Как перевести колёсики со скрипом

Сочинения императрицы не выдержали испытания временем, а вот темницы, созданные ее стараниями, сохранились полностью, стали классикой, превратились в некий образец… И это, по существу, единственное, что осталось от ее правления поныне! Демин Блатной

Как всё же отличается, и почему - то всегда не в лучшую сторону, Россия от других стран, если наименованные великими правители оставили после себя не национальную независимость попутно с переведёнными книжками, не великолепные соборы и базилики Ахена, не говоря уже о базе европейской цивилизации - Римском частном праве, а всего лишь тюрьмы и город Ленинград. Вот ведь волей, неволей, а начнёшь задумываться о русофобии Пескова и уничижительном отношении ко всему русскому природного русскага мужика Мидинского, задашься неприятным вопросиком : уж если у вас был товарищ Ярославский, то, может, и Песков совсем не Песков. В баню бы с ним сходить, там сразу видно хер обрезанный, хотя у этого говорителя х... ни на лбу пропечатано, что никакой не Емельян и не Дмитрий, а натуральный Абрам Семёныч. Так и антисемитом, прости, Господи, станешь, обретёшь корни, поддержишь Дамбас, восставший в кучах, завербуешься на Север, а там, известно, норд - осты поют. И чего же это, интересно, они поют ? А примерно так вот, благо, что бывшая в моём советском детстве Мадонна была голой.

- Мадонна в нашей схизме

Хлыстовства разных богородиц,

Как чрез ньютоновскую призму

Покажет вам страну уродов и уродиц.

Да выйдь на Волгу ! И кто там стонет ?

Там песня льётся по просторам,

Народ царей покорно молит

Коленопреклонённо хором.

Народец божий и простой,

Хоть и не у всех по две ноги,

Но пара ух всегда, тудой - сюдой,

Страдают от соседской кочерги.

Таков народ, что хошь вот делай,

Кино, вино и домино,

Имеешь право : смело хезай,

Ты русскай, а не Мимино,

Грызун враждебный и совецкий,

Ты русскай, Бог с тобой,

Пущай орловский иль елецкий,

Всем по х..., всё равно москаль.

- Чота не в рифму ни х..., - ревниво заметил Дёмин, придумывавший на нарах свою знаменитую песню о колёсиках со скрипом, сменянных на тюремный бушлатик.

- Зато по уму, - парировал убеждённый онанист Солома, а блатные уважительно загудели.

Вот так вот :

- Ууууууу.