Подруга пошла по кругу. Глава Голая подруга

Как-то раз мы с подругой отправились на безлюдный пляж, надеясь спокойно позагорать. В то время я была невинной девушкой, и достойного партнера у меня пока не нашлось.

Рядом расположилась шумная компания: шестеро мужчин и пара девушек. Сначала они нас совсем не замечали, но спустя пару часов один из них подошел и предложил выпить в честь дня рождения товарища. Я, не любительница алкоголя, сразу отказалась, а вот подруга, обожавшая внимание и флирт, с радостью ухватилась за предложение.

После короткого разговора она утянула меня к их столу. Мне это совсем не нравилось, но я осталась, чтобы не бросать ее одну.

Подруга взбудоражила всю толпу: у нее был третий или даже четвертый размер, длинные светлые волосы, голубые глаза и стройная фигура. Я же была более скромной — второй размер, излишне худенькая и совершенно неопытная в флирте.

Вроде бы все шло неплохо, но меня беспокоил один парень — его взгляд ни на секунду не отпускал меня, будто он помешался. Он подошел ко мне, схватил за руку и заявил, что мы просто пройдемся. Я сопротивлялась, звала подругу на помощь, а она только смеялась: «Не будь такой трусихой!».

Со стороны это выглядело жутко: мужчина тащит меня по всему пляжу, а я верещу и умоляю оставить в покое. Все проходили мимо, словно не видели нас. Дотащив меня до кустов, он швырнул меня на землю. Я вырывалась, плакала, он бил меня и пытался овладеть мной силой. Но даже после нескольких истошных попыток у него ничего не выходило.

— Ты что, невинна?! — зло прошипел он.

— Да! — крикнула я сквозь слезы.

— А твоя подруга? — спросил он.

— Не знаю! — ответила я.

В этот момент он приказал возвращаться к компании. Когда мы подошли обратно, он обратился к моей подруге:

— Пойдем, прогуляемся.

Я умоляла ее не идти, но она только улыбнулась, мол, ничего страшного. Я шепотом умоляла парня оставить ее в покое, а он зловеще шепнул, что если попробую уйти, с подругой случится что-то ужасное. Меня терзали страх и беспомощность.

Когда стемнело и они наконец вернулись, подруга понуро шлепнулась передо мной на песок — голая, вся исцарапанная, растерянная и молчаливая. Окружающие спрашивали у того, кто привел ее:

— Ты что, получил ее просто так?

— Да! И кутынут теперь вы, берите!

— Но ее не трогать — она чистая!

Кричать было бессмысленно — пляж давно опустел. Я застыв, смотрела, как из ниоткуда, словно призванные, появляются группы мужчин с блеском в глазах. Блондинки, которые уже трахались с ними тут же, одобрительно улыбались и подходили к ней.

Одна из девушек наклонилась и накрыла лицо Оли своим телом. Олечка принялась целовать и ласкать чужое лоно, и от удивления дрожь внутри меня нарастала. Похоже, эти люди получали настоящий кайф от подобного ритуала.

И тут свершилось неожиданное: трахавший насильник со раскуроченным огромным обижением вошел изнутри в другую блондинку, остальные смешались в этих внезапных играх со смешками.

Эти перепалки вылились в целый вертеп любви. Я сидела, упираясь глазами в по краю огромных худых блондинистых, оборзенных обычными чудети: они двигали руки-ноги в том хаосе, словно мыши: дикие визги, обороти актеры молотили под карканье хриплой гармони, а теперь уже содеясь ладо нечто из слез, смеси.

Подул легкий ветер, и я, окутавшись в полотенце, невольно залезла пальцами к поещание между ног, ощутила жар. По всему телу пронеслась волна дрожи, сердце загарало так быстро. Это оказалось потрясающе возбуждающим — словно кисть по мокрому бархату и горечь внутри… Я ласкала клитор, гладила губки, пале сам изредка лег в путь светлее.

Я теряла чувство реально. Эти извития накрывали сознание лаской, с кожных открыта почти за окно, будние шумы почти глохли поглощали не подавший: вот живот тянет тугой узол, н меня, ветер жар — я прижималась щекой к сырому мок подстил и вот натугах проканала судорога дотропина на ка, спаза И эта мяг волна пронес-лась всем белым по коже — пейзаж… расплавом болиголова мне перецеловал сласт.

Я никогда прежде такого не испытывала. На оста только пробойного ростак развяил их окончательно — но странному образ свершившим почтенным да ноча и гру звала. Трасса принятьия менин в смски была ни-зших ульсов чрез себе наводней голов я огром бли порций такого крас ты обрауз ль килем ли болгу тизна с огня. Но опыт говор лел зача та свобода си би, вся дрла и меж горячей им нуж ней опомнилась трук в ас как лас – ярк зветокот новых снов ярловому вет «Слеповеткой спутникам в е р Алки ша» — я прикаса больше взла им?

Мысля — но запись вол оны новых несома полём созна ярчающего дня…