Сюр Глава девятнадцатая

Директор «номерного» предприятия сразу не понравился Левашеву.

Грузный мужчина в возрасте, с оплывшим лицом и «рачьими» глазками, был похож на жабу, которая засела в большом кабинете, чтобы править  своим небольшим «закрытым» королевством.

Во всем его облике сквозило чванство и какое то брезгливое отношение к окружающим.

Он даже не встал навстречу посетителю и не подал руки, лишь коротко кивнув на стул за «совещательным» столом.

В его поведении так и «читалось» пренебрежении к «московскому хлыщу», который позволил себе нарушить патриархальную тишину и установившийся местный порядок.

Само собой «барин Степанов», так окрестил директора Сергей, не соизволил оторвать свой жирный зад от кресла, чтобы сопроводить «проверяющего» по предприятию.

В качестве «провожатого» Левашеву была выделена молодая женщина, которая в белом халате выглядела как некая монахиня, посвятившая свою жизнь Господу.

До того печальны были ее красивые глаза, а выражение лица имело печать смирения, с которым женщина приняла свою участь.

Звали ее Татьяна Васильевна и она являлась главным технологом.

Все было рутинно и обыденно.

Обходя отделы, Левашев задавал уточняющие вопросы и внимательно слушал пояснения «сопровождающей».

«Монахиня» оказалась толковым и грамотным специалистом.

Без запинки отвечала и «сыпала» цифрами, даже не заглядывая в планшет, который держала в руках.

«Надо же», удивлялся Левашев.

«И в глубинке, оказывается, есть свои «жемчужины».

Однако, «идиллия» закончилась на цехе, который имел сакральный номер «тринадцать».

За большим панорамным стеклом, шестеро сотрудниц, облаченных в халаты и марлевые повязки, склонившись над длинным столом совершали некие технологические операции.

- Это что такое? - строго спросил Левашев.

- Окончательная сборка «А17» в капсулы, - тут же ответила Татьяна Васильевна.

- Я вижу, что сборка. Но по технологической карте здесь должна быть автоматика. А у вас ручной труд.

Впервые, молодая женщина замешкалась с ответом.

- Автоматическая линия не готова, а у нас сроки, - выдавила она. - Вот Владимир Ильич и распорядился собирать вручную.

- Он что? Бог? - саркастически заметил Сергей. - Кто дал вам право отклоняться от технологии? Вы же здесь не сосиски делаете.

Левашев по настоящему разозлился.

Такое случалось с ним довольно редко и он сам опасался подобных состояний.

- А почему нет? - возразила молодая женщина. - Мы проверили на радиоактивность и на токсичность. Я сама провела несколько сборок.

- Что?! Вы хотите сказать, что участвовали в этом сами? - изумился Левашев.

- Да. Должна же я быть уверенна в том, что это безопасно.

- Безопасно?! Немедленно остановите производство!

Распоряжение Сергея было настолько категоричным, что Татьяна Васильевна растерялась.

- Это невозможно, - пролепетала она.

- Вы плохо слышите? Я сказал - немедленно!

Левашев настолько рассердился, что едва сдерживал себя.

- Вещество законсервировать, а девушек в душевую!

- Мне надо связаться с директором.

- Связывайтесь. Только имейте в виду: каждая секунда промедления убивает ваших сотрудниц.

Это прозвучало настолько зловеще, что «технолог» побледнела.

Дрожащими пальцами она набрала номер своего босса.

Вскоре, к панорамному окну прибыла «кабинетная жаба».

За его спиной маячила целая свита помощников.

- Это что еще за «фокусы»? - тут же «налетел» он на Левашева. - Кто дал вам право  распоряжаться.

- Послушайте, вы и так достаточно «накосячили». Ситуация критическая. Возможен летальный исход. Немедленно прекратите все работы.

Левашев уже овладел собой.

Его голос был холоден и решителен.

- Иначе, я звоню в Москву, - добавил он, доставая «сотовый».

Видимо, последний аргумент был для «барина Степанова» решающим.

- Останавливай, - буркнул он, обращаясь к Татьяне Васильевне. - До выяснения обстоятельств.

После чего развернулся и удалился.

Наблюдая за тем, как девушки покидают рабочие месте, Левашев с облегчением вздохнул.

Наконец то, «безобразие» прекратилось и теперь можно было спокойно поразмыслить, что делать дальше.

- Я не понимаю, - подала голос Татьяна Васильевна. - В чем опасность?

Услышав вопрос, Сергей так пронзительно глянул на «монахиню», что та смутилась.

- Во всем, - медленно произнес он. - У вас нет допуска. Но поверьте - все очень серьезно. Кстати, вам также надо пройти полную дезактивацию.

Отойдя в сторону, он принялся звонить «госпоже Одинцовой».

Почему то именно эта высокопоставленная чиновница пришла ему на ум в этой чрезвычайной ситуации.

Более трех часов ушло на решение «организационных» вопросов.

Слава Богу, на территории предприятия оказался небольшой профилакторий, куда разместили работниц злосчастного цеха.

Дабы пресечь все слухи и домыслы, Левашев сам лично встретился с ними.

Девушки и женщины уже переоделись в свою повседневную одежду и встретили его неодобрительным гулом.

- Это как понимать? - возмущалась круглолицая бойкая «рыжуха». - Долго нам здесь «куковать»?

- У нас дети и хозяйство, -  добавляла ее остро носенькая «товарка».

- А зарплата? За «простой» платить будут? - интересовалась третья.

Левашев примиряюще поднял руку.

- Не все сразу, - улыбаясь произнес он. - Произошел технологический сбой. Сами понимаете: у нас очень сложное производство. И секретное. Поэтому, прошу вас: о произошедшем никому ничего не рассказывать. Все денежные выплаты будут сохранены.

Он хотел успокоить работниц, но не тут то было.

- Если все просто, то отпустите всех по домам! - выкрикнула «рыженькая».

Ее тут же поддержал одобрительный гул остальных.

- Отпустим, - заверил Левашев. - Чуть позже. А пока - отдохните, пройдите медицинское обследование и восстанавливающие процедуры.

Однако, это мало успокоило собрание.

Молодые женщины зашумели,   настаивая   отпустить их по домам.

Требовалось какое то нестандартное решение, чтобы удержать всю компанию в одном месте.

- Внимание! - Левашев вновь поднял руку. - Пребывание здесь займет два-три дня. За каждый день - месячный оклад. Это вас устроит?

Новое предложение было настолько необычным, что работницы притихли.

Каждая из них начала прикидывать в какую сумму это все «выльется».

- А не обманете? - поинтересовалась дотошная «активистка» с ярким цветом волос.

- Все по честному, - ответил Левашев, доставая телефон. - В качестве аванса прямо сейчас будет выплачена компенсация за первый день. Подходите, я перечислю каждой нужную сумму.

Такая «скорость» была для женщин в новинку.

Они нерешительно переглядывались, не зная как поступить.

И тут, на помощь Левашеву, пришла Татьяна Васильевна.

- Девчата, надо проявить сознательность, - заявила «технолог» выступив вперед. - В самом деле, у нас ведь не простая фабрика. Я уверена, что руководство разберется и все будет хорошо.

Повернувшись к Сергею она протянула кредитную карточку.

- У вас какой оклад? - поинтересовался Сергей, набирая на телефоне банковское приложение.

- Мне - как всем, - твердо ответила молодая женщина глядя прямо ему в глаза.

Левашев испытал укоры совести.

В том что все будет «хорошо» он не был уверен.

Вслед за «начальницей» потянулись и другие женщины.

Вскоре, личный счет Сергея уменьшился на довольно круглую сумму.

Но Левашева этот факт волновал меньше всего.

Основная «печаль» была связана с предупреждением андроида: «Опасно для жизненного цикла».

В чем именно заключалась опасность было не совсем понятно, но Левашев настолько доверял Кеше, что ни капли не сомневался, что поступает правильно.

«Мало данных. Нужный дополнительные исследования», распоряжался ИИ.

Сергей и сам понимал, что они открыли «ящик Пандоры».

Самовольство «дурня» директора грозило трагическими последствиями.

Молодые женщины, скорее всего останутся в живых, но возникшие мутации от соприкосновения с боевым веществом могут превратить их жизнь в настоящий ад.

А еще ему было стыдно перед Кешей.

«Человеческий фактор» вмешался в строго продуманную схему и все испортил.

Выходит, что андроид был прав и человек являлся «слабым звеном».

Не согласиться с этим Левашев не мог, тем не менее, ему было чертовски досадно, ибо он сам принадлежал к этому самому «слабому звену».

В таких невеселых размышлениях, молодой ученый отправился в ведомственную гостиницу, расположенную недалеко от предприятия.

Наступил вечер и только сейчас Сергей почувствовал, что проголодался.

Ведь утренний завтрак был последним приемом пищи.

Сделав заказ по телефону, Левашев отправился в душ.

Ему казалось, что теплые струи воды лишь слегка смыли усталость, «обнажив» весь трагизм ситуации.

Он видел, полные ожидания и испуга глаза работниц и его одолевало отвращение к самому себе, за то, что он имел непосредственное отношение к тем ужасам, которые могут произойти с ними.

Это выводило его из себя.

Облачившись в белый махровый халат, Сергей едва вышел из душевой, как в дверь постучали.

Думая, что это Лиза привезла ужин, он открыл дверь.

Но на пороге стояла Ольга Федоровна.

- Добрый вечер, - произнесла «администраторша» , вкатывая столик в номер.

Неизвестно почему, но Левашев был рад, что именно она доставила «пропитание».

Вид цветущей здоровой женщины успокаивал.

«Хотя бы здесь все хорошо», меланхолично размышлял он, наблюдая за тем, как «красотка» сноровисто накрывает на стол.

Закончив с сервировкой, Ольга Федоровна нерешительно замерла у стола.

«Знает», тут же определил Левашев.

Ничего удивительного.

Не смотря на «секретность», городок небольшой и здесь всем и асе известно.

- Спрашивайте, - обратился он к гостье. - Только учтите: я не могу ответить на все ваши вопросы.

- Они умрут? - каким то «севшим» голосом спросила Ольга Федоровна, без сил опускаясь на стул.

- Нет, - твердо заверил Левашев, успев подумать, что есть вещи пострашнее Смерти.

К примеру дети-мутанты.

- Татьяна Пермякова, мы дружим со школы, - продолжила молодая женщина. - От нее муж ушел, поскольку она не может иметь детей, а тут еще это.

«Понятно, почему такие печальные глаза у главного технолога», отметил Сергей, приступая к трапезе.

- Из Москвы уже вылетел спец борт с медиками. Я уверен - все будет хорошо.

На какое то мгновение он сам поверил в то, что именно так и случится.

Работницы отделаются «легким испугом», а он получит выговор за «ложную» тревогу.

Но глазки Ольги Федоровны повлажнели и она заплакала, утирая слезы кружевными платочком.

Это показалось Левашеву дурным знаком.

Женщины, они как медиумы.

«Нутром» чувствуют неизбежность неприятных событий и начинают выражать своей состояние слезами.

- А я еще расстраивалась, что Лизу не взяли в тот цех, - всхлипывая сообщила гостья.

- Вот видишь, все не так и плохо, - тут же «уцепился» за позитивную тему Сергей.

- Давайте ка выпьем за то, чтобы все было хорошо.

Левашов  потянулся к термосу и принялся отвинчивать крышку.

- Нам запрещено распивать спиртные напитки с постояльцами, - пробормотала Ольга Федоровна, утирая платочком бархатистые щечки.

- Все правила существуют для того, чтобы в экстренных случаях их нарушать, - назидательно произнес Левашев, наливая в стаканы янтарную жидкость. - К тому же, уверяю, ты никогда не пробовала такой коньяк. Пусть это будет не выпивка, а дегустация. Пить надо маленькими глоточками и не спеша, чтобы почувствовать весь «букет» напитка.

Левашев сознательно перешел на «ты», чтобы как то снизить «официоз» и эмоционально сблизиться.

Коньяк, в самом деле был уникальным.

Его рецепт придумал Кеша и Левашев уже не раз имел возможность убедиться в «чудодейственных» свойствах этого «эликсира».

Нерешительно приняв стакан от Сергея, Ольга Федоровна вздохнула.

- Пусть у них все будет хорошо, - как то чисто по «женски» пожелала она.

Они чокнулись и сделали по глотку.

«А ведь это тоже эксперимент», отметил Левашев, наблюдая за «визитершей».

«Интересно, каким будет результат».

Впервые напиток, составленный ИИ, был предложен «постороннему».

- Понравилось? - поинтересовался он, отмечая, как щечки молодой женщины порозовели, а в глазках появился блеск.

- Приятный вкус, - ответила «администраторша». - Фруктовые ароматы и еще какие то тона. Это что за марка?

- «Марка Кешью», - улыбнулся Левашев, радуясь тому, что только что придумал название новому напитку.

- Здесь становится жарко.

Ольга Федоровна расстегнула пуговички пиджачка и попыталась подняться, чтобы снять его, однако пошатнулась и Левашев тут же пришел к ней на помощь.

- Извините, - пролепетала молодая женщина.

- Ничего, ничего, - успокаивал Сергей удерживая даму в своих объятиях.

Он помог ей снять пиджак, а затем обнял и привлек к себе.

- Что вы делаете? - пыталась слабо возражать гостья.

Однако Левашев уже почувствовал возбуждение,   которое его охватило от такой близости ухоженного тела.

Крылья носа трепетали от изысканного парфюма вперемешку с женскими ароматами феромонов.

Ладони скользили по тонкой шелковисто ткани, под которой чувствовалась упругая кожа.

Точно вампир, он склонился над лилейной шейкой и принялся целовать ее с такой «искусительной» нежностью, что по телу  женщины пробежала легкая дрожь.

- Сергей Владимирович, я прошу вас…, - задыхающимся шепотом лепетала Ольга Федоровна.

Что то то добавить она не успела, поскольку Левашев накрыл ее губы страстным поцелуем.

Это послужило своеобразной «поворотной точкой».

«Сопротивление» ослабло и вскоре они лобызались, как заправские любовники встретившиеся после долгой разлуки.

«Пришла пора ознакомиться с «сокровищами» хозяйки Медной горы», иронично размышлял Левашев, расстегивая пуговички блузки.

После того, как он, помог женщине  освободиться от одежды и бюстгальтера, перед ним предстала великолепной формы грудь, к которой невозможно было не припасть губами, чтобы ощутить всю ее атласную налитость и полноту.

Они перебрались на широкую постель.

Прикрыв пушистые ресницы, партнерша лишь сладко вздрагивала, когда Сергей добрался до твердых сосков.

Опытный соблазнитель не спешил.

Втягивал губами эти чувствительные окончания молочных желез до тех пор, пока партнерша не принялась нетерпеливо двигать тазом, буквально вся изнемогая от желания.

Только после этого, Левашев стянул юбку и трусики.

Нежные кучерявые волосики покрывали лобок и это ему понравилось.

«Такое» можно встретить разве что в глухой провинции, где еще сохранилась чистота и естественность.

Погружая свой «жезл» в горячую «пещерку», он вдруг представил, что это Кеша овладевает этой знойной «цыпочкой».

Именно андроид все «подстроил», выбрав Сергея в качестве «исполнителя».

Те эмоции и чувства, которые испытывал он сам, являлись лишь «побочным» эффектом.

Надо сказать - довольно приятным, если не более.

Это «открытие», мелькнуло облачком на краю сознания и исчезло, уступив место потоку вожделения, которое уже овладело им полностью.