Печалька и Герман 14

Младший сын синьора Фиорелли сорвался с места, убежал по лестнице наверх, а когда он вернулся, в руке у него был длинный тонкий прут. И я поняла, что меня сейчас высекут.

-Лаура, подойди ко мне… - сказал отчим, принимая розгу из рук своего сына.

-Ты не будешь бить розгами мою дочь!   - взвилась моя матушка, и я ожидала даже, что она снимет со своего запястья браслет и бросит его под ноги отчиму. Но она браслет не сняла, и под ноги отчима его не бросила. И я поняла, что теперь отчим точно будет сечь меня розгами.

-Твоя дочь - моя дочь! - пояснил матушке отчим и взял меня за плечо.

-Констанция, пойдем отсюда… тебе не надо этого видеть… - сказала моей матушке жена брата моего отчима, Глория. Когда женщины вышли из кухни, отчим подвел меня к столу. Он наклонил меня над столом и тихо, сквозь зубы, приказал мне:

-Юбку себе подними, Лаура… трусы опусти вниз… я буду сечь тебя по голым ягодицам…

Со вздохом, я подчинилась: приподняла свою юбку до талии, свои труселя приспустила вниз, оголила себе зад для наказания прутом.  

-Вот что в моем доме случается с маленькими воришками! - скорбным голосом объяснил всей семье мой отчим, размахнулся, опустил розгу на мою задницу.

Я взвизгнула, когда розга хлопнула меня по попе, забилась в руках отчима, но он держал меня крепко.

-Ты больше не будешь рыскать по карманам, запомни! Никогда ты так больше делать не будешь!! - сказал мне отчим и хлопнул меня пониже спины.

-Аййй!!! Синьор Фиорелли, мне больно! - завопила я.

-Замолчи, я еще не закончил тебя наказывать! - объяснил мне синьор Фиорелли, снова поднял надо мной розгу, хлопнул меня по попе, а потом еще раз и еще. Мои голые ягодицы были на виду у всей семьи Фиорелли, после каждого хлопка я чувствовала жгучую боль чуть ниже спины, и на глаза мне выступили слезы.

-Я больше так не буду, папочка! - закричала я, и отчим опустил розгу, сказав мне:

-Прекрати плакать… можешь одеваться, ты наказана достаточно… надеюсь, ты поняла, почему я тебя высек?

-Да, папа… - поспешно согласилась я.

-И почему же я тебя высек? Расскажи-ка нам… - попросил синьор Фиорелли.

-Я взяла чужое без спросу… - тихо сказала я, опустив глаза, ни на кого не глядя.

-И еще почему? - продолжал допрос синьор Фиорелли.

-И еще потому, что я залезла к вам в карман пиджака…

-И еще почему? - продолжал допытываться синьор Фиорелли.

-Я не знаю, синьор! - ответила я.

-И еще потому, что я теперь твой отец, а это значит, я буду наказывать тебя розгами за непослушание когда посчитаю нужным… Теперь поняла?

-Да, папочка… - тихо сказала я отчиму.

Он посадил меня к себе на колено, принялся гладить меня по голове, повторяя время от времени:

-Ты теперь должна быть хорошей девочкой, Лаура… а если нет, розги у меня для тебя всегда найдутся… и я не намерен с тобой церемониться, будешь воровать, или не слушаться, или приносить из школы двойки, я тебя еще раз высеку… это понятно, Лаура?

Но я ничего не успела сказать отчиму, поскольку в кухню ворвалась моя матушка.

-Изверг! Мерзавец! Белла донна мама миа!!! - закричала она и швырнула с отчима своей туфлей.

Мы с отчимом еле уклонились от туфли, а моя матушка, как злобная фурия, подлетела к отчиму и закричала:

-Ты у меня поплатишься!!! Я этого так не оставлю!!! Мерзавец!! Подонок!! Что ты сделал с моей крошкой Лаурой?

-Ну, высек я ее… - осторожно признался отчим. Но мою матушку такое объяснение не устроило. Она подскочила ко мне, зажала меня подмышкой и стянула с моих ягодиц трусы.

-Да как ты посмел, дольче витта мамма миа, пороть мою милую малышку Лауру? Смотри, что случилось с ее маленькой попкой! Вот! Смотри!! Все смотрите, все!!! Я хочу, чтоб вы все знали, дольче витта мамма миа, какой ты жестокий, бесчеловечный тип!

Вся семья Фиорелли повторно воззрилась на мою задницу, а отчим примирительно заметил:

-У твоей малышки Лауры, задница - как у любой пятнадцатилетней нахалки, большая и толстая…

Но мою матушку уже было не остановить. Она схватила прут и начала гоняться с этим прутом за синьором Фиорелли, догоняя его время от времени, хлопая его прутом пониже спины:

-Да как ты посмел сказать, что у моей малышки Лауры - толстая попка??? Она еще совсем ребенок, ей только четырнадцать, как ты смеешь сечь мою дочь прутом??

-Мы же договорились, что твоя дочь - это теперь и моя дочь тоже!! - кричал синьор Фиорелли, спасаясь от моей взволнованной родительницы за гардинами, за буфетом, под столом. Но спастись ему не удалось. Матушка поймала синьора Фиорелли за фалду его пиджака и принялась стегать его прутом, при этом не забывая ругаться:

-Мамма миа дольче витта карбонара антипасто!! - стыдила она моего отчима, - Еще раз тронешь мою малышку Лауру, я от тебя уйду! Уйду!! Уйду!!! Так и знай!!