Я Нимфа 7

Эпизод 7

В подростковом возрасте я пробовала приспособить свои психо-физические данные к какому-нибудь полезному занятию. В танцевальном кружке я научилась вальсировать. В секции карате отработала несколько ударов руками и ногами. В школьном театре сыграла Бабу-Ягу. Скажу по секрету, я сама выбрала эту роль -- под гримом не было видно, как я краснею от смущения. Пройдя подобные пробы, я могла смелее смотреть в будущее.

Солнце сквозь пыльные стекла спортзала резало глаза. Я стояла у шведской стенки, наматывая бинт на костяшки, и смотрела, как она, Лида, делает растяжку у зеркала. В ее нарциссических движениях

сквозила та наглая, сытая уверенность, которая всегда бесила меня до скрежета в зубах. Она была моей ровесницей, но в ее мире, по-видимому, все делилось на тех, кто  неприкасаем, и тех, кого можно оскорблять и не замечать. Сегодня я решила, что она меня заметит.

Я подошла и без криков, без предупреждений — только удар ногой в живот. Онс охнула и согнулась. Я повалила её на маты. Она замахнулась, но я перехватила её руку и прижала коленом. Короткий удар кулаком заставил её сдаться. Она покорилась страху.

А в моей голове только холодная ясность.

— Смотри на меня, -- приказала я.

— Ты думала, что ты королева? Что все вокруг — лишь декорации для твоих капризов?

Я медленно, смакуя каждое движение, расстегнула молнию на своей спортивной куртке и скинула ее на пол, оставшись в топе.

— Целуй, — сказала я, протягивая ей правую руку. — Начни здесь.

Она отвернулась, сжав зубы. Тогда я зажала ее нос пальцами. Одна секунда, две, десять — ее легкие забились в истерике, и, когда я отпустила, она судорожно глотнула воздух и, подчиняясь животному инстинкту, припала губами к моей руке. Поцелуй был сухим, быстрым, как укус.

— Медленно, — поправила я. — Как будто ты любишь. Как будто я — то, что ты хочешь больше всего на свете.

Ее губы задрожали, но она послушалась. Теплое, влажное прикосновение скользнуло от запястья к изгибу локтя. Я закрыла глаза, впитывая это ощущение власти — той, что рождается в момент, когда чужая воля расплавляется под твоей, как воск

Я убрала руку и указала на свое плечо, открытое в вырезе топа;

— Сюда.

Она подняла голову, и в ее взгляде мелькнула отчаянная мольба. Я покачала головой.

— Ты хотела быть сверху, Лидочка? Ты хотела, чтобы я смотрела на тебя снизу вверх? Нет, сейчас ты будешь ползать.

Она подчинилась. Медленно она коснулась губами плеча.

-- Иди за мной.

Я шла и не оборачивалась, зная, что она не рискнёт убежать.

Мы вошли в открытую тренерскую,

Как же она испугалась, увидев, что я снимаю шорты и трусики.

Взрослея, мы дарим себе большие игрушки, о которых мечтали в детстве. Дорогие машины, любое лакомства...

Моим лакомством стала сексуальная рабыня.

Я села в кресло.

-- На колени!

Она опустилось на колени.

— Хорошо, — прошептала я, — Теперь целуй, облизывай моё тело. Каждый сантиметр.

Лида лизала пальцы моих ног, словно собачонка. Это было приятно. Не знала я тогда, что и там у меня эроgенное местечко. Рука невольно потянулась к vульве палец тихонько давил на kлитор.

Её поцелуи переместились к лодыжке, к голени.

-- Медленно, сука. У меня много времени.

Не ожидала я, что в такой ситуации всё тело превратится в обнаженный чувственный нерв.

Я глубоко дышала, сдерживая стон. Рабыня не должна расслабляться, думая, что финал близок. О нет! Отсчёт времени только начался...

Я приказала Лиде встать, и начать ласкать мою... Одновременно она слизывала соль тренировки с моей груди.

Я не обращала внимания на брезгливость её лица, на то, какое унижение она испытывала.

Я определённо так раньше не наслаждалась. Черт знает, какие тайны гнездятся в моём мозгу.

За волосы я привлекла её голову к животу и ниже, где её языку и губам было самое место.

Продолжение следует.