и телевизор

Аферист Бендер, отмазывая Паниковского от разгневанных сограждан, представлялся экспертом, даже форменную фуражку не забыл надеть, много менее талантливые жулики и аферисты двадцать первого века не просто называют себя, а, судя по всему, вполне ощущают писателями, забивая книжный рынок макулатурой графомании. Я уже не раз пенял на некомпетентность многочисленных писак и знаменитых путешественников, не обладающих русским лицом, но и среди русских бездарей и ублюдков - жопой жуй.

- Владимирский кабак ! Водка стрёмная,

А рожи - так не хочешь жить.

Эх, Русь ! Какая ты говённая.

Что ж делать, будем пить.

Прижимая сберкнижку к груди для незряшного сугрева патриотицкого сердца, Шарапов лез в подвал, ощущая горячее салом и чесноком с сивушным амбрэ дыхание советских гангстеров, жирующих и подъедающихся в послевоенное и предвоенное время всеобщей разрухи, как можно характеризовать вообще любой период существования на планете России.

- Полный фрайерок ! - заржал Промокашка, наткнувшись на застрявшего в узком лазе в подвал молодого оперативника. - Полный !

- Как Винни - пух, - сурово катая желваки за плохо пробритыми щеками высказался Горбатый, больно пиная кирзовым сапогом выпуклый зад Шарапова. - Мы, понимаешь, свободой и жизнью рискуем, а он отожрался.

Шарапов хрипел и бился, но кирпичные стены зловещего подвала сжимали его утомлённое солнцем туловище. Наконец он повёл глазами чуть в сторону и увидел фотопортрет Синичкиной с почему - то подписью Чонкина.

- Гляди в мой лик суровый, - прочёл вслух Шарапов посвящение дезертира, - гляди в последний раз ...

- И помни хер здоровый, - продолжил за ним глумливый главарь, - как лез тебе он в глаз.

- Га ! - завопил Промокашка, беснуясь. - Обдурить вздумал !

Но его отодвинул жестокой ладонью Диомидов. Вынув стеклянный глаз, покатал его в жосткой ладони, а затем предложил :

- А давайте его поимеем, удобно уж он застрял.

Шарапов чувствовал, что бандиты, хихикая и шепчась, снимают с него форменные офицерские галифе и закричал, содрогаясь.

- Стой, ребьята, - приказал Горбатый. - Чота мне его вокал знаком.

Они оставили Шарапова в подвале, а когда сотрудники отдела по борьбе с вытащили товарища за ноги, то обнаружили длинную блондинку с невероятно глупой физиономией, стрёмными сиськами и покрытыми целлюлитом ногами.

- Сик транзит глориа мунди, - с важностью произнёс Гриша шесть - на - девять, спешно переквалифицируясь в Хельмуты Ньютоны.