Месяц на двоих. Ночной гость

Вечер поджимал небо к воде, и берег у причала Балтийского залива пах тёплым, нагретым за день песком и сырой, солоноватой тиной. Волны лениво шлёпали по пологим сваям старых волнорезов, чайки где-то наверху спорили с ветром, но без былой дневной злости, их крики уже казались частью затихающей ночи. В окнах уютного дома мягко горел свет.

С веранды, чуть покачиваясь, как бы танцуя, вышла Света. В руке она держала пакет. Он был не просто «про себя» — там лежали дрон и провода, аккуратно сложенные, а ещё тонкий пластик пульта. Её задание было четким: запустить дрон, пролететь вдоль берега, осмотреть на предмет наличия каких-либо объектов в море у берега и на берегу. Павел попросил её «присмотреть» за Олей. Света чувствовала, как нервно подрагивают её пальцы.

Оля уже стояла у края ступенек, ведущих в сторону воды. Её юная фигура была облачена лишь в лёгкий халатик, полотенце небрежно перекинуто через плечо.

— Ты вовремя, — сказала Оля, не поворачиваясь, словно знала, что Света выйдет именно сейчас. Её голос звучал ровно, почти безмятежно.

Света подошла ближе, чувствуя, как нарастает внутреннее напряжение. «Задание Павла», эхом отдавалось в голове. Он просил её быть незаметной, собрать материал. А тут Оля, всегда столь прямолинейная в своей необычности, так легко ломала все шаблоны.

— Да… я тут, в общем… хотела свой дрон запустить, море у берега поснимать, на память о лете, об этом месте… — Света запнулась, не зная, как подступиться к «случайному» предложению о дроне.

Оля медленно повернулась. Её глаза, цвета балтийского неба, чуть прищурились. На лице не было ни удивления, ни подозрения, лишь лёгкая, едва заметная улыбка.

— С дроном? — прямо спросила Оля, кивнув на пакет. — Что, полетать море снять и меня в нём? Или следить за мной?

Последние слова были произнесены так буднично, что Света оцепенела. Оля что-то знает? Неужели Павел…

— Нет-нет, что вы, Оля! Просто… для видео… на память. Я себе в архив, потом будет что вспомнить… — Света лихорадочно пыталась выпутаться из паутины лжи, которую так неаккуратно сплетала.

Оля рассмеялась. Звонко, чисто, как колокольчик на ветру.

— Видео для себя, конечно, — она посмотрела прямо в глаза Свете. — Я так и подумала. У меня есть предложение. Пари.

Света сглотнула. Пари с Олей – это всегда было что-то непредсказуемое.

— Пари? — пролепетала она.

— Да. Я плыву от волнореза до волнореза, вдоль берега, и обратно. А ты тем временем запустишь свой дрон. Снимешь меня, если хочешь, потом я тебя, вот и будет память. Но… по моим правилам, голышом, точно будет что вспомнить и показать, потом, когда-нибудь...

Света почувствовала, как по спине пробежал холодок. «По её правилам». Это означало полную потерю контроля, полную отдачу инициативы в руки Оли. Но если она откажется… Отказаться – значило выдать свою слежку, провалить задание Павла, потерять его расположение. А он так доверял ей. К тому же, потерять расположение Оли, такой интригующей и свободной, было бы тоже неприятно.

— Я… я согласна, — голос прозвучал слабее, чем хотелось бы.

Оля кивнула.

— Отлично.

Она пошла быстрым шагом к воде, а затем перешла на лёгкий бег, её халатик развевался по ветру. Света припустила за ней, едва пару раз не уронив пакет с дроном, чувствуя себя неуклюжим куском железа рядом с этой воздушной нимфой.

На пляже Оля обернулась. Она ожидала Свету, а также того момента, когда та достанет свой дрон. Смеясь, Оля сбросила свой халатик на песок, и, в чём мать родила, плюхнулась с разбегу в воду. Сразу стало ясно, что плавает она хорошо, даже профессионально, несмотря на свою хрупкую фигуру. Грациозно рассекая волны, она двигалась с удивительной лёгкостью, словно рождённая в этой стихии. Дрон Светы, который она уже успела поднять в воздух, послушно сопроводил её до другого волнореза и обратно, снимая каждый всплеск, каждый изгиб её тела в воде. На этот раз Света вела пульт увереннее, сосредоточившись на задаче, отгоняя мысли о Павле и своём задании.

Оля вышла из воды, отряхнулась, словно водная фея, и обернулась своим полотенцем. На её слегка загорелой коже блестели капельки воды.

— Теперь ты, — сказала Оля, выхватывая пульт из рук Светы.

Света замерла. Её очередь. Раздеваться, когда Оля стоит рядом, такая… естественная.

Оля заметила её стеснение.

— Я же не мальчик, что ты меня стесняешься?

В голове Светы пронеслась мысль: «А если Павел сейчас это снимает? Или Борис, его племянник, прячется где-то в кустах? » Света представила, что её обнаженное тело останется в записях навсегда, может быть, даже Павел будет их просматривать, может и не раз... Сердце ухнуло. Но отступать было поздно. «А, была – не была», — решила она. Света быстро сложила всё снятое на небольшой валун у воды, немного прячась за него, словно Борис действительно мог притаиться на берегу. И, не смотря на свою худобу, она тоже отлично плавала, что было для Оли небольшим сюрпризом.

Отправив Свету в заплыв, Оля не мешкая, проверила содержимое пакета. Она пробежалась по проводам, бегло осмотрела дрон, её пальцы скользнули по пакету в поисках запасной батарейки. Ее не оказалось. Заряда дрона, как показал индикатор, оставалось немного, так что не потребуется ни прятать бельё Светы, ни ещё чего выдумывать, чтобы оборвать эту игру. Просто отправить её на зарядку с обещанием завтра повторить. Ещё нужно было сбросить запись себе — пригодится. Может, потом показать Борису себя, или Свету — по обстоятельствам.

Когда Света приплыла и одевалась, заряд дрона был на нуле. Она дрожала то ли от холода, то ли от возбуждения.

— Ну вот ты какая молодец, — Оля протянула ей пульт, — беги домой, смотри дома на компьютере, кто победил!

И пристально посмотрела на Свету, ожидая её ухода.

— А ты, Оль, ты ещё не идешь?

— Я на луну помедитирую тут, одна.

Оля скинула на песок полотенце и уселась на него обнажённой в позу лотоса, закрыв глаза. Её фигура, словно вылепленная из лунного света, стала частью пейзажа. Света смутилась, но слова Оли были приказом. Она быстро попятилась назад, понимая, что по инструкции Павла ей теперь просто нужно было спать в свою палатку на веранде и выключить фонарь, чтобы успокоить Олю.

Света удалилась, чувствуя на себе невидимый взгляд, не зная, чьим он был – Олиным, Павла или её собственным, оценивающим свои поступки в этот необычный балтийский вечер. А Оля осталась одна, слившись с сумерками, её тело сияло в лунном свете, словно бросая вызов всем невысказанным желаниям и тайным наблюдениям, которые кружили вокруг этого дома. Где-то в доме, наверняка, Валерия, возможно, тоже не спала, чувствуя это напряжение в воздухе, сравнивая себя с юной хореографом, понимая, что Оля – не просто наёмная танцовщица, а нечто гораздо большее, нечто, что меняет правила игры, даже если Павел и Анна пока не замечают её таинственной власти. Но они как раз всё замечали, заметили как спустя некоторое время вдоль воды прошла тёмная фигура, Оля не была такой бесстыдницей как можно было подумать и прикрылась своим полотенцем, незнакомец уважал её приватность и они разговаривали стоя на некотором расстоянии, что из-за повышенной громкости общения позволило его записать.