Красные трусики aka Фетиш трусики

Студия была наполнена мягким молочным светом. Огромные софтбоксы сияли по углам, отражаясь в металлических стойках и лакированном полу, а воздух пах горячими лампами, косметикой и чем-то едва уловимо кожаным — запахом новых ковбойских сапог, ещё хранивших терпкую фабричную свежесть. За высокими окнами медленно угасал вечер, но здесь, среди белых фонов и кабелей, время будто остановилось в напряжённом ожидании.

Она стояла в центре площадки, длинноногая, светловолосая, с тяжёлой волной волос почти до поясницы. Свет делал их похожими на расплавленное золото. Белый верх на шнуровке плотно обтягивал грудь и талию, подчёркивая мягкую округлость форм, а алые трусики казались слишком яркими на фоне её светлой кожи — дерзкое пятно цвета среди холодной белизны студии. Высокие кожаные ковбойские сапожки доходили почти до колен, плотно охватывая икры, и именно они придавали её образу что-то вызывающее, почти хищное.

Фотограф поднял камеру.

— Хорошо. Смотри чуть выше объектива… да. Не улыбайся. Просто дыши.

Щелчки затвора заполнили студию.

Девушка медленно провела ладонями по талии, чувствуя, как под взглядами и светом собственное тело начинает казаться ей чем-то отдельным, почти чужим — красивым инструментом, созданным для игры. Она слегка качнула бедром, и красная ткань трусиков натянулась между ног.

— Отлично. Теперь повернись спиной.

Она подчинилась без слов. Свет лёг вдоль её позвоночника тонкой золотистой полосой. Длинные волосы рассыпались по обнажённым плечам, почти касаясь поясницы. Белый верх плотно стягивал талию шнуровкой, а алые трусики подчёркивали округлость ягодиц так откровенно, что взгляд невольно задерживался именно там.

— Руками возьмись за края трусиков.

Девушка медленно скользнула пальцами вниз. Ногти чуть зацепили ткань. Она замерла на секунду — не от стыда, а словно наслаждаясь самим ожиданием.

Потом потянула.

Красная полоска ткани сдвинулась вниз совсем немного, открывая верх ягодиц и узкую полоску поясницы. Она слегка прогнулась, будто сама чувствовала, как красиво ложится свет на её тело.

Щёлк.

Щёлк.

Щёлк.

Камера ловила каждое движение.

— Ниже… очень медленно.

Она подчинилась. Трусики скользнули ещё ниже, натягиваясь между бёдер. Девушка чуть повернула голову через плечо, и в её взгляде мелькнуло что-то лукавое, почти пьяное от внимания.

Когда ткань опустилась ниже, открылся светлый лобок с аккуратной мягкой гривкой волос — золотистой, чуть темнее её волос на голове. Свет мягко касался этого треугольника между бёдер, подчёркивая естественность наготы куда сильнее, чем полная гладкость могла бы сделать.

Фотограф медленно приблизился.

— Не закрывайся. Дай свету лечь туда.

Она глубоко вдохнула. Студия вдруг показалась невероятно тихой. Слышно было только лёгкое потрескивание ламп да шорох ткани по коже.

Трусики продолжали сползать вниз.

Теперь они обтягивали её бёдра, подчёркивая плавную линию живота и внутреннюю сторону ног. Девушка медленно развернулась вполоборота, позволяя камере увидеть и её грудь под белой шнуровкой, и полуобнажённые ягодицы одновременно.

— Хорошо… теперь спиной полностью.

Она повернулась.

Красная ткань остановилась чуть ниже ягодиц, натянувшись между ног тонкой полоской. Из-под длинных светлых волос выглядывала шея, тонкая и беззащитная, а сама поза — руки на бёдрах, прогнутая поясница, медленное движение таза — была настолько чувственной, что казалась почти танцем.

— Покажи их.

Она поняла сразу.

Ладони скользнули по ягодицам, слегка разводя их. Не грубо, не вульгарно — скорее лениво, играючи. Свет заскользил по гладкой коже, по округлостям, по внутренней стороне бёдер. Трусики теперь держались только на ногах.

— Да… именно так.

Она вновь повернулась к камере лицом. Её грудь тяжело поднималась под белым верхом. Шнуровка чуть разошлась от дыхания, открывая мягкие полукружья кожи. Девушка опустила взгляд вниз, словно сама наблюдала за тем, как красная ткань медленно сползает всё ниже.

Потом осторожно переступила.

Трусики опустились к коленям, натягиваясь между высокими сапожками. Теперь она стояла почти полностью обнажённой, если не считать белого корсета и чёрной кожи сапог. Контраст был почти болезненно красивым: светлые волосы, белая шнуровка, красный шёлк у колен и золотистая гривка между бёдер, открытая свету и объективу.

Фотограф опустился ниже, меняя ракурс.

— Раздвинь немного ноги.

Она медленно подчинилась. Сапожки скрипнули по полу. Трусики натянулись сильнее, удерживая колени чуть ближе друг к другу, и именно эта скованность делала её позу ещё более возбуждающей. Девушка провела пальцами по животу, затем ниже — к обнажившемуся лобку. Не касаясь прямо, лишь едва дразня кожу.

Её дыхание стало глубже.

Свет теперь ложился на неё иначе — не как на модель, а как на женщину, увлечённую собственной игрой. Она чувствовала камеру почти физически, будто взгляд объектива скользил по внутренней стороне её бёдер, по груди, по влажному блеску губ.

— Подними волосы.

Она собрала светлую массу на затылке одной рукой. Шея открылась полностью. Спина выгнулась. Грудь под белым верхом поднялась выше. И в этой позе — с трусиками у колен, с обнажёнными ягодицами, с мягкой золотистой гривкой между ног — она выглядела уже не просто моделью, а существом, целиком созданным для света, взгляда и медленного бесстыдного позирования.

Камера продолжала щёлкать без остановки.

Иногда фотограф подходил ближе, иногда отходил почти к самому фону, а она всё играла с красной тканью: чуть подтягивала её вверх, потом снова опускала, поворачивалась, демонстрируя то грудь под белой шнуровкой, то округлые ягодицы, то узкий треугольник светлых волос между ног. В этом не было спешки. Съёмка текла медленно, как густой мёд.

Наконец он опустил камеру.

Девушка замерла посреди студии, тяжело дыша. На её коже блестели крошечные капли пота от жара ламп. Красные трусики всё ещё оставались у колен, и она не спешила поднимать их обратно.

Секунду спустя она тихо рассмеялась — низко, хрипловато, почти смущённо.

А потом медленно наклонилась, позволяя длинным светлым волосам упасть вперёд золотым водопадом, и начала так же неторопливо одеваться обратно, будто продолжая игру даже после того, как камера перестала снимать.

------

Продолжение и много интересного и эротичного - на