Жена и её бывший. Жена в отпуске без мужа измена

Эти встречи однокурсников всегда казались мне скучной обязаловкой. Но Лера обожала их. Каждый год, в первую субботу октября, она наряжалась особенно тщательно, делала укладку, покупала новое платье — и улетала в свой прошлый мир, где меня не существовало. Где существовал он.

Его звали Андрей. Я знал о нём с самого начала наших отношений. Высокий, спортивный, с наглым прищуром и пальцами пианиста — по крайней мере, так Лера описывала его в редкие минуты откровенности. Они встречались три года, почти весь университет. Расстались плохо. Она говорила, что переболела и забыла. Но когда речь заходила о встрече выпускников, её глаза загорались особым блеском, какой я видел только перед сексом.

В этом году всё сложилось иначе. Обычно я оставался дома, а она уезжала одна, возвращаясь под утро, пахнущая чужим алкоголем и немного отстранённая. Но в этот раз ресторан, где собирались однокурсники, был в двадцати минутах от нашего дома, и она предложила:

— Поехали вместе. Хочу, чтобы ты был рядом.

Я согласился не сразу. Что-то в её голосе звенело — то ли тревога, то ли предвкушение. И я понял: он точно будет там. Мой молчаливый соперник из прошлого, чей призрак все эти годы лежал между нами в постели.

Ресторан был шумным, душным, заполненным людьми, которые видели друг друга раз в год и теперь пытались наверстать упущенное за один вечер. Лера держала меня под руку, но я чувствовал, как её пальцы то сжимаются, то расслабляются — нервно, импульсивно.

Андрея я узнал сразу, хотя никогда не видел его раньше. Он стоял у барной стойки с бокалом виски и смотрел на мою жену. Даже не на неё — сквозь неё, словно читая каждую извилину её памяти. Высокий, действительно высокий. Короткий ёршик тёмных волос, лёгкая небритость. Пальцы, обхватывающие стакан, — да, она не соврала, красивые.

— Лерка, — произнёс он, растягивая гласные, и в этом «Лерка» было столько интимного знания, что у меня перехватило дыхание.

Она отпустила мою руку и шагнула к нему. Поцеловала в щёку. Слишком близко к уголку губ. Я видел, как вздрогнули её ноздри, втягивая его запах. Запах, который она помнила десять лет.

— Познакомься, это мой муж, — сказала она, оборачиваясь ко мне, и я прочитал в её глазах то самое выражение, какое видел перед тем, как она впервые предложила попробовать втроём. Азарт. Страх. И влажная, пульсирующая похоть.

Мы сели за один стол. Лера — между нами. Андрей рассказывал что-то про свой бизнес, про развод, про то, как скучал по универским временам. Я почти не слушал. Я смотрел, как его ладонь, лежащая на скатерти, то и дело оказывается в опасной близости от её пальцев. Как она поправляет волосы чаще обычного. Как её грудь вздымается под тканью платья чаще, чем нужно для спокойного дыхания.

В какой-то момент она положила руку мне на бедро и сжала. Сильно, до лёгкой боли.

— Я хочу его, — прошептала она, наклонившись к моему уху. — Прямо сейчас. Я не могу больше сидеть здесь и делать вид, что я приличная женщина.

Под столом её ладонь переместилась с моего бедра на ширинку. Мой член был уже твёрдым. Она это почувствовала и тихо, хрипло засмеялась.

— Поехали домой, — сказала она уже громче, Андрею. — Втроём.

Он поднял бровь. Посмотрел на меня — оценивающе, без враждебности. Я кивнул. И мы ушли, оставив на столе недопитое шампанское.

В машине Лера села назад, с Андреем. Я вёл, стараясь не отвлекаться на звуки с заднего сиденья. А там уже вовсю шла возня. Сдавленные стоны, влажные звуки поцелуев, шорох одежды. На светофоре я обернулся и увидел, как платье жены задрано до пояса, а её рука лежит на ширинке бывшего любовника, поглаживая отчётливый бугор.

— Смотри на дорогу, — прошептала она, поймав мой взгляд в зеркале. — Успеешь ещё насмотреться.

Дома мы даже не дошли до спальни. Прямо в прихожей, на пушистом ковре, который Лера выбирала месяц, она опустилась на колени перед Андреем и расстегнула его брюки. Его член, крупнее моего, с широкой багровой головкой, выскользнул наружу, и она приняла его в рот так жадно, словно последние десять лет только и мечтала об этом моменте.

Я стоял, привалившись к стене, и расстёгивал ремень. В голове билась какая-то дикая смесь ревности и возбуждения, и эта смесь была горячее любого алкоголя. Я видел, как моя жена, моя Лера, давится чужим членом, как слюна стекает по её подбородку, как она закатывает глаза от удовольствия, и понимал: вот оно. То самое, о чём я не смел просить вслух. Её прошлое, ворвавшееся в нашу спальню и заполнившее её до краёв.

— Иди сюда, — позвала она, оторвавшись на секунду, и я подошёл. Она перевела дух и взяла мой член в руку, сравнивая, ощупывая оба ствола, словно не могла выбрать.

— Я хочу, чтобы вы оба были во мне, — сказала она просто, и от этой фразы, произнесённой будничным тоном, у меня на секунду потемнело в глазах.

Мы переместились в спальню. Я лёг на спину, и Лера оседлала меня, направляя мой член в своё мокрое, уже подготовленное влагалище. Она опустилась до конца и замерла, привыкая к наполненности. Я чувствовал её изнутри — горячую, скользкую, сжимающуюся мелкими пульсациями. А потом она sexrasskaz. com наклонилась вперёд, опираясь руками о мою грудь, и сказала через плечо:

— Андрей, вставь в мою попку.

Он не заставил просить дважды. Я видел, как он пристраивается, как его ладонь раздвигает её ягодицы, обнажая узкую тёмную дырочку. Видел, как головка упирается в неё, продавливая, и как Лера закусывает губу до белизны. Потом — короткий вскрик, и он внутри. Оба внутри. В моей жене.

Мы начали двигаться, и ритм был рваный, несогласованный, но именно эта хаотичность сводила с ума. Я чувствовал член Андрея через тонкую перегородку плоти — он был твёрдым, горячим, инородным. Лера стонала в голос, уже не сдерживаясь, и её пизда хлюпала так громко, что этот звук перекрывал все остальные. Воздух выходил из неё с неприличным свистом при каждом резком толчке, и она кончила — сначала один раз, содрогаясь всем телом и выгибая спину, потом второй, почти сразу, обмякнув на моей груди и шепча какую-то бессвязную молитву.

Андрей вышел из неё первым и, тяжело дыша, налёг мне на плечо, чтобы не упасть. Его член, блестящий и влажный, скользнул по моему бедру, оставляя мокрую дорожку. Я кончил следом, чувствуя, как сперма заполняет жену, смешиваясь с её собственными выделениями, и в этот момент Лера сделала то, что я запомнил навсегда. Она повернула голову и поцеловала Андрея. Медленно. Глубоко. С языком. Прямо у меня на глазах, всё ещё насаженная на мой опадающий член.

Я не отвёл взгляд. Я смотрел, как их губы соединяются, и в груди горело что-то среднее между болью и экстазом.

Потом мы долго лежали втроём на скомканных простынях. Лера — между нами, с блаженной улыбкой, пьяная не от алкоголя, а от ощущения собственной блядистости, наконец-то реализованной полностью. Андрей курил в приоткрытое окно, стряхивая пепел в пустую чашку. А я просто молчал и гладил жену по влажному от пота животу.

Под утро он ушёл. Мы обменялись номерами, хотя я не был уверен, что позвоню. Лера проводила его до двери, всё ещё голая, и я слышал, как они перешёптываются в прихожей. Она вернулась в постель, пахнущая чужим телом, и прижалась ко мне.

— Ревнуешь? — спросила она, хотя по глазам всё было видно.

— Да.

— Хорошо, — она улыбнулась и поцеловала меня в плечо. — Значит, ещё захочешь повторить.

Я не ответил. Но член уже снова твердел, упираясь ей в бедро, и это было красноречивее любых слов. Я знал, что следующие несколько дней буду трахать её с особой яростью, выбивая из неё остатки чужих прикосновений. И знал, что когда она в следующий раз скажет «может повторим» — я не смогу отказать.