Тоже фигура, так сказать, культовая

Шоубизнес, по словам Нино Гаджи у Мастейна, это очень грязный бизнес, но он забыл или не счёл нужным упомянуть то, что сразу просёк Багси Сигел : это ещё и очень жирный бизнес. Многие и многие сотни миллионов долларов, крутящиеся в шоубизнесе, не могли не привлечь пристального внимания ушлого еврея из Синдиката Чарли Лакки Лучиано, они и привлекли.

- Поделись со мной деньгами, - мрачно произнёс голубоглазый еврей, тыча в Тельму Тодд коротким дулом револьвера. Но привыкшая отсасывать актриса не испугалась оружия, хули, ей столько раз приходилось держать муляжи его в своих ручках, а также палить напропалую холостыми, что она отвела дуло недрожащей и рукой и растопырила ноги. Сигел с ужасом увидел, что на этой путане нет трусов !

- Не балуй ! - закричал впервые в своей короткой жизни чего - то испугавшийся гангстер. - Шалишь !

- Есть маленько, - признала холливудская актриса, сбрасывая с себя шёлковое маленькое платьице Коко Шанель.

В дверь бунгало влез волосатый и бородатый тощий мужик с бешеными глазами. Аккуратно баюкая в ладони остро отточенный свинорез, решительно отодвинул Сигела от Тельмы.

- Посторонись, гад, - пробурчал он, сверкая косыми глазами, - моё тута место.

Одним плавным движением лезвия он рассёк актрисе трахею. Сигел еле успел отпрыгнуть, не выпуская револьвера, как алая струя дымящейся крови оросила пол. Мужик, смочив пальцы в крови, бросился к стене и написал на ней показавшееся гангстеру странным слово.

- Свиньи, - прочёл Багси.

- Они самые, - отозвался мужик. - Пыжатся и кочевряжатся, мы - ста да я - ста, а сама сосать у тебя была готова, лишь бы не пожертвовать пару центов в фонд вспомоществования людям.

Сигел заулыбался, пряча револьвер в карман.

- Всё, короче, по понятиям, - сказал он, протягивая мужику открытую ладонь. - Бенджамен Сигел.

Мужик ухмыльнулся.

- Надо не так.

Он выскочил в дверь и снова зашёл. Сделав лицо дебильным, гаркнул :

- Даров ! Жеглов моя фамилия.

Сигел, никогда не видевший такой идиотии, рассмеялся.

- На самом деле, - продолжал как ни в чём не бывало волосатый, - я Чарльз Мэнсон. Гуру для толпы хиппи - шлюх и будущий убийца свиньи Шэрон Тейт.

- Ой, - ошеломлённо пробормотал Сигел, - а я тебя знаю.

Конечно, знает. Мэнсона все знают, это фигура культовая. А мне интересно немножечко другое : что же это за хвалёное общество потребления, демократии и всяческих свобод, если самый обыкновенный массовый убийца стал культом. Вопрошения не будет, потому вопрос риторицкий.