физически ощутила её - как оголённый провод, бьющий током.

- Я не знаю, как это делается, - сказал он с болью. - Я не знаю, как быть нежным.

- Тогда не будь нежным, - ответила она. - Будь собой.

Он снова поцеловал её - глубже, отчаяннее, вкладывая в этот поцелуй всю боль, которую носил в себе годами. Его руки скользили по её телу, и она чувствовала, как он дрожит, как его пальцы впиваются в её кожу, словно он боялся, что она исчезнет. Она потянула его за шею, прижимая к себе, и почувствовала, как его руки скользят по её бёдрам, притягивая ближе. Их дыхание смешалось, их сердца бились в унисон, и в этом моменте не было ничего, кроме них - только его губы на её губах, его руки на её теле, его шёпот в темноте.

- Я хочу тебя, - сказал он, и его голос был хриплым, почти умоляющим. - Я хочу тебя так, что это сводит меня с ума.

Он приподнялся над ней, заглядывая в её глаза. В его взгляде было всё - страх, желание, отчаяние, надежда. И она видела, как он борется с собой, как его инстинкты кричат ему отступить, но он не может. Он вошёл в неё медленно, чувствуя, как её тело принимает его, как она выгибается ему навстречу. Она обхватила его ногами, и он почувствовал, как её пальцы впиваются в его плечи. Они двигались в ритме, который создавали вдвоём - и в этом моменте не существовало ничего, кроме них. Он смотрел на неё - на её закрытые глаза, на её приоткрытые губы, на то, как она дышит с ним в унисон. И он чувствовал, как внутри него что-то меняется. Как будто она собирает осколки его души и склеивает их обратно - по одному, осторожно, терпеливо.

- Я никогда не чувствовал ничего подобного, - прошептал он, и его голос дрогнул.

- Я тоже, - ответила она, открывая глаза.

Он поцеловал её - и в этом поцелуе не было ни гнева, ни страха. Была только благодарность - глубокая, как бездна, которую он носил в себе.

**Квартира Адама. Глубокая ночь.**

Они лежали в темноте, переплетённые телами, и его пальцы медленно скользили по её спине, вычерчивая невидимые узоры на коже.

- Расскажи мне о себе, - попросил он, и голос его звучал мягче, чем он сам ожидал.

- Я расскажу тебе, если ты расскажешь о камне, - ответила она, и в голосе её не было вызова - только осторожное любопытство.

Он замер на мгновение, а затем усмехнулся - тихо, без горечи.

- Это самый ценный камень в моей жизни, - сказал он. - Он напоминает мне о матери. Она умерла, когда я был ребёнком. Отец так и не сказал мне, как. Я нашёл этот камень на пляже через неделю после её смерти. И с тех пор ношу с собой. Как будто она оставила мне его.

Амаранта коснулась его лица, и он прикрыл глаза.

- Ты не один, Адам, - сказала она. - Я здесь.

Он открыл глаза и посмотрел на неё с такой надеждой, что у неё перехватило дыхание.

- И ты останешься?

- Я никуда не уйду, - ответила она, и в голосе её прозвучала клятва, которую она не собиралась нарушать.

**Квартира Амаранты. Раннее утро.**

Она сидела на полу своей маленькой квартиры, обхватив колени руками. Губы всё ещё горели от его поцелуев, и на коже остались следы его пальцев - нежные, собственнические.

Телефон завибрировал. Сообщение от Марка:

«Ты не отвечаешь. Я волнуюсь».

Она набрала ответ:

«Я в порядке. Я просто думаю».

Она отложила телефон. За окном вставало солнце, и она смотрела на его первые лучи, чувствуя, как внутри неё прорастает что-то новое - опасное, тёплое и неизбежное, как рассвет.

**ГЛАВА 2**

**Утро. Квартира Амаранты.**

Амаранта лежала на кровати, уставившись в потолок. Она не сомкнула глаз уже несколько часов - просто лежала, прислушиваясь к тишине собственной квартиры и тщетно пытаясь усмирить хаос, бушующий в голове. Всё, что случилось прошлой ночью, казалось сном - слишком ярким, слишком невозможным, чтобы быть правдой. Его руки, сжимающие её талию. Его губы на её губах. Его дыхание, срывающееся в шёпот.

Она закрыла глаза, и перед ней снова всплыли его глаза - тёмные, бездонные, полные боли и отчаянной, запретной надежды. Его пальцы, которые дрожали, когда он касался её лица.

Она перевернулась на бок и обхватила подушку руками, сжимая её так сильно, что побелели костяшки. Она была одна. В своей собственной квартире, в своей постели. Только воспоминания - и они обжигали.

«Это было реально? - пронеслось в голове. - Или я всё это придумала?»

Она провела пальцами по губам - они всё ещё горели, хранили память о его поцелуе. На бедрах остались едва заметные багровые следы от его пальцев - она заметила их утром, когда вставала за водой. Это было реально. Каждое прикосновение, каждый вдох, каждый сорванный шёпот - всё это было настоящим. И эта реальность пугала её до дрожи.

Телефон на тумбочке завибрировал, разрезая тишину. Она потянулась и взяла его, даже не глядя на экран. Она знала, кто это.

Марк.

«Ты вчера была у него. Я видел, как ты выходила из его дома. Что случилось?»

Амаранта усмехнулась - горько, безрадостно. Марк всегда всё знал. Он был её ангелом-хранителем, её совестью, единственным человеком, которому она доверяла до конца, не оставляя себе запасного выхода.

«Ничего не случилось», - ответила она, хотя пальцы дрожали, когда она печатала.

«Ты лжёшь. Я знаю тебя. Ты выглядела… растерянной. Это не похоже на тебя. Ты никогда не выглядишь растерянной».

Она задумалась, глядя на экран, на холодный свет, отражающийся в её зрачках. Марк был прав. Она никогда не выглядела растерянной. Она была профессионалом - холодным, расчётливым, неуязвимым. Она умела держать лицо в любой ситуации. Но прошлой ночью, когда она выходила из его дома, она чувствовала себя так, будто потеряла управление, будто кто-то вырвал штурвал из её рук.

«Я в порядке», - написала она, но слова казались пустыми.

«Ты врёшь. Я знаю тебя достаточно давно. Что случилось? Ты влюбилась в него?»

Она замерла. Влюбилась? Нет. Это слово было слишком лёгким, слишком простым для того водоворота, в который она попала. Это было что-то другое - первобытное, опасное, безумное. Что-то, что заставляло её думать о нём каждую секунду, в каждом свободном мгновении, в каждой тени за окном.

«Я не влюбилась», - ответила она, и пальцы её дрогнули. - «Я просто… не могу перестать думать о нём».

«Это и есть влюблённость, дура».

Она усмехнулась, но в усмешке не было веселья. Марк всегда был слишком прямолинейным - и слишком часто оказывался прав.

«Не беспокойся. Я знаю, что делаю».

«Ты не знаешь, что делаешь. Я знаю тебя. Ты хочешь спасти его. Но ты не можешь спасти того, кто не хочет быть спасённым. Адам Вэйн - не тот, кого можно изменить. Он разрушит тебя, Амаранта. Как разрушал всех, кто к нему приближался».

Она смотрела на экран, и внутри неё закипал глухой, тягучий гнев. Не на Марка. На себя. Потому что он был прав - до костей, до последнего нерва прав.

«Я справлюсь», - написала она и отбросила телефон в сторону.

Она села на кровати и посмотрела в окно. Город просыпался - серый, равнодушный, бесконечный. Где-то там, среди этих улиц, был он. И она не знала, увидит ли его снова - и хотела ли этого.

- Ты хочешь знать, кто я на самом деле? - прошептала она в пустоту комнаты. - Тогда будь готов к правде.

Она поднялась с кровати и направилась в ванную. Ей нужно было собраться. Ей нужно было понять, что делать дальше - пока это безумие не поглотило её целиком.

**Клуб «Коршуны». Кабинет Адама.**

Адам сидел за своим дубовым столом, сжимая в руках стакан с виски, хотя за окнами только начинало светать. Он не сомкнул глаз всю ночь. Каждый раз, когда он закрывал веки, перед ним всплывало её лицо. Её глаза, смотревшие сквозь него. Её пальцы, касающиеся его щеки с такой нежностью, что у него перехватывало дыхание. И он злился на себя за это - за эту слабость, за эту трещину в броне, которую он так долго выстраивал.

Майкл стоял напротив, держа в руках планшет. Он выглядел уставшим - под глазами залегли тени, плечи слегка опущены. Похоже, он тоже не спал.

- Босс, я проверил её ещё раз. Глубже, как вы просили. Она чиста, как слеза.

- Чиста? - Адам усмехнулся, но в его усмешке не было веселья - только горькая сталь. - Никто не бывает настолько чистым, Майкл. Это само по себе подозрительно.

- Я понимаю, босс. Но я не нашёл ни одной ниточки. Никаких связей с Марчелло, кроме тех двух ужинов в «Ла Скала». Никаких переводов на её счета. Она даже не пользуется кредитками.

Адам нахмурился, и его пальцы сжали стакан сильнее. Это был верный признак профессионала. Кто-то, кто не хочет оставлять следов, кто привык исчезать, как тень на рассвете.

- Она знает, что делает, - сказал он, поднимаясь из-за стола. - Это не просто девушка из клуба. Она тренирована. Выучена. Кем-то очень терпеливым.

- Возможно, она просто очень осторожна? - предположил Майкл, хотя в голосе его звучала неуверенность.

- Осторожность - это когда у тебя есть причины скрываться, - холодно ответил Адам, подходя к панорамному окну. - А у неё их, судя по всему, целый арсенал.

Он смотрел на город, просыпающийся под серым, свинцовым утром. Где-то там, среди этих бетонных каньонов, была она. И он не знал, враг она или союзник. Эта неизвестность сводила его с ума - хуже любого ножа, хуже любой пули.

- Когда она была у меня прошлой ночью, - сказал он, не оборачиваясь, и голос его звучал глухо, как из-под воды, - она сказала, что кто-то из моей семьи работает на Марчелло. Что кто-то продаёт информацию. Что я чувствую это, даже если не хочу признаваться себе.

Майкл побледнел - так резко, что Адам заметил это даже в отражении стекла.

- Босс… вы думаете, это правда?

- Я не знаю, - честно ответил Адам, и в этом признании была такая уязвимость, которую он никогда не позволял себе раньше. - Но она задела что-то внутри меня. Она права. Я чувствую это - гнилой запах в собственном доме. Я просто не знаю, кто именно.

Он медленно повернулся к Майклу, и в его глазах вспыхнул холодный, решительный огонь.

- Я хочу, чтобы ты установил за ней наблюдение, - сказал он. - Каждый её шаг. Каждое слово. Каждый контакт. Если она работает на Марчелло - я хочу знать это, прежде чем она сделает следующий ход.

- А если она просто… - Майкл запнулся, подбирая слова с осторожностью человека, ступающего по минному полю, - если она просто ищет спасения? Если она действительно хочет вам помочь?

- Тогда я узнаю, кто она на самом деле, - ответил Адам, и в голосе его зазвенела сталь. - И решу, могу ли я позволить себе верить ей.

Он подошёл к столу и взял телефон. На экране застыла фотография Амаранты, которую Майкл сделал на входе в клуб - её профиль, светлые волосы, тонкая линия шеи. Он смотрел на это лицо, и внутри него закипала странная, пугающая смесь: гнев, желание, отчаяние и что-то тёплое, чему он не мог найти названия.

- И ещё, - добавил он, не поднимая глаз, - найди мне всё, что сможешь, о её прошлом. Не просто официальные документы. Настоящее прошлое. Там есть что-то, что она скрывает. Я чувствую это нутром.

- Будет сделано, босс.

Майкл бесшумно вышел, и Адам остался один в полумраке кабинета. Он провёл пальцем по экрану, касаясь её лица на фотографии - медленно, почти благоговейно.

- Кто же ты такая, Амаранта? - прошептал он в тишину, и голос его сорвался на хрип. - И почему я не могу выбросить тебя из головы?

**Квартира Амаранты.**

Амаранта стояла перед большим зеркалом в ванной, глядя на своё отражение холодным, оценивающим взглядом. Под глазами залегли тёмные круги - она не спала почти всю ночь. Она провела пальцами по своему отражению, словно пытаясь стереть следы усталости с лица.

- Ты вляпалась, Амаранта, - прошептала она собственному отражению. - Вляпалась по-настоящему.

Она вышла из ванной и наткнулась взглядом на папку, лежащую на столе. Доказательства. Фотографии Доминика с людьми Марчелло. Переписка, в которой он продавал секреты клана. Всё, что она собрала за последние недели кропотливой, опасной работы.

Она взяла папку в руки, чувствуя тяжесть бумаг. Она знала, что должна отдать это Адаму. Знала, что это остановит войну, которая уже начала пожирать его клан изнутри. Знала, что это спасёт его. Но если она отдаст ему папку, он узнает, что она следила за ним. Что она, возможно, даже была частью заговора - или хотя бы стояла на его границе. Он не простит ей эту ложь, даже если правда спасёт ему жизнь.

Она открыла папку и перелистнула несколько страниц. Вот Доминик на подземной парковке. Вот он передаёт конверт человеку Марчелло. Вот он разговаривает по телефону, и на его лице застыла виноватая, нервная улыбка.

Её пальцы дрожали. Она ненавидела это чувство - ощущение, что она стоит на распутье и не знает, какая дорога приведёт к пропасти. Она привыкла действовать быстро, решительно, без колебаний. Но сейчас, глядя на эти фотографии, она чувствовала только глухую, давящую растерянность.

- Если я скажу ему, - прошептала она, и голос её дрогнул, - он возненавидит меня за то, что я молчала. Если я не скажу… его могут убить.

Она захлопнула папку и убрала её в ящик стола - глубоко, под стопку книг, словно пытаясь спрятать не только бумаги, но и собственную совесть.

- Не сейчас, - сказала она вслух, пытаясь убедить себя. - Ещё не сейчас.

**Клуб «Коршуны». Вход.**

Она вошла в клуб будто случайно - но в этой случайности была выверенная до миллиметра точность. Белый шёлковый топ свободно струился по её фигуре, открывая ключицы и линию плеч. Он был заправлен лишь наполовину - небрежно, будто она одевалась в спешке, но эта небрежность была тщательно продуманной. Чёрные брюки идеально сидели по фигуре, удлиняя силуэт, делая её выше и тоньше. Никаких украшений, только тонкая серебряная цепочка на шее с кулоном - амарантом, белым цветком, который мерцал при каждом её движении.

Волосы были распущены и слегка растрёпаны - она провела рукой по голове перед входом, чтобы создать эту иллюзию. Несколько прядей упали на лицо, касаясь губ. Лёгкий румянец на щеках - будто она только что шла по городу, и ветер касался её кожи. Она выглядела не как гостья клуба, а как человек, который всегда идёт против правил - и которому это нравится.

Когда она прошла через зал, она почувствовала, что кто-то смотрит на неё. Она знала, кто. Адам сидел за столиком в углу, и его глаза следили за каждым её движением - хищные, голодные, напряжённые. Он был похож на зверя, готового к атаке. Но в его взгляде она видела что-то ещё - желание, злость, отчаяние. И что-то тёплое, что он отчаянно пытался спрятать.

Она подошла к нему, не опуская взгляда, и села напротив, скрестив ноги.

- Я ждал тебя, - сказал он, поднимая бокал с виски.

- Ты ведь знал, что я приду, - ответила она, и в голосе её прозвучала лёгкая усмешка.

Он сделал глоток и поставил бокал на стол с глухим стуком.

- Я знаю только то, что ты появляешься, когда я меньше всего этого ожидаю, - сказал он, и в голосе его звучала смесь раздражения и восхищения. - И что у тебя всегда есть причина.

- Сегодня у меня есть причина, - ответила она, наклоняясь вперёд.

- Какая?

Она наклонилась ещё ближе, сокращая расстояние между ними до опасного минимума. Она видела, как его глаза потемнели, как он сжал челюсть, как напряглись мышцы на его шее.

- Ты уже думал о том, что я сказала тебе прошлой ночью? - спросила она. - О том, что кто-то из твоей семьи работает на Марчелло?

Адам замер. Его лицо оставалось непроницаемым, как каменная маска, но она видела, как его пальцы сжали бокал сильнее - так, что костяшки побелели.

- Думал, - ответил он глухо. - Но я не знаю, верить ли тебе.

- Я не прошу тебя верить мне, - сказала она, и голос её стал твёрже. - Я прошу тебя просто быть внимательным. Прислушаться к тому, что ты сам чувствуешь.

- К кому?

Она помедлила. Она знала, что должна быть осторожной - каждое слово могло стать ловушкой. Она не могла сказать ему всё. Не сейчас.

- Посмотри на своего брата, - сказала она, и слова её упали в тишину, как камни в воду. - На его звонки. На его встречи. На его глаза. Ты сам всё поймёшь.

Адам смотрел на неё, и в его взгляде боролись сомнения, ярость и что-то похожее на мольбу. Она видела это - как он хочет верить ей, но его инстинкты кричат об опасности.

- Если ты знаешь что-то конкретное, - сказал он, и его голос сорвался на шёпот, - скажи мне.

- Я не могу, - ответила она, и в голосе её прозвучала боль. - Не сейчас. Мне нужно больше доказательств.

- Тогда как я могу тебе верить?

- Ты не можешь, - честно ответила она, глядя ему в глаза. - Но ты должен рискнуть. Потому что если ты не рискнёшь - ты потеряешь всё.

Адам усмехнулся, но в этой усмешке была горечь, смешанная с отчаянием.

- Ты просишь меня довериться тебе, - сказал он, и голос его стал тише, - когда ты даже не можешь сказать, кто ты на самом деле? Когда ты встречаешься с моим врагом и отказываешься объяснить почему?

- Я говорю тебе достаточно, - ответила она, поднимаясь из-за стола. Её сердце колотилось, но голос оставался ровным, как лезвие. - Ты просто не хочешь слышать.

Она развернулась и направилась к выходу, но его голос остановил её:

- Амаранта!

Она замерла, но не обернулась.

- Если это окажется ложью, - сказал он, и его голос был холодным, как лёд, - я убью тебя. Ты знаешь это.

Она медленно повернулась к нему. Она смотрела в его глаза, и в них не было страха - только вызов и тень грусти.

- Я знаю, - ответила она. - Но я не лгу.

Она вышла из клуба, оставляя его одного посреди шумного, гудящего зала. Адам сидел и смотрел на опустевшее кресло напротив, чувствуя, как внутри него бушует буря. В его голове звучали её слова: «Посмотри на своего брата. На его звонки. На его встречи».

Он не хотел верить ей. Не хотел даже думать о том, что Доминик может быть предателем. Но она была права. Он видел, как Доминик нервничал на последнем совете клана. Видел, как его брат отводил взгляд, когда речь заходила о Марчелло. Видел, как он постоянно проверял телефон, словно ждал сигнала.

Он достал телефон и набрал номер Майкла.

- Майкл, - сказал он, и голос его звучал сталью, - займись Домиником. Я хочу знать каждый его шаг за последние три месяца. Каждое сообщение. Каждый звонок. Каждую встречу.

- Босс… вы серьёзно подозреваете собственного брата?

- Я не подозреваю, - ответил Адам, и в голосе его не было колебаний. - Я проверяю.

Он сбросил вызов и убрал телефон в карман. Он смотрел на дверь, за которой исчезла она, и чувствовал, как внутри него бушует шторм.

- Кто же ты, чёрт возьми, такая, Амаранта? - прошептал он в пустоту.

**Особняк клана. Утро следующего дня.**

Адам сидел за длинным дубовым столом в большом, холодном зале особняка. Перед ним стоял накрытый завтрак - серебряные приборы, фарфор, свежевыжатый сок, - но он не прикасался к еде. Он смотрел в одну точку перед собой, чувствуя, как внутри него нарастает глухое, тягучее напряжение.

В комнату вошёл его отец, Адриан. Он двигался бесшумно, как тень, и от его присутствия воздух в комнате стал тяжелее.

- Я слышал, ты вчера встречался с девушкой, - сказал он, и голос его был ровным, но в нём слышалась сталь.

Адам поднял голову, и в его взгляде вспыхнул холодный вызов.

- Ты следишь за мной?

- Я слежу за всем, что касается клана, - ответил Адриан, садясь напротив сына. - Это моя обязанность.

- Она - ничто, - сказал Адам, и голос его прозвучал резче, чем он хотел.

- Тогда почему ты тратишь на неё время?

Адам сжал челюсть так сильно, что желваки заходили на скулах.

- Потому что я хочу, - ответил он, и в голосе его прозвучала стальная твёрдость.

- Ты - наследник клана, Адам, - голос отца стал ледяным, как зимний ветер. - Ты не можешь позволять себе таких роскошей, как чувства. Чувства - это слабость. А слабость, Адам, убивает.

- Я не чувствую ничего, - ответил Адам, и его голос был пустым, как выжженная пустыня.

- Я надеюсь, что это правда, - сказал Адриан, поднимаясь из-за стола. - Потому что если это не так - она станет твоей ахиллесовой пятой. И враги не преминут этим воспользоваться.

Он вышел из зала, оставляя Адама одного в ледяной тишине.

**Квартира Амаранты. Тот же день.**

Она стояла у окна и смотрела на ночной город - бесконечное море огней, пульсирующее жизнью, которая текла мимо неё.

Звук входящего сообщения вырвал её из размышлений. Незнакомый номер.

«Я хочу видеть тебя. Сегодня. В клубе. 23:00. - А.»

Она усмехнулась. Он не спрашивал. Он просто требовал - как и подобает человеку, который привык получать всё, что хочет.

Она набрала ответ: «Я буду».

**Клуб «Коршуны». 23:00.**

Амаранта вошла в клуб и сразу увидела его. Он сидел за столиком в дальнем углу, откинувшись на спинку стула, и его фигура казалась вырезанной из чёрного мрамора. Перед ним стоял нетронутый бокал с водой - лёд уже почти растаял, оставляя прозрачные разводы на стекле. Он не пил. Он ждал её.

Его взгляд скользнул по ней, когда она подошла ближе. В нём не было удивления - только голодное, ждущее внимание хищника, который наконец увидел свою добычу.

- Ты пришла, - сказал он, и голос его был низким, хриплым.

- Ты звал, - ответила она, садясь напротив.

- Ты скучала по мне? - спросил он, и в его голосе прозвучала едва заметная усмешка.

- А ты? - ответила она, глядя ему в глаза.

Он наклонился к ней, сокращая расстояние, и его дыхание коснулось её губ.

- Я думал о тебе весь день, - сказал он, и в его голосе не было игры. - И это бесит меня.

- Почему?

- Потому что я не привык думать о ком-то, - ответил он, и в его глазах мелькнула уязвимость. - Потому что это делает меня слабым.

Она улыбнулась - мягко, почти нежно.

- Тогда тебе придётся привыкнуть, - сказала она. - Потому что я не собираюсь исчезать.

- Тогда оставайся, - сказал он, и голос его сорвался на шёпот. - Я хочу, чтобы ты осталась.

- Я останусь, - ответила она. - Но только если ты будешь честным со мной.

- Я попробую, - сказал он, и в его глазах мелькнула странная, почти мальчишеская надежда.

Она поднялась и протянула ему руку.

- Тогда идём, - сказала она. - Я хочу показать тебе, что такое свобода.

Он взял её руку, и она почувствовала, как его пальцы дрожат. Она вела его через шумный клуб, через чёрный вход, в ночь - туда, где начиналось нечто новое, опасное и неизбежное.

**ГЛАВА 3**

**Ночь. Улицы города.**

Они вышли из клуба через чёрный вход, и холодный воздух ударил в лицо, отрезвляя, выжигая из лёгких остатки дыма и виски. Адам шёл за ней, не задавая вопросов, чувствуя, как её пальцы сжимают его ладонь - крепко, уверенно, будто она боялась, что он исчезнет, если ослабит хватку. Она вела его через пустые переулки, мимо спящих витрин и тусклых, мигающих фонарей, и он позволил ей это. Он позволил ей вести его.

Это было странное, почти болезненное чувство - быть ведомым. Он всегда контролировал всё: каждый свой шаг, каждое слово, каждое движение мышц на лице. Но сейчас он шёл за ней, и это не вызывало в нём протеста. Только жгучее, почти детское любопытство.

- Куда мы идём? - спросил он, когда они вышли к набережной.

Амаранта остановилась у каменного парапета, глядя на тёмную, маслянистую воду, в которой дрожали и расплывались огни ночного города. Ветер трепал её волосы, и она подняла лицо к небу, закрыв глаза, будто пробуя ночь на вкус.

- Никуда, - ответила она, и голос её звучал отстранённо, почти сонно. - Мы просто идём.

Он подошёл к ней, встав рядом. Она была такой хрупкой рядом с ним - и в то же время такой несгибаемой, будто внутри неё был стержень из чистой стали.

- Ты часто так делаешь? - спросил он.

- Что именно?

- Уводишь незнакомцев в ночь.

Она открыла глаза и медленно повернулась к нему. В желтоватом свете фонарей её лицо казалось бледным, почти прозрачным, как фарфор.

- Ты перестал быть незнакомцем, когда позволил мне коснуться твоего лица, - сказала она. - Тогда ты открылся мне. И теперь я знаю тебя.

- Ты знаешь только то, что я показал тебе, - ответил он, и в голосе его прозвучала привычная сталь.

- Нет, - ответила она, качая головой. - Ты показал мне не то, что хотел. Ты показал мне то, что не мог скрыть. Это разные вещи.

Адам смотрел на неё, и внутри него закипало странное, пугающее чувство. Она видела его насквозь - и это было одновременно страшно и облегчающе, как первый глоток воздуха после долгого ныряния.

- Ты говорила о моём брате, - сказал он, меняя тему, потому что не выдерживал её пронизывающего взгляда. - О том, что он может быть предателем. Почему ты так уверена?

Амаранта помедлила. Она знала, что должна быть осторожной, - каждое слово могло стать ловушкой. Она не могла сказать ему всё. Не сейчас.

- Я видела его, - сказала она, и голос её стал тише. - В «Ла Скала». Он встречался с людьми Марчелло. Они говорили о чём-то, что не предназначалось для чужих ушей.

- И ты не спросила его, что он там делал?

- Я не могла, - ответила она. - Если бы я подошла к нему, он бы запомнил моё лицо. А мне нужно, чтобы он не знал, что я слежу за ним.

Адам нахмурился, и его челюсть напряглась.

- Ты следишь за моим братом?

- Я слежу за всеми, кто связан с Марчелло, - ответила она, выдерживая его взгляд. - Это моя работа.

- Ты так и не сказала, на кого работаешь.

- Я работаю на себя, - сказала она, и в голосе её мелькнула горечь. - Я собираю информацию и продаю её тем, кому она нужна. Это не самый честный способ зарабатывать, но он позволяет мне оставаться в тени.

Адам усмехнулся, но в его усмешке не было веселья - только холодная, колючая ирония.

- И ты решила продать информацию мне?

- Нет, - ответила она твёрдо. - Я решила отдать её тебе бесплатно.

- Почему?

Она повернулась к нему и посмотрела прямо в глаза - так, будто хотела заглянуть на самое дно его души.

- Потому что ты не должен умереть по вине того, кому доверяешь, - сказала она, и в голосе её задрожала неподдельная боль. - Я знаю, что такое предательство. И я не хочу, чтобы ты проходил через это в одиночку.

Адам смотрел на неё, и внутри него что-то дрогнуло - глухо, тяжело, как первый удар колокола. Она говорила искренне, он чувствовал это каждой клеткой. Но его инстинкты продолжали кричать об опасности.

- Ты слишком хороша, чтобы быть правдой, - сказал он, и голос его стал хриплым.

- Может быть, - ответила она. - Но ты всё равно здесь. Со мной. Ты не ушёл.

Он шагнул к ней, сокращая расстояние до минимума, и теперь между ними не было ни миллиметра.

- Почему ты не уходишь? - прошептал он, и в его голосе звучала почти мольба. - Я дал тебе шанс уйти.

- Потому что я не хочу, - ответила она, глядя ему в глаза. - Я устала убегать.

Он взял её лицо в свои ладони - осторожно, словно она была сделана из стекла, - и поцеловал. Медленно, нежно, чувствуя, как её дыхание касается его губ, как её сердце бьётся в унисон с его. Она ответила ему, прижимаясь всем телом, и в этом поцелуе не было ни гнева, ни страха. Только обещание.

Они сидели на скамейке у реки, глядя на тёмную, неподвижную воду. Адам держал её за руку, переплетая пальцы, и его большой палец медленно поглаживал её ладонь. Тишина между ними была тёплой, наполненной тем, что не требовало слов.

- Ты часто гуляешь по ночному городу? - спросила она, нарушая тишину.

Адам усмехнулся - коротко, без горечи.

- Я не гуляю, Амаранта. Я преследую, планирую или убиваю. Гулять - это для обычных людей.

- Тогда почему ты сейчас гуляешь?

Он посмотрел на неё, и в его взгляде появилось что-то тёплое, почти уязвимое, что он никогда не позволял себе показывать.

- Потому что ты сделала меня обычным человеком, - сказал он, и голос его дрогнул. - Хотя бы на одну ночь.

Она улыбнулась и коснулась его щеки - легко, как касание крыла.

- Это плохо?

- Не знаю, - ответил он, и в голосе его прозвучала честная, непривычная растерянность. - Я никогда не был обычным. И я не знаю, как это - просто быть человеком.

- Тогда я покажу тебе, - сказала она.

Она взяла его за руку и повела дальше, вглубь ночного города, в его пульсирующее, живое нутро. Он шёл за ней, чувствуя, как её пальцы сжимают его ладонь, и впервые за долгие годы ему не нужно было ничего контролировать. Они остановились у самого края воды, у старого причала, где фонари почти не горели. Адам смотрел на неё, пытаясь понять, что она чувствует. Она была рядом. Она была реальной.

- Расскажи мне о себе, - сказал он. - О том, что было до того, как ты появилась в моём клубе.

Амаранта помедлила. Она знала, что должна быть осторожной, но часть её - та, которую она прятала глубже всего, - хотела открыться ему.

- Я выросла в интернате, - сказала она, и голос её стал глуше. - Сбежала оттуда в семнадцать. Жила на улицах, ночевала в подвалах и на вокзалах. Потом научилась выживать. Я не хочу говорить о прошлом, Адам. Я хочу говорить о настоящем.

- О чём?

- О нас, - ответила она.

Он притянул её к себе и поцеловал. Медленно, глубоко, вкладывая в этот поцелуй всё, что не мог выразить словами.

**Квартира Амаранты.**

Дверь за ними захлопнулась, и они оказались в тесной прихожей, где пахло сухими травами и старой древесиной. Он прижал её к себе, заглядывая в глаза, и в его взгляде горел тот самый дикий, голодный огонь, который она видела в клубе. Только теперь он не скрывал его. Он смотрел на неё так, будто хотел разорвать её на части и собрать заново.

- Ты уверена? - спросил он, и его голос был хриплым, почти звериным.

- Я уверена, - ответила она, обхватывая его лицо руками. - Я устала быть тенью, Адам. Я хочу быть живой. С тобой.

Адам неожиданно отпустил её, создавая дистанцию, и она замерла, глядя на него с недоумением и тревогой.

- Адам? - спросила она, и в её голосе прозвучало сомнение.

Он молчал. Он просто смотрел на неё - жадно, голодно, изучая каждую линию её лица, каждый изгиб её тела. Его дыхание было тяжёлым, но он не двигался. Он сдерживал себя с усилием, которое почти физически ощущалось в воздухе между ними.

- Ты сказала, что устала быть тенью, - сказал он, и его голос был низким, почти опасным. - Но ты знаешь, что я могу предложить тебе только тьму?

- Я знаю, - ответила она без колебаний.

- Ты готова войти в неё?

- Я уже в ней, - сказала она. - Я ждала тебя.

Он рванул к ней. Не как хищник, который берёт добычу. Как человек, который тонет и хватается за последний шанс. Он схватил её за плечи, и его пальцы впились в её кожу, но он не целовал её. Он просто стоял, прижимаясь лбом к её лбу, и она слышала, как его дыхание сбивается, как его сердце бьётся о рёбра.

- Я хочу разорвать тебя на части, - прошептал он, и голос его сорвался. - Я хочу забыть всё, кроме тебя. Я хочу сойти с ума, и я хочу, чтобы ты была рядом, когда я падаю.

- Я здесь, - ответила она.

Она схватила его за воротник рубашки и рванула на себя. Пуговицы разлетелись в разные стороны, звякнув о паркет. Он усмехнулся - низко, дико, с вызовом.

- Ты с ума сошла?

- Ты сам сказал, что хочешь безумия, - ответила она, и в её голосе зазвенела сталь. - Получи его.

Она толкнула его в грудь, и он, не ожидая этого, сделал шаг назад. Ещё шаг. Она теснила его, не давая опомниться, пока он не упёрся спиной в стену. Она прижалась к нему всем телом и впилась губами в его шею - жёстко, жадно, оставляя багровые следы.

- Ты безумна, - прошептал он, и его голос сорвался на стон.

- Я знаю, - ответила она, не останавливаясь.

Её руки скользнули по его груди, по животу, и она расстегнула его брюки одним движением. Он перехватил её запястье, останавливая, и его пальцы дрожали.

- Амаранта…

- Я хочу тебя, - сказала она, глядя ему в глаза. - И я не собираюсь ждать.

Он перехватил её за талию, резко разворачивая к себе спиной. Её руки упёрлись в холодную стену, а его тело прижалось к ней сзади, и она почувствовала его дыхание на своей шее - горячее, сбивчивое, обжигающее.

- Ты знаешь, чего я хочу? - прошептал он ей в ухо, и его голос был низким, хриплым, почти угрожающим.

- Чего? - выдохнула она.

- Я хочу, чтобы ты кричала так громко, чтобы соседи вызвали полицию, - сказал он, и его пальцы сжали её бёдра. - Я хочу, чтобы ты забыла своё имя. Я хочу, чтобы ты помнила только меня.

Он медленно провёл руками по её бёдрам, чувствуя ткань брюк под ладонями. Его пальцы нащупали пуговицу, и она услышала тихий щелчок - он расстегнул их одним движением. Ткань скользнула вниз, и она почувствовала, как его пальцы коснулись её голой, горячей кожи.

- Ты готова? - спросил он, и в его голосе звучала хриплая, первобытная потребность.

- Я никогда не была так готова, - ответила она.

Он вошёл в неё резко, и она закричала - от неожиданности, от боли, от наслаждения, смешанного в один оглушающий взрыв. Он прижал её к себе, не давая упасть, и его губы коснулись её уха.

- Ты моя, - прошептал он. - Слышишь? Ты моя.

Она не ответила. Она не могла. Всё, что она могла, - чувствовать. Его руки, его дыхание, его тело, вбивающее её в стену, в безумие, в небытие. Они двигались в ритме, который был безумным, быстрым, почти агрессивным. Никакой нежности. Только страсть. Только потребность друг в друге, которая сжигала всё на своём пути. Он развернул её к себе лицом и подхватил на руки, прижимая к стене, и она обвила его ногами. Он смотрел в её глаза, и в них было столько желания и боли, что она едва могла дышать.

- Ты убьёшь меня, - сказал он, и его голос сорвался.

- Тогда умри в моих руках, - ответила она, притягивая его к себе.

Он зарычал - низко, дико, - и впился в её губы поцелуем, который был одновременно поцелуем и укусом.

Они лежали на ковре посреди гостиной. Он сорвал со стола скатерть вместе с книгой и чашками, и они упали на пол, не обращая внимания на грохот. Вокруг них валялись осколки фарфора, разбросанные страницы книги, перевёрнутая ваза. Книга была раскрыта, её страницы скомкались под спиной Амаранты. Она лежала на спине, глядя в потолок, и пыталась отдышаться. Её тело дрожало мелкой, сухой дрожью. Адам лежал рядом, на боку, и смотрел на неё так, будто она была чудом, которое он не заслужил. Его пальцы медленно скользили по её плечу, касаясь кожи с неожиданной нежностью.

- Я никогда не думал, что такое возможно, - сказал он, и его голос был тихим, почти благоговейным.

- Что?

- Чувствовать себя живым, - ответил он. - Я думал, что я мёртвый внутри. Что я не способен на это.

Она повернула голову и посмотрела на него.

- И что теперь?

- Теперь я хочу, чтобы ты была рядом, - сказал он, и в его голосе звучала такая искренность, что у неё перехватило дыхание. - Всегда.

Она улыбнулась и протянула руку, касаясь его лица.

- Я рядом, - сказала она.

Он притянул её к себе, и она почувствовала, как его руки сжимают её плечи. Они лежали в тишине, слушая, как бьются их сердца в унисон. Её голова покоилась на его груди, и он гладил её по волосам, чувствуя, как её дыхание постепенно выравнивается.

Через некоторое время она приподнялась и оглядела разгром вокруг них.

- Ты разнёс мою гостиную, - сказала она, и в голосе её смешались смех и удивление.

Адам усмехнулся, садясь и оглядывая разбросанные осколки.

- Я куплю тебе новую посуду, - сказал он. - И новую книгу.

- Это был мой любимый чайный сервиз, - она подняла осколок чашки и покачала головой. - Ему было лет пятьдесят.

- Тогда я куплю тебе старый, - ответил он, и в его голосе не было шутки.

Она засмеялась - легко, искренне, и в этом смехе не было гнева. Только тепло.

**Квартира Амаранты. Утро.**

Амаранта проснулась от того, что солнце светило ей прямо в лицо. Она повернулась и увидела его - спящего рядом. Его лицо было спокойным, без той непроницаемой маски, которую он носил при людях. Он казался почти беззащитным - мальчишкой, который слишком рано научился быть взрослым. Она улыбнулась и коснулась его щеки.

- Ты красиво спишь, - прошептала она.

Адам открыл глаза - мгновенно, как хищник, - и улыбнулся ей в ответ.

- Я не сплю, - сказал он. - Я просто ждал, пока ты проснёшься.

- Лгун, - сказала она, улыбаясь.

Он притянул её к себе и поцеловал.

- Доброе утро, - прошептал он.

- Доброе утро, - ответила она.

Он провёл пальцами по её волосам и вздохнул. В его глазах появилась тень тревоги, которую она заметила сразу. Она знала этот взгляд - он появлялся, когда он думал о чём-то, что не мог контролировать.

- Что-то случилось? - спросила она.

Адам помедлил, глядя в потолок, на трещину, которую она никогда не замечала.

- Сегодня совет клана, - сказал он, и голос его стал глуше. - Мой отец собирает всех. Доминик ведёт себя странно. Я чувствую, что что-то не так.

Амаранта замерла. Она знала, что было не так. Она знала о Доминике. Но она не могла сказать ему сейчас. Не после этой ночи, когда они стали друг для друга чем-то большим, чем просто союзниками.

- Ты боишься его? - спросила она.

- Я не боюсь его, - ответил Адам. - Я боюсь того, что он может сделать, если я не остановлю его.

- Что ты имеешь в виду?

Он повернулся к ней и посмотрел в глаза. В его взгляде была такая тяжесть, что у неё сжалось сердце.

- Я не знаю, что он задумал, - сказал он. - Но я чувствую, что это опасно. Для меня. Для клана. Для тебя.

Амаранта сжала его руку - крепко, отчаянно.

- Ты справишься, - сказала она. - Ты сильнее, чем он.

- Ты так думаешь?

- Я знаю, - ответила она. - Я видела тебя. Ты - не просто наследник клана. Ты - человек, который способен на большее.

Адам улыбнулся и поцеловал её - коротко, благодарно.

- Ты единственная, кто видит меня таким, - сказал он.

- Я единственная, кто знает тебя настоящего, - ответила она.

Он поднялся и начал одеваться. Она смотрела на него и чувствовала, как внутри неё закипает тревога - липкая, холодная, невыносимая. Он уходил в опасный мир. Она знала, что ему угрожает. Она знала, что должна сказать ему правду. Но она не могла.

У двери он остановился и повернулся к ней. Он смотрел на неё так, будто хотел запомнить каждую чёрточку её лица. Она видела, как он сжал челюсть, как его пальцы сжались в кулак - он что-то хотел сказать, но сдерживался. Он подошёл к ней, взял её лицо в свои руки и поцеловал. Долго. Медленно. Вкладывая в этот поцелуй всё, что не мог выразить словами. Когда он оторвался, его голос был хриплым, почти сломанным.

- Я вернусь, - сказал он. - Жди меня.

- Я буду ждать, - ответила она.

Он ушёл, и она осталась одна в тишине своей квартиры - в тишине, которая вдруг стала оглушающей.

**Квартира Амаранты. Час спустя.**

Амаранта сидела на полу, обхватив колени руками, и смотрела в одну точку на стене. Она знала, что должна была сказать ему правду. Она знала, что Доминик планирует предательство. Она знала, что Марчелло ждёт своего часа, как паук в центре паутины. Но она не сказала ему ничего.

Она взяла телефон и набрала сообщение Марку:

«Он ушёл на совет клана. Я ничего ему не сказала».

Через минуту пришёл ответ:

«Ты должна была сказать ему. Теперь будет поздно».

«Я знаю. Но я не могла».

«Ты влюбилась в него, Амаранта. Это сделало тебя слабой».

«Нет. Это сделало меня сильной».

Она отложила телефон и закрыла глаза. Она знала, что должна действовать. Она должна была защитить его. Даже если для этого ей придётся раскрыть свою тайну - и потерять его навсегда.

Она поднялась и подошла к столу. Открыла ящик и достала папку с доказательствами. Фотографии, переписка, записи. Всё, что она собрала за последние недели кропотливой, опасной работы. Она смотрела на папку и чувствовала, как тяжесть ложится на плечи - тяжесть выбора, от которого зависела не только его жизнь, но и её собственная.

- Ты должна была сказать ему всё, - прошептала она в тишину комнаты. - Ты должна была сказать ему правду.

Она сжала папку сильнее. Она знала, что должна действовать. Она должна была защитить его. Даже если для этого ей придётся сжечь всё, что было между ними.

Телефон на столе завибрировал. Она взяла его и увидела сообщение от Марка:

«Ты ещё не ушла? Времени почти нет».

«Я собираюсь», - ответила она.

«Он тебе поверит?»

«Он должен».

Она положила телефон в карман, взяла папку и направилась к двери. Её шаги были твёрдыми, но сердце колотилось так, что, казалось, разорвёт грудную клетку. Она знала, что переступает черту - ту самую, за которой не будет пути назад. Но она не могла остановиться. Не сейчас. Не когда его жизнь висела на волоске.

**ГЛАВА 4**

**Особняк Коршунов.**

Большой зал особняка был залит холодным светом, проникающим сквозь высокие окна. Длинный дубовый стол, за которым собирался клан, ломился от бумаг и папок. Здесь решались судьбы, заключались сделки, выносились приговоры. Адриан сидел во главе стола - седой, с жёстким лицом, привыкшим повелевать. Его холодные глаза сканировали присутствующих, не упуская ни одной детали. Он был главой клана «Коршуны» уже тридцать лет, и никто не смел оспаривать его власть.

Адам сидел по правую руку от отца - место наследника. Он чувствовал, как внутри него закипает напряжение. Совет клана только начался, но он уже знал, что этот день изменит всё. Вдоль стола расположились старшие клана и советники - суровые мужчины с тяжёлыми взглядами, привыкшие решать вопросы силой и деньгами. В воздухе висела тяжесть, которую можно было резать ножом. Доминик сидел слева от отца, и его лицо было напряжённым. Он постоянно проверял телефон под столом, не глядя на Адама. Это не укрылось от его взгляда.

- Перейдём к главному, - сказал Адриан, открывая папку. - Поставки из порта снова задержаны. Марчелло перехватил три партии за последние две недели.

Адам сжал челюсть. Он знал, кто. Но он не мог сказать это без доказательств. Слова Амаранты всё ещё звучали в его голове: «Посмотри на своего брата. На его звонки. На его встречи».

- У меня есть информация, - сказал Адам, и его голос прозвучал твёрже, чем он ожидал. - Кто-то из наших работает на Марчелло.

В зале повисла тишина.

- Ты обвиняешь кого-то конкретного? - спросил Адриан, и его голос стал холодным.

- Не без доказательств, - ответил Адам, глядя на брата. - Но я знаю, что предатель среди нас. И я найду его.

Доминик поднял глаза. В них мелькнула паника, но он быстро взял себя в руки.

- Это серьёзное обвинение, брат, - сказал он. - Ты уверен, что не ошибаешься?

- Я никогда не ошибаюсь, - ответил Адам.

**Особняк Коршунов. Ворота.**

Амаранта стояла перед массивными воротами особняка, сжимая в руках папку с доказательствами. Двое охранников с автоматами преградили ей путь. Сердце колотилось о рёбра, но она не позволила себе показать страх.

- Стой. Кто такая? - рявкнул один из них.

- Я должна увидеть Адама, - сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - У меня информация о Марчелло. Срочная. Меня зовут Амаранта.

Охранник нахмурился, изучая её взглядом. Затем поднёс рацию к губам:

- Сэр, здесь девушка. Говорит, у неё информация о Марчелло. Назвалась Амарантой.

В динамике раздался голос Майкла:

- Я знаю её. Пропустите.

Охранник открыл ворота, и Амаранта вошла на территорию. Через минуту из дверей особняка вышел Майкл. Он выглядел озабоченным, но не удивлённым - он уже знал, что рано или поздно она появится.

- Следуйте за мной, - сказал он, поворачиваясь к двери. - Босс не знает, что вы здесь. Но он должен узнать.

Она пошла за ним, чувствуя на себе взгляды охранников. Они прошли через огромный холл с мраморными колоннами, мимо тяжёлых портьер и старинных картин.

- Что вы задумали, Амаранта? - спросил Майкл, не оборачиваясь.

- Я иду спасать вашего босса, - ответила она.

Майкл усмехнулся, но в его усмешке не было веселья.

- Он не будет рад.

- Я знаю.

Они остановились у массивных дверей, за которыми слышались голоса. Майкл повернулся к ней.

- Дальше вы сами, - сказал он. - Удачи.

Она кивнула и, глубоко вдохнув, толкнула дверь.

** Зал совета.**

Дверь распахнулась, и все взгляды устремились к ней. В зале было тихо. Адриан сидел во главе стола, его лицо было каменным. Старшие клана замерли, сжимая в руках бокалы или папки. Адам вскочил с места, его глаза расширились от шока.

- Что ты здесь делаешь?! - вырвалось у него.

Амаранта шагнула вперёд, не опуская глаз. Она чувствовала на себе десятки взглядов, но не отступила.

- Я пришла, чтобы спасти тебя, - сказала она, глядя ему прямо в глаза. - Я знаю, кто предаёт твой клан.

Она подошла к столу и положила папку перед Адрианом.

- Здесь доказательства, - сказала она, глядя прямо в глаза главе клана. - Ваш младший сын Доминик продаёт секреты Марчелло уже несколько месяцев.

Доминик вскочил с места, его лицо побледнело.

- Это ложь! - закричал он, стукнув кулаком по столу. - Она подставила меня! Она шпионка!

Адриан поднял руку, заставляя его замолчать. Он открыл папку и начал просматривать документы. Его лицо становилось всё холоднее с каждой секундой. Фотографии Доминика с людьми Марчелло на парковке. Скриншоты переписки с обсуждением поставок. Записи встреч в закрытых ресторанах.

- Это не то, что вы думаете, - сказал Доминик, и его голос дрожал. - Она всё подстроила. Она хочет уничтожить нас!

- Это ты хочешь уничтожить нас, - резко ответил Адам. - Ты продал нашу семью, Доминик.

- Я не продавал! - закричал Доминик. - Она! Это она!

Адриан медленно поднял глаза на младшего сына. В его взгляде была такая боль и холод одновременно, что Доминик замер.

- Это твои фотографии, - сказал Адриан, и его голос был тихим, почти безжизненным. - Твоя переписка. Твои встречи. Ты думал, я не узнаю собственного сына на этих снимках?

Доминик опустил голову. Его плечи поникли.

- Отец… я не хотел… Он угрожал мне…

- Кто? Марчелло?

- Он сказал, что если я не помогу ему, он убьёт меня, - прошептал Доминик, и его голос сорвался. - Он угрожал убить всех нас. Я не знал, что делать. Я боялся…

Адам смотрел на брата, и внутри него смешивались гнев и боль. Доминик был его братом. Они росли вместе. И теперь он стоял здесь, признаваясь в предательстве.

- Ты должен был прийти ко мне, - сказал Адам, и его голос дрогнул. - Ты должен был сказать мне. Мы бы справились вместе.

- Я не мог, - ответил Доминик, поднимая голову. - Ты бы не понял. Ты всегда был сильнее. Ты всегда был тем, кого отец любил больше.

Адам сжал кулаки.

- Это неправда. Отец никогда не выбирал между нами.

- Он выбрал, - сказал Доминик, и в его голосе появилась горечь. - Он всегда выбирал тебя.

Адриан медленно поднялся. Его лицо было каменным.

- Доминик, - сказал он, и его голос дрожал от сдерживаемой ярости, - ты изгнан из клана. Ты больше не член этой семьи.

Доминик упал на колени.

- Отец, нет! - закричал он. - Я умоляю тебя! Я твой сын!

- Ты перестал быть моим сыном, когда продал нас Марчелло, - ответил Адриан, отворачиваясь.

Двое охранников подхватили Доминика под руки и вывели из зала. Его крики эхом разносились по коридорам, пока не затихли вдали. В зале повисла тишина. Адам стоял, сжимая кулаки, и чувствовал, как внутри него бушует буря. Доминик был его братом. Его кровью. И он предал его.

Адриан повернулся к Амаранте. Его взгляд был холодным, оценивающим.

- Ты рисковала своей жизнью, чтобы прийти сюда, - сказал он. - Почему?

Амаранта встретила его взгляд, не опуская глаз.

- Потому что я не хотела, чтобы он пострадал, - ответила она, глядя на Адама. - Он заслуживает знать правду.

Адриан долго смотрел на неё, затем перевёл взгляд на сына.

- Она храбрая, - сказал он. - Это редкое качество.

Адам подошёл к Амаранте. Он смотрел на отца, и его голос был спокойным, но твёрдым.

- Я доверяю ей, - сказал он. - Этого достаточно.

Адриан кивнул, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на уважение.

- Забирай её, - сказал он. - И дай нам время.

**Особняк. Комната Адама.**

Дверь за ними закрылась. Адам прислонился к стене и закрыл глаза. Его дыхание было тяжёлым, плечи напряжены. Амаранта стояла рядом, чувствуя, как его рука всё ещё сжимает её ладонь.

- Ты знала, - сказал он, открывая глаза. - Ты знала, и ты молчала.

- Я не могла сказать тебе, - ответила она. - Не тогда. Не раньше.

- Почему?

- Потому что я боялась, что ты не поверишь мне, - сказала она. - Я боялась, что ты увидишь во мне только врага.

Адам смотрел на неё, и в его глазах смешивались гнев и благодарность.

- Ты рисковала своей жизнью, - сказал он. - Ты могла умереть.

- Я знаю, - ответила она.

- Почему?

Она подошла к нему и коснулась его лица.

- Потому что я не могу позволить тебе умереть, - сказала она. - Ты нужен мне.

Он притянул её к себе и поцеловал. В этом поцелуе было всё - боль, страх, надежда, любовь, которую они оба боялись признать.

**Особняк. Кабинет Адриана.**

Адриан сидел за массивным столом, перебирая документы. Его лицо было напряжённым. Лоренцо стоял у камина, глядя на огонь.

- Ты сделал правильный выбор, - сказал Лоренцо. - Доминик предал нас.

- Я знаю, - ответил Адриан. - Но он был моим сыном.

- Он перестал быть твоим сыном в тот момент, когда продал нас Марчелло, - резко ответил Лоренцо. - Ты должен думать о клане.

- Я думаю о будущем, - сказал Адриан, поднимая глаза. - Адам теперь один.

- Он не один, - сказал Лоренцо. - У него есть эта девушка. Она пришла сюда, чтобы спасти его. Это что-то значит.

Адриан усмехнулся, но в его усмешке не было веселья.

- Ты думаешь, она не предаст его? Все предают.

- Я думаю, она отличается, - ответил Лоренцо. - Ты видел её глаза. Она не боится. Она не играет. Она любит его.

Адриан долго молчал, глядя на брата. Затем он медленно поднялся из-за стола и подошёл к окну.

- Посмотрим, - сказал он. - Время покажет.

**Особняк. Сад.**

Адам и Амаранта стояли у фонтана в саду, глядя на застывшую воду. Вокруг них было тихо - только шум ветра в деревьях и далёкое пение птиц.

- Я не знаю, что делать дальше, - сказал Адам. - Мой брат предал меня. Моя семья разрушена.

- Твоя семья не разрушена, - ответила она. - Твой отец сделал то, что должен был сделать.

- Я должен был остановить его раньше.

- Ты не мог, - сказала она. - Ты не знал.

Он повернулся к ней, и в его глазах была боль.

- Ты знала, - сказал он. - Ты знала, и ты молчала.

Амаранта шагнула к нему.

- Я пыталась защитить тебя, - ответила она. - Я лгала, чтобы спасти тебя. И я сделала бы это снова.

Адам смотрел на неё, и внутри него боролись гнев и любовь.

- Ты не должна была лгать мне, - сказал он.

- Ты бы не поверил мне, - ответила она. - Ты должен был увидеть доказательства сам.

Он молчал, глядя на неё. Затем он взял её лицо в свои руки.

- Ты права, - сказал он. - Я бы не поверил тебе. Но теперь я верю.

Он поцеловал её, и в этом поцелуе было прощение.

**Квартира Амаранты.**

Она сидела в кресле поджав ноги и смотрела в одну точку. Всё, что произошло сегодня, казалось сном. Доминик изгнан. Марчелло ждёт. Адам знает правду.

Телефон на столе завибрировал. Она взяла его и увидела сообщение от незнакомого номера:

«Ты сделала свой выбор. Теперь ты часть этой войны. Будь осторожна, Амаранта».

Она сжала телефон в руке, чувствуя, как внутри разливается холод.

**ГЛАВА 5**

**Квартира Амаранты. Утро.**

Амаранта стояла у окна, глядя на город, который только просыпался. Она не спала почти всю ночь - мысли о Доминике, о Марчелло, о том, что произошло в особняке, не давали ей покоя. «Ты сделала свой выбор. Теперь ты часть этой войны». Она сжала телефон в руке, чувствуя, как внутри неё разливается холод. Кто-то следил за ней. Кто-то знал, что она сделала.

Телефон завибрировал. Сообщение от Марка:

«Ты в порядке?»

«Я в порядке», - ответила она.

«Ты сделала это».

«Я сделала то, что должна была».

«Марчелло теперь знает, что ты работаешь против него. Будь осторожна».

Она отложила телефон и закрыла глаза. Она знала, что Марк прав. Марчелло не простит ей того, что она сделала.

**Клуб «Коршуны». Кабинет Адама.**

Адам сидел за столом. Он не спал всю ночь - мысли о Доминике, о предательстве, о ней не давали ему покоя. Майкл стоял напротив, держа в руках планшет.

- Босс, я сделал всё, как вы просили, - сказал он. - Я следил за Домиником и за ней.

- И что ты узнал? - спросил Адам, поднимая глаза.

- Доминик встречался с Марчелло трижды за последний месяц, - сказал Майкл. - Передавал ему информацию о поставках, о перемещениях клана. Всё это подтверждается записями камер и показаниями

Адам сжал челюсть. Он знал это, но слышать подтверждение было больно.

- А она? - спросил он. - Что ты узнал о ней?

Майкл помедлил.

- Амаранта Винтер - не просто сборщица информации, - сказал он. - Она работает на себя, но у неё есть напарник. Марк. Он тоже работает в тени. Они - команда.

Адам нахмурился.

- Марк? Кто он?

- Он спас её несколько лет назад, когда она жила на улице, - сказал Майкл. - Он научил её всему, что она умеет.

Адам почувствовал укол ревности, но быстро подавил его.

- Что ещё?

- Я не нашёл ни одной связи с Марчелло, - сказал Майкл. - Она действительно работала против него. Она собирала информацию о нём, чтобы передать её вам. Она не враг, босс. Она - союзник.

Адам медленно поднялся из-за стола и подошёл к окну.

- Она знает, что ты следил за ней? - спросил он.

- Нет, - ответил Майкл. - Она не знает.

Адам молчал, глядя на город.

- Хорошо, - сказал он. - Продолжай следить. Но осторожно. Она не должна знать.

**Квартира Амаранты.**

Амаранта ходила по комнате из угла в угол, сжимая в руках телефон. Она знала, что должна сказать Адаму правду. Он должен знать, кто она на самом деле. Но слова застревали в горле, а сердце колотилось так сильно, что заглушало мысли. Телефон на столе завибрировал. Сообщение от Адама:

«Я хочу видеть тебя. Сегодня. В клубе».

Она посмотрела на экран и почувствовала, как сердце забилось быстрее.

Она набрала ответ: «Я буду».

**Клуб «Коршуны». Вечер.**

Амаранта вошла в клуб, но вместо того чтобы идти в зал, она направилась прямо к лестнице, ведущей в его кабинет. Майкл ждал её у входа и молча кивнул, пропуская. Она поднялась и толкнула дверь. Адам стоял у окна, спиной к ней, глядя на ночной город. Он не сидел, не ждал её за столом. Он стоял, и это было непривычно.

- Ты хотел меня видеть, - сказала она.

- Я хочу знать правду, - ответил он, глядя ей прямо в глаза. - Всю правду. Кто ты на самом деле?

Амаранта помедлила. Она знала, что этот момент настанет. Она готовилась к нему, но сейчас, глядя в его глаза, она чувствовала страх.

- Меня зовут Амаранта Винтер, - сказала она. - Я родилась на севере, выросла в интернате. Сбежала оттуда в семнадцать. Жила на улицах, пока не встретила Марка. Он научил меня выживать, стрелять, драться, читать людей.

Она перевела дыхание.

- Я работаю в тени, Адам. Я собираю информацию о кланах, о войнах, о предательствах. Я продаю её тем, кому она нужна. Но я никогда не работала на Марчелло. Я следила за ним, потому что он был угрозой. Для тебя. Для всего клана.

Адам смотрел на неё, и его лицо оставалось непроницаемым.

- Ты говорила, что у тебя есть доказательства против Доминика, - сказал он. - Но ты не сказала мне, кто ты на самом деле. Почему?

- Потому что я боялась, - честно ответила она. - Я боялась, что если ты узнаешь правду, ты отвернёшься от меня. Ты увидишь во мне только шпионку. Только врага.

- Ты не враг, - сказал он. - Ты спасла меня. Ты рисковала своей жизнью, чтобы спасти мой клан.

- Я сделала это не ради клана, - сказала она. - Я сделала это ради тебя.

Адам смотрел на неё, и внутри него боролись гнев и благодарность. Она лгала ему. Она скрывала правду. Но она же спасла его.

- Ты должна была сказать мне раньше, - сказал он.

- Я знаю, - ответила она.

- Я не отвернусь от тебя, - сказал он. - Ты спасла меня. Ты доказала, что я могу тебе верить.

Она улыбнулась, и в этой улыбке было облегчение.

- Спасибо, - прошептала она.

**Ночь. Улицы города. 23:00.**

Амаранта шла по пустынной улице, чувствуя, как холодный ветер касается её лица. Вокруг было тихо - только ветер шелестел листьями да редкие машины проезжали мимо. Она услышала шаги за спиной. Сначала она подумала, что ей показалось. Но шаги стали ближе. Она ускорила шаг, сердце забилось быстрее. Она резко обернулась. Перед ней стоял мужчина. Высокий, широкоплечий, в чёрном. Его лицо было скрыто капюшоном, но она видела, как он улыбается - холодно, хищно.

- Амаранта Винтер, - сказал он, и его голос был низким, почти мурлыкающим. - Мы искали тебя.

Она попятилась, чувствуя, как страх сжимает горло.

- Кто ты? - спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

- Я тот, кто должен доставить тебя к Марчелло, - ответил он, делая шаг вперёд. - Живой или мёртвой - ему всё равно.

Она развернулась и бросилась бежать. Но он оказался быстрее - он схватил её за волосы и дёрнул назад, так что она вскрикнула от боли. Он прижал её к себе, и она почувствовала холод металла у своего горла - нож.

- Не двигайся, - прошептал он ей на ухо. - Или я перережу тебе горло прямо здесь.

Она замерла, чувствуя, как его дыхание касается её щеки. Её сердце колотилось так сильно, что заглушало все звуки. Она пыталась придумать, как вырваться, но его рука сжимала её так крепко, что она не могла пошевелиться.

- Ты думала, что сможешь играть против нас и остаться в живых? - прошипел он. - Ты ошибалась.

Внезапно раздался выстрел. Громкий, резкий, он разорвал тишину ночи. Она почувствовала, как его тело дёрнулось, как его рука разжалась, и он упал на колени, а затем рухнул лицом вниз на асфальт. Нож со звоном упал на землю рядом с ним. Амаранта отшатнулась, едва не упав. Её дыхание было сбивчивым, она пыталась сообразить, что произошло. Она смотрела на тело, лежащее в луже крови, и не могла поверить, что это реально. Ещё секунда - и она была бы мертва. Из тени вышел Марк. В руках он держал пистолет, направленный на поверженного врага.

- Ты в порядке? - спросил он, подходя к ней. Его голос был спокойным, но она видела, как дрожит его рука.

- Я… да, - выдохнула она, чувствуя, как ноги подкашиваются. - Я в порядке.

Она сделала шаг вперёд, но её ноги дрожали, и она чуть не упала. Марк подхватил её под руку.

- Я предупреждал тебя, - сказал он, оглядываясь на тело. - Я говорил, что это опасно.

- Я знаю, - ответила она, пытаясь отдышаться. - Но я не могу остановиться.

Она посмотрела на тело, и её желудок сжался.

- Он мёртв?

- Да, - ответил Марк. - Я не оставляю свидетелей.

Она закрыла глаза, пытаясь унять дрожь.

- Нам нужно уходить, - сказал он, убирая пистолет. - Скоро здесь будут другие.

**Квартира Адама. 01:00.**

Адам сидел на краю кровати в своей квартире, сжимая в руках телефон. Он только что получил сообщение от Амаранты:

«На меня напали. Я в порядке. Марк спас меня».

Он сжал телефон в руке, чувствуя, как внутри него закипает ярость. Марчелло перешёл черту. Он тронул её. Он тронул то, что принадлежит ему. Он набрал номер Майкла.

- Майкл, - сказал он, и его голос был ледяным. - Найди мне всё о Марчелло. Где он, кто с ним, что он планирует. Я хочу знать всё.

- Босс, что случилось?

- Он тронул её, - сказал Адам. - Он тронул то, что принадлежит мне. И он заплатит за это.

Он сбросил вызов и уставился в стену. В его груди клокотала ярость - холодная, ледяная ярость, которую он не чувствовал уже много лет. Он поднялся и подошёл к окну, глядя на ночной город. Где-то там, среди этих огней, была она. Он должен был защитить её. Он не мог позволить Марчелло причинить ей боль.

**ГЛАВА 6**

**Квартира Амаранты. Утро.**

Амаранта резко проснулась. Она села на кровати и почувствовала, как ноющая боль в плече напомнила о вчерашнем нападении. Она посмотрела на синяк, оставшийся от пальцев того человека, и содрогнулась. Ещё немного - и она была бы мертва.

Телефон на тумбочке завибрировал. Сообщение от Адама:

«Я знаю, что ты хочешь выйти. Но не делай этого. Я приеду через час».

Она усмехнулась. Он запрещал ей выходить, но она знала, что не сможет сидеть на месте.

Она набрала ответ: «Я не могу сидеть и ждать».

«Я знаю. Поэтому я приеду к тебе. Жди».

Она отложила телефон и подошла к окну. Город просыпался. Где-то там Марчелло готовил новый удар. И она знала, что он не остановится.

Примерно через полчаса в дверь постучали. Амаранта открыла и увидела Адама. Он выглядел уставшим - под глазами залегли тени, на лице - напряжение. Он вошёл, не говоря ни слова, и притянул её к себе.

- Ты в порядке? - спросил он, обнимая её.

- Я в порядке, - ответила она, чувствуя, как его руки сжимают её. - Ты волновался?

- Я не спал всю ночь, - сказал он, отстраняясь. - Я думал о том, что мог потерять тебя.

- Но не потерял, - сказала она, касаясь его лица. - Я здесь.

Он взял её лицо в свои руки и поцеловал - долго, глубоко, с такой благодарностью, что у неё сжалось сердце.

- Я не позволю ему тронуть тебя, - сказал он. - Никогда.

Она не ответила. Вместо этого она потянула его за воротник рубашки, притягивая к себе для нового поцелуя. Он ответил на него с жадностью, и его руки скользнули по её спине, прижимая ближе. Она сделала шаг назад, увлекая его за собой. Ещё шаг. Он послушно двинулся за ней, не разрывая поцелуя. Ещё шаг - она упёрлась спиной в дверной косяк спальни и на мгновение замерла, глядя на него. Она посмотрела в его глаза, и в них не было сомнения. Только вызов. Она взяла его за руку и вошла в спальню.

Он шёл за ней, не сопротивляясь, чувствуя, как его дыхание становится глубже, как кровь начинает быстрее бежать по венам. Она остановилась у кровати и повернулась к нему. Её руки скользнули по его груди, расстёгивая пуговицы его рубашки - одну, вторую, третью. Ткань разошлась, и она коснулась пальцами обнажённой кожи, чувствуя, как его мышцы напрягаются под её прикосновениями. Она толкнула его на кровать, и он упал на спину, глядя на неё снизу вверх. В его глазах горел тот самый огонь - дикий, голодный, неконтролируемый.

- Ты с ума сошла? - спросил он, но в голосе не было протеста.

- Ты говорил, что не спал всю ночь, - сказала она, нависая над ним. - Я хочу, чтобы ты забыл обо всём. О войне. О Марчелло. О клане. Только я. Только мы.

Он притянул её к себе и перевернул, нависая сверху. Его руки скользнули по её бёдрам, сжимая их, притягивая ближе. Она почувствовала, как его дыхание касается её губ.

- Ты сводишь меня с ума, - прошептал он. - Ты единственная, кто может заставить меня забыть, кто я есть.

- Тогда забудь, - ответила она, касаясь его лица. - Забудь всё. Будь просто мужчиной, который хочет женщину.

Он не ответил. Вместо этого он накрыл её губы своими - жадно, безрассудно, будто хотел выпить её до дна. Его руки сжали её бёдра так сильно, что она вскрикнула ему в рот, и этот звук, казалось, подстегнул его ещё сильнее. Он не давал ей дышать, не давал ей думать - только чувствовать. Его пальцы скользнули по её шее, по ключицам, срывая ткань топа, обнажая кожу. Она вцепилась в его плечи, царапая кожу, и он зарычал в ответ - низко, зверино. Он оторвался от её губ только для того, чтобы впиться в её шею, оставляя жгучие следы. Она запрокинула голову, позволяя ему делать всё, что он хочет, чувствуя, как её тело отвечает на каждое его прикосновение.

- Адам… - выдохнула она.

Она потянула его за шею, прижимая к себе, и почувствовала, как его руки скользят по её бёдрам, сжимая их, притягивая ближе. Губы Адама скользнули по её шее, оставляя дорожку из поцелуев, которые жгли кожу. Она выгнулась навстречу, позволяя ему делать всё, что он хочет. Он стянул с неё остатки одежды, и она осталась обнажённой перед ним. Он замер на мгновение, глядя на неё, и в его глазах было столько желания, что у неё перехватило дыхание.

- Я смотрел на тебя тысячу раз, - сказал он, и его голос был низким, почти благоговейным. - И каждый раз ты заставляешь меня забыть, как дышать.

Она улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло.

- Тогда не дыши, - прошептала она. - Просто чувствуй.

Он наклонился и поцеловал её грудь, её живот, опускаясь всё ниже. Она запрокинула голову, цепляясь пальцами в его волосы, и позволила себе забыть обо всём, кроме него. Язык Адама скользил по её коже, и она чувствовала, как её тело отвечает на каждое его прикосновение.

- Адам… - прошептала она, и её голос сорвался.

Он поднялся и навис над ней, и его глаза горели. Он вошёл в неё медленно, чувствуя, как её тело принимает его. Она выгнулась навстречу, обхватив его ногами, и он почувствовал, как её пальцы впиваются в его плечи. Они быстро, почти агрессивно. Каждое движение было наполнено животной страстью, голодом, желанием уничтожить друг друга в этом безумном танце.

Он ускорился, чувствуя, как она приближается к краю. Она впилась пальцами в его спину, оставляя следы, и он зарычал - низко, зверино, наполняя тишину этим звуком, от которого у неё внутри всё переворачивалось.

- Ты моя, - прошептал он ей в самое ухо, и его голос был хриплым, почти умоляющим. - Только моя. Никогда не забывай этого.

Она не ответила. Она не могла. Волна накрыла её, и она закричала, впиваясь пальцами в его плечи. Он последовал за ней, чувствуя, как его тело содрогается в унисон с её, как их дыхание смешивается, как они оба теряются в этом безумии.

Они лежали на сбитых простынях, тяжело дыша. Её голова покоилась на его груди, и он чувствовал, как её дыхание касается его кожи. Солнечный свет пробивался сквозь неплотно зашторенное окно, очерчивая их силуэты тёплым золотом. Вокруг них царила тишина - только их сердца бились в унисон да где-то за окном шумел город.

- Ты в порядке? - спросил он.

- Я в порядке, - ответила она. - А ты?

- Я в порядке, - сказал он. - Теперь, когда ты рядом.

Она улыбнулась и поцеловала его в грудь. Но в его глазах она заметила тень тревоги.

- Что случилось? - спросила она.

Адам помедлил.

- Я знаю, где Марчелло, - сказал он. - Майкл выследил его. Он прячется на старом складе у восточного порта.

Она села на кровати, глядя на него.

- Ты хочешь сказать, что идёшь к нему?

- Я иду убить его, - сказал он, и его голос стал холодным. - Он тронул тебя. Он угрожал тебе. Я не могу позволить ему жить.

- Адам, это безумие, - сказала она, чувствуя, как внутри неё закипает тревога. - Он ждёт тебя. Это ловушка.

- Я знаю, - ответил он. - Но я не могу ждать. Если я дам ему время, он нанесёт новый удар. И тогда он не остановится ни перед чем.

Она взяла его лицо в свои руки.

- Если ты идёшь, я иду с тобой.

Он посмотрел на неё, и в его глазах вспыхнула сталь.

- Нет, - сказал он. - Ты останешься здесь.

- Адам…

- Я сказал нет, - перебил он, и его голос стал жёстким. - Ты не идёшь. Это не обсуждается.

- Я не позволю тебе идти одному.

- Ты не позволишь? - он усмехнулся, но в усмешке не было веселья. - Я не спрашиваю твоего разрешения, Амаранта. Я принимаю решение. И моё решение - ты остаёшься здесь.

- Ты не можешь просто запереть меня здесь!

- Могу, - сказал он, и его голос стал низким, почти опасным. - Я могу сделать так, чтобы ты не вышла из этой квартиры до моего возвращения. И я сделаю это, если ты заставишь меня.

Она смотрела на него, и её дыхание участилось. Она видела, что он не шутит. Он был готов поставить охрану у её двери.

- Ты не имеешь права…

- Я имею право, - сказал он, и его голос дрогнул. - Я не могу потерять тебя. Я не переживу этого.

Она замолчала. Его слова ударили в неё сильнее, чем любой приказ.

- Я не хочу сидеть и ждать, - тихо сказала она.

- Я знаю, - ответил он, подходя к ней. - Но ты должна довериться мне. Я вернусь. Я обещаю.

Она посмотрела в его глаза и увидела в них страх. Не перед Марчелло. Перед тем, что он может потерять её.

- Ты обещаешь? - спросила она.

- Обещаю, - сказал он.

Она притянула его к себе и поцеловала - отчаянно, почти грубо, вкладывая в этот поцелуй всю свою тревогу.

- Тогда возвращайся, - прошептала она. - Если ты не вернёшься, я найду тебя даже в аду.

Он усмехнулся, и в его глазах появилась искорка.

- Тогда мне придётся вернуться.

**Клуб «Коршуны». Кабинет Адама.**

Адам стоял у окна, сжимая в руках пистолет. За его спиной собрались лучшие бойцы клана готовые идти за ним в огонь и воду.

Майкл подошёл к нему.

- Босс, мы готовы. Марчелло на складе. У него около двенадцати человек охраны.

- Двенадцать, - повторил Адам, и его голос был ледяным. - Это немного.

- Он не ждёт нас, - сказал Майкл. - Он думает, что мы не знаем, где он.

Адам кивнул и обвёл взглядом людей. Двадцать восемь. Он знал каждого по имени. Знал, кто как дышит перед боем, кто как стреляет, кто как умирает.

Его взгляд задержался на Сергее - молодом, тридцать с небольшим, с короткой стрижкой и слишком быстрыми глазами. Сергей работал с кланом пять лет. Начинал в порту, потом перешёл в личную охрану, потом - в группу, которая занималась деликатными делами. Адам ему доверял. Или думал, что доверял.

Сегодня Сергей был не похож на себя. Слишком часто проверял телефон. Слишком часто смотрел на дверь. Адам списал это на предбоевое напряжение - у всех бывает.

- Сергей, - окликнул он.

Тот вздрогнул и обернулся.

- Да, босс?

- Ты идёшь с Майклом. Прикрываешь его с фланга.

- Понял.

Адам отвернулся. И не увидел, как Сергей снова достал телефон и быстро набрал сообщение.

**Порт. Старый док.**

Ночь давила на плечи тяжёлым, влажным холодом. Ветер выл между ржавых контейнеров, гоняя по асфальту обрывки бумаг и мелкий мусор. Запах соли, мазута и сырости смешивался с металлическим привкусом, который всегда появляется перед боем. Адам стоял за контейнером, чувствуя, как пистолет в его руке стал продолжением тела. Двадцать его человек затаились в тенях - они ждали его сигнала. Тишина была такой плотной, что даже дыхание казалось слишком громким.

Майкл бесшумно подполз к нему, прижимаясь к ржавому железу.

- Босс, я проверил периметр, - прошептал он. - Двое охранников у ворот. Ещё двое обходят склад с тыла. Остальные внутри. Марчелло - в центре, в кабинете на втором этаже.

Адам кивнул, не сводя глаз с тёмного силуэта склада.

- Убираем внешнюю охрану бесшумно, - сказал он. - Потом заходим через главный и чёрный ходы одновременно. Я иду наверх за Марчелло.

- Он не знает, что мы здесь, - тихо добавил Майкл. - Мы можем закончить это быстро.

Адам усмехнулся, сжимая пистолет.

- Тогда сделаем это чисто.

Они сняли внешнюю охрану без единого выстрела. Двое у ворот упали от точных ударов ножом. Ещё двое с тыла даже не поняли, что произошло, - их убрали прежде, чем они успели вскрикнуть. Адам вошёл в склад первым. Внутри было темно и сыро. Пахло гниющим деревом, машинным маслом и потом. Где-то в глубине слышались голоса - охранники играли в карты за деревянным столом, не подозревая о надвигающейся опасности.

Адам поднял руку, давая сигнал своим людям. Они замерли, готовые к атаке. Он ждал. Дверь кабинета на втором этаже открылась, и на лестнице появился Марчелло. Он выглядел уставшим, но на его губах играла привычная усмешка.

- Вэйн! - крикнул он, и его голос эхом разнёсся по складу. - Я знаю, что ты здесь! Ты думал, что сможешь подкрасться ко мне?

Адам сжал челюсть. Он понял, что Марчелло знал. Это была ловушка. Из темноты склада начали появляться люди - не двенадцать, а больше. Гораздо больше. Они окружали их со всех сторон. Адам почувствовал, как внутри него закипает холодная ярость.

- Босс… их слишком много, - прошептал Майкл, и в его голосе впервые за долгое время прозвучал страх.

- Я вижу, - ответил Адам, сжимая пистолет. Его голос был ледяным.

Марчелло поднял руку, и его люди открыли огонь.

Вспышки выстрелов осветили склад, как молнии, вырывая из темноты лица, искажённые яростью и страхом. Грохот был оглушительным - он бил по ушам, смешиваясь с криками и звоном гильз, падающих на бетонный пол.

Адам рванул в сторону, уходя от линии огня. Он нырнул за контейнер и, не целясь, выстрелил два раза. Кто-то из врагов вскрикнул и упал, но на его место пришли двое других.

- Прикрой меня! - крикнул он Майклу.

Майкл ответил очередью, и Адам рванул вперёд, перекатываясь по бетону, чувствуя, как острые крошки впиваются в кожу через ткань. Он выстрелил ещё дважды - один из людей Марчелло схватился за шею и осел на пол. Кровь растеклась по бетону тёмной лужей, смешиваясь с мазутом и грязью. Всё происходило слишком быстро. Слишком хаотично.

Адам видел, как один из его людей упал, схватившись за грудь. Видел, как ещё двое отступили под шквальным огнём, укрываясь за ящиками. Видел, как Майкл отстреливался, прикрывая их отход, и как пули свистели в сантиметре от его головы.

- Босс, мы в кольце! - крикнул Майкл. - Нужно прорываться!

- Я знаю! - Адам сжал зубы, чувствуя, как ярость закипает внутри, смешиваясь с адреналином.

Он выскочил из укрытия, стреляя на ходу. Двое врагов упали, но третий успел выстрелить - пуля обожгла плечо, и Адам почувствовал острую боль, которая мгновенно разлилась по руке. Он не остановился. Он не мог остановиться.

Адам добежал до лестницы, ведущей на второй этаж, и начал подниматься по ступеням, перескакивая через две. Сзади гремели выстрелы, крики, звон металла - но он не оборачивался. Он знал, что Майкл прикроет его. Наверху он увидел Марчелло - тот стоял в дверях своего кабинета, сжимая в руках пистолет. На его лице не было страха. Только злость.

- Ты не пройдёшь, Вэйн! - крикнул он, вскидывая оружие.

Адам не ответил. Он выстрелил первым.

Пуля попала Марчелло в живот. Тот захрипел, выронил пистолет и упал на колени, хватаясь за рану. Кровь хлынула сквозь пальцы, заливая рубашку. Адам шагнул к нему, но в тот же момент кто-то из людей Марчелло выстрелил снизу - пуля прожужжала у самого виска, и Адам почувствовал, как осколок кирпича, отлетевший от стены, рассек ему скулу. Тёплая кровь потекла по щеке, но он даже не моргнул.

- Ты проиграл, - сказал он, направляя пистолет на Марчелло.

Марчелло усмехнулся - даже сейчас, истекая кровью, он пытался сохранить лицо. Из его рта потекла струйка крови.

- Ты думаешь, что это победа? - прохрипел он. - Это только начало, Вэйн. У меня есть брат. Он узнает, что ты сделал. Он уничтожит тебя. Он уничтожит всех, кого ты любишь.

- Тогда я уничтожу и его, - ответил Адам.

Он нажал на спусковой крючок.

Марчелло упал лицом вперёд, и наступила тишина. Только где-то внизу слышались последние выстрелы - его люди добивали остатки охраны. Адам стоял над телом врага, тяжело дыша. Его плечо горело, скула саднила от рассечения. Но боль была не главным. Главным было то, что он понял: Марчелло знал. Он знал, что они придут. Он подготовил ловушку. Кто-то предупредил его.

Майкл подбежал к нему, тяжело дыша. Его лицо было в грязи и крови.

- Босс, мы отбили атаку. Потери - пятеро убитых, трое раненых.

Адам кивнул, не сводя глаз с тела Марчелло.

- Забираем своих. Уходим.

Он развернулся и направился к лестнице.

**Квартира Адама.**

Адам сидел на краю кровати, забинтовывая плечо. Майкл стоял рядом, держа аптечку.

- Пуля прошла навылет, - сказал Майкл. - Повезло.

- Повезло, - повторил Адам, не глядя на него.

- Босс…

- Я знаю, - перебил Адам. - Это была ловушка. Он знал, что мы придём.

- Кто-то слил информацию…

Майкл помедлил.

- Что будем делать?

- Я хочу, чтобы ты нашёл этого человека. Кто бы это ни был. Внутри клана. Среди наших.

- Я всё проверю, босс, - сказал Майкл, и в его глазах вспыхнула решимость.

Адам взял телефон и набрал сообщение Амаранте:

«Всё кончено. Я еду к тебе».

Он поднялся, надевая чистую футболку поверх бинтов.

- Теперь будем ждать, - сказал он. - У Марчелло был брат. Война только начинается.

**Квартира Амаранты.**

Амаранта стояла у окна, глядя в ночной город. Она не спала. Она не могла спать. Она уже десять раз перечитывала его сообщение: «Всё кончено. Я еду к тебе».

В руках она сжимала телефон так сильно, что костяшки побелели. Она ходила по комнате из угла в угол, останавливаясь у окна, потом снова начиная круги по гостиной. Привычные вещи вокруг казались чужими. Сердце колотилось так сильно, что она слышала его в ушах. Она смотрела на дверь, ожидая, что вот-вот раздадутся шаги. Каждая минута длилась вечность. В дверь постучали. Три коротких, резких удара. Она бросилась открывать. На пороге стоял Адам - уставший, с окровавленной скулой, забинтованным плечом, но живой.

- Ты стучишь, - сказала она, глядя на него. - Почему ты никогда не звонишь в звонок?

Он усмехнулся, проходя в квартиру.

- Привычка, - сказал он. - В моём мире звонок может означать, что за дверью кто-то с оружием. Стук - это сигнал. Свой.

- А если бы я не услышала?

- Ты услышала бы, - ответил он, поворачиваясь к ней. - Ты всегда слышишь меня.

Она хотела возразить, но слова застряли в горле. Она подошла к нему и провела пальцами по его лицу, касаясь рассечённой скулы.

- Ты ранен.

- Царапина, - сказал он, перехватывая её руку. - Я в порядке.

- Ты всегда так говоришь?

- Только когда это правда.

Она притянула его к себе и поцеловала - долго, глубоко, чувствуя, как его руки сжимают её. Он был жив. Он вернулся. Но когда она отстранилась и посмотрела в его глаза, она увидела в них не облегчение. А тревогу.

- Что случилось? - спросила она.

Адам прошёл в комнату и сел на диван, сжимая переносицу.

- Марчелло знал, что мы придём, - сказал он. - Это была ловушка.

Амаранта замерла.

- Кто-то предупредил его?

- Да. Кто-то из моих людей. Я дал Майклу приказ найти предателя.

Она подошла к нему и села рядом, чувствуя, как внутри неё закипает тревога.

- Ты знаешь, кто это может быть?

- Нет, - ответил он, глядя на неё. - Но я узнаю.

Адам ушёл через час. Он должен был разобраться с делами клана. Амаранта осталась одна. Она сидела за столом, перебирая в голове события последних дней. Доминик был предателем. Но он был изгнан. Кто-то ещё продолжал работать на Марчелло. Кто-то, кто знал о плане Адама.

Она взяла телефон и набрала номер Марка.

- Ты не спишь? - спросила она.

- Я не сплю, когда ты звонишь, - ответил он. - Что случилось?

- У нас проблема, - сказала она. - Кто-то из клана Коршунов всё ещё работает на Марчелло. Марчелло знал о нападении. Это была ловушка.

Марк помедлил.

- И ты хочешь, чтобы я помог тебе найти его?

- Да. Адам занят. Он не может заниматься этим в одиночку. А я не могу сидеть сложа руки.

- Ты знаешь, что это опасно? - спросил Марк.

- Я знаю, - ответила она. - Но я должна это сделать. Для него.

Марк вздохнул.

- Хорошо. Я начну копать. Но будь осторожна, Амаранта. Если этот человек узнает, что ты ищешь его…

- Я знаю, - перебила она. - Я буду осторожна.

Она сбросила вызов и посмотрела в окно. Где-то там, в городе, скрывался предатель. Она должна была найти его. До того, как он нанесёт новый удар.

**Особняк Коршунов**

Адам стоял в кабинете отца. Его плечо болело, но он чувствовал себя лучше. Марчелло был мёртв. Угроза была устранена.

Адриан подошёл к нему и положил руку на плечо.

- Ты сделал это, - сказал он. - Ты защитил клан.

- Я сделал это не ради клана, - ответил Адам.

- Я знаю, - сказал Адриан. - Но это не меняет того факта, что ты - достойный наследник.

Адам посмотрел на отца и впервые увидел в его глазах гордость.

- Отец… кто-то из наших слил информацию Марчелло. Он знал, что мы идём. Я дал Майклу приказ найти предателя.

Адриан нахмурился.

- Ты уверен?

- Уверен, - сказал Адам. - Это была ловушка. Марчелло ждал нас.

Адриан медленно кивнул.

- Тогда найди его, - сказал он. - И приведи ко мне.

**Клуб «Коршуны».**

Адам сидел в своём кабинете, когда в дверь постучали. Вошёл Майкл. Его лицо было серьёзным.

- Босс, - сказал он. - У нас проблема.

- Говори.

- Виктор Марчелло. Он всё ещё в Италии, но уже знает о смерти брата. По нашим данным, он собирает армию - люди, оружие, деньги. Он готовится вернуться.

Адам сжал кулаки.

- Когда он будет здесь?

- По нашим данным, через три дня, - ответил Майкл. - Он хочет ударить быстро. Пока мы не оправились после боя.

Адам поднялся из-за стола и подошёл к окну. Город внизу светился огнями.

- Тогда у нас есть три дня, - сказал он. - Мы не позволим ему уничтожить то, что мы построили.

**ГЛАВА 7**

**Клуб «Коршуны». Утро. **

Адам сидел в своём кабинете, глядя в пустоту. Он не спал почти всю ночь - мысли о предателе, о Викторе Марчелло, о том, что будет через три дня, не давали ему покоя. Он смотрел на свои руки - они дрожали. От усталости. От ярости. От бессилия. Дверь открылась, и вошёл Майкл. Он выглядел уставшим, но собранным. В руках он держал папку.

- Босс, я начал проверку, как вы просили, - сказал он, садясь напротив. - Но это будет сложно. Если предатель внутри клана, он будет заметать следы.

- Я знаю, - ответил Адам, и его голос звучал глухо. - Но я хочу, чтобы ты проверил всех, кто знал о плане. Всех, кто был на складе.

Майкл кивнул и открыл папку.

- Список небольшой. Вы, я, ваши люди, и отец. Больше никто не знал.

- Значит, предатель среди них, - сказал Адам, и в его голосе зазвенела сталь.

- Или кто-то из них передал информацию кому-то ещё, - добавил Майкл.

Адам поднялся и подошёл к окну. Город внизу жил своей жизнью, не подозревая о войне, которая вот-вот начнётся.

- Найди его, Майкл, - сказал он, не оборачиваясь. - У нас мало времени.

**Квартира Амаранты.**

Амаранта сидела за столом, перебирая в голове события последних дней. Она не спала почти всю ночь. Каждый раз, когда она закрывала глаза, она видела лицо Адама, когда он понял, что Марчелло знал о нападении. Предатель. Кто-то из его людей. Кто-то, кому он доверял.

Телефон на столе завибрировал. Марк.

«Я начал копать. Это займёт время. Встретимся завтра».

Она нахмурилась. Завтра?

«Почему завтра?» - написала она.

«Потому что я не могу проверить всех за один день. Это требует времени, Амаранта. Я должен быть точным».

Она сжала телефон в руке. Он был прав. Но она ненавидела ждать.

**Квартира Амаранты. Следующий день.**

Амаранта ходила по комнате из угла в угол, сжимая в руках телефон. Она ждала новостей от Марка уже несколько часов, а он всё не звонил. Она остановилась у окна, посмотрела на серое утреннее небо, затем снова начала круги по гостиной. Она была напряжена, как струна. Каждая секунда ожидания казалась вечностью.

Внезапно раздался звонок в дверь - пронзительный, резкий, заполнивший тишину квартиры. Она вздрогнула и замерла на мгновение. Это был не Адам. Он никогда не звонил в звонок. Всегда стучал - три коротких, резких удара, будто проверяя, что она всё ещё здесь. Это была его привычка. Его мир.

Она подошла к двери и посмотрела в глазок. Марк.

Она открыла.

- Ты пришёл раньше, - сказала она, удивлённо глядя на него.

- Я не мог ждать, - ответил он, проходя в квартиру. - Я кое-что нашёл. И решил не откладывать.

Он развернул ноутбук и показал ей экран.

- Я проверил всех, кто был на складе, - сказал он. - Не только по официальным спискам, а по записям с камер, по звонкам, по переводам. Двое выпадают из общей картины. Майкл и Сергей.

- Майкл? - переспросила Амаранта, чувствуя, как внутри закипает тревога.

- За час до операции он звонил на незарегистрированный номер, - сказал Марк. - Я проверил этот номер. Он принадлежит подставной компании, которая связана с Марчелло. Это может быть связь, а может быть ловушка. Я пока не знаю.

- А Сергей?

- Сергей снял деньги за день до операции. Двенадцать тысяч евро. Я проверил его счёт - таких сумм у него никогда не было. И он исчез.

- Исчез?

- Его квартира пуста, - сказал Марк. - Я был там сегодня утром. Вещи на месте, но его нет. Соседи говорят, что он ушёл с сумкой и больше не возвращался.

Амаранта замерла. Майкл и Сергей. Два имени. Два следа. Один из них - предатель. Или оба. Или ни один.

- Ты думаешь, это кто-то из них? - спросила она.

- Я думаю, это может быть кто-то из них, - ответил Марк. - Или кто-то, кто хочет, чтобы мы думали именно так.

Она закрыла ноутбук и посмотрела на него.

- Марк, мы должны найти Сергея. Это наш единственный след.

- Я знаю, - ответил он. - Я уже подключил своих людей. Это займёт день-два, но мы его найдём.

**Клуб «Коршуны».**

Адам сидел за столом, изучая документы, когда дверь резко открылась, он поднял голову и увидел Амаранту. Она закрыла дверь и подошла к столу. Её лицо было бледным, но в глазах горела решимость.

- Я должна тебе кое-что сказать, - начала она.

Адам отложил бумаги и посмотрел на неё.

- Я слушаю.

- Я не сидела сложа руки, - сказала она. - Я попросила Марка проверить людей, которые знали о плане. Тех, кто был на складе.

Адам медленно поднялся из-за стола. Его лицо окаменело.

- Ты что, проверяешь моих людей за моей спиной?

- Я пытаюсь помочь тебе найти предателя, - сказала она, и её голос дрогнул. Она видела, как его глаза потемнели, как напряглись желваки.

- Я не просил тебя об этом, - сказал он, и его голос стал холодным, как лёд. - Это дело клана. Ты не имеешь права копать под моих людей без моего ведома.

- Адам, послушай меня, - сказала она, делая шаг вперёд. - Я не хотела делать это за твоей спиной. Но я не могла сидеть и ждать.

- И что ты нашла? - спросил он, и его голос стал резче.

- У Майкла был странный звонок за час до операции. На незарегистрированный номер. А у одного из твоих людей, Сергея, - крупная сумма на счету. Двенадцать тысяч евро. И он исчез.

Адам сжал челюсть. Он чувствовал, как внутри закипает ярость - не на неё, а на ситуацию. На то, что она влезла в это. На то, что она могла пострадать.

- Ты подозреваешь Майкла? - спросил он, и его голос дрогнул.

- Я подозреваю всех, - ответила она. - Я просто хочу, чтобы ты был внимательным. Ты доверяешь мне?

Он смотрел на неё, и внутри него боролись гнев и страх. Он видел, как она рисковала. Как она влезала в его мир, в его войну. И он ненавидел это.

- Я доверяю тебе, - сказал он. - Но я должен быть уверен. Я проверю Майкла сам.

- Официально?

- Без его ведома. Если он чист, он ничего не узнает.

Она подошла к нему и взяла его лицо в свои руки.

- Ты не должен делать это один, - сказала она. - Я рядом.

Он смотрел на неё, и его дыхание стало глубже. Она была здесь. Она была реальной. И она была его.

- Ты безумна, - сказал он тихо, но в голосе уже не было злости. Только усталость и тепло, которые он не хотел показывать.

- Это ты мне говоришь уже в третий раз, - усмехнулась она. - Может, придумаешь что-то новое?

Адам замер, глядя на неё. А затем, вопреки всему, усмехнулся. Коротко, почти против воли.

- Ты невозможна, - сказал он.

- Знаю, - улыбнулась она.

Он притянул её к себе и поцеловал - долго, глубоко, чувствуя, как её руки сжимают его.

Когда он отстранился, она посмотрела на него.

- Адам, я хочу, чтобы ты знал кое-что. Обо мне.

- Я слушаю, - сказал он, чувствуя, как внутри закипает тревога.

Она перевела дыхание. Он видел, как ей тяжело говорить. Как она борется с собой. Он хотел обнять её, сказать, что она не обязана, но он знал - она должна это сказать.

- Когда я сбежала из интерната, мне было семнадцать, - начала она. - Я жила на улицах. Ночевала в подвалах, на вокзалах. Я думала, что я сильная, что я справлюсь. Но я была просто напуганной девчонкой.

Он смотрел на неё, и его сердце сжималось. Он видел её - молодую, испуганную, одну в этом холодном мире.

- Однажды зимой я ночевала в подвале старого дома, - сказала она, и её голос стал тише. - Я замерзала. Я была голодна. И он пришёл.

- Кто? - спросил он, хотя уже знал ответ.

- Мужчина. Пьяный. Грязный. - Её пальцы дрожали, и она сжала их в кулаки. - Он навалился на меня. Я пыталась вырваться, но он был сильнее. Он порвал мою одежду. Я поняла, что если я не сделаю что-то, он убьёт меня. Или сломает.

Адам почувствовал, как внутри него взрывается что-то тёмное. Ярость. Холодная, древняя ярость, которую он не чувствовал много лет. Он убил бы этого человека. Если бы тот был жив, он бы убил его своими руками.

- Я нашла кусок арматуры, - сказала она, и её голос дрогнул. - Ржавый, острый. Я ударила его, когда он навалился на меня. Раз. Два. Я не остановилась, пока он не перестал дышать.

Она подняла голову и посмотрела на него. В её глазах блестели слёзы.

- Я убила его, Адам. Не потому что хотела. Потому что у меня не было выбора.

Он смотрел на неё, и его сердце разрывалось. Он видел её - маленькую, испуганную, одну в том подвале. И он ничего не мог сделать.

- Ты выжила, - сказал он, и голос его был твёрже, чем он чувствовал себя. - Ты защищала себя. Это не делает тебя монстром. Это делает тебя сильной.

- Правда? - спросила она, и в её голосе появилась надежда.

- Правда, - сказал он, убирая прядь волос с её лица. - Ты сделала то, что должна была сделать. И ты выжила.

Она посмотрела на него, и в её глазах блеснули слёзы.

- Ты говоришь это просто потому, что я красивая? - спросила она с лёгкой усмешкой, пытаясь улыбнуться сквозь слёзы.

Адам усмехнулся в ответ. Это было так по-её - даже в самый тяжёлый момент пытаться пошутить.

- Ты красивая, - сказал он. - Но я говорю это потому, что это правда.

Она притянула его к себе и поцеловала. Когда она отстранилась, он взял её лицо в свои руки.

- Ты больше не одна, - сказал он. - У тебя есть я.

Она смотрела на него, и в её глазах была такая благодарность, что у него сжалось сердце.

**Квартира Амаранты. **

Амаранта стояла у окна, когда телефон завибрировал. Сообщение от Марка:

«У меня есть адрес. Съёмная квартира на окраине. Я проверяю».

Она сжала телефон в руке, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

«Жди меня. Я еду», - написала она.

**Окраина города. Съёмная квартира. **

Амаранта и Марк стояли в пустой съёмной квартире. Здесь пахло табаком, на столе стояла кружка с остывшим кофе. Кто-то был здесь совсем недавно, но успел уйти.

- Он был здесь, - сказал Марк, оглядывая комнату. - Он снял эту квартиру три дня назад. Но он уже ушёл.

- Ушёл? - переспросила Амаранта.

- Его кто-то предупредил, - ответил Марк.

Она подошла к столу и увидела обрывок бумаги. На нём был написан телефонный номер. Она подняла его и передала Марку.

- Проверь этот номер, - сказала она.

- Я проверю, - ответил он, фотографируя номер.

Они вышли на улицу, и в этот момент телефон Амаранты завибрировал. Сообщение от незнакомого номера:

«Предатель не тот, кого ты ищешь. Ты смотришь не туда. Будь осторожна».

Она замерла.

- Что там? - спросил Марк, подходя ближе.

Она показала ему экран.

- Кто-то знает, что мы ищем.

**Клуб «Коршуны». Ночь. **

Адам сидел в своём кабинете. На столе лежала папка, которую он открыл несколько минут назад. Внутри - первые отчёты, которые принёс один из его людей. Неполные, но уже дающие пищу для размышлений.

Он просматривал звонки Майкла за последние две недели. Всё было чистым - никаких странных контактов, никаких подозрительных номеров. Финансы - стабильные, без крупных переводов. Передвижения - обычные: дом, работа, редкие встречи с семьёй.

«Если не Майкл, то кто?»

Адам откинулся на спинку стула и провёл рукой по лицу. Проверка была неполной, но уже показывала, что Майкл не выглядит предателем. Он закрыл папку и убрал её в сейф. Майкл не должен был знать, что его проверяли. Никто не должен был знать.

Его телефон завибрировал. Сообщение от Амаранты:

«Мы нашли след Сергея. Съёмная квартира на окраине. Но он уже ушёл. Кто-то его предупредил».

Адам сжал телефон в руке. Кто-то предупредил Сергея. Кто-то, кто знал о расследовании.

**ГЛАВА 8**

**Квартира Амаранты. Утро. 08:00.**

Амаранта стояла у окна, сжимая в руках чашку с остывшим чаем. Она не пила - просто держала, чувствуя, как холодный фарфор обжигает пальцы. Глаза слипались, но она не могла уснуть. Мысли о Сергее, о предателе, о Викторе Марчелло - всё это перемешалось в одну сплошную тёмную массу.

Телефон завибрировал. Она подскочила и схватила его.

Марк.

«Я проверил номер, который мы нашли. Он принадлежит человеку, который работал на Марчелло. Но он мёртв. Нас водят за нос. Встретимся в 14:00 на старой стройке».

Она нахмурилась. Старая стройка? Зачем?

«Почему стройка?» - написала она.

«Потому что я нашёл кое-что - камеры зафиксировали Сергея. Он был там. И он не один».

Она сжала телефон в руке. Сергей не один. Значит, у него есть сообщник.

«Я буду», - ответила она.

**Квартира Адама. Утро. **

Адам сидел за столом, перебирая документы. Перед ним лежала новая папка - отчёты о передвижениях Майкла за последние две недели. Всё чисто. Никаких странных встреч. Никаких переводов. Он откинулся на спинку стула и потёр глаза - усталость давала о себе знать. Внезапно раздался звонок в дверь. Адам нахмурился. Он никого не ждал. Он подошёл к двери и посмотрел в глазок. Амаранта. Он открыл и сразу заметил её состояние - бледное лицо, горящие глаза, напряжённые плечи.

- Что случилось? - спросил он, отступая в сторону, чтобы пропустить её.

- Мне пришло это. С незнакомого номера.

Адам взял телефон и прочитал сообщение. Его лицо стало жёстче.

- Кто-то знает, что мы ищем, - сказал он.

- Да. И он предупреждает меня.

- Или пытается запутать, - сказал Адам, возвращая ей телефон. - Покажи это Марку. Пусть проверит номер.

- Я уже отправила ему скриншот, - сказала она. - Но есть ещё кое-что. Марк нашёл след. Сергей был на старой стройке в промзоне. И он был не один.

Адам закрыл дверь и повернулся к ней.

- Ты уверена, что хочешь ехать?

- Уверена, - ответила она.

- Тогда я с тобой, - сказал он.

**Старая стройка. **

Заброшенная стройка находилась в промзоне, за несколько километров от города. Серый бетонный скелет недостроенного здания возвышался над пустырём, окружённый ржавыми кранами и грудой строительного мусора. Ветер гулял между этажами, завывая в пустых проёмах окон. Пахло пылью, бетоном и сыростью.

Адам припарковал машину у старого забора. Они вышли и осмотрелись. Из тени вышел Марк. Он выглядел взволнованным, но уверенным. В руках он держал телефон.

- Здесь был Сергей, - сказал он, указывая на следы на пыльном полу. - И он встречался с кем-то.

- С кем? - спросил Адам.

Марк протянул ему телефон. Адам взял его и всмотрелся в экран. Расплывчатое изображение с камеры наблюдения. Две фигуры. Одна - Сергей. Вторая - в тени.

- Я не могу разобрать лицо, - сказал Марк. - Но он выглядит знакомым.

Адам вгляделся внимательнее, но тень скрывала черты. Кто-то знакомый, но неуловимый.

- Отправь это фото мне, - сказал он. - Я покажу его Майклу. Он знает всех наших людей лучше меня.

Марк кивнул.

- Сделаю.

Через минуту телефон Адама завибрировал. Он открыл сообщение и ещё раз посмотрел на фото.

**Квартира Амаранты. Вечер.**

Телефон завибрировал. Сообщение от Марка:

«Я проверил номер, с которого пришло сообщение. Он не зарегистрирован. Но я нашёл его в базе - он принадлежит человеку, который работал на Марчелло. Но он мёртв. Как и тот номер, который мы нашли. Кто-то использует мёртвых людей, чтобы писать тебе».

Амаранта сжала телефон в руке, чувствуя, как внутри разливается холод.

«Значит, нас ведут за нос», - написала она.

«Да. И тот, кто это делает, хочет, чтобы мы думали, что предатель - Сергей».

«Кто тогда настоящий предатель?»

Ответ пришёл через минуту:

«Тот, кто знал, что мы идём по следу Сергея».

**Клуб «Коршуны». Кабинет Майкла.**

Адам вошёл без стука. Майкл поднял голову и удивился - босс редко заходил к нему лично.

- Взгляни на это, - сказал Адам, протягивая ему телефон.

Майкл взял телефон и всмотрелся в экран. Расплывчатое изображение с камеры наблюдения. Две фигуры. Одна - Сергей. Вторая - в тени. Лица не видно, но силуэт… что-то в нём показалось Майклу смутно знакомым.

- Лица не видно, - сказал он, нахмурившись. - Но фигура… она мне кого-то напоминает.

- Кого?

- Не могу сказать точно, - ответил Майкл. - Но я видел этот силуэт раньше. Плечи, осанка… Дай мне время, я проверю записи с камер за последние недели.

- У тебя есть сутки, - сказал Адам.

Майкл кивнул.

- Я сделаю всё возможное.

**Клуб «Коршуны». Вечер. **

Адам, Амаранта и Майкл сидели в кабинете Адама. Майкл стоял у стены, перебирая записи на планшете.

- Я проверил записи с камер за последние две недели, - сказал он. - Этот силуэт появлялся рядом с Сергеем трижды. Все встречи происходили в разных местах, но фигура одна и та же.

- И ты не знаешь, кто это? - спросила Амаранта.

- Пока нет, - сказал Майкл. - Но я сузил круг. Это кто-то из наших людей. Кто-то, кто имеет доступ к складам и расписанию.

Адам сжал кулаки.

- У нас осталось два дня до прибытия Виктора.

- Я знаю, - сказал Майкл. - Я найду его.

Амаранта подошла к Адаму и коснулась его руки.

- Мы найдём, - сказала она.

**Квартира Адама. Ночь.**

Они вернулись к нему домой. Тишина в квартире была тягучей, тяжёлой - как воздух перед грозой. Адам прошёл в гостиную и остановился у окна, глядя на ночной город. Его плечи были напряжены, руки сжаты в кулаки. Он выглядел так, будто нёс на себе тяжесть всего мира. Амаранта закрыла дверь и подошла к нему. Она встала сзади, положив руки ему на плечи, и почувствовала, как его мышцы напряжены под тканью рубашки.

- Ты слишком сильно сжимаешь кулаки, - сказала она тихо. - Они побелели.

Он не ответил. Она видела, как он смотрит в окно, как его взгляд уходит куда-то вдаль, туда, куда она не могла добраться.

- Адам, - сказала она мягко, но настойчиво. - Ты не один.

Он разжал кулаки. Медленно, будто с трудом. Она провела руками по его плечам, ощущая напряжение, которое не отпускало его ни на секунду.

- Я знаю, что это тяжело, - сказала она. - Твой брат предал тебя. Кто-то из твоих людей продаёт твои секреты. Виктор идёт за тобой. Ты боишься, что не сможешь защитить всех.

- Я боюсь, что не смогу защитить тебя, - сказал он, и его голос был глухим, почти безжизненным.

Она замерла, чувствуя, как внутри что-то дрогнуло.

- Я не нуждаюсь в твоей защите, - сказала она, поворачивая его к себе лицом. - Я нуждаюсь в тебе.

Он посмотрел на неё, и в его глазах была такая усталость, что у неё сжалось сердце.

- Я боюсь, что однажды я не вернусь, - сказал он. - Я боюсь, что оставлю тебя одну.

Она коснулась его лица, провела пальцами по его щеке, чувствуя, как он дрожит под её прикосновением. Он был твёрдым, непробиваемым для всего мира, но сейчас, в её руках, он был просто человеком - уставшим, напуганным, одиноким.

- Ты не оставишь меня, - сказала она. - Потому что я не позволю тебе уйти.

Она поцеловала его. Это не был поцелуй страсти. Это был поцелуй обещания - обещания быть рядом, обещания выжить, обещания любви. Его руки скользнули по её спине, притягивая ближе. Она чувствовала, как его дыхание становится глубже, как его тело начинает расслабляться в её руках. Она потянула его за собой, уводя в спальню, и он шёл за ней, не сопротивляясь. Она остановилась у кровати и повернулась к нему. В темноте она видела, как его глаза отражают свет уличных фонарей. Она медленно расстегнула его рубашку, и ткань скользнула с его плеч. Её пальцы коснулись его кожи, ощущая шрамы и татуировки - каждый из них был историей, каждой из них он делился с ней.

- Ты не должен нести всё это в одиночку, - сказала она, касаясь его груди. - Я здесь. Я всегда здесь.

Он смотрел на неё, и в его глазах было столько благодарности, что у неё перехватило дыхание. Она видела, как он борется с собой - с желанием сказать что-то, что он никогда не говорил раньше.

- Адам? - прошептала она, чувствуя, как его руки начинают дрожать.

- Я хочу сказать тебе кое-что, - сказал он, и его голос сорвался. - Я никогда не говорил этого никому. Я не знаю, как это делать. Но если я не скажу сейчас, я, наверное, никогда не скажу.

Она ждала, чувствуя, как её сердце начинает биться быстрее.

- Я люблю тебя, - сказал он, и его голос был хриплым, почти умоляющим. - Я люблю тебя так, что это разрушает меня. Я не знаю, когда это случилось. Может быть, в тот момент, когда ты посмотрела на меня в клубе. Может быть, когда ты пришла ко мне в кабинет. Я не знаю. Я знаю только, что я не могу дышать без тебя.

Она смотрела на него, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Он был таким уязвимым, таким открытым - и это было страшнее любого боя.

- Я никогда не говорил этого, - продолжил он, и его голос дрогнул. - Я не знал, что такое любовь. Я думал, что это слабость. Я думал, что это разрушит меня. Но ты показала мне, что это не так.

- Адам, - прошептала она, касаясь его лица.

- Я не хочу быть сильным без тебя, - сказал он, и его голос сорвался. - Я хочу, чтобы ты знала: ты - моя жизнь. Ты - всё, что у меня есть.

Она прижалась к нему, чувствуя, как его руки сжимают её, как он прижимает её к себе, будто боится, что она исчезнет.

- Я люблю тебя, - сказала она, и её голос дрожал от слёз. - Я люблю тебя так сильно, что это пугает меня. Я никогда не думала, что смогу полюбить кого-то. Я думала, что я сломана, что я неспособна на это. Но ты - ты сломал все мои стены.

- Ты - моё спасение, - сказала она. - Ты - мой дом. И я не хочу быть нигде, кроме как рядом с тобой.

Он поцеловал её - жадно, отчаянно, будто хотел забыть всё, кроме неё. Его руки скользили по её спине, сжимая ткань платья, стягивая его с плеч. Она почувствовала, как холодный воздух коснулся её кожи, когда платье упало на пол, оставляя её обнажённой перед ним. Её руки скользнули по его груди, вплетаясь в волосы на его затылке, притягивая его лицо к своему. Она целовала его с такой жадностью, будто хотела выпить его до дна. Он зарычал в ответ - низко, зверино, обхватывая её бёдра и притягивая к себе.

Она вцепилась в его плечи, царапая кожу ногтями, оставляя следы.

- Я хочу чувствовать тебя, - прошептал он ей в губы. - Всю тебя.

- Тогда чувствуй, - ответила она, прижимаясь к нему.

Он подхватил её на руки и опустил на кровать, нависая сверху. Его тело накрыло её, и она почувствовала тяжесть его веса, его тепло, его. Он смотрел на неё сверху вниз, и в его глазах были все эмоции, которые он не мог выразить словами. Он вошёл в неё одним движением - без промедления, без нежности, так, что она вскрикнула, впиваясь пальцами в его плечи. Не от боли. От ощущения полноты, которое захлестнуло её с головой. Она не ждала этого - не ждала, что он будет таким, не ждала, что ей понравится это.

- Адам… - выдохнула она, и её голос сорвался.

- Я здесь, - прошептал он, прижимаясь лбом к её лбу, чувствуя, как её дыхание касается его губ.

Он не стал ждать, пока она привыкнет. Он начал двигаться - резко, глубоко, так, что мир вокруг неё начал расплываться. Она чувствовала его в себе, чувствовала каждый сантиметр его тела, слышала его дыхание, смешивающееся с её собственным.

Она впилась пальцами в его спину, оставляя следы. Он зарычал - низко, отчаянно, вжимаясь в неё так, будто хотел слиться с ней в одно целое. Они двигались в ритме, который был быстрее, чем она могла дышать. Каждое его движение было резким, почти грубым, но в этой грубости было всё - его страх потерять её, его злость на предателей, его отчаяние, его любовь.

- Ты моя, - прошептал он ей на ухо, и его голос был хриплым, почти умоляющим. - Слышишь? Только моя. Никто не заберёт тебя у меня. Никто.

- Я твоя, - ответила она, чувствуя, как голос срывается на крик. - Я всегда была твоей.

Он ускорился, и она почувствовала, как внутри неё нарастает волна. Она не могла дышать, не могла думать - только чувствовать. Его руки на её бёдрах, его дыхание на её шее, его голос в её ушах.

- Адам! - закричала она, впиваясь пальцами в его плечи, когда волна накрыла её, разрывая на части.

Он последовал за ней, чувствуя, как его тело содрогается в унисон с её, как их дыхание смешивается, как они оба теряются в этом безумии.

Они лежали в тишине. Его пальцы медленно скользили по её спине, и она прижималась к нему, чувствуя, как его дыхание постепенно выравнивается.

- Я так боялась этого, - сказала она, и её голос был тихим, почти шёпотом.

- Чего? - спросил он.

- Любви, - ответила она. - Я думала, что если я полюблю, меня сломают. Что я стану слабой. Но с тобой я чувствую себя сильнее.

Он притянул её к себе и поцеловал в макушку.

- Я тоже боялся, - сказал он. - Но с тобой я не боюсь быть собой.

- Ты всегда будешь рядом? - спросила она, поднимая голову и глядя на него в темноте.

- Всегда, - ответил он. - Я обещаю тебе.

Она улыбнулась в темноте и прижалась к нему.

- Тогда я спокойна.

**ГЛАВА 9**

**Квартира Адама. Утро.**

Амаранта проснулась от того, что солнечный свет пробивался сквозь шторы. Она потянулась к его стороне кровати - и нащупала пустоту. Простыни были остывшими. Она села, чувствуя, как внутри закипает тревога. Он ушёл. «Ты слишком сильно сжимаешь кулаки - они побелели», - вспомнила она свои слова. Его напряжение. Его страх. Она поднялась с кровати, накинула его рубашку и вышла из спальни.

Адам сидел в гостиной за столом, уставившись в пустоту. Перед ним лежала папка с документами, но он не смотрел на них. Его лицо было бледным, под глазами залегли тени. Он не спал. Она видела это по его глазам - по пустоте, которую он пытался скрыть. Руки его дрожали. Он сжал их в кулаки, заставляя успокоиться.

- Ты не спал, - сказала она, и он вздрогнул от её голоса.

Он медленно поднял голову. Его взгляд был тяжёлым, уставшим.

- Не мог, - ответил он, не поворачиваясь. - Слишком много мыслей.

Она подошла к нему и встала сзади, положив руки ему на плечи. Его мышцы были напряжены, как камень.

- О чём ты думаешь? - спросила она.

- О Майкле, - сказал он, и его голос был глухим. - О том, что он может быть предателем. Я не хочу в это верить. Но если это правда… я не знаю, что я сделаю.

Она обошла стол и встала перед ним, заглядывая в глаза.

- Мы не знаем, что это правда, - сказала она. - Пока у нас нет доказательств.

- Но ты подозреваешь его, - сказал он. - Ты и Марк нашли странности. Звонок на незарегистрированный номер.

- Мы нашли странности, - сказала она. - Но это не значит, что он предатель.

Адам смотрел на неё, и в его глазах была усталость и надежда одновременно.

- Я хочу верить ему, - сказал он. - Но я не могу позволить себе ошибиться.

Она взяла его лицо в свои руки.

- Мы разберёмся, - сказала она. - Вместе. Ты не один.

Он притянул её к себе и поцеловал - мягко, благодарно.

В этот момент её телефон завибрировал. Сообщение от Марка.

«Я нашёл кое-что по Сергею. Он был в старом баре на юге города. И он встречался с кем-то. Я еду туда сейчас».

Она сжала телефон в руке, чувствуя, как внутри закипает адреналин. Наконец-то след.

- Марк нашёл след, - сказала она, поворачиваясь к Адаму. - Сергей был в старом баре. Я еду с ним.

Адам поднялся, его лицо стало серьёзным.

- Я еду с тобой.

- Нет, - сказала она, и её голос стал твёрже. - Ты нужен здесь. Если что-то случится, я позвоню.

Он сжал её руку.

- Ты уверена?

- Я уверена, - сказала она, целуя его в щёку. - Я справлюсь.

Он смотрел на неё, и в его глазах была тревога, которую он не мог скрыть.

- Будь осторожна, - сказал он. - Если что-то пойдёт не так…

- Я позвоню, - перебила она. - Обещаю.

Она быстро оделась и вышла из квартиры. Адам остался один в тишине, глядя на закрытую дверь. Он сжал кулаки, чувствуя, как внутри закипает холодная ярость. Он не мог сидеть сложа руки. Он должен был что-то делать.

**Старый бар. Южный район.**

Амаранта и Марк стояли у входа в старый бар. Он был почти заброшенным - вывеска покосилась, стены облупились. Внутри пахло пивом, старой древесиной и чем-то кислым. Единственный светильник отбрасывал тусклый свет, создавая больше теней, чем освещения.

- Ты уверен, что он был здесь? - спросила она, оглядываясь.

- Он был здесь вчера вечером - сказал Марк.

Она подошла к стойке, за которой стоял пожилой бармен с безразличным лицом.

- Мы ищем человека, - сказала она, показывая фотографию Сергея. - Он был здесь.

- Может быть, - ответил бармен, даже не взглянув на фото.

Амаранта достала деньги - несколько купюр - и положила на стойку. Она сложила их медленно, давая ему время подумать. Бармен взглянул на них, потом перевёл взгляд на неё.

- Он приходил с кем-то, - сказал он, забирая деньги. - Высокий, плечистый. Сидели за дальним столиком и говорили о каком-то Викторе.

- Что ещё? - спросил Марк.

- Перед уходом он оставил это, - сказал бармен, протягивая скомканный клочок бумаги.

Амаранта развернула её. Адрес - старый парк на окраине города.

Она замерла, чувствуя, как внутри разливается холод. Кто-то хотел, чтобы она пришла туда.

- Это ловушка, - сказал Марк.

- Может быть, - ответила она. - Но это единственный след.

Телефон завибрировал. Сообщение с незнакомого номера:

«Ты ищешь меня. Я жду тебя в парке. Через час. Приходи одна. Это важно».

Она сжала телефон в руке, чувствуя, как сердце колотится о рёбра. Кто-то знал, что она ищет его.

- Я иду, - сказала она.

- Я с тобой, - сказал Марк.

- Нет, - сказала она. - Если это ловушка, я не хочу, чтобы ты пострадал. Если через два часа я не вернусь - звони Адаму.

Марк смотрел на неё, и в его глазах была тревога.

- Будь осторожна.

- Я всегда осторожна, - сказала она с лёгкой усмешкой, но внутри всё дрожало.

**Старый парк.**

Амаранта вошла в пустой парк. Деревья стояли голые, их ветви тянулись к серому небу, как скрюченные пальцы. Скамейки были пусты. Ветер шелестел сухими листьями, гоняя их по асфальту. Тишина была почти полной - только ветер и далёкий шум города.

Она прошла к центральной аллее и увидела его. Доминик сидел на скамейке, сгорбившись, прячась в тени старого дуба. Он выглядел уставшим, измученным - похудевший, осунувшийся, под глазами залегли тени. Она узнала его сразу - по лицу, которое видела на совете клана. Тогда он сидел за столом, лгал, прятал глаза. Теперь он выглядел так, будто его сломали.

- Ты пришла, - сказал он, поднимая голову. Его голос был тихим, осторожным, как у человека, который боится каждого звука.

- Зачем ты позвал меня? - спросила она, останавливаясь в нескольких шагах.

- Чтобы помочь, - ответил он, и в его голосе появилась горечь. - Я знаю, кто предатель.

- Почему я должна тебе верить? - спросила она, и в её голосе прозвучала сталь.

Доминик посмотрел на неё. В его глазах была такая боль, что у неё сжалось сердце.

- Потому что я уже ничего не теряю, - сказал он. - Мой отец изгнал меня. Брат отвернулся. У меня ничего не осталось.

- Ты сам выбрал этот путь, - сказала она.

- Я знаю, - сказал он, и его голос дрогнул. - И я не прошу прощения. Я прошу шанса. Шанса исправить то, что я сломал.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри борется недоверие и сочувствие.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри борется недоверие и сочувствие.

- Кто предатель? - спросила она.

- Майкл, - сказал он, и его голос стал твёрже.

Она замерла, чувствуя, как внутри разливается холод. Майкл? Правая рука Адама?

- Почему ты так уверен?

- Я видел его с Сергеем, - сказал Доминик. - В городе, за неделю до нападения. Они говорили о плане.

- Ты уверен, что это был Майкл? - спросила она, чувствуя, как внутри закипает сомнение.

- Я видел его лицо, - сказал Доминик. - И одежду - он носил ту же куртку, что и всегда.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри закипает сомнение.

- Ты мог ошибиться, - сказала она. - Похожий силуэт, похожая одежда…

- Я не ошибаюсь, - сказал Доминик, и его голос стал твёрже. - Я знаю, кого видел.

Она не ответила. Но внутри неё росло сомнение. Она думала о Майкле, о его проверке, о том, что отчёты были чистыми. Что если Доминик ошибся?

- Почему ты не сказал Адаму? - спросила она.

- Он не поверил бы мне, - сказал Доминик. - Я его предал. Зачем ему верить мне?

- А мне он поверит?

- Ему придётся, - сказал Доминик. - Ты - единственная, кто может спасти его.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри борется доверие и сомнение.

- Если ты лжёшь…

- Я не лгу, - перебил он. - Я хочу вернуть свою семью. Это мой единственный шанс.

**Клуб «Коршуны». Кабинет Адама.**

Адам сидел за столом. Перед ним лежали отчёты о проверке Майкла, он перечитывал их уже в третий раз. Всё было чистым. Никаких странных контактов. Никаких переводов. Он сжал кулаки, чувствуя, как внутри закипает отчаяние. Он откинулся на спинку стула и закрыл глаза. В голове шумело. «Всё чисто. Но почему тогда у меня внутри всё сжимается? Почему я не могу поверить до конца?» Телефон завибрировал. Сообщение от Амаранты.

«Я встретилась с Домиником. Он сказал, что предатель - Майкл».

Адам замер. А затем внутри него что-то взорвалось. Он набрал её номер, и она взяла трубку с первого гудка.

- Ты что, с ума сошла? - сказал он, и его голос дрожал от сдерживаемой ярости. - Ты встретилась с Домиником? Одна?

- Адам, послушай…

- Ты понимаешь, что он мог убить тебя? Что он - предатель? Что он продал нас Марчелло?

- Я знаю, - сказала она, и её голос был твёрдым. - Но это был единственный след.

- Единственный след? - переспросил он, и в голосе появилась горечь. - Ты могла умереть, Амаранта. Ты могла исчезнуть, и я бы даже не знал, где тебя искать.

- Я здесь, - сказала она. - Я в порядке.

- Но ты не знала, что будешь в порядке, - сказал он. - Ты пошла к нему без подготовки, без оружия, без меня. Ты не думала, что он мог заманить тебя в ловушку?

- Я думала, - сказала она. - Я была осторожна.

- Осторожна? - он усмехнулся, но в усмешке не было веселья. - Ты встретилась с человеком, который предал свою семью. Ты думаешь, он остановится перед тем, чтобы предать тебя?

- Он хочет искупить вину, - сказала она. - Он хочет вернуть свою семью.

- Он хочет спасти свою шкуру, - сказал Адам, и его голос стал холодным. - Он использует тебя.

- Может быть, - сказала она. - Но он дал мне информацию.

- Какую информацию? - спросил он, и его голос стал резче.

- Он сказал, что предатель - Майкл.

Адам замер. Майкл. Его правая рука. Его доверенный человек.

- Он уверен? - спросил он, и голос дрогнул.

- Он уверен, - сказала она. - Но я сомневаюсь.

- Почему?

- Потому что Марк проверил, - сказала она. - У Майкла есть алиби. Он не мог быть с Сергеем.

Адам сжал челюсть, чувствуя, как внутри закипает новая волна эмоций.

- Значит, Доминик либо ошибся, либо лжёт.

- Да, - сказала она. - Я думаю, он ошибся. Или его обманули.

- Или он часть заговора, - сказал Адам, и в его голосе появилась сталь. - Или он хочет, чтобы мы подозревали Майкла, пока настоящий предатель будет действовать.

- Я тоже думала об этом, - сказала она.

Адам молчал, переваривая информацию. Он чувствовал, как внутри борется ярость, страх и любовь.

- Ты должна была сказать мне, - сказал он. - Ты должна была взять меня с собой.

- Ты был нужен там, - сказала она.

- Я нужен тебе! - сказал он, и его голос сорвался. - Я нужен тебе, чтобы защищать тебя. Я не могу потерять тебя, Амаранта. Я не переживу этого.

- Ты не потеряешь меня, - сказала она.

- Ты не можешь обещать это, - сказал он.

- Могу, - сказала она. - Я здесь. Я жива.

Он закрыл глаза, чувствуя, как дрожат руки.

- Что он ещё сказал? - спросил он.

- Только это, - сказала она. - Он сказал, что видел Майкла с Сергеем за неделю до нападения.

- Тогда кто с ним был? - спросил Адам.

- Я не знаю, - сказала она. - Но мы узнаем.

Адам сжал телефон в руке.

- Больше никаких встреч с Домиником без меня, - сказал он, и его голос стал твёрже. - Ты поняла?

- Поняла, - сказала она, и он услышал в её голосе лёгкую улыбку.

Он сбросил вызов и уставился в стену. Внутри него бушевала буря.

**ГЛАВА 10**

**Клуб «Коршуны». Кабинет Адама. Вечер.**

Тишина в кабинете была такой плотной, что Адам слышал собственное сердцебиение. Он сидел неподвижно, как статуя, в кресле у окна, и город внизу казался ему чужим - чужим и пустым, как и его душа. Его пальцы сжимали папку с отчётами Майкла. Всё было идеально чисто. Слишком чисто, чтобы быть правдой. Он думал. Холодно, расчётливо, как всегда в моменты наивысшей опасности. Эмоции были выключены. Только логика, только факты. Майкл проверен. Чист. Алиби подтверждено. Доминик указывает на Майкла - логично, это отводит подозрения от настоящего предателя. Но Доминик глуп. Он не мог организовать такое прикрытие. Кто-то использовал его, чтобы направить подозрения в ложное русло.

Телефон завибрировал. Сообщение от Марка:

«Сергей найден. Мёртв. Пуля в затылок. Профессионально. Без следов. Квартира пуста - всё вычищено. Кто-то не хотел, чтобы он заговорил».

Адам сжал челюсть. Сергей мёртв. Свидетель уничтожен. Значит, предатель не просто сливал информацию - он заметал следы, как профессионал. Кто убирает свидетелей? Только тот, кто имеет доступ к информации о расследовании. Только тот, кто знает, что мы идём по следу. Он подошёл к сейфу и открыл его. Внутри лежали документы, фотографии, флешки. Всё, что он собрал за эти дни. Он перебирал их, пока не наткнулся на фотографию со старой стройки - фигура в тени, встречающаяся с Сергеем. Плечи. Осанка. Наклон головы вправо - привычка человека, который носит рацию. Это кто-то, кто привык командовать. Тень была глубокой, но он заметил одну деталь - край пиджака. Дорогой, итальянский крой. Такой носил только один человек в клане. Его отец.

Адам замер. Внутри него нарастал холод. Холод, который он чувствовал только перед боем. Холод, который означал, что он близок к ответу.

Отец. Всё это время - он. Он подставил Доминика. Он убрал Сергея. Он хотел, чтобы Адам подозревал Майкла. Адам закрыл глаза. Картинка сложилась, как пазл. Уродливый, чудовищный пазл, который он не хотел собирать.

Он набрал номер Амаранты.

- Адам? - её голос был напряжённым.

- Я знаю, - сказал он, и голос его был ледяным. - Я знаю, кто предатель. Это не Майкл. Это мой отец.

Тишина на том конце провода длилась несколько секунд. Затем её голос, тихий, но твёрдый:

- Ты уверен?

- Сергей мёртв. Его убрали. Кто-то чистит следы. Кто-то, кто знает всё о расследовании. Кто-то, у кого есть доступ ко всем базам данных, ко всем камерам. Только глава клана имеет такие полномочия.

- Что ты собираешься делать? Адам…

- Если я не вернусь, - сказал он, и в голосе впервые появилась трещина, - Майкл возьмёт управление на себя. Он знает клан, знает структуру, знает, как держать людей в узде. Он справится.

Она молчала. Он слышал её дыхание - сбивчивое, тяжёлое.

- А ты? - спросила она наконец. - Что я должна делать, если тебя не станет?

- Ты должна жить, - сказал он, и его голос стал мягче, почти тёплым. - Ты должна помнить, что я любил тебя. Что ты - единственное хорошее, что случилось со мной в этой жизни.

- Адам…

- Присматривай за Майклом, - сказал он, и голос его снова стал твёрже. - Он хороший управленец, но он не всегда видит людей насквозь. Ты - видишь. Ты всегда видела. Ты - моя совесть, Амаранта. Если меня не станет, будь голосом, который не даст клану скатиться в ту же пропасть, в которую упал мой отец.

Она молчала. Он слышал, как она пытается справиться с дыханием.

- Я не буду твоей совестью, - сказала она наконец, и в голосе зазвенела сталь. - Я буду твоей тенью. Твоим оружием. Твоим щитом. Ты вернёшься, Адам. Ты не имеешь права умирать. Потому что я не переживу этого.

- Ты сильная, - сказал он. - Ты справишься. Ты всегда справлялась.

- Я не хочу справляться! - вырвалось у неё, и он услышал в голосе слёзы, которые она сдерживала. - Я хочу, чтобы ты был рядом. Живым. Целым. Я хочу, чтобы ты вернулся. Ты слышишь меня?

Адам закрыл глаза. Её голос бил по нему сильнее, чем любой удар. Он хотел сказать ей, что всё будет хорошо. Но он не мог лгать. Не ей.

- Я сделаю всё, чтобы вернуться, - сказал он. - Я обещаю.

Он сбросил вызов. Его руки не дрожали. Они были твёрдыми. Он взял пистолет, проверил обойму и вышел из кабинета. В коридоре он столкнулся с Майклом. Тот выглядел встревоженным.

- Босс, я только что получил сообщение. Сергей мёртв. Убит. Профессионально. Чисто.

- Я знаю, - сказал Адам, и голос его был спокоен. - Я знаю, кто это сделал.

Майкл побледнел.

- Кто?

- Мой отец.

Майкл замер. Его лицо вытянулось.

- Босс, вы уверены?

- Он подставил Доминика. Он убрал всех свидетелей. И сейчас я иду к нему, чтобы закончить это.

Майкл шагнул вперёд.

- Тогда я с вами.

- Нет, - сказал Адам, и его голос стал жёстче. - Ты остаёшься здесь. Если я не вернусь - ты возьмёшь клан на себя. Ты знаешь структуру, знаешь людей, знаешь, как держать их в узде. Ты справишься.

- Босс…

- Ты мой брат, Майкл, - сказал Адам, и в голосе впервые за долгие годы появилась теплота. - Не по крови, но по духу. Если меня не станет, ты - глава. Амаранта поможет тебе видеть то, что ты можешь пропустить. Она - мои глаза. Моя совесть. Прислушивайся к ней.

Майкл смотрел на него, и в его глазах была решимость.

- Я сделаю всё, чтобы вы вернулись, босс.

- Я знаю, - сказал Адам. - Поэтому я оставляю тебя здесь.

Он вышел в ночь.

**Особняк Коршунов. Ночь.**

Массивные ворота особняка были открыты. Словно его ждали. Словно отец хотел, чтобы он вошёл. Адам усмехнулся. Холодно. Всегда его правила. Всегда его игра. Но сегодня он перепишет правила.

Он вошёл в холл. Здесь было пусто. Ни охраны, ни прислуги. Только тени, которые тянулись по мраморным стенам, как пальцы мертвецов. Пахло воском, старым деревом и чем-то сладковатым - запахом, который он всегда связывал с домом. Теперь этот запах казался ему ядовитым. Он шёл по главной лестнице, и каждый его шаг отдавался эхом в пустом холле. Каждая ступенька напоминала о детстве - о том, как он бегал здесь, когда мать была жива. О том, как она смеялась. О том, как её смех угас. Он толкнул массивные двери кабинета. Они открылись беззвучно, и свет из камина ударил в лицо - тёплый, мерцающий, почти уютный. Адриан сидел в кресле у огня, в одной руке - бокал с бренди, в другой - письмо, которое он разглядывал с лёгким любопытством, словно ждал гостя, а не сына с пистолетом.

- Ты пришёл, - сказал Адриан, не поднимая глаз. - Я знал, что ты придёшь.

- Ты убил Сергея, - сказал Адам, не делая шага.

- Слабое звено, - Адриан отпил бренди и поставил бокал на столик. - Он начал бояться. Страх - это риск. Я не могу позволить себе рисковать. Ты знаешь это, Адам. Я учил тебя этому.

- Ты учил меня быть монстром.

- Я учил тебя выживать, - Адриан поднял глаза. В них не было раскаяния. Только сталь и что-то тёмное, что Адам никогда не замечал раньше. Или не хотел замечать. - Я сделал тебя сильным. Ты - моё лучшее творение.

- Ты убил мать, - сказал Адам, и голос его дрогнул. - Ты убил её и заставил меня думать, что это несчастный случай.

Адриан усмехнулся. Холодно, без улыбки.

- Ты до сих пор держишься за эту сказку? Она хотела уйти. Она хотела забрать тебя из этого мира. Из моего мира. Я не мог позволить.

- Ты хотел, чтобы я стал таким, как ты.

- Ты стал сильнее, - сказал Адриан, поднимаясь из кресла. Его фигура заслонила свет камина. - Ты стал тем, кто ты есть, благодаря мне. Ты должен быть благодарен.

Адам сжал кулаки. Внутри закипала ярость, которую он сдерживал годами. Ярость на человека, который называл себя отцом. Ярость на убийцу собственной жены.

- Я не буду тобой, - сказал он.

- Ты уже стал, - сказал Адриан. - Ты носишь мою кровь. Ты носишь мою силу. Ты носишь мои грехи.

- Нет, - сказал Адам, и голос его стал твёрже. - Я - часть того, что ты разрушил. Но я не буду твоим отражением.

Он выхватил пистолет. Адриан не шелохнулся. Он стоял у камина, и пламя отбрасывало на его лицо дикие, пляшущие тени.

- Ты не сможешь убить меня, - сказал Адриан. - Ты - моя кровь. Ты - часть меня. Ты будешь носить эту пулю в себе всю жизнь.

- Я уже ношу тебя в себе, - сказал Адам. - Этого достаточно.

- Ты не посмеешь.

Адам сделал шаг вперёд.

- Я не посмею? Ты убил мою мать. Ты разрушил Доминика. Ты продал клан. И ты думаешь, что я остановлюсь перед тем, чтобы остановить тебя?

Адриан усмехнулся, но в глазах мелькнула тень.

- Ты слаб, Адам. Ты всегда был слаб. Ты боишься себя. Боишься того, что ты можешь сделать.

- Я не боюсь себя, - сказал Адам, и голос его стал ледяным. - Я боюсь стать тобой. Поэтому я убью тебя. И стану собой.

В этот момент дверь кабинета бесшумно приоткрылась. Адам не обернулся. Он знал, кто это. Он чувствовал её присутствие - тень, которая ждала в темноте.

Адриан нахмурился, заметив движение за спиной сына.

- Ты пришёл не один.

Адриан усмехнулся, но в его усмешке не было веселья.

- Ты думаешь, что убив меня, станешь свободным? Ты ошибаешься. Ты всегда будешь моим сыном. Ты всегда будешь носить мою кровь.

- Я буду носить её, - сказал Адам, поднимая пистолет. - Но я перестану быть твоим отражением.

Он нажал на спусковой крючок.

Выстрел был громким, он разорвал тишину кабинета, как удар грома. Адриан пошатнулся, хватаясь за грудь. Кровь хлынула сквозь пальцы, заливая белую рубашку. Он упал на колени, пытаясь удержаться, но ноги подкосились.

- Ты… - прохрипел он, смотря на сына с ненавистью. - Ты никогда не будешь лучше меня…

- Я и не хочу, - сказал Адам, подходя к нему. Он опустился на одно колено, глядя в глаза отца. - Я хочу быть лучше себя. Человеком, которым ты никогда не был.

Адриан попытался что-то сказать, но изо рта потекла кровь. Он захрипел, пытаясь глотнуть воздух.

- Я… любил её, - прошептал он, и в его глазах мелькнуло что-то, чего Адам никогда не видел. Боль? Раскаяние? - Я любил твою мать…

- Ты убил её, - сказал Адам. - Ты не умеешь любить. Ты умеешь только владеть.

Он приставил пистолет к голове отца.

- Прощай, отец.

Он нажал на спусковой крючок.

Выстрел был глухим. Тело упало на пол, и наступила тишина. Только треск огня в камине и шум дождя за окном.

Адам стоял над телом отца, тяжело дыша. Его руки не дрожали. Он чувствовал только пустоту. Пустоту, которая заполнила всё внутри. Дверь открылась полностью, и в комнату вошла Амаранта. Она была в чёрном, бесшумная, как тень. Пистолет в её руке был опущен, но глаза горели холодным огнём.

- Ты сделал это, - сказала она тихо.

- Я сделал то, что должен был, - ответил он, не поворачиваясь. - И это не делает меня лучше.

Она подошла к нему и положила руку на плечо.

- Это делает тебя живым, - сказала она. - Ты - не твой отец. Ты - Адам. Ты - тот, кто боролся за правду. Ты - тот, кто спас меня. Ты - мой дом.

Он повернулся к ней. Внутри него что-то дрогнуло. Впервые за долгие годы он позволил себе почувствовать слабость. Он притянул её к себе и прижался лбом к её лбу.

- Я боялся, - сказал он тихо. - Я боялся, что если я убью его, я стану им. Но я не стал. Я чувствую только пустоту. И боль. И тебя.

- Этого достаточно, - сказала она, обнимая его. - Ты - не он. И никогда им не будешь.

Они стояли в кабинете, где пахло кровью и дымом, и держали друг друга.

**Особняк Коршунов. Час спустя.**

Адам сидел в комнате матери. Он не был здесь много лет. Пыль покрывала старую мебель, портьеры выцвели. Но он помнил каждую деталь. Её кресло. Её книги. Её запах. Он сжимал в руке гладкий камень - тот самый, который носил пятнадцать лет.

- Всё кончено, - сказал он в тишину. - Ты отомщена. Он больше не причинит никому боли.

Амаранта вошла и села рядом.

- Ты думаешь о ней?

- Она не заслужила такой смерти, - сказал он. - Она была доброй. Она любила меня. И он убил её за это.

- Ты отомстил за неё, - сказала она. - Она гордилась бы тобой.

- Я надеюсь, - ответил он.

Она взяла его за руку.

- Что теперь?

- Виктор, - сказал он, и в голосе появилась сталь. - Он не остановится. Он идёт за мной.

- Мы встретим его вместе, - сказала она. - Как всегда.

Он повернулся к ней. В его глазах был свет.

- Ты - моя семья, - сказал он. - Моя единственная семья.

- И я всегда буду рядом, - сказала она.

**Клуб «Коршуны». Два часа спустя.**

Адам сидел в своём кабинете. Вошёл Майкл. Он выглядел уставшим, но собранным.

- Босс, я проверил всё, как вы просили. Ваш отец действительно убил Сергея. Следы ведут к его личным людям. Всё чисто. Никто не узнает, кроме нас.

- Хорошо, - сказал Адам. - Похороните его с честью. Он был частью клана.

- А ваш отец?

- Он предал клан, - сказал Адам, и голос его был холодным. - Он работал на Марчелло. Он убивал свидетелей. Он убил мою мать. Мы сделали то, что должны были.

Майкл молчал. Затем кивнул.

- Я всё сделаю.

- Майкл, - окликнул его Адам, когда тот уже был у двери. - Спасибо. За то, что ты есть. За то, что я могу на тебя положиться.

Майкл обернулся. В его глазах была тёплая улыбка.

- Всегда, босс. Всегда.

**Побережье. Та же ночь.**

В роскошном особняке на скалистом побережье человек по имени Виктор Марчелло стоял у панорамного окна, глядя на чёрное море. В руках он сжимал телефон, из которого только что донёсся голос - сухой, деловой, безэмоциональный.

«Адриан Вэйн мёртв. Клан „Коршуны“ в хаосе. Это ваш шанс».

Виктор медленно опустил телефон. Его лицо исказилось гневом. Не скорбью. Гневом. Яростью. Жаждой крови.

- Он убил моего брата, - сказал он в тишину комнаты. - Моего брата. Мою кровь.

Он повернулся к столу, где лежала карта города. На ней был отмечен клуб «Коршуны». Особняк Коршунов. Квартира Амаранты.

- Мы едем, - сказал он, и его голос был холодным, как сталь. - Завтра на рассвете. Мы покажем Вэйнам, что такое настоящая война. Мы убьём всех, кто ему дорог. А потом - его самого. Медленно. С наслаждением.

Он сжал кулаки, и в его глазах вспыхнул холодный, звериный огонь.

- Ты заплатишь за это, Адам Вэйн. Ты заплатишь за всё.

**Утро. Особняк Коршунов**

Солнце только начинало подниматься над городом, заливая комнату бледным золотым светом. Адам стоял у окна в кабинете - кабинете, который теперь принадлежал ему. Он смотрел на просыпающийся город, и в его груди не было пустоты. Только холодная решимость. Амаранта подошла к нему и встала рядом. Её пальцы переплелись с его.

- Ты не спал, - сказала она.

- Виктор в городе, - сказал он. - Сорок человек. Оружие. Броня. Он хочет уничтожить всё, что я построил. Всё, что осталось от клана.

- Мы справимся, - сказала она. - Мы всегда справлялись.

Он повернулся к ней. В его глазах был тот самый холодный огонь, который делал его непобедимым. Но в них же был свет - свет, который она зажгла в нём.

- Ты не боишься? - спросил он.

- Я боюсь, - честно ответила она. - Но я не отступлю. Потому что я знаю - мы победим. И потому что я знаю, что после этого мы будем жить. Вместе.

Он притянул её к себе и поцеловал. В этом поцелуе было всё - обещание боя, обещание победы, обещание жизни.

На пороге появился Майкл. Он выглядел серьёзным, но в его глазах была уверенность.

- Босс, - сказал он. - Они идут.

Адам медленно развернулся. Его лицо было спокойным, как у человека, который уже всё решил. Он сжал руку Амаранты, и она ответила на его сжатие.

- Тогда встречаем их, как положено, - сказал он, и голос его был ледяным, как сталь.

Он посмотрел на Амаранту. Она кивнула. Без страха. Без сомнений.

- Вместе, - сказала она.

- Вместе, - ответил он.

# ГЛАВА 11

**Особняк Коршунов. Утро. **

Адам стоял у окна, когда в комнату вошёл Майкл с планшетом. За окном занимался серый рассвет, и город внизу казался вымершим - слишком тихим для того дня, который должен был начаться.

- Сорок два человека, - сказал Майкл, не поднимая глаз от экрана. - Четыре бронированных внедорожника. Тяжёлое оружие. Они на подходе с востока. Двадцать минут.

- Кто ещё с нами? - спросил Адам, не оборачиваясь.

- Двадцать восемь. Все, кто остался верен. Больше не успеваем собрать.

Адам кивнул. Двадцать восемь против сорока двух. Хреновая математика. Но у него было то, чего не было у Виктора: он знал свой дом. Каждый коридор. Каждый поворот. Каждую слепую зону.

Амаранта вошла бесшумно, и он почувствовал её раньше, чем услышал.

- Ты должен кое-что увидеть, - сказала она.

Она развернула ноутбук на столе. На экране - схема особняка с отмеченными позициями. Она работала над ней всю ночь, пока он не спал.

- Я знаю этот дом не так хорошо, как ты, - сказала она. - Но я знаю, как думает Виктор. Он идёт не за кланом. Он идёт за тобой. Он хочет, чтобы ты видел, как всё рушится.

- И? - Адам подошёл ближе.

- И поэтому он войдёт не через главные ворота. Он войдёт с восточной стороны, через сад. Там стена ниже, и там старый фонтан, который заслоняет обзор с постов. Он не знает, что я это знаю.

Адам посмотрел на неё. В её глазах не было ни страха, ни паники. Только холодный расчёт.

- Ты хочешь, чтобы мы устроили ему засаду, - сказал он.

- Нет, - ответила она. - Я хочу, чтобы мы позволили ему войти. И закрыли дверь за ним.

Майкл нахмурился.

- Это риск. Если они прорвутся внутрь...

- Они прорвутся, - перебила Амаранта. - Обязательно. Но не туда, куда он планирует. Ты говорил, что знаешь каждый поворот. Так используй это.

Адам молчал несколько секунд. Затем он усмехнулся - коротко, без веселья, но с чем-то похожим на уважение.

- Ты опасна, - сказал он.

- Ты мне это уже говорил.

- Повторю ещё раз, когда всё закончится.

Он повернулся к Майклу.

- Слушай её. Она права.

**Особняк Коршунов.**

Первые выстрелы раздались с восточной стороны, как она и предсказала. Виктор не стал ждать. Он бросил людей в бой так же, как его брат когда-то - без разведки, на голой ярости.

Адам стоял в тёмном коридоре второго этажа, у окна, которое выходило во внутренний двор. Он видел, как фигуры в чёрном перебираются через стену сада. Видел, как они падают - один, второй, третий, - когда его люди открыли огонь с заранее подготовленных позиций.

Но Виктор был не его брат. Виктор умел считать.

Он не полез в ловушку целиком. Он отправил вперёд половину, а сам остался с другой половиной у стены, ожидая.

Адам понял это, когда увидел, что стрельба во дворе стихла слишком быстро.

- Он не идиот, - прошептал он.

- Нет, - сказала Амаранта, стоявшая рядом с пистолетом в руке. - Но он зол. А злость делает людей предсказуемыми.

Она оказалась права. Через минуту Виктор пошёл в обход - через старую оранжерею, которая давно не использовалась. Адам знал этот путь. И знал, что там нет выхода, кроме одного.

Он взял с собой четверых.

**Оранжерея. **

Виктор Марчелло вошёл в оранжерею с шестью людьми. Он был высокий, тяжелее брата, с той же фамильной жестокостью в глазах, но без его лоска. Он не играл. Он убивал.

- Вэйн! - крикнул он, и голос его эхом разнёсся под стеклянным куполом. - Я знаю, что ты здесь! Выходи! Давай закончим это как мужчины!

Адам не вышел. Он ждал.

Виктор сделал ещё шаг. Потом ещё. И когда он оказался в центре оранжереи, двери за его спиной закрылись - тяжёлые металлические ставни.

Виктор обернулся. Слишком поздно.

Свет погас.

Выстрелы в темноте - это всегда хаос. Но у Адама было преимущество: он знал, где стоит. Его люди знали. Виктор - нет.

Через сорок секунд всё было кончено.

Когда свет снова зажёгся, Виктор Марчелло лежал на полу из битого стекла, и кровь под ним расползалась тёмной лужей. Он ещё дышал. Едва.

Адам подошёл и опустился рядом на одно колено.

- Ты убил моего брата, - прохрипел Виктор.

- Он убил бы меня, - ответил Адам.

- Это не одно и то же.

- Нет, - согласился Адам. - Не одно.

Виктор посмотрел на него, и в его глазах не было ненависти. Только усталость. Только конец.

- Ты думаешь, ты выиграл? - прошептал он. - Ты думаешь, это закончится?

- Нет, - честно ответил Адам. - Но это закончится для тебя.

Он поднялся и кивнул Майклу.

Выстрел был коротким.

К тому времени, как всё стихло, во дворе лежали тела. Двадцать три человека Виктора. Четверо его собственных. Адам стоял посреди холла, и кровь на его руках была не только чужой.

Амаранта подошла к нему. Молча. Взяла за руку. Не сказала ничего. Просто стояла рядом.

Майкл появился через несколько минут.

- Всё кончено, босс, - сказал он. - Остатки разбежались. Мы победили.

Адам кивнул. Он не чувствовал победы. Он чувствовал только пустоту. И усталость, которая была глубже костей.

- Уберите тела, - сказал он. - Закройте ворота. И дайте мне час.

Он повёл Амаранту наверх, в свою комнату. Закрыл дверь. И впервые за долгое время позволил себе сесть на пол, прислонившись спиной к кровати.

Она села рядом.

- Ты сделал то, что должен был, - сказала она.

- Я знаю, - ответил он. - Это не помогает.

Она не стала говорить, что всё будет хорошо. Не стала утешать. Просто прижалась к его плечу и закрыла глаза.

Так они и сидели - в тишине, в крови, в конце войны.

**Квартира Адама. Вечер.**

Он не хотел оставаться в особняке. Слишком много крови. Слишком много памяти. Они вернулись в его квартиру, и Амаранта первым делом заставила его снять рубашку и встать под душ.

Она сама смыла с него кровь. Медленно, тщательно, без слов. Тёплая вода стекала по его плечам, по шрамам, по старым татуировкам. Он стоял неподвижно, как каменный, и смотрел в стену. Она выключила воду. Обернула его полотенцем. И только тогда он посмотрел на неё.

- Ты здесь, - сказал он.

- Я здесь, - ответила она.

Он коснулся её лица - мокрыми пальцами, осторожно, будто проверяя, настоящая ли она. Она прижалась к его ладони.

- Ты не ушла, - сказал он.

- Я никогда не уйду.

Он поцеловал её. Медленно. Без спешки. Без голода. Просто чтобы почувствовать, что она рядом. Что она живая. Что он живой.

Она ответила. Её руки скользнули по его груди, по плечам, по затылку, притягивая ближе. Полотенце упало на пол. Она была в одной футболке, и он чувствовал тепло её тела сквозь тонкую ткань.

- Ты весь день держался, - прошептала она. - Отпусти.

- Не могу, - выдохнул он. - Если я отпущу, я могу не собраться обратно.

- Я соберу.

Она взяла его за руку и повела в спальню. Он шёл за ней, не сопротивляясь. Она толкнула его на кровать - мягко, но настойчиво, - и он упал на спину, глядя на неё снизу.

Она сняла футболку через голову. Просто. Без игры. Без вызова. Он смотрел на неё, и в его глазах не было животного голода, который она видела раньше. Была только благодарность. И что-то глубже.

Она наклонилась и поцеловала его грудь. Медленно, спускаясь к животу. Он закрыл глаза и выдохнул - слишком долго сдерживаемое напряжение начало отпускать.

- Амаранта...

- Тихо, - сказала она. - Просто чувствуй.

Она провела языком по его коже, и он вздрогнул. Её пальцы скользнули ниже, и он сжал простыни в кулаках. Она не торопилась. Она делала это так, будто хотела вытащить его из той ямы, в которую он сам себя загнал.

Когда она взяла его в рот, он застонал - глубоко, почти болезненно. Его рука легла ей на затылок, но не давила. Просто держала. Просто чувствовала.

- Я не могу... - выдохнул он.

Она подняла голову и посмотрела на него.

- Можешь.

Она вернулась к тому, что делала. Медленно. Терпеливо. Пока его дыхание не сбилось окончательно, пока его пальцы не впились ей в плечо, пока он не застонал её имя так, будто оно было последним словом в его жизни.

Он кончил с глухим рыком, и его тело содрогнулось. Она поднялась, вытерла губы и легла рядом.

Он лежал, глядя в потолок. Грудь тяжело поднималась.

Он повернулся к ней и поцеловал - уже не так, как раньше. В этом поцелуе была нежность, которую он редко позволял себе. Его руки скользнули по её спине, по бёдрам, притягивая её ближе, пока она не оказалась под ним.

- Теперь ты, - сказал он.

- Ты устал, - возразила она.

- Я хочу тебя, - сказал он. - И это важнее усталости.

Он вошёл в неё медленно, глядя ей в глаза. Она выгнулась, обхватив его ногами, и он почувствовал, как её тело принимает его - тепло, влажно, идеально. Он начал двигаться. Не быстро. Не грубо. Глубоко. Каждое движение было медленным, будто он хотел запомнить каждую секунду. Она впилась пальцами в его спину, и он чувствовал её дыхание на своей шее.

- Адам..

Он ускорился - чуть-чуть, - и она застонала. Он накрыл её рот поцелуем и она улыбнулась ему в губы.

- Ты думаешь о соседях? - выдохнула она.

- Я думаю о том, чтобы ты кричала только для меня.

Он вошёл глубже, и она застонала - тихо, в его плечо. Он почувствовал, как она сжимается вокруг него, и это было почти слишком. Он сбавил темп, чтобы не кончить раньше неё. Он опустил руку между ними и коснулся её пальцами. Она вздрогнула и вцепилась в него сильнее.

- Не останавливайся, - прошептала она.

Он не остановился. Он двигался внутри неё и одновременно ласкал её - медленно, ритмично, пока она не начала дрожать. Пока её дыхание не сбилось. Пока она не закричала - тихо, но так, что он почувствовал это всем телом.

Он кончил вместе с ней - глубоко, с рыком, содрогаясь и прижимая её к себе так, будто она была единственным, что удерживало его на земле.

Потом они лежали. Молча. Его рука на её животе. Её голова на его груди.

- Ты когда-нибудь думал о том, чтобы уехать? - спросила она.

- Куда?

- Куда угодно. Подальше от всего этого.

Он помолчал.

- Думал, - сказал он. - Но не знал, с кем.

- Теперь знаешь.

Он посмотрел на неё. И впервые за очень долгое время улыбнулся - по-настоящему.

- Теперь знаю.

# ГЛАВА 12

**Три недели спустя. Клуб «Коршуны». Кабинет Адама.**

Адам сидел за столом, разбирая бумаги. Клан после войны нужно было собирать заново - не стены, а людей. Найти новых, проверить старых, выстроить заново то, что рухнуло.

Майкл вошёл без стука. Теперь он мог себе это позволить. Он был не просто правой рукой - он был партнёром.

- Босс, у нас проблема с южным портом. Люди Виктора, которые остались, пытаются перекупить наших.

- Сколько?

- Трое ушли. Ещё двое думают.

Адам откинулся в кресле.

- Дай им уйти, - сказал он. - Те, кто думает о деньгах, всё равно уйдут. Мне нужны те, кто думает о деле.

Майкл кивнул, но не ушёл.

- Что-то ещё? - спросил Адам.

- Она внизу. Ждёт.

Адам усмехнулся.

- Пусть войдёт.

Амаранта вошла через минуту. В чёрном платье, с распущенными волосами. Она выглядела так, будто только что пришла с прогулки, а не с очередной проверки контактов.

- Ты выглядишь уставшим, - сказала она, садясь на край стола.

- Я выгляжу как человек, который три недели не спал.

- Я знаю способ это исправить.

Он поднял на неё глаза.

- Какой?

- Перестань работать.

- Это не способ. Это утопия.

Она наклонилась и поцеловала его. Быстро, но так, что он почувствовал - она не шутит.

- Я серьёзно, - сказала она. - Ты не машина. Ты человек. И ты нужен мне живым.

Он взял её за руку и притянул ближе.

- Ты нужна мне тоже.

- Тогда докажи.

Он поднялся, закрыл ноутбук и взял её за руку.

- Идём.

- Куда?

- Домой.

**Квартира Адама. Вечер.**

Он не соврал. Они действительно поехали домой. Но по дороге он остановился у старого ювелирного магазина на углу - того самого, который работал ещё до войны.

- Что мы здесь делаем? - спросила она.

- Заходим.

Внутри пахло старым деревом и лаком. За прилавком стоял пожилой мужчина с усами.

- Я хочу кольцо, - сказал Адам.

Амаранта замерла.

- Что?

- Кольцо, - повторил он. - Для неё.

Мужчина посмотрел на них обоих и улыбнулся.

- Какое?

- Простое, - сказал Адам. - Без камней. Без гравировки. Только металл.

- Почему без камней? - спросила Амаранта.

- Потому что камни - это для тех, кто хочет показать. А я хочу, чтобы ты просто знала.

Она смотрела на него, и в её глазах блестели слёзы.

- Ты серьёзно?

- Я никогда не был серьёзнее.

Он выбрал кольцо - тонкое, из белого золота, без украшений. Мужчина упаковал его в маленькую коробочку.

На улице Амаранта остановилась.

- Ты не сделал это как надо, - сказала она.

- Что?

- Ты не встал на колено. Ты не сказал красивых слов. Ты просто купил кольцо.

Адам усмехнулся.

- Я не умею красиво, - сказал он. - Я умею только честно. Я хочу, чтобы ты была моей женой. Не потому что так надо. Не потому что так принято. А потому что я не могу представить свою жизнь без тебя. Это достаточно честно?

Она молчала. Потом шагнула к нему и поцеловала.

- Достаточно, - сказала она.

**Квартира Адама. Ночь.**

Они вернулись домой, и он закрыл дверь. Она стояла посреди гостиной, держа в руках маленькую коробочку.

- Ты не открыла, - сказал он.

- Я знаю. Я хочу, чтобы ты открыл.

Он подошёл, взял коробочку и открыл. Кольцо блеснуло в тусклом свете лампы. Он взял его и надел ей на палец.

- Теперь ты моя, - сказал он.

- Я всегда была твоей.

Он поцеловал её - глубже, чем раньше. Она ответила, и в этом поцелуе не было ни спешки, ни голода. Было обещание.

Он подхватил её на руки и понёс в спальню. Она обвила его шею руками и улыбнулась.

- Ты собираешься сделать это как в кино?

- Я собираюсь сделать это так, как хочу я.

Он опустил её на кровать и навис сверху. Она стянула с него рубашку - пуговицы разлетелись, но он не обратил внимания. Она коснулась его груди, его шрамов, его кожи.

- Я хочу тебя, - сказала она. - Медленно.

- Тогда будет медленно.

Он раздел её - медленно, как она просила. Каждая пуговица, каждая застёжка. Он целовал каждый сантиметр кожи, который открывал. Она выгибалась под ним, цепляясь пальцами за его волосы.

Когда она осталась обнажённой, он замер. Просто смотрел.

- Ты красивая, - сказал он. - Я говорю это не потому, что должен. Я говорю это потому, что это правда.

- Ты уже говорил это.

- Скажу ещё раз.

Он опустился и поцеловал её грудь - медленно, чувственно. Она выдохнула его имя, и он почувствовал, как его тело отвечает на этот звук.

Он двигался вниз - по её животу, по бёдрам. Она раздвинула ноги, и он не стал заставлять её ждать. Он провёл языком по её коже, и она вскрикнула - тихо, но так, что он почувствовал это всем телом.

- Адам...

Он не остановился. Он делал это медленно, терпеливо, пока она не начала дрожать. Пока её пальцы не впились ему в волосы. Пока она не закричала - глубоко, отчаянно, - и не содрогнулась под ним.

Он поднялся, вытирая губы. Она смотрела на него снизу, тяжело дыша.

- Теперь ты, - сказала она.

- Нет, - ответил он. - Теперь ты снова.

Он вошёл в неё одним движением - медленным, глубоким. Она обхватила его ногами, притягивая ближе. Он начал двигаться - размеренно, ритмично, глядя ей в глаза.

- Ты моя жена, - сказал он.

- Ещё нет.

- Уже да.

Он ускорился, и она застонала. Он накрыл её рот поцелуем и продолжил двигаться - быстрее, глубже, пока она не начала снова дрожать. Пока её тело не сжалось вокруг него. Пока она не закричала ему в губы.

Он кончил вместе с ней - глубоко, с рыком, содрогаясь и прижимая её к себе.

Потом они лежали. Молча.

- Ты счастлива? - спросил он.

- Да, - ответила она. - Впервые за очень долгое время.

- Я тоже.

# ГЛАВА 13

**Год спустя. Загородный дом. Утро.**

Дом стоял на холме, вдали от города. Большой, но не особняк. Простой. С деревянными полами, большими окнами и садом, который Амаранта разбила сама.

Адам проснулся от того, что солнечный свет бил в лицо. Он повернулся - и нащупал пустоту. Он открыл глаза.

Она стояла у окна. В его рубашке. С чашкой кофе в руках. Волосы были растрёпаны, и она выглядела так, будто только что встала.

- Ты рано, - сказал он.

- Не могла спать.

- Кошмары?

- Нет, - ответила она, оборачиваясь. - Просто мысли.

Он сел на кровати.

- О чём?

Она подошла и села рядом.

- О том, что год назад мы были в аду. А теперь - здесь. В тишине. И я не знаю, заслужила ли я это.

Он взял её за руку.

- Ты заслужила больше, - сказал он. - Ты заслужила всё.

Она улыбнулась.

- Ты стал сентиментальным.

- Это ты меня таким сделала.

Она поставила чашку на пол и поцеловала его. Медленно. Тепло.

- Я хочу тебя, - сказала она.

- Сейчас?

- Сейчас.

Он не стал спорить. Он притянул её к себе, и они упали обратно на кровать. Её рубашка - его рубашка - полетела на пол.

Он целовал её шею, её плечи, её грудь. Она выгибалась под ним, и он чувствовал, как её тело отвечает на каждое прикосновение.

- Я хочу, чтобы ты был внутри меня, - прошептала она. - Медленно.

- Будет медленно.

Он вошёл в неё, и она обхватила его ногами. Он двигался медленно - так, как она просила. Глубоко. Ритмично. Глядя ей в глаза.

- Я люблю тебя, - сказал он.

- Я знаю, - ответила она. - Я всегда знала.

Он ускорился - чуть-чуть, - и она застонала. Он накрыл её рот поцелуем, и они двигались вместе, пока волна не накрыла их обоих.

- Ты счастлива? - спросил он.

- Да, - ответила она. - А ты?

- Да.

Он посмотрел на неё и улыбнулся.

- Я никогда не думал, что скажу это. Но я счастлив.

# ЭПИЛОГ

**Пять лет спустя. Загородный дом. Лето.**

Дом на холме утопал в зелени. Амаранта сидела на веранде, подставив лицо солнцу. На коленях у неё лежал блокнот, в котором она что-то писала. Рядом, на полу, играл мальчик - четыре года, светлые волосы, тёмные глаза. Его звали Марк. В честь человека, который когда-то спас её.

Адам вышел из дома с двумя чашками кофе. Он поставил одну перед ней, сел рядом и посмотрел на сына.

- Он опять разобрал часы, - сказал он.

- Знаю, - ответила Амаранта, не отрываясь от блокнота. - Он разберёт весь дом, если мы не купим ему что-нибудь, что можно ломать.

- Я куплю ему конструктор.

- Ты купил ему конструктор в прошлом месяце. Он разобрал его за час и собрал обратно в виде пистолета.

Адам усмехнулся.

- В меня растёт.

Она подняла на него глаза и улыбнулась.

- В нас.

Марк подбежал к отцу и протянул ему что-то - маленькую деталь от часов.

- Пап, смотри.

Адам взял деталь и посмотрел на неё.

- Ты знаешь, что это?

- Это пружина.

- Правильно. А зачем она нужна?

- Чтобы часы шли.

Адам посмотрел на сына - на его серьёзное лицо, на его внимательные глаза. И почувствовал что-то, чего не чувствовал никогда раньше. Гордость. Не за себя. За него.

- Иди играй, - сказал он. - Мы с мамой поговорим.

Марк убежал. Адам сел рядом с Амарантой.

- Ты пишешь? - спросил он.

- Да, - ответила она. - Я записываю.

- Что?

- Всё. Нашу историю. Чтобы не забыть.

Он помолчал.

- Зачем?

- Потому что однажды Марк спросит, кто мы. И я хочу, чтобы у него был ответ. Не сказка. Правда. Наша правда.

Адам взял её за руку.

- Ты думаешь, он поймёт?

- Он поймёт, - сказала она. - Потому что он наш сын.

Они сидели молча. Солнце садилось. Где-то в саду пели птицы. Марк бегал по траве, смеясь.

- Ты когда-нибудь жалеешь? - спросила она.

- О чём?

- О том, что мы не уехали раньше. Что столько лет потратили на войну.

Он посмотрел на неё.

- Нет, - сказал он. - Потому что без войны я бы не встретил тебя.

Она улыбнулась.

- Ты стал философом.

Он наклонился и поцеловал её. Долго. Медленно. Как человек, у которого нет причин спешить.

Марк подбежал к ним.

- Мам, пап, смотрите!

Он протянул им что-то - маленький белый цветок, который сорвал в саду.

- Это амарант, - сказал он. - Как твоё имя.

Амаранта взяла цветок и посмотрела на мужа.

- Он растёт даже здесь, - сказала она.

- Он растёт везде, - ответил Адам. - Ты говорила мне это много лет назад.

- Ты запомнил.

- Я помню всё.

Они сидели на веранде, и солнце садилось за холмом. Марк играл с цветком. Адам держал жену за руку. И в этом моменте не было ни войны, ни крови, ни страха.

Только они. Только жизнь.

**Тот же вечер. Спальня.**

Марк уснул. Дом погрузился в тишину.

Амаранта стояла у окна, глядя на звёзды. Адам подошёл сзади и обнял её.

- О чём думаешь? - спросил он.

- О том, что я счастлива, - ответила она. - И боюсь этого.

- Почему?

- Потому что счастье не длится вечно.

Он развернул её к себе.

- Длится, - сказал он. - Если за него держаться.

Она посмотрела на него. В его глазах не было лжи. Только любовь.

- Ты веришь в это? - спросила она.

- Я верю в тебя, - сказал он. - Этого достаточно.

Он поцеловал её. И в этом поцелуе было всё - пять лет брака, пять лет боли, пять лет радости. И ещё столько же впереди.

Они легли в постель. Он медленно раздел её. Она - его. Они занимались любовью так, как делают это люди, которые знают друг друга до последнего шрама. Медленно. Глубоко. Честно.

Потом они лежали в темноте.

- Я люблю тебя, - сказал он.

- Я знаю, - ответила она. - Я всегда знала.

- Скажи это.

- Я люблю тебя, Адам.

Он закрыл глаза. И впервые за долгие годы заснул без кошмаров.

*Конец.

**ГЛАВА 1**

**Два дня спустя. Квартира Амаранты. Утро.**

Солнце вяло пробивалось сквозь плотные шторы, но Амаранта уже не спала. Она сидела на широком подоконнике, подтянув колени к груди, и рассеянно вглядывалась в просыпающийся город за стеклом. В холодных пальцах дымилась чашка с чаем, но она не сделала ни глотка - её мысли были далеко, запертые в ту самую ночь, в тот самый клуб, в его глаза.

«Что я натворила?» - пронеслось в голове.

Она не должна была так рисковать. Не должна была вторгаться в его личное пространство, касаться камня, бросать ему вызов. Это было глупо, непрофессионально и смертельно опасно. Но когда она посмотрела в его глаза - в тот миг, когда зал расступился перед ней, - она увидела не монстра, не хищника, а человека, который до хруста сжимал челюсти, чтобы не закричать от собственного одиночества.

Телефон на подоконнике завибрировал. СМС от Марка:

«Ты вчера была в „Коршунах“. Что ты там забыла?»

Она усмехнулась. Марк - её ангел-хранитель, её совесть, единственный человек, которому она доверяла больше, чем себе. Она набрала коротко:

«Работала».

Ответ пришёл через минуту:

«Ты встретилась с Адамом Вэйном. Я видел записи с камер. Ты подошла к нему сама. Это не было работой».

Амаранта замерла. От Марка нельзя было спрятаться - он видел её насквозь, как рентген. Она ответила:

«Я собирала информацию».

«Ты смотрела на него так, будто он - твоё спасение. Амаранта, будь осторожна. Он - дьявол в человеческом обличье. Он уничтожит тебя».

Она отложила телефон и уставилась в одну точку на стене. Она знала, что Марк прав. Но он не знал главного: как сильно она устала быть тенью. Как отчаянно хотела, чтобы кто-то увидел её настоящую - без масок, без ролей, без игры. И в ту ночь, глядя в его ледяные глаза, она увидела в нём то же самое. Отражение собственной боли.

**Клуб «Коршуны». Тот же день. Кабинет Адама.**

Адам сидел в полумраке, закинув ноги на край дубового стола. На мониторе, на бесконечном повторе, крутилось видео с камер наблюдения. Вот она входит в зал. Вот её фигурка в тёмном углу. Вот она поднимает бокал, который он прислал. Вот она встаёт и идёт сквозь толпу - к нему.

Он нажал на паузу, всматриваясь в её лицо на экране. Светлые волосы, тонкая шея, тот самый кулон. И глаза - глаза, которые смотрели сквозь экран, сквозь время, сквозь его броню.

- Кто ты, чёрт возьми, такая? - прорычал он в пустоту кабинета. - Амаранта…

В дверь постучали. Вошёл Майкл с папкой в руках. Он выглядел встревоженным - Адам знал эту мину на его лице.

- Босс, я собрал всё, что смог. Но это почти ничего.

- Выкладывай, - голос был коротким, как удар хлыста.

Майкл открыл папку и начал читать, но в голосе его звучала неуверенность:

- Амаранта Винтер. Двадцать три года. Ни одного привода, ни одного штрафа. Сирота. Выросла в интернате на севере - закрытом, элитном, для одарённых детей. В семнадцать сбежала. Последние два года - здесь, в центре.

- И всё? - Адам нахмурился, пальцы его сжались в кулак. - А где она работает? Откуда у неё деньги? Кто её люди?

Майкл нервно сглотнул, и это движение сказало больше любых слов:

- Она - призрак, босс. Ни счетов в банке, ни кредитных карт, ни официального дохода. Её следы обрываются - как будто её просто не существует.

Адам медленно поднялся из кресла. Его фигура заслонила свет из окна, и комната погрузилась в тень.

- Значит, либо за ней стоит кто-то очень могущественный… либо она сама - ходячее оружие. Или и то, и другое вместе.

Майкл опустил глаза:

- Или и то, и другое.

Адам рассеянно сунул руку в карман пиджака. Пальцы нащупали гладкий, прохладный камень - тот самый, который он носил с собой уже пятнадцать лет. С тех пор, как нашёл его на пустынном берегу через неделю после смерти матери. Ни одна живая душа не знала об этом талисмане. Никто. Кроме этой девчонки.

- Что ещё? - спросил он, и голос его прозвучал ровнее, чем он чувствовал себя.

Майкл замялся, перелистнул страницу:

- Она дважды ужинала с доном Марчелло. В «Ла Скала». В закрытой VIP-зоне. Они сидели вдвоём, смеялись, общались как старые друзья.

Лицо Адама окаменело. Желваки заходили на скулах, и в глазах вспыхнул холодный, голодный огонь. Марчелло был его кровным врагом - человеком, который убил его дядю и годами пытался уничтожить бизнес отца. Если эта девушка связана с ним…

- Приведи её ко мне, - сказал он, и голос его прозвучал как выстрел.

- Босс, она может отказаться…

- Придёт, - перебил Адам, и в его голосе зазвенела сталь. - Передай ей: либо она приходит сама, либо я начинаю охоту. И тогда, если я найду её, разговор будет совсем другим. Ты понял меня, Майкл?

Майкл кивнул и бесшумно исчез за дверью.

**Квартира Амаранты. Вечер.**

Она медленно кружилась перед высоким зеркалом в чёрном платье, которое мягко облегало её фигуру, струилось по бёдрам, открывало плечи. Телефон на столике вибрировал - незнакомый номер. Она не брала трубку. Дождалась, пока звонок стих, и отправила короткое СМС:

«Приду, когда решу, что это стоит моего времени».

Ей нравилась эта игра. Нравилось чувство опасности, которое щекотало нервы, заставляя кровь бежать быстрее. Когда она думала о том, как дрогнули его пальцы, когда он нащупал в кармане камень, внутри неё разгорался огонь. Его броня дала трещину. Теперь её задача - проникнуть в самое сердце.

**Клуб «Коршуны». Ночь.**

Она скользнула через чёрный вход, бесшумная, как тень, и поднялась по узкой служебной лестнице. Ни один охранник не заметил её - она знала, где висят камеры и как обходить их. Тяжёлая дверь кабинета поддалась без звука.

Он стоял у панорамного окна, спиной к ней, вглядываясь в огни ночного города, раскинувшегося под ним. Фигура, вырезанная из чёрного мрамора - ни единого лишнего движения.

- Я знал, что ты придёшь, - произнёс он, не оборачиваясь.

- Ты ведь только этого и ждал, - её голос прозвенел, как натянутая струна, готовая лопнуть.

Он резко развернулся. В его глазах полыхал шторм - это было не просто любопытство, это была одержимость. Он подошёл к ней, сокращая расстояние с каждым шагом, и остановился в опасной близости.

- Ты встречалась с Марчелло.

- Я встречаюсь с людьми, которые мне платят, - ответила она, выдерживая его тяжёлый взгляд без единой дрожи. - Кстати, твоя охрана ужасна. Меня никто не заметил.

- Это потому, что ты - профессионал, - он усмехнулся, но улыбка не коснулась его глаз. - Скажи мне, сколько Марчелло заплатил тебе за мою голову? Или ты пришла предложить мне свои услуги?

Амаранта сделала шаг вперёд. Теперь они стояли в полушаге друг от друга - так близко, что она чувствовала тепло его тела. Она смотрела в его глаза, пытаясь заглянуть за ледяную стену.

- Я пришла не для этого, - сказала она тихо. - Я пришла, потому что хочу знать, что ты будешь делать дальше.

- Дальше? - переспросил он, и в голосе его мелькнула тень растерянности.

- Ты боишься, Адам, - ответила она, и каждое слово её упало в тишину, как капля кислоты на сталь. - Ты боишься, что если я увижу тебя настоящего - без масок - я уйду. Ты строишь стены, чтобы никто не мог причинить тебе боль. Но ты забываешь, что, строя эти стены, ты запираешь себя внутри.

Он шагнул вперёд, снова сокращая расстояние. Его дыхание коснулось её лица.

- Ты хочешь сказать, что знаешь меня лучше, чем я сам?

- Я не знаю тебя, - честно ответила она, и в голосе её не было игры. - Но я хочу узнать.

Она помедлила, словно принимая решение, которое могло стоить ей жизни. Затем посмотрела ему прямо в глаза.

- Я знаю кое-что, что тебе нужно услышать. Кто-то из твоей семьи продаёт информацию Марчелло.

Адам замер. Всё его тело напряглось, как стальная пружина. Лицо окаменело.

- Что ты сказала?

- Ты слышал, - ответила она спокойно, но внутри у неё всё дрожало. -Я знаю, что кто-то из твоих родных работает на твоего врага. Кто-то, кому ты доверяешь.

- Ты лжёшь, - сказал он, и его голос стал ледяным - таким холодным, что воздух между ними, казалось, застыл.

- Я не лгу, - ответила она, и в её голосе не дрогнула ни одна нота. - Я не стала бы рисковать своей жизнью, чтобы прийти сюда и сказать тебе это, если бы не была уверена.

Он смотрел на неё, и внутри него боролись ярость и сомнение. Она видела это по его глазам - по тому, как они метались между гневом и отчаянием.

- Докажи, - сказал он, и его голос сорвался на шёпот.

- Я не могу, - ответила она. - Не сейчас. У меня есть доказательства, но они неполные. Мне нужно больше времени.

- Ты играешь в опасную игру, Амаранта.

- Я знаю, - сказала она. - Но я не хочу, чтобы ты пострадал.

Он шагнул к ней вплотную, и теперь между ними не осталось ни миллиметра.

- Если это окажется ложью, - сказал он, и его голос был низким, как рык, - я убью тебя. Ты знаешь это?

- Я знаю, - прошептала она, не отводя взгляда. - Но я не лгу.

Адам смотрел на неё, и внутри него что-то дрогнуло - глухо, тяжело, как первый удар колокола. Он резко наклонился к ней и поцеловал. Жёстко, почти жестоко, вкладывая в этот поцелуй всю свою боль, всю свою ярость и отчаянную, запретную нежность. У неё перехватило дыхание.

Когда он оторвался, его глаза потемнели до черноты.

- Ты опасна, - сказал он хрипло. - Ты самая опасная женщина, которую я встречал.

- Я знаю, - ответила она, и на её губах мелькнула тень улыбки. - Но ты ведь любишь опасность?

**Крыша клуба «Коршуны».**

Она стояла на самом краю, глядя вниз на море огней - город раскинулся под ней, пульсирующий, живой, равнодушный. Холодный ветер трепал её волосы, но она, казалось, не замечала его. Внутри неё бушевала буря. Адам подошёл к ней, остановившись в двух шагах. Он не касался её, но его присутствие давило, заполняло пространство.

- Ты не ушла.

- Я знала, что ты выйдешь за мной, - ответила она, не оборачиваясь.

- Я не должен был.

- Но ты вышел.

Она медленно повернулась к нему. Ветер бросил прядь волос ей на лицо, и она убрала её дрожащей рукой.

- Ты боишься, - сказала она, глядя ему в глаза. - Не меня. Ты боишься, что я окажусь правой. Что кто-то из твоей семьи предал тебя. Что ты останешься совсем один.

Адам шагнул к ней, сокращая последнее расстояние. Его лицо было искажено болью, которую он так долго прятал.

- Если это правда, - сказал он, и в его голосе впервые дрогнула уязвимость, - я не знаю, что я сделаю.

- Ты справишься, - ответила она тихо. - Ты сильнее, чем думаешь.

- Откуда ты знаешь?

Она коснулась его лица - медленно, осторожно, словно прикасалась к оголённому нерву. Он не отстранился.

- Потому что я вижу тебя настоящего, - сказала она. - Ты - не чудовище. Ты просто человек, который слишком долго был один.

Он взял её лицо в свои ладони - грубо, почти отчаянно - и поцеловал. В этом поцелуе не было ни гнева, ни подозрений. Была только боль, страх и та запретная, хрупкая надежда, которую он похоронил в себе много лет назад.

- Ты сломаешь меня, - прошептал он, отрываясь от её губ.

- Я соберу тебя, - ответила она, и в голосе её прозвучала клятва.

Он взял её за руку - крепко, не отпуская - и повёл вниз, прочь из клуба. В свою квартиру.

**Квартира Адама.**

Дверь захлопнулась за ними, отсекая внешний мир. Он прижал её к стене - резко, собственнически, но в его руках чувствовалась дрожь. Его пальцы коснулись её лица, скользнули по скулам, по губам - словно он боялся, что она исчезнет, если он отпустит её.

- Если я сделаю это… - начал он, и голос его был низким, хриплым от напряжения.

- Если ты сделаешь это, я останусь, - перебила она, глядя ему в глаза. - Если не сделаешь - я всё равно останусь.

- Ты безумна, - прошептал он, и в его шёпоте звучало изумление.

- Я знаю, - ответила она.

Он впился в её губы поцелуем - жёстким, требовательным, почти голодным. Его пальцы вплелись в её волосы, запрокидывая её голову назад, и она почувствовала, как его язык скользнул в её рот, пробуя, исследуя, заставляя забыть, как дышать. Её руки скользнули по его груди, ощущая жесткую ткань рубашки и стальные мышцы под ней. Она расстегнула пуговицы - одну, вторую, третью, - чувствуя, как его дыхание становится глубже с каждым её движением. Он перехватил её запястья и прижал их к стене по обе стороны от её головы, не разрывая поцелуя. Его тело прижимало её к холодной поверхности, и она чувствовала каждую линию его фигуры, каждое напряжение мышц.

- Ты сводишь меня с ума, - выдохнул он ей в губы.

- Тогда сделай что-нибудь с этим, - прошептала она, и в голосе её прозвучал вызов.

Он оторвался от её губ и провёл губами по её шее - медленно, чувственно, сжигая её кожу своим дыханием. Она выгнулась навстречу, прижимаясь к нему теснее. Его пальцы скользнули по её спине, нащупывая молнию платья. Ткань зашуршала, и она почувствовала, как прохладный воздух коснулся её обнажённой кожи. Он отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть ей в глаза. Его взгляд скользнул по её лицу, по её губам, по её груди - и в нём было столько желания, что у неё перехватило дыхание.

- Ты такая красивая, - сказал он, и его голос сорвался на хрип. - Самая красивая женщина, которую я видел.

- Ты говоришь это всем девушкам? - выдохнула она, пытаясь сохранить хотя бы каплю самообладания.

- Ты первая, кому я говорю это, - ответил он, и в его глазах не было лжи.

Она не сдержала улыбку - но улыбка тут же исчезла, когда он подхватил её под бёдра и поднял. Её ноги обвили его талию, и она почувствовала, как его руки сжимают её, притягивая ближе. Он сделал несколько шагов, не разрывая зрительного контакта, и она чувствовала, как его дыхание касается её губ. Он опустил её на прохладные простыни, нависая сверху. Его тело накрыло её, и она ощутила тяжесть его веса, его тепло, его запах - виски, дорогой одеколон и что-то тёплое, сокровенное, что было только его. Он приподнялся на локтях, заглядывая в её глаза, и в его взгляде была такая тоска, что у неё сжалось сердце.

- Ты не боишься, что я сломаю тебя? - прошептал он.

- У тебя не получится. - ответила она, касаясь его лица.

Она скользнула пальцами по его груди, касаясь татуировок, шрамов, линий его тела, которые она хотела выучить наизусть. Он закрыл глаза от её прикосновений, и его дыхание сбилось. Она чувствовала, как его мышцы напрягаются под её пальцами, как его сердце бьётся быстрее. Он наклонился и поцеловал её шею, спускаясь к ключицам, к груди. Его губы были горячими, и она чувствовала, как её тело отвечает на каждое его прикосновение. Она запрокинула голову, вплетая пальцы в его волосы, и позволила себе забыть обо всём, кроме него. Он поднял голову и посмотрел на неё. В его глазах была такая уязвимость, что она почти физически ощутила её - как оголённый провод, бьющий током.

- Я не знаю, как это делается, - сказал он с болью. - Я не знаю, как быть нежным.

- Тогда не будь нежным, - ответила она. - Будь собой.

Он снова поцеловал её - глубже, отчаяннее, вкладывая в этот поцелуй всю боль, которую носил в себе годами. Его руки скользили по её телу, и она чувствовала, как он дрожит, как его пальцы впиваются в её кожу, словно он боялся, что она исчезнет. Она потянула его за шею, прижимая к себе, и почувствовала, как его руки скользят по её бёдрам, притягивая ближе. Их дыхание смешалось, их сердца бились в унисон, и в этом моменте не было ничего, кроме них - только его губы на её губах, его руки на её теле, его шёпот в темноте.

- Я хочу тебя, - сказал он, и его голос был хриплым, почти умоляющим. - Я хочу тебя так, что это сводит меня с ума.

Он приподнялся над ней, заглядывая в её глаза. В его взгляде было всё - страх, желание, отчаяние, надежда. И она видела, как он борется с собой, как его инстинкты кричат ему отступить, но он не может. Он вошёл в неё медленно, чувствуя, как её тело принимает его, как она выгибается ему навстречу. Она обхватила его ногами, и он почувствовал, как её пальцы впиваются в его плечи. Они двигались в ритме, который создавали вдвоём - и в этом моменте не существовало ничего, кроме них. Он смотрел на неё - на её закрытые глаза, на её приоткрытые губы, на то, как она дышит с ним в унисон. И он чувствовал, как внутри него что-то меняется. Как будто она собирает осколки его души и склеивает их обратно - по одному, осторожно, терпеливо.

- Я никогда не чувствовал ничего подобного, - прошептал он, и его голос дрогнул.

- Я тоже, - ответила она, открывая глаза.

Он поцеловал её - и в этом поцелуе не было ни гнева, ни страха. Была только благодарность - глубокая, как бездна, которую он носил в себе.

**Квартира Адама. Глубокая ночь.**

Они лежали в темноте, переплетённые телами, и его пальцы медленно скользили по её спине, вычерчивая невидимые узоры на коже.

- Расскажи мне о себе, - попросил он, и голос его звучал мягче, чем он сам ожидал.

- Я расскажу тебе, если ты расскажешь о камне, - ответила она, и в голосе её не было вызова - только осторожное любопытство.

Он замер на мгновение, а затем усмехнулся - тихо, без горечи.

- Это самый ценный камень в моей жизни, - сказал он. - Он напоминает мне о матери. Она умерла, когда я был ребёнком. Отец так и не сказал мне, как. Я нашёл этот камень на пляже через неделю после её смерти. И с тех пор ношу с собой. Как будто она оставила мне его.

Амаранта коснулась его лица, и он прикрыл глаза.

- Ты не один, Адам, - сказала она. - Я здесь.

Он открыл глаза и посмотрел на неё с такой надеждой, что у неё перехватило дыхание.

- И ты останешься?

- Я никуда не уйду, - ответила она, и в голосе её прозвучала клятва, которую она не собиралась нарушать.

**Квартира Амаранты. Раннее утро.**

Она сидела на полу своей маленькой квартиры, обхватив колени руками. Губы всё ещё горели от его поцелуев, и на коже остались следы его пальцев - нежные, собственнические.

Телефон завибрировал. Сообщение от Марка:

«Ты не отвечаешь. Я волнуюсь».

Она набрала ответ:

«Я в порядке. Я просто думаю».

Она отложила телефон. За окном вставало солнце, и она смотрела на его первые лучи, чувствуя, как внутри неё прорастает что-то новое - опасное, тёплое и неизбежное, как рассвет.

**ГЛАВА 2**

**Утро. Квартира Амаранты.**

Амаранта лежала на кровати, уставившись в потолок. Она не сомкнула глаз уже несколько часов - просто лежала, прислушиваясь к тишине собственной квартиры и тщетно пытаясь усмирить хаос, бушующий в голове. Всё, что случилось прошлой ночью, казалось сном - слишком ярким, слишком невозможным, чтобы быть правдой. Его руки, сжимающие её талию. Его губы на её губах. Его дыхание, срывающееся в шёпот.

Она закрыла глаза, и перед ней снова всплыли его глаза - тёмные, бездонные, полные боли и отчаянной, запретной надежды. Его пальцы, которые дрожали, когда он касался её лица.

Она перевернулась на бок и обхватила подушку руками, сжимая её так сильно, что побелели костяшки. Она была одна. В своей собственной квартире, в своей постели. Только воспоминания - и они обжигали.

«Это было реально? - пронеслось в голове. - Или я всё это придумала?»

Она провела пальцами по губам - они всё ещё горели, хранили память о его поцелуе. На бедрах остались едва заметные багровые следы от его пальцев - она заметила их утром, когда вставала за водой. Это было реально. Каждое прикосновение, каждый вдох, каждый сорванный шёпот - всё это было настоящим. И эта реальность пугала её до дрожи.

Телефон на тумбочке завибрировал, разрезая тишину. Она потянулась и взяла его, даже не глядя на экран. Она знала, кто это.

Марк.

«Ты вчера была у него. Я видел, как ты выходила из его дома. Что случилось?»

Амаранта усмехнулась - горько, безрадостно. Марк всегда всё знал. Он был её ангелом-хранителем, её совестью, единственным человеком, которому она доверяла до конца, не оставляя себе запасного выхода.

«Ничего не случилось», - ответила она, хотя пальцы дрожали, когда она печатала.

«Ты лжёшь. Я знаю тебя. Ты выглядела… растерянной. Это не похоже на тебя. Ты никогда не выглядишь растерянной».

Она задумалась, глядя на экран, на холодный свет, отражающийся в её зрачках. Марк был прав. Она никогда не выглядела растерянной. Она была профессионалом - холодным, расчётливым, неуязвимым. Она умела держать лицо в любой ситуации. Но прошлой ночью, когда она выходила из его дома, она чувствовала себя так, будто потеряла управление, будто кто-то вырвал штурвал из её рук.

«Я в порядке», - написала она, но слова казались пустыми.

«Ты врёшь. Я знаю тебя достаточно давно. Что случилось? Ты влюбилась в него?»

Она замерла. Влюбилась? Нет. Это слово было слишком лёгким, слишком простым для того водоворота, в который она попала. Это было что-то другое - первобытное, опасное, безумное. Что-то, что заставляло её думать о нём каждую секунду, в каждом свободном мгновении, в каждой тени за окном.

«Я не влюбилась», - ответила она, и пальцы её дрогнули. - «Я просто… не могу перестать думать о нём».

«Это и есть влюблённость, дура».

Она усмехнулась, но в усмешке не было веселья. Марк всегда был слишком прямолинейным - и слишком часто оказывался прав.

«Не беспокойся. Я знаю, что делаю».

«Ты не знаешь, что делаешь. Я знаю тебя. Ты хочешь спасти его. Но ты не можешь спасти того, кто не хочет быть спасённым. Адам Вэйн - не тот, кого можно изменить. Он разрушит тебя, Амаранта. Как разрушал всех, кто к нему приближался».

Она смотрела на экран, и внутри неё закипал глухой, тягучий гнев. Не на Марка. На себя. Потому что он был прав - до костей, до последнего нерва прав.

«Я справлюсь», - написала она и отбросила телефон в сторону.

Она села на кровати и посмотрела в окно. Город просыпался - серый, равнодушный, бесконечный. Где-то там, среди этих улиц, был он. И она не знала, увидит ли его снова - и хотела ли этого.

- Ты хочешь знать, кто я на самом деле? - прошептала она в пустоту комнаты. - Тогда будь готов к правде.

Она поднялась с кровати и направилась в ванную. Ей нужно было собраться. Ей нужно было понять, что делать дальше - пока это безумие не поглотило её целиком.

**Клуб «Коршуны». Кабинет Адама.**

Адам сидел за своим дубовым столом, сжимая в руках стакан с виски, хотя за окнами только начинало светать. Он не сомкнул глаз всю ночь. Каждый раз, когда он закрывал веки, перед ним всплывало её лицо. Её глаза, смотревшие сквозь него. Её пальцы, касающиеся его щеки с такой нежностью, что у него перехватывало дыхание. И он злился на себя за это - за эту слабость, за эту трещину в броне, которую он так долго выстраивал.

Майкл стоял напротив, держа в руках планшет. Он выглядел уставшим - под глазами залегли тени, плечи слегка опущены. Похоже, он тоже не спал.

- Босс, я проверил её ещё раз. Глубже, как вы просили. Она чиста, как слеза.

- Чиста? - Адам усмехнулся, но в его усмешке не было веселья - только горькая сталь. - Никто не бывает настолько чистым, Майкл. Это само по себе подозрительно.

- Я понимаю, босс. Но я не нашёл ни одной ниточки. Никаких связей с Марчелло, кроме тех двух ужинов в «Ла Скала». Никаких переводов на её счета. Она даже не пользуется кредитками.

Адам нахмурился, и его пальцы сжали стакан сильнее. Это был верный признак профессионала. Кто-то, кто не хочет оставлять следов, кто привык исчезать, как тень на рассвете.

- Она знает, что делает, - сказал он, поднимаясь из-за стола. - Это не просто девушка из клуба. Она тренирована. Выучена. Кем-то очень терпеливым.

- Возможно, она просто очень осторожна? - предположил Майкл, хотя в голосе его звучала неуверенность.

- Осторожность - это когда у тебя есть причины скрываться, - холодно ответил Адам, подходя к панорамному окну. - А у неё их, судя по всему, целый арсенал.

Он смотрел на город, просыпающийся под серым, свинцовым утром. Где-то там, среди этих бетонных каньонов, была она. И он не знал, враг она или союзник. Эта неизвестность сводила его с ума - хуже любого ножа, хуже любой пули.

- Когда она была у меня прошлой ночью, - сказал он, не оборачиваясь, и голос его звучал глухо, как из-под воды, - она сказала, что кто-то из моей семьи работает на Марчелло. Что кто-то продаёт информацию. Что я чувствую это, даже если не хочу признаваться себе.

Майкл побледнел - так резко, что Адам заметил это даже в отражении стекла.

- Босс… вы думаете, это правда?

- Я не знаю, - честно ответил Адам, и в этом признании была такая уязвимость, которую он никогда не позволял себе раньше. - Но она задела что-то внутри меня. Она права. Я чувствую это - гнилой запах в собственном доме. Я просто не знаю, кто именно.

Он медленно повернулся к Майклу, и в его глазах вспыхнул холодный, решительный огонь.

- Я хочу, чтобы ты установил за ней наблюдение, - сказал он. - Каждый её шаг. Каждое слово. Каждый контакт. Если она работает на Марчелло - я хочу знать это, прежде чем она сделает следующий ход.

- А если она просто… - Майкл запнулся, подбирая слова с осторожностью человека, ступающего по минному полю, - если она просто ищет спасения? Если она действительно хочет вам помочь?

- Тогда я узнаю, кто она на самом деле, - ответил Адам, и в голосе его зазвенела сталь. - И решу, могу ли я позволить себе верить ей.

Он подошёл к столу и взял телефон. На экране застыла фотография Амаранты, которую Майкл сделал на входе в клуб - её профиль, светлые волосы, тонкая линия шеи. Он смотрел на это лицо, и внутри него закипала странная, пугающая смесь: гнев, желание, отчаяние и что-то тёплое, чему он не мог найти названия.

- И ещё, - добавил он, не поднимая глаз, - найди мне всё, что сможешь, о её прошлом. Не просто официальные документы. Настоящее прошлое. Там есть что-то, что она скрывает. Я чувствую это нутром.

- Будет сделано, босс.

Майкл бесшумно вышел, и Адам остался один в полумраке кабинета. Он провёл пальцем по экрану, касаясь её лица на фотографии - медленно, почти благоговейно.

- Кто же ты такая, Амаранта? - прошептал он в тишину, и голос его сорвался на хрип. - И почему я не могу выбросить тебя из головы?

**Квартира Амаранты.**

Амаранта стояла перед большим зеркалом в ванной, глядя на своё отражение холодным, оценивающим взглядом. Под глазами залегли тёмные круги - она не спала почти всю ночь. Она провела пальцами по своему отражению, словно пытаясь стереть следы усталости с лица.

- Ты вляпалась, Амаранта, - прошептала она собственному отражению. - Вляпалась по-настоящему.

Она вышла из ванной и наткнулась взглядом на папку, лежащую на столе. Доказательства. Фотографии Доминика с людьми Марчелло. Переписка, в которой он продавал секреты клана. Всё, что она собрала за последние недели кропотливой, опасной работы.

Она взяла папку в руки, чувствуя тяжесть бумаг. Она знала, что должна отдать это Адаму. Знала, что это остановит войну, которая уже начала пожирать его клан изнутри. Знала, что это спасёт его. Но если она отдаст ему папку, он узнает, что она следила за ним. Что она, возможно, даже была частью заговора - или хотя бы стояла на его границе. Он не простит ей эту ложь, даже если правда спасёт ему жизнь.

Она открыла папку и перелистнула несколько страниц. Вот Доминик на подземной парковке. Вот он передаёт конверт человеку Марчелло. Вот он разговаривает по телефону, и на его лице застыла виноватая, нервная улыбка.

Её пальцы дрожали. Она ненавидела это чувство - ощущение, что она стоит на распутье и не знает, какая дорога приведёт к пропасти. Она привыкла действовать быстро, решительно, без колебаний. Но сейчас, глядя на эти фотографии, она чувствовала только глухую, давящую растерянность.

- Если я скажу ему, - прошептала она, и голос её дрогнул, - он возненавидит меня за то, что я молчала. Если я не скажу… его могут убить.

Она захлопнула папку и убрала её в ящик стола - глубоко, под стопку книг, словно пытаясь спрятать не только бумаги, но и собственную совесть.

- Не сейчас, - сказала она вслух, пытаясь убедить себя. - Ещё не сейчас.

**Клуб «Коршуны». Вход.**

Она вошла в клуб будто случайно - но в этой случайности была выверенная до миллиметра точность. Белый шёлковый топ свободно струился по её фигуре, открывая ключицы и линию плеч. Он был заправлен лишь наполовину - небрежно, будто она одевалась в спешке, но эта небрежность была тщательно продуманной. Чёрные брюки идеально сидели по фигуре, удлиняя силуэт, делая её выше и тоньше. Никаких украшений, только тонкая серебряная цепочка на шее с кулоном - амарантом, белым цветком, который мерцал при каждом её движении.

Волосы были распущены и слегка растрёпаны - она провела рукой по голове перед входом, чтобы создать эту иллюзию. Несколько прядей упали на лицо, касаясь губ. Лёгкий румянец на щеках - будто она только что шла по городу, и ветер касался её кожи. Она выглядела не как гостья клуба, а как человек, который всегда идёт против правил - и которому это нравится.

Когда она прошла через зал, она почувствовала, что кто-то смотрит на неё. Она знала, кто. Адам сидел за столиком в углу, и его глаза следили за каждым её движением - хищные, голодные, напряжённые. Он был похож на зверя, готового к атаке. Но в его взгляде она видела что-то ещё - желание, злость, отчаяние. И что-то тёплое, что он отчаянно пытался спрятать.

Она подошла к нему, не опуская взгляда, и села напротив, скрестив ноги.

- Я ждал тебя, - сказал он, поднимая бокал с виски.

- Ты ведь знал, что я приду, - ответила она, и в голосе её прозвучала лёгкая усмешка.

Он сделал глоток и поставил бокал на стол с глухим стуком.

- Я знаю только то, что ты появляешься, когда я меньше всего этого ожидаю, - сказал он, и в голосе его звучала смесь раздражения и восхищения. - И что у тебя всегда есть причина.

- Сегодня у меня есть причина, - ответила она, наклоняясь вперёд.

- Какая?

Она наклонилась ещё ближе, сокращая расстояние между ними до опасного минимума. Она видела, как его глаза потемнели, как он сжал челюсть, как напряглись мышцы на его шее.

- Ты уже думал о том, что я сказала тебе прошлой ночью? - спросила она. - О том, что кто-то из твоей семьи работает на Марчелло?

Адам замер. Его лицо оставалось непроницаемым, как каменная маска, но она видела, как его пальцы сжали бокал сильнее - так, что костяшки побелели.

- Думал, - ответил он глухо. - Но я не знаю, верить ли тебе.

- Я не прошу тебя верить мне, - сказала она, и голос её стал твёрже. - Я прошу тебя просто быть внимательным. Прислушаться к тому, что ты сам чувствуешь.

- К кому?

Она помедлила. Она знала, что должна быть осторожной - каждое слово могло стать ловушкой. Она не могла сказать ему всё. Не сейчас.

- Посмотри на своего брата, - сказала она, и слова её упали в тишину, как камни в воду. - На его звонки. На его встречи. На его глаза. Ты сам всё поймёшь.

Адам смотрел на неё, и в его взгляде боролись сомнения, ярость и что-то похожее на мольбу. Она видела это - как он хочет верить ей, но его инстинкты кричат об опасности.

- Если ты знаешь что-то конкретное, - сказал он, и его голос сорвался на шёпот, - скажи мне.

- Я не могу, - ответила она, и в голосе её прозвучала боль. - Не сейчас. Мне нужно больше доказательств.

- Тогда как я могу тебе верить?

- Ты не можешь, - честно ответила она, глядя ему в глаза. - Но ты должен рискнуть. Потому что если ты не рискнёшь - ты потеряешь всё.

Адам усмехнулся, но в этой усмешке была горечь, смешанная с отчаянием.

- Ты просишь меня довериться тебе, - сказал он, и голос его стал тише, - когда ты даже не можешь сказать, кто ты на самом деле? Когда ты встречаешься с моим врагом и отказываешься объяснить почему?

- Я говорю тебе достаточно, - ответила она, поднимаясь из-за стола. Её сердце колотилось, но голос оставался ровным, как лезвие. - Ты просто не хочешь слышать.

Она развернулась и направилась к выходу, но его голос остановил её:

- Амаранта!

Она замерла, но не обернулась.

- Если это окажется ложью, - сказал он, и его голос был холодным, как лёд, - я убью тебя. Ты знаешь это.

Она медленно повернулась к нему. Она смотрела в его глаза, и в них не было страха - только вызов и тень грусти.

- Я знаю, - ответила она. - Но я не лгу.

Она вышла из клуба, оставляя его одного посреди шумного, гудящего зала. Адам сидел и смотрел на опустевшее кресло напротив, чувствуя, как внутри него бушует буря. В его голове звучали её слова: «Посмотри на своего брата. На его звонки. На его встречи».

Он не хотел верить ей. Не хотел даже думать о том, что Доминик может быть предателем. Но она была права. Он видел, как Доминик нервничал на последнем совете клана. Видел, как его брат отводил взгляд, когда речь заходила о Марчелло. Видел, как он постоянно проверял телефон, словно ждал сигнала.

Он достал телефон и набрал номер Майкла.

- Майкл, - сказал он, и голос его звучал сталью, - займись Домиником. Я хочу знать каждый его шаг за последние три месяца. Каждое сообщение. Каждый звонок. Каждую встречу.

- Босс… вы серьёзно подозреваете собственного брата?

- Я не подозреваю, - ответил Адам, и в голосе его не было колебаний. - Я проверяю.

Он сбросил вызов и убрал телефон в карман. Он смотрел на дверь, за которой исчезла она, и чувствовал, как внутри него бушует шторм.

- Кто же ты, чёрт возьми, такая, Амаранта? - прошептал он в пустоту.

**Особняк клана. Утро следующего дня.**

Адам сидел за длинным дубовым столом в большом, холодном зале особняка. Перед ним стоял накрытый завтрак - серебряные приборы, фарфор, свежевыжатый сок, - но он не прикасался к еде. Он смотрел в одну точку перед собой, чувствуя, как внутри него нарастает глухое, тягучее напряжение.

В комнату вошёл его отец, Адриан. Он двигался бесшумно, как тень, и от его присутствия воздух в комнате стал тяжелее.

- Я слышал, ты вчера встречался с девушкой, - сказал он, и голос его был ровным, но в нём слышалась сталь.

Адам поднял голову, и в его взгляде вспыхнул холодный вызов.

- Ты следишь за мной?

- Я слежу за всем, что касается клана, - ответил Адриан, садясь напротив сына. - Это моя обязанность.

- Она - ничто, - сказал Адам, и голос его прозвучал резче, чем он хотел.

- Тогда почему ты тратишь на неё время?

Адам сжал челюсть так сильно, что желваки заходили на скулах.

- Потому что я хочу, - ответил он, и в голосе его прозвучала стальная твёрдость.

- Ты - наследник клана, Адам, - голос отца стал ледяным, как зимний ветер. - Ты не можешь позволять себе таких роскошей, как чувства. Чувства - это слабость. А слабость, Адам, убивает.

- Я не чувствую ничего, - ответил Адам, и его голос был пустым, как выжженная пустыня.

- Я надеюсь, что это правда, - сказал Адриан, поднимаясь из-за стола. - Потому что если это не так - она станет твоей ахиллесовой пятой. И враги не преминут этим воспользоваться.

Он вышел из зала, оставляя Адама одного в ледяной тишине.

**Квартира Амаранты. Тот же день.**

Она стояла у окна и смотрела на ночной город - бесконечное море огней, пульсирующее жизнью, которая текла мимо неё.

Звук входящего сообщения вырвал её из размышлений. Незнакомый номер.

«Я хочу видеть тебя. Сегодня. В клубе. 23:00. - А.»

Она усмехнулась. Он не спрашивал. Он просто требовал - как и подобает человеку, который привык получать всё, что хочет.

Она набрала ответ: «Я буду».

**Клуб «Коршуны». 23:00.**

Амаранта вошла в клуб и сразу увидела его. Он сидел за столиком в дальнем углу, откинувшись на спинку стула, и его фигура казалась вырезанной из чёрного мрамора. Перед ним стоял нетронутый бокал с водой - лёд уже почти растаял, оставляя прозрачные разводы на стекле. Он не пил. Он ждал её.

Его взгляд скользнул по ней, когда она подошла ближе. В нём не было удивления - только голодное, ждущее внимание хищника, который наконец увидел свою добычу.

- Ты пришла, - сказал он, и голос его был низким, хриплым.

- Ты звал, - ответила она, садясь напротив.

- Ты скучала по мне? - спросил он, и в его голосе прозвучала едва заметная усмешка.

- А ты? - ответила она, глядя ему в глаза.

Он наклонился к ней, сокращая расстояние, и его дыхание коснулось её губ.

- Я думал о тебе весь день, - сказал он, и в его голосе не было игры. - И это бесит меня.

- Почему?

- Потому что я не привык думать о ком-то, - ответил он, и в его глазах мелькнула уязвимость. - Потому что это делает меня слабым.

Она улыбнулась - мягко, почти нежно.

- Тогда тебе придётся привыкнуть, - сказала она. - Потому что я не собираюсь исчезать.

- Тогда оставайся, - сказал он, и голос его сорвался на шёпот. - Я хочу, чтобы ты осталась.

- Я останусь, - ответила она. - Но только если ты будешь честным со мной.

- Я попробую, - сказал он, и в его глазах мелькнула странная, почти мальчишеская надежда.

Она поднялась и протянула ему руку.

- Тогда идём, - сказала она. - Я хочу показать тебе, что такое свобода.

Он взял её руку, и она почувствовала, как его пальцы дрожат. Она вела его через шумный клуб, через чёрный вход, в ночь - туда, где начиналось нечто новое, опасное и неизбежное.

**ГЛАВА 3**

**Ночь. Улицы города.**

Они вышли из клуба через чёрный вход, и холодный воздух ударил в лицо, отрезвляя, выжигая из лёгких остатки дыма и виски. Адам шёл за ней, не задавая вопросов, чувствуя, как её пальцы сжимают его ладонь - крепко, уверенно, будто она боялась, что он исчезнет, если ослабит хватку. Она вела его через пустые переулки, мимо спящих витрин и тусклых, мигающих фонарей, и он позволил ей это. Он позволил ей вести его.

Это было странное, почти болезненное чувство - быть ведомым. Он всегда контролировал всё: каждый свой шаг, каждое слово, каждое движение мышц на лице. Но сейчас он шёл за ней, и это не вызывало в нём протеста. Только жгучее, почти детское любопытство.

- Куда мы идём? - спросил он, когда они вышли к набережной.

Амаранта остановилась у каменного парапета, глядя на тёмную, маслянистую воду, в которой дрожали и расплывались огни ночного города. Ветер трепал её волосы, и она подняла лицо к небу, закрыв глаза, будто пробуя ночь на вкус.

- Никуда, - ответила она, и голос её звучал отстранённо, почти сонно. - Мы просто идём.

Он подошёл к ней, встав рядом. Она была такой хрупкой рядом с ним - и в то же время такой несгибаемой, будто внутри неё был стержень из чистой стали.

- Ты часто так делаешь? - спросил он.

- Что именно?

- Уводишь незнакомцев в ночь.

Она открыла глаза и медленно повернулась к нему. В желтоватом свете фонарей её лицо казалось бледным, почти прозрачным, как фарфор.

- Ты перестал быть незнакомцем, когда позволил мне коснуться твоего лица, - сказала она. - Тогда ты открылся мне. И теперь я знаю тебя.

- Ты знаешь только то, что я показал тебе, - ответил он, и в голосе его прозвучала привычная сталь.

- Нет, - ответила она, качая головой. - Ты показал мне не то, что хотел. Ты показал мне то, что не мог скрыть. Это разные вещи.

Адам смотрел на неё, и внутри него закипало странное, пугающее чувство. Она видела его насквозь - и это было одновременно страшно и облегчающе, как первый глоток воздуха после долгого ныряния.

- Ты говорила о моём брате, - сказал он, меняя тему, потому что не выдерживал её пронизывающего взгляда. - О том, что он может быть предателем. Почему ты так уверена?

Амаранта помедлила. Она знала, что должна быть осторожной, - каждое слово могло стать ловушкой. Она не могла сказать ему всё. Не сейчас.

- Я видела его, - сказала она, и голос её стал тише. - В «Ла Скала». Он встречался с людьми Марчелло. Они говорили о чём-то, что не предназначалось для чужих ушей.

- И ты не спросила его, что он там делал?

- Я не могла, - ответила она. - Если бы я подошла к нему, он бы запомнил моё лицо. А мне нужно, чтобы он не знал, что я слежу за ним.

Адам нахмурился, и его челюсть напряглась.

- Ты следишь за моим братом?

- Я слежу за всеми, кто связан с Марчелло, - ответила она, выдерживая его взгляд. - Это моя работа.

- Ты так и не сказала, на кого работаешь.

- Я работаю на себя, - сказала она, и в голосе её мелькнула горечь. - Я собираю информацию и продаю её тем, кому она нужна. Это не самый честный способ зарабатывать, но он позволяет мне оставаться в тени.

Адам усмехнулся, но в его усмешке не было веселья - только холодная, колючая ирония.

- И ты решила продать информацию мне?

- Нет, - ответила она твёрдо. - Я решила отдать её тебе бесплатно.

- Почему?

Она повернулась к нему и посмотрела прямо в глаза - так, будто хотела заглянуть на самое дно его души.

- Потому что ты не должен умереть по вине того, кому доверяешь, - сказала она, и в голосе её задрожала неподдельная боль. - Я знаю, что такое предательство. И я не хочу, чтобы ты проходил через это в одиночку.

Адам смотрел на неё, и внутри него что-то дрогнуло - глухо, тяжело, как первый удар колокола. Она говорила искренне, он чувствовал это каждой клеткой. Но его инстинкты продолжали кричать об опасности.

- Ты слишком хороша, чтобы быть правдой, - сказал он, и голос его стал хриплым.

- Может быть, - ответила она. - Но ты всё равно здесь. Со мной. Ты не ушёл.

Он шагнул к ней, сокращая расстояние до минимума, и теперь между ними не было ни миллиметра.

- Почему ты не уходишь? - прошептал он, и в его голосе звучала почти мольба. - Я дал тебе шанс уйти.

- Потому что я не хочу, - ответила она, глядя ему в глаза. - Я устала убегать.

Он взял её лицо в свои ладони - осторожно, словно она была сделана из стекла, - и поцеловал. Медленно, нежно, чувствуя, как её дыхание касается его губ, как её сердце бьётся в унисон с его. Она ответила ему, прижимаясь всем телом, и в этом поцелуе не было ни гнева, ни страха. Только обещание.

Они сидели на скамейке у реки, глядя на тёмную, неподвижную воду. Адам держал её за руку, переплетая пальцы, и его большой палец медленно поглаживал её ладонь. Тишина между ними была тёплой, наполненной тем, что не требовало слов.

- Ты часто гуляешь по ночному городу? - спросила она, нарушая тишину.

Адам усмехнулся - коротко, без горечи.

- Я не гуляю, Амаранта. Я преследую, планирую или убиваю. Гулять - это для обычных людей.

- Тогда почему ты сейчас гуляешь?

Он посмотрел на неё, и в его взгляде появилось что-то тёплое, почти уязвимое, что он никогда не позволял себе показывать.

- Потому что ты сделала меня обычным человеком, - сказал он, и голос его дрогнул. - Хотя бы на одну ночь.

Она улыбнулась и коснулась его щеки - легко, как касание крыла.

- Это плохо?

- Не знаю, - ответил он, и в голосе его прозвучала честная, непривычная растерянность. - Я никогда не был обычным. И я не знаю, как это - просто быть человеком.

- Тогда я покажу тебе, - сказала она.

Она взяла его за руку и повела дальше, вглубь ночного города, в его пульсирующее, живое нутро. Он шёл за ней, чувствуя, как её пальцы сжимают его ладонь, и впервые за долгие годы ему не нужно было ничего контролировать. Они остановились у самого края воды, у старого причала, где фонари почти не горели. Адам смотрел на неё, пытаясь понять, что она чувствует. Она была рядом. Она была реальной.

- Расскажи мне о себе, - сказал он. - О том, что было до того, как ты появилась в моём клубе.

Амаранта помедлила. Она знала, что должна быть осторожной, но часть её - та, которую она прятала глубже всего, - хотела открыться ему.

- Я выросла в интернате, - сказала она, и голос её стал глуше. - Сбежала оттуда в семнадцать. Жила на улицах, ночевала в подвалах и на вокзалах. Потом научилась выживать. Я не хочу говорить о прошлом, Адам. Я хочу говорить о настоящем.

- О чём?

- О нас, - ответила она.

Он притянул её к себе и поцеловал. Медленно, глубоко, вкладывая в этот поцелуй всё, что не мог выразить словами.

**Квартира Амаранты.**

Дверь за ними захлопнулась, и они оказались в тесной прихожей, где пахло сухими травами и старой древесиной. Он прижал её к себе, заглядывая в глаза, и в его взгляде горел тот самый дикий, голодный огонь, который она видела в клубе. Только теперь он не скрывал его. Он смотрел на неё так, будто хотел разорвать её на части и собрать заново.

- Ты уверена? - спросил он, и его голос был хриплым, почти звериным.

- Я уверена, - ответила она, обхватывая его лицо руками. - Я устала быть тенью, Адам. Я хочу быть живой. С тобой.

Адам неожиданно отпустил её, создавая дистанцию, и она замерла, глядя на него с недоумением и тревогой.

- Адам? - спросила она, и в её голосе прозвучало сомнение.

Он молчал. Он просто смотрел на неё - жадно, голодно, изучая каждую линию её лица, каждый изгиб её тела. Его дыхание было тяжёлым, но он не двигался. Он сдерживал себя с усилием, которое почти физически ощущалось в воздухе между ними.

- Ты сказала, что устала быть тенью, - сказал он, и его голос был низким, почти опасным. - Но ты знаешь, что я могу предложить тебе только тьму?

- Я знаю, - ответила она без колебаний.

- Ты готова войти в неё?

- Я уже в ней, - сказала она. - Я ждала тебя.

Он рванул к ней. Не как хищник, который берёт добычу. Как человек, который тонет и хватается за последний шанс. Он схватил её за плечи, и его пальцы впились в её кожу, но он не целовал её. Он просто стоял, прижимаясь лбом к её лбу, и она слышала, как его дыхание сбивается, как его сердце бьётся о рёбра.

- Я хочу разорвать тебя на части, - прошептал он, и голос его сорвался. - Я хочу забыть всё, кроме тебя. Я хочу сойти с ума, и я хочу, чтобы ты была рядом, когда я падаю.

- Я здесь, - ответила она.

Она схватила его за воротник рубашки и рванула на себя. Пуговицы разлетелись в разные стороны, звякнув о паркет. Он усмехнулся - низко, дико, с вызовом.

- Ты с ума сошла?

- Ты сам сказал, что хочешь безумия, - ответила она, и в её голосе зазвенела сталь. - Получи его.

Она толкнула его в грудь, и он, не ожидая этого, сделал шаг назад. Ещё шаг. Она теснила его, не давая опомниться, пока он не упёрся спиной в стену. Она прижалась к нему всем телом и впилась губами в его шею - жёстко, жадно, оставляя багровые следы.

- Ты безумна, - прошептал он, и его голос сорвался на стон.

- Я знаю, - ответила она, не останавливаясь.

Её руки скользнули по его груди, по животу, и она расстегнула его брюки одним движением. Он перехватил её запястье, останавливая, и его пальцы дрожали.

- Амаранта…

- Я хочу тебя, - сказала она, глядя ему в глаза. - И я не собираюсь ждать.

Он перехватил её за талию, резко разворачивая к себе спиной. Её руки упёрлись в холодную стену, а его тело прижалось к ней сзади, и она почувствовала его дыхание на своей шее - горячее, сбивчивое, обжигающее.

- Ты знаешь, чего я хочу? - прошептал он ей в ухо, и его голос был низким, хриплым, почти угрожающим.

- Чего? - выдохнула она.

- Я хочу, чтобы ты кричала так громко, чтобы соседи вызвали полицию, - сказал он, и его пальцы сжали её бёдра. - Я хочу, чтобы ты забыла своё имя. Я хочу, чтобы ты помнила только меня.

Он медленно провёл руками по её бёдрам, чувствуя ткань брюк под ладонями. Его пальцы нащупали пуговицу, и она услышала тихий щелчок - он расстегнул их одним движением. Ткань скользнула вниз, и она почувствовала, как его пальцы коснулись её голой, горячей кожи.

- Ты готова? - спросил он, и в его голосе звучала хриплая, первобытная потребность.

- Я никогда не была так готова, - ответила она.

Он вошёл в неё резко, и она закричала - от неожиданности, от боли, от наслаждения, смешанного в один оглушающий взрыв. Он прижал её к себе, не давая упасть, и его губы коснулись её уха.

- Ты моя, - прошептал он. - Слышишь? Ты моя.

Она не ответила. Она не могла. Всё, что она могла, - чувствовать. Его руки, его дыхание, его тело, вбивающее её в стену, в безумие, в небытие. Они двигались в ритме, который был безумным, быстрым, почти агрессивным. Никакой нежности. Только страсть. Только потребность друг в друге, которая сжигала всё на своём пути. Он развернул её к себе лицом и подхватил на руки, прижимая к стене, и она обвила его ногами. Он смотрел в её глаза, и в них было столько желания и боли, что она едва могла дышать.

- Ты убьёшь меня, - сказал он, и его голос сорвался.

- Тогда умри в моих руках, - ответила она, притягивая его к себе.

Он зарычал - низко, дико, - и впился в её губы поцелуем, который был одновременно поцелуем и укусом.

Они лежали на ковре посреди гостиной. Он сорвал со стола скатерть вместе с книгой и чашками, и они упали на пол, не обращая внимания на грохот. Вокруг них валялись осколки фарфора, разбросанные страницы книги, перевёрнутая ваза. Книга была раскрыта, её страницы скомкались под спиной Амаранты. Она лежала на спине, глядя в потолок, и пыталась отдышаться. Её тело дрожало мелкой, сухой дрожью. Адам лежал рядом, на боку, и смотрел на неё так, будто она была чудом, которое он не заслужил. Его пальцы медленно скользили по её плечу, касаясь кожи с неожиданной нежностью.

- Я никогда не думал, что такое возможно, - сказал он, и его голос был тихим, почти благоговейным.

- Что?

- Чувствовать себя живым, - ответил он. - Я думал, что я мёртвый внутри. Что я не способен на это.

Она повернула голову и посмотрела на него.

- И что теперь?

- Теперь я хочу, чтобы ты была рядом, - сказал он, и в его голосе звучала такая искренность, что у неё перехватило дыхание. - Всегда.

Она улыбнулась и протянула руку, касаясь его лица.

- Я рядом, - сказала она.

Он притянул её к себе, и она почувствовала, как его руки сжимают её плечи. Они лежали в тишине, слушая, как бьются их сердца в унисон. Её голова покоилась на его груди, и он гладил её по волосам, чувствуя, как её дыхание постепенно выравнивается.

Через некоторое время она приподнялась и оглядела разгром вокруг них.

- Ты разнёс мою гостиную, - сказала она, и в голосе её смешались смех и удивление.

Адам усмехнулся, садясь и оглядывая разбросанные осколки.

- Я куплю тебе новую посуду, - сказал он. - И новую книгу.

- Это был мой любимый чайный сервиз, - она подняла осколок чашки и покачала головой. - Ему было лет пятьдесят.

- Тогда я куплю тебе старый, - ответил он, и в его голосе не было шутки.

Она засмеялась - легко, искренне, и в этом смехе не было гнева. Только тепло.

**Квартира Амаранты. Утро.**

Амаранта проснулась от того, что солнце светило ей прямо в лицо. Она повернулась и увидела его - спящего рядом. Его лицо было спокойным, без той непроницаемой маски, которую он носил при людях. Он казался почти беззащитным - мальчишкой, который слишком рано научился быть взрослым. Она улыбнулась и коснулась его щеки.

- Ты красиво спишь, - прошептала она.

Адам открыл глаза - мгновенно, как хищник, - и улыбнулся ей в ответ.

- Я не сплю, - сказал он. - Я просто ждал, пока ты проснёшься.

- Лгун, - сказала она, улыбаясь.

Он притянул её к себе и поцеловал.

- Доброе утро, - прошептал он.

- Доброе утро, - ответила она.

Он провёл пальцами по её волосам и вздохнул. В его глазах появилась тень тревоги, которую она заметила сразу. Она знала этот взгляд - он появлялся, когда он думал о чём-то, что не мог контролировать.

- Что-то случилось? - спросила она.

Адам помедлил, глядя в потолок, на трещину, которую она никогда не замечала.

- Сегодня совет клана, - сказал он, и голос его стал глуше. - Мой отец собирает всех. Доминик ведёт себя странно. Я чувствую, что что-то не так.

Амаранта замерла. Она знала, что было не так. Она знала о Доминике. Но она не могла сказать ему сейчас. Не после этой ночи, когда они стали друг для друга чем-то большим, чем просто союзниками.

- Ты боишься его? - спросила она.

- Я не боюсь его, - ответил Адам. - Я боюсь того, что он может сделать, если я не остановлю его.

- Что ты имеешь в виду?

Он повернулся к ней и посмотрел в глаза. В его взгляде была такая тяжесть, что у неё сжалось сердце.

- Я не знаю, что он задумал, - сказал он. - Но я чувствую, что это опасно. Для меня. Для клана. Для тебя.

Амаранта сжала его руку - крепко, отчаянно.

- Ты справишься, - сказала она. - Ты сильнее, чем он.

- Ты так думаешь?

- Я знаю, - ответила она. - Я видела тебя. Ты - не просто наследник клана. Ты - человек, который способен на большее.

Адам улыбнулся и поцеловал её - коротко, благодарно.

- Ты единственная, кто видит меня таким, - сказал он.

- Я единственная, кто знает тебя настоящего, - ответила она.

Он поднялся и начал одеваться. Она смотрела на него и чувствовала, как внутри неё закипает тревога - липкая, холодная, невыносимая. Он уходил в опасный мир. Она знала, что ему угрожает. Она знала, что должна сказать ему правду. Но она не могла.

У двери он остановился и повернулся к ней. Он смотрел на неё так, будто хотел запомнить каждую чёрточку её лица. Она видела, как он сжал челюсть, как его пальцы сжались в кулак - он что-то хотел сказать, но сдерживался. Он подошёл к ней, взял её лицо в свои руки и поцеловал. Долго. Медленно. Вкладывая в этот поцелуй всё, что не мог выразить словами. Когда он оторвался, его голос был хриплым, почти сломанным.

- Я вернусь, - сказал он. - Жди меня.

- Я буду ждать, - ответила она.

Он ушёл, и она осталась одна в тишине своей квартиры - в тишине, которая вдруг стала оглушающей.

**Квартира Амаранты. Час спустя.**

Амаранта сидела на полу, обхватив колени руками, и смотрела в одну точку на стене. Она знала, что должна была сказать ему правду. Она знала, что Доминик планирует предательство. Она знала, что Марчелло ждёт своего часа, как паук в центре паутины. Но она не сказала ему ничего.

Она взяла телефон и набрала сообщение Марку:

«Он ушёл на совет клана. Я ничего ему не сказала».

Через минуту пришёл ответ:

«Ты должна была сказать ему. Теперь будет поздно».

«Я знаю. Но я не могла».

«Ты влюбилась в него, Амаранта. Это сделало тебя слабой».

«Нет. Это сделало меня сильной».

Она отложила телефон и закрыла глаза. Она знала, что должна действовать. Она должна была защитить его. Даже если для этого ей придётся раскрыть свою тайну - и потерять его навсегда.

Она поднялась и подошла к столу. Открыла ящик и достала папку с доказательствами. Фотографии, переписка, записи. Всё, что она собрала за последние недели кропотливой, опасной работы. Она смотрела на папку и чувствовала, как тяжесть ложится на плечи - тяжесть выбора, от которого зависела не только его жизнь, но и её собственная.

- Ты должна была сказать ему всё, - прошептала она в тишину комнаты. - Ты должна была сказать ему правду.

Она сжала папку сильнее. Она знала, что должна действовать. Она должна была защитить его. Даже если для этого ей придётся сжечь всё, что было между ними.

Телефон на столе завибрировал. Она взяла его и увидела сообщение от Марка:

«Ты ещё не ушла? Времени почти нет».

«Я собираюсь», - ответила она.

«Он тебе поверит?»

«Он должен».

Она положила телефон в карман, взяла папку и направилась к двери. Её шаги были твёрдыми, но сердце колотилось так, что, казалось, разорвёт грудную клетку. Она знала, что переступает черту - ту самую, за которой не будет пути назад. Но она не могла остановиться. Не сейчас. Не когда его жизнь висела на волоске.

**ГЛАВА 4**

**Особняк Коршунов.**

Большой зал особняка был залит холодным светом, проникающим сквозь высокие окна. Длинный дубовый стол, за которым собирался клан, ломился от бумаг и папок. Здесь решались судьбы, заключались сделки, выносились приговоры. Адриан сидел во главе стола - седой, с жёстким лицом, привыкшим повелевать. Его холодные глаза сканировали присутствующих, не упуская ни одной детали. Он был главой клана «Коршуны» уже тридцать лет, и никто не смел оспаривать его власть.

Адам сидел по правую руку от отца - место наследника. Он чувствовал, как внутри него закипает напряжение. Совет клана только начался, но он уже знал, что этот день изменит всё. Вдоль стола расположились старшие клана и советники - суровые мужчины с тяжёлыми взглядами, привыкшие решать вопросы силой и деньгами. В воздухе висела тяжесть, которую можно было резать ножом. Доминик сидел слева от отца, и его лицо было напряжённым. Он постоянно проверял телефон под столом, не глядя на Адама. Это не укрылось от его взгляда.

- Перейдём к главному, - сказал Адриан, открывая папку. - Поставки из порта снова задержаны. Марчелло перехватил три партии за последние две недели.

Адам сжал челюсть. Он знал, кто. Но он не мог сказать это без доказательств. Слова Амаранты всё ещё звучали в его голове: «Посмотри на своего брата. На его звонки. На его встречи».

- У меня есть информация, - сказал Адам, и его голос прозвучал твёрже, чем он ожидал. - Кто-то из наших работает на Марчелло.

В зале повисла тишина.

- Ты обвиняешь кого-то конкретного? - спросил Адриан, и его голос стал холодным.

- Не без доказательств, - ответил Адам, глядя на брата. - Но я знаю, что предатель среди нас. И я найду его.

Доминик поднял глаза. В них мелькнула паника, но он быстро взял себя в руки.

- Это серьёзное обвинение, брат, - сказал он. - Ты уверен, что не ошибаешься?

- Я никогда не ошибаюсь, - ответил Адам.

**Особняк Коршунов. Ворота.**

Амаранта стояла перед массивными воротами особняка, сжимая в руках папку с доказательствами. Двое охранников с автоматами преградили ей путь. Сердце колотилось о рёбра, но она не позволила себе показать страх.

- Стой. Кто такая? - рявкнул один из них.

- Я должна увидеть Адама, - сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - У меня информация о Марчелло. Срочная. Меня зовут Амаранта.

Охранник нахмурился, изучая её взглядом. Затем поднёс рацию к губам:

- Сэр, здесь девушка. Говорит, у неё информация о Марчелло. Назвалась Амарантой.

В динамике раздался голос Майкла:

- Я знаю её. Пропустите.

Охранник открыл ворота, и Амаранта вошла на территорию. Через минуту из дверей особняка вышел Майкл. Он выглядел озабоченным, но не удивлённым - он уже знал, что рано или поздно она появится.

- Следуйте за мной, - сказал он, поворачиваясь к двери. - Босс не знает, что вы здесь. Но он должен узнать.

Она пошла за ним, чувствуя на себе взгляды охранников. Они прошли через огромный холл с мраморными колоннами, мимо тяжёлых портьер и старинных картин.

- Что вы задумали, Амаранта? - спросил Майкл, не оборачиваясь.

- Я иду спасать вашего босса, - ответила она.

Майкл усмехнулся, но в его усмешке не было веселья.

- Он не будет рад.

- Я знаю.

Они остановились у массивных дверей, за которыми слышались голоса. Майкл повернулся к ней.

- Дальше вы сами, - сказал он. - Удачи.

Она кивнула и, глубоко вдохнув, толкнула дверь.

** Зал совета.**

Дверь распахнулась, и все взгляды устремились к ней. В зале было тихо. Адриан сидел во главе стола, его лицо было каменным. Старшие клана замерли, сжимая в руках бокалы или папки. Адам вскочил с места, его глаза расширились от шока.

- Что ты здесь делаешь?! - вырвалось у него.

Амаранта шагнула вперёд, не опуская глаз. Она чувствовала на себе десятки взглядов, но не отступила.

- Я пришла, чтобы спасти тебя, - сказала она, глядя ему прямо в глаза. - Я знаю, кто предаёт твой клан.

Она подошла к столу и положила папку перед Адрианом.

- Здесь доказательства, - сказала она, глядя прямо в глаза главе клана. - Ваш младший сын Доминик продаёт секреты Марчелло уже несколько месяцев.

Доминик вскочил с места, его лицо побледнело.

- Это ложь! - закричал он, стукнув кулаком по столу. - Она подставила меня! Она шпионка!

Адриан поднял руку, заставляя его замолчать. Он открыл папку и начал просматривать документы. Его лицо становилось всё холоднее с каждой секундой. Фотографии Доминика с людьми Марчелло на парковке. Скриншоты переписки с обсуждением поставок. Записи встреч в закрытых ресторанах.

- Это не то, что вы думаете, - сказал Доминик, и его голос дрожал. - Она всё подстроила. Она хочет уничтожить нас!

- Это ты хочешь уничтожить нас, - резко ответил Адам. - Ты продал нашу семью, Доминик.

- Я не продавал! - закричал Доминик. - Она! Это она!

Адриан медленно поднял глаза на младшего сына. В его взгляде была такая боль и холод одновременно, что Доминик замер.

- Это твои фотографии, - сказал Адриан, и его голос был тихим, почти безжизненным. - Твоя переписка. Твои встречи. Ты думал, я не узнаю собственного сына на этих снимках?

Доминик опустил голову. Его плечи поникли.

- Отец… я не хотел… Он угрожал мне…

- Кто? Марчелло?

- Он сказал, что если я не помогу ему, он убьёт меня, - прошептал Доминик, и его голос сорвался. - Он угрожал убить всех нас. Я не знал, что делать. Я боялся…

Адам смотрел на брата, и внутри него смешивались гнев и боль. Доминик был его братом. Они росли вместе. И теперь он стоял здесь, признаваясь в предательстве.

- Ты должен был прийти ко мне, - сказал Адам, и его голос дрогнул. - Ты должен был сказать мне. Мы бы справились вместе.

- Я не мог, - ответил Доминик, поднимая голову. - Ты бы не понял. Ты всегда был сильнее. Ты всегда был тем, кого отец любил больше.

Адам сжал кулаки.

- Это неправда. Отец никогда не выбирал между нами.

- Он выбрал, - сказал Доминик, и в его голосе появилась горечь. - Он всегда выбирал тебя.

Адриан медленно поднялся. Его лицо было каменным.

- Доминик, - сказал он, и его голос дрожал от сдерживаемой ярости, - ты изгнан из клана. Ты больше не член этой семьи.

Доминик упал на колени.

- Отец, нет! - закричал он. - Я умоляю тебя! Я твой сын!

- Ты перестал быть моим сыном, когда продал нас Марчелло, - ответил Адриан, отворачиваясь.

Двое охранников подхватили Доминика под руки и вывели из зала. Его крики эхом разносились по коридорам, пока не затихли вдали. В зале повисла тишина. Адам стоял, сжимая кулаки, и чувствовал, как внутри него бушует буря. Доминик был его братом. Его кровью. И он предал его.

Адриан повернулся к Амаранте. Его взгляд был холодным, оценивающим.

- Ты рисковала своей жизнью, чтобы прийти сюда, - сказал он. - Почему?

Амаранта встретила его взгляд, не опуская глаз.

- Потому что я не хотела, чтобы он пострадал, - ответила она, глядя на Адама. - Он заслуживает знать правду.

Адриан долго смотрел на неё, затем перевёл взгляд на сына.

- Она храбрая, - сказал он. - Это редкое качество.

Адам подошёл к Амаранте. Он смотрел на отца, и его голос был спокойным, но твёрдым.

- Я доверяю ей, - сказал он. - Этого достаточно.

Адриан кивнул, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на уважение.

- Забирай её, - сказал он. - И дай нам время.

**Особняк. Комната Адама.**

Дверь за ними закрылась. Адам прислонился к стене и закрыл глаза. Его дыхание было тяжёлым, плечи напряжены. Амаранта стояла рядом, чувствуя, как его рука всё ещё сжимает её ладонь.

- Ты знала, - сказал он, открывая глаза. - Ты знала, и ты молчала.

- Я не могла сказать тебе, - ответила она. - Не тогда. Не раньше.

- Почему?

- Потому что я боялась, что ты не поверишь мне, - сказала она. - Я боялась, что ты увидишь во мне только врага.

Адам смотрел на неё, и в его глазах смешивались гнев и благодарность.

- Ты рисковала своей жизнью, - сказал он. - Ты могла умереть.

- Я знаю, - ответила она.

- Почему?

Она подошла к нему и коснулась его лица.

- Потому что я не могу позволить тебе умереть, - сказала она. - Ты нужен мне.

Он притянул её к себе и поцеловал. В этом поцелуе было всё - боль, страх, надежда, любовь, которую они оба боялись признать.

**Особняк. Кабинет Адриана.**

Адриан сидел за массивным столом, перебирая документы. Его лицо было напряжённым. Лоренцо стоял у камина, глядя на огонь.

- Ты сделал правильный выбор, - сказал Лоренцо. - Доминик предал нас.

- Я знаю, - ответил Адриан. - Но он был моим сыном.

- Он перестал быть твоим сыном в тот момент, когда продал нас Марчелло, - резко ответил Лоренцо. - Ты должен думать о клане.

- Я думаю о будущем, - сказал Адриан, поднимая глаза. - Адам теперь один.

- Он не один, - сказал Лоренцо. - У него есть эта девушка. Она пришла сюда, чтобы спасти его. Это что-то значит.

Адриан усмехнулся, но в его усмешке не было веселья.

- Ты думаешь, она не предаст его? Все предают.

- Я думаю, она отличается, - ответил Лоренцо. - Ты видел её глаза. Она не боится. Она не играет. Она любит его.

Адриан долго молчал, глядя на брата. Затем он медленно поднялся из-за стола и подошёл к окну.

- Посмотрим, - сказал он. - Время покажет.

**Особняк. Сад.**

Адам и Амаранта стояли у фонтана в саду, глядя на застывшую воду. Вокруг них было тихо - только шум ветра в деревьях и далёкое пение птиц.

- Я не знаю, что делать дальше, - сказал Адам. - Мой брат предал меня. Моя семья разрушена.

- Твоя семья не разрушена, - ответила она. - Твой отец сделал то, что должен был сделать.

- Я должен был остановить его раньше.

- Ты не мог, - сказала она. - Ты не знал.

Он повернулся к ней, и в его глазах была боль.

- Ты знала, - сказал он. - Ты знала, и ты молчала.

Амаранта шагнула к нему.

- Я пыталась защитить тебя, - ответила она. - Я лгала, чтобы спасти тебя. И я сделала бы это снова.

Адам смотрел на неё, и внутри него боролись гнев и любовь.

- Ты не должна была лгать мне, - сказал он.

- Ты бы не поверил мне, - ответила она. - Ты должен был увидеть доказательства сам.

Он молчал, глядя на неё. Затем он взял её лицо в свои руки.

- Ты права, - сказал он. - Я бы не поверил тебе. Но теперь я верю.

Он поцеловал её, и в этом поцелуе было прощение.

**Квартира Амаранты.**

Она сидела в кресле поджав ноги и смотрела в одну точку. Всё, что произошло сегодня, казалось сном. Доминик изгнан. Марчелло ждёт. Адам знает правду.

Телефон на столе завибрировал. Она взяла его и увидела сообщение от незнакомого номера:

«Ты сделала свой выбор. Теперь ты часть этой войны. Будь осторожна, Амаранта».

Она сжала телефон в руке, чувствуя, как внутри разливается холод.

**ГЛАВА 5**

**Квартира Амаранты. Утро.**

Амаранта стояла у окна, глядя на город, который только просыпался. Она не спала почти всю ночь - мысли о Доминике, о Марчелло, о том, что произошло в особняке, не давали ей покоя. «Ты сделала свой выбор. Теперь ты часть этой войны». Она сжала телефон в руке, чувствуя, как внутри неё разливается холод. Кто-то следил за ней. Кто-то знал, что она сделала.

Телефон завибрировал. Сообщение от Марка:

«Ты в порядке?»

«Я в порядке», - ответила она.

«Ты сделала это».

«Я сделала то, что должна была».

«Марчелло теперь знает, что ты работаешь против него. Будь осторожна».

Она отложила телефон и закрыла глаза. Она знала, что Марк прав. Марчелло не простит ей того, что она сделала.

**Клуб «Коршуны». Кабинет Адама.**

Адам сидел за столом. Он не спал всю ночь - мысли о Доминике, о предательстве, о ней не давали ему покоя. Майкл стоял напротив, держа в руках планшет.

- Босс, я сделал всё, как вы просили, - сказал он. - Я следил за Домиником и за ней.

- И что ты узнал? - спросил Адам, поднимая глаза.

- Доминик встречался с Марчелло трижды за последний месяц, - сказал Майкл. - Передавал ему информацию о поставках, о перемещениях клана. Всё это подтверждается записями камер и показаниями

Адам сжал челюсть. Он знал это, но слышать подтверждение было больно.

- А она? - спросил он. - Что ты узнал о ней?

Майкл помедлил.

- Амаранта Винтер - не просто сборщица информации, - сказал он. - Она работает на себя, но у неё есть напарник. Марк. Он тоже работает в тени. Они - команда.

Адам нахмурился.

- Марк? Кто он?

- Он спас её несколько лет назад, когда она жила на улице, - сказал Майкл. - Он научил её всему, что она умеет.

Адам почувствовал укол ревности, но быстро подавил его.

- Что ещё?

- Я не нашёл ни одной связи с Марчелло, - сказал Майкл. - Она действительно работала против него. Она собирала информацию о нём, чтобы передать её вам. Она не враг, босс. Она - союзник.

Адам медленно поднялся из-за стола и подошёл к окну.

- Она знает, что ты следил за ней? - спросил он.

- Нет, - ответил Майкл. - Она не знает.

Адам молчал, глядя на город.

- Хорошо, - сказал он. - Продолжай следить. Но осторожно. Она не должна знать.

**Квартира Амаранты.**

Амаранта ходила по комнате из угла в угол, сжимая в руках телефон. Она знала, что должна сказать Адаму правду. Он должен знать, кто она на самом деле. Но слова застревали в горле, а сердце колотилось так сильно, что заглушало мысли. Телефон на столе завибрировал. Сообщение от Адама:

«Я хочу видеть тебя. Сегодня. В клубе».

Она посмотрела на экран и почувствовала, как сердце забилось быстрее.

Она набрала ответ: «Я буду».

**Клуб «Коршуны». Вечер.**

Амаранта вошла в клуб, но вместо того чтобы идти в зал, она направилась прямо к лестнице, ведущей в его кабинет. Майкл ждал её у входа и молча кивнул, пропуская. Она поднялась и толкнула дверь. Адам стоял у окна, спиной к ней, глядя на ночной город. Он не сидел, не ждал её за столом. Он стоял, и это было непривычно.

- Ты хотел меня видеть, - сказала она.

- Я хочу знать правду, - ответил он, глядя ей прямо в глаза. - Всю правду. Кто ты на самом деле?

Амаранта помедлила. Она знала, что этот момент настанет. Она готовилась к нему, но сейчас, глядя в его глаза, она чувствовала страх.

- Меня зовут Амаранта Винтер, - сказала она. - Я родилась на севере, выросла в интернате. Сбежала оттуда в семнадцать. Жила на улицах, пока не встретила Марка. Он научил меня выживать, стрелять, драться, читать людей.

Она перевела дыхание.

- Я работаю в тени, Адам. Я собираю информацию о кланах, о войнах, о предательствах. Я продаю её тем, кому она нужна. Но я никогда не работала на Марчелло. Я следила за ним, потому что он был угрозой. Для тебя. Для всего клана.

Адам смотрел на неё, и его лицо оставалось непроницаемым.

- Ты говорила, что у тебя есть доказательства против Доминика, - сказал он. - Но ты не сказала мне, кто ты на самом деле. Почему?

- Потому что я боялась, - честно ответила она. - Я боялась, что если ты узнаешь правду, ты отвернёшься от меня. Ты увидишь во мне только шпионку. Только врага.

- Ты не враг, - сказал он. - Ты спасла меня. Ты рисковала своей жизнью, чтобы спасти мой клан.

- Я сделала это не ради клана, - сказала она. - Я сделала это ради тебя.

Адам смотрел на неё, и внутри него боролись гнев и благодарность. Она лгала ему. Она скрывала правду. Но она же спасла его.

- Ты должна была сказать мне раньше, - сказал он.

- Я знаю, - ответила она.

- Я не отвернусь от тебя, - сказал он. - Ты спасла меня. Ты доказала, что я могу тебе верить.

Она улыбнулась, и в этой улыбке было облегчение.

- Спасибо, - прошептала она.

**Ночь. Улицы города. 23:00.**

Амаранта шла по пустынной улице, чувствуя, как холодный ветер касается её лица. Вокруг было тихо - только ветер шелестел листьями да редкие машины проезжали мимо. Она услышала шаги за спиной. Сначала она подумала, что ей показалось. Но шаги стали ближе. Она ускорила шаг, сердце забилось быстрее. Она резко обернулась. Перед ней стоял мужчина. Высокий, широкоплечий, в чёрном. Его лицо было скрыто капюшоном, но она видела, как он улыбается - холодно, хищно.

- Амаранта Винтер, - сказал он, и его голос был низким, почти мурлыкающим. - Мы искали тебя.

Она попятилась, чувствуя, как страх сжимает горло.

- Кто ты? - спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

- Я тот, кто должен доставить тебя к Марчелло, - ответил он, делая шаг вперёд. - Живой или мёртвой - ему всё равно.

Она развернулась и бросилась бежать. Но он оказался быстрее - он схватил её за волосы и дёрнул назад, так что она вскрикнула от боли. Он прижал её к себе, и она почувствовала холод металла у своего горла - нож.

- Не двигайся, - прошептал он ей на ухо. - Или я перережу тебе горло прямо здесь.

Она замерла, чувствуя, как его дыхание касается её щеки. Её сердце колотилось так сильно, что заглушало все звуки. Она пыталась придумать, как вырваться, но его рука сжимала её так крепко, что она не могла пошевелиться.

- Ты думала, что сможешь играть против нас и остаться в живых? - прошипел он. - Ты ошибалась.

Внезапно раздался выстрел. Громкий, резкий, он разорвал тишину ночи. Она почувствовала, как его тело дёрнулось, как его рука разжалась, и он упал на колени, а затем рухнул лицом вниз на асфальт. Нож со звоном упал на землю рядом с ним. Амаранта отшатнулась, едва не упав. Её дыхание было сбивчивым, она пыталась сообразить, что произошло. Она смотрела на тело, лежащее в луже крови, и не могла поверить, что это реально. Ещё секунда - и она была бы мертва. Из тени вышел Марк. В руках он держал пистолет, направленный на поверженного врага.

- Ты в порядке? - спросил он, подходя к ней. Его голос был спокойным, но она видела, как дрожит его рука.

- Я… да, - выдохнула она, чувствуя, как ноги подкашиваются. - Я в порядке.

Она сделала шаг вперёд, но её ноги дрожали, и она чуть не упала. Марк подхватил её под руку.

- Я предупреждал тебя, - сказал он, оглядываясь на тело. - Я говорил, что это опасно.

- Я знаю, - ответила она, пытаясь отдышаться. - Но я не могу остановиться.

Она посмотрела на тело, и её желудок сжался.

- Он мёртв?

- Да, - ответил Марк. - Я не оставляю свидетелей.

Она закрыла глаза, пытаясь унять дрожь.

- Нам нужно уходить, - сказал он, убирая пистолет. - Скоро здесь будут другие.

**Квартира Адама. 01:00.**

Адам сидел на краю кровати в своей квартире, сжимая в руках телефон. Он только что получил сообщение от Амаранты:

«На меня напали. Я в порядке. Марк спас меня».

Он сжал телефон в руке, чувствуя, как внутри него закипает ярость. Марчелло перешёл черту. Он тронул её. Он тронул то, что принадлежит ему. Он набрал номер Майкла.

- Майкл, - сказал он, и его голос был ледяным. - Найди мне всё о Марчелло. Где он, кто с ним, что он планирует. Я хочу знать всё.

- Босс, что случилось?

- Он тронул её, - сказал Адам. - Он тронул то, что принадлежит мне. И он заплатит за это.

Он сбросил вызов и уставился в стену. В его груди клокотала ярость - холодная, ледяная ярость, которую он не чувствовал уже много лет. Он поднялся и подошёл к окну, глядя на ночной город. Где-то там, среди этих огней, была она. Он должен был защитить её. Он не мог позволить Марчелло причинить ей боль.

**ГЛАВА 6**

**Квартира Амаранты. Утро.**

Амаранта резко проснулась. Она села на кровати и почувствовала, как ноющая боль в плече напомнила о вчерашнем нападении. Она посмотрела на синяк, оставшийся от пальцев того человека, и содрогнулась. Ещё немного - и она была бы мертва.

Телефон на тумбочке завибрировал. Сообщение от Адама:

«Я знаю, что ты хочешь выйти. Но не делай этого. Я приеду через час».

Она усмехнулась. Он запрещал ей выходить, но она знала, что не сможет сидеть на месте.

Она набрала ответ: «Я не могу сидеть и ждать».

«Я знаю. Поэтому я приеду к тебе. Жди».

Она отложила телефон и подошла к окну. Город просыпался. Где-то там Марчелло готовил новый удар. И она знала, что он не остановится.

Примерно через полчаса в дверь постучали. Амаранта открыла и увидела Адама. Он выглядел уставшим - под глазами залегли тени, на лице - напряжение. Он вошёл, не говоря ни слова, и притянул её к себе.

- Ты в порядке? - спросил он, обнимая её.

- Я в порядке, - ответила она, чувствуя, как его руки сжимают её. - Ты волновался?

- Я не спал всю ночь, - сказал он, отстраняясь. - Я думал о том, что мог потерять тебя.

- Но не потерял, - сказала она, касаясь его лица. - Я здесь.

Он взял её лицо в свои руки и поцеловал - долго, глубоко, с такой благодарностью, что у неё сжалось сердце.

- Я не позволю ему тронуть тебя, - сказал он. - Никогда.

Она не ответила. Вместо этого она потянула его за воротник рубашки, притягивая к себе для нового поцелуя. Он ответил на него с жадностью, и его руки скользнули по её спине, прижимая ближе. Она сделала шаг назад, увлекая его за собой. Ещё шаг. Он послушно двинулся за ней, не разрывая поцелуя. Ещё шаг - она упёрлась спиной в дверной косяк спальни и на мгновение замерла, глядя на него. Она посмотрела в его глаза, и в них не было сомнения. Только вызов. Она взяла его за руку и вошла в спальню.

Он шёл за ней, не сопротивляясь, чувствуя, как его дыхание становится глубже, как кровь начинает быстрее бежать по венам. Она остановилась у кровати и повернулась к нему. Её руки скользнули по его груди, расстёгивая пуговицы его рубашки - одну, вторую, третью. Ткань разошлась, и она коснулась пальцами обнажённой кожи, чувствуя, как его мышцы напрягаются под её прикосновениями. Она толкнула его на кровать, и он упал на спину, глядя на неё снизу вверх. В его глазах горел тот самый огонь - дикий, голодный, неконтролируемый.

- Ты с ума сошла? - спросил он, но в голосе не было протеста.

- Ты говорил, что не спал всю ночь, - сказала она, нависая над ним. - Я хочу, чтобы ты забыл обо всём. О войне. О Марчелло. О клане. Только я. Только мы.

Он притянул её к себе и перевернул, нависая сверху. Его руки скользнули по её бёдрам, сжимая их, притягивая ближе. Она почувствовала, как его дыхание касается её губ.

- Ты сводишь меня с ума, - прошептал он. - Ты единственная, кто может заставить меня забыть, кто я есть.

- Тогда забудь, - ответила она, касаясь его лица. - Забудь всё. Будь просто мужчиной, который хочет женщину.

Он не ответил. Вместо этого он накрыл её губы своими - жадно, безрассудно, будто хотел выпить её до дна. Его руки сжали её бёдра так сильно, что она вскрикнула ему в рот, и этот звук, казалось, подстегнул его ещё сильнее. Он не давал ей дышать, не давал ей думать - только чувствовать. Его пальцы скользнули по её шее, по ключицам, срывая ткань топа, обнажая кожу. Она вцепилась в его плечи, царапая кожу, и он зарычал в ответ - низко, зверино. Он оторвался от её губ только для того, чтобы впиться в её шею, оставляя жгучие следы. Она запрокинула голову, позволяя ему делать всё, что он хочет, чувствуя, как её тело отвечает на каждое его прикосновение.

- Адам… - выдохнула она.

Она потянула его за шею, прижимая к себе, и почувствовала, как его руки скользят по её бёдрам, сжимая их, притягивая ближе. Губы Адама скользнули по её шее, оставляя дорожку из поцелуев, которые жгли кожу. Она выгнулась навстречу, позволяя ему делать всё, что он хочет. Он стянул с неё остатки одежды, и она осталась обнажённой перед ним. Он замер на мгновение, глядя на неё, и в его глазах было столько желания, что у неё перехватило дыхание.

- Я смотрел на тебя тысячу раз, - сказал он, и его голос был низким, почти благоговейным. - И каждый раз ты заставляешь меня забыть, как дышать.

Она улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло.

- Тогда не дыши, - прошептала она. - Просто чувствуй.

Он наклонился и поцеловал её грудь, её живот, опускаясь всё ниже. Она запрокинула голову, цепляясь пальцами в его волосы, и позволила себе забыть обо всём, кроме него. Язык Адама скользил по её коже, и она чувствовала, как её тело отвечает на каждое его прикосновение.

- Адам… - прошептала она, и её голос сорвался.

Он поднялся и навис над ней, и его глаза горели. Он вошёл в неё медленно, чувствуя, как её тело принимает его. Она выгнулась навстречу, обхватив его ногами, и он почувствовал, как её пальцы впиваются в его плечи. Они быстро, почти агрессивно. Каждое движение было наполнено животной страстью, голодом, желанием уничтожить друг друга в этом безумном танце.

Он ускорился, чувствуя, как она приближается к краю. Она впилась пальцами в его спину, оставляя следы, и он зарычал - низко, зверино, наполняя тишину этим звуком, от которого у неё внутри всё переворачивалось.

- Ты моя, - прошептал он ей в самое ухо, и его голос был хриплым, почти умоляющим. - Только моя. Никогда не забывай этого.

Она не ответила. Она не могла. Волна накрыла её, и она закричала, впиваясь пальцами в его плечи. Он последовал за ней, чувствуя, как его тело содрогается в унисон с её, как их дыхание смешивается, как они оба теряются в этом безумии.

Они лежали на сбитых простынях, тяжело дыша. Её голова покоилась на его груди, и он чувствовал, как её дыхание касается его кожи. Солнечный свет пробивался сквозь неплотно зашторенное окно, очерчивая их силуэты тёплым золотом. Вокруг них царила тишина - только их сердца бились в унисон да где-то за окном шумел город.

- Ты в порядке? - спросил он.

- Я в порядке, - ответила она. - А ты?

- Я в порядке, - сказал он. - Теперь, когда ты рядом.

Она улыбнулась и поцеловала его в грудь. Но в его глазах она заметила тень тревоги.

- Что случилось? - спросила она.

Адам помедлил.

- Я знаю, где Марчелло, - сказал он. - Майкл выследил его. Он прячется на старом складе у восточного порта.

Она села на кровати, глядя на него.

- Ты хочешь сказать, что идёшь к нему?

- Я иду убить его, - сказал он, и его голос стал холодным. - Он тронул тебя. Он угрожал тебе. Я не могу позволить ему жить.

- Адам, это безумие, - сказала она, чувствуя, как внутри неё закипает тревога. - Он ждёт тебя. Это ловушка.

- Я знаю, - ответил он. - Но я не могу ждать. Если я дам ему время, он нанесёт новый удар. И тогда он не остановится ни перед чем.

Она взяла его лицо в свои руки.

- Если ты идёшь, я иду с тобой.

Он посмотрел на неё, и в его глазах вспыхнула сталь.

- Нет, - сказал он. - Ты останешься здесь.

- Адам…

- Я сказал нет, - перебил он, и его голос стал жёстким. - Ты не идёшь. Это не обсуждается.

- Я не позволю тебе идти одному.

- Ты не позволишь? - он усмехнулся, но в усмешке не было веселья. - Я не спрашиваю твоего разрешения, Амаранта. Я принимаю решение. И моё решение - ты остаёшься здесь.

- Ты не можешь просто запереть меня здесь!

- Могу, - сказал он, и его голос стал низким, почти опасным. - Я могу сделать так, чтобы ты не вышла из этой квартиры до моего возвращения. И я сделаю это, если ты заставишь меня.

Она смотрела на него, и её дыхание участилось. Она видела, что он не шутит. Он был готов поставить охрану у её двери.

- Ты не имеешь права…

- Я имею право, - сказал он, и его голос дрогнул. - Я не могу потерять тебя. Я не переживу этого.

Она замолчала. Его слова ударили в неё сильнее, чем любой приказ.

- Я не хочу сидеть и ждать, - тихо сказала она.

- Я знаю, - ответил он, подходя к ней. - Но ты должна довериться мне. Я вернусь. Я обещаю.

Она посмотрела в его глаза и увидела в них страх. Не перед Марчелло. Перед тем, что он может потерять её.

- Ты обещаешь? - спросила она.

- Обещаю, - сказал он.

Она притянула его к себе и поцеловала - отчаянно, почти грубо, вкладывая в этот поцелуй всю свою тревогу.

- Тогда возвращайся, - прошептала она. - Если ты не вернёшься, я найду тебя даже в аду.

Он усмехнулся, и в его глазах появилась искорка.

- Тогда мне придётся вернуться.

**Клуб «Коршуны». Кабинет Адама.**

Адам стоял у окна, сжимая в руках пистолет. За его спиной собрались лучшие бойцы клана готовые идти за ним в огонь и воду.

Майкл подошёл к нему.

- Босс, мы готовы. Марчелло на складе. У него около двенадцати человек охраны.

- Двенадцать, - повторил Адам, и его голос был ледяным. - Это немного.

- Он не ждёт нас, - сказал Майкл. - Он думает, что мы не знаем, где он.

Адам кивнул и обвёл взглядом людей. Двадцать восемь. Он знал каждого по имени. Знал, кто как дышит перед боем, кто как стреляет, кто как умирает.

Его взгляд задержался на Сергее - молодом, тридцать с небольшим, с короткой стрижкой и слишком быстрыми глазами. Сергей работал с кланом пять лет. Начинал в порту, потом перешёл в личную охрану, потом - в группу, которая занималась деликатными делами. Адам ему доверял. Или думал, что доверял.

Сегодня Сергей был не похож на себя. Слишком часто проверял телефон. Слишком часто смотрел на дверь. Адам списал это на предбоевое напряжение - у всех бывает.

- Сергей, - окликнул он.

Тот вздрогнул и обернулся.

- Да, босс?

- Ты идёшь с Майклом. Прикрываешь его с фланга.

- Понял.

Адам отвернулся. И не увидел, как Сергей снова достал телефон и быстро набрал сообщение.

**Порт. Старый док.**

Ночь давила на плечи тяжёлым, влажным холодом. Ветер выл между ржавых контейнеров, гоняя по асфальту обрывки бумаг и мелкий мусор. Запах соли, мазута и сырости смешивался с металлическим привкусом, который всегда появляется перед боем. Адам стоял за контейнером, чувствуя, как пистолет в его руке стал продолжением тела. Двадцать его человек затаились в тенях - они ждали его сигнала. Тишина была такой плотной, что даже дыхание казалось слишком громким.

Майкл бесшумно подполз к нему, прижимаясь к ржавому железу.

- Босс, я проверил периметр, - прошептал он. - Двое охранников у ворот. Ещё двое обходят склад с тыла. Остальные внутри. Марчелло - в центре, в кабинете на втором этаже.

Адам кивнул, не сводя глаз с тёмного силуэта склада.

- Убираем внешнюю охрану бесшумно, - сказал он. - Потом заходим через главный и чёрный ходы одновременно. Я иду наверх за Марчелло.

- Он не знает, что мы здесь, - тихо добавил Майкл. - Мы можем закончить это быстро.

Адам усмехнулся, сжимая пистолет.

- Тогда сделаем это чисто.

Они сняли внешнюю охрану без единого выстрела. Двое у ворот упали от точных ударов ножом. Ещё двое с тыла даже не поняли, что произошло, - их убрали прежде, чем они успели вскрикнуть. Адам вошёл в склад первым. Внутри было темно и сыро. Пахло гниющим деревом, машинным маслом и потом. Где-то в глубине слышались голоса - охранники играли в карты за деревянным столом, не подозревая о надвигающейся опасности.

Адам поднял руку, давая сигнал своим людям. Они замерли, готовые к атаке. Он ждал. Дверь кабинета на втором этаже открылась, и на лестнице появился Марчелло. Он выглядел уставшим, но на его губах играла привычная усмешка.

- Вэйн! - крикнул он, и его голос эхом разнёсся по складу. - Я знаю, что ты здесь! Ты думал, что сможешь подкрасться ко мне?

Адам сжал челюсть. Он понял, что Марчелло знал. Это была ловушка. Из темноты склада начали появляться люди - не двенадцать, а больше. Гораздо больше. Они окружали их со всех сторон. Адам почувствовал, как внутри него закипает холодная ярость.

- Босс… их слишком много, - прошептал Майкл, и в его голосе впервые за долгое время прозвучал страх.

- Я вижу, - ответил Адам, сжимая пистолет. Его голос был ледяным.

Марчелло поднял руку, и его люди открыли огонь.

Вспышки выстрелов осветили склад, как молнии, вырывая из темноты лица, искажённые яростью и страхом. Грохот был оглушительным - он бил по ушам, смешиваясь с криками и звоном гильз, падающих на бетонный пол.

Адам рванул в сторону, уходя от линии огня. Он нырнул за контейнер и, не целясь, выстрелил два раза. Кто-то из врагов вскрикнул и упал, но на его место пришли двое других.

- Прикрой меня! - крикнул он Майклу.

Майкл ответил очередью, и Адам рванул вперёд, перекатываясь по бетону, чувствуя, как острые крошки впиваются в кожу через ткань. Он выстрелил ещё дважды - один из людей Марчелло схватился за шею и осел на пол. Кровь растеклась по бетону тёмной лужей, смешиваясь с мазутом и грязью. Всё происходило слишком быстро. Слишком хаотично.

Адам видел, как один из его людей упал, схватившись за грудь. Видел, как ещё двое отступили под шквальным огнём, укрываясь за ящиками. Видел, как Майкл отстреливался, прикрывая их отход, и как пули свистели в сантиметре от его головы.

- Босс, мы в кольце! - крикнул Майкл. - Нужно прорываться!

- Я знаю! - Адам сжал зубы, чувствуя, как ярость закипает внутри, смешиваясь с адреналином.

Он выскочил из укрытия, стреляя на ходу. Двое врагов упали, но третий успел выстрелить - пуля обожгла плечо, и Адам почувствовал острую боль, которая мгновенно разлилась по руке. Он не остановился. Он не мог остановиться.

Адам добежал до лестницы, ведущей на второй этаж, и начал подниматься по ступеням, перескакивая через две. Сзади гремели выстрелы, крики, звон металла - но он не оборачивался. Он знал, что Майкл прикроет его. Наверху он увидел Марчелло - тот стоял в дверях своего кабинета, сжимая в руках пистолет. На его лице не было страха. Только злость.

- Ты не пройдёшь, Вэйн! - крикнул он, вскидывая оружие.

Адам не ответил. Он выстрелил первым.

Пуля попала Марчелло в живот. Тот захрипел, выронил пистолет и упал на колени, хватаясь за рану. Кровь хлынула сквозь пальцы, заливая рубашку. Адам шагнул к нему, но в тот же момент кто-то из людей Марчелло выстрелил снизу - пуля прожужжала у самого виска, и Адам почувствовал, как осколок кирпича, отлетевший от стены, рассек ему скулу. Тёплая кровь потекла по щеке, но он даже не моргнул.

- Ты проиграл, - сказал он, направляя пистолет на Марчелло.

Марчелло усмехнулся - даже сейчас, истекая кровью, он пытался сохранить лицо. Из его рта потекла струйка крови.

- Ты думаешь, что это победа? - прохрипел он. - Это только начало, Вэйн. У меня есть брат. Он узнает, что ты сделал. Он уничтожит тебя. Он уничтожит всех, кого ты любишь.

- Тогда я уничтожу и его, - ответил Адам.

Он нажал на спусковой крючок.

Марчелло упал лицом вперёд, и наступила тишина. Только где-то внизу слышались последние выстрелы - его люди добивали остатки охраны. Адам стоял над телом врага, тяжело дыша. Его плечо горело, скула саднила от рассечения. Но боль была не главным. Главным было то, что он понял: Марчелло знал. Он знал, что они придут. Он подготовил ловушку. Кто-то предупредил его.

Майкл подбежал к нему, тяжело дыша. Его лицо было в грязи и крови.

- Босс, мы отбили атаку. Потери - пятеро убитых, трое раненых.

Адам кивнул, не сводя глаз с тела Марчелло.

- Забираем своих. Уходим.

Он развернулся и направился к лестнице.

**Квартира Адама.**

Адам сидел на краю кровати, забинтовывая плечо. Майкл стоял рядом, держа аптечку.

- Пуля прошла навылет, - сказал Майкл. - Повезло.

- Повезло, - повторил Адам, не глядя на него.

- Босс…

- Я знаю, - перебил Адам. - Это была ловушка. Он знал, что мы придём.

- Кто-то слил информацию…

Майкл помедлил.

- Что будем делать?

- Я хочу, чтобы ты нашёл этого человека. Кто бы это ни был. Внутри клана. Среди наших.

- Я всё проверю, босс, - сказал Майкл, и в его глазах вспыхнула решимость.

Адам взял телефон и набрал сообщение Амаранте:

«Всё кончено. Я еду к тебе».

Он поднялся, надевая чистую футболку поверх бинтов.

- Теперь будем ждать, - сказал он. - У Марчелло был брат. Война только начинается.

**Квартира Амаранты.**

Амаранта стояла у окна, глядя в ночной город. Она не спала. Она не могла спать. Она уже десять раз перечитывала его сообщение: «Всё кончено. Я еду к тебе».

В руках она сжимала телефон так сильно, что костяшки побелели. Она ходила по комнате из угла в угол, останавливаясь у окна, потом снова начиная круги по гостиной. Привычные вещи вокруг казались чужими. Сердце колотилось так сильно, что она слышала его в ушах. Она смотрела на дверь, ожидая, что вот-вот раздадутся шаги. Каждая минута длилась вечность. В дверь постучали. Три коротких, резких удара. Она бросилась открывать. На пороге стоял Адам - уставший, с окровавленной скулой, забинтованным плечом, но живой.

- Ты стучишь, - сказала она, глядя на него. - Почему ты никогда не звонишь в звонок?

Он усмехнулся, проходя в квартиру.

- Привычка, - сказал он. - В моём мире звонок может означать, что за дверью кто-то с оружием. Стук - это сигнал. Свой.

- А если бы я не услышала?

- Ты услышала бы, - ответил он, поворачиваясь к ней. - Ты всегда слышишь меня.

Она хотела возразить, но слова застряли в горле. Она подошла к нему и провела пальцами по его лицу, касаясь рассечённой скулы.

- Ты ранен.

- Царапина, - сказал он, перехватывая её руку. - Я в порядке.

- Ты всегда так говоришь?

- Только когда это правда.

Она притянула его к себе и поцеловала - долго, глубоко, чувствуя, как его руки сжимают её. Он был жив. Он вернулся. Но когда она отстранилась и посмотрела в его глаза, она увидела в них не облегчение. А тревогу.

- Что случилось? - спросила она.

Адам прошёл в комнату и сел на диван, сжимая переносицу.

- Марчелло знал, что мы придём, - сказал он. - Это была ловушка.

Амаранта замерла.

- Кто-то предупредил его?

- Да. Кто-то из моих людей. Я дал Майклу приказ найти предателя.

Она подошла к нему и села рядом, чувствуя, как внутри неё закипает тревога.

- Ты знаешь, кто это может быть?

- Нет, - ответил он, глядя на неё. - Но я узнаю.

Адам ушёл через час. Он должен был разобраться с делами клана. Амаранта осталась одна. Она сидела за столом, перебирая в голове события последних дней. Доминик был предателем. Но он был изгнан. Кто-то ещё продолжал работать на Марчелло. Кто-то, кто знал о плане Адама.

Она взяла телефон и набрала номер Марка.

- Ты не спишь? - спросила она.

- Я не сплю, когда ты звонишь, - ответил он. - Что случилось?

- У нас проблема, - сказала она. - Кто-то из клана Коршунов всё ещё работает на Марчелло. Марчелло знал о нападении. Это была ловушка.

Марк помедлил.

- И ты хочешь, чтобы я помог тебе найти его?

- Да. Адам занят. Он не может заниматься этим в одиночку. А я не могу сидеть сложа руки.

- Ты знаешь, что это опасно? - спросил Марк.

- Я знаю, - ответила она. - Но я должна это сделать. Для него.

Марк вздохнул.

- Хорошо. Я начну копать. Но будь осторожна, Амаранта. Если этот человек узнает, что ты ищешь его…

- Я знаю, - перебила она. - Я буду осторожна.

Она сбросила вызов и посмотрела в окно. Где-то там, в городе, скрывался предатель. Она должна была найти его. До того, как он нанесёт новый удар.

**Особняк Коршунов**

Адам стоял в кабинете отца. Его плечо болело, но он чувствовал себя лучше. Марчелло был мёртв. Угроза была устранена.

Адриан подошёл к нему и положил руку на плечо.

- Ты сделал это, - сказал он. - Ты защитил клан.

- Я сделал это не ради клана, - ответил Адам.

- Я знаю, - сказал Адриан. - Но это не меняет того факта, что ты - достойный наследник.

Адам посмотрел на отца и впервые увидел в его глазах гордость.

- Отец… кто-то из наших слил информацию Марчелло. Он знал, что мы идём. Я дал Майклу приказ найти предателя.

Адриан нахмурился.

- Ты уверен?

- Уверен, - сказал Адам. - Это была ловушка. Марчелло ждал нас.

Адриан медленно кивнул.

- Тогда найди его, - сказал он. - И приведи ко мне.

**Клуб «Коршуны».**

Адам сидел в своём кабинете, когда в дверь постучали. Вошёл Майкл. Его лицо было серьёзным.

- Босс, - сказал он. - У нас проблема.

- Говори.

- Виктор Марчелло. Он всё ещё в Италии, но уже знает о смерти брата. По нашим данным, он собирает армию - люди, оружие, деньги. Он готовится вернуться.

Адам сжал кулаки.

- Когда он будет здесь?

- По нашим данным, через три дня, - ответил Майкл. - Он хочет ударить быстро. Пока мы не оправились после боя.

Адам поднялся из-за стола и подошёл к окну. Город внизу светился огнями.

- Тогда у нас есть три дня, - сказал он. - Мы не позволим ему уничтожить то, что мы построили.

**ГЛАВА 7**

**Клуб «Коршуны». Утро. **

Адам сидел в своём кабинете, глядя в пустоту. Он не спал почти всю ночь - мысли о предателе, о Викторе Марчелло, о том, что будет через три дня, не давали ему покоя. Он смотрел на свои руки - они дрожали. От усталости. От ярости. От бессилия. Дверь открылась, и вошёл Майкл. Он выглядел уставшим, но собранным. В руках он держал папку.

- Босс, я начал проверку, как вы просили, - сказал он, садясь напротив. - Но это будет сложно. Если предатель внутри клана, он будет заметать следы.

- Я знаю, - ответил Адам, и его голос звучал глухо. - Но я хочу, чтобы ты проверил всех, кто знал о плане. Всех, кто был на складе.

Майкл кивнул и открыл папку.

- Список небольшой. Вы, я, ваши люди, и отец. Больше никто не знал.

- Значит, предатель среди них, - сказал Адам, и в его голосе зазвенела сталь.

- Или кто-то из них передал информацию кому-то ещё, - добавил Майкл.

Адам поднялся и подошёл к окну. Город внизу жил своей жизнью, не подозревая о войне, которая вот-вот начнётся.

- Найди его, Майкл, - сказал он, не оборачиваясь. - У нас мало времени.

**Квартира Амаранты.**

Амаранта сидела за столом, перебирая в голове события последних дней. Она не спала почти всю ночь. Каждый раз, когда она закрывала глаза, она видела лицо Адама, когда он понял, что Марчелло знал о нападении. Предатель. Кто-то из его людей. Кто-то, кому он доверял.

Телефон на столе завибрировал. Марк.

«Я начал копать. Это займёт время. Встретимся завтра».

Она нахмурилась. Завтра?

«Почему завтра?» - написала она.

«Потому что я не могу проверить всех за один день. Это требует времени, Амаранта. Я должен быть точным».

Она сжала телефон в руке. Он был прав. Но она ненавидела ждать.

**Квартира Амаранты. Следующий день.**

Амаранта ходила по комнате из угла в угол, сжимая в руках телефон. Она ждала новостей от Марка уже несколько часов, а он всё не звонил. Она остановилась у окна, посмотрела на серое утреннее небо, затем снова начала круги по гостиной. Она была напряжена, как струна. Каждая секунда ожидания казалась вечностью.

Внезапно раздался звонок в дверь - пронзительный, резкий, заполнивший тишину квартиры. Она вздрогнула и замерла на мгновение. Это был не Адам. Он никогда не звонил в звонок. Всегда стучал - три коротких, резких удара, будто проверяя, что она всё ещё здесь. Это была его привычка. Его мир.

Она подошла к двери и посмотрела в глазок. Марк.

Она открыла.

- Ты пришёл раньше, - сказала она, удивлённо глядя на него.

- Я не мог ждать, - ответил он, проходя в квартиру. - Я кое-что нашёл. И решил не откладывать.

Он развернул ноутбук и показал ей экран.

- Я проверил всех, кто был на складе, - сказал он. - Не только по официальным спискам, а по записям с камер, по звонкам, по переводам. Двое выпадают из общей картины. Майкл и Сергей.

- Майкл? - переспросила Амаранта, чувствуя, как внутри закипает тревога.

- За час до операции он звонил на незарегистрированный номер, - сказал Марк. - Я проверил этот номер. Он принадлежит подставной компании, которая связана с Марчелло. Это может быть связь, а может быть ловушка. Я пока не знаю.

- А Сергей?

- Сергей снял деньги за день до операции. Двенадцать тысяч евро. Я проверил его счёт - таких сумм у него никогда не было. И он исчез.

- Исчез?

- Его квартира пуста, - сказал Марк. - Я был там сегодня утром. Вещи на месте, но его нет. Соседи говорят, что он ушёл с сумкой и больше не возвращался.

Амаранта замерла. Майкл и Сергей. Два имени. Два следа. Один из них - предатель. Или оба. Или ни один.

- Ты думаешь, это кто-то из них? - спросила она.

- Я думаю, это может быть кто-то из них, - ответил Марк. - Или кто-то, кто хочет, чтобы мы думали именно так.

Она закрыла ноутбук и посмотрела на него.

- Марк, мы должны найти Сергея. Это наш единственный след.

- Я знаю, - ответил он. - Я уже подключил своих людей. Это займёт день-два, но мы его найдём.

**Клуб «Коршуны».**

Адам сидел за столом, изучая документы, когда дверь резко открылась, он поднял голову и увидел Амаранту. Она закрыла дверь и подошла к столу. Её лицо было бледным, но в глазах горела решимость.

- Я должна тебе кое-что сказать, - начала она.

Адам отложил бумаги и посмотрел на неё.

- Я слушаю.

- Я не сидела сложа руки, - сказала она. - Я попросила Марка проверить людей, которые знали о плане. Тех, кто был на складе.

Адам медленно поднялся из-за стола. Его лицо окаменело.

- Ты что, проверяешь моих людей за моей спиной?

- Я пытаюсь помочь тебе найти предателя, - сказала она, и её голос дрогнул. Она видела, как его глаза потемнели, как напряглись желваки.

- Я не просил тебя об этом, - сказал он, и его голос стал холодным, как лёд. - Это дело клана. Ты не имеешь права копать под моих людей без моего ведома.

- Адам, послушай меня, - сказала она, делая шаг вперёд. - Я не хотела делать это за твоей спиной. Но я не могла сидеть и ждать.

- И что ты нашла? - спросил он, и его голос стал резче.

- У Майкла был странный звонок за час до операции. На незарегистрированный номер. А у одного из твоих людей, Сергея, - крупная сумма на счету. Двенадцать тысяч евро. И он исчез.

Адам сжал челюсть. Он чувствовал, как внутри закипает ярость - не на неё, а на ситуацию. На то, что она влезла в это. На то, что она могла пострадать.

- Ты подозреваешь Майкла? - спросил он, и его голос дрогнул.

- Я подозреваю всех, - ответила она. - Я просто хочу, чтобы ты был внимательным. Ты доверяешь мне?

Он смотрел на неё, и внутри него боролись гнев и страх. Он видел, как она рисковала. Как она влезала в его мир, в его войну. И он ненавидел это.

- Я доверяю тебе, - сказал он. - Но я должен быть уверен. Я проверю Майкла сам.

- Официально?

- Без его ведома. Если он чист, он ничего не узнает.

Она подошла к нему и взяла его лицо в свои руки.

- Ты не должен делать это один, - сказала она. - Я рядом.

Он смотрел на неё, и его дыхание стало глубже. Она была здесь. Она была реальной. И она была его.

- Ты безумна, - сказал он тихо, но в голосе уже не было злости. Только усталость и тепло, которые он не хотел показывать.

- Это ты мне говоришь уже в третий раз, - усмехнулась она. - Может, придумаешь что-то новое?

Адам замер, глядя на неё. А затем, вопреки всему, усмехнулся. Коротко, почти против воли.

- Ты невозможна, - сказал он.

- Знаю, - улыбнулась она.

Он притянул её к себе и поцеловал - долго, глубоко, чувствуя, как её руки сжимают его.

Когда он отстранился, она посмотрела на него.

- Адам, я хочу, чтобы ты знал кое-что. Обо мне.

- Я слушаю, - сказал он, чувствуя, как внутри закипает тревога.

Она перевела дыхание. Он видел, как ей тяжело говорить. Как она борется с собой. Он хотел обнять её, сказать, что она не обязана, но он знал - она должна это сказать.

- Когда я сбежала из интерната, мне было семнадцать, - начала она. - Я жила на улицах. Ночевала в подвалах, на вокзалах. Я думала, что я сильная, что я справлюсь. Но я была просто напуганной девчонкой.

Он смотрел на неё, и его сердце сжималось. Он видел её - молодую, испуганную, одну в этом холодном мире.

- Однажды зимой я ночевала в подвале старого дома, - сказала она, и её голос стал тише. - Я замерзала. Я была голодна. И он пришёл.

- Кто? - спросил он, хотя уже знал ответ.

- Мужчина. Пьяный. Грязный. - Её пальцы дрожали, и она сжала их в кулаки. - Он навалился на меня. Я пыталась вырваться, но он был сильнее. Он порвал мою одежду. Я поняла, что если я не сделаю что-то, он убьёт меня. Или сломает.

Адам почувствовал, как внутри него взрывается что-то тёмное. Ярость. Холодная, древняя ярость, которую он не чувствовал много лет. Он убил бы этого человека. Если бы тот был жив, он бы убил его своими руками.

- Я нашла кусок арматуры, - сказала она, и её голос дрогнул. - Ржавый, острый. Я ударила его, когда он навалился на меня. Раз. Два. Я не остановилась, пока он не перестал дышать.

Она подняла голову и посмотрела на него. В её глазах блестели слёзы.

- Я убила его, Адам. Не потому что хотела. Потому что у меня не было выбора.

Он смотрел на неё, и его сердце разрывалось. Он видел её - маленькую, испуганную, одну в том подвале. И он ничего не мог сделать.

- Ты выжила, - сказал он, и голос его был твёрже, чем он чувствовал себя. - Ты защищала себя. Это не делает тебя монстром. Это делает тебя сильной.

- Правда? - спросила она, и в её голосе появилась надежда.

- Правда, - сказал он, убирая прядь волос с её лица. - Ты сделала то, что должна была сделать. И ты выжила.

Она посмотрела на него, и в её глазах блеснули слёзы.

- Ты говоришь это просто потому, что я красивая? - спросила она с лёгкой усмешкой, пытаясь улыбнуться сквозь слёзы.

Адам усмехнулся в ответ. Это было так по-её - даже в самый тяжёлый момент пытаться пошутить.

- Ты красивая, - сказал он. - Но я говорю это потому, что это правда.

Она притянула его к себе и поцеловала. Когда она отстранилась, он взял её лицо в свои руки.

- Ты больше не одна, - сказал он. - У тебя есть я.

Она смотрела на него, и в её глазах была такая благодарность, что у него сжалось сердце.

**Квартира Амаранты. **

Амаранта стояла у окна, когда телефон завибрировал. Сообщение от Марка:

«У меня есть адрес. Съёмная квартира на окраине. Я проверяю».

Она сжала телефон в руке, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

«Жди меня. Я еду», - написала она.

**Окраина города. Съёмная квартира. **

Амаранта и Марк стояли в пустой съёмной квартире. Здесь пахло табаком, на столе стояла кружка с остывшим кофе. Кто-то был здесь совсем недавно, но успел уйти.

- Он был здесь, - сказал Марк, оглядывая комнату. - Он снял эту квартиру три дня назад. Но он уже ушёл.

- Ушёл? - переспросила Амаранта.

- Его кто-то предупредил, - ответил Марк.

Она подошла к столу и увидела обрывок бумаги. На нём был написан телефонный номер. Она подняла его и передала Марку.

- Проверь этот номер, - сказала она.

- Я проверю, - ответил он, фотографируя номер.

Они вышли на улицу, и в этот момент телефон Амаранты завибрировал. Сообщение от незнакомого номера:

«Предатель не тот, кого ты ищешь. Ты смотришь не туда. Будь осторожна».

Она замерла.

- Что там? - спросил Марк, подходя ближе.

Она показала ему экран.

- Кто-то знает, что мы ищем.

**Клуб «Коршуны». Ночь. **

Адам сидел в своём кабинете. На столе лежала папка, которую он открыл несколько минут назад. Внутри - первые отчёты, которые принёс один из его людей. Неполные, но уже дающие пищу для размышлений.

Он просматривал звонки Майкла за последние две недели. Всё было чистым - никаких странных контактов, никаких подозрительных номеров. Финансы - стабильные, без крупных переводов. Передвижения - обычные: дом, работа, редкие встречи с семьёй.

«Если не Майкл, то кто?»

Адам откинулся на спинку стула и провёл рукой по лицу. Проверка была неполной, но уже показывала, что Майкл не выглядит предателем. Он закрыл папку и убрал её в сейф. Майкл не должен был знать, что его проверяли. Никто не должен был знать.

Его телефон завибрировал. Сообщение от Амаранты:

«Мы нашли след Сергея. Съёмная квартира на окраине. Но он уже ушёл. Кто-то его предупредил».

Адам сжал телефон в руке. Кто-то предупредил Сергея. Кто-то, кто знал о расследовании.

**ГЛАВА 8**

**Квартира Амаранты. Утро. 08:00.**

Амаранта стояла у окна, сжимая в руках чашку с остывшим чаем. Она не пила - просто держала, чувствуя, как холодный фарфор обжигает пальцы. Глаза слипались, но она не могла уснуть. Мысли о Сергее, о предателе, о Викторе Марчелло - всё это перемешалось в одну сплошную тёмную массу.

Телефон завибрировал. Она подскочила и схватила его.

Марк.

«Я проверил номер, который мы нашли. Он принадлежит человеку, который работал на Марчелло. Но он мёртв. Нас водят за нос. Встретимся в 14:00 на старой стройке».

Она нахмурилась. Старая стройка? Зачем?

«Почему стройка?» - написала она.

«Потому что я нашёл кое-что - камеры зафиксировали Сергея. Он был там. И он не один».

Она сжала телефон в руке. Сергей не один. Значит, у него есть сообщник.

«Я буду», - ответила она.

**Квартира Адама. Утро. **

Адам сидел за столом, перебирая документы. Перед ним лежала новая папка - отчёты о передвижениях Майкла за последние две недели. Всё чисто. Никаких странных встреч. Никаких переводов. Он откинулся на спинку стула и потёр глаза - усталость давала о себе знать. Внезапно раздался звонок в дверь. Адам нахмурился. Он никого не ждал. Он подошёл к двери и посмотрел в глазок. Амаранта. Он открыл и сразу заметил её состояние - бледное лицо, горящие глаза, напряжённые плечи.

- Что случилось? - спросил он, отступая в сторону, чтобы пропустить её.

- Мне пришло это. С незнакомого номера.

Адам взял телефон и прочитал сообщение. Его лицо стало жёстче.

- Кто-то знает, что мы ищем, - сказал он.

- Да. И он предупреждает меня.

- Или пытается запутать, - сказал Адам, возвращая ей телефон. - Покажи это Марку. Пусть проверит номер.

- Я уже отправила ему скриншот, - сказала она. - Но есть ещё кое-что. Марк нашёл след. Сергей был на старой стройке в промзоне. И он был не один.

Адам закрыл дверь и повернулся к ней.

- Ты уверена, что хочешь ехать?

- Уверена, - ответила она.

- Тогда я с тобой, - сказал он.

**Старая стройка. **

Заброшенная стройка находилась в промзоне, за несколько километров от города. Серый бетонный скелет недостроенного здания возвышался над пустырём, окружённый ржавыми кранами и грудой строительного мусора. Ветер гулял между этажами, завывая в пустых проёмах окон. Пахло пылью, бетоном и сыростью.

Адам припарковал машину у старого забора. Они вышли и осмотрелись. Из тени вышел Марк. Он выглядел взволнованным, но уверенным. В руках он держал телефон.

- Здесь был Сергей, - сказал он, указывая на следы на пыльном полу. - И он встречался с кем-то.

- С кем? - спросил Адам.

Марк протянул ему телефон. Адам взял его и всмотрелся в экран. Расплывчатое изображение с камеры наблюдения. Две фигуры. Одна - Сергей. Вторая - в тени.

- Я не могу разобрать лицо, - сказал Марк. - Но он выглядит знакомым.

Адам вгляделся внимательнее, но тень скрывала черты. Кто-то знакомый, но неуловимый.

- Отправь это фото мне, - сказал он. - Я покажу его Майклу. Он знает всех наших людей лучше меня.

Марк кивнул.

- Сделаю.

Через минуту телефон Адама завибрировал. Он открыл сообщение и ещё раз посмотрел на фото.

**Квартира Амаранты. Вечер.**

Телефон завибрировал. Сообщение от Марка:

«Я проверил номер, с которого пришло сообщение. Он не зарегистрирован. Но я нашёл его в базе - он принадлежит человеку, который работал на Марчелло. Но он мёртв. Как и тот номер, который мы нашли. Кто-то использует мёртвых людей, чтобы писать тебе».

Амаранта сжала телефон в руке, чувствуя, как внутри разливается холод.

«Значит, нас ведут за нос», - написала она.

«Да. И тот, кто это делает, хочет, чтобы мы думали, что предатель - Сергей».

«Кто тогда настоящий предатель?»

Ответ пришёл через минуту:

«Тот, кто знал, что мы идём по следу Сергея».

**Клуб «Коршуны». Кабинет Майкла.**

Адам вошёл без стука. Майкл поднял голову и удивился - босс редко заходил к нему лично.

- Взгляни на это, - сказал Адам, протягивая ему телефон.

Майкл взял телефон и всмотрелся в экран. Расплывчатое изображение с камеры наблюдения. Две фигуры. Одна - Сергей. Вторая - в тени. Лица не видно, но силуэт… что-то в нём показалось Майклу смутно знакомым.

- Лица не видно, - сказал он, нахмурившись. - Но фигура… она мне кого-то напоминает.

- Кого?

- Не могу сказать точно, - ответил Майкл. - Но я видел этот силуэт раньше. Плечи, осанка… Дай мне время, я проверю записи с камер за последние недели.

- У тебя есть сутки, - сказал Адам.

Майкл кивнул.

- Я сделаю всё возможное.

**Клуб «Коршуны». Вечер. **

Адам, Амаранта и Майкл сидели в кабинете Адама. Майкл стоял у стены, перебирая записи на планшете.

- Я проверил записи с камер за последние две недели, - сказал он. - Этот силуэт появлялся рядом с Сергеем трижды. Все встречи происходили в разных местах, но фигура одна и та же.

- И ты не знаешь, кто это? - спросила Амаранта.

- Пока нет, - сказал Майкл. - Но я сузил круг. Это кто-то из наших людей. Кто-то, кто имеет доступ к складам и расписанию.

Адам сжал кулаки.

- У нас осталось два дня до прибытия Виктора.

- Я знаю, - сказал Майкл. - Я найду его.

Амаранта подошла к Адаму и коснулась его руки.

- Мы найдём, - сказала она.

**Квартира Адама. Ночь.**

Они вернулись к нему домой. Тишина в квартире была тягучей, тяжёлой - как воздух перед грозой. Адам прошёл в гостиную и остановился у окна, глядя на ночной город. Его плечи были напряжены, руки сжаты в кулаки. Он выглядел так, будто нёс на себе тяжесть всего мира. Амаранта закрыла дверь и подошла к нему. Она встала сзади, положив руки ему на плечи, и почувствовала, как его мышцы напряжены под тканью рубашки.

- Ты слишком сильно сжимаешь кулаки, - сказала она тихо. - Они побелели.

Он не ответил. Она видела, как он смотрит в окно, как его взгляд уходит куда-то вдаль, туда, куда она не могла добраться.

- Адам, - сказала она мягко, но настойчиво. - Ты не один.

Он разжал кулаки. Медленно, будто с трудом. Она провела руками по его плечам, ощущая напряжение, которое не отпускало его ни на секунду.

- Я знаю, что это тяжело, - сказала она. - Твой брат предал тебя. Кто-то из твоих людей продаёт твои секреты. Виктор идёт за тобой. Ты боишься, что не сможешь защитить всех.

- Я боюсь, что не смогу защитить тебя, - сказал он, и его голос был глухим, почти безжизненным.

Она замерла, чувствуя, как внутри что-то дрогнуло.

- Я не нуждаюсь в твоей защите, - сказала она, поворачивая его к себе лицом. - Я нуждаюсь в тебе.

Он посмотрел на неё, и в его глазах была такая усталость, что у неё сжалось сердце.

- Я боюсь, что однажды я не вернусь, - сказал он. - Я боюсь, что оставлю тебя одну.

Она коснулась его лица, провела пальцами по его щеке, чувствуя, как он дрожит под её прикосновением. Он был твёрдым, непробиваемым для всего мира, но сейчас, в её руках, он был просто человеком - уставшим, напуганным, одиноким.

- Ты не оставишь меня, - сказала она. - Потому что я не позволю тебе уйти.

Она поцеловала его. Это не был поцелуй страсти. Это был поцелуй обещания - обещания быть рядом, обещания выжить, обещания любви. Его руки скользнули по её спине, притягивая ближе. Она чувствовала, как его дыхание становится глубже, как его тело начинает расслабляться в её руках. Она потянула его за собой, уводя в спальню, и он шёл за ней, не сопротивляясь. Она остановилась у кровати и повернулась к нему. В темноте она видела, как его глаза отражают свет уличных фонарей. Она медленно расстегнула его рубашку, и ткань скользнула с его плеч. Её пальцы коснулись его кожи, ощущая шрамы и татуировки - каждый из них был историей, каждой из них он делился с ней.

- Ты не должен нести всё это в одиночку, - сказала она, касаясь его груди. - Я здесь. Я всегда здесь.

Он смотрел на неё, и в его глазах было столько благодарности, что у неё перехватило дыхание. Она видела, как он борется с собой - с желанием сказать что-то, что он никогда не говорил раньше.

- Адам? - прошептала она, чувствуя, как его руки начинают дрожать.

- Я хочу сказать тебе кое-что, - сказал он, и его голос сорвался. - Я никогда не говорил этого никому. Я не знаю, как это делать. Но если я не скажу сейчас, я, наверное, никогда не скажу.

Она ждала, чувствуя, как её сердце начинает биться быстрее.

- Я люблю тебя, - сказал он, и его голос был хриплым, почти умоляющим. - Я люблю тебя так, что это разрушает меня. Я не знаю, когда это случилось. Может быть, в тот момент, когда ты посмотрела на меня в клубе. Может быть, когда ты пришла ко мне в кабинет. Я не знаю. Я знаю только, что я не могу дышать без тебя.

Она смотрела на него, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Он был таким уязвимым, таким открытым - и это было страшнее любого боя.

- Я никогда не говорил этого, - продолжил он, и его голос дрогнул. - Я не знал, что такое любовь. Я думал, что это слабость. Я думал, что это разрушит меня. Но ты показала мне, что это не так.

- Адам, - прошептала она, касаясь его лица.

- Я не хочу быть сильным без тебя, - сказал он, и его голос сорвался. - Я хочу, чтобы ты знала: ты - моя жизнь. Ты - всё, что у меня есть.

Она прижалась к нему, чувствуя, как его руки сжимают её, как он прижимает её к себе, будто боится, что она исчезнет.

- Я люблю тебя, - сказала она, и её голос дрожал от слёз. - Я люблю тебя так сильно, что это пугает меня. Я никогда не думала, что смогу полюбить кого-то. Я думала, что я сломана, что я неспособна на это. Но ты - ты сломал все мои стены.

- Ты - моё спасение, - сказала она. - Ты - мой дом. И я не хочу быть нигде, кроме как рядом с тобой.

Он поцеловал её - жадно, отчаянно, будто хотел забыть всё, кроме неё. Его руки скользили по её спине, сжимая ткань платья, стягивая его с плеч. Она почувствовала, как холодный воздух коснулся её кожи, когда платье упало на пол, оставляя её обнажённой перед ним. Её руки скользнули по его груди, вплетаясь в волосы на его затылке, притягивая его лицо к своему. Она целовала его с такой жадностью, будто хотела выпить его до дна. Он зарычал в ответ - низко, зверино, обхватывая её бёдра и притягивая к себе.

Она вцепилась в его плечи, царапая кожу ногтями, оставляя следы.

- Я хочу чувствовать тебя, - прошептал он ей в губы. - Всю тебя.

- Тогда чувствуй, - ответила она, прижимаясь к нему.

Он подхватил её на руки и опустил на кровать, нависая сверху. Его тело накрыло её, и она почувствовала тяжесть его веса, его тепло, его. Он смотрел на неё сверху вниз, и в его глазах были все эмоции, которые он не мог выразить словами. Он вошёл в неё одним движением - без промедления, без нежности, так, что она вскрикнула, впиваясь пальцами в его плечи. Не от боли. От ощущения полноты, которое захлестнуло её с головой. Она не ждала этого - не ждала, что он будет таким, не ждала, что ей понравится это.

- Адам… - выдохнула она, и её голос сорвался.

- Я здесь, - прошептал он, прижимаясь лбом к её лбу, чувствуя, как её дыхание касается его губ.

Он не стал ждать, пока она привыкнет. Он начал двигаться - резко, глубоко, так, что мир вокруг неё начал расплываться. Она чувствовала его в себе, чувствовала каждый сантиметр его тела, слышала его дыхание, смешивающееся с её собственным.

Она впилась пальцами в его спину, оставляя следы. Он зарычал - низко, отчаянно, вжимаясь в неё так, будто хотел слиться с ней в одно целое. Они двигались в ритме, который был быстрее, чем она могла дышать. Каждое его движение было резким, почти грубым, но в этой грубости было всё - его страх потерять её, его злость на предателей, его отчаяние, его любовь.

- Ты моя, - прошептал он ей на ухо, и его голос был хриплым, почти умоляющим. - Слышишь? Только моя. Никто не заберёт тебя у меня. Никто.

- Я твоя, - ответила она, чувствуя, как голос срывается на крик. - Я всегда была твоей.

Он ускорился, и она почувствовала, как внутри неё нарастает волна. Она не могла дышать, не могла думать - только чувствовать. Его руки на её бёдрах, его дыхание на её шее, его голос в её ушах.

- Адам! - закричала она, впиваясь пальцами в его плечи, когда волна накрыла её, разрывая на части.

Он последовал за ней, чувствуя, как его тело содрогается в унисон с её, как их дыхание смешивается, как они оба теряются в этом безумии.

Они лежали в тишине. Его пальцы медленно скользили по её спине, и она прижималась к нему, чувствуя, как его дыхание постепенно выравнивается.

- Я так боялась этого, - сказала она, и её голос был тихим, почти шёпотом.

- Чего? - спросил он.

- Любви, - ответила она. - Я думала, что если я полюблю, меня сломают. Что я стану слабой. Но с тобой я чувствую себя сильнее.

Он притянул её к себе и поцеловал в макушку.

- Я тоже боялся, - сказал он. - Но с тобой я не боюсь быть собой.

- Ты всегда будешь рядом? - спросила она, поднимая голову и глядя на него в темноте.

- Всегда, - ответил он. - Я обещаю тебе.

Она улыбнулась в темноте и прижалась к нему.

- Тогда я спокойна.

**ГЛАВА 9**

**Квартира Адама. Утро.**

Амаранта проснулась от того, что солнечный свет пробивался сквозь шторы. Она потянулась к его стороне кровати - и нащупала пустоту. Простыни были остывшими. Она села, чувствуя, как внутри закипает тревога. Он ушёл. «Ты слишком сильно сжимаешь кулаки - они побелели», - вспомнила она свои слова. Его напряжение. Его страх. Она поднялась с кровати, накинула его рубашку и вышла из спальни.

Адам сидел в гостиной за столом, уставившись в пустоту. Перед ним лежала папка с документами, но он не смотрел на них. Его лицо было бледным, под глазами залегли тени. Он не спал. Она видела это по его глазам - по пустоте, которую он пытался скрыть. Руки его дрожали. Он сжал их в кулаки, заставляя успокоиться.

- Ты не спал, - сказала она, и он вздрогнул от её голоса.

Он медленно поднял голову. Его взгляд был тяжёлым, уставшим.

- Не мог, - ответил он, не поворачиваясь. - Слишком много мыслей.

Она подошла к нему и встала сзади, положив руки ему на плечи. Его мышцы были напряжены, как камень.

- О чём ты думаешь? - спросила она.

- О Майкле, - сказал он, и его голос был глухим. - О том, что он может быть предателем. Я не хочу в это верить. Но если это правда… я не знаю, что я сделаю.

Она обошла стол и встала перед ним, заглядывая в глаза.

- Мы не знаем, что это правда, - сказала она. - Пока у нас нет доказательств.

- Но ты подозреваешь его, - сказал он. - Ты и Марк нашли странности. Звонок на незарегистрированный номер.

- Мы нашли странности, - сказала она. - Но это не значит, что он предатель.

Адам смотрел на неё, и в его глазах была усталость и надежда одновременно.

- Я хочу верить ему, - сказал он. - Но я не могу позволить себе ошибиться.

Она взяла его лицо в свои руки.

- Мы разберёмся, - сказала она. - Вместе. Ты не один.

Он притянул её к себе и поцеловал - мягко, благодарно.

В этот момент её телефон завибрировал. Сообщение от Марка.

«Я нашёл кое-что по Сергею. Он был в старом баре на юге города. И он встречался с кем-то. Я еду туда сейчас».

Она сжала телефон в руке, чувствуя, как внутри закипает адреналин. Наконец-то след.

- Марк нашёл след, - сказала она, поворачиваясь к Адаму. - Сергей был в старом баре. Я еду с ним.

Адам поднялся, его лицо стало серьёзным.

- Я еду с тобой.

- Нет, - сказала она, и её голос стал твёрже. - Ты нужен здесь. Если что-то случится, я позвоню.

Он сжал её руку.

- Ты уверена?

- Я уверена, - сказала она, целуя его в щёку. - Я справлюсь.

Он смотрел на неё, и в его глазах была тревога, которую он не мог скрыть.

- Будь осторожна, - сказал он. - Если что-то пойдёт не так…

- Я позвоню, - перебила она. - Обещаю.

Она быстро оделась и вышла из квартиры. Адам остался один в тишине, глядя на закрытую дверь. Он сжал кулаки, чувствуя, как внутри закипает холодная ярость. Он не мог сидеть сложа руки. Он должен был что-то делать.

**Старый бар. Южный район.**

Амаранта и Марк стояли у входа в старый бар. Он был почти заброшенным - вывеска покосилась, стены облупились. Внутри пахло пивом, старой древесиной и чем-то кислым. Единственный светильник отбрасывал тусклый свет, создавая больше теней, чем освещения.

- Ты уверен, что он был здесь? - спросила она, оглядываясь.

- Он был здесь вчера вечером - сказал Марк.

Она подошла к стойке, за которой стоял пожилой бармен с безразличным лицом.

- Мы ищем человека, - сказала она, показывая фотографию Сергея. - Он был здесь.

- Может быть, - ответил бармен, даже не взглянув на фото.

Амаранта достала деньги - несколько купюр - и положила на стойку. Она сложила их медленно, давая ему время подумать. Бармен взглянул на них, потом перевёл взгляд на неё.

- Он приходил с кем-то, - сказал он, забирая деньги. - Высокий, плечистый. Сидели за дальним столиком и говорили о каком-то Викторе.

- Что ещё? - спросил Марк.

- Перед уходом он оставил это, - сказал бармен, протягивая скомканный клочок бумаги.

Амаранта развернула её. Адрес - старый парк на окраине города.

Она замерла, чувствуя, как внутри разливается холод. Кто-то хотел, чтобы она пришла туда.

- Это ловушка, - сказал Марк.

- Может быть, - ответила она. - Но это единственный след.

Телефон завибрировал. Сообщение с незнакомого номера:

«Ты ищешь меня. Я жду тебя в парке. Через час. Приходи одна. Это важно».

Она сжала телефон в руке, чувствуя, как сердце колотится о рёбра. Кто-то знал, что она ищет его.

- Я иду, - сказала она.

- Я с тобой, - сказал Марк.

- Нет, - сказала она. - Если это ловушка, я не хочу, чтобы ты пострадал. Если через два часа я не вернусь - звони Адаму.

Марк смотрел на неё, и в его глазах была тревога.

- Будь осторожна.

- Я всегда осторожна, - сказала она с лёгкой усмешкой, но внутри всё дрожало.

**Старый парк.**

Амаранта вошла в пустой парк. Деревья стояли голые, их ветви тянулись к серому небу, как скрюченные пальцы. Скамейки были пусты. Ветер шелестел сухими листьями, гоняя их по асфальту. Тишина была почти полной - только ветер и далёкий шум города.

Она прошла к центральной аллее и увидела его. Доминик сидел на скамейке, сгорбившись, прячась в тени старого дуба. Он выглядел уставшим, измученным - похудевший, осунувшийся, под глазами залегли тени. Она узнала его сразу - по лицу, которое видела на совете клана. Тогда он сидел за столом, лгал, прятал глаза. Теперь он выглядел так, будто его сломали.

- Ты пришла, - сказал он, поднимая голову. Его голос был тихим, осторожным, как у человека, который боится каждого звука.

- Зачем ты позвал меня? - спросила она, останавливаясь в нескольких шагах.

- Чтобы помочь, - ответил он, и в его голосе появилась горечь. - Я знаю, кто предатель.

- Почему я должна тебе верить? - спросила она, и в её голосе прозвучала сталь.

Доминик посмотрел на неё. В его глазах была такая боль, что у неё сжалось сердце.

- Потому что я уже ничего не теряю, - сказал он. - Мой отец изгнал меня. Брат отвернулся. У меня ничего не осталось.

- Ты сам выбрал этот путь, - сказала она.

- Я знаю, - сказал он, и его голос дрогнул. - И я не прошу прощения. Я прошу шанса. Шанса исправить то, что я сломал.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри борется недоверие и сочувствие.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри борется недоверие и сочувствие.

- Кто предатель? - спросила она.

- Майкл, - сказал он, и его голос стал твёрже.

Она замерла, чувствуя, как внутри разливается холод. Майкл? Правая рука Адама?

- Почему ты так уверен?

- Я видел его с Сергеем, - сказал Доминик. - В городе, за неделю до нападения. Они говорили о плане.

- Ты уверен, что это был Майкл? - спросила она, чувствуя, как внутри закипает сомнение.

- Я видел его лицо, - сказал Доминик. - И одежду - он носил ту же куртку, что и всегда.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри закипает сомнение.

- Ты мог ошибиться, - сказала она. - Похожий силуэт, похожая одежда…

- Я не ошибаюсь, - сказал Доминик, и его голос стал твёрже. - Я знаю, кого видел.

Она не ответила. Но внутри неё росло сомнение. Она думала о Майкле, о его проверке, о том, что отчёты были чистыми. Что если Доминик ошибся?

- Почему ты не сказал Адаму? - спросила она.

- Он не поверил бы мне, - сказал Доминик. - Я его предал. Зачем ему верить мне?

- А мне он поверит?

- Ему придётся, - сказал Доминик. - Ты - единственная, кто может спасти его.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри борется доверие и сомнение.

- Если ты лжёшь…

- Я не лгу, - перебил он. - Я хочу вернуть свою семью. Это мой единственный шанс.

**Клуб «Коршуны». Кабинет Адама.**

Адам сидел за столом. Перед ним лежали отчёты о проверке Майкла, он перечитывал их уже в третий раз. Всё было чистым. Никаких странных контактов. Никаких переводов. Он сжал кулаки, чувствуя, как внутри закипает отчаяние. Он откинулся на спинку стула и закрыл глаза. В голове шумело. «Всё чисто. Но почему тогда у меня внутри всё сжимается? Почему я не могу поверить до конца?» Телефон завибрировал. Сообщение от Амаранты.

«Я встретилась с Домиником. Он сказал, что предатель - Майкл».

Адам замер. А затем внутри него что-то взорвалось. Он набрал её номер, и она взяла трубку с первого гудка.

- Ты что, с ума сошла? - сказал он, и его голос дрожал от сдерживаемой ярости. - Ты встретилась с Домиником? Одна?

- Адам, послушай…

- Ты понимаешь, что он мог убить тебя? Что он - предатель? Что он продал нас Марчелло?

- Я знаю, - сказала она, и её голос был твёрдым. - Но это был единственный след.

- Единственный след? - переспросил он, и в голосе появилась горечь. - Ты могла умереть, Амаранта. Ты могла исчезнуть, и я бы даже не знал, где тебя искать.

- Я здесь, - сказала она. - Я в порядке.

- Но ты не знала, что будешь в порядке, - сказал он. - Ты пошла к нему без подготовки, без оружия, без меня. Ты не думала, что он мог заманить тебя в ловушку?

- Я думала, - сказала она. - Я была осторожна.

- Осторожна? - он усмехнулся, но в усмешке не было веселья. - Ты встретилась с человеком, который предал свою семью. Ты думаешь, он остановится перед тем, чтобы предать тебя?

- Он хочет искупить вину, - сказала она. - Он хочет вернуть свою семью.

- Он хочет спасти свою шкуру, - сказал Адам, и его голос стал холодным. - Он использует тебя.

- Может быть, - сказала она. - Но он дал мне информацию.

- Какую информацию? - спросил он, и его голос стал резче.

- Он сказал, что предатель - Майкл.

Адам замер. Майкл. Его правая рука. Его доверенный человек.

- Он уверен? - спросил он, и голос дрогнул.

- Он уверен, - сказала она. - Но я сомневаюсь.

- Почему?

- Потому что Марк проверил, - сказала она. - У Майкла есть алиби. Он не мог быть с Сергеем.

Адам сжал челюсть, чувствуя, как внутри закипает новая волна эмоций.

- Значит, Доминик либо ошибся, либо лжёт.

- Да, - сказала она. - Я думаю, он ошибся. Или его обманули.

- Или он часть заговора, - сказал Адам, и в его голосе появилась сталь. - Или он хочет, чтобы мы подозревали Майкла, пока настоящий предатель будет действовать.

- Я тоже думала об этом, - сказала она.

Адам молчал, переваривая информацию. Он чувствовал, как внутри борется ярость, страх и любовь.

- Ты должна была сказать мне, - сказал он. - Ты должна была взять меня с собой.

- Ты был нужен там, - сказала она.

- Я нужен тебе! - сказал он, и его голос сорвался. - Я нужен тебе, чтобы защищать тебя. Я не могу потерять тебя, Амаранта. Я не переживу этого.

- Ты не потеряешь меня, - сказала она.

- Ты не можешь обещать это, - сказал он.

- Могу, - сказала она. - Я здесь. Я жива.

Он закрыл глаза, чувствуя, как дрожат руки.

- Что он ещё сказал? - спросил он.

- Только это, - сказала она. - Он сказал, что видел Майкла с Сергеем за неделю до нападения.

- Тогда кто с ним был? - спросил Адам.

- Я не знаю, - сказала она. - Но мы узнаем.

Адам сжал телефон в руке.

- Больше никаких встреч с Домиником без меня, - сказал он, и его голос стал твёрже. - Ты поняла?

- Поняла, - сказала она, и он услышал в её голосе лёгкую улыбку.

Он сбросил вызов и уставился в стену. Внутри него бушевала буря.

**ГЛАВА 10**

**Клуб «Коршуны». Кабинет Адама. Вечер.**

Тишина в кабинете была такой плотной, что Адам слышал собственное сердцебиение. Он сидел неподвижно, как статуя, в кресле у окна, и город внизу казался ему чужим - чужим и пустым, как и его душа. Его пальцы сжимали папку с отчётами Майкла. Всё было идеально чисто. Слишком чисто, чтобы быть правдой. Он думал. Холодно, расчётливо, как всегда в моменты наивысшей опасности. Эмоции были выключены. Только логика, только факты. Майкл проверен. Чист. Алиби подтверждено. Доминик указывает на Майкла - логично, это отводит подозрения от настоящего предателя. Но Доминик глуп. Он не мог организовать такое прикрытие. Кто-то использовал его, чтобы направить подозрения в ложное русло.

Телефон завибрировал. Сообщение от Марка:

«Сергей найден. Мёртв. Пуля в затылок. Профессионально. Без следов. Квартира пуста - всё вычищено. Кто-то не хотел, чтобы он заговорил».

Адам сжал челюсть. Сергей мёртв. Свидетель уничтожен. Значит, предатель не просто сливал информацию - он заметал следы, как профессионал. Кто убирает свидетелей? Только тот, кто имеет доступ к информации о расследовании. Только тот, кто знает, что мы идём по следу. Он подошёл к сейфу и открыл его. Внутри лежали документы, фотографии, флешки. Всё, что он собрал за эти дни. Он перебирал их, пока не наткнулся на фотографию со старой стройки - фигура в тени, встречающаяся с Сергеем. Плечи. Осанка. Наклон головы вправо - привычка человека, который носит рацию. Это кто-то, кто привык командовать. Тень была глубокой, но он заметил одну деталь - край пиджака. Дорогой, итальянский крой. Такой носил только один человек в клане. Его отец.

Адам замер. Внутри него нарастал холод. Холод, который он чувствовал только перед боем. Холод, который означал, что он близок к ответу.

Отец. Всё это время - он. Он подставил Доминика. Он убрал Сергея. Он хотел, чтобы Адам подозревал Майкла. Адам закрыл глаза. Картинка сложилась, как пазл. Уродливый, чудовищный пазл, который он не хотел собирать.

Он набрал номер Амаранты.

- Адам? - её голос был напряжённым.

- Я знаю, - сказал он, и голос его был ледяным. - Я знаю, кто предатель. Это не Майкл. Это мой отец.

Тишина на том конце провода длилась несколько секунд. Затем её голос, тихий, но твёрдый:

- Ты уверен?

- Сергей мёртв. Его убрали. Кто-то чистит следы. Кто-то, кто знает всё о расследовании. Кто-то, у кого есть доступ ко всем базам данных, ко всем камерам. Только глава клана имеет такие полномочия.

- Что ты собираешься делать? Адам…

- Если я не вернусь, - сказал он, и в голосе впервые появилась трещина, - Майкл возьмёт управление на себя. Он знает клан, знает структуру, знает, как держать людей в узде. Он справится.

Она молчала. Он слышал её дыхание - сбивчивое, тяжёлое.

- А ты? - спросила она наконец. - Что я должна делать, если тебя не станет?

- Ты должна жить, - сказал он, и его голос стал мягче, почти тёплым. - Ты должна помнить, что я любил тебя. Что ты - единственное хорошее, что случилось со мной в этой жизни.

- Адам…

- Присматривай за Майклом, - сказал он, и голос его снова стал твёрже. - Он хороший управленец, но он не всегда видит людей насквозь. Ты - видишь. Ты всегда видела. Ты - моя совесть, Амаранта. Если меня не станет, будь голосом, который не даст клану скатиться в ту же пропасть, в которую упал мой отец.

Она молчала. Он слышал, как она пытается справиться с дыханием.

- Я не буду твоей совестью, - сказала она наконец, и в голосе зазвенела сталь. - Я буду твоей тенью. Твоим оружием. Твоим щитом. Ты вернёшься, Адам. Ты не имеешь права умирать. Потому что я не переживу этого.

- Ты сильная, - сказал он. - Ты справишься. Ты всегда справлялась.

- Я не хочу справляться! - вырвалось у неё, и он услышал в голосе слёзы, которые она сдерживала. - Я хочу, чтобы ты был рядом. Живым. Целым. Я хочу, чтобы ты вернулся. Ты слышишь меня?

Адам закрыл глаза. Её голос бил по нему сильнее, чем любой удар. Он хотел сказать ей, что всё будет хорошо. Но он не мог лгать. Не ей.

- Я сделаю всё, чтобы вернуться, - сказал он. - Я обещаю.

Он сбросил вызов. Его руки не дрожали. Они были твёрдыми. Он взял пистолет, проверил обойму и вышел из кабинета. В коридоре он столкнулся с Майклом. Тот выглядел встревоженным.

- Босс, я только что получил сообщение. Сергей мёртв. Убит. Профессионально. Чисто.

- Я знаю, - сказал Адам, и голос его был спокоен. - Я знаю, кто это сделал.

Майкл побледнел.

- Кто?

- Мой отец.

Майкл замер. Его лицо вытянулось.

- Босс, вы уверены?

- Он подставил Доминика. Он убрал всех свидетелей. И сейчас я иду к нему, чтобы закончить это.

Майкл шагнул вперёд.

- Тогда я с вами.

- Нет, - сказал Адам, и его голос стал жёстче. - Ты остаёшься здесь. Если я не вернусь - ты возьмёшь клан на себя. Ты знаешь структуру, знаешь людей, знаешь, как держать их в узде. Ты справишься.

- Босс…

- Ты мой брат, Майкл, - сказал Адам, и в голосе впервые за долгие годы появилась теплота. - Не по крови, но по духу. Если меня не станет, ты - глава. Амаранта поможет тебе видеть то, что ты можешь пропустить. Она - мои глаза. Моя совесть. Прислушивайся к ней.

Майкл смотрел на него, и в его глазах была решимость.

- Я сделаю всё, чтобы вы вернулись, босс.

- Я знаю, - сказал Адам. - Поэтому я оставляю тебя здесь.

Он вышел в ночь.

**Особняк Коршунов. Ночь.**

Массивные ворота особняка были открыты. Словно его ждали. Словно отец хотел, чтобы он вошёл. Адам усмехнулся. Холодно. Всегда его правила. Всегда его игра. Но сегодня он перепишет правила.

Он вошёл в холл. Здесь было пусто. Ни охраны, ни прислуги. Только тени, которые тянулись по мраморным стенам, как пальцы мертвецов. Пахло воском, старым деревом и чем-то сладковатым - запахом, который он всегда связывал с домом. Теперь этот запах казался ему ядовитым. Он шёл по главной лестнице, и каждый его шаг отдавался эхом в пустом холле. Каждая ступенька напоминала о детстве - о том, как он бегал здесь, когда мать была жива. О том, как она смеялась. О том, как её смех угас. Он толкнул массивные двери кабинета. Они открылись беззвучно, и свет из камина ударил в лицо - тёплый, мерцающий, почти уютный. Адриан сидел в кресле у огня, в одной руке - бокал с бренди, в другой - письмо, которое он разглядывал с лёгким любопытством, словно ждал гостя, а не сына с пистолетом.

- Ты пришёл, - сказал Адриан, не поднимая глаз. - Я знал, что ты придёшь.

- Ты убил Сергея, - сказал Адам, не делая шага.

- Слабое звено, - Адриан отпил бренди и поставил бокал на столик. - Он начал бояться. Страх - это риск. Я не могу позволить себе рисковать. Ты знаешь это, Адам. Я учил тебя этому.

- Ты учил меня быть монстром.

- Я учил тебя выживать, - Адриан поднял глаза. В них не было раскаяния. Только сталь и что-то тёмное, что Адам никогда не замечал раньше. Или не хотел замечать. - Я сделал тебя сильным. Ты - моё лучшее творение.

- Ты убил мать, - сказал Адам, и голос его дрогнул. - Ты убил её и заставил меня думать, что это несчастный случай.

Адриан усмехнулся. Холодно, без улыбки.

- Ты до сих пор держишься за эту сказку? Она хотела уйти. Она хотела забрать тебя из этого мира. Из моего мира. Я не мог позволить.

- Ты хотел, чтобы я стал таким, как ты.

- Ты стал сильнее, - сказал Адриан, поднимаясь из кресла. Его фигура заслонила свет камина. - Ты стал тем, кто ты есть, благодаря мне. Ты должен быть благодарен.

Адам сжал кулаки. Внутри закипала ярость, которую он сдерживал годами. Ярость на человека, который называл себя отцом. Ярость на убийцу собственной жены.

- Я не буду тобой, - сказал он.

- Ты уже стал, - сказал Адриан. - Ты носишь мою кровь. Ты носишь мою силу. Ты носишь мои грехи.

- Нет, - сказал Адам, и голос его стал твёрже. - Я - часть того, что ты разрушил. Но я не буду твоим отражением.

Он выхватил пистолет. Адриан не шелохнулся. Он стоял у камина, и пламя отбрасывало на его лицо дикие, пляшущие тени.

- Ты не сможешь убить меня, - сказал Адриан. - Ты - моя кровь. Ты - часть меня. Ты будешь носить эту пулю в себе всю жизнь.

- Я уже ношу тебя в себе, - сказал Адам. - Этого достаточно.

- Ты не посмеешь.

Адам сделал шаг вперёд.

- Я не посмею? Ты убил мою мать. Ты разрушил Доминика. Ты продал клан. И ты думаешь, что я остановлюсь перед тем, чтобы остановить тебя?

Адриан усмехнулся, но в глазах мелькнула тень.

- Ты слаб, Адам. Ты всегда был слаб. Ты боишься себя. Боишься того, что ты можешь сделать.

- Я не боюсь себя, - сказал Адам, и голос его стал ледяным. - Я боюсь стать тобой. Поэтому я убью тебя. И стану собой.

В этот момент дверь кабинета бесшумно приоткрылась. Адам не обернулся. Он знал, кто это. Он чувствовал её присутствие - тень, которая ждала в темноте.

Адриан нахмурился, заметив движение за спиной сына.

- Ты пришёл не один.

Адриан усмехнулся, но в его усмешке не было веселья.

- Ты думаешь, что убив меня, станешь свободным? Ты ошибаешься. Ты всегда будешь моим сыном. Ты всегда будешь носить мою кровь.

- Я буду носить её, - сказал Адам, поднимая пистолет. - Но я перестану быть твоим отражением.

Он нажал на спусковой крючок.

Выстрел был громким, он разорвал тишину кабинета, как удар грома. Адриан пошатнулся, хватаясь за грудь. Кровь хлынула сквозь пальцы, заливая белую рубашку. Он упал на колени, пытаясь удержаться, но ноги подкосились.

- Ты… - прохрипел он, смотря на сына с ненавистью. - Ты никогда не будешь лучше меня…

- Я и не хочу, - сказал Адам, подходя к нему. Он опустился на одно колено, глядя в глаза отца. - Я хочу быть лучше себя. Человеком, которым ты никогда не был.

Адриан попытался что-то сказать, но изо рта потекла кровь. Он захрипел, пытаясь глотнуть воздух.

- Я… любил её, - прошептал он, и в его глазах мелькнуло что-то, чего Адам никогда не видел. Боль? Раскаяние? - Я любил твою мать…

- Ты убил её, - сказал Адам. - Ты не умеешь любить. Ты умеешь только владеть.

Он приставил пистолет к голове отца.

- Прощай, отец.

Он нажал на спусковой крючок.

Выстрел был глухим. Тело упало на пол, и наступила тишина. Только треск огня в камине и шум дождя за окном.

Адам стоял над телом отца, тяжело дыша. Его руки не дрожали. Он чувствовал только пустоту. Пустоту, которая заполнила всё внутри. Дверь открылась полностью, и в комнату вошла Амаранта. Она была в чёрном, бесшумная, как тень. Пистолет в её руке был опущен, но глаза горели холодным огнём.

- Ты сделал это, - сказала она тихо.

- Я сделал то, что должен был, - ответил он, не поворачиваясь. - И это не делает меня лучше.

Она подошла к нему и положила руку на плечо.

- Это делает тебя живым, - сказала она. - Ты - не твой отец. Ты - Адам. Ты - тот, кто боролся за правду. Ты - тот, кто спас меня. Ты - мой дом.

Он повернулся к ней. Внутри него что-то дрогнуло. Впервые за долгие годы он позволил себе почувствовать слабость. Он притянул её к себе и прижался лбом к её лбу.

- Я боялся, - сказал он тихо. - Я боялся, что если я убью его, я стану им. Но я не стал. Я чувствую только пустоту. И боль. И тебя.

- Этого достаточно, - сказала она, обнимая его. - Ты - не он. И никогда им не будешь.

Они стояли в кабинете, где пахло кровью и дымом, и держали друг друга.

**Особняк Коршунов. Час спустя.**

Адам сидел в комнате матери. Он не был здесь много лет. Пыль покрывала старую мебель, портьеры выцвели. Но он помнил каждую деталь. Её кресло. Её книги. Её запах. Он сжимал в руке гладкий камень - тот самый, который носил пятнадцать лет.

- Всё кончено, - сказал он в тишину. - Ты отомщена. Он больше не причинит никому боли.

Амаранта вошла и села рядом.

- Ты думаешь о ней?

- Она не заслужила такой смерти, - сказал он. - Она была доброй. Она любила меня. И он убил её за это.

- Ты отомстил за неё, - сказала она. - Она гордилась бы тобой.

- Я надеюсь, - ответил он.

Она взяла его за руку.

- Что теперь?

- Виктор, - сказал он, и в голосе появилась сталь. - Он не остановится. Он идёт за мной.

- Мы встретим его вместе, - сказала она. - Как всегда.

Он повернулся к ней. В его глазах был свет.

- Ты - моя семья, - сказал он. - Моя единственная семья.

- И я всегда буду рядом, - сказала она.

**Клуб «Коршуны». Два часа спустя.**

Адам сидел в своём кабинете. Вошёл Майкл. Он выглядел уставшим, но собранным.

- Босс, я проверил всё, как вы просили. Ваш отец действительно убил Сергея. Следы ведут к его личным людям. Всё чисто. Никто не узнает, кроме нас.

- Хорошо, - сказал Адам. - Похороните его с честью. Он был частью клана.

- А ваш отец?

- Он предал клан, - сказал Адам, и голос его был холодным. - Он работал на Марчелло. Он убивал свидетелей. Он убил мою мать. Мы сделали то, что должны были.

Майкл молчал. Затем кивнул.

- Я всё сделаю.

- Майкл, - окликнул его Адам, когда тот уже был у двери. - Спасибо. За то, что ты есть. За то, что я могу на тебя положиться.

Майкл обернулся. В его глазах была тёплая улыбка.

- Всегда, босс. Всегда.

**Побережье. Та же ночь.**

В роскошном особняке на скалистом побережье человек по имени Виктор Марчелло стоял у панорамного окна, глядя на чёрное море. В руках он сжимал телефон, из которого только что донёсся голос - сухой, деловой, безэмоциональный.

«Адриан Вэйн мёртв. Клан „Коршуны“ в хаосе. Это ваш шанс».

Виктор медленно опустил телефон. Его лицо исказилось гневом. Не скорбью. Гневом. Яростью. Жаждой крови.

- Он убил моего брата, - сказал он в тишину комнаты. - Моего брата. Мою кровь.

Он повернулся к столу, где лежала карта города. На ней был отмечен клуб «Коршуны». Особняк Коршунов. Квартира Амаранты.

- Мы едем, - сказал он, и его голос был холодным, как сталь. - Завтра на рассвете. Мы покажем Вэйнам, что такое настоящая война. Мы убьём всех, кто ему дорог. А потом - его самого. Медленно. С наслаждением.

Он сжал кулаки, и в его глазах вспыхнул холодный, звериный огонь.

- Ты заплатишь за это, Адам Вэйн. Ты заплатишь за всё.

**Утро. Особняк Коршунов**

Солнце только начинало подниматься над городом, заливая комнату бледным золотым светом. Адам стоял у окна в кабинете - кабинете, который теперь принадлежал ему. Он смотрел на просыпающийся город, и в его груди не было пустоты. Только холодная решимость. Амаранта подошла к нему и встала рядом. Её пальцы переплелись с его.

- Ты не спал, - сказала она.

- Виктор в городе, - сказал он. - Сорок человек. Оружие. Броня. Он хочет уничтожить всё, что я построил. Всё, что осталось от клана.

- Мы справимся, - сказала она. - Мы всегда справлялись.

Он повернулся к ней. В его глазах был тот самый холодный огонь, который делал его непобедимым. Но в них же был свет - свет, который она зажгла в нём.

- Ты не боишься? - спросил он.

- Я боюсь, - честно ответила она. - Но я не отступлю. Потому что я знаю - мы победим. И потому что я знаю, что после этого мы будем жить. Вместе.

Он притянул её к себе и поцеловал. В этом поцелуе было всё - обещание боя, обещание победы, обещание жизни.

На пороге появился Майкл. Он выглядел серьёзным, но в его глазах была уверенность.

- Босс, - сказал он. - Они идут.

Адам медленно развернулся. Его лицо было спокойным, как у человека, который уже всё решил. Он сжал руку Амаранты, и она ответила на его сжатие.

- Тогда встречаем их, как положено, - сказал он, и голос его был ледяным, как сталь.

Он посмотрел на Амаранту. Она кивнула. Без страха. Без сомнений.

- Вместе, - сказала она.

- Вместе, - ответил он.

# ГЛАВА 11

**Особняк Коршунов. Утро. **

Адам стоял у окна, когда в комнату вошёл Майкл с планшетом. За окном занимался серый рассвет, и город внизу казался вымершим - слишком тихим для того дня, который должен был начаться.

- Сорок два человека, - сказал Майкл, не поднимая глаз от экрана. - Четыре бронированных внедорожника. Тяжёлое оружие. Они на подходе с востока. Двадцать минут.

- Кто ещё с нами? - спросил Адам, не оборачиваясь.

- Двадцать восемь. Все, кто остался верен. Больше не успеваем собрать.

Адам кивнул. Двадцать восемь против сорока двух. Хреновая математика. Но у него было то, чего не было у Виктора: он знал свой дом. Каждый коридор. Каждый поворот. Каждую слепую зону.

Амаранта вошла бесшумно, и он почувствовал её раньше, чем услышал.

- Ты должен кое-что увидеть, - сказала она.

Она развернула ноутбук на столе. На экране - схема особняка с отмеченными позициями. Она работала над ней всю ночь, пока он не спал.

- Я знаю этот дом не так хорошо, как ты, - сказала она. - Но я знаю, как думает Виктор. Он идёт не за кланом. Он идёт за тобой. Он хочет, чтобы ты видел, как всё рушится.

- И? - Адам подошёл ближе.

- И поэтому он войдёт не через главные ворота. Он войдёт с восточной стороны, через сад. Там стена ниже, и там старый фонтан, который заслоняет обзор с постов. Он не знает, что я это знаю.

Адам посмотрел на неё. В её глазах не было ни страха, ни паники. Только холодный расчёт.

- Ты хочешь, чтобы мы устроили ему засаду, - сказал он.

- Нет, - ответила она. - Я хочу, чтобы мы позволили ему войти. И закрыли дверь за ним.

Майкл нахмурился.

- Это риск. Если они прорвутся внутрь...

- Они прорвутся, - перебила Амаранта. - Обязательно. Но не туда, куда он планирует. Ты говорил, что знаешь каждый поворот. Так используй это.

Адам молчал несколько секунд. Затем он усмехнулся - коротко, без веселья, но с чем-то похожим на уважение.

- Ты опасна, - сказал он.

- Ты мне это уже говорил.

- Повторю ещё раз, когда всё закончится.

Он повернулся к Майклу.

- Слушай её. Она права.

**Особняк Коршунов.**

Первые выстрелы раздались с восточной стороны, как она и предсказала. Виктор не стал ждать. Он бросил людей в бой так же, как его брат когда-то - без разведки, на голой ярости.

Адам стоял в тёмном коридоре второго этажа, у окна, которое выходило во внутренний двор. Он видел, как фигуры в чёрном перебираются через стену сада. Видел, как они падают - один, второй, третий, - когда его люди открыли огонь с заранее подготовленных позиций.

Но Виктор был не его брат. Виктор умел считать.

Он не полез в ловушку целиком. Он отправил вперёд половину, а сам остался с другой половиной у стены, ожидая.

Адам понял это, когда увидел, что стрельба во дворе стихла слишком быстро.

- Он не идиот, - прошептал он.

- Нет, - сказала Амаранта, стоявшая рядом с пистолетом в руке. - Но он зол. А злость делает людей предсказуемыми.

Она оказалась права. Через минуту Виктор пошёл в обход - через старую оранжерею, которая давно не использовалась. Адам знал этот путь. И знал, что там нет выхода, кроме одного.

Он взял с собой четверых.

**Оранжерея. **

Виктор Марчелло вошёл в оранжерею с шестью людьми. Он был высокий, тяжелее брата, с той же фамильной жестокостью в глазах, но без его лоска. Он не играл. Он убивал.

- Вэйн! - крикнул он, и голос его эхом разнёсся под стеклянным куполом. - Я знаю, что ты здесь! Выходи! Давай закончим это как мужчины!

Адам не вышел. Он ждал.

Виктор сделал ещё шаг. Потом ещё. И когда он оказался в центре оранжереи, двери за его спиной закрылись - тяжёлые металлические ставни.

Виктор обернулся. Слишком поздно.

Свет погас.

Выстрелы в темноте - это всегда хаос. Но у Адама было преимущество: он знал, где стоит. Его люди знали. Виктор - нет.

Через сорок секунд всё было кончено.

Когда свет снова зажёгся, Виктор Марчелло лежал на полу из битого стекла, и кровь под ним расползалась тёмной лужей. Он ещё дышал. Едва.

Адам подошёл и опустился рядом на одно колено.

- Ты убил моего брата, - прохрипел Виктор.

- Он убил бы меня, - ответил Адам.

- Это не одно и то же.

- Нет, - согласился Адам. - Не одно.

Виктор посмотрел на него, и в его глазах не было ненависти. Только усталость. Только конец.

- Ты думаешь, ты выиграл? - прошептал он. - Ты думаешь, это закончится?

- Нет, - честно ответил Адам. - Но это закончится для тебя.

Он поднялся и кивнул Майклу.

Выстрел был коротким.

К тому времени, как всё стихло, во дворе лежали тела. Двадцать три человека Виктора. Четверо его собственных. Адам стоял посреди холла, и кровь на его руках была не только чужой.

Амаранта подошла к нему. Молча. Взяла за руку. Не сказала ничего. Просто стояла рядом.

Майкл появился через несколько минут.

- Всё кончено, босс, - сказал он. - Остатки разбежались. Мы победили.

Адам кивнул. Он не чувствовал победы. Он чувствовал только пустоту. И усталость, которая была глубже костей.

- Уберите тела, - сказал он. - Закройте ворота. И дайте мне час.

Он повёл Амаранту наверх, в свою комнату. Закрыл дверь. И впервые за долгое время позволил себе сесть на пол, прислонившись спиной к кровати.

Она села рядом.

- Ты сделал то, что должен был, - сказала она.

- Я знаю, - ответил он. - Это не помогает.

Она не стала говорить, что всё будет хорошо. Не стала утешать. Просто прижалась к его плечу и закрыла глаза.

Так они и сидели - в тишине, в крови, в конце войны.

**Квартира Адама. Вечер.**

Он не хотел оставаться в особняке. Слишком много крови. Слишком много памяти. Они вернулись в его квартиру, и Амаранта первым делом заставила его снять рубашку и встать под душ.

Она сама смыла с него кровь. Медленно, тщательно, без слов. Тёплая вода стекала по его плечам, по шрамам, по старым татуировкам. Он стоял неподвижно, как каменный, и смотрел в стену. Она выключила воду. Обернула его полотенцем. И только тогда он посмотрел на неё.

- Ты здесь, - сказал он.

- Я здесь, - ответила она.

Он коснулся её лица - мокрыми пальцами, осторожно, будто проверяя, настоящая ли она. Она прижалась к его ладони.

- Ты не ушла, - сказал он.

- Я никогда не уйду.

Он поцеловал её. Медленно. Без спешки. Без голода. Просто чтобы почувствовать, что она рядом. Что она живая. Что он живой.

Она ответила. Её руки скользнули по его груди, по плечам, по затылку, притягивая ближе. Полотенце упало на пол. Она была в одной футболке, и он чувствовал тепло её тела сквозь тонкую ткань.

- Ты весь день держался, - прошептала она. - Отпусти.

- Не могу, - выдохнул он. - Если я отпущу, я могу не собраться обратно.

- Я соберу.

Она взяла его за руку и повела в спальню. Он шёл за ней, не сопротивляясь. Она толкнула его на кровать - мягко, но настойчиво, - и он упал на спину, глядя на неё снизу.

Она сняла футболку через голову. Просто. Без игры. Без вызова. Он смотрел на неё, и в его глазах не было животного голода, который она видела раньше. Была только благодарность. И что-то глубже.

Она наклонилась и поцеловала его грудь. Медленно, спускаясь к животу. Он закрыл глаза и выдохнул - слишком долго сдерживаемое напряжение начало отпускать.

- Амаранта...

- Тихо, - сказала она. - Просто чувствуй.

Она провела языком по его коже, и он вздрогнул. Её пальцы скользнули ниже, и он сжал простыни в кулаках. Она не торопилась. Она делала это так, будто хотела вытащить его из той ямы, в которую он сам себя загнал.

Когда она взяла его в рот, он застонал - глубоко, почти болезненно. Его рука легла ей на затылок, но не давила. Просто держала. Просто чувствовала.

- Я не могу... - выдохнул он.

Она подняла голову и посмотрела на него.

- Можешь.

Она вернулась к тому, что делала. Медленно. Терпеливо. Пока его дыхание не сбилось окончательно, пока его пальцы не впились ей в плечо, пока он не застонал её имя так, будто оно было последним словом в его жизни.

Он кончил с глухим рыком, и его тело содрогнулось. Она поднялась, вытерла губы и легла рядом.

Он лежал, глядя в потолок. Грудь тяжело поднималась.

Он повернулся к ней и поцеловал - уже не так, как раньше. В этом поцелуе была нежность, которую он редко позволял себе. Его руки скользнули по её спине, по бёдрам, притягивая её ближе, пока она не оказалась под ним.

- Теперь ты, - сказал он.

- Ты устал, - возразила она.

- Я хочу тебя, - сказал он. - И это важнее усталости.

Он вошёл в неё медленно, глядя ей в глаза. Она выгнулась, обхватив его ногами, и он почувствовал, как её тело принимает его - тепло, влажно, идеально. Он начал двигаться. Не быстро. Не грубо. Глубоко. Каждое движение было медленным, будто он хотел запомнить каждую секунду. Она впилась пальцами в его спину, и он чувствовал её дыхание на своей шее.

- Адам..

Он ускорился - чуть-чуть, - и она застонала. Он накрыл её рот поцелуем и она улыбнулась ему в губы.

- Ты думаешь о соседях? - выдохнула она.

- Я думаю о том, чтобы ты кричала только для меня.

Он вошёл глубже, и она застонала - тихо, в его плечо. Он почувствовал, как она сжимается вокруг него, и это было почти слишком. Он сбавил темп, чтобы не кончить раньше неё. Он опустил руку между ними и коснулся её пальцами. Она вздрогнула и вцепилась в него сильнее.

- Не останавливайся, - прошептала она.

Он не остановился. Он двигался внутри неё и одновременно ласкал её - медленно, ритмично, пока она не начала дрожать. Пока её дыхание не сбилось. Пока она не закричала - тихо, но так, что он почувствовал это всем телом.

Он кончил вместе с ней - глубоко, с рыком, содрогаясь и прижимая её к себе так, будто она была единственным, что удерживало его на земле.

Потом они лежали. Молча. Его рука на её животе. Её голова на его груди.

- Ты когда-нибудь думал о том, чтобы уехать? - спросила она.

- Куда?

- Куда угодно. Подальше от всего этого.

Он помолчал.

- Думал, - сказал он. - Но не знал, с кем.

- Теперь знаешь.

Он посмотрел на неё. И впервые за очень долгое время улыбнулся - по-настоящему.

- Теперь знаю.

# ГЛАВА 12

**Три недели спустя. Клуб «Коршуны». Кабинет Адама.**

Адам сидел за столом, разбирая бумаги. Клан после войны нужно было собирать заново - не стены, а людей. Найти новых, проверить старых, выстроить заново то, что рухнуло.

Майкл вошёл без стука. Теперь он мог себе это позволить. Он был не просто правой рукой - он был партнёром.

- Босс, у нас проблема с южным портом. Люди Виктора, которые остались, пытаются перекупить наших.

- Сколько?

- Трое ушли. Ещё двое думают.

Адам откинулся в кресле.

- Дай им уйти, - сказал он. - Те, кто думает о деньгах, всё равно уйдут. Мне нужны те, кто думает о деле.

Майкл кивнул, но не ушёл.

- Что-то ещё? - спросил Адам.

- Она внизу. Ждёт.

Адам усмехнулся.

- Пусть войдёт.

Амаранта вошла через минуту. В чёрном платье, с распущенными волосами. Она выглядела так, будто только что пришла с прогулки, а не с очередной проверки контактов.

- Ты выглядишь уставшим, - сказала она, садясь на край стола.

- Я выгляжу как человек, который три недели не спал.

- Я знаю способ это исправить.

Он поднял на неё глаза.

- Какой?

- Перестань работать.

- Это не способ. Это утопия.

Она наклонилась и поцеловала его. Быстро, но так, что он почувствовал - она не шутит.

- Я серьёзно, - сказала она. - Ты не машина. Ты человек. И ты нужен мне живым.

Он взял её за руку и притянул ближе.

- Ты нужна мне тоже.

- Тогда докажи.

Он поднялся, закрыл ноутбук и взял её за руку.

- Идём.

- Куда?

- Домой.

**Квартира Адама. Вечер.**

Он не соврал. Они действительно поехали домой. Но по дороге он остановился у старого ювелирного магазина на углу - того самого, который работал ещё до войны.

- Что мы здесь делаем? - спросила она.

- Заходим.

Внутри пахло старым деревом и лаком. За прилавком стоял пожилой мужчина с усами.

- Я хочу кольцо, - сказал Адам.

Амаранта замерла.

- Что?

- Кольцо, - повторил он. - Для неё.

Мужчина посмотрел на них обоих и улыбнулся.

- Какое?

- Простое, - сказал Адам. - Без камней. Без гравировки. Только металл.

- Почему без камней? - спросила Амаранта.

- Потому что камни - это для тех, кто хочет показать. А я хочу, чтобы ты просто знала.

Она смотрела на него, и в её глазах блестели слёзы.

- Ты серьёзно?

- Я никогда не был серьёзнее.

Он выбрал кольцо - тонкое, из белого золота, без украшений. Мужчина упаковал его в маленькую коробочку.

На улице Амаранта остановилась.

- Ты не сделал это как надо, - сказала она.

- Что?

- Ты не встал на колено. Ты не сказал красивых слов. Ты просто купил кольцо.

Адам усмехнулся.

- Я не умею красиво, - сказал он. - Я умею только честно. Я хочу, чтобы ты была моей женой. Не потому что так надо. Не потому что так принято. А потому что я не могу представить свою жизнь без тебя. Это достаточно честно?

Она молчала. Потом шагнула к нему и поцеловала.

- Достаточно, - сказала она.

**Квартира Адама. Ночь.**

Они вернулись домой, и он закрыл дверь. Она стояла посреди гостиной, держа в руках маленькую коробочку.

- Ты не открыла, - сказал он.

- Я знаю. Я хочу, чтобы ты открыл.

Он подошёл, взял коробочку и открыл. Кольцо блеснуло в тусклом свете лампы. Он взял его и надел ей на палец.

- Теперь ты моя, - сказал он.

- Я всегда была твоей.

Он поцеловал её - глубже, чем раньше. Она ответила, и в этом поцелуе не было ни спешки, ни голода. Было обещание.

Он подхватил её на руки и понёс в спальню. Она обвила его шею руками и улыбнулась.

- Ты собираешься сделать это как в кино?

- Я собираюсь сделать это так, как хочу я.

Он опустил её на кровать и навис сверху. Она стянула с него рубашку - пуговицы разлетелись, но он не обратил внимания. Она коснулась его груди, его шрамов, его кожи.

- Я хочу тебя, - сказала она. - Медленно.

- Тогда будет медленно.

Он раздел её - медленно, как она просила. Каждая пуговица, каждая застёжка. Он целовал каждый сантиметр кожи, который открывал. Она выгибалась под ним, цепляясь пальцами за его волосы.

Когда она осталась обнажённой, он замер. Просто смотрел.

- Ты красивая, - сказал он. - Я говорю это не потому, что должен. Я говорю это потому, что это правда.

- Ты уже говорил это.

- Скажу ещё раз.

Он опустился и поцеловал её грудь - медленно, чувственно. Она выдохнула его имя, и он почувствовал, как его тело отвечает на этот звук.

Он двигался вниз - по её животу, по бёдрам. Она раздвинула ноги, и он не стал заставлять её ждать. Он провёл языком по её коже, и она вскрикнула - тихо, но так, что он почувствовал это всем телом.

- Адам...

Он не остановился. Он делал это медленно, терпеливо, пока она не начала дрожать. Пока её пальцы не впились ему в волосы. Пока она не закричала - глубоко, отчаянно, - и не содрогнулась под ним.

Он поднялся, вытирая губы. Она смотрела на него снизу, тяжело дыша.

- Теперь ты, - сказала она.

- Нет, - ответил он. - Теперь ты снова.

Он вошёл в неё одним движением - медленным, глубоким. Она обхватила его ногами, притягивая ближе. Он начал двигаться - размеренно, ритмично, глядя ей в глаза.

- Ты моя жена, - сказал он.

- Ещё нет.

- Уже да.

Он ускорился, и она застонала. Он накрыл её рот поцелуем и продолжил двигаться - быстрее, глубже, пока она не начала снова дрожать. Пока её тело не сжалось вокруг него. Пока она не закричала ему в губы.

Он кончил вместе с ней - глубоко, с рыком, содрогаясь и прижимая её к себе.

Потом они лежали. Молча.

- Ты счастлива? - спросил он.

- Да, - ответила она. - Впервые за очень долгое время.

- Я тоже.

# ГЛАВА 13

**Год спустя. Загородный дом. Утро.**

Дом стоял на холме, вдали от города. Большой, но не особняк. Простой. С деревянными полами, большими окнами и садом, который Амаранта разбила сама.

Адам проснулся от того, что солнечный свет бил в лицо. Он повернулся - и нащупал пустоту. Он открыл глаза.

Она стояла у окна. В его рубашке. С чашкой кофе в руках. Волосы были растрёпаны, и она выглядела так, будто только что встала.

- Ты рано, - сказал он.

- Не могла спать.

- Кошмары?

- Нет, - ответила она, оборачиваясь. - Просто мысли.

Он сел на кровати.

- О чём?

Она подошла и села рядом.

- О том, что год назад мы были в аду. А теперь - здесь. В тишине. И я не знаю, заслужила ли я это.

Он взял её за руку.

- Ты заслужила больше, - сказал он. - Ты заслужила всё.

Она улыбнулась.

- Ты стал сентиментальным.

- Это ты меня таким сделала.

Она поставила чашку на пол и поцеловала его. Медленно. Тепло.

- Я хочу тебя, - сказала она.

- Сейчас?

- Сейчас.

Он не стал спорить. Он притянул её к себе, и они упали обратно на кровать. Её рубашка - его рубашка - полетела на пол.

Он целовал её шею, её плечи, её грудь. Она выгибалась под ним, и он чувствовал, как её тело отвечает на каждое прикосновение.

- Я хочу, чтобы ты был внутри меня, - прошептала она. - Медленно.

- Будет медленно.

Он вошёл в неё, и она обхватила его ногами. Он двигался медленно - так, как она просила. Глубоко. Ритмично. Глядя ей в глаза.

- Я люблю тебя, - сказал он.

- Я знаю, - ответила она. - Я всегда знала.

Он ускорился - чуть-чуть, - и она застонала. Он накрыл её рот поцелуем, и они двигались вместе, пока волна не накрыла их обоих.

- Ты счастлива? - спросил он.

- Да, - ответила она. - А ты?

- Да.

Он посмотрел на неё и улыбнулся.

- Я никогда не думал, что скажу это. Но я счастлив.

# ЭПИЛОГ

**Пять лет спустя. Загородный дом. Лето.**

Дом на холме утопал в зелени. Амаранта сидела на веранде, подставив лицо солнцу. На коленях у неё лежал блокнот, в котором она что-то писала. Рядом, на полу, играл мальчик - четыре года, светлые волосы, тёмные глаза. Его звали Марк. В честь человека, который когда-то спас её.

Адам вышел из дома с двумя чашками кофе. Он поставил одну перед ней, сел рядом и посмотрел на сына.

- Он опять разобрал часы, - сказал он.

- Знаю, - ответила Амаранта, не отрываясь от блокнота. - Он разберёт весь дом, если мы не купим ему что-нибудь, что можно ломать.

- Я куплю ему конструктор.

- Ты купил ему конструктор в прошлом месяце. Он разобрал его за час и собрал обратно в виде пистолета.

Адам усмехнулся.

- В меня растёт.

Она подняла на него глаза и улыбнулась.

- В нас.

Марк подбежал к отцу и протянул ему что-то - маленькую деталь от часов.

- Пап, смотри.

Адам взял деталь и посмотрел на неё.

- Ты знаешь, что это?

- Это пружина.

- Правильно. А зачем она нужна?

- Чтобы часы шли.

Адам посмотрел на сына - на его серьёзное лицо, на его внимательные глаза. И почувствовал что-то, чего не чувствовал никогда раньше. Гордость. Не за себя. За него.

- Иди играй, - сказал он. - Мы с мамой поговорим.

Марк убежал. Адам сел рядом с Амарантой.

- Ты пишешь? - спросил он.

- Да, - ответила она. - Я записываю.

- Что?

- Всё. Нашу историю. Чтобы не забыть.

Он помолчал.

- Зачем?

- Потому что однажды Марк спросит, кто мы. И я хочу, чтобы у него был ответ. Не сказка. Правда. Наша правда.

Адам взял её за руку.

- Ты думаешь, он поймёт?

- Он поймёт, - сказала она. - Потому что он наш сын.

Они сидели молча. Солнце садилось. Где-то в саду пели птицы. Марк бегал по траве, смеясь.

- Ты когда-нибудь жалеешь? - спросила она.

- О чём?

- О том, что мы не уехали раньше. Что столько лет потратили на войну.

Он посмотрел на неё.

- Нет, - сказал он. - Потому что без войны я бы не встретил тебя.

Она улыбнулась.

- Ты стал философом.

Он наклонился и поцеловал её. Долго. Медленно. Как человек, у которого нет причин спешить.

Марк подбежал к ним.

- Мам, пап, смотрите!

Он протянул им что-то - маленький белый цветок, который сорвал в саду.

- Это амарант, - сказал он. - Как твоё имя.

Амаранта взяла цветок и посмотрела на мужа.

- Он растёт даже здесь, - сказала она.

- Он растёт везде, - ответил Адам. - Ты говорила мне это много лет назад.

- Ты запомнил.

- Я помню всё.

Они сидели на веранде, и солнце садилось за холмом. Марк играл с цветком. Адам держал жену за руку. И в этом моменте не было ни войны, ни крови, ни страха.

Только они. Только жизнь.

**Тот же вечер. Спальня.**

Марк уснул. Дом погрузился в тишину.

Амаранта стояла у окна, глядя на звёзды. Адам подошёл сзади и обнял её.

- О чём думаешь? - спросил он.

- О том, что я счастлива, - ответила она. - И боюсь этого.

- Почему?

- Потому что счастье не длится вечно.

Он развернул её к себе.

- Длится, - сказал он. - Если за него держаться.

Она посмотрела на него. В его глазах не было лжи. Только любовь.

- Ты веришь в это? - спросила она.

- Я верю в тебя, - сказал он. - Этого достаточно.

Он поцеловал её. И в этом поцелуе было всё - пять лет брака, пять лет боли, пять лет радости. И ещё столько же впереди.

Они легли в постель. Он медленно раздел её. Она - его. Они занимались любовью так, как делают это люди, которые знают друг друга до последнего шрама. Медленно. Глубоко. Честно.

Потом они лежали в темноте.

- Я люблю тебя, - сказал он.

- Я знаю, - ответила она. - Я всегда знала.

- Скажи это.

- Я люблю тебя, Адам.

Он закрыл глаза. И впервые за долгие годы заснул без кошмаров.

*Конец.*

Конец