Жена босса с пацанами в автосервисе. Из сборника Жена в групповом сексе

Наша контора занималась продажей дорогих иномарок. Коллектив подобрался специфический: менеджеры — сплошь прожжённые балаболы в дешёвых, но хорошо отглаженных костюмах, секретарши с силиконовым всем, и мы — отдел сервиса. Технари. Нас было трое: Саня, Дэн и я. Мы не носили костюмов, говорили матом и были единственными, кто действительно понимал, как устроены все эти навороченные тачки, а не просто лизал задницу клиентам за процент с продажи.

Всю эту клоаку возглавлял Тарас Аркадьевич. Жирный, потливый мужик под шестьдесят с вечно багровой шеей и золотой печаткой на мизинце. Он орал на всех, задерживал зарплату и считал себя бизнес-гением только потому, что когда-то удачно занял денег и открыл салон в нужном месте. Мы его тихо ненавидели, но терпели, потому что он давал нам возможность копаться в дорогих тачках и иногда, по-мелочи, навариваться на запчастях.

Но был у него один актив, который заставлял весь коллектив, от мойщиков до топ-менеджеров, пускать слюни — его жена, Марина. Не понятно, каким чудом этот старый хрен заполучил такую самку. Ей было тридцать два против его пятидесяти восьми. Высокая, ростом почти с меня, но на каблучищах всегда смотрела на всех свысока. Типичная трофейная блондинка, но не та, что выглядят как дешёвая кукла из барбершопа, а реально дорогая. Узкие чёрные платья, которые обтягивали её, как фантик конфету, не скрывая ничего. У неё была фигура баскетболистки: широкая кость, но подтянутая, с мощными, гладкими бёдрами и самым смачным, что я когда-либо видел — огромной, идеально круглой попой. Это была не просто жопа, это была мечта. Когда она шла через шоу-рум, стук её каблуков отдавался у каждого в паху. Ездила она, естественно, на последней модели чёрного Гелендвагена, который мы и обслуживали.

Но портило всё, как всегда, содержимое. Марина была абсолютно пустоголовой, но мнила себя светской львицей и иконой стиля. Могла часами сидеть в телефоне, листая инстаграм таких же пустых куриц, и требовала к себе королевского обращения. Если мы, технари, встречали её в коридоре, она даже не кивала. Смотрела сквозь нас, как на грязь под колёсами её Гелика. Именно это бесило больше всего. Её тупость и пафос на пустом месте. Саня как-то сказал тогда, глядя ей вслед: «Вот бы эту цацу заткнуть на пару часов, чтобы не кудахтала». Мы тогда поржали и забыли.

А забывать было нельзя. Судьба сама всё расставила по местам. Тарас Аркадьевич, как и всякий старый козёл, отмечал Новый год с размахом. Снял банкетный зал. Весь офис нажрался в хлам. Мы с Саней и Дэном, как обычно, держались особняком, налегая на хороший виски за счёт фирмы, который менеджеры по продажам даже не отличали от палёной водки. К полуночи шеф так нарезался, что его увозила охрана домой, в одну сторону, а его женушка, которая весь вечер строила из себя Снежную королеву и раздавала указания персоналу ресторана, осталась "закрывать вечер".

И вот тут-то её понесло. Видимо, отсутствие старого пердуна, который вечно контролировал каждый её вздох, плюс коллективное возбуждение праздника, плюс алкоголь сделали своё дело. Она вдруг подсела к нашему столику с бокалом шампанского. Глаза уже масляные, помада слегка смазалась, в декольте виднелась ложбинка, на которую мы пялились весь вечер.

— А вы, мальчики, почему такие скучные? Всё свои железки обсуждаете? — протянула она капризным голосом, бесцеремонно ставя свой локоть на стол рядом с моей тарелкой.

Мы переглянулись. Саня, который был у нас самым борзым, вдруг выдал:

— Скучно было без твоего общества, Марина. Шеф уехал, теперь можно и размяться.

Она засмеялась глуповатым, лающим смехом. Обычно за такую дерзость она могла бы пожаловаться мужу и человека уволили бы в тот же день, но сейчас её развезло. Мы подлили ей ещё коньяка. Она трещала без умолку: о своих шмотках, о том, как она устала от "этих тупых менеджеров", о том, что Тарас её не ценит. Мы поддакивали, как китайские болванчики, понимая, что сейчас наша очередь.

Спустя час зал почти опустел. Марина уже откровенно вешалась на Дэна, рассказывая ему, что он "самый большой и сильный". Я понял, что момент настал. Я просто встал, подошёл к ней почти вплотную, так, что моё бедро упёрлось в её плечо, сидящую на стуле, и спокойно, без лишних прелюдий сказал:

— Слышь, Марин, а повара-то уже ушли. Но у нас в сервисной зоне, в комнате отдыха, есть неплохой бар. Тихо, спокойно, без этих твоих вечно хихикающих секретуток. Продолжим? А то, неудобно получилось — ты с нами даже ни разу не выпила за сервис, а мы твоего Гелика, считай, на руках носим.

Она посмотрела на меня долгим, расфокусированным взглядом. Я видел, как в её пустой голове закрутились шестерёнки. Тусовка закончилась, ехать домой к храпящему мужу не хотелось, а тут трое здоровых лбов, которые смотрят на неё как на богиню. Она пожала плечами и сказала: «А почему бы и нет? Только у меня там... туфли дорогие, смотрите не наступите».

Комната отдыха у нас была обшарпанная, с жёстким кожаным диваном, заляпанным маслом, и запахом бензина. Но Марине было уже плевать. Она плюхнулась на диван, закинув ногу на ногу, так что юбка задралась до самого предела.

Я решил не размазывать сопли, как мы когда-то на студенческих пьянках. Я просто подошёл к ней, расстегнул ремень и ширинку, и достал свой уже полностью готовый член. Он был прямо на уровне её лица. Марина запнулась на полуслове, уставившись на него с видом эксперта, оценивающего товар.

— А ты наглый, — прошептала она, но в глазах был не протест, а пьяный голод. — Муж меня за это...

— Муж сейчас в отключке, — перебил я и взял её за затылок, мягко, но настойчиво направляя голову.

Она не сопротивлялась ни секунды. Её накачанные губы, которые она так любила дуть в инстаграме, обхватили головку. Сосала она жадно, с таким остервенением, которого я не ожидал от этой фарфоровой куклы. Она не просто делала минет, она пожирала мой член. Саня и Дэн, стоявшие сначала как два столба, тут же оживились. Они подошли с двух сторон, и через минуту комната наполнилась звуками, которые больше походили на рев моторов, чем на любовные утехи. Марина работала руками и ртом, переключаясь с одного на другого, как опытный механик, меняющий свечи.

Я чувствовал, что завёлся до предела. Две недели воздержания и постоянное созерцание её задницы на работе дали о себе знать. Схватив её за волосы обеими руками на затылке, я зафиксировал голову и стал жестко, с оттяжкой трахать её в рот. Она издавала булькающие звуки, пыталась дышать носом, но терпела. Меня прорвало. Я кончил ей прямо в глотку так мощно, что, казалось, спустил всё, что накопилось за месяц. Когда я вышел из её рта, она отпрянула и закашлялась, но тут же, показательно, как будто на камеру, открыла рот и продемонстрировала результат, а потом сглотнула это одним движением. Вытерла губы тыльной стороной ладони, размазав остатки красной помады по подбородку. Картина была эпическая.

Дэн и Саня повторили мой манёвр с точностью до секунды каждый, но в этот раз уже на её лицо и в вырез дорогущего платья.

— С-суки, — только и выдохнула она, отплевываясь и смеясь одновременно. — Платье испортили. Снимайте его тогда, чего уж...

Мы помогли ей раздеться. Помогли — это громко сказано. Мы просто стянули с неё остатки одежды, и перед нами предстала та самая фигура, из-за которой увольнялись менеджеры. Большая, точёная задница и полное отсутствие груди, кстати, у неё был максимум первый размер. Это даже забавно контрастировало с её мощным низом. Задница была просто создана для того, чтобы её ебали. Я бросил взгляд на Саню, он кивнул.

Мы разложили её на этом диване, как дорогую запчасть. Саня сел, облокотившись на подлокотник, и насадил её на член сверху, лицом к себе. Она попыталась его поцеловать, но он демонстративно отвернул лицо. После того, что у неё только что побывало во рту, даже он, не самый брезгливый парень на свете, не решился на это.

— Ты своё дело делай, — буркнул он ей.

Я подошел сзади. Моя цель была ясна. Эта шикарная, наглая задница, которая виляла перед моим носом годами. Я плюнул на член для смазки, надавил и вошёл в её попу. Она вошла, как раскалённый нож в масло. Эта сучка явно была привыкшая. Марина издала сдавленный визг, но Дэн уже подоспел и снова занял её рот. Мы заткнули её так, что она не могла издать ни звука. Двойное проникновение в грязной подсобке автосалона, с женой хозяина, который даже не здоровался с нами — это было лучшее завершение года. Трахать её в зад было одно удовольствие. Я вспоминал, как она смотрела сквозь нас, как требовала идеальной мойки, и с каждым толчком вбивал в неё расплату за всё унижение. Через пятнадцать минут такого ада она уже не мычала, а просто безвольно двигалась в ритм нашим толчкам, полностью отключив голову.

Мы вытащили её на середину комнаты и поставили раком прямо на бетонный пол. Масляные пятна на коленях её теперь не волновали. Мы выстроились вокруг и кончили втроём ей на спину и на затылок, густо покрыв её волосы и шею. Вид жены нашего шефа, стоящей на четвереньках в луже собственной bukvoeb. run слюны и нашей спермы, был лучшей новогодней открыткой.

Когда всё закончилось, мы оттёрли её какими-то техническими салфетками, нашли бутылку минералки. Приводили её в чувство с полчаса, потому что она просто не могла связывать слова. Оделась она кое-как, волосы собрала в пучок, чтобы не было видно следов нашего "поздравления".

Уже стоя у выхода из сервиса, пока я вызывал ей такси до её элитного коттеджа, она подошла ко мне, пошатываясь на своих шпильках, и продиктовала мне свой личный номер телефона, минуя секретаршу и мужа.

— Ты, это... записывай, — буркнула она хриплым голосом. — Тарас меня через неделю в Милан везёт, но это ненадолго. А когда вернусь — я позвоню. Вы, мальчики, хорошо снимаете стресс. Гораздо лучше моего психоаналитика.

И добавила уже совсем тихо, поправляя воротник испорченного платья:

— Вы не думайте, я не шлюха. Просто этот старый козёл меня уже лет пять как по-человечески не трахал, только пыхтит сверху три минуты и засыпает. А я, знаете ли, женщина горячая. Мне мужская энергия нужна. Так что не теряйте мой номер.

Она уехала на такси, а мы остались сидеть в сервисе и курить.

Через пару недель после возвращения из Италии она сама набрала меня и приехала в салон для "прохождения ТО". Только в этот раз в её машине на заднем сиденье ждали три её пустоголовые подруги, с которыми мы познакомились позже. Но это, как говорится, совсем другая история.

P. S. И нет, это не выдумка. Всё так и было, вплоть до марки машины и цвета испорченной помады. Имена, правда, я изменил — репутацию сервиса беречь надо. А так — всё чистая правда.