Музы навсегда

Читая воспоминания выживших в ледяном аду Сталинграда солдат Шестой армии, преданных Гитлером, поражаешься неисповедимости путей Господа, нужно было пережить все муки, чтобы прозреть, увидев себя такими, какими они и являлись, оглушёнными лютой пропагандой, уверовавшими в бесчеловечную идеологию сверхрасы, прозреть и выжить, осознав, что германскому народу ничего так не нужно, как проигрыш в войне. Это здорово напоминает уже русское общество во время русско - японской войны, когда считавший себя порядочным подданный Российской империи желал своей стране проиграть японцам, нечто похожее повторилось уже во время Великой войны, как бы отрицательно не относился я к иудобольшевикам, но Ленин был прав в своих требованиях штыка в землю. Даже сейчас, при нынешнем убожестве, мы, русские, просто обязаны проиграть правым во всём, защищающим свою страну украинцам, и тут начинается волошинская чертоверть. Тебе визжат со всех сторон, что необходимо объединиться вокруг фигурки поганого диктатора, буквально губящего мою Россию, что международное законодательство, которое ты изучал ещё на первом курсе, пересмотрено гением фюрера, что всё абсолютно, во что ты верил, говно. Слушай Пуйло и будет тебе счастье. Не будет. Будет только смерть, разруха, ибо ( шикарное словечко ! ) Путин - это война. А где война, там и Алина наша Ляксандровна.

- Я вайна и триста чеченских чертей

В кудрявых папахах вайнахов.

Ёра Бурцев ! Эй, налей !

Витухновскую голую махом

Нарисую я умственно быром,

В догги - стайл или попросту раком,

Зад свой круглый она топырит ...

- Хрен ты подберёшь рифму к раком ! - завизжала разъярённая легкомыслием коалы Лизавета Готфрик, кипешуя маленько, не без того, в сотрясаемом бомбами освободителей Киеве. - Да и не поэт ты, сволочь, а герой - любовник.

Это она правильно. Но, с другой же стороны, почему бы не триолизм - то ? Лезу мокрым носом Лизке под подол, дергая нисколько не упирающуюся Алину за руку, приобщаю, так сказать.

- В советском кине, - говорит Витухновская, мешая мне своим долгим носом, - какая - то кошёлка говорила, что всегда думала, что целоваться нос мешает.

Мы действительно мешали друг другу носами, целуя не совсем те, что на лице, губы Готфрик.

- Давай по очереди, - предложил ей я, демонстрируя инициативу с мест.

А место моё - всегда с моими любимыми музами, избранными мною за красоту, сексуальность, талант и интеллект. Чего и всем желаю, любить - так умных и красивых.