Заброшенная дача

Привет! Где-то полгода назад со мной произошла одна мерзкая история, с одной стороны — то, что случилось, было довольно страшно и унизительно, а с другой — я до сих пор иногда вспоминаю её по ночам и уже несколько раз кончала, яростно натирая клитор под душем. Наверное, поэтому и решила наконец выложить её сюда.

Меня зовут Аня, мне 23 года, я высокая стройная шатенка (рост 177 см), с длинными ногами, плоским животиком и довольно спортивной фигурой — хожу в зал пару раз в неделю. Грудь у меня третьего с плюсом размера, упругая, с маленькими розовыми сосками, которые очень заметно торчат под одеждой. Лицо обычное, но симпатичное — парни в транспорте часто пялятся.

Я работаю администратором в одном московском гипермаркете, а живу в области, в небольшом посёлке минут сорок езды на электричке. Каждый день после смены я сажусь на последнюю «рабочую» электричку в 23:40. Обычно в ней почти пусто — только редкие пассажиры и я в своей короткой спортивной юбочке и обтягивающей майке с глубоким вырезом.

В тот вечер всё началось именно в этой электричке. Я села в почти пустой вагон и сразу заметила троих парней в рабочей одежде. Им было по 20–22 года, все — типичные строители с объекта: загорелые, в пыльных штанах и футболках, с татуировками на руках. Один — высокий худой Миша (22 года), второй — коренастый Димон (21 только что отметил), а третий — Вован, самый мелкий и наглый, но крепкий, как бычок (20 лет). Они возвращались с ночной смены на новой стройке и уже явно приняли на грудь — в руках были открытая бутылка пива и пакет с добавкой.

Сначала они просто громко ржали и матерились, но потом заметили меня. Я сидела через проход, закинув ногу на ногу, и чувствовала, как все трое буквально раздевают меня глазами. Особенно долго смотрели на мои ноги и грудь.

— Девушка, а вы до конца едете? — первым начал Вован, пересел ближе и широко улыбнулся.

Я вежливо ответила, что да. Разговор завязался сам собой. Они рассказывали, как «пахали весь день», хвастались, что завтра выходной, и предлагали мне пиво из своей бутылки. Я сначала отказывалась, но потом сделала пару глотков — просто чтобы не выглядеть слишком зажатой. Алкоголь быстро ударил в голову после тяжёлого дня.

На нужной станции мы вышли все вместе. Ребята сказали, что их «дача» буквально в двух минутах от платформы — недостроенный домик, который они снимают у какого-то мужика за копейки. «Пошли, посидим ещё, у нас есть и водочка, и закусь», — предложил Миша, обнимая меня за талию. Я уже чувствовала лёгкое возбуждение от их внимания и, честно говоря, не хотела домой в пустую квартиру. Согласилась.

Домик оказался настоящей развалюхой прямо у путей: голые кирпичные стены без отделки, бетонный пол, кучи строительного мусора, старые доски, пустые бутылки и матрасы на полу. Единственный свет — от старого фонаря и их телефонов. В углу стоял разломанный стол и три табуретки. Они сразу разложили всё, что было: водку, пиво, чипсы и даже пару вяленых рыбин.

Через час парни были уже хорошо «готовые». Началось с пошлых шуточек и «случайных» касаний по коленкам. Потом Димон предложил выпить на брудершафт. Мы выпили, он резко притянул меня к себе и засунул язык мне в рот. Остальные заржали. Я сначала попыталась отстраниться, но Миша уже обнимал меня сзади и мял грудь через майку.

— Да ладно тебе, красотка, видно же, что ты не против, — хрипло сказал Вован и полез мне под юбку.

Я попыталась встать и сказать, что мне пора, но меня просто силой усадили обратно на матрас. Миша, самый сильный, навалился сверху, прижал мои руки к полу и начал грубо целовать, задирая майку и выкручивая соски. Димон и Вован тем временем стянули с меня юбку и трусики. Я кричала и вырывалась, но они только смеялись.

— Тихо, сука, а то сейчас вообще без ничего останешься, — рыкнул Димон и показал мне монтажный нож, который лежал на столе среди бутылок.

Я сразу заткнулась. Поняла, что лучше сделать, как они хотят.

Сначала они заставили меня отсосать всем по очереди. Вован первый схватил меня за волосы и насадил рот на свой член — немытый, с резким запахом пота и стройки. Он долбил мне горло, пока я не начала задыхаться и пускать слюни. Потом его сменил Димон, а Миша в это время уже трахал меня пальцами, приговаривая: «Смотри, братва, она уже течёт, как последняя блядь! »

Меня поставили раком на грязный матрас. Миша вошёл в меня первым — жёстко, без прелюдий, держа за волосы и шлёпая по заднице так, что кожа горела. Димон в это время затыкал мне рот своим членом. Потом они меняли позы: то вдвоём в рот и киску, то по очереди в попу. Анал был особенно болезненным — Вован плюнул мне на bukvoeb. run дырочку и вонзился одним толчком, рыча от удовольствия. Я только всхлипывала и умоляла не так сильно.

В какой-то момент Димон взял пустую бутылку из-под пива и начал засовывать мне в киску, пока остальные держали меня за руки и ноги. Я орала, что больно, но они только ржали и снимали всё на телефон.

Под конец они поставили меня на колени посреди комнаты на кучу строительного мусора. Все трое дрочили прямо мне в лицо.

— Открой ротик, шлюха, — приказал Миша.

Они кончили почти одновременно — кто в рот, кто по лицу, кто на волосы. А потом, когда я уже думала, что всё закончилось, они заставили меня лечь на спину в углу, где была куча пустых бутылок. Сняли на видео, как все трое обоссали меня — тёплые струи по лицу, груди и между ног. Приказали глотать и благодарить.

— А теперь вали домой, тварь, — сказал Вован, бросая мне мою одежду. — И если кому расскажешь — видео сразу в сеть улетит. У нас твой номер есть.

Я кое-как оделась, вытерла лицо рукавом и выбежала на платформу. До дома добиралась уже пешком, вся дрожа.

С тех пор я каждый раз, когда еду этой электричкой, вспоминаю тот вечер… и, стыдно признаться, иногда очень сильно возбуждаюсь.