Наброски 9

Мы с Мэгги вышли из спальни девочек, и тихонько спустились по лестнице, на первый этаж. Следуя за лунной дорожкой, что лежала на полу коридора, мы дошли до торцевой классной комнаты и потянули дверь на себя. Дверь скрипнула, приотворилась, и мы проникли внутрь, в святая святых, где на черной доске была белая надпись о наказании своего сына розгами. Под этой черной доской всегда стояла узкая деревянная лавка, куда укладывали тех провинившихся, коих потом стегала по голым ягодицам матушка настоятельница, выражая таким образом всю свою христианскую любовь к хулиганкам нашего приюта. Среди хулиганок обычно были: Эми Форрестер, Рейчел Мак-Колл, и Мэгги Бишоп, моя новая знакомая. Этих троих секли розгами довольно часто, и было за что: Эми часто крала церковные свечи, которые она потом использовала не для молитв, а чтобы делать из них каких-то странных человечков, Рэйчел никогда не могла запомнить ни одной молитвы, и поэтому всегда молилась своими словами, что было строжайше запрещено по уставу, а Мэгги постоянно устраивала всякие пакости, склоняя и других воспитанниц приюта к тому же…

И вот теперь мы с Мэгги стояли на пороге той самой печально известной всем комнаты, куда воспитанниц приглашали с одной только целью: чтобы приподнять им юбки, приспустить панталоны и потом отстегать по голым ягодицам прутом. Прутья были здесь же, в деревянной кадушке, и я поежилась, увидев их. За те три месяца, что я была в приюте, меня высекли только дважды: один раз за то, что я забыла застелить свою кровать перед завтраком и другой раз, когда я перепутала слова в одной длинной молитве. В лунном свете, струящемся из окна, хорошо была видна белая надпись на доске, надпись про того самого несчастного сына, которого надо было постоянно воспитывать розгами. Мэгги подлетела к доске как на крыльях, поплевала на свои ладони, и совершила немыслимое: она стерла надпись про сына, потом взяла кусок мела и стала выводить на доске какие-то другие слова… Мэгги была так занята, выводя новую надпись, а я была так занята, пытаясь рассмотреть, что она такое пишет… и поэтому дверной скрип застал нас врасплох. Мэгги, от неожиданности, уронила кусок мела, я резко обернулась и чуть не споткнулась о кадку с розгами… Мы подняли глаза, и увидели над собой черный саван, струящийся до пола, белый чепец и огромные черные глаза, которые, не мигая, смотрели на нас. Мы с Мэгги присели от ужаса. Прямо перед нами стояла матушка настоятельница.

-Кто здесь? - прокаркала матушка, поднимая повыше свечу, которую она принесла с собой.

За Рози приезжает Крейг, сын знакомых ее отца. Он потрясен, увидев Мэгги, и уговаривает настоятельницу отпустить Мэгги с ними, в общину Амишей. Мэгги оказывается точной копией невесты Крэйга, и мать этого семейства признается, что отдала одну из двойняшек в монастырь, когда у нее родилась двойня, поскольку муж хотел мальчика. Крейг объясняет Рози правила общины, дисциплина для женщин в общине Амишей. Крейг как старший сын отвечает за наказание своих младших сестер. Он наказывает Рози, и влюбляется в нее. Но ему нужно жениться на другой. Они скрывают свой роман. Рози и Мэгги идут к гадалке, что живет в лесной избушке, купить у нее отворотное зелье, чтобы Крейг решился разорвать помолвку с Вайолетт. Огни на болоте. Видят у избушки гадалки оборотня, которым оказывается их сосед. У Крейга уже есть старшая жена, но по законам общины он может выбрать себе также младшую жену. Рози хотят выдать замуж за сына соседа, потому что не знают, что он - оборотень. Рози встречается с сыном соседа, и он ей нравится, но потом она понимает, что вся семья соседей - это семья оборотней, и она тоже станет такой, если попадет в их семью.