Санта-Барбара, Московская область 9

Глава девятая, в которой и происходит катастрофа романтического порядка, предотвратить которую я оказалась не в силах.

Стол в столовой в домике дедушки был разложен во всю свою длину. На столе, на клеенчатой скатерти в клетку, ровной шеренгой выстроились салаты: Оливье, рыбный с яйцом, рыбный без яйца, корейская морковка, селедка под шубой, винегрет. Бутылки с крепкими напитками высились, как сторожевые башни, над гладью еще нетронутых салатов. В салат оливье были воткнуты рыбные палочки, для красоты. Рюмки были расставлены между салатами, тарелки и вилки - разложены по краям стола, по числу гостей. Момент был важный, момент был торжественный. Дедушке исполнялось 75 лет. Именинник уже был в дупель пьян, хотя бутылки еще не открывали. Но это был такой уж именинник, который имел свои секретные запасы выпивки в потайных местах. Мы сидели за столом: дядя Гриша, дядя Петя, дядя Сережа, их жены и дочери. Мама сновала с кухни в столовую каждые пять минут, что-то такое там подогревая в последний момент, вытаскивая из духовки пирожки, разрезая холодец порционными квадратиками, и вообще проявляя всяческую заботу. Дядья по очереди произносили тосты, все хором пили, закусывали салатами, пирожками, ждали из духовки цыпленка под майонезом, который был немного не готов. У Веньки, который сидел за столом и уже был подшофе, просто глаза разбегались, как я заметила: он в первый раз увидел всех моих кузин. Одних только кузин у меня было пять человек: Света, Наташа, Настя, Ксюша и Вероника. Кузенов у меня не было вообще, как таковых, а вот кузин было много. Все мои дяди были отцами многочисленных девочек. И вот теперь Венька сидел, слегка навеселе, и пялился на всех моих кузин по очереди. Света, дочь дяди Пети, была самая старшая, Вероника была по возрасту точь-в-точь как я, остальные - лет на пять меня младше. Самая красивая из них была, без сомнения, Настя - младшая дочь дяди Пети. И вот на нее и положил глаз мой Венька. Принося к столу дополнительные вилки, я вдруг заметила, что он уже сидит рядом с Настей. Когда я принесла из кухни цыпленка, то тут же поняла, что Венька только что на Настю спикировал: он рассказывал ей какие-то анекдоты, Настя смеялась, задорно поглядывая на Веньку, и строила ему глазки совершенно беззастенчиво.

-Мы его теряем! Мы его теряем! - почему-то пронеслось в моей голове, как если бы я была доктором, который так и не смог спасти своего пациента Вениамина Чижевского от опасной заразы по имени Настя. А тем временем, зараза Настя была в тот вечер особенно хороша: на ней было зеленое ажурное платье, ее лицо сияло нежным румянцем и было похоже на лицо фарфоровой куклы с огромными миндалевидными глазами, аккуратным носиком, нежными малиновыми губами и медно-рыжими волосами. Нет. Подцепив эту заразу, Вениамин никогда не смог бы с ней справиться, и все мои усилия по спасению пациента Чижевского от заразы по имени Настя были тщетны. Уж больно крепка была эта зараза, и она не поддавалась действию антибиотиков, сульфаниламидов, и к зеленке она тоже была устойчива. Короче, Вениамин погибал. Вениамина было на спасти. Его лицо расцветало улыбками, когда он смотрел на Настю, его глаза синели, как два озера - Ладога и Онега. В общем, в тот вечер Чижевский был в ударе, Чижевский был неотразим. Я поняла, что шансы на спасение Чижевского минимальны, и он вскоре умрет от любви к моей младшей кузине Настюшке. В этот же вечер, после того как дедушку наконец отнесли на второй этаж и уложили спать, Чижевский вдруг сказал мне:

-Ты знаешь, Настя решила остаться у нас тут, не ехать пока обратно в Москву… я обещал показать ей завтра, как играют в покер…

Меня чуть не вырвало. Когда Чижевский показывал прекрасным дамочкам, Как надо играть в покер, эта игра обычно заканчивалось в постели. Я посмотрела Чижевскому прямо в глаза, но тут же поняла, что он уже не видит меня. Глаза пациента Чижевского были опасно затуманены заразной заразой по имени Настя, младшей дочерью моего дяди Пети. И Настя осталась погостить немного у дедушки. Безвылазно живя в Москве, на Проспекте Вернадского, Настя на видела дедушку уже лет десять, и вот теперь сказала мне, что невыносимо соскучилась по нашему милому старичку. Впрочем, с дедушкой Настя общалась как-то мало. В основном, все ее свободное время занимал Веник Чижевский, мой бывший любовник.

Веник и Настя ходили вместе на озеро, они играли вместе в домино и в карты, они вместе жарили шашлыки на нашей лужайке. А я в то же самое время кидала все свои манатки в большую спортивную сумку, и собиралась сделать немыслимое: вернуться к своему отцу, в его трехкомнатную квартиру, в городе с кодовым названием Санта-Барбара, по улице М…, дом 11. До города меня подвез дядя Гриша на своем Жигуле. Он же помог мне затащить тяжелую сумку на седьмой этаж, удивившись попутно, что ключа от собственной квартиры у меня почему-то нет. Я не стала признаваться дяде, что мой папа сменил замки, и осталась ждать папу на лестничной площадке.