Глава 7. Последний вечер

Двери зала суда медленно закрылись за их спинами.

Никто не произнёс ни слова.

Лёша шёл между родителями, постоянно переводя взгляд с матери на отца. Ему всё ещё казалось, что сейчас кто-нибудь остановит их, улыбнётся и скажет:

— Простите, произошла ошибка.

Но никто не остановил.

Люди проходили мимо, разговаривали между собой, смеялись, спешили по своим делам.

Будто ничего не произошло.

Будто только что не разрушилась чья-то жизнь.

Паша остановился возле ступеней здания суда.

Он достал телефон.

Несколько секунд смотрел на экран.

Потом убрал его обратно в карман.

— Пап... — тихо произнёс Лёша.

Павел повернулся.

— Нас ведь... не разлучат?

Вопрос прозвучал настолько тихо, что Лера едва его услышала.

Она сразу подошла к сыну и крепко обняла его.

— Нет... Конечно нет.

Её голос дрожал.

— Мы обязательно во всём разберёмся.

Паша поднял руку, остановил проезжающее такси.

Всю дорогу домой никто не разговаривал.

Лишь водитель иногда поглядывал в зеркало заднего вида.

Он чувствовал, что в машине произошло что-то очень тяжёлое.

Но вопросов не задавал.

Дом встретил их привычной тишиной.

Лера машинально сняла обувь.

Поставила чайник.

Достала кружки.

Она делала всё так же, как каждый день.

Только сегодня руки дрожали.

Паша сразу прошёл в комнату.

Ноутбук открылся почти мгновенно.

Он начал искать всё подряд.

«Ограничение родительских прав. »

«Апелляция. »

«Сроки подачи жалобы. »

«Можно ли отменить решение суда. »

Страница за страницей.

Статья за статьёй.

Но чем больше он читал, тем меньше понимал происходящее.

— Не может быть... — тихо произнёс он.

Лера подошла к нему.

— Что-нибудь нашёл?

Павел медленно покачал головой.

— Здесь... чего-то не хватает.

— В смысле?

— Такое решение не принимают за один штраф.

Лера молча посмотрела на экран.

— Тогда почему...

Павел закрыл ноутбук.

— Я не знаю.

Впервые за долгие годы он действительно не знал ответа.

Лёша сидел у себя в комнате.

Перед ним лежал тот самый протокол контролёра.

Сто евро.

Он ещё раз перечитал его.

Потом перевёл взгляд на фотографию, стоявшую на полке.

На ней они были втроём.

Мама.

Папа.

И он.

Все улыбались.

Лёша взял фотографию в руки.

— Это же всё... из-за меня...

Он опустил голову.

В дверь тихо постучали.

— Можно?

Это была мама.

Она присела рядом.

Несколько минут они просто молчали.

— Мам...

— Да?

— Ты же не злишься на меня?

Лера сразу обняла сына.

— Нет.

— Даже после всего?

— Нет.

Она провела рукой по его волосам.

— Ты совершил ошибку.

— Но ты всё равно мой сын.

— И это никогда не изменится.

Лёша крепче прижался к матери.

Ему хотелось верить каждому её слову.

Очень хотелось.