Вернулся из командировки (Секс в командировке)

Рейс из Тюмени задержали всего на полчаса, так что в Москву я прилетел даже раньше, чем рассчитывал. Командировка вышла скомканной: контрагенты подписали договор сразу, не пришлось сидеть и обхаживать их до вечера пятницы. Я поймал такси и уже к трём часам дня поднимался в лифте на свой этаж. Марине звонить не стал — хотел сделать сюрприз, думая, как она вспыхнет от радости, когда я войду в прихожую с букетом из аэропортовского ларька.

Дверь я открыл тихо, ключ провернулся почти без звука — недавно смазывал замок. В коридоре горел приглушённый свет, пахло её духами и чем-то ещё, едва уловимым, чужим. На вешалке висела мужская ветровка, которой я никогда раньше не видел, а на обувной полке стояли кроссовки сорок пятого размера. Я замер, прислушался. Из гостиной доносились ритмичные звуки, которые ни с чем не спутаешь, и низкий мужской голос.

Я бесшумно скинул туфли и прошёл по коридору. Дверь в гостиную была приоткрыта, и в щели было видно почти всё. Марина стояла на четвереньках на нашем диване, на том самом, который мы выбирали вместе в прошлом году. Её длинные тёмные волосы рассыпались по плечам, а полная грудь покачивалась в такт движениям. Сзади, крепко держа её за бёдра, пристроился молодой парень — я узнал его не сразу, а когда узнал, замер на мгновение. Это был Костя, её двоюродный брат, который пару месяцев назад переехал в Москву и иногда заходил к нам в гости. Сейчас он явно зашёл дальше обычного.

Он двигался в ней размеренно, глубоко, его член с влажным блеском входил в неё до конца. Марина тихо постанывала, её ягодицы ритмично сжимались, принимая его толчки. Было заметно, что процесс длится уже какое-то время: кожа у неё на пояснице блестела от испарины, а половые губы набухли и стали тёмно-розовыми, обрамляя растянутый вход. Смазка обильно покрывала её бёдра с внутренней стороны, стекая тонкой дорожкой вниз. Мой взгляд невольно задержался на этой картине, и вместо гнева я почувствовал, как кровь прилила к паху.

Я не собирался устраивать сцен. Марина была темпераментной женщиной, и я всегда подозревал, что моего внимания ей недостаточно, особенно когда я неделями пропадал в разъездах. Мы никогда не обсуждали это вслух, но её натура читалась во всём — во взглядах, которые она бросала на других мужчин, в том, как расцветала от любого комплимента. Я много раз прокручивал в голове подобную ситуацию и понял, что меня это скорее заводит, чем злит.

Я расстегнул рубашку и джинсы, член уже стоял, упираясь в ткань боксёров. Ступив в комнату, я кашлянул. Костя резко обернулся, его лицо вытянулось от ужаса, он замер и хотел выйти, но Марина, проследив за его взглядом и увидев меня, только улыбнулась разгорячённым лицом и сказала низким, срывающимся голосом:

— Не останавливайся. И ты, — она посмотрела мне прямо в глаза, — иди сюда.

Я подошёл к дивану, и она сразу потянулась губами к моему члену, прихватив его у самого основания. Костя, всё ещё неуверенно, продолжил движения, и вскоре они снова обрели ритм. Марина принимала меня глубоко, её язык скользил по всей длине, а когда она брала до самого горла, её гортань сжималась, посылая вибрацию по стволу.

Спустя несколько минут я потянул её вверх, усаживая на себя лицом к лицу. Она опустилась на мой член плавно, чуть запрокинув голову, а Костя, поняв мой молчаливый замысел, пристроился сзади. Его член скользнул между её ягодиц, нащупывая второе отверстие. Марина ахнула, закусив губу, когда он bukvoeb. run стал входить — туже, медленнее, сантиметр за сантиметром, пока не погрузился полностью. Мы двигались в ней одновременно, то расходясь, то заполняя её целиком, и она стонала нам обоим, вцепившись пальцами в мои плечи.

В какой-то момент я почувствовал через разделяющую нас тонкую стенку, как член Кости набухает, наливаясь перед финишем. Его толчки стали чаще и жёстче, дыхание перешло в хрип. Он кончил первым, содрогаясь всем телом и выплёскиваясь в неё, и этот импульс передался мне. Моя сперма наполнила её с другой стороны, и от этого двойного наполнения Марина закричала так громко, что я испугался за соседей. Её тело билось в конвульсиях между нами, мышцы сжимали оба члена, вытягивая последние капли.

Мы лежали втроём на диване, восстанавливая дыхание. Свет из окна падал полосами на сбитые подушки. Сперма вытекала из Марины на простыню, но ей было всё равно — она лежала между нами, прикрыв глаза, с блаженной полуулыбкой.

Когда Костя, смущённо попрощавшись, ушёл, Марина прижалась ко мне, уткнувшись носом в шею.

— Ты правда не злишься? — спросила она едва слышно.

— Нет. Это было... неожиданно, но круто, — я гладил её по спине.

— Я не знала, как тебе сказать. Мы с Костей... это случилось впервые, пока ты был в отъезде. И мне понравилось. Мне нужно много секса, понимаешь?

— Понимаю, — я приподнял её подбородок и поцеловал. — Теперь у нас, кажется, появилось новое совместное хобби.

Она тихо засмеялась и прижалась ещё сильнее.