Либерти

- Манцев. Да. Манцев, товарищ Шульга.

Гарин привычно паясничал перед агентом Кремля, цепко осматривая его плотную фигуру, пытался даже проникнуть взглядом в карманы гостя, но предупреждённые Рерихом чекисты заранее предусмотрели такую возможность и запаяли карманы костюма Шульги свинцом. Уяснив для себя всё, что его интересовало, инженер, извинившись, удалился в соседнюю комнату, где на кушетке лежал Теклинский.

- Подсоби, - бросил Гарин, ворочая тяжелый кофр. Теклинский бросился к нему на помощь. - Не так, на попа.

Они поставили кофр торцом, Гарин выгнал поляка за дверь и распахнул тяжелые створы. Из кофра показался толстый хобот гиперболоида. Нахмурившись, Гарин навёл хобот на стену, разгораживающую смежные помещения дома, и рванул рычаг. Гиперболоид отозвался еле слышным гудением. А товарищ Шульга в соседней комнате почувствовал необъяснимое желание срочно покаяться. Он встал на колени и завопил :

- И - эх, ых, продали Расию ! Если бы не неуловимый Шендерович, нашедшийся - таки на Радио Свобода, то и прозябать мне, некультурному и глупому, и дальше.

- Грехи, - подсказал ему Гарин, появившись на пороге. - Давай про ГУЛАГ и поганых хохлов. Сраных чеченов не забудь, говнокино Нолана не упусти, короче, за всю х... ню.

- Не буду, - неожиданно упёрся Шульга, - не буду это говно жрать, читать его не стану и смотреть говно мне западло.

" Кажется, это не совсем пропащий человек ", - подумал Гарин, возвращаясь к гиперболоиду. Выключил аппарат и вернулся к Шульге. Шульга включил изобретение Гарина, орудовавшего под фамилией Зворыкина, телевизор. Через миг он уже катался по полу, так как экран явил совковых жидков на службе Сатаны, неистово и беспощадно развлекающих строителей коммунизма.

- Горин, Жванецкий и прочая х... ня, - произнёс инженер Гарин, стреляя в своё изобретение из никелированного Браунинга. Экран лопнул разноцветьем стекла, а неожиданно быстро освоившийся товарищ Шульга полез драться. Успокоив его точными ударами по яйцам, сокрушив челюсть и пробив череп коварным ударом когти орла, Гарин сел на подоконник и запел.

- Горит и кружится планета ...

Ну и так далее. А что ещё петь, если впечатление от краткого забега на Радио Свобода лишний раз показало, что всё те же всё там же жуют всё то же говно.