Ч-21. Особенности сексуальной жизни порядочного че. Серия: Сексуальные рассказы

ОСОБЕННОСТИ СЕКСУАЛЬНОЙ ЖИЗНИ ПОРЯДОЧНОГО ЧЕЛОВЕКА 2. Часть-21

Дмитрий ей ничего не предлагал и не обещал. Он просто приходил и помогал, или звонил, интересовался как дела. У неё не было причины отказываться от этой помощи. Но и не было причин рассчитывать на её, или что-то ещё...

Они гуляли и старушки у подъезда провожали их молчаливыми взглядами. Однажды, когда София вышла одна, они у неё спросили.

- А муж где?

Прежде чем ответить она подумала, что ответ - "Он мне не муж" - вызовет ещё больше вопросов.

- На работе... - коротка ответила она и те понимающие кивнули.

Дмитрий же вёл себя так, словно на самом деле был ей мужем и отцом её будущих детей. И она не могла понять почему? В его поступках она не видела никакой выгоды. Оставалось лишь одно - благородство. Но к благородству София относилась с осторожностью. Впрочем, в её положении не приходилось над этим особо задумываться: надо брать то, что попало под руку, и пользоваться тем, что есть. Когда-то она решила, что все тяготы "интересного положения" и последующая жизнь, это её, и только её, проблемы. И она готова была нести этот крест. Но если подворачивался случай и ей предлагали помощь, то глупо было отказываться.

Как-то днём она подустала и прилегла. Прилегла и уснула. Проспала не много, не более получаса, но проснулась в каком-то непонятном состоянии - лёгкая затуманенность сознания, ноющая боль в спине и подташнивание.

"Странно... Ничего ж не поднимала... И не ела ничего такого..." - подумала она и решила, что со временем пройдёт. В этом ожидании и застал её Дмитрий.

С первого взгляда он насторожился. И когда выслушал её объяснения, настороженность не исчезла.

- Надо вызвать скорую... - озабоченно произнёс он.

Какая-то часть его тревожности передалась ей, и она не стала возражать.

До приезда скорой она просто сидела и ждала. У неё не было страха, она просто ждала приезда скорой помощи.

Врач, женщина её возраста, окинув её пристальным взглядом, спросила - "Вы слышите ребёнка?"

Ей бы следовало объяснить, что у неё двойня, но в мыслях София сосредоточились на детях, точнее на том, что, действительно, давно их не слышала, как будто они уснул вместе с ней, и вот она уже проснулась, а они ещё спят.

Она покачала головой.

- Собирайтесь... - коротко приказала врач.

Дети "проснулись" по дороге. При чём они были не довольны тем, что машину подбросило на неровностях и по-своему возмутились: острая боль пронзила всё её тело.

"Ну, они бы могли и аккуратнее вести машину..." - подумала София.

Покуда они ехали, её дети ещё несколько раз выражали неудовольствия, но правда не так сильно, как вначале.

Дальше всё было как в тумане: анализы, тесты, ожидания. Из всей этой суеты выделялись схватки. Но специалисты, находившиеся возле её, говори "нет", мол - ещё рано и ничего не предпринимали. Так продолжалось довольно долго. Наконец они сказали - "пойдёмте", повели и положили на специальную кровать.

Из всех событий, которые происходили потом, она помнила лишь то, что её просили тужиться. При чём иногда это выглядела как просьба, иногда как приказ. София же создала своё правило, которому и следовала. Боль была похоже на волну, которая подступала и отступала. И вот когда она увеличивалась, накатывала, София тужилась и, как бы, по ходу толкала эту волну. Иногда это совпадала с командой, иногда не совпадало. Но как бы там ни было, в какой-то момент "волна"  накатила особо сильно и резко оборвалась, словно выплеснула наружу своё содержимое.

- Один... - произнесла в этот момент акушерка - Давай ещё немного... Давай милая... Давай второго...

Но после первого Софии стало так легко, словно она выплыла из сильного шторма в штиль, что какое-то время просто отдыхала в тишине. Но требовательно звучал голос - "Давай, давай второго...". Однако волны не было. Ей приходилось самой её создавать, то есть - сознательно тужиться. И, наконец, волна стала появляться...

Последующие схватки были не такие "острые", поэтому её потуги проходили в холостую, как бы скользили по поверхности. Иногда ей казалось, что она, вроде бы "подхватила" ребёнка и уже толкает к выходу. Но тот "срывался" и "убегал" обратно, словно отказывался выходить наружу. Наконец это её разозлило: она сжала челюсти, вдохнула полные лёгкие воздуха, напряглась, как ей казалось до предела и "вытолкнула" непослушного ребёнка, чем вызвала неподдельную радость акушерки.

- Ты уже придумала как назовёшь мальчиков? - уже потом спросила она и, видя что роженица никак не реагирует на вопрос, решила не донимать её - Ладно, я на бирке напишу так, как они появились на свет: первый будет под номером один, второй - под номером два. А дальше уже сама разбирайся...

" Только не сейчас..." - подумала София, отходя от всего произошедшего.

На следующий день, когда, она успокоилась и нормальные мысли стали появляться в голове, а её морщинистые комочки наполнились жизнью, от чего кожица на их тельцах разровнялась, стала гладкой и порозовевшей, она снова вернулась к этому вопросу.

София сидела возле детей и смотрела на них. Она искренне считала, что теперь ей надо сидеть и смотреть, и готова была так делать всю оставшуюся жизнь, одновременно думая и рассуждая над возникшей проблемой - как назвать детей?

Что они будут Кузьмичи, это не вызывало сомнений. А вот дальше, она могла воспользоваться множеством мужских имён. Но всё-таки она считала несправедливым тот факт, что истинный отец будет забыт и никак не отразиться в именах своих детей. Тем более, что он ни с какой стороны не заслуживал этого. Конечно, можно было, и даже следовало, записать их Кирилловичами. Был бы один ребёнок, проблем бы не было. И здесь не столь важно - Кузьма Кириллович или Кирилл Кузьмич. Но, а поскольку их два, то второе имя должно быть посторонним. И здесь она терялась в разнообразности выбора.

"Эх, Кирилл Харитонович... - в мыслях произнесла она - Вы, конечно, об этом ничего не знаете...".

И вдруг, появившийся ответ был настолько неожиданным, что напоминал свет мощного прожектора, включённого среди кромешной тьмы и, тем самым, разогнавший все её сомнения.

- Кирилл и Харитон... - произнесла она вслух и про себя добавила - И оба - Кузьмичи...

Проблема была решена. От этого на душе стало как-то легко, что она заулыбалась.

- А как же Дмитрий?

Как последний крик утопающего, пронеслось у неё в голове, и как обречённость последнего, в безисходности данной ситуации, с эффектом хлопнувшей двери, полетел мысленный ответ.

- А Дмитрий здесь, вообще, не причём...

***