Вебкамщица Тишина. Глава 2

Глава 2.

Когда Алина открыла глаза уже рассвело.

Она не стала вспоминать ночной стрим – память будто не давала ворошить воспоминания.

Быстро сбросила с себя одежду и пошла в душ.

Тёплым ливнем вода стекала к груди, по животу, чуть щекоча, спускалась ниже.

На мгновенье казалось все исчезло в этом мире, кроме Алины, тепла и воды.

Первый нервный вздох вырвался сам собой.

Под напором струй дыхание стало частым и прерывистым. Сердце билось так быстро, словно Алина бежала от невидимой погони.

Губы шептали словно заклинание, но скоро она выдохнула так громко что побоялась – услышит дочь Вика.

Алина провела ладонями сверху вниз, обнимая себя, будто проверяя, что тело все ещё ей принадлежит.

В такие минуты она чувствовала себя слабой и уязвимой и это почему-то приносило ей странное удовольствие.

Тепло поднималось изнутри неспешно, чуть дрожа.

Она вдруг остановилась, перекрыла воду.

Подойдя к зеркалу, Алина посмотрела на своё отражение. Нет это были не те глаза, что ночью.

На неё смотрели уставшие, но добрые глаза.

В комнате Алина увидела, что компьютер не выключен. Осторожно пошевелила мышью и на экране появился скриншот. Лица почти не было видно, только тело в полумраке. Без глаз было невозможно понять она это или кто-то другой.

Проснулась Вика и вопросительно посмотрела на мать. «Вот они мои глаза», - подумала Алина. И правда Вика была не просто похожа, а точно дополняла Алину. По характеру Вика была противоположностью немногословной Алины, иногда и спорила со взрослыми, что не запрещалось для свободного ребенка.

- Мам, а что Сан Саныч говорил сегодня ночью?

- Да это тебе показалось, Вик, - отрезала Алина.

- Разве можно спутать сон и жизнь?

- Можно! - уже не знала, что и сказать Алина.

***

Она проснулась счастливой. Первый раз замужем. И по любви.

Ну и что, что ей только исполнилось восемнадцать. Главное — сбылось то, о чём она мечтала. Теперь у неё есть законный муж — Максим. Они семья.

Он молод и перспективен. Такой же, как она.

Какое замечательное утро. Наташа отдёрнула тяжёлые шторы. Солнце уже давно проснулось, и радостные лучи наконец ворвались в спальню.

Сейчас она встанет и принесёт мужу кофе в постель.

Она поднялась, собрала волосы в пучок, накинула любимый нефритовый халатик и прошла на кухню. Ей было так хорошо, что казалось — ничто не сможет прервать эту утреннюю мелодию любви и счастья. Даже солнечный свет разливался по комнате будто по заказу.

Утренний кофе — всегда нечто особенное: шум кофемашины, аромат, сладкое ожидание, пока готовится напиток. Всё это казалось почти торжественным.

— Дорогой, я иду к тебе! — крикнула она, сама уже нетерпеливая, желая разделить с мужем аромат кофе.

С подносом в руках Наташа вернулась в спальню.

Идиллическая тишина обманула её.

Мужа в комнате не было.

Все вещи — на месте. Постель смята. Солнечный свет — слишком яркий. А Максима нет.

Она огляделась ещё раз. Прислушалась.

И вдруг услышала звук — тихий, жалобный. Словно заскулил щенок.

За диваном, обхватив колени руками, сидел Максим. Он плакал, пытаясь закурить сигарету. Плач был странный, неровный, почти животный — тот самый звук, который она приняла за щенка.

Наташа стояла молча.

— Я… я… — всхлипывал он.

Всё ведь было так хорошо. Он всегда казался ей милым, сдержанным, понимающим. Мужественным.

— Максик… что случилось?

Он не поднимал головы.

— Я… не могу… — слова давались ему с трудом. — Не могу так… Слишком светло.

Он словно сжимался от света, будто от боли.

Наташа смотрела на мужа и впервые видела его другим. Солнечные лучи лежали на его плечах, а он от них прятался.

Она медленно подошла, вынула сигарету из его пальцев и закурила сама.

Первую в жизни.