Загородный SPA-комплекс

Середина февраля выдалась серой, промозглой и бесконечно уставшей от зимы. Хотелось тепла не только телу, но и душе. Поэтому, когда Саша предложил на выходные сбежать в загородный SPA-комплекс с термальными бассейнами под открытым небом, я согласилась не раздумывая. Сумки были собраны за полчаса: купальники, халаты, предвкушение.

Мы приехали уже затемно. Комплекс, подсвеченный тёплым золотом, утопал в клубах пара, поднимающегося от горячих бассейнов прямо в морозное небо. Контраст между колючим февральским воздухом и обещанием обжигающей воды будоражил сам по себе. Быстро переодевшись в номере — просторном, отделанном деревом и пахнущем эвкалиптом — мы накинули белые махровые халаты и отправились исследовать владения.

Нам с порога посоветовали начать с хамама, чтобы как следует прогреться. Мы нашли мраморный зал с тёплым камнем в центре, освещённый лишь тусклой звездной россыпью оптоволокна на потолке. Внутри уже кто-то был: сквозь густой, вязкий пар я различила две фигуры. Пара лежала на горячем камне чуть поодаль, и то, что я сначала приняла за массаж, оказалось чем-то гораздо более интимным.

Высокая девушка с волосами, собранными в тугой пучок, медленно и очень чувственно распределяла белую пену по телу своего партнёра. Это был не просто уход за кожей. Её намыленные ладони скользили по его груди, животу, спускались ниже, к бёдрам, закутанным в полотенце, и поднимались обратно, очерчивая каждый мускул. Мужчина лежал неподвижно, но по тому, как напрягались мышцы его пресса под её пальцами, было понятно — эта процедура действует безотказно. Меня бросило в жар, совершенно не связанный с температурой хамама.

— Кажется, мы им мешаем, — прошептал Саша, хотя по его голосу было слышно, что уходить ему хочется меньше всего.

— Им, похоже, всё равно, — так же тихо ответила я, не в силах отвести взгляда от её рук, которые теперь очень откровенно оглаживали его бёдра поверх влажной махровой ткани.

***

Из хамама мы вышли, одурманенные жарой и увиденным. Молчание между нами было красноречивее всяких слов. Чтобы охладиться, мы направились к открытым бассейнам. Ночное небо было усыпано яркими, колкими звёздами, пар поднимался столбами, создавая ощущение какой-то первозданной мистерии.

И здесь мы снова столкнулись с ними. В бассейне с гидромассажем, в самом уединённом его углу, скрытом за каменным гротом, бурлила вода. Пара из хамама сидела прямо напротив одного из бьющих снизу потоков. Я с любопытством разглядывала их уже без пара. Девушка — жгучая шатенка с короткой стрижкой, идущей её точеным чертам, и высокой, красивой шеей. Её звали Кира. Он — Стас, высокий, с чуть сутуловатой расслабленностью пловца и внимательными, ироничными глазами, в которых читалась ленца опытного гедониста.

Кира заметила мой взгляд и вместо смущения вдруг открыто, дружелюбно улыбнулась.

— Мы, кажется, виделись в хамаме, — сказала она вместо приветствия. — Вы любите по-горячее?

— Похоже, мы все здесь это любим, — в тон ей ответил Саша, и лёд был сломан.

Мы проболтали в джакузи, наверное, час. О том, как выматывает город, о любимых процедурах, о том, что Кира — хореограф, а Стас работает с ней в одном театре. В их общении была та особенная, наэлектризованная чувственность людей, которые привыкли познавать мир через тело. Кира смеялась гортанно, запрокидывая голову, и капли воды стекали по её шее в ложбинку груди, туго обтянутой слитным купальником цвета морской волны.

Саша под водой нашёл мою ладонь и сжал её. Его пальцы были горячими, пульс учащённым. Мы оба чувствовали одно и то же — воздух вокруг нас сгустился от невысказанных, но уже почти осязаемых флюидов.

— У нас в номере есть отличный бальзам для массажа, — внезапно сказала Кира, глядя прямо на моего мужа, но адресуя фразу мне. — Продолжим парение в приватной зоне? Говорят, вчетверо руки куда проворнее.

— Говорят, — кивнула я, чувствуя, как внутри всё сладко сжимается.

***

Номер у них был точь-в-точь как наш, но, как выяснилось, с одной замечательной деталью — огромной кроватью, застеленной шёлковым бельём, и панорамным окном в пол, за которым искрился снег.

Стас достал бутылку просекко, Кира извлекла из косметички флакон с ароматным маслом, пахнущим сандалом и иланг-илангом. Мы не включали верхний свет, оставив лишь приглушённую подсветку у изголовья. Музыку? Нет, тишина, в которой слышно наше дыхание и хлопанье пробки, была куда откровеннее.

Первое движение сделала Кира. Она просто подошла к моему Саше сзади, пока я сидела в кресле, и положила ладони ему на плечи, слегка надавив подушечками пальцев.

— Ты напряжён. Дай мне.

Она начала разминать ему шею, и я видела, как по его лицу разливается блаженство. Стас подошёл ко мне, сел на подлокотник и просто стал смотреть на меня, медленно, изучающе.

— Ты завелась ещё в хамаме, — сказал он тихо, и это был не вопрос. — Я видел, как ты смотрела на её руки.

Вместо ответа я перевела взгляд на Киру. Она уже распустила мой Сашин халат, и её намасленные ладони скользили по его спине, спускаясь к пояснице, пальцы играли с поясом. Саша стоял с закрытыми глазами, закусив губу. Масло делало его кожу шелковистой, блестящей в полумраке. Это было красиво.

Стас наклонился и коснулся губами моего уха. Простое прикосновение, но от него по телу пробежала дрожь, а внизу живота стало горячо и влажно.

— Иди к нам, — шепнула я, глядя на его руки, расстегивающие мой халат.

Дальше всё происходило под аромат сандала, смешанный с запахом разгорячённых тел. Кира, уже скинув свой купальник, стояла на коленях на кровати и ласкала моего мужа. Её маленькая, крепкая грудь с острыми сосками терлась о его бедро. Руками она оглаживала его член — красивый, налитой, с бархатистой головкой, который она время от времени целовала в уздечку, дразня языком. Саша шумно втягивал воздух, его пальцы путались в её коротких волосах.

Меня ласкал Стас. Он разложил меня на кровати и, налив масло в ладонь, растирал мои бёдра, внутреннюю сторону, подбираясь всё ближе к горячей, пульсирующей промежности, но намеренно не касаясь её. Я изнывала. Я видела, как его член, крупный, с чётко очерченными венами, напрягся под тканью плавок. Я потянулась к нему, но Стас перехватил мою руку.

— Сначала ты, — сказал он хрипло. — Я хочу попробовать тебя на вкус.

Он опустился вниз, и его язык, горячий и широкий, прошёлся по моим раскрытым, влажным складкам. Я всхлипнула. Он делал это божественно — нежно, но настойчиво, его губы то обхватывали мой пульсирующий клитор, то отпускали его, чтобы язык проник глубже. Фоном я слышала влажные звуки: это Кира насаживалась ртом на член Саши, и мой муж, не в силах больше сдерживаться, глухо постанывал.

— Я хочу его, — вдруг громко сказала я, глядя на Стаса. — Немедленно.

Кира, услышав это, повернулась ко мне и, облизнув припухшие, блестящие от смазки губы, кивнула:

— Меняемся?

Это было сказано так просто, по-деловому и одновременно так развратно, что я чуть не кончила от одной этой фразы. Я скользнула к Стасу, а Кира, грациозно изогнувшись, оказалась верхом на моём Саше. Я видела, как его головка раздвигает её влажные, тёмные от возбуждения складки, и заворожённо наблюдала, как он входит в неё — медленно, до самого конца. Кира застонала и запрокинула голову, её бёдра начали двигаться в ритме, который был ей хорошо знаком.

В этот момент член Стаса, горячий и невероятно твёрдый, коснулся моего входа. Я была готова настолько, что он скользнул внутрь без всякого сопротивления. Я чувствовала каждую клеточку его копья, каждый сантиметр, трущийся о мои нежные стеночки. Это было потрясающе — ощущать другого мужчину внутри, в то время как мой любимый мужчина смотрел на меня, не переставая двигаться в Кире. В его глазах было bukvoeb. run обожание и дикое, первобытное возбуждение. Мы двигались в одном ритме, как единый организм. Стасы пальцы сжимали мои ягодицы, направляя меня. Я видела, как взмокли волосы на висках Киры, как её пальцы царапают грудь Саши, оставляя красные полосы. Наши стоны сплелись в единую мелодию.

Стас наклонился и поцеловал меня — глубоко, требовательно, и в этот момент его движения стали резче, глубже. Он брал меня сильно, размашисто, и от каждого толчка кровать скрипела, а из моей груди вырывался сдавленный крик. Я чувствовала приближающуюся волну, огромную, как цунами.

— Я сейчас... — прохрипела я.

— Давай, — рыкнул Стас, и этот приказ подействовал как спусковой крючок.

Меня разорвало на атомы. Оргазм скрутил мои внутренности в сладкий, мучительный спазм, я выгнулась дугой на кровати, чувствуя, как пульсируют мои мышцы вокруг его члена. И в ту же секунду я услышала крик Киры: она кончала на члене моего Саши, крича что-то неразборчивое, её тело била крупная дрожь. Стас вышел из меня, и, сделав несколько движений рукой, со стоном излился на мой живот, его горячая сперма смешалась с моим потом и маслом.

Мой Саша, чувствуя, как сжимается вокруг него Кира, кончил последним, с глухим, утробным рычанием, запрокинув голову. Его руки до побелевших костяшек сжимали её талию.

Мы лежали вчетвером, пытаясь восстановить дыхание. Простыни были сбиты, пахло сексом, маслом и шампанским. Кира, всё ещё подрагивая, положила голову на грудь Стаса и протянула мне руку. Я пожала её горячие пальцы, и мы обменялись понимающими, сытыми улыбками.

— Кажется, спа-процедуры прошли успешно, — с трудом произнёс мой Саша, глядя в потолок. — Завтра повторим курс?