Месяц на двоих, день второй, поездка вдвоём (Порно второй мировой войны)

Павел ответил не сразу. Он прикрыл крышку деревянной коробки, но не убрал её со стола. Затем коротко кивнул, не пытаясь спорить.

— Да. Там меня звали Пабло. Когда-нибудь я расскажу больше. Но не сегодня и не так, будто служебное дело лежит между нами вместо завтрака.

Анна посмотрела на коробку, потом на его лицо.

— Это обещание или способ отложить разговор?

— Обещание. А сейчас я хочу спросить о тебе.

— Удобный поворот.

— Возможно. Расскажи о прежних кавалерах. И о тех, кого Валерия подбирает тебе теперь.

В его голосе не было приказа, только просьба. Анна взяла кружку, отпила остывший кофе и поморщилась от горечи.

— В школе за мной ухаживал Сашка Ларин, неплохой парень, кажется ушёл в монахи. Неловко, шумно и совершенно без результата. Был моим партнёрам по танцам, на год младше меня. Однажды он подарил мне ручку с моим именем с подсветкой. Я неделю не могла понять, почему она мигает.

Уголок рта Павла дрогнул.

— А в университете?

— Захар Липшиц. Два года за мной ухаживал: письма, проводы после занятий, приглашения на выставки. Ничего лишнего я ему не позволяла.

— Потому что не хотела?

— Потому что не была готова. И потому что доверие не выдают за настойчивость.

Павел опустил взгляд на свои руки. Золотое кольцо тихо блеснуло в сером утреннем свете.

— А потом?

— Потом я узнала, что всё это время он встречался с Риткой, Маргоритой Ворончихиной моей одноклассницей. Очень удобно: ухаживания — мне, тайная жизнь — ей. Я рассталась с ним в тот же день.

— Рита знала?

— Разумеется. Или делала вид, что не знала. Остальное не считается.

— Не считается?

— Случайные симпатии, разговоры, люди, которых Валерия называла «перспективными». Сейчас она приготовила мне ещё нескольких претендентов на руку. Придётся сообщить ей правду. Я - замужем.

Павел поднял глаза.

— Когда планируешь написать?

— Ещё не знаю. Но знаю, что уже не обязана проходить собеседование у каждого подходящего Валерии мужчины.

— А если она спросит, были ли у тебя другие отношения, ну про меня то есть?

Анна поставила кружку. За окном с сосен падали капли, одна за другой, и каждая звучала слишком отчётливо.

— Тогда я сама решу, что ей сказать.

Павел хотел ещё что-то сказать, но вместо этого провёл пальцем по краю коробки.

— Значит, потом.

— Да.

Он замолчал. На кухне остались остывающий кофе, закрытая коробка и вопрос, на который оба пока не решались ответить.

* * *

Через некоторое время после завтрака Павел вышел из коттеджа на площадку перед домом. От кухни ещё тянуло зеленью и остывшим кофе, но здесь запахи перебивали соль и смола, а у зарядной стойки тихо звенели цепи. Он снял замок с двух электровелосипедов и проверил давление в шинах.

Анна появилась следом — в спортивной форме для велопрогулки и лёгкой куртке. Она остановилась у ступеней, поправила светлые волосы и повернулась к нему боком.

Павел поднял голову. Его взгляд на мгновение задержался на стройных ногах и округлости маленькой спортивной попки под тканью формы. Ключ выпал из его пальцев и звякнул о настил.

— Сам себе завидую, — сказал он, наклоняясь за ним.

Анна улыбнулась, не смутившись и не отводя взгляда. Потом ещё раз повернулась — быстро, почти деловито, но явно довольная его реакцией.

— Осторожнее. Так ты велосипед не подготовишь.

— Я готов. Просто временно потерял связь между рукой и ключом.

— Для бывшего контрразведчика слабое оправдание.

Он выпрямился и протянул ей шлем. Анна взяла его, но надевать не спешила.

— Электропривод оставим на обратную дорогу, — сказала она. — Первый отрезок едем сами.

— Сейчас взлечу.

— На мускульной тяге, Павел. Без помощи мотора.

— Я понял.

— Нет, ты всё ещё смотришь на велосипед так, будто он должен выиграть за тебя.

Павел усмехнулся и включил на дисплее режим без поддержки. Его палец задержался на кнопке.

— Предлагаешь соревнование?

— Предлагаю честную гонку. Я когда-то занималась лёгкой атлетикой. Сейчас обгоню бывшего контрразведчика. Или ты всё ещё не бывший?

Ветер потрепал её пряди волос. За соснами блеснул залив.

— Маршрут выбираю я? — спросил Павел.

— Нет. Я.

Он вздохнул и посмотрел на тропу, потом на Анну. Павел молча поставил свой велосипед рядом с её.

— Хорошо. Ты ведёшь.

— И никаких скрытых включений.

— Проверишь журнал доступа к велосипеду?

— Проверю твой палец.

Анна надела шлем, застегнула ремешок и села в седло. Павел на мгновение задержал взгляд на её ногах и на том, как маленькая округлость легла в седло велосипеда, его восхитило движение маленькой крепкой фигуры, когда она устроилась на велосипеде. Он тут же перевёл взгляд на руль — слишком поздно, чтобы Анна этого не заметила, она улыбнулась, довольная эффектом.

— Готов?

— После тебя.

— Нет. По моей команде.

Она подняла руку.

— Раз… два… вперёд!

Анна первой рванула по дорожке. Павел последовал за ней. Через несколько секунд его велосипед оказался рядом, но Анна сместилась к краю тропы и не уступила линию.

— Не обгоняй без предупреждения!

Павел сразу сбросил ход.

— Принято.

Анна оглянулась и улыбнулась.

— Вот теперь честно.

Она снова ускорилась. Павел остался позади — не из-за велосипеда и не из-за прошлого. Он сам выбрал её темп. Но на первом повороте Анна исчезла за соснами, и ему пришлось прибавить, чтобы не потерять её из виду.

У развилки она ждала его, поставив ногу на землю.

— Проиграл старт, — сказала она.

— Но не потерял маршрут.

— Маршрут выбираю я.

— Тогда веди дальше.

Анна тронулась. Павел на секунду включил электропривод, чтобы проверить дисплей, и тут же выключил.

Анна услышала тихий сигнал и остановилась.

— Павел!

Он поднял обе руки, не споря.

— Проверка. Это не помощь.

Она посмотрела на него строго, затем кивнула.

— Хорошо. Но теперь ты всегда едешь сзади.

И любуешься твоей фигурой, про себя подумал муж. А вслух:

— Согласен.

Анна первой вошла в сосновую тень. Павел последовал за ней, оставив ровно столько расстояния, сколько она потребовала. Теперь впереди всегда ехала Анна.